Дно | Пробуждение [18+]

СЕКРЕТЫ ПРОШЛОГО МАЙМАКСЫ

Андрей не верил ни во что сверхъестественное и не раз высмеивал в своих блогах религию, гадания и различные псевдонауки. Любые события в своей жизни старался объяснить логически. Но теперь казалось, что вот-вот, и настанет пора винить во всём высшие силы. Иначе что, чёрт возьми, раз за разом мешало им с Никой провести время наедине? Позавчера был выходной - вроде бы, идеально, весь день свободен. Но нет же, Данилу понадобилось набухаться и затащить их с Волковой в Маймаксу! Каверин хотел загладить вину ещё вчера, но не мог пропустить тренировку, а вот сегодня по идее ну ничего не должно было встать поперёк их с Никой встречи - Андрей написал тексты для постов на неделю вперёд, разработал два проекта по улучшению города, доделал все конспекты к экзамену по физике, который уже через месяц... Осталась только домашка.

И вот, уже на выходе из школы его поймал Данил.

- Ты сейчас домой? - спросил он.

- Не, я гулять. А ты... - Андрей сощурил глаза и строго посмотрел на него, - опять в свою Маймаксу потащишься?

Лазареву просто повезло, что он вчера вернулся с тренировки, когда родители уже были дома. Андрей сомневался, что с Данилом выйдет поговорить без криков и скандалов, а Валерию Каверину уж точно не следовало знать, что тот умудрился не только напиться в Маймаксе чуть ли ни до потери сознания, но и выдать секрет Макса Велла.

- Нет. Мне сейчас там делать нечего, - Лазарев вздохнул. - Слушай, может, вместе погуляем?

«Где ж ты был раньше?» - хотел уже бросить ему в лицо Андрей, но промолчал. Сколько раз он пытался вытащить Данила, но тот вечно находил причины, по которым у него, видите ли, нет времени. Да, а время на Маймаксу было всегда! В последний раз, когда им всё же удалось договориться, Лазарев просто без предупреждения свалил на Правый, где Андрей и нашёл его вместе с Кариной. С тех пор Каверин никуда не звал его. Смысл, если человеку не нужно?..

- Я уже договорился с Никой, - ответил Андрей.

- Ладно, - Данил пожал плечами, - тогда увидимся вечером, - он пошёл вперёд, но тут Андрей окликнул его:

- Стой!

Каверин злился. Очень злился. Данил творил со своей жизнью неизвестно что, ничего не рассказывал, постоянно отталкивал, а позавчера ещё и чуть не подставил всю семью.

- Ну чего ещё? - обернулся Лазарев.

И всё же...

- Я спрошу Нику. Если она не против, мы могли бы пойти вместе.

- Да ладно тебе, - Данил махнул рукой, - погуляйте вдвоём. Мы всё равно дома вечером увидимся. Я буду лишним.

- Не будешь, - помотал головой Андрей, доставая телефон. Наверное, Данил прав: друг друга они знали всю жизнь, а Нику - совсем немного. Кому-то одному обязательно будет неловко. Позови его Макс, Андрей бы не парился и просто сдвинул встречу, но он не мог вспомнить, когда в последний раз они с Данилом проводили время вместе. Виделись-то каждый день, но Каверин не назвал бы их разговоры дружескими - сплошные «важные дела» вроде их первой прогулки с Никой или просьбы Лазарева забрать его пьяным из Маймаксы.

Андрей скучал. Неизвестно, когда в следующий раз Данил вспомнит, что они, вообще-то, друзья, а не соседи по квартире. Надо ловить момент.

- Ну, что она ответила? - спросил Данил, заметив, как Андрей усмехнулся, прочитав сообщение.

- «Если он трезвый, то пожалуйста».

***

Они шли к скверу Мира, где собирались встретиться с Никой, и болтали обо всём, что произошло во втором лицее за последнюю неделю, когда Данил внезапно помрачнел и выдал:

- Андрей, я всё хотел сказать... - Лазарев ненадолго замолчал, собираясь с мыслями. - В общем, прости меня за всё, что натворил тогда в Маймаксе.

