Дно | Пробуждение [18+]

СЛЕДУЮЩИЙ ШАГ

Ника в самом деле получила новые джинсы в подарок от Андрея и Данила и бесплатно сдала в ремонт старые. Она внимательно оглядывалась, чтобы не пропустить никого из школы. Да, Макс сказал вообще не думать об этом, но пока не получалось. Забьёт потом, а пока можно и насладиться удивленными взглядами на неё рядом с Андреем и Данилом.

«Так, Ника, – сказала она себе, – не думай на этом останавливаться. Погуляла один раз – это ещё не прорыв. Главное – остаться в этой компании. Ты не можешь допустить одну ошибку дважды, не имеешь права. Сейчас ты рядом с человеком, мнение которого ценится в миллиард раз дороже мнения всей твоей школы. Смотри не облажайся, если хочешь быть в его окружении».

Как назло, при всех размерах их города в New Generation не встретилось никого знакомого. Но у неё ещё были надежды на фотографии.

После ателье все трое решили пойти на фуд-корт.

– Нам и здесь не придётся ни за что платить? – удивилась Волкова, когда Данил сказал ей не считать деньги. Парни одновременно кивнули. Это был уже перебор... понятно, что им можно чуть больше, но как это вообще работает? Какое отношение имеет «Макдональдс» к мэру подмосковного города?.. – То есть, вы можете зайти в любое кафе города и не платить?

– Пф, нет, конечно! – ответил Данил. – Только здесь, на фуд-корте. – Он как будто о чём-то задумался. – Ладно, ты что будешь брать?

– А какой у вас лимит?

– Лимит «чтобы никто не нажаловался Валерию Каверину на больно наглых детей». Если честно, я не в курсе, где его границы.

Это всё осложняло. С одной стороны, не хотелось упускать возможность вкусно поесть, с другой, подставлять парней перед Кавериным тоже не хотелось. Поначалу Ника думала набрать фастфуда, но потом в голову пришла отличная идея.

– Я буду роллы.

– Какие?

– Не знаю, – Ника пожала плечами. – Я их никогда не пробовала.

И палочками есть тоже не умела. Но Андрей умел. И это был отличный повод попросить  научить её.

– Эх, – Данил закинул голову, – я-то тоже ничего в них не понимаю. Ну ладно, посоветуюсь, а вы с Андреем пока поищите хорошие места.

Ника не знала, специально Данил оставил их вдвоём или нет, но спасибо ему. К тому же она удачно присмотрела столик с диванчиками возле окна.

– Андрей, ты скинешь мне фотки? – спросила Волкова, когда они уселись.

– Да, конечно, – Каверин протянул ей телефон с открытым поисковиком «ВКонтакте», – ищи себя.

Ника еле подавила улыбку.

– У меня личка закрыта. Там надо... кинуть заявку в друзья, – она старалась говорить максимально спокойно, словно оказаться в списке друзей Андрея Каверина не было её мечтой.

– Без проблем, – ответил Андрей, – кидай.

Внутри всё сжалось от восторга. Палец трясся, нажимая кнопку «добавить в друзья».

– Дома подтвержу тебя, как с планшета зайду, – сказала Волкова, возвращая Андрею телефон.

Лимит по вопросам закончился ещё по дороге до Красного дома, и Ника просто не знала, о чём ещё с ним говорить. Боясь показаться глупой, она уткнулась в электронную книгу, украдкой всё же посматривая на Каверина, который что-то проверял в телефоне, подперев голову рукой и опустив глаза в экран.

Чёрт возьми, этот Каверин... Просто идеальный, без каких-либо изъянов. Ника порой не верила, что такой человек и правда существует. Но он существовал. И она сидела с ним за одним столом. Она, а не одноклассницы, называвшие её тупой.

Главное – не упустить. Пусть сейчас темы для разговоров и закончились, Ника знала, что нужно делать. И нет, не только просить показать, как правильно есть палочками. На счастье, роллы ей понравились. Она выбрала удачный день, чтобы впервые попробовать их: видимо, именно они будут ассоциироваться с началом новой, нормальной жизни, где есть место прогулкам и друзьям, а не только учебникам и сидению в одиночестве.

Парни проводили её до остановки, и, вернувшись домой, Ника в первую очередь добавила Андрея в друзья, заодно кинув заявку Данилу. Когда Каверин отправил фотографии, она решилась спросить, что можно почитать.

«Из такого, научного, – добавила Волкова, – а то я давно хотела, а с чего начать, не знаю. Боюсь, что сложно будет».

Не то чтобы Ника не понимала, как различаются понятия о лёгком у неё и у Андрея. Большинство научно-популярных книг были детскими энциклопедиями для человека, который в седьмом классе сдал экзамены за девятый. Но Волкова хорошо знала, что делает.

Чем меньше будет понимать, тем больше вопросов появится. А где вопросы, там и темы для разговоров. Каверин никогда не упускал возможности простым языком рассказать аудитории какие-нибудь научные факты, так что за короткие, вымученные ответы можно не беспокоиться.

