Ядро Евы

Феликс не поверил своим глазам. Он уже несколько раз прочитал письмо-приглашение. Его глаза и быстро пробегались по строчкам, и медленно исследовали каждое слово. Отчаявшись, юноша даже решил посмотреть бумагу на просвет, вдруг между строк спряталось тайное послание, которое все разъяснит. Но даже это не помогло ему понять, как так случилось, что именно ему пришло письмо от самой Императрицы с приглашением сопровождать ее дочь на Зимнем балу.

Безусловно, это была огромная честь. Но Феликс прекрасно понимал свои данные и не мнил себя ни эталоном мужественной красоты, ни кладезю всяческих добродетелей. Существовал, конечно, шанс, что его выбрали наугад. Таким же образом в сказках принцесс отдавали за первого встречного, позволяя судьбе самостоятельно решить, кто же должен стать возлюбленным королевской особы.

С другой стороны, ему, как и любому парню из Столицы, совершенно не хотелось становиться Императором. Потому что Император со времен Евы – это жертвенный паук или богомол, которого используют для продолжения рода, а потом выкидывают за ненадобностью. Провести остаток дней на окраине Пангеи, не имея права даже мельком взглянуть на свою жену и детей тоже не самая приятная перспектива. Остается только надеяться, что он на столько не понравится Принцессе, что все закончится на первом танце.

За размышлениями, Феликс даже не заметил, как в их с Алексом комнату ворвался ярко-красный вихрь. Аврора уже была одета к празднику и выглядела на редкость хорошо. Не то, чтобы в остальные дни девушка выглядела плохо, просто ее красные спортивные костюмы и кожаные плащи в имперских цветах наводили на мысль, что рано или поздно им придется искупаться в крови Искаженных. Чего бы ему тоже не хотелось. А вот кроваво-алое платье с пышными рукавами, плотным корсетом и струящейся юбкой выгодно подчеркивало красивую фигуру наставницы, наводя на мысли о соблазнительной девушке, а не профессиональном Охотнике. Но, каким бы красивым ни было само платье, главным в наряде было небольшое окошко в форме сердца прямо на месте Евы. Сегодня Ядро девушки приняло вид рубиновой жеоды, так что казалось будто красная ткань платья – это вторая кожа, стягивающаяся вокруг трепещущего сердца.

- Что, нравится? – хмыкнула Аврора, поймав на себе долгий взгляд подопечного.

- Ага. Ты только Алексу до бала так не показывайся, а то он слюной захлебнется.

Аврора озорно улыбнулась, но ничего не ответила, лишь бросила в него большим свертком, перевязанным пышной красной лентой.

- Одевайся. Буду ждать тебя через полчаса в главном холле.

- А почему так рано?

- Нам нужно засвидетельствовать свое почтение Принцессе и ее матери.

С этими словами девушка покинула комнату ученика, поспешив к комнатам третьекурсников. Для человека, который предпочитал платью старые треники с растянутыми коленями, двигалась она вполне уверенно.

На этаже третьекурсников царил переполох. Мало того, что лестницы явно решили выпить в честь знаменательного события, стены тоже шатались так, будто Academia – это корабль посреди шторма. Лучше всего в этом хаосе чувствовала себя Пьеро. В потоке испуганных мужчин она двигалась как статный ледоход, разрубающий толщи льда. Длинное платье с пышной юбкой цвета беззвездной ночи волочилось по красным коврам, создавая видимость бурлящих вод. Под руку с ней шел не в меру довольный собой Морган. Судя по всему, юноша не только заранее получил свой костюм, но и умудрился пригласить одну из самых желанных девушек факультета Охотников на бал. Мечтательная улыбка невероятно шла к этому бледному и обычно изможденному лицу.

Аврора передернула плечами. Идти в их с Пьеро комнату не хотелось. Ее, в целом, всегда напрягало общежитие Охотников. Единственное, в котором, как и во всей Academia не разделяли студентов по половому признаку. Видимо, потому что считали, что Охотники – это не совсем люди и все человеческое им чуждо. Впрочем, в Мрачной Башне, как называли их общежитие остальные студенты, девушки были ничуть не слабее парней, так что проблем столь деликатного характера обычно не возникало. Почти...

Аврора точно знала, год, когда их компания поступила в Academia, отпечатался в ее памяти грубым клеймом. И эта рана никогда не перестанет дымиться и вонять паленым мясом, сколько ее пуховыми подушками не прикрывай.

