Часть 2 глава 1
В комнате резко стихло. Подозрительно тихо. Нил обратил внимание на очаровательное сопение спутницы, затем, переместив свой взгляд на неё, он обнаружил, та крепко-накрепко уснула. Словно маленький котёнок, пришедший к опекуну, спит рядышком, ведь так боится темноты. Нет, он не боится внешней темноты, не боится ночной темноты, он боится людского мрака, мрака извне, засасывающего его всё стремительнее, словно чёрная дыра.
«Спит.» – пронеслось в сознании парня. Еле касаемо, Нил погладил Лауру по волосам, боясь разбудить. Ему и шевельнуться лишний раз было страшно, спугнуть маленького котёнка, находившегося в поисках своего предназначения в жизни, ищущего ласки, уюта и тепла, которых, в своё время, он не получал. – «кто с тобой это сделал? Наврала ли ты мне, или просто надела маску в нужный момент, чтобы я ничего не понял?» – на грустном, рваном выдохе призадумался Кэмпбелл. Водоворот мыслей в конечном счёте привёл его ко сну.
Брюнет стоит на самом краю крыши высокого здания. Уходящее за горизонт солнце прощалось с ним, сменяя тёплые краски на более холодные. Небо так удивительно, будто бы руки самого художника его коснулись, сделав прекрасным и живописным. Вместе с закатом уходило нечто драгоценное...
«Люди несчастны, потому что у них нет крыльев. Если они и были, то их вырвали со всеми окончаниями. Эти крылья не вырастут никогда. А застывшие раны, оставшиеся на спине после того, как людям вырвали крылья, служат напоминанием о тех, кто сотворил это с ними. С этой мыслью людям тяжело живётся.» – задумывался Нил, горько усмехаясь мыслям.
Его решение неоспоримо. Он развернулся, потянул руки в стороны.
Он падал. Падал в бездну. В самую её глубину.
5 часов утра. Юноша проснулся в ужасе.
«Что это было?!» – Нил оглядывает себя, свои руки, щупает себя. – «Опять..» – Лаура всё так же крепко спала. Сердце бешено колотиться, дышать тяжело.
Лауру пробудил ото сна внезапный подъём Нила, его хождения по комнате нарушали привычное томление в мире грёз. Хотелось потереть глаза, спросить: «Всё в порядке? Почему ты встал так рано? Приснилось что?» встать одновременно с ним и хвостиком ходить за ним, периодически дразня и хватая за локоть, а после выслушивать что «вот опять попала под горячую руку, я не хотела ставить тебе синяк.»
Но желание досмотреть интересный сон окутало сознание, а топот юноши тяжелым скрипом отдавался где-то вдалеке.
«Я крупно ошибся, мне нужны препараты.» – думал Нильсон, периодически бросая взгляд на подругу, боясь разбудить.
Он больше не мог уснуть, вместо этого, тот хозяйничал, прибрал себя в порядок, потихоньку собирался в университет. По наступлению 6:30, на кухне запахло чем-то очень вкусным.
Для него не было в новинку так рано просыпаться, даже раньше будильника, естественное для него явление, вызванное не то кошмарами, не то волнением за опозданиями на занятия.
Вскоре, Кэмпбелл снова оказался в комнате, сел рядом с Лаурой и стал её будить. Девушку разбудили его нежные покачивания, рука парня легонько трясла её плечо. Приятное тепло.
– Котёнок, просыпайся, доброе утро! Сейчас мы с тобой будем уплетать блинчики за обе щеки! Тебе же нравятся блинчики?
– ¿Qué? – глаза заморгали, пытаясь разглядеть в бледно-желтых лучах рассвета, фигуру. Поняв, что перед ней не Лиза, не Шарлотта, и она даже не в общежитии, а вчерашнее ей вовсе не приснилось, она отдернулась, попутно поправляя волосы на голове, трогая щёки, убеждаясь, что они не горят, как камни, оставленные под палящим солнцем. Словно включённый стационарный компьютер, всё внутри загудело, зашумело, засвистело. «Ну вот, опять.»
– Ох, Нил, да, доброе утро.
Отдышка — прижатая к груди рука пыталась нащупать цепочку, чтобы успокоиться. Символический легкий кивок и рывок в его руки, в объятия, ведь нет никаких сомнений, что он точно поймает и никогда не отпустит.
– Да, нравятся, спасибо. Свари ещё кофе. Двойной.
Это была прекрасная возможность никогда больше не заниматься домашней работой, не переживать из-за недостаточно выглаженной одежды, не модных заколок и не готовой еды на завтрак. Побег. Да, именно так Лаура называет свой переезд из дома.
Парень с девушкой, завершив утренние, рутинные дела, уже находились в вагоне поезда в метро, направляясь в университет. Она с увлечением заглядывалась на спуски в метро, на красивые блестящие вагоны, на спокойное лицо Нила с переходящими по скулам желваками, когда тот серьезно пролистывал что-то в телефоне. Девушка вжималась в его руку, боясь потерять из виду.
На пороге университета всё же пришлось отпустить, словно оторвать ребенка от груди матери, как сорвать прилипшую наклейку от ноутбука и оставить на нем следы. Стараясь держаться бодрее, Бусто начала говорить о всякой ерунде, опять игнорируя те вчерашние выходки. В окнах повылезали любопытные зеваки.
«Что уже случилось за время нашего отсутствия?»
В коридоре появилась Элиз, горящая злостью, как бык на красную тряпку. Какой уже раз она уводит Лауру от Нила для каких-то разговоров? Надо бы завести записную книжку.
– Ты почему в общежитие не вернулась? Почему не отдала ключи? – в её голосе звучал трескучий мороз и искреннее недовольство.
– В сугробе потерялась. – завитый на палец тёмный кудрявый волос подпрыгнул, и от него по инерции последовали другие.