Андрей не уйдёт от неё. Ни одного его дня не должно пройти без общения с ней! У него большая аудитория, много фанаток, и среди них наверняка найдутся девчонки умнее и красивее, но он всё равно должен смотреть только на Нику. В его голове не должно оставаться места для остальных. Ну, разве что для Регины.

Каверин скинул довольно внушительный список книг. Ника взялась за первую тем же вечером, но перед этим попросила разрешение выложить несколько фотографий с ним и Данилом, где она – так уж вышло – особенно удачно получилась. Андрей ничего не имел против.

В «Инстаграме» на Нику был подписан далеко не весь класс. Так, всего несколько более-менее нормальных, но через них и остальные могли узнать, с кем она гуляла сегодня. Чтобы никто точно не засомневался, Волкова отметила Андрея и Данила на всех фотографиях и чуть позже увидела, что оба подписались на неё.

От Регины новостей не было. Похоже, сегодня та неплохо проводила время с Максом. Конечно, дружба с девчонкой в шипах стала бы приятным бонусом, но не всё же сразу. Хоть Регина и сама это предложила, но, в отличие от Андрея, она похоже что не слишком любила открываться.

Ника ложилась спать с радостными мыслями о том, как завтра её встретят одноклассники. Не думать об этом просто не получалось, да она и не старалась, так-то.

Но всё-таки хорошо было бы снова встретиться с Максом. Жаль, что это практически невозможно, он же маймаксонский. Можно поговорить с Региной, но поймёт ли она правильно? Ведь Макс – её парень.

Пока что Волкова не решилась. Всему своё время.

На следующий день она была внимательнее, чем когда-либо. Старалась высмотреть интерес к ней в каждом, с кем сталкивалась глазами. Как назло, никто на неё особо не смотрел. Так нельзя. На Андрея-то вечно пялились. Конечно, он же популярный блогер и сын мэра, да ещё и с такой внешностью... Но не только. Он всегда выглядел безупречно, на несколько уровней лучше всех вокруг. Среди обычных парней его возраста Каверин был похож на молодого, но крайне успешного бизнесмена. Нужно взять пример. Ника и так старалась модно одеваться, но всё равно никак не выделялась на фоне других девочек. Пора это исправлять. Знать бы ещё, чем...

Она зашла в класс, держа на себе гордое выражение лица. Лишь бы никто не догадался, что ей важно чьё-то внимание. По обыкновению Ника уселась одна как можно дальше, чтобы во время урока никто не мешал читать книгу, которую она скачала по совету Андрея.

– Слыш, Волкова, – одноклассник плюхнулся на соседнее место, – ты откуда Каверина знаешь?

С ним она особо не конфликтовала, но и не могла вспомнить, чтобы он хоть раз её защитил.

– Во-первых, – сказала Ника твёрдо, оторвавшись от книги, – обращаться так будешь к своим дружкам, которые в Маймаксе тусуются. Я для тебя Вероника Владимировна, никак не Волкова, – одноклассник вытаращил глаза и просвистел. – Во-вторых, да будет тебе известно, мы с ним три года знакомы. И вообще, Каверин до недавнего времени был у меня в долгу, – она гордо приподняла голову, прям как Андрей, и впилась в него взглядом.

– В каком таком долгу?

– А это уже не твоего ума дело, – она помахала перед его лицом электронной книгой, – извини, я тут читаю. Не отвлекай меня.

– Видали, – проговорил другой одноклассник с соседнего ряда, – какая у нас Волкова важная стала!

Ника ухмыльнулась, как Макс вчера.

– Да уж для популяции важнее тебя буду.

– Только посмотрите на неё, – проговорила одна из девчонок, – подралась во дворе, пару фоток с Кавериным сделала, и уже выёбывается.

Ника сощурила глаза.

– Зависть – не лучшее качество.

Девчонка только рассмеялась, но Ника старалась внушить себе, что этот смех – от бессилия. Им просто стыдно признать, что они оказались никем, что та, кого они травили, добралась туда, куда им дороги нет. Ничего, пусть ржут. Придёт день, и у них не останется сил на смех. Они будут кусать себе локти и жалеть, что никогда не стремились стать её друзьями.

– Кстати, а чё это ты вчера устроила? – спросил одноклассник, который был более-менее в нормальных отношениях с Волковой. – У тебя правда родителей в школу вызвали?

Да уж, и до слухов дело дошло.

– Нет, – она помотала головой, – Данил меня вытащил и сказал, что позвонит Каверину, если у меня возникнут проблемы.

– Каверину – в смысле, мэру?

– Так точно, – Ника притворно улыбнулась.

Кто-то рассмеялся, но внезапно заговорил тот самый, кто отобрал у неё шарф. Его нос покраснел со вчерашнего дня.

– Вообще, Волкова не врёт.

– Видите, – Ника одобрительно кивнула ему, – не стоит меня лишний раз бесить.

