Дно | Пробуждение [18+]

ЗАПРЕТНАЯ ЗОНА

В те выходные Андрей позвал Нику погулять.

Они с Кавериным уже гуляли трижды на этой неделе. В первый раз Ника попросила его помощи в новой теме по математике, и Андрей предложил встретиться в New Generation. Они провели вместе два часа, а затем ему внезапно понадобилось бежать в городскую администрацию. Но Ника успела обсудить книгу, которую он посоветовал прочитать. Во второй раз Андрей сказал, что тренировку сдвинули, и нужно просидеть где-то с двух до пяти. У Ники, конечно же, нашлось свободное время, и в тот день она не стала покупать обед в столовой – в New Generation её бесплатно угостили роллами. Тогда они зашли дальше и погуляли в центральном парке. На смотровой площадке Ника попросила Андрея рассказать, как выглядело место, где стоял их город, в каменном веке. Каверин заговорился и чуть не опоздал на тренировку, зато до второго лицея дошёл вместе с Никой, и она даже встретилась с парнями из его команды. В третий раз Андрею без предупреждения отменили два последних урока, и Ника предложила немного прогуляться, пока время есть. Каверин поехал к ней на Правый. Никогда ещё она не выходила из школьных дверей с такой гордостью: подумать только – её встречает сам Андрей Каверин! Волкова видела, с каким интересом и восхищением смотрели на него другие, и, когда Каверин заметил её и двинулся навстречу, почувствовала себя звездой на красной дорожке. Неделю назад над ней подшучивали и брали вещи без разрешения, а сейчас её встречает лучший парень города. Просто идеально.

«Ха, выкусили? – подумала Ника, когда Андрей обнял её при встрече, и кто-то в толпе удивлённо прошептал её фамилию. – Приготовьтесь, ребятки, это только начало».

Ника надеялась пригласить Андрея к себе домой, но этим планам не суждено было сбыться: когда они гуляли по скейт-парку, Каверину позвонила Реджи и попросила с чем-то помочь. Андрей провёл с Никой ещё полчаса и поехал в город.

Но теперь наконец-то наступил выходной, и нашлось время на прогулку дольше пары часов. Ника нарисовала себе стрелки карандашом, надела с тренчем любимую футболку и те самые новые джинсы в надежде, что и их зашивать не придётся. Они встретились у фонтана в New Generation и уже решали, куда пойти, когда вдруг у Андрея зазвонил телефон.

– Да, Данил, – Ника не услышала, что говорили на другом конце, но заметила, как помрачнело лицо Андрея. – Ты что, прикалываешься? Я с Никой гуляю, у меня нет ни времени, ни желания ехать в твою дебильную Маймаксу!

Маймаксу.

Услышав это слово, Ника вспомнила о Максе.

– Да твою мать, чем ты думаешь? Макса нельзя попросить? Что он, с Реджи? Да, тяжёлый случай...

– Андрей, что там?

– Данил нажрался в говно, – ответил Андрей, опустив телефон. – И просит меня его забрать, потому что даже до остановки добраться не может, а внутрь Маймаксы никакой транспорт не ходит, – Каверин виновато посмотрел на Нику. – Извини, пожалуйста. Я на такси туда и обратно, отвезу его и всё. Пойдём, я пока могу тебе что-то на фуд-корте взять.

Чёрт! Опять кто-то вмешивается и не даёт общаться с Андреем! Но тут Ника подумала о Маймаксе.

Для неё, городской девчонки, Маймакса была легендой. Запретной зоной, куда не ступала нога нормального человека. О ней ходили самые разные слухи, и мало кто понимал, где абсурд, а где правда. В Маймаксе есть магазины, где наркотики продают как обычные продукты. В Маймаксе все ходят с оружием. В Маймаксе можно без последствий убить любого человека. В Маймаксе нет воды и электричества. В Маймаксе нет улиц и номеров домов. В Маймаксе водятся людоеды. В Маймаксе живут привидения. Городские считали Маймаксу проклятым местом: поговаривали, что когда-то на её месте было кладбище, но затем его решили снести и построить там завод, а за ним торговый центр и район. Духи похороненных людей обозлились, и сначала там взорвался торговый центр, а затем обанкротился и закрылся завод, после чего все, кто мог, перебрались в другие районы, а этот превратился в наркоманские трущобы.

Может, Ника Волкова и упала в заброшенном доме, но не с такой высоты, чтобы поехать в Маймаксу в одиночку. А вот с Андреем... почему нет?

– А может, мне с тобой съездить?

Андрей удивлённо посмотрел на неё.

– Зачем?

– Хочу увидеть, как она.

– Нечего там смотреть, – Андрей запустил руки в карманы, – сплошные развалины, аварийные дома, и на дорогах валяются овощи на дне жизни.

– А там опасно? – Нику ничуть не оттолкнуло подобное описание. Девочка с Правого могла видеть всё это только на картинках.

– Смотря где быть. Верхняя Маймакса почти безобидна. Там гуляет как маймаксонская, так и городская молодёжь, а вот особо отбитые туда не заглядывают и преступлений почти не совершается. Это, так сказать, первая ступень, находится ближе всего к остановке до города. А вот дальше надо знать места. Центральная Маймакса довольно безопасна, там обитают маймаксонские, которые занимаются нелегальным бизнесом. У них немало денег и мозгов чуть больше, чем у остальных, так что здесь редко случается что-то из ряда вон выходящего, и к городским нормально относятся. Это самый небольшой район Маймаксы, туда же мало кто работать едет. За Центральной Маймаксой идёт Нижняя, и вот это самое днище, – Андрей скорчил гримасу отвращения. –  Там хуже всего, живут всякие уголовники или совсем опустившиеся наркоманы. Ну и банды, конечно.

Нику распирало от любопытства. Андрей будто рассказывал о каком-то зловещем королевстве. Не верилось, что это место находилось буквально в нескольких километрах от их города, который вечно занимал первые места в рейтингах лучших городов Подмосковья. Она не могла упустить возможность увидеть всё это своими глазами.

– И Данил в Верхней?

– Конечно, он же не дурак. Все городские только в Верхнюю гоняют, если хотят развлечься.

– Тогда почему ты едешь за ним? Он что, настолько не может стоять?

– Дело не только в этом. Он ещё и пьян, а пьяным можно что угодно выкинуть. Вдруг разозлит кого? Так что лучше увезти его самому.

Не то чтобы Ника горела желанием тащить домой пьяного Данила, но, видимо, ей суждено быть его спасателем. Это стоит того, чтобы взглянуть на Маймаксу.

– Тогда я тем более смогу тебе помочь.

– Ника, – Андрей нахмурился, – это не место для нормальных людей.

– Твой брат там постоянно тусит, а твоя сестра встречается с маймаксонским. Назовёшь их ненормальными? Я же всего на один раз! Или ты считаешь, что я слишком маленькая для Маймаксы?

Андрей устало выдохнул.

– Ладно, поехали со мной. Но имей в виду: это может тебя несколько шокировать.

Ника пожала плечами.

– Я смотрела много фильмов про криминал.

– В жизни всё несколько иначе, – задумчиво проговорил Андрей.

Ника думала, что они поедут на автобусе, но выяснилось, что это невозможно – в Маймаксу официально не ходит никакой транспорт. Есть какая-то частная маршрутка «М», но ждать её нужно очень долго. Вариант с такси оказался куда удобнее.

– Но они не ездят дальше остановочной будки у Маймаксы, – объяснил Каверин.

– Почему?

– Во-первых, формально в Маймаксе нет улиц, так что дальше навигатор попросту не показывает. Во-вторых, это может быть опасно. Городские боятся, что их убьют, как только они ступят на территорию Маймаксы, и не суются лишний раз. В-третьих, там нет проезжей части как таковой. Да, у маймаксонских, особенно из Центра, машины есть, и они ездят везде, где можно в принципе проехать. Но водителям из города этого не понять.

– Как всё сложно-то, – Ника свистнула.

