Те, кого вычеркнули

Каникулы пролетели странно быстро. Как будто в поместье время текло иначе: между застольями, взглядами родственников, разговорами с отцом и невысказанными мыслями.
Но зацепок больше не появилось. Книга — молчала. Символы — исчезли. Сны — затихли.
Значит, пора возвращаться.

---

Снег скрипел под ботинками, когда она сошла с повозки. Хогвартс стоял на фоне заката, как крепость из старых легенд — и в его тишине снова чувствовалась жизнь. За спиной весело гомонили ученики, кто-то уже кидался снежками, кто-то жаловался на вес багажа.

— Ну здравствуй, Хогвартс, — тихо произнесла она. — Продолжим?

Вскоре в Гриффиндорской гостиной уже трещал камин, чемоданы стояли у лестниц, Гермиона что-то оживлённо обсуждала с Гарри, а Рон возился с подарками из дома. Все были на месте.
Вернувшись в Хогвартс, Эсмеральда не стала тянуть.

Уже в первую же ночь, когда гостиная опустела, а камин бросал на стены тёплые отблески, она собрала своих: Гарри, Гермиону и Рона. Голос её был спокойным, но в каждом слове звучало напряжение.

Она рассказала всё.

О том, как провела Рождество в поместье Вейнгартов.
О ледяной вежливости, о фальшивых улыбках за столом.
О странной теплоте, что проскользнула в разговоре с матерью.
О разговоре с отцом, полном намёков и сдержанных эмоций.
О кабинете прадеда.
И — самое главное — о книге.

О рунах, координатах и тексте, что появился на странице, как только она переступила порог кабинета. О том, что её прадед действительно был не просто членом — создателем Пепельных Ликов.
И что та странная книга с символом на обложке — вовсе не личный дневник, как они думали раньше. Это зашифрованная летопись. Кодекс. Записи древнего круга. И когда Эсмеральда рассказала всё — воцарилась тишина.

Гарри первым оторвал взгляд от огня.

— Ты уверена, что это был кабинет твоего прадеда?

— Координаты светились только там, — кивнула она. — А после — исчезли, и появилась надпись. Всё совпало.

Гермиона нахмурилась:

— В тексте говорится про твоего прадеда. Это значит, он точно один из создателей братства. Это меняет всё…

Рон поёжился:

— Ужасно стрёмно. Прямо у тебя дома…

— Добро пожаловать в мой род, — сухо заметила Эсмеральда.

Никто не стал спорить. Они переглянулись. Потом, один за другим, начали расходиться по комнатам.

---

Утро. Хогвартс.

Эсмеральда шла по коридору, слегка зевая. Волосы были собраны небрежно — редкость для неё. Она решила спуститься в библиотеку — рано, когда ещё почти никого нет. Хотелось подумать.

Она свернула в переход у западной лестницы и почти врезалась в чью-то грудь.

— Оу, — фыркнул знакомый голос. — Гриффиндорка без брони. Уникальный случай.

— Малфой, — произнесла Эсмеральда без особого удивления, скрестив руки на груди. — Что, решил тоже сменить имидж? Теперь ты — "вежливый наблюдатель"?

— Пытаюсь быть добрым. Пугает, да?

— Скорее, раздражает. Ты не умеешь быть добрым.

Драко усмехнулся и подошёл ближе.

— Ты изменилась после Рождества. В глазах — что-то другое. Рассказывай.

— Может, просто устала. А может — от одного наглого слизеринца скрываться надоело.

— Хватит. Что ты нашла? — его голос стал ниже, жёстче. — Я знаю, ты что-то от всех скрываешь.

Эсмеральда взглянула на него. Прямо, спокойно.

— Я нашла комнату. Да, в доме. Координаты из той книги вели туда. Это был старый кабинет моего прадеда.

— И?

— И там был текст. Что-то вроде прославления. Там упоминался "Создатель". Очевидно, речь о моем прадеде. Всё. Больше ничего.