Андрей испугался, что вот-вот его сметёт снежной лавиной - да, в середине апреля, и это будет не так удивительно, как то, что впервые Данил попросил прощения за своё поведение. Обычно эти слова удавалось из него выбить разве что Валерию Каверину, и то Андрей сомневался в их искренности.

- Не передо мной тебе извиняться нужно, - ответил Андрей, - а перед Максом. Смотри, как бы ещё перед отцом не пришлось.

Макс заверил, что возьмёт Нику под свой контроль, и волноваться не стоит, но Андрей понимал: если происхождение Макса Велла каким-то образом всплывёт, Дмитриевы быстро пронюхают, кто стоит за Маймаксой. Пусть Валерий Каверин и не тот человек, которого можно с лёгкостью уничтожить, Андрей не мог спокойно спать с мыслью о том, что отец ничего не знает, и ему нельзя даже рассказать. И дело не только в Даниле. Он-то ещё в безопасности... Но вдруг Валерий решит, что ему к чёрту не сдался ещё один повод бояться за свободу и место, и просто избавится от Макса или Ники?

- Если тебя это успокоит, - Данил почти перешёл на шёпот, - я напомню, для кого Валерий отобрал у Дмитриевых Нью Джи, так что извиниться у меня в случае чего не выйдет - мёртвые, увы, на такое не способны.

«Да не неси ты эту чушь», - уже хотел сказать Андрей, но вспомнил несколько моментов из прошлого, всю правду о которых он узнал - или понял - лишь недавно. Как бы ни ненавидел Каверин чувствовать себя дураком, здесь он, пожалуй, радовался - родители просто спасли ему детство, ничего не рассказав. А Данил всё понимал. От него бы ничего не вышло утаить. У него есть причины чувствовать себя под прицелом.

- Ладно, это было лишним, - признал Андрей. - Я говорил с Максом. Он в порядке, не переживает и мне сказал тоже ни о чём не волноваться. Насчёт отца он выкрутился, соврал, что его выкупили родители, а потом он сбежал сам.

- Пф, гениально!

- Что не так?

- Зачем вообще нужно было про этот момент рассказывать? Чтобы драмы навести? Поверь, его родители давно бы отыскали его, если б им было хоть какое-то дело. Возможно, этим вопросом задастся и Ника.

По правде, им не задавался даже Андрей. Что за люди родители Макса, он понял сразу. Чинуши, которым нет дела ни до чего, что не приносит выгоду. Им нужно было сыграть правильных родителей, объявить Макса в розыск, и, конечно, они бы сыграли таковых и при похитителях, лишь бы никто звонок не записал. Что ещё с них взять? Но Ника пока слишком наивная. Пусть она и не поддерживала власть, но даже её возмущали некоторые высказывания Андрея. Она не верила, что люди могут быть настолько отбитыми. Вдруг решит, что они способны искренне заботиться о детях, которые портят им всю малину?

- В любом случае, это лучше, чем если бы Макс сказал правду.

Макса не выкупали родители. Нет. Они лишь объявили его в розыск, и то Велл предполагал, что только с подачи Лены. Выкупил Макса Валерий Каверин. Думал, что, вернув его, сможет обезопасить себя от мести Дмитриевых за New Generation. Вот только он не знал, что тем не было никакого дела до Макса. Велл сам уговорил Валерия не отдавать его родителям, а может, те и не захотели - Андрей никогда не уточнял. Тот согласился, ведь ему как раз нужны были глаза и руки в Маймаксе. Макс соврал Нике, будто бы жил первое время в Останках, но Валерий сразу дал ему ту квартиру в Центре, а историю про Останки Велл без колебаний своровал у Артёма. Хоть бы тот не проговорился!

Лазарев ухмыльнулся.

- Макс - и говорить правду? Что-то новенькое.

Андрей сощурил глаза.

- Зачем ты ставишь это ему в вину? У него нет выбора.