По дороге они практически не разговаривали. Андрей что-то писал в телефоне – новый пост, наверное, – а Ника читала электронную книгу и иногда посматривала в окно. Она считала, что понятие «далеко» в отношении их города не к чему употребить, но ошибалась.

Маймакса действительно находилась далеко.

– Мы приехали, – сказал Андрей, когда они остановились у будки посреди дороги.

– А где Маймакса? – спросила Ника. Остановку окружал только высокий светло-зелёный забор для шумоизоляции.

– Увидишь, – сказал Каверин.

Он заплатил за обоих. Ника из вежливости предложила оплатить часть, но Андрей отказался. Они вышли из машины и зашли в небольшой проход в заборе сбоку от остановки.

И Ника выпала.

Она бы решила, что это город-призрак, если бы не люди, слонявшиеся между домами. Не то чтобы Волковой не доводилось видеть дворы без ремонта, но не такие, где вообще не было асфальта. Повезло с сухой погодой – в дожди они с Андреем утонули бы в грязи, и Каверин миллион раз пожалел бы, что надел белые кроссовки. Кое-где ещё остались деревянные дорожки, и те прогнили и сломались в нескольких местах. Маймакса, казалось, никогда не знала стрижки – высокой и уже высохшей прошлогодней травой заросло всё, кроме протоптанных людьми тропинок. Дома – в основном наспех сколоченные деревянные бараки – прогнили и покосились, многие провалились. Поначалу Волкова решила, что там никто не живёт, но Андрей сказал, что это не так. В некоторых окнах она увидела шторы, мебель и даже растения и удивилась: кто согласится на такие условия?

– Посмотри на этих овощей, Ника, – сказал Андрей, оглянувшись, – думаешь, им есть дело до того, где жить?

Его прекрасное лицо выражало одно лишь презрение, и Ника понимала, почему. На лестницах или просто на земле сидели пропитые и рассаженные лица без определённого пола и возраста. Почти все маймаксонские будто принадлежали другому виду, неспособному к прямохождению – кто-то ползал, кто-то шатался, кто-то хромал. Некоторые ходили группами. Ника бы решила, что здесь никто не говорит на русском, если бы не знала матерных слов. Те, кто не был пьян, выглядели не менее жутко: бледно-серые лица с чёрными кругами под глазами, тела, неотличимые от скелетов, и стеклянный, неживой взгляд. Одежду маймаксонских будто доставляли со склада вещей из девяностых, причём только ту, что снимали с трупов. К пьянкам прямо посреди дороги Ника морально подготовилась, но когда у неё на глазах наркоман перетянул руку жгутом и вогнал себе дозу, она едва не вскрикнула, и Андрей поспешил закрыть ей глаза и увести вперёд.

А ведь это только Верхняя Маймакса. Что же там дальше?

– Ну как, ты в шоке? – спросил Андрей, но не издевательским тоном, какого ожидала Ника.

– Немного, – призналась она. – Если честно, не понимаю, почему сюда все так рвутся.

– Думаю, дело всё в том, что у нас в городе запрещены цирки с животными, – два года назад Валерий Каверин отдал такое распоряжение, – но людям всё равно хочется посмотреть на подобные зрелища.

Ника сразу вычислила городских. Неважно, насколько модно те были одеты или насколько ухоженно выглядели – они всё равно отличались от маймаксонских как мухи от слонов. Тоже, правда, уже успели напиться и разговаривали не слишком цензурно, но по крайней мере не пугали так сильно.

– Долго нам ещё? – спросила Волкова. Она уже миллион раз пожалела, что приехала сюда. Посмотрела и хватит!

– Не-а, – помотал головой Андрей. – Данил написал, что он на трубах.

– Кстати о трубах, – Ника взглянула на трубы одного дома, из трещин в которых пшикала горячая вода, – так значит, здесь где-то есть отопление?

– Есть, но не везде. Официально эти дома не считаются жилыми, так что провести отопление – довольно сложная схема. И не каждый дом может его оплачивать. Как правило, за них это делают маймаксонские из Центральной Маймаксы в обмен на некоторые услуги.

– Какие услуги?

– В зависимости от того, чем занимается тот, кто крышует.

– А чем они обычно занимаются?

– Торговлей наркотиками, палёным алкоголем, оружием и краденым, сутенёрством и многим другим. Только вот далеко не все они любят рассказывать о своей «работе», так что многого даже их соседи не знают.

Андрей говорил об этом без прежнего отвращения, но его лицо уж точно не сияло от радости. И тут Ника вспомнила...

– А Макс – он ведь тоже из Центральной Маймаксы?

– Ну да, откуда же ему ещё быть? – Андрей как будто обиделся на мысль о том, что Макс может быть из другой части Маймаксы.

– То-то я удивлялась, что он маймаксонский, а у него мартинсы, последний айфон и мотоцикл. Чем же он занимается?

– Не знаю, – пожал плечами Андрей.

– Да ладно? Ты же всё знаешь! – Ника усмехнулась.

– Нет, я правда не знаю. Только что ведь сказал: они не любят об этом распространяться.

– И ты не поинтересовался, чем занимается парень твоей сестры?

– Мне хватило убедиться, что она в безопасности, – отрезал Андрей.

Это казалось странным. Андрей не испытывал восторга от преступности, так почему же, если парень его сестры уж точно был с ней связан, он даже не потрудился узнать подробности?

– Ну Андре-е-е-е-й! – протянула Волкова. – Обещаю, я никому не скажу!

На секунду Ника одёрнула себя: не слишком ли навязывается? Но так хотелось узнать, чем же занимается этот человек из другого мира.

– Говорю же, я сам не в курсе!

– Но он хоть людей не убивал?

Андрей посмотрел на Нику каким-то жутким взглядом, и она вся съёжилась.

– Нет, Ника, – проговорил Каверин твёрдым голосом. – Людей он не убивал.

Волкова выдохнула.

– Уф, ладно! Слушай, а тут такой вопрос... – Она хотела задать его как можно деликатнее, ведь это наверняка касалось Андрея напрямую, – если здесь такой высокий уровень преступности, то почему правительство ничего не делает?

Волкова подозревала, что не получит честного ответа, ведь отец Андрея – мэр города. Станет Андрей говорить о нём что-то плохое? Пусть он не раз ругал российскую власть, особенно самую верхушку, но о собственном отце никогда не отзывался негативно.

– Видишь ли, Маймакса уже давно захвачена бандитами, и если сейчас хоть кто-нибудь попытается вмешаться, это может плохо кончиться как для правительства, так и для городских. Всё равно ликвидировать их полностью невозможно. Безопаснее выделить территорию, где они могут делать что хотят.

– Это точно безопаснее?..

– Да. Маймакса и город чётко разделены. Макс сказал правду, им вообще лучше не показываться в городе, если не хотят проблем, так что это доступно, как правило, только Центральной Маймаксе – тех от городских не так легко отличить, да и ни на каких учётах они не состоят. Впрочем, и им стоит быть осторожнее. Ну а ещё некоторые прячутся от полиции, ведь это по сути единственное место, где тебя не будут разыскивать, даже если ты мега опасный преступник и за твою поимку назначено несколько миллионов.

Ника не могла понять по голосу, что сам Андрей думал обо всём этом. Но спрашивать дальше просто не решалась. Валерия Каверина называли лучшим мэром в истории города, наверняка он и сам негодовал по поводу того, что ничего не мог сделать с Маймаксой.

Ника нехотя признала, что лучше этим людям находиться здесь, а не на городских детских площадках и во дворах поздно по вечерам.

– И полиция сюда никогда не заглядывает?

– Полиция бывает только в Верхней Маймаксе и только по заказу из города. Например, если ребёнок удрал из дома или там родственник ушёл весело выпить. Дальше она не заходит, знает, что запрещено.

– Не может быть... А если что-то случится внутри?

Андрей выдохнул.

– Не их полномочия. Так исторически сложилось, что городской полиции Маймакса не принадлежит.