Драко нахмурился.

— Ни слова о Малфоях?

— Ничего. Даже косвенного упоминания.

— Странно, — пробормотал он, явно разочарованный. — А я-то надеялся, что мои предки хотя бы в чём-то интересном засветились.

— Не волнуйся, — усмехнулась Эсми. — Возможно, у тебя просто… скучные предки.

— Осторожней, Вейнгарт. Это звучит почти как оскорбление.

— Разве я похожа на того, кто заботится?

— Нет, ты похожа на ту, кто идеально всё прячет. Особенно важное.

Он прищурился и шагнул ближе:

— Я не верю, что ты рассказала всё.

— А мне плевать, во что ты веришь, — холодно ответила она. — Я рассказала то, что стоит знать.

Мысли Драко: Опять. Опять эта чёртова маска. Ни эмоций, ни прорыва. Только ледяной контроль. Сука, почему мне так важно узнать, что у тебя внутри?

— Ты меняешь правила на ходу, — сказал он вслух. — И при этом ведёшь партию, будто давно её выиграла.

— Может быть. Или просто ты играешь слишком медленно.

— Или просто я умею ждать, пока противник сам подставится.

Он усмехнулся, но не ушёл. Только смотрел, в упор.

— Что ты скрываешь, Эсмеральда?

Она слегка приподняла бровь.

— Не всё должно быть рассказано сразу.

— Ну ничего, — пробормотал он. — Всё равно узнаю.

Он развернулся и ушёл, не оборачиваясь. Но в голове гудело:

Мысли Драко (уходя):
Ты меня бесишь. Взрываешь мозг. Ты врёшь. Но врёшь красиво.
И теперь я точно выясню всё.

---

Большой зал. Утро. Шум чашек, лёгкий пар над овсянкой, шелест страниц расписания. За окнами — серое небо, скупое солнце скользит по крышам Хогвартса.

Эсмеральда лениво перелистывала страницы книги, ковыряя вилкой булочку. Под её глазами — лёгкие тени, на висках — напряжение. Ночь она почти не спала.

— Можно сесть? — раздалось сбоку.

Эсми даже не подняла глаз.

— Грейнджер, ты никогда не спрашиваешь.

— Потому что обычно ты не врёшь.

Эсмеральда вздохнула, закрыла книгу и обернулась. Гермиона уже сидела рядом, глядя на неё с явным подозрением.

— Что?

— Зачем ты рассказала Малфою? — без прелюдий, сразу в лоб.

— Не кричи.

— Эсмеральда, он Малфой. Ты серьёзно решила посвятить его в это?

— Он и так уже по уши. Ты слышала, что мы нашли до каникул. Его герб. Его род. Думаешь, это просто совпадение?

Гермиона скрестила руки.

— И поэтому ты решила довериться ему? Серьёзно?

Эсми наклонилась к ней ближе, голос понизился:

— Я не доверяю ему. Я использую его.

Гермиона приподняла бровь.

— Прекрасно звучит. Просто по-Слизерински.

— Спасибо, я старалась, — усмехнулась Эсми. — У него есть доступ. Архивы, связи, фамильные источники. Если кто и сможет вытащить старые документы из хранилищ — так это Драко. А мне туда без шанса.

— Ты играешь с огнём, Эсмеральда, — мрачно сказала Гермиона. — Он не тупой. Он почувствует, что ты им манипулируешь.

— Пусть чувствует. Главное — чтобы играл по правилам.

— А если он не захочет играть по твоим?

Эсмеральда отвернулась, взяла глоток чая и тихо сказала:

— Тогда я его переиграю. Или сгорю. Но узнаю правду.

Гермиона замолчала. Несколько секунд смотрела на неё, потом вздохнула:

— Он уже зацепил тебя, да?

— Нет, — резко сказала Эсми. — Он просто ключ. Важно, чтобы он думал, что я ему доверяю.