- Ну да, ты-то понимаешь... - проговорил Данил куда-то в сторону.

Опять он за своё!

- И ты тоже, - кивнул Андрей. - Может, честный ты наш, расскажешь моему отцу, как проводишь свободное время? Как и в каком состоянии ты буквально подставил всех нас? - он строго взглянул на Лазарева. Тот только устало выдохнул.

- Ладно, проехали. Согласен, я жёстко проебался. Но я ж извинился уже!

- Да дело не только в этом! Я тебя знаю. Ты умеешь хранить секреты. Тебя подвёл алкоголь. В трезвом виде ты бы такого не натворил. Тебе не кажется, что пора завязывать со всей этой хернёй?

- Сам говорил что не хочешь быть как Валерий. Тогда и не надо меня ничему учить, ладно?

- Мне бы не хотелось. Но я правда хочу понять. Что у тебя происходит? Ты же всегда молчишь.

Не то чтобы Данил и раньше многое рассказывал, но тогда Андрей и сам обо всём узнавал: в «Жесть» то и дело выкладывали его выходки, а о поведении на уроках быстро начинал шептаться весь второй лицей. Да и от родителей он не так уж стремился не охватить. Но в один момент всё изменилось. Жалоб из школы стало меньше, приводы в полицию закончились. Лазарев стал чаще просить Андрея помочь с домашним заданием. Каверин тогда думал: отлично, наконец-то взялся за ум! Одного он не мог понять: почему Данил как будто исчез? Они жили под одной крышей, но виделись только вечером: Лазарев всегда где-то пропадал до прихода родителей, а, вернувшись, просто запирался в своей комнате. Даже на переменах не подходил. О том, что он частенько не ночует дома, Андрей узнал случайно: как-то вышел на пробежку утром и встретил брата, выползавшего из такси в весьма потрёпанном виде. Каверин закипел от злости, но Данил спросил: «Ты же не выдашь меня?». Андрей знал, что означала эта просьба, о чём тот напоминал. Конечно, он не выдал. Заходя в квартиру, проверил, чтобы никто ещё не проснулся, а потом пропустил Данила. Вечером того же дня Каверин пошёл к Максу и бросил с порога: «Почему ты молчал?!». Велл только вздохнул и напомнил: всё, что происходит в Маймаксе, остаётся в Маймаксе. Никаких исключений. Андрей потерял последнюю надежду в тот день: Данил был городским, его касались все маймаксонские правила, и Макс не мог их нарушить, за что был послан Андреем на три известные буквы, но позже получил сообщение с извинениями. Нельзя винить Макса в том, что он соблюдает законы места, где живёт. И всё равно обидно: какие-то маймаксонские знали о делах брата Андрея больше, чем сам Андрей. Чёрт возьми!

- Всё нормально, - ответил Данил. - Я просто гуляю в Маймаксе. Что тебя напрягает?

- Почему так часто по ночам?

- Днём там слишком много городских. Я единственный, кого не стрёмно выдать в городе. Не хочу, чтобы слухи дошли туда, куда не надо.

Что ж, звучит логично.

- Но почему именно Маймакса?

- Тебе нужно объяснять? - Данил взглянул на него ледяными глазами. - Сам ведь знаешь, что мне не место в городе.

- Я не об этом спрашивал, Данил. Можешь считать, что тебе нечего делать именно здесь. Не спорю. Возможно, эта страна вообще не для тебя: у нас всё держится на пропаганде, на одурачивании народа, и с твоими мозгами ощущать себя среди идиотов как минимум...

- Андрей, - Данил прервал его жёстким взглядом, -
не надо приплетать к моей жизни разговоры о политике.

- Да даже без политики. Почему ты решил, что Маймакса тебе подходит? Это сборище недолюдей, не способных ни на что, кроме паразитического образа жизни? Я бы понял, если бы ты просто расслаблялся с друзьями иногда, но ты как будто вообще перестал замечать всё, кроме Маймаксы. Эти твои побеги, самоуничтожение в пользу удовольствий...