– Почему так?

– Ты знаешь о Маймаксонской ОПГ? – Ника помотала головой. Она родилась за полтора месяца до нулевых, а её родители переехали в этот город в самом конце девяностых. Не от кого было услышать о бандах. – Это довольно известная преступная группировка, которая образовалась ещё в семидесятые, но особо преуспела в начале девяностых. Они фактически заправляли всем городом, а их, так сказать, база находилась в Маймаксе. Подробности мне неизвестны, но однозначно то, что у главаря банды были связи с полицией, и та её не трогала. Сейчас Маймаксонской ОПГ давно нет, но традиции не нарушаются. Здесь даже никакого отделения никогда не было. Кроме того, официально Маймакса считается заброшенным районом без жителей.

Ника чувствовала, что город, в котором она прожила всю жизнь, только что вывернули наизнанку прямо у неё перед носом. Раньше Волкова могла только читать о преступности и разрухе в других городах, а теперь выяснила, что место, где дела обстояли ещё хуже, находилось совсем рядом.

Андрей тяжело вздохнул и сложил руки на груди.

– На самом деле, грустная история, – он опустил тяжёлый взгляд. — Эти существа утратили всё человеческое. Они залегли на дно и даже не думают подниматься. Им нравится жить в говне. И ведь большая часть народа такая, даже те, кто вроде как не генетические выродки. Ничего не хотят менять, – Каверин будто сплюнул последние слова.

Ника чувствовала себя некомфортно в Маймаксе, но Андрею, казалось, приходилось ещё хуже. Вместе с отвращением на его лице читалась будто бы боль. Будто это он был виноват в том, что не может ничего изменить.

Наконец они дошли до труб. Обычных огромных водопроводных труб, образовавших квадрат, где как птицы на проводах сидели пьяные подростки – городские и маймаксонские. Средне-русую голову Данила Ника заприметила сразу же – слишком уж выделялся на фоне коротко стриженых гопников. Подойдя поближе, она удивилась тому, что Лазарев ещё мог сидеть. От него за километр несло перегаром, в руке он держал банку пива, а на земле валялось ещё штук десять таких, но уже выпитых и смятых.

– Данил, какого хрена?! – возмутился Андрей. Тот ничего не ответил, всего лишь по-дурацки усмехнулся. – Ладно... пойдём домой, – Андрей резко потянул брата за рукав. Хотя в голосе Каверина читался гнев, Ника подозревала, что тот ещё неплохо держался. Будь она на месте Андрея, Данил бы мигом получил леща. А ведь он, возможно, напивается так не впервые... Куда смотрит Валерий?!

– Да мне и здесь заебись, – пьяным голосом протянул Данил. А сам звонил Андрею и просил забрать! Зачем?! Набухивался бы себе дальше!

Ника слышала о похождениях Данила в Маймаксе, но это казалось в какой-то мере прикольным – эдакий плохой парень, хулиган из бандитского района. Наверное, Волкова и сама присмотрелась бы к Лазареву, если бы не Андрей. Но сейчас вид его, пьяного до чёртиков, не вызывал ничего, кроме отвращения. Данил упал в её глазах, как башни-близнецы.

Как он вообще смеет вытворять такое, при всех своих возможностях?! Да если бы она оказалась на его месте, то ни за что бы не упустила свой шанс! Взяла бы всё! О чём этот Лазарев думает?..

– Что ты несёшь, Данил?! – возмутился Андрей, поднимая его с труб. – Тебе не место среди всего этого биомусора!

Слова повисли в воздухе. Прежде расслабленное лицо Данила вмиг напряглось.

Все маймаксонские с труб уставились на Андрея. Ника почувствовала запах жареного. Похоже, кое-кто влип.

– Ребят, пойдёмте! – засуетилась она. Теперь им действительно пришло время убираться, и как можно скорее.

– Вы только посмотрите, – вставая, прорычал один из маймаксонских, выше Андрея аж на целую голову и в два раза шире, – кто это тут выёбывается?

Андрей зашипел с отвращением.

– Так обидно слышать правду?

Тут вскочило ещё двое маймаксонских. Андрей усадил Данила назад и заслонил собой Нику.

– Осторожно, ещё под горячую руку попадёшься.

– Андрей!

– Не волнуйся, овощи мне ничего не сделают, – гордо произнёс Каверин.

Ника понимала, что никак не поможет ему. Зато Данил, похоже, не слишком понимал своё состояние. Он вскочил и попытался кинуться на помощь, но едва не повалился – Ника вовремя подхватила его.

– Блять, – проговорила она сквозь зубы.

– Пусти меня к нему! – рванулся Лазарев, но Волкова крепко сжала его руку.

– Нет! Ты стоять не можешь, только хуже сделаешь!

– Больно длинный у тебя язык, – сказал Андрею первый маймаксонский, который так пугал Нику. – Может, его тебе вырвать?

У неё от страха задрожали колени, а вот Каверин, похоже, только завёлся.

– Давай, – ответил он с дерзкой ухмылкой, – вырви, если сможешь.

Покраснев от злости, маймаксонский двинулся на Андрея, но...

– Блять! – он схватил себя между ног. Из его носа также шла кровь. Каверин самодовольно хрустнул суставами рук.

Ника уже приготовилась выдохнуть с облегчением, когда второй маймаксонский также двинулся на Андрея.

– Ах ты сволочь городская! – проговорил он.

– Тебя так злит вид полноценных людей? – с дерзостью выпалил Каверин, за что едва не получил в челюсть. Он ловко увернулся и сейчас душил маймаксонского гораздо крупнее него.

– Андрей, сзади! – крикнула Ника, но опоздала. Каверина за пиджак оттянул ещё один маймаксонский. Андрей резко всадил ему локтем в живот, но тут Каверина по бокам окружило ещё двое, и...

– Блять! – выпалил он когда к его горлу приставили нож.

– Не двигайся, – проговорил маймаксонский, приставив нож ещё ближе, – иначе отрежу твою блондинистую голову.

– Это не сделает тебя человеком, – ответил Андрей. Несмотря на не самое выгодное положение, на лице его не читалось ни капли страха, одно лишь презрение.

– На твоём месте, – другой маймаксонский встал перед ним и наклонился лицом к лицу, – я бы извинился за свои слова, а то сейчас тебе быс...

– Эй, отодвинься, – с отвращением перебил его Андрей, – от тебя пасёт, как от помойной свиньи.

Глаза маймаксонского налились гневом. У Ники остановилось сердце. Нож ещё сильнее прижали к горлу Каверина.

– Отпустите его! – пьяно проговорил Лазарев. – Это мой бра...– Ника захлопнула ему рот рукой.

– Молчи ты! – прошептала она. – Они могут воспользоваться тобой!

Данил был слишком пьян, он при всём желании не дал бы отпор, а кто знает, на что пойдут эти маймаксонские, чтобы добить Андрея?..

Волкова пыталась продумать какой-то план... Может, их отвлечь? Но чем? Позвать на помощь? Но Андрея прирежут раньше, чем эта помощь успеет подойти...

Она обернулась на Каверина, которого всё ещё держали, и увидела, как он плюнул в лицо стоявшему перед ним маймаксонскому.

– Ты охренел, сволочь?! – маймаксонский замахнулся на Андрея и...

– Довольно! – кулак резко остановил человек, возникший между Андреем и маймаксонскими.

И им оказался...

– Макс! – вырвалось у Ники. Тут к ним с Данилом подбежали Реджи и какой-то парень на вид чуть старше Андрея.

– Что, опять в говно нажрался? – с досадой сказал парень, поднимая Лазарева.

– Артём? Реджи? Что вы тут делаете? – спросил Данил.

Реджи тревожно повернулась в сторону Андрея и компании.

– Где же нам ещё быть?..

– Макс, ты чего? – спросил маймаксонский, чью руку остановил Велл.