Когда их замечательная, тогда еще пятерка только вступила на порог университета, в среде Охотников уже существовал этакий жестокий обряд посвящения. На самом деле самая настоящая оргия, где без разбору насиловали еще совсем юных первокурсников. Аврора содрогалась при мысли, что только судьба или божественное проведение уберегло ее в тот вечер. В тот момент, когда с опьяненных от наркотиков в выпивке первокурсников начали стаскивать одежду, ее рвало в туалете.

Возможно, она бы просто отсиделась в кабинке остаток ночи или все-таки бы вышла и стала одной из жертв «инициации», но в тот вечер, в заблеванной кабинке студенческого туалета она оказалась не одна. Аврора отчетливо помнила нежные аккуратные руки, которые держали ее за волосы и плечи, чтобы она не свалилась лицом в унитаз с собственной рвотой. А когда она подняла глаза, над ней стоял Арчи в такой же заблеванной рубашке и с глазами на мокром месте.

- Нам лучше сейчас не выходить, - тихо сказал Арчи, хриплым голосом.

Его и так белоснежное лицо стало синюшно-бледным, глаза воспалились, а руки тряслись. Ему тоже было тяжело устоять на ногах.

- Почему? – почти прошипела Рори.

До нее стало медленно доходить, что происходило в соседней комнате и она не собиралась оставлять ублюдков безнаказанными. Но, в то же время, ее мотало из стороны в стороны, так что даже посмотреть собеседнику в глаза было почти невыполнимой задачей. Чтобы поймать ускользавшее равновесие Рори немилосердно уперлась парню головой в живот. Тот чуть не задохнулся от такого напора, но обнимать ее не перестал.

- Они там...Всех. И Пьеро, и Кармен, и Арлекино... Я слышал их крики, - почти рыдал всегда такой гордый Арчибальд.

- Так почему же мы стоим здесь, когда им плохо?

- Потому что мы ничего не сможем сделать...

Аврора так не думала. Ее не просто так назначили тринадцатой фрейлиной императрицы, когда ей еще и шестнадцати не исполнилось. Конечно, она могла бы попытаться напасть на толпу старшекурсников только со своей Евой и посмотреть, что будет дальше. Но она не какая-нибудь героиня романтического фэнтези, чтобы демонстрировать околобожественные способности, только вчера выпорхнув из школы.

По удачному стечению обстоятельств кнопка пожарной тревоги располагалась в общем туалете Мрачной Башни. Ничего не стоило садануть по ней со всей силы, так чтобы стены в башне покрылись мурашками, а из всех колонок завопила сирена. Перепуганное общежитие выключило весь свет, кроме аварийного. Вот тогда-то в нарастающей панике, Аврора принялась за дело. Двойняшек было найти не сложно, к ним выстроилась целая очередь. Ро не помнила кому точно разбила лицо, потому что на следующее утро, все старшекурсники выглядели так, будто по ним проехался асфальтоукладчик. И причиной этому была не она, а Арчибальд. Арчи, который насмотрелся на сумасшедшую девчонку и тоже решил рискнуть своим здоровьем ради почти незнакомых людей.

Возможно, именно в тот момент она совершенно безотчетно для себя влюбилась в этого несносного зазнайку и гордеца. Если она действовала грубой силой, разбивая о головы и спины идущих на нее людей все, что попадалось под руку, то Арчи двигался быстро и четко. Танцевал, а не дрался. Когда башня очухалась, поняла, что не горит и выключила сигнализацию, драться уже было не кому. Те, кто мог сопротивляться, оказались вплавленными в большой кусок горного хрусталя, для создания которого Авроре понадобилось так много сил, что ее снова стошнило.

Те же аккуратные руки, что и в прошлый раз, подняли ее за плечи и легонько потрясли. Опять он, снова с глазами на мокром месте. Аврора тогда подумала, что странно пророчить на место Первого Советника такого плаксу. Но мысль эта была ускользающая, как и весь остальной мир. Единственное, что ее держало в сознании – это лицо напротив и только по его болезненному и взволнованному выражению она поняла, что нужно продержаться еще немного. Еще было не время отключаться.