- Андрей, - резко перебил его Данил, взглянув ещё холоднее, чем прежде, - заткнись.

Эх! Каверин хотел себя ударить. И почему всегда всё так? Почему его слова цепляют тысячи людей, но Данил не хочет даже слушать?! Научиться бы ездить по ушам, как Макс!

- Да, хорошо, я заткнусь. Но просто скажи мне: чем там лучше?..

«Лучше, чем со мной?» - хотел спросить Андрей. Данил променял его на маймаксонских. Но кто в этом виноват?

«У меня не оставалось выбора».

«Ха, Каверин, прекрати себя оправдывать. Если бы ты не был таким жестоким малолетним ублюдком, Данил бы всё воспринял иначе».

Андрей вдруг понял, что не хочет услышать ответ на свой вопрос.

- Ты же знаешь, что в Маймаксе полная свобода...

- Свобода деградировать?.. - не выдержал Андрей.

- Если задал вопрос, будь добр слушать и не перебивать. Для монологов у тебя и инстаграмчик есть, - недовольно произнёс Данил.

- Ладно, извини.

- Так и быть. Что я там хотел сказать? - Данил задумчиво почесал затылок. - Ах да. В Маймаксе всем похуй, кто ты. По крайней мере в Верхней. В Нижней есть некоторые исключения, но туда я не суюсь. И давай уж совсем откровенно: я маймаксонский буквально по происхождению. Уж ты-то должен понимать, - Данил слегка покачал головой.

- Всё это неправда, - ответил Андрей. - Твоё происхождение здесь ничего не решает.

- Да ладно! - Данил демонстративно поставил руку на пояс. - И это я слышу от тебя? Быстро же ты переобулся. Хотя чему удивляться? Если признаешь, что я прирождённый бандит, то тебе и себя им признать придётся...

- Заткнись! - выпалил Андрей. Да как он смеет?!

- Что такое? - Данил прищурил глаза. - Мы ведь оба знаем, что я прав.

- Я сказал - заткнись!

- Ладно-ладно, - Данил примирительно выставил ладони перед собой, - не хотел задеть ваши чувства.

Андрей вновь вспомнил, почему ему никогда не удавалось поговорить с Данилом о его образе жизни. Умеет же он повернуть разговор так, что Каверину первому захочется его прекратить. Макс говорил не вестись, но Андрей просто не мог. «Сам виноват. Он никогда тебя не простит», - вновь вспомнил Андрей и решил больше не затрагивать эту тему. Всё равно рано или поздно Данил себя выдаст. Его не выйдет прикрывать вечно, как бы Лазарев ни упивался ложным чувством безопасности.

«Прекрати отвлекаться на это, - сказал себе Андрей. - Ты не должен останавливаться только потому, что даже близкие люди насмехаются над твоими целями. Неважно, кто что думает. Если позволишь себе отступить, Данил никогда и не поймёт, что ты был прав».

Тревожность нахлынула новой волной. Действительно ли настанет момент, когда его все поймут?.. Андрей забыл, каково это. Кажется, его понимала мать, но так ли, как он хотел? Теперь пытается понять Макс, но ему просто интересно. Да и на этом всё, пожалуй.

Или, может, есть небольшой шанс, что его поймёт Ника?..

***

«Он это специально?!» - недовольно подумала Ника, узнав, что Данил хочет потащиться с ними. Нет, серьёзно, напоминало какой-то прикол! Но Волкова не решилась отказать. Имеет ли она право заявить, что не хочет видеть брата Андрея? Да и к тому же он, что бы ни творил, оставался пока самым надёжным мостом к Каверину. Где-то на горизонте маячил Макс, но того Ника ещё не знала так близко и не спасала его. Не стоит ссориться с Данилом. Да и с ним весело, как ни крути. Конечно, когда он трезвый...

Парням было неудобно ехать на Правый, поэтому они договорились о встрече в сквере Мира. Ну и отлично. Стояла хорошая погода, люди не будут торчать в торговом центре. На улице больше шансов встретить кого-то знакомого.