Ей бы не удалось избежать возмущений, не прозвени тут звонок. Оставшийся день прошёл почти без приключений, не считая того, что в Нику случайно кинули хлеб в столовой. Она кинула его в ответ, но промахнулась и попала в другого человека, после чего между столами началась небольшая хлебная перестрелка, которую удалось остановить вмешательством учителей. На этот раз, правда, всем просто сказали прекратить, без выявления виновных. Но Ника в любом случае не сомневалась, что после вчерашней публичной драки её бы не стали сдавать.

Не терпелось вернуться домой и задать Андрею Каверину множество вопросов. На разборки в кабинете директора не было времени

***

Данил постучался в дверь, и вскоре Макс открыл ему. Обычно Лазарев не заглядывал в Центральную Маймаксу, отдавая предпочтение Верхней, где в основном и собирались городские. В Центральной не устраивали вписок, не выпивали на лестницах, не дрались веселья ради – она вообще предпочитала сидеть в тени. Здесь мало кто говорил, чем занимается. Особенно Макс Велл, Маймаксонский дьявол.

Хотя квартира Велла не напоминала притон, всё же Лазареву сделалось не по себе, когда он зашёл внутрь.

Ведь это была та самая квартира. За десять лет её даже не ремонтировали.

– В чём дело? – спросил Данил с порога. – Что за важный разговор?

Макс стоял напротив и пил шоколадный коктейль.

– Это касается девчонки. И, – он прервался на глоток, – Андрея.

Данил насторожился. Не то чтобы последнюю неделю он разговаривал с Андреем так уж много, но ему казалось, что и у Каверина, и у Ники всё в порядке. Конечно, любовь Андрея чесать языком, демонстрируя эрудицию, не слишком удачно сочеталась с любопытством Волковой. Точнее, им-то обоим это было выгодно, а вот Данилу не очень нравилось то, как много его брат рассказывал пусть и давней, но ещё не самой близкой знакомой. Он даже умудрился проболтаться о New Generation! Лазарев обсудил с ним это тем же вечером. К счастью, Ника похоже что ничего не поняла. Порой Данил забывал, что это ему пришлось слишком рано начать разбираться в том, как устроен бизнес.

– И всё же... больше никаких разговоров о Нью Джи. А то и туда засунет нос и всё выяснит, – поставил условие Данил.

А так, пусть общается с Никой. Не стоит повторять прошлых ошибок.

– Как скажешь, – кивнул Андрей. – Если ты против, то я не имею права подставлять тебя. Но ты ведь понимаешь, что в конце концов она узнает?

– С чего вдруг? Думаешь, двенадцатилетних девочек волнует, кто там у руководства Нью Джи?

– Я не об этом.

– Каверин, не начинай! – Данил приложил ладонь ко лбу. – Я не хочу пока даже думать об этом и уж тем более не хочу, чтобы кто-либо знал, и точка. Уж ты-то понимаешь, что некоторые вещи лучше не раскрывать.

Здесь уже и Андрею не нашлось, что возразить. Хотелось бы верить его обещаниям. В конце концов, Каверин ни разу его не подводил. Разве что врал десять лет, хоть и клялся этого не делать, но Данил уже почти оставил обиды.

Вот только не стоит лишний раз напоминать Максу о New Generation. Никому не стоит, а этому в первую очередь.

– Что ты имеешь в виду? – Лазарев нахмурился, бросив на маймаксонского взгляд, полный сомнений.

Он давно хотел обсудить с Максом его провалившийся план, по которому Ника должна была испугаться Макса, но не испугалась. И зачем-то Веллу понадобилось совсем развеять образ ужасного маймаксонского. Тогда Данил еле удержался, чтобы не напомнить на месте, зачем он здесь. Но сейчас, когда маймаксонский и сам решил увидеться, понял, что смысла нет. Всё уже случилось. Возможно, Макс поступил правильно. Запугай он её, и у них могли бы возникнуть серьёзные проблемы. Да и Ника теперь думала, что Реджи проводит большую часть времени с ним, поэтому Кавериной всегда было, чем отвертеться.

– Пойдем сядем, – Макс кивнул в сторону кухни, – а то я устал за сегодня.

Он говорил об этом так, словно устал после шести уроков. Вот только Данил прекрасно знал о работе Макса.

– Что же это ты такое делал? – поинтересовался Данил, сам не зная, зачем.

– Пришлось разруливать перестрелку в Нижней смешанной, – Макс раздраженно закатил глаза, – в ней участвовал чел, которого я наметил. Нельзя, чтобы он умер раньше времени.

– Разве тебе это не выгодно? Избавился бы от лишней работы.

–Каверин бы понял, что я не убил самостоятельно, и не заплатил бы, – Макс агрессивно отпил коктейль, – хоть и соглашусь, это бред какой-то, сразу два лишних дела. Но Каверина не устроит. Бесит меня это... Я и так, по-моему, избавляю его от кучи проблем.