Лиза багровела от злости, перебирая пальцами в воздухе в жесте, желая удушить Лауру.
– Этому сугробу имя дом Кэмпбелла? Я же говорила, не долго! Какого черта?
Шатенка игриво и задумчиво посмотрела в сторону уходящего Нила.
– Чем он тебя накормил, ты почему такая загадочная сегодня? Только не говори...
– Что? Нет! – Лаура задала встречный вопрос Элиз, перехватывая ее руки, – он просто мой друг, очень хороший друг. Ты сама была у него дома. Всё порядке, ладно?
– Ох, ну я думала ты сейчас уткнёшься мне в плечо и разрыдаешься, словно потеряла кусочек себя, как пусто внутри и как жить без него не можешь...
– Лиз, прекрати читать романы перед сном, умоляю. Пошли кофе попьём, я ещё не проснулась как следует.
Подруги уже находились в кафетерии.
– Детка, я сделаю тебе и мне как обычно, а ты сходи пока, место поищи, – подруга ласково приложила ладонь к щеке Бусто и удалилась по большому помещению в сторону напитков.
Лаура металась меж забитых столиков, ища себе и Лизе хоть что-то. Её взгляд упал на Теда и Алекса, конечно, где им еще быть. Будут ли парни рады ее компании? Алекс по крайней мере уж точно.
– Алекс, ты зачем так надушился? На свидание идёшь? – ворчит и одновременно прикалывается Тед. – у тебя изо рта всё равно сигаретами воняет..
– Чёрт, Тед, да я знаю.. У тебя жвачка есть? У меня закончилось просто! – он дыхнул себе на руку, пытаясь прочувствовать табачный запах, о котором упомянул оппонент.
– С каких это пор ты взялся за старое? Нет у меня жвачки. У тебя что-то произошло? Странный ты какой-то.
– Да нее, всё хорошо, даже лучше, чем хорошо! – не до шуток, Алекс действительно переживал, раз уж уже который день курит. Говорить не хотелось. Не хотелось лишний раз нагружать. – заботься о себе.
– Ла-адно. Как скажешь, чудак, хах. – Алекс и Тед общались о чём-то своим, перепрыгивая с одной темы на другую. Теда, как никого другого, раздражали шутки Крайтона. Блондин относился к той категории людей, которые, порой, не понимает, шутка ли это было со стороны человека или оскорбление, и поэтому, если Алекс вставляет в свой юмор Теда, тот возмущается.
Несмотря на это, они хорошие приятели. Шатен может найти подход практически к каждому, а Тед ничего не имел против Крайтона, за исключением шуток-прибауток.
– Мальчики, привет! А где Майк? – Лаура непринужденно подплыла к высокому барному столику, где стояли ребята и перекидывались фразами.
Тед поздоровался с ней. – доброе утро, Лаура. Майк, вроде, скоро должен будет прийти.
– Алекс! – ей хотелось видеть этот ходячий анекдот больше остальных. Как батарейка, заряжённая солнцем, он мог поднять настроение игрой с солнечными зайчиками и одновременно успокоить, нагрев теплыми лучиками.
– О, кудряшка! – Алекс растрепал её волосы, смеясь. Он вёл себя словно её старший брат, точно не дающий свою младшую сестру в обиду, несмотря на свою несерьёзность. – как поживаешь? Надеюсь, у тебя всё хорошо, вон, гляди, как солнце светит, оно мне глаза ослепляет! А тебе, придётся надеть солнечные очки, кудряшка, чтобы не ослепнуть от солнца и от такого безупречного молодого человека, как я.
Лаура приобняла Алекса, но вскоре слегка отстранилась, учуяв запах сигарет, кажется, преследующий девушку всю жизнь.
– Единственное солнце здесь – это ты!
В кармане звякнули не отданные Лизе ключи и глаза приоткрылись, после приятного прищура от обнимашек. Лаура поковырялась в складках своей рубашки, доставая достаточно крупную связку из брелков и больших тангентов.
– Тед, я одолжила это у студ.совета. Вернёшь Агнесс? – она протянула узелок, вложив его в руки парня и задержав их, словно ставя печать, передавая золотую жилу, самое, что ни на есть сокровище. Её серьёзный взгляд на секунды осмотрел Теда, будто говоря «я тебе доверяю, но не задавай лишних вопросов».
– Эм.. – Тед принял связку ключей из рук Лауры. Вопросительный взгляд светловолосого атлета встретился с серьёзным взглядом сеньоры, ища в нём ответ, однако, попытка обернулась провалом. Столько вопросов и так мало ответов. – Ну, ладно, передам.
Бесконечная очередь в столовой рассосалась, выплевывая из себя идущую к Лауре Лизу.
– Пипита, я думала ты уже ушла, вот твой двойной без сахара, – мятный латте опустился на столик, а тонкие женские губы коснулись щёки Алекса. Табачный запах её совсем не отталкивал. Кивком она поздоровалась с парнями и с деловым видом практически улеглась на скользкую кухонную мебель.
– Чего тут у вас? – шумно спрашивает озорной Алекс, отводя свой взгляд то на Теда, то на Лауру. Блондин небрежно махнул рукой.
– Ничего особенного.
– Оо, у вас у двоих секреты? – Макинтайр раздраженно выдохнул, спрятав ключи в карман брюк. Он делал вид, будто не слышал Алекса.
– Ничего важного, просто ключи. Алекс, не строй из себя Шерлока Холмса, у тебя это плохо получиться.
Пришедшая Лиза укротила его пыл. Он даже как-то замялся. Друзья поздоровались с ней.
– Когда же там, интересно, Нил придёт? Мамочка наша. – таким прозвищем Алекс называл Нила. А что? Вполне логично. Кэмпбелл, вечно переживающий за своих близких, носящий ответственность за свою группу, бегающий туда-сюда со всякими бумажками, документами.