- Вау, ты протрезвел! - отметила Ника.

- Ты будешь вспоминать это до конца жизни? - Данил кинул на неё взгляд, полный негодования.

Ох уж этот Лазарев, уже и пошутить нельзя!

- Я думала, ты этим гордишься, но если нет, то не буду.

- Гордишься?! - хором спросили Данил и Андрей.

- Куда мы идём? - перевела тему Волкова.

- Может, на реку? - предложил Данил. - Мы давно туда не спускались.

- Хорошая идея, - поддержала Ника.

- Отлично. Я как раз хотел посмотреть, как там сделали набережную, - припомнил Андрей, отчего Данил как-то недовольно вздохнул.

По дороге к спуску Лазарев достал сигареты, но Андрей остановил его:

- Ты ведь не собираешься делать это здесь, на ходу?

- А что такого?..

- Данил, - Андрей хлопнул себя ладонью по лицу, - я, может, и привык дышать табачным дымом, но тут как бы Ника и ещё немало людей.

- Я не против, - вставила Волкова. Дым всё равно на неё бы не попал - слишком большая разница в росте.

- Ника, не нужно это поощрять, - одёрнул её Андрей. - Здесь ему не Маймакса, пусть проявит уважение.

- Кто бы говорил об уважении, - проворчал Данил.

- Ладно вам. Вон за ним, - Ника ткнула пальцем в какой-то небольшой торговый центр, - думаю, можно покурить. Мы подождём тебя, Данил.

Они зашли в торговый центр и обнаружили дверь, которая, кажется, вела на курилку. Ника собиралась подождать Данила внутри вместе с Андреем, но тут Каверину позвонила Реджи.

- Хорошо, продиктуй мне задачу... - заговорил он. - Стой, минутку, - Андрей обернулся к Нике и Данилу. - Вы пока идите. Реджи просит помочь с домашкой. Я подойду, - он подмигнул и принялся слушать вопрос Регины. Ника решила проследовать на лестницу за Лазаревым.

Там уже стояла толпа подростков. Удивительно. Она, конечно, знала, что многие её ровесники курят, но и не подозревала, что это носит такой масштаб. Ладно Данил, он старше, но вот парни и девчонки примерно её возраста с сигаретами выглядели... весьма непривычно.

Они и все остальные украдкой поглядывали на них с Данилом. Хотелось бы думать, что смотрят именно на неё, но вряд ли: смотрели скорее на Лазарева, того, благодаря кому поднялась «Жесть», а о Маймаксе узнали все школьники города. Любой другой бы сгорел со стыда от такой репутации, но не Данил. Этот поджёг сигарету и затянулся, оперевшись спиной об стену. Как, всё-таки, он выделялся: остальные ребята неуверенно держали сигареты, словно хотели казаться крутыми, но стеснялись. Постоянно осматривались, видимо, боясь, что взрослые заметят. Данил же полностью расслабился, спокойно затягиваясь и выдыхая дым. Ника теперь знала, как выглядят маймаксонские, потому и не видела Лазарева одним из них, но она бы не удивилась, спутай его с маймаксонским кто другой. Странно, что ему вообще позволяли ходить в школу в рваных джинсах, грязных кедах с какими-то странными надписями маркером, мятой футболке, спортивной куртке на два размера больше и волосами, которые явно давно не стригли. Да, ему, в общем-то, шло, и да, сложно было представить его в деловом прикиде, как Андрея, и да, все эти вещи наверняка стоили дороже одежды Ники, девочки далеко не из бедной семьи, но Волкова отказывалась понимать, зачем Данил делает всё возможное, чтобы никто не вычислил в нём даже тень Кавериных.

Тут в толпе внезапно возник охранник и сказал:

- А ну отойдите отсюда! Здесь нельзя курить.

Все молча взяли да отошли чуть дальше от лестницы. Все, кроме Данила.