– Тот же вопрос и к вам, – он отпил пиво из бутылки. – Что вы вытворяете? Хотите, чтобы Маймаксонский дьявол вас тут всех перерезал?

Ника не знала навыков Макса, но эти маймаксонские были явно его сильнее. А он с расслабленным лицом, попивая пиво, разговаривал с ними так, словно они не могли согнуть его в бараний рог.

– Этот придурок, – маймаксонский поднял нож чуть выше, – слишком много выёбывается.

– Этот придурок – сын Валерия Каверина, – Макс отпустил руку и обернулся к нему. – Если хоть поцарапаете его, у вас будут серьёзные проблемы. – Макс нахмурился и жёстко посмотрел на маймаксонского.

Маймаксонский убрал нож, и Макс поспешил подхватить Андрея.

– Я в порядке, – Каверин отбросил его руку, стараясь делать вид, что ничуть не испугался. А ведь Макс только что вытащил его с того света.

Чёрт! Хотелось себя ударить. Почему сама не додумалась просто сказать, кто такой Андрей? Она привыкла к городским порядкам, где все знали, как выглядит сын мэра. Но сейчас они не в городе. Ладно Данил, он пьян, но сама-то могла сообразить, что маймаксонские не понимали, кто перед ними!

– В следующий раз объясни своему дружку, как стоит себя вести, – проворчал ещё один маймаксонский.

– Ты, биомусор, смеешь мне указывать?! – вырвалось у Андрея, но Макс дёрнул его вниз прежде, чем кулак маймаксонского достиг каверинского лица.

– Я поговорю с ним сам. Не берите это дело на себя, хорошо? – обратился он к маймаксонским.

– Я разорву в клочья эту суку! – другой маймаксонский ударил кулаком о кулак и двинулся на Андрея, но тут Макс выхватил с ремня пистолет и направил прямо на голову товарища по району.

– Не стоит, – проговорил Велл спокойным, но ледяным тоном. – В отличие от него, мы с тобой обычные маймаксонские. Если ты попытаешься убить Андрея, мне придётся убить тебя, ведь я не хочу, чтобы меня посчитали соучастником его убийства. В конце концов, ты умрёшь и без моей помощи, если знаешь законы, – Макс опустил пистолет, и ошеломленный маймаксонский выдохнул. – Пожалуйста, не заставляй меня доходить до такого.

Тот что-то проворчал себе под нос.

– Ладно, – с досадой проговорил другой. – Но ещё раз распустит язык, и ему крышка!

– Вы так сильно торопитесь на тот свет? – ухмыльнулся Макс. Маймаксонскому не нашлось, что ответить.

В итоге вся компания, бубня и матерясь, пошла прочь от труб. Макс продолжал удерживать плечо Андрея, пока они не скрылись, а затем обернулся к Каверину и сказал:

– Нам надо поговорить.

– Окей, – прошипел Андрей, и они пошли за ближайший гараж.

Ника пыталась осмыслить увиденное. Только что Андрея Каверина, того самого, которым она так восхищалась, едва не убили... потому что он не смог удержать язык за зубами. Но тут вмешался Макс. Ему не понадобилось даже драться, он лишь припугнул их немного пистолетом. И о каком Маймаксонском дьяволе он говорил?

Волкова никогда бы не подумала, что сможет смотреть на кого-то с большим восхищением, чем на Андрея. И уж тем более никогда бы не подумала, что этим человеком окажется маймаксонский. Макс был однозначно крут. Он сумел спасти Андрею жизнь, никому не навредив, держался так уверенно и при этом спокойно, словно детишек в песочнице разнимал. Поставил на место парней здоровее и наверняка старше себя. Они его послушали и миленько ушли, поджав хвосты.

А ещё Ника искренне не могла понять Андрея. Почему он нарывался? Почему совсем не думал о себе? Его ведь и в самом деле убили бы, если бы не Макс!

– Ты в порядке? – спросил парень, который пришёл вместе с Максом. У него было весьма дружелюбное и даже симпатичное лицо, которое совсем не вписывалось в пейзаж Верхней Маймаксы.

– А? – Ника обернулась. – Да, всё хорошо. Хотя, признаюсь, я немного испугалась.

Если это только Верхняя Маймакса, то что же дальше?..

– Да я тоже, – ответил парень. – Андрей их здорово разозлил, даже Максу прилететь могло. Я уже собирался вмешаться, хоть он и попросил этого не делать.

– Я слегка в шоке от Андрея...

– Да он всегда такой, – парень запустил руки в карманы.

Ника вспомнила, что Андрей поехал в Маймаксу за Данилом, чтобы тот по пьяни ни на кого не нарвался. Что ж, иронично.

– То есть, Макс не впервые Андрея спасает?

– Ха, да буквально недавно был ещё случай. Андрей не умеет сдерживаться вообще. Привык, видимо, что ему всё можно. Вот только в Маймаксе правила общие для каждого, так что если бы не Макс... Ну, откровенно, пизда пришла бы всем нам, – он грустно усмехнулся.

Кто бы мог подумать: лучший ученик и спортсмен второго лицея обязан своей жизнью маймаксонскому.

Выходит, и Андрей не во всём бывает умным. Ника привыкла смотреть на него как на эталон, но сейчас он напоминал избалованного богатого мальчика, который не считал нужным подбирать слова. Нет, конечно, он не такой. Но в отношении маймаксонских ему бы научиться держать себя в руках. А вот Макс...

– По ходу, Макс крутой тип, – отметила Ника.

Парень улыбнулся.

– Это же наш Макс Велл.

– Ты давно его знаешь?

– Два года, – Маймакса появилась не так давно, больше было бы просто странно.

– Ты тоже из Центральной Маймаксы?

– Ага, – парень кивнул и полез за сигаретами. – Я, кстати, Артём, – он протянул Нике руку.

– Ника, – она пожала в ответ.

Андрей оказался прав – жители Центральной Маймаксы действительно не так уж отличались от городских. Если Макса ещё выдавали бледность, худощавость, тёмные круги под глазами и стиль бандита девяностых, то Артём вполне бы вписался в интерьер школы Ники.

– Слушай, а что за дьявол, о котором говорил Макс? – спросила Волкова. Об этом даже Андрей не рассказывал.

– Это что-то вроде нашей полиции, – Артём выдохнул дым. – Правда, никто не знает, один это человек или несколько. Он или они убивают тех, кто нарушает правила Маймаксы.

Убивают?.. То есть, выходит, в районе, в котором по идее нет правил, на самом деле смертная казнь за нарушения?

– А какого рода правила?..

– В Маймаксе множество негласных правил, и одно из основных – не причинять вреда городским. Ну, драки с разбиванием лиц не считаются, если не до смерти, а вот за нападения со всеми вытекающими тебе пизда.

Ника слегка успокоилась. Наверное, это даже к лучшему, иначе в Маймаксе убивали бы каждого второго.

– Но всё равно же нападают. Вот, на Андрея...

– Если честно, – Артём затянулся, – большинство просто думает, что их это не коснётся, что Маймаксонский дьявол – это такая легенда. Никто не видел его, никто не знает, на кого он работает и получает ли за это деньги. Его существование просто не ощущается. Он напоминает о себе очередным своим убийством, да и только. Я сам долго в него не верил. Но не может возникнуть такого совпадения, что всех нарушителей рано или поздно находили мёртвыми, либо они бесследно исчезали.

По спине пробежала дрожь. Маймакса действительно напоминала какой-то зловещий город из сказок.

***

– Каверин, объясни мне, какого чёрта это было? – спросил Макс, когда они зашли за гаражи. Он старался не выглядеть разозлённым. С Андреем только так, давления он не принимает.

– Ты знаешь, – ответил Андрей, – я не переношу их. Тем более не переношу, когда эти овощи смотрят на меня и на Нику как на говно, – Каверин облокотился на стену и сложил руки на груди. Он старался сохранять гордость изо всех сил, но не мог скрыть свою боль от Макса.

– И тебя это задевает? По-моему, на тебя как на говно смотрят и многие в школе, – проговорил Велл, доставая сигареты.