Данил не мог с этим поспорить. Валерию Каверину Макс был невероятно полезен, как бы Андрей ни возмущался. И на его месте Лазарев бы не стал нагружать маймаксонского ещё больше, но порой Каверин терял голову от власти. Как бы не откликнулось потом...

– Так в чём дело-то? – спросил Данил во второй раз, уже усевшись на стул и закурив. – Что не так у Андрея и девчонки?

– У девчонки всё отлично. Она, должно быть, счастлива, – Макс подпер голову одной рукой и затянулся. – А вот за Андрея я волнуюсь. Реджи рассказала, как он обсуждает с Никой всё, что ему интересно. Она читает то, что он советует, они даже гуляли пару раз. Похоже, им хорошо вместе.

– Я в курсе, – Данил закатил глаза. – А проблемы-то где?

– Данил, – Макс с интересом наклонился к нему, – меня кое-что напрягло в твоём рассказе о вашем знакомстве с Никой. Как я понял, вы неплохо поболтали и обменялись телефонами. Так почему же потом не продолжили общение?

Вот чёрт. Данил не хотел об этом говорить.

– Так сложилось. У Ники была своя подружка, а Андрей тогда жил в Москве.  Я же считал её слишком маленькой.

Велл в ответ только усмехнулся.

– Ты думаешь, я плохо знаю Андрея? Он бы не уехал от тебя, пока ты не встал бы на ноги. А это как минимум месяц. – Да какого хрена? Зачем этот дьявол лезет куда не надо? – Данил, я ведь спрашиваю это не из личного интереса. Ну, ладно, из личного, – он хитро улыбнулся, – но не потому, что хочу покопаться в вашем прошлом. Это важно сейчас. И мне нужно знать все детали. Я потом объясню тебе, в чём дело.

– Я расскажу. Но если об этом узнает Андрей... – Лазарев угрожающе взглянул на Макса.

– Расслабься, – Велл развёл руками, – за эти полгода ты уже должен был убедиться, что я не люблю расстраивать Андрея лишний раз.

– Ладно, – Лазарев вздохнул. – Они перестали общаться из-за меня.

В тот день, когда они впервые встретились, Ника и Андрей просидели в больнице до вечера. Каверин пообещал не уезжать, пока Данил не поправится полностью. Он приходил каждое утро и уходил поздно вечером. Лазарев подозревал, что любому другому не позволили бы подобного, но тогда в победе Валерия Каверина на выборах никто не сомневался, поэтому Андрей делал что хотел. А вот Ника была у Данила всего два раза с тех пор. И оба раза она бесконечно болтала с Андреем. Тот, конечно, не мог упустить возможности похвастаться всеми своими достижениями и знаниями. Поначалу у Данила это не вызывало вопросов: он и сам радовался, что Андрей снова рядом. Вот только была одна проблема, о которой Лазарев старался не вспоминать. Проблема, из-за которой Андрей уедет, как только Данил снова сможет ходить. Проблема, из-за которой Данил больше не мог восхищаться Андреем, как бы тот ни восхвалял себя.

Когда Ника в очередной раз ушла, Данил набрался смелости поговорить об этом.

– Мне вот одно интересно, Андрей. Ты ей так много рассказываешь... планируешь ли ты ей выдать всю правду о том, кто ты такой?

Прежде беззаботное лицо Андрея вмиг сделалось серьёзным.

– Нет. Не собираюсь.

– Будешь обманывать её, как обманывал меня?

– Данил! – Каверин начал злиться. – Я думал, мы уже всё обсудили на этот счёт! Я не хотел тебя обманывать! Мне было сказано молчать, и я молчал!

Тогда для Данила эти слова ничего не значили. Позже он стал чаще обсуждать всё, что между ними случилось, с Валерием и с Максом, да и сам повзрослел достаточно, чтобы понять: не одного Андрея тут стоит винить. Но в свои одиннадцать он просто не мог не злиться. Пусть они вроде как всё решили уже где-то через неделю после того, как Андрей выдал себя, Лазарев ещё долго не мог простить по-настоящему. Подумать только: самый близкий человек много лет водил его за нос!

Данил не хотел, чтобы Андрей врал так кому-то ещё. Не хотел наблюдать за этим и делать вид, что ничего не знает.