Они кое-как дотащили троих однокурсников до спальни, которую единолично занимал Пендрагон. Единственной, которая нормально запиралась на ключ, а не на слабую щеколду. Удивительно, но после всего этого, у Ро даже хватило сил доползи до ванной, смежной с комнатой и включить воду. Она не знала сколько так простояла, но поняла, что что-то не так, когда Арчибальд буквально выволок ее из-под ледяных струй и начал сдирать мокрую ткань с обледеневших плеч. Платье со множеством ленточек и тугим корсетом, которое она была так счастлива надеть на посвящение, совсем не хотело поддаваться непослушным пальцам пьяного подростка.

- Что, тоже захотелось? – попыталась усмехнуться Рори, но губы не слушались.

- Больно ты мне нужна. Но если мы сейчас тебя не разденем, то ты заболеешь от переохлаждения и помрешь.

К юному господину Пендрагону вернулась былая спесь и он не собирался размениваться на милые выражения. Несмотря на это, Арчи прекрасно осознавал - ему повезло, что был слишком горд для «дешевого пойла» будущих Охотников и ему дозы хватило только на проблеваться. Как Аврора, будучи в таком состоянии смогла здраво рассуждать и даже неплохо так драться, он не понимал. Но кристалл оценил. Даже больше, ему казалось, что этот выкидыш-мутант горной породы, выросший прямо посреди гостиной Охотников, был самым красивым, из того, что он видел за всю свою жизнь. Ну или почти...

Арчи честно пытался не смотреть на обнаженное тело девушки. Тем более, что она уже почти спала. Тем более, что в ногах лежали тела их однокурсников, чье состояние тоже нужно было проверить. Но он не мог оторваться от голых бледных плеч, с россыпью родинок, от шеи, ключиц, от Евы... Конечно, он бы не прочь спуститься взглядом ниже, но от Ядра было не оторваться. Пурпурная жеода аметиста. Так делать точно не стоило, но он прикоснулся к острым выступам кристаллов и почувствовал, как по всему телу прошел ток. Это было совсем не хорошо!

Быстро стянув остаток мокрого платья, он укутал девушку в собственное одеяло и вернулся к остальным. Аврора соврала бы, если бы сказала, что ничего не помнит о том, что было после погрома. Но и показывать, что она почти все воспринимала нормально ей тоже не хотелось. Она и так слишком устала за этот бесконечно долгий вечер.

Утро для всех выдалось тяжелым. Благодаря тому, что они с Арчибальдом устроили, про проделки старших Охотников узнала сама Императрица. Декана сместили, студентов, которые участвовали в оргии отчислили. Сколько важных особ плакались у подола венценосной...Страшно было считать. Но Императрица была непреклонна. Ее фрейлины – это ее собственность. Причинить вред даже самой молодой и неопытной из них, значит задеть честь самой Евы.

Так и получилось, что после того случая, курс Авроры стал самым старшим курсом Охотников. Когда один из зачинщиков «приветственных оргий», Ричард Грей, встретился ей в коридоре, Ро ждала угроз или даже плевка. Но не то, что парень схватит ее за горло и прижмет к стенке.

- Это все из-за тебя, сучка. Уж будь уверена, я сделаю так, что за свои старания ты не просто по рукам пойдешь, ты будешь умолять, чтобы с тобой делали это, а не что-то похуже - злобно прошипел парень, сквозь разбитый рот.

Еще что-то он сказать не успел, потому что его самого схватили за загривок и бросили на пол. Арлекино снова разбил ему лицо и даже заломил до хруста руку. Ту самую, что несколько секунд назад чуть не задушила девушку. 

Ро вцепилась в него и буквально повисла на шее друга, когда парень начал выворачивать насильнику вторую. Она никогда раньше так не делала. Никогда не пользовалась «женским» способом остановить драку, но это сработало. Парень буквально вжался мокрым от слез лицом ей в шею и сказал, что никогда и никому не позволит сделать ей больно.

Аврора отзеркалила его слова и обняла еще крепче. По ее мнению, после того, что случилось, они с Пьеро очень хорошо держались. Видимо, потому что их было двое. У Кармен же не было сестры или брата, который смог выслушать и поддержать. Ро для нее даже подругой еще не была, только соседкой. Она боялась, что с девушкой может, что-то случиться. Если, в принципе, может случиться что-то хуже того вечера. Но постепенно, Кармен оттаивала и шла на контакт, пока...