– Скорее уж папочка... – через сжатую беспечную улыбку со смешком выпорхнули слова Лауры, но под рёбра тут же прилетел острый локоть Лизы, заставивший остолбенеть. Сверлящий и недовольный взгляд твердил о том, что пора заткнуться, пока не стало слишком поздно, отступить, что это вообще за поведение? Организатор выглядела как обычно, только устремлённые в сторону Лауры глаза горели возмущением и желанием не подпускать подругу-кроху к Кэмпбеллу на расстоянии пушечного выстрела.
– А задротик наш уже идёт, да? – задротик, очевидно, Майк. – ладненько, я надеюсь, позже эти оба к нам придут.
Лауре в голову пришла мысль, — которая, вероятно, и являлась правдой — что Майк может возиться где-то с Шарлоттой и её сестрой: эти трое вечно ошиваются по углам университета выискивая сильный сигнал Вай-Фая.
Алекс очень шустро переключился с одной темы на другую. – Лаура! Кудряяшка..Ты не рассказала, как у тебя дела, кстати. Давай, делись. Как дела? Как вчера день провела?
Стало неловко от одной мысли: вдруг парни начали расспрашивать про посещение Лауры Нила. Она же им об говорила? Или нет? Почему так сложно удержать большое количество информации в голове..?
– Алекс, ты так много болтаешь. – побурчал Тед.
– Кем я буду, если не буду столько болтать? Я тогда уже не буду Алексом.. И вообще, не будь таким злым. – Алекс похлопал друга по плечу. – Бяка ты, Тед.
– Да мы ж с вами вчера вроде виделись, – застывшая Лаура теребила в руках металлический эглет своего коричнево-синего худи.
– Хорошо, выспалась.. да..
Бусто и Картман переглянулись, будто вновь устанавливая между собой телефонную связь, слышимую лишь им двоим.
«Не буду я ничего такого вытворять, хватит за мной следить!»
Элиз послушно отвела взгляд и снова облокотилась на стойку, заглядываясь на Алекса.
Тот, в свою очередь, поймал на себе взгляд Элизы, теперь, не собирался упускать его из виду. Ах, как же ему особенно приятна компания «золотой рыбки». – Ну, что, золотая рыбка, сегодня у тебя есть свободное время на исполнении моего желания, пойти в кино со мной после пар? Если нет, ты какая-то неправильная золотая рыба, она-то мгновенно выполняет то, что загадал. – шаловливо заговорил он, заправляя локон её рыжих волос за ушко.
Элиза прикрыла рот своей рукой, улавливая в ней улыбку. Очаровательный тон Алекса каждый раз заставлял ее рассыпаться как мягкий песок, млеть и замирать.
– Ох, я даже не знаю, мой ты ненасытный.
В её руке руке закрутилась светло-синяя трубочка с блестящей кнопкой и Лиза быстро поднесла её ко рту, вдыхая сладостный дым в себя, пропуская его через лёгкие, забавно выпуская обратно через ноздри.
– Не мое, конечно, дело ставить тут условия, но как на счёт... После... Кино..? – электронная сигарета была протянута в незатейливом жесте Алексу с намеком: «будешь?»
– С тобой хоть что угодно, когда угодно. – с интересом шатен смотрел на девушку.
Думая, что еще сказать, рыжая потупила немного в пустоту, после чего подняла полные энергии и энтузиазма нефритовые глаза, заглядывающие прямо в сердце.
– Я пока не забыла! Рождество, Новый год! Я ж организатор, хаха! И у Лауры день рождения... Мы с милашкой Кайлом сделали примерные наброски этих основных мероприятий и сдали на отчет студсовету, но знаешь, это такая ерунда, столько еще работы...
Алекс взбудоражился, как только услышал из уст рыженькой имя другого парня. Милашка? Кто вообще такой этот милашка Кайл? Алекс, стал участником циркового номера, превращая свои истинные чувства в шутку, прикол, который будет по душе аудитории.
– Надо же.. Я тут уже столько учусь, и так и не знаком с этим милашкой Кайлом! С чего бы он такой милашка? – Алекс расслабленно упал на спинку дивана, до этого приняв электронную сигарету из женских рук.
Её ладонь ласково накрыла руку своего фаворита.
– Я хочу, чтобы ты мне помог и был рядом. Понимаешь, без тебя этот Хэллоуин был бы такой лажей...Никогда не меняйся, ладно?
– О, правда? – улыбка Чеширского кота отразилась на его лице. – Не зря мои друзья зовут меня «заводилой». Ну какая вечеринка без алкоголя, дорогуша, скажи мне? – вдыхая ароматный дым, хитрые глаза, напоминающие оливковые деревья в садах Италии, Алекса с интересом разглядывали оппонентку, сидящую напротив. Столько всего ему сейчас хотелось сделать вместе с ней, столько сказать, хоть пуститься в путешествие по всему земному шару, покорять каждый город, ночами не спать, прогуливаясь по улочкам, освещенные фонарными столбами. Но он не может. Что на меня такое нашло, чёрт тебя дери, думает Алекс, раньше такого с ним не было. – День рождения Лауры, да.. А чего она, кстати, хотела бы в качестве подарка? Вы неплохо общаетесь. Наверняка, ты знаешь. – затем заговорил о новогоднем мероприятии в университете. – там могут быть хлопушки! Много хлопушек, ты представь, сколько будет конфетти. А ещё, на этот раз пунш будет намного вкуснее. – парню льстили слова Картман, он чуть ли не смущался. – зайка, если тебе нравится такой Алекс, которого ты требуешь не меняться, то он уж точно не измениться. Ты не менее чудесна, Лиза! А Кайл, как? Он тоже хороший организатор? – не унимался Алекс, высвобождая из себя клубы дыма, ухмыляясь.