– В школе нет опасных для общества. Эти... – Макс знал, какое слово Андрей проглотил, – считают себя крутыми только потому, что постоянно находятся не в адеквате. Им плевать, что они сотворят в состоянии, когда не будут себя контролировать. Плевать, что от них могут пострадать люди, – Андрей отвёл взгляд. В его глазах будто горел огонь, но вместе с тем они покрылись стеклом. Макс не знал, имеет ли право переубеждать. Веллу не дано понять Каверина.

Но и Каверин, к его собственному счастью, никогда не поймёт Велла. А вместе с ним и почти всех, кто населяет Маймаксу.

– Да, им плевать, – Макс затянулся, переложил бутылку в руку, державшую сигарету, и опёрся другой рукой об стену, нависнув перед Андреем. Тот всего лишь бросил на него вопросительный взгляд. – А теперь подумай вот над чем: прежде, чем им стало плевать на людей, люди наплевали на них. Тот, в красной куртке, жил с родителями-нариками. У них его забрали и передали в детдом, где постоянно пиздили. После выпуска он свалил в Маймаксу и начал бухать от безысходности. Да, он мог сдать ЕГЭ и поступить в универ, или мог пойти хотя бы в колледж, потому что на бюджет на вышку у нас поступить почти нереально. Мог хотя бы на работу устроиться. Но ты думаешь, он об этом знал? Ведь у него не было родителей, которые внушили ему, что он на это способен и что ему это важно. Другой, с рассаженным носом... У него отец ушёл, а мамка спилась с горя. Выгнала его из дома в пятнадцать. Без денег. Да, ты лучше их, ведь тебе повезло родиться в обеспеченной семье у людей, которые стремились многого добиться. Да, ты сильнее их, ведь когда тебе было тяжело, ты не схватился за шприц. Но люди не рождаются сильными или слабыми. Не выбирают семью и дом.

Андрей молча смотрел на него. Макс знал, что вскоре Каверин найдёт слова. И нашёл.

– От тебя отвернулись родители и тебя продавали и покупали, как вещь, но ты же не стал как они. А у них лица генетических выродков. Да, они не выбирали. Но меня это не волнует. Думаешь, если их нельзя исправить, им можно позволять спокойно существовать рядом с людьми? Да, печально, что так получилось, да, не всё зависит от нас. Но это не значит, что мы можем позволить маньякам гулять по детским площадкам, потому что у тех самих было детство тяжёлое. Не везде понимание уместно.

Макс порой сам над собой смеялся. Маймаксонский дьявол не должен никого понимать. Его задача – убить. Эмпатия нужна лишь чтобы раскусить жертву, расположить её к себе. Не более.

И сейчас этот Дьявол убеждал Андрея Каверина в том, что и маймаксонских понять можно.

Андрей думал, что у него достаточно поводов ненавидеть маймаксонских, и, в общем-то, не ошибался. Но сколько он не знал о Максе...

В очередной раз Каверин напомнил, что, каким бы ни было прошлое, это не должно стать оправданием.

– Ну, так-то ты прав, – Макс снова затянулся, всё ещё нависая над Андреем. – Вот только что тебе сделали эти ребята? Они спокойно бухали, никого не трогая. Ты сам раздразнил их. Пришёл на их территорию и начал навязывать им своё мировоззрение. Скажу откровенно: если бы какой-то городской мажорик начал на меня выёбываться, я бы тоже не обрадовался. Маймакса и создана в том числе для того, чтобы такие сверхлюди, как ты, не пересекались с отбросами вроде нас, – Макс загадочно усмехнулся. – Неужели вам и этого мало?

Андрей в ответ только отвернулся от него.

– Я не могу молчать, Макс. И не собираюсь. Какого чёрта я должен подбирать слова при них? Они кто?

– Да-да-да, – Макс оттолкнулся от стены и развёл руками. – Ты же у нас высшее существо. У тебя есть право делать всё что угодно и говорить всё, что ты думаешь. Но вспомни, что произошло в последний раз, когда ты начал пользоваться этим правом слишком активно?

Андрей прошипел. Макс позволил себе заметить невероятное сходство с Валерием в этот момент. Да, дразнить их собственными ошибками было опасно, но как же нравилось...

– Согласен, поступать так с людьми было, мягко скажем, хреново. Я всё осознал. Но маймаксонские – не люди в большинстве своём.

– Представления о человечности порой меняются, – проговорил Макс, отпив из бутылки. – Тебе ли не знать?

В глазах Андрея промелькнула искра. Кажется, он понял, кого Макс имел в виду.

– Я не знаю, что должно произойти, чтобы большая часть Маймаксы стала людьми, – наконец ответил Каверин.

Макс молча затянулся. Ему оставалось только мысленно развести руками. Андрей Каверин был одним из немногих, с кем он мог поговорить о чём-то большем, чем самые громкие скандалы Маймаксы за неделю. Казалось, Андрей слышал Макса едва ли ни лучше всех. Слышал, но... просто не мог принять.

«Но скоро придётся», – подумал Велл, не сомневаясь, какой выбор Андрей сделает. Произошло же что-то, что заставило такого, как Каверин, принять и понять Реджи.

– Я тоже пока не знаю, – соврал Макс, – но знаю, что должно произойти, если полоснуть ножом по горлу, – он дьявольски ухмыльнулся, но затем вернул себе серьёзное лицо. – Каверин, я не могу вечно оказываться рядом в нужный момент.

– Я и не прошу, – сказал Андрей, так спокойно, будто речь не о его жизни шла. У Макса зачесались кулаки. Он снова перехватил сигарету пальцами другой руки, шагнул к Каверину и притянул к себе за галстук.

– Если бы я не вмешался, тебя бы прирезали, – Макс старался говорить тихо, но не сомневался, что его тихий голос пугал громче всяких криков. А за два года работы Маймаксонским дьяволом криков он услышал немало. – И это уже который раз. Объясни мне, Каверин, когда это прекратится? Когда ты научишься держать язык за зубами?!

– Никогда, – Андрей старался держаться уверенно, несмотря на не самое выгодное положение. – Я ни за что не прогнусь под них. – Он одарил Велла взглядом, полным решимости.

Макс оскалил зубы и дёрнул Андрея за галстук ещё сильнее.

– Предпочтёшь сдохнуть?! – прорычал он.

– Я лучше сдохну, – твёрдо проговорил Каверин. – Мне не жаль умереть за то, что я пытался донести правду.

Обе руки Макса задрожали.

Он застыл. Не знал, что ещё сказать.

Не то чтобы Велл не предполагал и раньше, но теперь услышал прямое подтверждение.

Один из сотни лучших учеников России. Капитан баскетбольной команды второго лицея. Вундеркинд. Блогер с тысячами подписчиков. К тому же Макс работал на его отца, который вечно интересовался, как дела у Андрея. Только недавно Макс уговорил Данила помочь ему ради Андрея. Лазарев говорил, что Макс – последний, с кем он свяжется, но из-за Каверина сделал исключение. Да и Реджи отзывалась об Андрее так, как вряд ли кто-нибудь однажды отзовётся о Максе.

У него столько причин жить. Столько шансов. Но он... он совсем это не ценит.

Как же глупо. Поменяться бы им местами на время... Хотя нет. Не вариант. Макс не захочет назад на своё место, а Андрей не заслужил быть на его.

Наверное, никто этого не заслужил.

Макс отпустил галстук Андрея, надолго затянулся и отпил из бутылки. Затем вновь поднял взгляд на Каверина.

– Кажется, я слишком много спасал тебя, – наконец заговорил Велл. – Совсем расслабился. Настолько уверен в своей живучести, что ни капли не боишься смерти.

Андрей нахмурился.

– Я никогда не просил себя спасать. И ты прав. Я не боюсь смерти, потому что жизнь меня одного ничего не стоит, и я готов принести себя в жертву всем.