- Это почему же? - с дерзостью в голосе спросил он. - Здесь не висит запрещающего знака, - он демонстративно затянулся и выдохнул дым прямо перед носом у охранника.

«Ты дурак?!» - хотела сказать Волкова, но тут...

- Маймаксонским ублюдкам вроде тебя, Лазарев, здесь стоять в принципе не стоит. Я не только про эту лестницу, но и про город в целом.

Глаза сами собой расширились от удивления. Данил, конечно, тоже молодец, но почему охранник смотрит на него как на низшее существо?!

- Не забывайте, с кем вы разговариваете, - выдала Ника слова, которые Андрей сказал Карине в скейт-парке. Тот, правда, скорее себя имел в виду...

- Я-то прекрасно знаю, с кем я разговариваю, - охранник вновь с презрением взглянул на Данила.

Ника думала, что это должно напугать, но охранник как будто бы считал, что так и надо. Может, Данил и хулиган, но одного напоминания о его семье хватало, чтобы заткнуть всех. Разве что кроме Карины... Но Карина всего лишь девчонка, а вот взрослые люди вряд ли хотели проблем с самим мэром. Да что происходит? Чего ещё она не знает?!

- Ах, значит, так... - проговорил Лазарев с прежде незнакомой Нике печалью в голосе. - Ну и идите вы на хуй! - он обернулся к стене и догорающей сигаретой написал на ней три огромные буквы: «ХУЙ».

Внизу раздался смех. Ника тоже не выдержала, но уже в следующую секунду замолчала.

- Ты охренел, сволочь маймаксонская?! - глаза охранника налились гневом. - Плати штраф! Немедленно!

Интересно, он знал вообще, что Данилу четырнадцать?..

- Хрен вам, - Данил показал средний палец.

В следующую секунду охранник схватил его за горло и впечатал в ту самую стену, на которой Данил только что оставил примечательную надпись.

- Эй!

- Ты шутки шутить вздумал, Лазарев?! Здесь тебе не Маймакса! На тебя быстро управу найдём!

Ника хотела броситься на помощь, но вместо этого застыла от страха. Если он посмел прижать к стене Данила, то что сделает с ней?.. Снова! Снова она бесполезна! Как тогда, в Маймаксе, с Андреем...

Стоп. Может, охранник и не догнал насчёт Данила, но вот Андрей точно сумеет поставить его на место.

Волкова уже вытащила телефон, как вдруг...

- Статья 286, - послышался за спиной охранника знакомый голос, - превышение должностных полномочий.

Ника обернулась на Андрея. Он стоял, запустив одну руку в карман пиджака, и смотрел на охранника с нескрываемым презрением. Когда тот повернул на него голову, Каверин решительно добавил:

- Данил несовершеннолетний, это отягчающее обстоятельство.

- Всё это выдумки! - ответил охранник, смелость в голосе которого начала угасать. - Силу я был вынужден применить - он курил в неположенном месте, изуродовал стену и хотел слинять, не оплатив штраф!

- Неправда! - прохрипел Данил.

- Он и не должен был платить штраф, - возразил Андрей. - Статья два точка три кодекса об административных правонарушениях - ответственность устанавливается с шестнадцати лет. Данилу четырнадцать, так что оштрафовать можно лишь его законных представителей, - Андрей грозно улыбнулся. - Могу дать их телефон. Но перед этим всё же советую его отпустить. Следы от удушения вполне могут добавить тебе несколько лишних косарей к и так уже довольно серьёзному штрафу.

Ужас и растерянность застыли на лице охранника. Данил воспользовался его слабостью и вырвался сам.

- Андрей, ты всерьёз дашь ему телефон Каверина?! - возмутился Лазарев, потирая шею.

- А чего ты хотел? - проговорил охранник сквозь зубы. - За свои поступки надо отвечать. Уж должен был понять на примере родителей, Лазарев.

Ника заметила ярость, промелькнувшую в глазах Андрея. Костяшки его пальцев побелели - так сильно он сжал кулаки.

- Не смей так разговаривать с моим братом.