Кресло заскрипело, когда рыжая облокотилась на его спинку. Она всматривалась в изменение поведения Алекса, но тут и думать было нечего, они оба как открытые книги, а прочесть дальше можно лишь найдя красивую закладку среди страниц.
– Кайл.. – Элиз прошлась пальцами по шее юноши, щекоча, – если ты ревнуешь, то очень зря, он очень.. как бы так сказать...
Картман остановила движение на голове парня, медленно перебирая его темные волосы.
– Он как ребёнок. Правда, не встречала ещё человека с настолько высоким уровнем эмпатии и глупой наивностью. Он сейчас новый звукооператор на сцене, увидишь ещё его, не переживай. И, конечно, ты с ним не знаком, он же со мной в корпусе.
Шотландка ласково поцеловала Крайтона в макушку.
– С чего ты взяла, что я ревную? Я просто спросил. – оставаясь в горделивом положении, рассказывает свои сказочки. – я раннее о нём не слышал, вот мне и стало интересно. – Алекс накручивал на палец звенья серебряной цепочки, он отвел задумчивый взгляд куда-то в сторону. Каждое её слово о неизвестной для него фигуре приводило его к размышлениям. Так уж он наивен и эмпатичен? Хотелось бы Алу взглянуть на него, из интереса, понять, кто в кругу её общения.
– С того, что никому не нравится, когда при нем говорят о других знакомых, – рыжая высунула розоватый язык и поднялась, выпрямляя затекшую спину.
– Ты уже придумал на какой сеанс мы пойдем? – мурчащий голос Элиз перекатывался из горловых связок до полноводных ноток опошления. Она аккуратно вынула из рук шатена файку и затянулась, а после рассмеялась, созерцая как одновременно с этим выходят клубы смога из ее рта.
– Смотри, непрямой поцелуй. Как мило.
Только лишь после её вопроса о выборе фильма, парень переключился. Парниша достал телефон, набрал в поисковике афишу. – Вот сейчас и глянем, на какой фильм сгоняем. – улыбнулся. – да, мило..
Не имея больше желания делиться с Алексом своим сокровищем, Элиз спрятала сигарету в наружный нагрудный карман широкой джинсовой куртки. И тем более в столовой курить не прилично...
– Романтика в кино – это так банально... Парочки на задних сиденьях, ну ужас. Даже не выпить ничего нормально, всех отвлекаешь, – Картман покрутилась вокруг своей оси, сплетя пальцы в замок, думая.
– Ты ж у нас джентльмен, аревуа, мон чер, ме густо, вот и предлагай.
Лиза оттянула задравшуюся юбку-карандаш, продолжая смотреть на Алекса, который листал информацию про кино в мобильнике. С какого дня она начала женственно одеваться и носить юбки? Надо отметить в календаре...
– Раз уж не любишь романтику, так давай пойдём на ужастик? А после ужастика мы не будем спать всю ночь, если он, конечно, окажется страшным! Бубубу! – изображает монстра, оскалив зубы. – я и неслова не понял, что ты сказала. Ха-ха! Я знаю фразу жё тем. Французская вроде. Вспомнить бы, что это значит..
Кудряшка неловко заерзала на месте, спрятав маленькие смуглые дрожащие руки в карманы и извиняюще глянула на Теда, параллельно разглядывая как от непонимания подпрыгивают его светлые волосы, сравнимые со спелыми колосьями ржи. Тед не обращал ни малейшего внимания на заигрывания Алекса с Элизабет. Его сжирал интерес, откуда у Лауры, не имеющий доступа к таким привилегиям, ключи от вахты, и зачем они ей вообще понадобились? Блондин решил отойти вместе с ней от голубков, те всё равно были отвлечены разговорами и вряд ли заметят исчезновение Лауры и Теодора. – это, конечно, не моё дело, но.. Для чего тебе в принципе пригодились ключи от вахты? Я так понимаю, их тебе Лиза дала, но тогда.. Почему бы ты ей спокойно не передала их? Она в последнее время строгая по отношению к тебе, либо мне показалось..
Я помню, как все начиналось. Я знаю, как все закончится. Желание присыпать глаза могильной землей, закрыть скрипящую крышку гроба усиливается холодным пóтом и бьющей по ушам тишиной. Кажется, что сердцебиения нет. «Зачем было тебя убивать? Ты не заслужил такой участи.». Но отпечатки горести прожитых дней, полные сожаления и попыток выбить хоть какой-то осадок упоения, скрыты за могильной плитой. Погребённый не восстанет из могилы, а погибшее сердце не забьется вновь.
– Тед, а ты знаешь, что если смотреть на нашу планету сквозь 65 миллиардов световых лет, то можно было бы видеть только Эру динозавров? – отвлечённый, будто не слышащий и задумчивый голос Лауры звучал поверхностно и где-то в глубине груди.
–..Так вот, если бы я тебе и сказала, ты бы всё равно не понял. Совсем как люди, смотрящие в телескоп и не понимающие, не улавливающие сути умирающей звезды.
Она зачем-то засмеялась сама про себя и подняла на Теда глаза.
– Скажем так: у меня как с гуся вода. А Лиза не в той компетенции чтобы в принципе иметь при себе такие... Эксклюзивные вещи, – девушка выдержала паузу, наблюдая как блондин морщится и меняется в лице от каждого ее слова, – я ДОВЕРЯЮ тебе, доверяю студсовету. Разве ты меня не выручишь, м? – Лаура для комичности встала на носочки, выпрямив руки перед собой, словно выпрашивая конфету у большого брата.
Тед покосился на Лауру. Картина в голове оставалась размытой. Динозавры? Серьёзно? – чуднáя ты девушка, Лаура. Этим ты и зацепила его внимание. – «его внимание», интересное, чьё? Это, скорее, совершенно неожиданно выкинутая из его уст фраза, нежели он это специально сказал. – вроде такая маленькая, а делов наделала немало. На Хэллоуине интересный эпизод.. Сейчас, я уверен, тоже лежит интересная история. – Тед сложил руки в карманы. – Право быть, кто я такой, чтобы расспрашивать? Я просто верну эти ключи. Спасибо за доверие, кстати.