Он не сочинял смелые лозунги. В его серых глазах не отражалось ни капли наигранности. Он искренне верил в то, что говорил.

Макс часто задумывался над тем, что видят в Андрее остальные. Неужели они правда не могут взглянуть на него сквозь призму уверенности и высокомерия? Неужели не понимают, кто он на самом деле?

Впрочем, неудивительно. Им вряд ли есть, с чем сравнивать, если они не видели этого взгляда раньше.

А Макс видел. Когда-то в зеркале.

– Ты охренел?! – Андрей едва успел пригнуться – так внезапно Велл занёс руку. Мгновенная реакция. Чего и стоило ожидать от лучшего игрока команды второго лицея.

– Охренел не я, – Макс впечатал кулак в стенку гаража сбоку от Андрея. – Почему ты говоришь это мне? Скажи это Реджи. – Велл по-прежнему не кричал, пугая одной лишь интонацией, а Андрей делал вид, что ему ничуть не страшно. Или не делал? Каверин готов быть убитым маймаксонскими за эту надуманную «правду», а Макс ведь тоже маймаксонский. Может, Андрею он и не враг, но он убийца. – Давай. Скажи ей, что твоя жизнь ничего не стоит, и все эти бредни про то, что всеобщее благополучие куда важнее. Ведь это не от общества она прячется за своим образом. Это не общество заставляет таких, как она, чувствовать себя монстрами. И это не ты стал первым, благодаря кому она перестала ненавидеть себя.

Взгляд Андрея тут же изменился.

– Реджи... – проговорил Каверин. – Чёрт! Мы же оставили её там...

Андрей бросился назад. Макс докурил, отпил ещё раз, проверил пистолет на ремне и только потом пошёл следом.

«Да, я прав, – усмехнулся он про себя, – я правда слишком много спасал тебя».

Но все мысли об Андрее отошли на задний план, когда Макс вернулся к трубам.

Андрей с Артёмом пытались поставить на ноги обмякших Данила и Регину, а Ника растерянно стояла рядом, не понимая, что происходит и что делать.

Велл бросился к ним и обратился к Артёму:

– Что случилось? Почему Реджи пьяная?

Артём виновато пожал плечами.

– Извини, отвлёкся. Рассказывал Нике, как у нас всё устроено, а потом оглянулся – и Реджи уже всё...

Макс и забыл, что Реджи нельзя прикасаться к алкоголю. Вот только по иронии алкоголь и правда решал часть её проблем. Интересно, она сама выпила из-за Ники, или же её надоумил Данил? А может, всё сразу?

– Нужно отнести их ко мне домой, – Макс поставил руки на пояс. Хорошая работа, Лазарев. Остался последний пункт.

– Может, их лучше к ним домой? – поинтересовалась Ника.

– Не, – Макс помотал головой. – Во-первых, нам таксисты могут попросту отказать, от них же перегаром несёт. Бывали случаи. Во-вторых, будет не очень здорово, если запах останется в квартире или если родители застанут их такими.

– А у тебя... дома никого нет?

Макс только ухмыльнулся и прикрыл глаза.

– Нет, конечно, – он отпил из своей бутылки. – Центральная Маймакса – не семейное жильё.

– Ух, ладно...

Наверняка Ника и сама это знала и спрашивала о чём-то другом. Скажем, не придётся ли идти в притон. Но Макс видел, как она боялась показать свой страх перед маймаксонскими.

– Что ж, Ника, – Макс развёл свободной рукой, – добро пожаловать в Маймаксу. – Он кивнул в сторону Центра. – Если хочешь остаться целой и невредимой, следуй за мной. – На этот раз скрыть страх Волковой не удалось: он вылез на её лице, как бы ни старалась она запихнуть его куда подальше. Макс почувствовал, что немного переборщил. – Не волнуйся, пока я рядом, никто ни тебя, ни остальных не тронет. Только постарайся воздержаться от комментариев, хорошо? Знаешь, ужасные чудовища, кровавые убийцы и грабители иногда бывают очень обидчивы, – он бросил взгляд на Андрея и слегка улыбнулся.

***

Макс помогал Регине идти, а Андрей тащил Данила. Ника же с Артёмом шли одни. Артём включил музыку и теперь периодически подпевал. Остальные по очереди присоединялись. Да уж, вот они, опасные, изолированные от общества существа – качают руками в такт хитам последних десяти лет.

– Артём, сделай своего Коржа потише, – сказал Макс, когда деревянные дома на их пути закончились, – а то щас весь Центр разбудишь.

– Центр? – удивилась Ника. – Мы в Центральной Маймаксе?

– Почти, – ответил Артём, немного убавляя звук.

Волкова всё яснее понимала, почему сюда не заезжают машины. Верхнюю и Центральную Маймаксу разделял небольшой ручей, мост через который был сколочен, похоже, из всего, что попалось под руку. Тут уж никак не проедешь.

– Почему же, можно, – отметил Артём, – но надо объезжать много. И этой дороги нет на карте. Она давно заброшена.

Ну, в отличие от Верхней Маймаксы, в Центральной хоть какие-то остатки дорог были. Правда, и те все в трещинах и ямах.

«Рублёвка», где жили богатейшие маймаксонские, действительно походила на пригодное жильё чуть больше. Разумеется, ни школ, ни детских и спортивных площадок, ни клумб здесь не было. Газоны, естественно, никто не стриг, и Волкова боялась представить, какие тут заросли летом. Зато дома, во всяком случае, стояли на ногах. Конечно, это были не шикарные новостройки с фотографий европейских улиц. Всего лишь хрущёвки и малоэтажные кирпичные здания.

Людей Ника так и не увидела.

– А почему тут так пусто? – спросила она Макса.

– Центральная Маймакса днём почти не гуляет, – ответил Макс. – Кто-то спит, кто-то работает.

Теперь понятно, почему Артём сделал потише, когда они подошли сюда.

– А вы гуляете...

– У нас выходной, – сказал Артём.

И да, Андрей уже говорил, что маймаксонские из Центра не самые разговорчивые, но эти двое не выглядели жутко, так что...

– А чем вы занимаетесь?

Ника приготовилась, что ей не ответят, однако Артём охотно заговорил:

– У меня здесь свои продуктовые магазины. А ещё иногда я собираю айфоны из запчастей и продаю гораздо дешевле.

– И это оригинальные?

– Ну да, в целом не отличишь, система та же. Но, конечно, никакой гарантии у них нет, а так без разницы.

– Он прав, – добавил Макс. – Мне он тоже собрал, никакой разницы с тем, что у Андрея.

Андрей ухмыльнулся.

– Мог ли я представить, когда рассказывал тебе об этом, что помогаю организовывать нелегальный бизнес?

А, точно. Андрей же у нас всё знает... кроме того, как разговаривать с маймаксонскими.

– Сам удивляюсь, – Артём улыбнулся. – Никогда не думал, что городские мажоры могут быть настолько полезны.

Ника вспомнила, как Андрей называл маймаксонских овощами.

– Надо же, – обратилась к Андрею Волкова. – Вот уж не думала, что есть маймаксонские, к которым ты относишься нормально.

– Дело не в месте жительства, – сказал Андрей, – а в том, человек ты или нет. Большая часть Маймаксы утратила всё человеческое, но некоторые из Центральной ещё нормальные. Да, они нелегально зарабатывают деньги, и я не одобряю почти ничего из того, что они делают. Но законно – не значит хорошо. Конечно, речь не идёт о торговле людьми или распространении опасных для жизни веществ, но, например, далеко не каждый в нашей воровской стране может позволить себе купить айфон в магазине. Так почему бы не использовать свои навыки, не делать и не продавать самому? Это лучше, чем покупать подделку.

Похоже, Андрей сегодня решил основательно показать другую свою сторону. Не то чтобы он когда-то претендовал на правильность, но Ника с трудом могла представить в его «Твиттере» рассуждения о нелегальном бизнесе.

– А что там с магазинами? – спросила Ника Артёма.