Такой злобы в его голосе она не слышала даже в адрес маймаксонских

- Не обманывай себя, - сказал охранник уже куда спокойнее, - все прекрасно знают, что он тебе не брат. И как тебе не противно называть так это бандитское отродье?

Воздух уже плавился от гнева, которым горел Андрей.

- Немедленно возьми свои слова назад, - сказал он ещё громче. - Иначе я сделаю так, что ты не только с работы с треском вылетишь, но и из города.

По коже пробежали мурашки. Андрей не Нике угрожал, но казалось, его ярость обожгла и её.

- Речь идёт о порче имущества торгового центра, - напомнил охранник. - Кем бы он там ни пытался быть, он обязан понести ответственность. Здесь есть камеры, - он ткнул в верхний угол, - на них видно, как Лазарев изуродовал стену. Мэр не может выставить меня просто за слова, которые никто не зафиксировал, а как я схватил Лазарева, с этого ракурса камеры не снимут.

Интересно, он правда считал, что Валерий поверит ему, а не Данилу?

- Эргх! - прорычал Данил. - Чел, вот честно, ты тупой или как? Камеры торгового центра - да, но тут, - он указал большим пальцем на толпу, направлявшую на них телефоны, - стоит целое сборище операторов, которое всё это время снимало шоу. Если вызовешь ментов, сам себе яму выроешь. Я максимум пиздюлей от Каверина получу, штрафовать его никто не будет, а ты работы лишишься. Мне нахуй не нужны твои фальшивые извинения, но серьёзно, может, ты перестанешь выёбываться на меня хотя бы перед кучей народу и Андреем?

«Он старается сделать вид, что ему плевать», - промелькнуло в голове. Прежде Ника не замечала. Она вообще редко всматривалась в чьи-то глаза, но теперь чётко видела: Данил как будто старается не заплакать. Да, он стоял, сложив руки на груди и глядя на всех так, словно его достал сам этот мир и каждый его обитатель по отдельности, да, за спиной красовалось только что написанное им сигаретой огромное «ХУЙ» и да, «Жесть» выросла на обсуждении его выходок, но Ника больше не видела задиристого хулигана, которому на всё положить.

- Мне противно идти тебе навстречу, но иметь проблем из-за тебя мне хочется ещё меньше, - заявил охранник.

- Ты забываешься, - прорычал Андрей.

- Андрей, - Данил прошёл мимо охранника и подошёл к Каверину, - хватит. Пойдём уже. Мне надоело.

- Мы не можем оставить так тот факт, что этот человек позволил подобные высказывания в твой адрес!

- Если тебе так нравятся разборки, - в его голосе нарастало раздражение, - можешь и в школе повыёбываться. Мне всё это нахрен не надо. Один фиг обо мне так почти весь город думает, что ж теперь, с каждым воевать?!

Он перепрыгнул через перилла и пошёл прочь. Андрей тем временем обернулся к охраннику и проговорил:

- Раз Данил не хочет, я не имею права спорить с ним. Но знай: если ещё хоть раз позволишь себе нечто подобное, будешь отвечать уже не передо мной, а перед моим отцом.

Ника вспоминала Валерия Каверина. Сейчас Андрей был так похож на его меньшую копию. Он разговаривал с мужчиной вдвое старше и сильнее, словно начальник. Отчасти так оно и было: как-никак, Андрей сын мэра, а здесь не Маймакса, все знают. Но что-то подсказывало: Андрей сделал это не чтобы выпендриться и показать своё превосходство.

Он просто не мог промолчать.

- Андрей, объясни, неужели ты и сам не понимаешь, к чему он в конце концов придёт? - спросил его охранник абсолютно спокойным голосом. - Если в четырнадцать лет он творит такое? Не хочу предъявлять претензий мэру, но, по правде, я не понимаю, зачем он тратит своё время и деньги на того, кто, очевидно, закончит как его папаша.

Уже самой хотелось его треснуть. Но Андрей, кажется, понимал куда больше.

- