Прекасаемый

Следующим утром я проснулся с серьёзной проблемой «пи-пи-прямо-сейчас». Брызгающий дождь снаружи не помогал. Я снова уснул, свернувшись рядом с Гуки. Когда открыл глаза, он сидел на краю трубы, наблюдая за дождём. Каждые несколько мгновений он протягивал руку в дождь и позволял ему падать на кожу.
— Я никогда не ощущал ничего подобного, — сказал он, не поворачиваясь. Как он узнал, что я проснулся, осталось загадкой. Он закатал рукава своей позаимствованной синей рубашки, сейчас промокшей. — Холодно и мокро, но все ещё приятно.
— Ты раньше не бывал под дождём?
Он пожал плечами, но ничего не сказал.
Не был под дождём? Боже. Каждая минута, что я проводил с Гуком, заставляла меня подвергать сомнению моё восприятие действительности. Как, чёрт возьми, я не замечал, кем на самом деле был отец? Может, в глубине души и замечал. Я решил скрывать вещи от него в раннем возрасте. Сохранять определённые части себя в секрете. Внезапно я подумал, что, может быть, только может быть, часть меня опознала, кем он в действительности был, с самого начала. Монстром.
— Нам лучше пошевеливаться.
— Пошевеливаться куда?
Я потянулся за телефоном к заднему карману, чтобы набрать сообщение Югему, но вспомнил, что разбил его. Здорово. Связи нет. Порывшись в рюкзаке, который я удивительным образом смог удержать несмотря ни на что, я достал оставшиеся наличные и засунул их в карманы.
— Умираю от голода. Давай пойдём, посмотрим, сколько сейчас времени, чего-нибудь поедим и отправимся искать Алекса Кима.
Гук выбрался из трубы, затем наклонился, чтобы помочь мне. Если такое вообще возможно, дождь пошёл сильнее. Мы промокли почти сразу. Фантастика. На вершине списка бездомных цыпочек я бы сделал всех великолепным видом утопленной крысы.

Чонгук, казалось, был не против. Он качал головой, разбрасывая брызги в каждом направлении.
— Где будем искать? Мужик умер до того, как сказать нам, где найти этого человека.
Я вздохнул и убрал с лица намокшую чёлку.
— Я знаю, где он.

К тому времени, как мы отыскали часы и достали завтрак, было почти десять. Дорога тонула в хаосе, и обычно, это бы казалось мне комфортным, но сегодня каждое проходящее мимо лицо вызывало у меня подозрения. Цыпочка с кислым лицом, которая подавала нам кофе, бездомный, выжимающий свою обувь, даже маленькая пожилая леди с тёплой улыбкой, гуляющая со своим пуделем. Моя новая паранойя говорила, что все они возможные шпионы ВИ. А один раз я был убежден, что два ребёнка лет десяти, которые тащились позади нас и ели мороженое, были отцовскими приспешниками.
Гук чуть ли не наступал мне на пятки, когда я обогнул ржавый мусорный контейнер и груду выброшенных белёсых ящиков, которые валялись в стороне от здания. Я вел нас через переулок, заваленный мусором, зажав рукой рот, пока мы пробирались к двери с чёрного хода. По быстрому повороту ручки на двери я понял, мало что изменилось. Открыв её, я пригласил Чонгука внутрь и сам прошел следом.
Из задней комнаты я услышал стук ударов, сопровождающихся грубым голосом, кричащим в унисон. Я много всякого навидался и наслушался,  Это не моя тема. Смех и улюлюканье, за которыми следовал отчётливо женский смешок, парили над музыкой. Я вошел в зал, Чон неуклюже обнаружил себя подле меня.