– Я попросил забрать меня из больницы на следующий день после разговора, – сказал он Максу. – Соврал, что просто заебался и меня там всё бесит, да и Наташа врач, смысл мне лежать где-то? Не то чтобы это не было правдой, но я так сделал по другой причине. Я понимал, что Ника не проберётся так легко ко мне домой. Всё-таки, Каверин слишком важная персона, чтобы так спокойно напроситься к нему в гости. На худой конец я думал сказать, что мне не разрешают никого приводить домой. Но этого не потребовалось. Ника сама постеснялась. Она пожелала мне поскорее выздороветь и предложила погулять нам втроём после этого. Наверное, думала, что я обижусь, если она позовёт с собой Андрея, пока я не могу ходить. А потом уехала к родственникам в Украину. Она написала об этом мне и просила передать Андрею, но я не стал. Когда он спрашивал, почему Ника не пишет, я говорил, что у неё, наверное, появились свои дела. Андрей сам ей как-то раз позвонил, но она сбросила. Конечно, она сделала это, чтобы с неё не снялись деньги за звонок, и наверняка решила, что он набрал её случайно. Но Андрей ничего не знал и, видимо, подумал, что Ника не хочет с ним общаться, – Данил вздохнул. Так стыдно это всё рассказывать... Каким же он был идиотом! Вместо того, чтобы хотя бы попытаться понять Андрея, он предпочёл вообразить его каким-то монстром и выплёскивать на него все обиды. – Когда Ника вернулась, Андрея уже не было. Его забрала мать, потому что он и так дома больше месяца не был, а я к тому моменту уже вылечился. Ника писала мне, но сначала я врал, что ещё не могу ходить, а потом просто что нет времени. Не понимаю, как она верила мне. А дальше Андрей сам уехал учиться в какой-то крутой лагерь за границей до конца лета. Это я Нике уже сказал, чтобы она не писала ему. Как-то так и разошлись. А дальше сам знаешь. Когда Андрей вернулся сюда, ему было совсем не до Волковой.

– Интересненько, – Макс задумчиво отпил коктейль. – Не знай я контекст, я бы подумал, что ты просто приревновал и не хотел делить своего драгоценного брата с Никой, – он ухмыльнулся.

– Макс, давай без твоих тупых шуточек, – Данил недовольно взглянул на него.

– Ну так, – Велл поставил коктейль на стол, – раньше ты был категорически против. Почему же сейчас тебя радует, что Андрей сближается с Никой?

– Как минимум потому, что пора бы уже. Андрей на год меня старше, а в голове одна учёба да политика, никакой личной жизни. Может, хоть влюбившись в кого-то, ощутит себя живым человеком, а не роботом. С Никой он познакомился ещё до своей, так скажем, известности, поэтому к ней есть какое-то доверие.

Макс недоверчиво сощурил глаза.

– А как же его взгляды? Тебя это больше не волнует?

Вот это Данил ни за что не хотел говорить. Не хотел признавать, что Макс открыл ему глаза. До него Лазарев думал, что правда об Андрее не вызовет ничего, кроме отвращения, но Велл смог найти в этом нечто интересное. Данил наблюдал, как Андрей радуется тому, что хоть кто-то не смотрит на него, как на чудовище, и стыдил себя за собственную реакцию. Он хотел всё исправить, но не мог повернуть время вспять. Андрей уже узнал об его отношении.

Но с чего он взял, что может судить Нику по себе? С чего за неё решил, как ей реагировать? С поддержкой Реджи и Макса Данил смог бы уговорить Андрея рассказать Нике всю правду. Она бы приняла. Не сразу, но приняла бы. Она бы поняла, почему Андрей не вывалил на неё всё в первый же день. Конечно, такие вещи нельзя говорить, пока не будешь уверен в человеке. Их ситуация ничуть не походила на то, что произошло между Андреем и Данилом. Ника не знала Андрея всю жизнь. Ей он не клялся дружить вечно и не называл своей сестрой. Почему, почему только до него дошло так поздно?!

– Ника уже достаточно взрослая, чтобы понять Андрея, – ответил Данил. – Расскажи он ей это в девять лет, она бы посчитала его злодеем, но сейчас больше шансов, что она не возмутится. К тому же тогда Андрей был для неё просто моим слишком крутым старшим братом, а теперь он – чуть ли ни главная городская знаменитость. У неё больше мотивации держаться за него, а у Андрея слишком много качеств, которыми она восхищается. Это вполне сможет перебить её отвращение к его взглядам.

Макс выдохнул дым.

– Я бы тоже так думал, но есть проблема в том, что Андрей для Ники. У меня его взгляды не вызвали отвращения, потому что для меня он не был этим.

– Чем?

– Идеалом. Ника не сохнет по нему, – Макс выпрямился и снова затянулся. – Её поведение можно расценить как стремление завести с ним отношения, но это не так. Может, она и хочет с ним встречаться, но не романтики ради, а потому, что это даст ей ощущение, что она чего-то стоит. Ты сам видел, сколько в ней желания доказать другим, что они не на ту напали, – Макс как-то грустно усмехнулся. – Вот только в первую очередь она хочет доказать это себе, и признание того, кто для неё эталон, ей в этом поможет. Но если она узнает его тайну... – Макс вздохнул и показал палец. – Вариант первый: она продолжит его идеализировать и решит, что с его взглядами всё, в принципе, в порядке. Андрей Каверин же идеален и не может мыслить плохо. Знаешь... Андрей хорош, но в единственном экземпляре. Копия в виде Волковой, которая пытается думать как он – не то, что мне хотелось бы видеть.