Лаура непонимающе захлопала глазами. Внимание? Эпизод с Хэллоуином? Как же это начинает надоедать, злить. Она раздражённо потерла переносицу и перенесла вес на левое бедро.
– Тед, слушай, я миллион раз извинилась, что так получилось облажаться на празднике, я сама себе доставляю проблемы, спасибо большое за напоминание, и не надо делать акцент на том, что я плохая и, что кто-то из-за моей «чудаковатости», – она обрисовала пальцами в воздухе фигурные скобки, – продолжает обращать на это, тем более на МЕНЯ внимание. Не представляю, кто это может быть, сочувствую ему. Disparates....
*С исп. – чушь
Вот она, Лаура, которую все видят: психованная, неуравновешанная, неумеющая держать чувства под контролем, будто прорвало плотину, держащую баланс между беспроглядной пустотой и мольбами о помощи, светом, что проглядывается где-то в искорках глаз и тухнет, захлебываясь.
Что чувствует человек при утоплении? Вряд ли сами люди об этом расскажут, разве что при спиритическом сеансе. Можно только представить. Исполинское желание дышать, хватать ртом воздух, а одновременно и дышать, и кричать не получается. Сил нет. Паника, шок, судороги по всему телу, отказ конечностей, невозможность здраво мыслить и шевелить руками. Мысли будут думать только о том, чтобы стараться надышаться и держаться на плаву. Лёгкие заполняет вода: больше нет смысла даже попробовать заглотнуть воздуха, бесполезно. Огонь, пожар, жжение в груди. Тянет на дно, в глазах все мутнеет. Неужели это конец?
– Ухты... Так значит, ты не только чуднáя. – внезапная смена настроения девушки не то веселила, не то заставляло парня задуматься. – Та фраза совершенно случайно вырвалась из моих уст. Впрочем, я имя этого человека озвучивать не буду. – Тед, словно коршун, напавший на добычу, осматривает Лауру. – я в школе тоже был таким. Знаешь, я не мог контролировать эмоции. Не сказать, что сейчас это у меня отлично получается, однако, если сравнивать, для меня это прогресс, Бусто. Мне тогда было уж очень не сладко. – Тед не смел сводить опасного взгляда с кудрявой.
– Хочешь сказать, ты и сейчас себя прекрасно контролируешь? Не пытаешься вывести меня на агрессию, не пытаешься что-то выведать? Плохо получается, мистер «друг всезнайки с вечно недовольной рожей».
Лаура уперла руки в бока и задрала голову, гневно насупившись. Её волосы больше не скрывали лица, они мягко ниспадали на плечи и завивались и казалось, подпрыгивали от каждого ее слова, от каждого впрыска ядом. – Я же сказала, мне плевать о том, кто так обо мне думает. Плевать на всех в принципе. Я тут учусь, а не дружбу вожу.
– На что же ты так обижена? – реакция Лауры на его слова дала о себе знать. Ему явно не понравился её тон. Даже неясно, насмехался ли Макинтайр, специально провоцировал? – заметь, я и не говорил, что ты плохой человек. Я просто... Просто сделал вывод, и ты, словно чиркнувшая спичка, зажглась. Я оскорбил тебя?
Услышав фразы про обиду, про спички, которые почему-то её совсем не удивили, она хмыкнула, пожав при этом плечами.
– Обида? Почему же сразу она? Почему не ненависть? Не желание убить, покалечить, разнести все тут к чёртовой матери?! – голос сорвался. Нет, только не это, нет, нет! По ноге блондина, на уровне колен, с внушительной силой был произведен удар, и девушка в тот же момент отстранилась.
– Смотри как бы эта спичка не унесла вас всех за собой, сжигая и оставляя ожоги.
Упавший на нос кудрявый темный локон был сдут небольшим усилием маха ладонью.
Почему людям нравится играть в рулетку? В казино? В карты? Азарт. Желание выиграть, желание показать всем, что ты лучше всех, опошление собственных мыслей, возможность поставить на кон всё самое дорогое, включая жизнь! Жизнь...
Когда подносишь к виску дуло пистолета, видя, как остальные участники свободолюбиво потирают руки, невольно осознаешь и вырисовываешь картинки собственной погибели, размазанной по полу свежей мякоти, багровой лужи и как по-идиотски смеются твои оппоненты, наблюдая как с еще тёплого тела вытекает жизнь.
– Нил! Ты вернулся. – Староста тут как тут. Она некрепко обняла его, парень неловко обнял её в ответ. – тебе уже лучше? Скажи, что да.
– Да, и тебе привет, Агнесс. А что, если моим ответом окажется «нет»? – Агнесс обиженно надула губы, изменив свой отрешённый, кошачий взгляд на очаровательный. – да ладно тебе. Всё со мной хорошо, больше нет поводов для волнений. Просто.. Просто мне, наверное, хоть иногда надо брать перерыв..
Агнесс и Нил со стороны так мило беседовали, не касаясь всяких там университетских обязанностей. Они направлялись к кафетерию. – Слушай! Раз уж ты себя отлично чувствуешь, так значит, я могу тебе предложить.. – блондинка протянула два билета, на личике её сыграла лучезарная улыбка, а глаза Нила загорелись.
– П-подожди.. Это же.. Это же... – пластинка заела. Йенсен по-лисьи улыбалась, часто кивая.
– Это два билета на концерт группы «The Neighbourhood», я знаю, как она тебе нравится, Нил! Он состоится в декабре. В начале декабря. Пойдёшь со мной? – игриво спрашивает, размахивая ценными бумажками перед его глазами, пока они по-ребячески искрились.
– Агнесс, я не знаю. Там ведь начнётся подготовка к Рождеству, а затем к Новому году.. И сессия тоже.
– Один денёк без подготовки к праздникам и экзаменам переживёшь. – дружеский жест или всё-таки нечто большее? Непонятно. До этого, и намёка не было на что-то романтическое, и, как правило, их взаимоотношения воспринимались либо «учебные», либо «дружеские». Тем не менее, приглашение было сделано, что, пожалуй, значило, что это больше, чем «учебные» взаимоотношения, но какие тогда?
Они вошли в кафетерий, в самый разгар неприятных разговоров между Тедом и Лаурой, наблюдая следующую картину: физиономия Теда кривилась в ярости ещё больше, грудь вздымалась от частоты дыхания. Его лицо можно сравнить с лицом человека, только что съевшего красный острый перец.
– Как ты меня назвала? – раздражённо прошипел он, в следующий миг скрючившись от больного удара, зажмурил глаза. – Ты.. Ты! Повезло тебе, я на девушку руку не подниму, не по-мужски.
– Что ты сказал ей, Тед? – послышался знакомый, но обеспокоенный голос. Макинтайр увидел подошедшего Нила. Агнесс решила не вмешиваться не своё дело, уйдя к витринам. – что у вас вообще произошло?
– Нил! Да тут.. некоторые недопонимания, если так можно выразиться, кхм. – пробормотал блондин, угрюмо взглянув на оппонентку.
– Да? А со стороны выглядело немного по-другому.
– Ладно! – Тед начал рассказ своей версии произошедшего, что совпадало с реальностью. – а затем, я без наезда поинтересовался, почему она так себя ведёт, вот и всё. А потом я ещё и оказался «друг всезнайки с вечно недовольной рожей», не умеющим контролировать свои эмоции.. Ну да, ну да, будто у неё хорошо получается.
– Тед! – выкрикнул Нил и потряс его плечо. – следи за языком.
– Ладно-ладно. Она меня после всех этих слов ударила! По ноге!
– Та-ак.. – Нил досадно покачивая головой, сознавал, насколько его лучший друг вспыльчивый и способен на то, чтоб сказануть лишнего. – Тед, ты ведь понимаешь, так ты никому лучше не сделаешь.. Не понимаю, почему вы вдруг стали ругаться, но это совершенно не выход.
Он переместил извиняющийся взгляд на девушку. – Лучик, не принимай его слова близко к сердцу.. У него такое бывает. – на этих словах, он вновь метнул взгляд на блондина, как бы, намекая..
Рот в безмолвии ловил сладостные глотки воздуха, желая упиться этим моментов и никогда к нему не возвращаться. Будто рыба, выброшенная на берег, как скомканный лист бумаги с перечеркнутыми много раз фразами, написанными на нем. Тишина. Боже, ну сколько можно её слышать в своей голове, неужели нет другой музыки для успокоения души, для разряжения обстановки, почему между чёрным и белым не появится серый цвет?
– Я ненавижу... – всё ещё опущенное лицо Лауры медленно поднялось, всматриваясь как Тед, будто куколка-принцесса жалуется своему ненаглядному рыцарю Нилу. Закушенная с внутренней стороны щека больно закровоточила.
– Ненавижу, когда берут на слабо. Ненавижу, таких лицемеров как ты, не знающих о человеке НИЧЕГО, но дающие непрошенные советы только потому, что посчитали нужным так сделать.
Хруст суставов пальцев. Озлобленный оскал и отходящий, вырывающийся от груди вопль, переплывающий из гневного до умоляющих рыданий.
– Ненавижу всех вас, ненавижу ваши тупые лица со своими тупыми проблемами! – Лаура прижала руки к груди, а после распахнула, словно уплывая, выпархивая из своей собственной клетки. Её взгляд упал на испуганного Нила.
–...В особенности тебя...
По светлому кафельному полу было слышно, как стремительно удаляются шаги, уходящие за поворот и бегущие, бегущие всё дальше, отдаляясь, не желая прикасаться к истязающим душу проблемами.
Макинтайр стоял в полном оцепенении, положив руки в карманы своих брюк, глупо покачивая головой, словно совсем не воспринимал слова какой-то там девчонки всерьёз. Перебирая с ноги на ноги, уже пустой, совсем незаинтересованный взгляд юноши оглядывал разъярённую оппонентку. Она злее обычного. Гнев растворился. Гнев, словно пятно на одежде, можно постирать и оно пропадёт. Чувствует парень, завёл нового врага, хотя ему этого не очень-то хотелось, особенно если его товарищ уважает этого новоиспеченного «врага». Что ж, это печально, но не удивительно для Теда, имеющего обыкновение взрываться как вулкан.
Тед даже не шелохнулся, до того, как не услышал, как Лаура крикнула на Нила.
– Если мне не изменяет память, то фраза означает я тебя лю.. Лаура? – из розовой ваты, маленького волшебного мирка, окутавшего Элиз и её возлюбленного Алекса, выдрал истерический крик кучерявой юницы и ее уход из столовой.
«Только не это..»
Она мгновенно переменилась в лице, нахмурившись. Покинув лаундж-зону, рыжая бодрым шагом подоспела к парням и одновременно обоим отвесила по подзатыльнику, даже не разбираясь в ситуации.
– Что вы сделали с моей девочкой, что она так психанула?!
– Вас весь кафетерий слышал! Особенно Лауру. – сказал подошедший шатен.
Тед практически сразу сознался. – Мы с ней немного повздорили, потом она накричала на меня с Нилом...
Кэмпбелл не побежал за Лаурой. Нет смысла, нет. Нил стоял, не выражая эмоций, пока где-то там внутри, он чувствовал, как в грудной клетке отдавался частый стук, создающий мелодию, играемую на скрипках, тяжко. Слова, брошенные ею в его адрес - острое копьё, вонзившее его сердце. Лишь глаза, кричали о досаде, он изо всех сил старался держаться спокойно.
Тед поинтересовался, как он.
– Всё нормально. Я.. Не побегу за ней, лишний раз навязываться, бессмысленно, наверное. – как по указке, брюнет выключил эмоции, приводя холодный ум и режим полнейшего спокойствия в исполнение, будто ничего не произошло. Где-то в глубине души знает, ему искренне верилось, по крайней мере, хотелось верить, что Лаура не специально так сказала, особенно после того, как они вчера замечательным образом провели время. Он не понимал, где мог просчитаться, сказал ей чего не так.. Может, ночные разговоры были лишними?
Увы, он не понимал.
Тед закивал, хоть и примесь сомнения в его глазах наблюдалась, также, как и Нил знал о его вспыльчивости, Тед знал о том, что Нил так и норовит всем помочь, навязывался, однако, в данной ситуации посчитал, что поддержит его, как и всегда делал Нил.
Алекс переключал взгляд с брюнета на блондина и наоборот.
– Тебе так худо..
– Всё нормально. Я не знаю, куда она побежала, но явно туда, где будет поспокойнее, где она не увидит ни Теда, ни меня так тем более. Она нас вряд ли сейчас захочет видеть. Может, ей просто нужно успокоиться, побыть одной.. – Тед с Алексом переглянулись.
Тед смело сказал, показывая на себя. – знаешь, Нил, сколько бреда можно выкрикнуть во время того, когда накипело? Либо виною я, либо.. Не знаю, может у вас что-то, без понятия. Но я её понимаю, тоже тяжело справляться бывает с негативными эмоциями.. Поэтому, думаю, всё путём. – в приободрении похлопал Кэмпбелла по плечу.
– Спасибо, хочется верить. – с неуверенностью отметил Нил, находясь в мыслях, обдумывая, был ли это крик души, крик ненависти, он ли тому виною или какие-либо обстоятельства, о которых она не говорит? На протяжении всего дня он только и думал над этим.
Элиз в недоумении шагала из стороны в сторону, думая, как поступить, что сказать. Было бы очень подозрительно при всех раствориться, уйти, зная наперёд наверняка куда ушла Лаура, но организатор не подавала виду, лишь ухватив Теда за плечи.
– Я не разделяю ваших взглядов, но я готова умереть за ваше право их высказывать...
Крайне редко можно было видеть ее такой обеспокоенной, нервной и злой одновременно. Лизе не были открыты все рассказы о жизни подруги, не были выведаны настоящие эмоции и чувства, от чего было только досаднее, словно не открыл пасхалку в видеоигре, но Лаура была единственным человеком, кого хотелось защищать и понять даже без слов.
Парни помолчали, не понимая, что делать. Тед с Алексом подбадривали друга. Нил колеблется, с одной стороны, ему хотелось бы, очень хотелось пойти за Лаурой, с другой же, ему это кажется нехорошей идеей, мысль о возможной, необходимость в том, чтобы ей остыть после сложившейся ситуации.
– Лиза, а ты знаешь, куда она сейчас могла пойти? – послышался ровный голос Нила. – может, её и не стоит оставлять одну, где бы она ни была, в каком бы состоянии она не находилась.. – В сознание закрались мысли об ужасном, о том состоянии, которое когда-то переживал он сам. При неприятном воспоминании бросало в дрожь. Помимо копья, в сердце закололо миллионами острыми иголками.
Элиз бросила намекающий взгляд в сторону Алекса, скрывая это за глупой улыбкой, но, кажется, у неё это плохо получалось.
– Даже если и знаю, я думаю Теда и целую кучу народа она не примет...
«А вдруг она уже вскрылась, как обещала сделать после признания..? Её же ещё можно спасти? Я же не найду висящей на петле в туалете, верно?»
От собственных мыслей бросало в дрожь и Лиза маленькими шажками отходила к выходу, всё еще задумываясь о самых негативных вещах, о самых гадких развитиях событий, какие только может сотворить человек с разбитым сердцем.
Слёзы. Забавно, что после выплеска эмоций, возмущения, бешенства сразу следуют рыдания, драгоценные, холодные камни, стекающие по щекам, от чего хочется их стереть рукавом от рубашки.
Пожалуй, Лаура была из немногих после Лизы кто знал об открытой пожарной лестнице за туалетом: ледяной воздух на крыше мгновенного сдул с мордочки все следы сырости от недавно прожитой горести. Девушка уселась на одном их карнизов, свесив одну ногу, а вторую поджав по себя и обняв колено. Мысли были направлены куда-то далеко: на солнце, на собственные переживания, на цели и мечты. Она посмотрела вниз. Не так уж и высоко, если поразмыслить...
На плечо Лауры погрузилась холодная, бледная рука.
– И тебе привет, Эмити...
Азиатка уселась рядом с шатенкой переминаясь.
– Что, розовые очки разбились?
Молчание. Глубокое, наполненное сумраком, какое бывает только у осеннего и последнего теплого вечера. Но в этом молчании было столько слов...
После недолгого шуршания по карманам в руках черноволосой появилась пачка табачных сигарет. Без слов она протянула их Лауре. Она нехотя взяла одну, понимая, что никогда в жизни не курила и не собиралась, до этого дня.
Тонкие полосы дымки поднимались вверх, переплетаясь между собой, как сплелись стихии, питающиеся ненавистью, объединенные отчаянием
– Эмити... – рука потушила никотиновую палочку о металл, превращая ее в окурок. Азиатка подняла на Бусто внимательный взор, зажигая еще одну сигарету.
–... Я хочу домой.
Как же сладостно было вспоминать времена, когда всё было хорошо и спокойно, когда родительский дом был таким родным, частью тебя..