– Либо закупаюсь оптом, либо ворую. Сама понимаешь, для магазина пары пачек сухариков недостаточно, а кучу товаров ты беспалевно не вынесешь, поэтому краденого у меня где-то треть, остальное честно куплено.

Ника знала, что некоторые её одноклассники подворовывали. Правда, только чтобы оставались деньги на сигареты или ещё что, на что у родителей не попросишь, но не для продажи.

Она оглянулась.

– А здесь ведь нет чего-то типа «Пятёрочки», верно?

– В этом всё и дело, – криво улыбнулся Макс, – Официально здесь ничего не откроешь, это же мёртвая зона. Да и кто согласится работать в Маймаксе? А самих маймаксонских законно фиг наймёшь, у кого-то судимости, а кто-то вообще без документов. Поэтому магазины мы устраиваем сами, в гаражах или оставленных домах, и Артём преуспел в этом лучше всех.

– Потому что остальным не пришло в голову сделать цены ниже, чем в городских магазинах, – добавил Артём. – Они из города припирались и надеялись, что здесь будет проще, а фиг там. Я же начинал в Нижней Маймаксе и прекрасно понимал, что там мало у кого есть деньги даже на «Фикс Прайс», при этом многих факторов, которые влияют на цену в городских магазинах, здесь не существует. Ни платы за аренду, ни налогов, ни лишних документов. Молчу про то, что часть продуктов краденая. В общем, я неплохо так зарабатываю и на дешёвых товарах.

Встретив Артёма, Ника решила, что он очередной подросток-раздолбай. А оказался крутой тип, аж два пусть и не совсем легальных, но не таких уж и аморальных бизнеса открыл. Да и Маймакса, район, который даже не числился на карте, действительно местами был выгоднее города. В плане своего дела уж точно. Никакой бюрократии и ограничений по закону. Неудивительно, что сюда многие стремились. Но, как рассказал Артём, и здесь ещё пробиться нужно.

– А ты, выходит, бываешь в городе? – спросила она Артёма. – Ну, чтобы воровать, закупаться и продавать айфоны.

– Ага. И в нашем, и в соседних, и в Москве. Я по работе много катаюсь, – он устало потянулся, – поэтому вечно времени ни на что нет, даже элементарно бухнуть.

Ника вспомнила, что маймаксонским лучше не попадаться в городе. Внешне Артём не выдавал себя, но...

– А если тебя поймают?

Артём отмахнулся.

– Ни разу не ловили. Ну если поймают в магазине, то заставят оплатить краденое. А с этим проблем не возникнет, с пустыми карманами я не хожу. А айфоны продавать вообще безопасно. Люди же в самом начале понимают, что здесь есть подвох. Многие вообще думают, что это паль, и удивляются, когда они проходят проверку на оригинальность.

С Артёмом разобрались. Ника не слишком одобряла кражи, а вот идея с айфонами показалась вполне приемлемой. Надо бы поднакопить с карманных и подарков.

– А ты, Макс? – спросила она следом.

– Что – я? – Велл приподнял бровь.

– Чем ты занимаешься?

Он только усмехнулся.

– Это секрет.

Ника чувствовала неловкость, ведь Андрей уже сказал ранее, что Макс держит в тайне свою работу. Но она ещё надеялась, что Каверин просто сомневался, можно ли вообще это говорить.

– А почему секрет? Артём вон не скрывает...

– Его деятельность относительно безопасна для его жизни, но это не ко всем относится. Артём скорее исключение. В Маймаксе слишком сильна конкуренция, и тебя могут запросто убить из зависти. Так что я осторожничаю.

Выражение лица Макса показывало, что он говорит серьёзно. Ника испугалась играть в угадайку, тем более что они наконец добрались.

Они зашли в трёхэтажный серый дом и поднялись на второй этаж.

– Ты справишься один? – спросил Артём Макса.

– Да, конечно, – кивнул Велл.

Артём попрощался с Никой и остальными, хотя Данил и Реджи вряд ли хорошо понимали, что происходит. Оказалось, он жил прямо напротив Макса.

Волкова нервничала, пока Макс открывал дверь. Жильё настоящего маймаксонского, и не простого. Не того, кто шатается в полусознательном состоянии в поисках дозы, нет... Он сумел здесь освоиться. Сумел заработать. А она даже не знала, на чём.

Волкова ожидала найти у него дома какие-то улики, но это оказалась самая простая трёхкомнатная квартира. Не зная, где они, она бы и не подумала, что это жилище в районе бандитов. Правда, судя по обстановке, ремонт тут не делали с девяностых. Макс словно унаследовал квартиру от бабушки.

Они с Андреем положили Регину и Данила в одной из комнат. Оба вырубились, стоило им коснуться диванов.

– Они же проснутся до вечера? – взволнованно спросила Ника. Не хотелось засиживаться в Маймаксе до ночи. Потом объясняй родителям, где пропадала...

– Данил проснётся , – заверил Андрей. – Он недолго отходит. Насчёт Реджи...  – Каверин задумался.

– Всё нормально будет, – ответил Макс. – Она не выпила бы много, пока нас не было, так что к вечеру придёт в себя.

– Хочешь сказать, такое уже случалось? – Андрей возмущённо посмотрел на Макса. Тот кивнул. – Какого хрена ты мне не сказал?

– По просьбе Реджи. Она не хотела тебя расстраивать. Не переживай, она и тогда не нажралась, а всего лишь попробовала виски с колой. Она из тех, кого уносит от одного глотка.

Андрей тяжело вздохнул, развернулся и вышел прочь из комнаты. Ника услышала, как хлопнула балконная дверь на кухне.

– Что это с ним? – спросила Волкова, подойдя к Максу.

– Ник, ты же видела, как Андрей реагирует на маймаксонских. Думаешь, ему приятно смотреть на брата и сестру в таком состоянии?

– Судя по тому, что он знает, сколько отходит Данил, всё это случается не впервые. А Реджи... ну, так случайно вышло.

Волкова и на Каверину смотрела с восхищением. Хотелось стать хоть немного похожей на эту холодную девчонку в шипах. Но сейчас еёпришлось нести до квартиры – так сильно та опьянела. Ника заболталась с Артёмом и не видела, как это произошло, но наверняка ту просто взяли на слабо Данил или маймаксонские. Это ж надо! Зная, к чему это приведёт, так поддаться!

Видимо, единственный человек, которым тут можно восхищаться – это Макс... После Андрея, конечно. Пусть тот и не может порой сдержаться, но ему хватает ума не доводить себя до состояния человека ползающего и блюющего.

Но Ника не имела права сказать что-либо плохое о Регине Максу.

– Именно, – кивнул Велл. – С Данилом это не впервые. А тут ещё и Реджи. Андрею и так неуютно в Маймаксе, а они подлили масла в огонь.

Нику охватила злость.

– Нафига тогда Данил его позвал?! Мы собирались гулять... а тут этот позвонил. Сидел бы и бухал себе дальше!

– Боюсь, в таком случае он появился бы дома только на следующий день.

– Ну и пусть! Пусть получил бы пиздюлей, это заслуженно!

Лазарев мирно сопел на диване. Да уж, как он может спать спокойно? Нике повезло, что она могла просто говорить с Андреем, а другие девочки из её класса мечтали, чтобы тот на них хотя бы раз посмотрел. Данил же живёт с ним под одной крышей, и вместо того, чтобы тянуться за Кавериным, пробухивает жизнь в Маймаксе.

Интересно, как на всё это реагируют родители Андрея? Им просто повезло, что всё, связанное с Маймаксой, строжайше цензурилось в официальных пабликах и СМИ. Ни одна новость с этим словом не могла быть опубликована, а все комментарии с ним тут же удалялись. Ника знала, что Данил бывает в Маймаксе, лишь потому, что тот не скрывал это, открыто объявляя во втором лицее и на дворах, что вчера подрался с кем-то в запретной зоне. А там уже слухи разносились по всему городу, но лишь среди сверстников Лазарева. До мэра они вряд ли доходили. Когда Данил творил делов в городе, «Жесть» пестрила постами о его приключениях, а в комментариях постоянно обсуждали, почему Валерий Каверин, человек, который, по слухам, мог одним словом поставить на место десятки важных шишек из Москвы, никак не возьмётся за Лазарева. Пожалуй, если бы не Андрей с его безупречной репутацией, Данил бы и впрямь своим поведением уничтожил всё доброе имя Валерия.