– Да уж, тут не поспоришь, – от одной мысли о Нике, пытающейся примерить на себя взгляды Андрея, стало дурно.

– Вариант второй, – Макс поднял другой палец. – У неё шок и полное непонимание. Как так, Андрей Каверин оказался таким? – Макс наигранно положил руку на сердце. – А кого же мне теперь идеализировать? А не позорно ли выёбываться знакомством с ним? – он закинул руку на лоб. Да уж, артист погорелого театра. – Останется надеяться, что она хоть не побежит строчить разоблачения во всех соцсетях, а это уж вообще дерьмо.

Почему-то Данилу не приходило это в голову. Наверное, потому что сам он, когда Андрей раскрылся, и подумать не мог о том, чтобы посчитать, будто Каверин прав. Но Ника и не знала Андрея так близко. Не видела, каким он бывает, когда показывает себя настоящего. Она точно не почувствует то, что чувствовал Данил тогда. Андрей для неё – один сплошной понт и в то же время модель для подражания. Кто знает, чем всё закончится? Максу Лазарев не очень-то верил. Что, если тот просто не хочет, чтобы Каверин был с Никой? Боится, что в таком случае Андрей станет меньше общаться с ним, и Макс потеряет свой главный козырь против Валерия?

Но если нет? Сколько бы денег Каверин ни вкладывал, чтобы заткнуть всех, кто мог помешать ему в делах Маймаксы, Данил не мог отрицать: ничего этого бы не вышло без его безупречной репутации. Наверняка городские, кто бывал в Маймаксе, думали о том, кто стоит за всем этим, но заподозрить Валерия? Не может быть. Он не такой человек. Он не мог всё это устроить.

Вот только если Ника раскроет всем правду об Андрее, Валерий не отвертится. Всё сложится в просто идеальный пазл, и его репутации конец. А затем конец и всей Маймаксе, и ни Центр, ни Маймаксонский дьявол исключением не станут.

Конечно, смешно думать, будто мэр города должен бояться двенадцатилетней девчонки, но Данил прекрасно знал, что и ребёнок может сломать жизнь взрослым. Увы, последние редко берут это в расчёт.

– И что же ты предлагаешь? Намекнуть Андрею прекратить общение? – Макс без усилий мог это устроить. Но стоило ли ему позволять?

Велл помотал головой.

– Нет, вовсе нет, – он отпил шоколадный коктейль и задумчиво посмотрел на стакан. – Не стоит терять девчонку. Нужно всего лишь... показать ей, что мир не делится на чёрное и белое. Ты правильно отметил – мы смогли принять. Но она пока что не особо живёт в реальности. Это нормально для её возраста, но опасно для нас.

– Так, – выпалил Данил, – говори конкретно: чего ты хочешь?

На лице Макса появилась такая знакомая и такая пугающая ухмылка.

– Для начала нужно отвлечь её на кое-что другое.

– Да ты с ума сошёл! – удивился Данил, выслушав идею. – А если она проболтается?

Макс невозмутимо отпил коктейль.

– Пока её кумир Андрей Каверин, она не проболтается.

– Она не Андрей, она ребёнок!

– На два года младше тебя?

– Неважно! Её отношение к Андрею ещё ничего не гарантирует.

– Данил, – Макс поставил стакан на стол и устало потянулся, – даже если она решит выдать меня, ей никто не поверит. Это хороший шанс проверить её, между прочим.

– А если она решит написать твоей сестре? Под постами в инсте там или ВК? Да, это может казаться бредом, но разве твоя сестра не уцепится за любой шанс тебя найти?

Макс задумался. Интересно, он продумывал, что будет с этим делать, или... думал о своей сестре? Может, какая-то часть его даже мечтала, чтобы Ника так сделала?

– Ей все страницы ведут менеджеры, – наконец ответил Велл, – они не поверят и даже решат, что Ника зло шутит. Ведь всем известно, – Макс снова глотнул коктейль, – что я давно умер. И потом, даже если моя сестра приедет в Маймаксу, как она меня найдёт?

– Ты сам говорил, что в Маймаксе за деньги можно найти что угодно. А я не сомневаюсь, что у неё их достаточно.

И если это случится, то... то конец не только Максу. Тому, может, даже лучше будет, хотя Данил сомневался, что Велл мечтает уйти из Маймаксы. Но если каким-то образом выяснится, что это Валерий купил Макса и сделал Маймаксонским дьяволом, что произойдёт и с самим Кавериным, и со всей его семьёй?

– Но в Маймаксе дальше Верхней не принято никого выдавать, – напомнил Макс.

– Так говоришь, будто у маймаксонских чести как у Андрея. Но будь они такими законопослушными, в Маймаксонском дьяволе не было бы смысла. Неужели думаешь, что кто-то от большой любви к тебе откажется от денег на множество доз? Ты играешь с огнём, Макс.

Велл не наивен, Данил знал его. Он не стал бы полагаться на чью-то порядочность, тем более маймаксонских.