— Он ведь всё поймёт. Ты не хуже меня знаешь, Малфои — не идиоты. Особенно когда дело касается их семьи.

Эсми кивнула:

— Я и узнала. В том, что я нашла у себя, о Малфоях не было ни слова. Но теперь я уверена — они тоже завязаны. Просто следы хорошо спрятаны.

— Значит, ты будешь копать дальше?

— Да. А он — мой лопата.

— Твоя метафора пугает, — пробормотала Гермиона, поднимаясь. — Только не жалуйся, когда всё взорвётся тебе же в лицо.

Эсмеральда смотрела ей вслед, потом усмехнулась.

---

Урок Защиты от тёмных искусств

Аудитория напоминала подземелье: тёмные стены, тяжёлый воздух, тусклый свет от фонарей под потолком. Впрочем, с тех пор как предмет вёл профессор Кестейн — угрюмый бывший аврор с шрамом от виска до подбородка, — тут вообще чувствовалось что-то… неуютное.

— Садимся. Быстро, — резко сказал Кестейн, входя. — Сегодня работаем с реальными материалами. Тема — магические следы. Их распознание, фиксация, интерпретация.

Эсмеральда устроилась за партой ближе к стене. Гермиона — рядом. Но рядом с ними, как по воле судьбы, сел и Драко. Он просто шлёпнулся в кресло и бросил ей мимолётный взгляд.

— Вейнгарт, — кивнул он.
— Малфой, — чуть натянуто отозвалась она.

— Сегодня мы не просто изучаем теорию, — продолжал профессор. — Я покажу вам артефакты с настоящими остаточными следами. Некоторые — из закрытых дел Министерства.

В классе повисла тишина.

— Начнём с этого, — Кестейн положил на стол старую, обугленную табличку с выгравированным руническим кругом. — Кто скажет, что это за тип магии?

Руки взмыли вверх. Гермиона, конечно же, первая.

— Это защитный круг. Традиционная форма — ритуальная, вероятно XIX век. Похоже на стили древних рун, возможно — с искажёнными элементами.

Профессор кивнул:

— Умно. А кто скажет, какой след остался на нём?

Тишина. Эсми смотрела на табличку, и в груди сжалось. Символ... казался знакомым. Не точь-в-точь как в дневнике — но почерк, расположение, форма кривых линий… Это было похоже. Очень на то что она читала сама в книге.

— Вейнгарт, — неожиданно бросил Кестейн. — Вы чего молчите?

Эсмеральда моргнула, собираясь с мыслями:

— Это не просто ритуальный след. Это… отпечаток обряда на укрепление связи между участниками. Как своего рода клятва. Очень старая, очень нестабильная. Используется в закрытых обществах.

Профессор вскинул бровь.

— Вы изучали это самостоятельно?

Она кивнула. Он пристально посмотрел на неё, но ничего не сказал.

Мысли Драко (наблюдая за ней):
Откуда ты знаешь это? Откуда вообще знаешь такое?

Когда Кестейн отвлёкся на следующую тему, Драко наклонился к Эсми:

— Ты явно что-то нарыла. В доме? Это был след обряда, да? Такой же, как ты видела?

— Тише ты, — прошипела она. — Мы же на уроке, блондин.

— А ты хороша, — хмыкнул он. — Начинаю думать, что ты — мой главный источник информации. Только почему я должен добывать всё намёками?

Она усмехнулась:

— Потому что так интересней. А ты всё равно никуда не денешься.

Профессор Кестейн обвёл всех холодным взглядом, поставив на стол старую обугленную табличку.

— Прежде чем начнём, — проговорил он, — хочу напомнить, что в прошлый раз, когда я дал вам задание по факультетам, вы устроили цирк. Учитывая, сколько драк, сломанных палочек и полыхающих перьев я тогда насмотрелся… — он сделал паузу, и в зале пронеслось нервное хихиканье, — …сегодня я смешаю состав.

Кестейн прошёлся вдоль парт, останавливаясь у разных учеников:

— Поттер — с Захарией. Паркинсон — с Лавгуд.
— И… Малфой и Вейнгарт, — добавил он.

Эсми и Драко одновременно резко обернулись друг к другу.

— Вы издеваетесь, — пробормотал Драко сквозь зубы.
— Зашибись, — тихо бросила Эсмеральда.

— А теперь, — продолжил профессор, не обращая внимания, — практическая часть. Артефакт с остаточным следом ритуальной магии. Распознать. Описать. Интерпретировать. Двадцать минут.

Мысли Эсми:
Ну, конечно. Потому что судьбе нравится поиздеваться. Ну а как же иначе.

Они подошли к своему артефакту — старому диску из чёрного дерева с тонкими серебряными линиями, и сели рядом.

Драко, склонившись ближе, пробормотал:

— Только не режь меня кинжалом, ладно?

— Зависит от твоей работы, — сухо отозвалась Эсмеральда, уже разглядывая руны.

Он наклонился ближе к артефакту.

— Это не просто ритуальная фигня, — заметил он. — Здесь искажение. Центральная руна перекручена.

— И не просто так. Это старый магический замок. Такие ставили на места, где хранились… запрещённые знания, — тихо добавила она. — Или тайны.

Драко посмотрел на неё внимательно.

— Ты это знала. Сразу. Потому что уже видела нечто подобное.

Эсми молчала, делая вид, что сосредоточена на записях.

— Проклятье, Вейнгарт, — выдохнул он. — Что ты ещё скрываешь?

Она едва заметно усмехнулась:

— Пока только своё терпение. Не испытывай его, Малфой.

Он криво усмехнулся и всё же записал на пергамент то, что они обнаружили.
Многие ученики начали коситься в их сторону.

Рон шепнул Гарри, ткнув его локтем:
— Ты это видишь? Она вместе с Малфоем. Добровольно. Ну почти.

Гарри, прищурившись:
— Может, профессор просто решил над ними поиздеваться.

Гермиона выглядела напряжённой. Она не сводила глаз с Эсми.
Мысли Гермионы:
Она рассказала ему больше, чем нам. Что, если он её переиграет? Что, если он втянет её в какую-то грязь?..

Тем временем Эсмеральда с непроницаемым лицом аккуратно отмечала найденные руны.

— Удивительно, — пробормотал Малфой. — Не ожидал, что ты умеешь работать руками, Вейнгарт.

— А ты всё ещё надеешься раскусить меня?

— Нет. Я просто надеюсь, что ты не отравишь меня в процессе.

Они переглянулись — и впервые за урок оба едва заметно улыбнулись. Ненадолго. Чуть дольше, чем надо. Достаточно, чтобы Гермиона сжала губы, Блейз Забини приподнял бровь, а Паркинсон шепнула что-то ехидное Полумне.

Кестейн щёлкнул пальцами.

— Сдаём пергаменты. Обсуждение в конце недели. Оценки выставлю по справедливости, даже если вы внезапно решили не убить друг друга, — его взгляд задержался на Эсмеральде и Драко.

Когда они вышли из класса, Драко слегка наклонился к Эсми:

— В общем, я передумал. Не режь меня кинжалом.

— А жаль, — усмехнулась она. — Была неплохая мысль.

— Ты опасна, Вейнгарт. Прямо как яд… только дорогой и в красивой упаковке.
Он засмеялся.

Коридор, после урока.
Толпа учеников постепенно рассасывалась. Эсми шагала быстро, но Гермиона догнала её почти у лестницы.

— Эсмеральда! — резко.

Эсми обернулась.
— Что?

Гермиона прищурилась:
— Ты рассказала ему всё?

— Нет. Не всё, — ответила спокойно, оглядываясь, чтобы никто не подслушал. — Только то, что нужно было рассказать.