– Ника, – Макс впился в неё дьявольским взглядом, – не нужно судить о том, что заслуживает другой человек, если плохо его знаешь. Андрей послал бы Данила, если бы посчитал нужным. Думаю, он понимает, что делает. И потом, – Макс развёл одной рукой, – неужели ты не была рада возможности скататься в Маймаксу?

Ника похолодела, не зная, от чего больше – взгляда Макса или его невероятно точной догадки?

– С чего ты взял?

– Просто это слишком очевидно, – Велл пожал плечами, сложил руки на груди и принялся мерить шагами комнату, периодически подглядывая то на Нику, то вдаль, то на Данила и Реджи. – Мы для вас, городских, прям выставочные экспонаты. Все вы хотите на нас посмотреть, но мало кто решается сунуться сюда в одиночку, и уж тем более пройти дальше Верхней Маймаксы. Тебе предоставился довольно редкий случай встретить маймаксонских из Центра в первую же вылазку, – он прищурился и загадочно улыбнулся.

– Ты так говоришь, что я уже начинаю воспринимать вас как другую расу.

– Почти так и есть, – Макс одобрительно кивнул. – Я предпочту избегать циничных сравнений с теми, кто не выбирал быть изгнанными за заборы и в гетто, но мы ведь и правда совсем не похожи на вас. У нас другие порядки, другие взгляды на жизнь, другие истории... Городские гоняют к нам развлечься, забыть, кто они, расслабиться, но они здесь – просто гости. Мы же оказались в Маймаксе не веселья ради. Скорее, всем нам было просто некуда идти.

Ника предполагала, что в Маймаксу попадают не от хорошей жизни, но раньше при этих мыслях перед глазами всплывали только отсидевшие да наркоманы. Макс же говорил о товарищах по району как об уникальных людях. Тех, кого никогда не примут и не поймут.

– И чем же вы такие особенные?

– Как минимум мы не доёбываемся друг до друга и принимаем всех. Нам всё равно, кем был человек до того, как пришёл сюда. Вопросы о прошлом, о работе, да даже о настоящем имени считаются неприличными. Ты можешь что-то рассказать о себе только по собственному желанию. И то, никто не имеет права осуждать. Да, Нижняя Маймакса презирает Верхнюю, а Центральная – Нижнюю, но если ты хочешь дружить со всеми, тебе никто не запретит. Более того, многие маймаксонские Центра пришли из Нижней. И добились они этого сами, без помощи родителей и без связей. Вам, городским, не понять этой свободы. Вещей, давящих на вас, для нас просто не существует.

«Значит, и о своём прошлом ты мне не расскажешь», – подумала Ника. После вопроса о том, чем он занимается, не хотелось вновь спрашивать нечто неприличное по мнению маймаксонских. Возможно, Макс как раз поэтому назвал ей эти правила.

Вот только что-то пошло не по плану: стало ещё интереснее узнать, откуда он взялся. Пусть Велл и носил пистолет на ремне, но разговаривал он получше её одноклассников с благополучного Правого. Значит, не с бандитами вырос. Так где же?..

– Но при этом, насколько мне известно, в Маймаксе можно убивать людей. Ты вон всегда носишь с собой пистолет явно не только для того, чтобы Андрея и маймаксонских разнимать.

– Да, – Макс кивнул так спокойно... – мы свободны даже в этом. Некоторые люди ведь живы только потому, что убивать их незаконно. А здесь каждый знает, что может получить по заслугам. К слову, если будешь убивать просто так, это не сделает тебе хорошей репутации, поэтому убийц среди нас не так много. Лично я ношу пистолет только как способ запугивания. Страховка всё равно не повредит. Но разве в городе лучше? Твои одноклассники пользовались тем, что ты не имеешь права убить их за травлю. Перестреляй ты их всех, и тебе конец, неважно, что они довели тебя. Разве это справедливо? Да и вообще, почитай о несправедливых приговорах тем, кто убил своих насильников, тиранов или людей, сломавших им жизнь.

– Как будто эти несправедливости означают, что убивать в принципе нормально... – проговорила Волкова.

– Нормально? – взгляд Макса вмиг похолодел. – Что ты называешь нормальным? Ника, ты слишком мало знаешь, на что способны люди. Разве мы не должны оставить пострадавшим право решать?

Андрей Каверин не раз поднимал эти темы в своих соцсетях. О неоднозначных преступлениях, убийствах ради самообороны и несовершенстве судебной системы он знал не понаслышке: Валерий был адвокатом в прошлом. Андрей не считал, что убийства стоит разрешить, он лишь говорил, что нужно полностью менять саму систему и многие законы. Но... что он сам в этом понимал? Он, способный мальчик из богатой семьи? Макс, откуда бы ни пришёл, повидал явно побольше.

– Я не знаю, Макс, – только и ответила Волкова. – Всё это слишком сложно.

Макс как-то обречённо вздохнул, перевёл взгляд на окно, а потом снова на Нику.

– Ник, я бы с радостью продолжил наш разговор, но тут за балконной дверью есть ещё один человек, который нуждается во мне не меньше. Могу я пока попросить тебя проследить за Данилом и Реджи?

– Да, – Ника кивнула, не совсем понимая, зачем следить за этими двумя. Чтобы не сбежали за бутылками?..

– Отлично. Я не задержусь надолго. Как вернусь, можешь продолжить задавать мне вопросы, так что пока подумай, что ещё ты хотела бы узнать. – С этими словами Макс направился на кухню. Ника уселась на кресло и принялась поглядывать то на Данила, то на Реджи, то вокруг. Может, достать ручку и написать что-нибудь Лазареву на лбу? «Алкаш» или что-то в этом роде? Неплохая идея, но... Андрею вряд ли захочется это читать. Нет. Не стоит.

Да, насколько же удивительна эта жизнь! Ещё две недели назад Волкова вздыхала по Андрею Каверину и старалась сделать так, чтобы одноклассники не заметили её существования, а сейчас сидит в квартире Макса Велла, маймаксонского Центральной Маймаксы, и присматривает за пьяными до чёртиков Данилом Лазаревым и Региной Кавериной, предварительно порассуждав с Максом Веллом об убийствах. А всегда презиравший наркоманов и алкоголиков Андрей о чём-то разговаривает на балконе с маймаксонским, полчаса назад спасшим ему жизнь.

Что же будет дальше?..

Ясно одно: она приложит все усилия, чтобы дальше было. Чтобы жизнь продолжила меняться в неожиданную сторону. Да, может, здесь и есть что-то неправильное, но быть правильной ей не понравилось. Ни уважения, ни друзей, ни радости. Даже Андрей Каверин считает, что незаконно – не всегда плохо, а Ника и не собиралась нарушать настоящих законов. Лишь законов, напридуманных городскими занудами. Хорошие девочки не ездят в Маймаксу и не заводят дружбы с маймаксонскими, но быть хорошей получалось плохо  – сначала кончалось терпение, а потом одноклассник хватался за больной глаз.

«Мне нужны такие люди, – подумала Волкова, вспоминая, как Макс с лёгкостью остановил нападение маймаксонских на Андрея. – Этот парень явно знает жизнь, и упустить я его не могу».

Ника восхищалась Андреем. Но вундеркинд, красавец, спортсмен и сын мэра мог позволить себе многое, а у неё вряд ли прокатит. Значит, нужен другой метод.

Только попав в Маймаксу, Нике захотелось повернуть обратно, но теперь не сомневалась, что окажется здесь ещё не раз.