– Всегда любил играть с огнём, – только и ответил Макс, ухмыльнувшись и снова отпив коктейль.

– Легко говорить, когда тебе грозит не лишение свободы, а её возвращение, – раздражённо бросил Данил.

Лицо Макса вмиг напряглось. Спокойствие как рукой сняло. Да уж, кажется, это было слишком, но с другой стороны, Валерий позволял маймаксонскому больше, чем Андрею, и Велл, похоже, не слишком страдал.

– Моя свобода – в Маймаксе, – отчеканил он. – Ты наверняка сейчас трясёшься за Валерона, но он рискнул куда больше, сделав меня Маймаксонским дьяволом, и наверняка придумал миллион способов спасти свою шкуру при любых обстоятельствах. И если для этого ему понадобится от меня избавиться, он это сделает. Так что мне говорить совсем не легко. И поверь, моё желание жить не настолько слабое, чтобы я позволил какой-то девчонке всё мне разрушить.

Данил не привык ему верить.

– Могу ли я быть уверенным тогда, что и с Никой всё будет в порядке?

Макс усмехнулся.

– Я что, похож на суицидника?

– Э?

– Если я трону городскую девчонку, мне, как Маймаксонскому дьяволу, придётся убить себя же.

– Ну, знаешь ли... – ни одному маймаксонскому ещё не удалось скрыться от Маймаксонского дьявола, зато Маймаксонский дьявол уже два года скрывал свою личность от маймаксонских. Так что Макс мог позволить себе куда больше других.

– Так ты со мной, Данил? – подмигнул ему Макс и снова отпил коктейль.

Идея всё ещё настораживала. Ставки слишком высоки. Если Ника проболтается, он тоже будет виноват. Как вообще можно подумать о том, чтобы довериться Максу, этому дьяволу?

Но если не согласится, и всё обернётся так, как Велл говорит?.. Это более вероятно. Разве тогда совесть не загрызёт? Шанс, что план Макса разрушится, куда ниже. А по последствиям всё одно и то же.

– А что же ты будешь делать с Валерием? – спросил Лазарев. – Сомневаюсь, что тебе удастся скрыть это от него.

– Валерия я беру на себя, – Велл осушил стакан. – Тебе не стоит ни о чём переживать. Я не скажу о твоём участии, а сам он вряд ли с лёгкостью сможет предположить наше сотрудничество. – Он уже в который раз выдал насмешливую улыбку. Чёрт, и почему для него вечно всё так легко?

– Кстати, Данил, – припомнил Макс, когда они пожали друг другу руки на прощание, – ты ещё не передумал насчёт моего предложения?

Лазарев знал, о чём речь. О предложении покрыть долг в семьдесят тысяч... но за плату.

– Не надейся, – он сложил руки на груди и отвернулся.

– Я тебя не понимаю, – протянул Велл, подпирая голову, – зачем ты ищешь себе проблем? Всё куда проще. Ну не нужна тебе моя помощь, так почему ты хоть Валерону не расскажешь? Для него эти семьдесят тысяч – сущий пустяк. Да, он разозлится, но по крайней мере не бросит тебя с тем, чем ты занимаешься сейчас. Ты один из немногих людей, кому пострадать от Валерия не так страшно, как от тех ублюдков. Я даже завидую.

Интересно, Макс правда не понимал? Не понимал, что ещё произойдёт, если Данил расскажет Валерию всю правду?

– Я не хочу, чтобы тебе пришлось убить Юлю, – сказал Лазарев.

На лице маймаксонского всплыл интерес.

– С чего бы мне убивать девчонку с городскими родственниками?

– Если прикажет Валерий, никаких последствий не будет. Как будто я вас не знаю, – Данил нахмурился.

– Думаешь, он поступит так с тобой?

– Он сделает всё, чтобы я ничего и не понял. По-твоему, я не в курсе, у кого ты научился своим методам?

Макс вздохнул.

– Обесцениваешь ты мои старания, конечно. Да и Каверину будет не так уж легко избавиться от Юли так, чтобы ты ничего не понял.

– Ты и сам прекрасно знаешь: для Валерия Каверина нет ничего невозможного.

– Не спорю, – Велл приподнял бровь, – но при всём, что он для тебя сделал, он не смог скрыть от тебя, что он за человек.

– И давайте-ка вспомним, кто этому активно поспособствовал, – Данил сощурил глаза и медленно помотал головой.

– Эх, – Макс прикрыл глаза и запустил руку в карман, – давай ты не будешь обвинять меня там, где не надо? – он театрально надулся. – Думаешь, я ничего не заметил? Когда я выложил вам всю правду, иллюзии рухнули только у Андрея. Ты же не был ничуть удивлён, хотя я сомневаюсь, что Валерий или кто-либо еще мог рассказать тебе это раньше.

Данил даже немного радовался тому, что и перед Максом у него было преимущество: он знал о Валерии то, о чём Велл вряд ли вообще задумывался. Ну, если честно, следовало скорее расстраиваться из-за этого, но они с Андреем сильно различались: Лазарев не собирался жить в своём идеальном мире. Он не мог оторвать себя от реальности.

– Меня никогда не окружали честные и порядочные люди, – отметил Данил. – Я привык. Тебе ли не знать?

Макс закатил глаза, а затем слегка смущенно засмеялся.

– Данил, я тебя умоляю, не сравнивай. На фоне лицемеров, какими были мои родители и всё их окружение, Валерий человек весьма честный. Он по крайней мере понимает, что представляет из себя на самом деле, и не стремится казаться лучше, чем есть.

Они как будто говорили о двух разных людях... нет. Не «как будто». Они и знали двух разных людей с одним лицом и именем.

– О чём ты? Он стремится казаться чуть ли ни идеальным для всего города.

Данила всегда смешило то, как восхваляла Валерия Каверина пресса. «Повысил уровень жизни» – разумеется, ведь все, кто не подходил для города с высоким уровнем жизни, были изгнаны в Маймаксу. Медицина даже в государственных больницах и правда не вызывала нареканий, а про известную в городе частную клинику и говорить не стоило, да только чему удивляться, когда жена Валерия была врачом и владельцем той самой клиники? «Добился справедливости в отношении того-то...» – Каверин действительно часто вмешивался в неоднозначные преступления, где деньги или несовершенство законов могли стоить невиновным людям жизни или свободы, вот только, как правило, сам Валерий узнавал об этих случаях от Андрея, который и находил решения, часами, а иногда и днями или неделями роясь в статьях и в интернете. От Валерия требовалось лишь повлиять, ведь слова мэра имели вес. «Сделал город куда красивее и удобнее» – когда Данил читал что-то подобное, он думал, что Валерия здесь можно называть только по фамилии – так будет честно. Каверин действительно привёл город в порядок. Новые районы не походили на гетто, как в других городах, в каждом дворе были детские и спортивные площадки, активно сажались деревья, ремонтировались старые дома и дороги, строились скверы, фонтаны, серые стены ярко расписывали уличные художники, даже в час пик почти нигде не случалось пробок, повсюду стояли автоматы с напитками и поилки, лавочки и урны, улицы держали в чистоте, а на гладко постриженных газонах не спали бомжи. Данил вообще не мог вспомнить, видел ли он бомжей в городе. И всё это было заслугой Каверина, но не Валерия, а Андрея. Это Андрей, даже просто прогуливаясь, отмечал проблемы и тут же бросался искать выходы. Это Андрей проверял, что писали местные жители в социальных сетях, и брал на заметку комментарии, которые казались ему разумными. Это Андрей узнавал, как лучше благоустроить город, и находил людей, способных это сделать. Разве что выборы Валерий выиграл сам, причём честно. Впрочем, Данил подозревал, что победа была неизбежна: кто не проголосует за адвоката, который помог выиграть свои дела множеству людей и при этом ни разу не взялся защищать очевидных преступников, какие бы суммы они ни предлагали? Ха, ну почти ни разу...

New Generation. Тот самый торговый центр, в который ездили из соседних городов, ведь здесь были все необходимые магазины и кафе, а ещё кинотеатр, боулинг, каток, игровая комната, компьютерный клуб и спортзал. При этом требовалось приложить усилия, чтобы запутаться, а для уставших повсюду стояли диванчики. Конечно, Валерий особо не распространялся, что и торговый центр – его заслуга, ведь по закону мэр не мог им управлять, но что могло помешать Каверину? Да только вот... Даже без этого Валерий уж точно никогда бы не стал давать интервью о том, как заполучил Нью Джи. Данил всегда вспоминал эту историю, глядя на Макса.

– Почему «казаться»? – хитро улыбнулся Велл. – Для нашего города он и правда идеален. Люди видят результат, ну а методы их не волнуют. Разумеется, до тех пор, пока они не узнают кое-что о прошлом.

Данил насторожился.

– Прекращай шутить.

Иногда он забывал, кто такой Макс на самом деле и как вообще здесь оказался. Этот дьявол ведь мог пожизненно засадить Валерия, да еще и деньги немалые за это получить. Интересно, что же предпринял Каверин, чтобы Велл об этом даже не думал? 

– Расслабься, Данил, – Макс задумчиво посмотрел на пустой стакан, – дальше шуток ничего не зайдёт. Человек, который был ненамного старше меня, когда смог вывести из игры моих родителей, а затем и Алекса, мне не по зубам. Да и зачем мне это?

Этот вопрос звучал бы проще, если бы Данил всегда понимал, зачем этот дьявол что-то делает. Но такими уникальными умениями не владел пока никто.

Однако здесь Лазарев решил рискнуть и довериться ему, ведь в отношении Андрея Велл  не врал. У того действительно могли возникнуть проблемы из-за Ники и своих взглядов.

Данил с иронией отметил, что, похоже, решать проблемы Андрея ему нравится намного больше, чем свои.