— А кто решил, что «нужно»? Ты хоть понимаешь, с кем играешь?

Эсмеральда фыркнула, скрестив руки:
— Не делай из него дьявола. Он мне тоже не доверяет. Всё честно.

Гермиона чуть повысила голос:
— Всё честно? Ты спишь спокойно, зная, что делишь улики с Малфоем? Он же не остановится, если дело коснётся его семьи!

Эсми посмотрела в сторону и тихо произнесла:
— А если его семья тоже была в этом замешана? Он может знать больше, чем мы думаем.

— Или соврёт тебе в лицо, — рявкнула Гермиона. — Ты правда веришь, что он не использует это против нас?

— А ты правда думаешь, что я не использую его, если придётся? — спокойно бросила Эсмеральда, глядя ей прямо в глаза.

Повисла пауза.

Гермиона сглотнула.
— Это звучит… не по тебе.

— А может, ты просто плохо меня знаешь, — чуть усмехнулась Эсми. — Я не доверяю Малфою. Но он хочет копаться в этом так же, как и я. Пока он мне полезен — я рядом.

Гермиона, уже тише:
— А если это не просто «пока»? Ты же видела, как он на тебя смотрит. Он… странно себя ведёт. И ты тоже.

Эсми отвернулась.
— Гермион.

—  Держи все под контролем.

Эсмеральда кивнула.
— Только не мешай мне, если я выбрала другой путь.

Они разошлись молча. Одна — в библиотеку. Другая — в башню.
Обе — с мыслью, что игра становится слишком тонкой. И слишком личной.

---

Коридор третьего этажа. День.
Эсмеральда спешила в сторону библиотеки. Она была погружена в мысли, в руке держала блокнот, а в голове всё ещё прокручивала разговор с Гермионой и то, как Драко смотрел на неё на уроке.

Поворот — и столкновение.

— Ай! — Эсми резко отшатнулась, чуть не уронив блокнот.
— Прости! — тут же послышался знакомый голос. — Эсмеральда?!

Она резко подняла взгляд — и на мгновение всё вокруг будто приглушилось.

— Седрик? — тихо.

Он улыбнулся, широко и искренне, как он умел.
— Ты чего тут бродишь? Я думал, ты ещё в Лондоне зависла на балу у графини.

Эсми хмыкнула:
— Ну прости, что не устроила парад возвращения с фейерверками.
Она сделала шаг — и они одновременно потянулись друг к другу.

Объятие получилось долгим.
Тёплым, привычным. Таким, каким оно бывает только у людей, с которыми тебе по-настоящему спокойно.

— Чёрт, я по тебе скучал, — прошептал он у её уха.

— Я тоже, — выдохнула Эсми. — Даже не думала, что увижу тебя здесь, а не в толпе у трибун или с новенькой на плече.

Он отстранился, покачал головой, глядя на неё внимательно.

— Ну что, расскажешь как провела каникулы? Или как обычно: «Потом, Седрик, это всё сложно, ты не поймёшь»?

— Потом, Седрик. Это всё сложно, — с улыбкой повторила она.

— Ладно. Но знай: я здесь. И если тебе нужно будет уши, руки или кто-то, кто вытащит тебя из проклятой ямы — зови.

— Только если сам не вляпаешься в неё первый, — хмыкнула она.

— Честно? Если ты туда полезешь — я пойду за тобой. Хоть в самые чёртовы катакомбы.

Эсми на секунду опустила взгляд, а потом, беззвучно, прошептала:
— Спасибо.

Он подмигнул:
— А теперь — марш на чай. Я тебя утащу. Должен всё выведать. Как твои дела, подарки, поклонники, Гермиона, и… кое-кто на букву «М».

— Ох нет, только не «М»…

— Вот именно. У меня вопросы. Много. Очень много. И никакие амулеты тебя не спасут.

Они пошли вместе по коридору, и впервые за всё это время Эсмеральде стало тепло.
По-настоящему тепло.