****
– Мне всё ни по чем! Я одолею тебя! – десятилетняя Лаура размахивала деревянным мечом перед братом, изображая рыцаря, свергающего злого дракона с прекрасного античного замка.
– О не-е-ет, меня сразил самый чудесный воин на свете, умираю! – мальчик театрально развалился на траве в садике, слушая, как падает вода в фонтане с красивой статуей ангела, как любил говорить отец, падшего.
– Карлос, Лавр, niños*, время полдника! – звонкий голос любимой тёти раздался из открытой веранды, выходящей из кухни.
– Идём, tia* Мирта!
Дети резво поспешили в дом, спотыкаясь, роняя на землю игрушки, чтобы скорее вкусить ароматные лепешки арепас* с сыром. Эти чудные, девственные, чистые души ещё не знаю, какие демоны сокрыты внутри идеального кукольного домика на вершине холма. Не знают, что скоро стрелка обратного отчета дойдет до точки невозврата и случится непоправимое, взрыв, величиной с ядерный гриб. Время пошло, тебя осалили.
****
*С исп. – дети
*С исп. – тетя
*Арепас – лепёшка из кукурузного теста, входит в традиционную кухню Колумбии, Венесуэлы и Боливии.
– Хочется, чтобы кто-нибудь запретил камню, который лежит на душе, весить больше 88 кг...
Лаура, лежащая на коленях у Эмити была готова обрасти мхом и не вылезать из этого состояния до конца своих дней.
– Что..?
Эмити никогда не была глубоким философом. Могла сравнить ранения, боль с чем-то особенным, могла сама ранить, напиваясь кровью из раны. Но душа её совсем обросла ледяной непроглядной коркой, чтобы чувствовать.
– Мы сегодня по-особенному сердиты может поэтому из рук всё валится... – голова повернулась набок, а в печальных глазах отразился рубиновый закат. Закат солнца. Закат жизни. Чувств. Понимания собственного желания что-либо делать.
– Эмити, зачем ты тогда подошла ко мне на вечеринке? Зачем было делать моё видео популярным?
Азиатка подумала, зажав между пальцев сигарету.
– Бусто, есть такие вещи, которые не сразу становятся понятны при первом просмотре. Мне лишь хотелось, чтобы ты не попала в ловушку самообмана, увидела со стороны как глупо смотрится самопожертвование ради тех, кто даже не вспомнит о тебе.
Густые брови шатенки непроизвольно дернулись. Сердце задели за живое, будто собеседница знает наперёд о чём говорить. И камни однажды заплачут. Но она скорее удавится, чем выдавит слёзы при Эмити.
И ведь то, что раннее было обманом, то, что было сокрыто ото глаз, то, что так пытаются утаить, рано или поздно всплывает наружу..
****
– О чём ты говоришь? – кудрявый маленький мальчик весело катался по траве, скрываясь за ножками высокой лавочки. Его ямочки на щеках были подобны маленьким лучикам солнца. Такими тёплыми и милыми, сладкими и даже пряными.
– Да правда же, Камило, я слышала их, мама обсуждала сюрприз для папы, весь этаж слышал, представляешь! – воодушевлённая девочка, чуть старше мальчика, сидела на позолоченном маленьком стульчике, разглядывая фигурно постриженные кусты.
– Может, надо спросить у Карлоса? Он был тогда с тетей Рэйзи вместе, когда началось обсуждение с дядей Антонио.. – Камило мечтательно развалился звёздочкой, видя теперь весь мир наоборот, будто его перевернули с ног на голову и теперь небо – это его новая твердь.
– Они так громко это обсуждали, уверена и дедушки с бабушками оценили бы сюрприз! А ты говорил об этом с дядей Пьером?
– Нет, папа вроде ничего об этом не знает, а если бы и знал, то сразу бы сообщил, наверное...
Безумно миловидная нежное детство, живущее на облаке где-то в южной части необитаемых островов, играет с солнечным зайчиком в прятки. Но без расставаний не бывает встреч.
****
– А что, если я уйду?
– Ну и куда ты собралась? Ты тут образование получаешь, тут ты живёшь, никто тебя под крышу к себе не пустит, бомжа, – черноволосая делала затяжку каждый раз, как была пауза между словами.
Попытки достучаться до лучшего в себе, чтобы вытащить за волосы из тоски, всегда до смешного похожи на попытки открыть магазинный винегрет в пластиковом лотке...
– Эмити, я, наверное, пойду... – кудрявая приподнялась, буквально ощущая, как тяжесть сожаления снова тянет её вниз.
– Ты хочешь остаться здесь?
– Слушай, ты уже определись, уйти мне или продолжать учиться, – уже спускаясь по лестнице, она помедлила на секунду, – если кто-то придёт, не говори, что я была здесь. И Шарлотте тоже не говори. У меня всё хорошо.
Азиатка лишь молча кивнула, вновь делая глубокую затяжку, вид, как заканчивается жизнь сигареты.
Лаура вышла из туалета, шаркая ногами по полу и переместилась в свою комнату, тяжело упав на кровать лицом вниз. Не хотелось шевелиться. Не хотелось вообще ничего.
– Лаура..? – Шарлотта не видела, чтобы девушка заходила в уборную, и тем более в общежитие.
– Я не в настроении, Лотт.Потом.
Потухший свет в комнате говорил о вечере, но фонари за окнами настойчиво тарабанили своим светом в окно, усиливая безнадежность и желание накрыться с головой, погружаясь в свои мысли.
18:13 «Карлос, я плохая сестра?»
18:15 «Что? Нет, конечно, мой милый Лавр, я люблю тебя, семья тебя любит, ты замечательная!»
18:16 «Как дела у мамы с тетей?»
18:17 «Очень скучают по тебе, передают привет»
Слабо верилось в написанные братом слова. Вечно эта фальшивая радость, неправильные праздники, ненастоящие друзья, жизнь в тени и ощущение себя лишней.