Какое-то время меня никто не замечал. Обычно я заходил в комнату, будто я был хозяином любого места, но здесь... Здесь всё было иначе. Год назад я поклялся, что моя нога никогда не ступит сюда снова, и если бы не вопрос жизни и смерти, я сдержал бы эту клятву. Здесь мы встретились в первый раз с Алексом Кимом. Здесь всё началось.
И здесь всё закончилось.
Пронзительный свист прорезал воздух, возвращая меня в настоящее. Время сосредоточиться. Тому, что я здесь, есть причины. У меня есть цель.
— Тэ , детка, сколько лет, сколько зим, — окликнул меня высокий рыжеволосый парень, пересекая расстояние тремя широкими шагами. Он распростёр руки вокруг меня, отрывая мои ноги от земли.
Я возвратил объятие, быстро прижав его, и отстранился, когда он вернул меня на землю.
— Мне тоже приятно видеть тебя, Хен.
Напротив, на стуле за стойкой, хозяин,  послал мне небольшой кивок и незаметно подмигнул. Он наблюдал за комнатой и натирал один из своих бильярдных трофеев. Я улыбнулся в ответ. Остальные делали то же самое, выкрикивая приветствия и кивая мне в знак узнавания, хотя, к счастью, не столь восторженно, как Хен. Большинство лиц были знакомы. Конечно, было и несколько новых, но среди них были всё те же имена, только немного старше и с милям и плохих дорог, отпечатанными на их лицах. Я осматривал небольшую толпу, пока не нашел того, кого мы искали. Того, кого я меньше всего хотел видеть.

Копна колючих светлых волос, поразительные карие глаза и серьга в губе с жёлтой бусинкой в виде смайлика.
Алекс Ким.
Он видел, как я вошел в комнату, но оставался в углу. Когда я приближался к нему, то мог чувствовать его глаза на себе. Я пытался продвигаться обычно, пока пересекал комнату. Где-то в мире свиньи летали, козы танцевали, а маленькие зелёные человечки пожимали руку президенту. Время от этого отключиться.
— Мне нужно с тобой поговорить.
Я сохранял лицо невозмутимым, пока удерживал его взгляд. Он научил меня этому. Не показывать ничего.
Он всё ещё ничего не говорил. Он переводил взгляд с меня на Чонгука, затем чуть сощурил глаза, перед тем как кивнуть на одну из приватных комнат позади столов.
Некоторые знакомые махали мне, пока мы проходили, но я проигнорировал их. Это часть моего прошлого. Та, которую у меня не было желания заново пережить. Когда-то, возможно, я скучал по этим людям, но не теперь. Я с этим покончил.
— Хорошо выглядишь, — сказал Алекс, когда закрыл дверь за Гуком.
Я проигнорировал комплимент. Я здесь не для воспоминаний.
— Боа Ван послал меня. — Я не продолжал, потому что мне требовалось видеть его реакцию. Его глаза расширились, только чуть-чуть, а затем он кивнул в знак того, что узнал имя. Типичный Алекс. — У нас некоторые проблемы с ВИ, и он сказал, ты мог бы помочь нам найти Рипера.
Его реакция была не той, которую я ожидал. Фактически, реакции не было вообще, что доказало, я никогда не знал его так хорошо, как думал. Он одарил Гука пустым взглядом.
— Ты Шестёрка?
Чонгук или не заметил, или проигнорировал снисходительный тон Алекса, и просто кивнул.
У меня подрагивали пальцы. Я хотел ударить Алекса. Так, как ударил его в последний раз, когда мы говорили, по иронии судьбы, именно в этой комнате.
— Ты знаешь о ВИ?
Я голос держал ровно, не желая, чтобы он знал, что всё, о чём он говорил или лгал в прошлом, до сих пор меня беспокоило.

В лучших традициях малобюджетного фильма. Супер корпорация зла в комплекте с безмозглыми мышцами устраивает злой заговор с целью захвата мира. Все вокруг за зло, кроме бедного , беспомощного парня.
Ну, ладно. Не беспомощного, но определённо красивого. Нет. Сексуального.
Он проигнорировал мой вопрос, всё ещё сфокусировав внимание на Чонгуке.
— Что ты сделал, чтобы попасть в их радар?
— Радар? — в замешательстве спросил Гук. — Как на корабле?
— Он сбежал, — выплюнул я, становясь между ними.
Глаза Алекса распахнулись.
— Сбежал?
Он дёрнулся вперёд, схватил мою руку и потянул меня в сторону.
Подобно вспышке Гук оказался рядом со мной и потянулся к Алексу.
— НЕТ! — закричал я, одновременно выворачивая руку из захвата Алекса и удерживая Гука за рубашку. Как раз вовремя, чтобы предотвратить контакт. Чонгук надел перчатки, но несчастье всё равно могло произойти. — Нет, — повторил я.
— Он делал тебе больно, — спокойно сказал Гук, глядя вниз на мои пальцы на его запястье. Его рукава задрались, так что моя рука лежала на его голой коже. Повернувшись, он с отвращением посмотрел на Алекса. — Он собирался ударить тебя.
Это вызвало реакцию. Лицо Алекса стало красным, а кулаки сжались по бокам.
— Ударить его? Что, чёрт возьми, с тобой не так? — пялился он. — Я бы никогда его не ударил!
Чонгук больше не смотрел на меня. Он сосредоточился на Алексе.
— Ты причинял ему боль, — рычал он, ступая вперёд. — Так хватать — это больно.
Его голос был низким и опасным. По моей спине побежали мурашки, и не только от страха.
— Всё в порядке, Гук. Алекс не собирался мне вредить. Он был удивлён, и всё. Правда, Алекс?
Глаза Алекса переместились с лица Чона на мои пальцы, всё ещё удерживающие его запястье.
— Что делает его прикосновение?
Думаю, он меня знал достаточно хорошо, чтобы понять, что если бы дело было просто в Чонгуке, который бы отмутузил его, я бы отошл и насладился шоу. Может быть, сгонял за кукурузой. А факт, что я остановил его, сказал много.

— Смертельное прикосновение, — сказал я, опуская от запястья Гука. Вместо того чтобы дать моей руке опуститься в сторону, Гук переплёл свои пальцы с моими.
Алекс всё понял, плотно сжав губы.
— Полагаю, я задолжал извинение.
— Да, — мягко согласился я. — Ты задолжал. — Он имел в виду то, что схватил меня, я имела в виду что-то другое. — Откуда ты узнал о ВИ?
Алекс махнул правой рукой в сторону оставленной банки с колой, сидя на одном из барных стульев с другой стороны комнаты. Банка рванула вперёд и врезалась в стену рядом с головой Чона. Гук не вздрогнул.
— Телекинез.
Конечно. И дешёвая интрига. Боже. Кто-нибудь, убейте меня.
— Вас таких много, — фыркнул Гук. — Когда один ослушивается, они его удаляют и берут другого. В тебе нет ничего особенного.
Злая улыбка пробежала по губам Алекса.
— Да? Ну, по крайней мере, я могу прикасаться. — Он взглянул на наши переплетённые руки. — Подожди, ты же сказал...
— Когда он пытался убить меня, мы обнаружили, что у меня иммунитет, — сказал я, главным образом, для усиления шока. И это сработало.
Алекс замер. Вена сбоку его шеи раздулась, и угол его губ поднялся вверх, когда он сощурил правый глаз. Я знал этот взгляд, «взгляд Элвиса», как я его обычно называл. Было время, когда этот взгляд и огонь, который он излучал, могли превратить мои колени в мягкое мороженое. Сейчас? Это заставляло меня злиться.
— Пытался тебя убить? Тэхен, во что, чёрт возьми, ты ввязался?
— Нам нужно найти Рипера.
Алекс покачал головой.
— Скажи мне, что происходит.
— Как я уже сказал, мы ищем Рипера. Ты знаешь, где нам его найти или нет?
Упрямое положение его челюсти сказало мне, что он хотел было поспорить, но, кажется, хорошо знал. Очень немногим людям удавалось выиграть спор со мной. Я учился лучшему.
— Я не знаю, где он, но есть некоторые люди, которые должны знать.
Я ждал, но он ничего не говорил.
— Ну ?

Я мог сказать, что он хотел орать, но держал себя под контролем. Это что-то новенькое. Самоконтроль — не его сильная сторона.
— Ты не собираешься рассказать мне, что происходит?
Я посмотрел на него в ответ.
— А почему я должен? Ты же не посчитал нужным рассказать мне, что спутался с той девкой из колледжа за моей спиной.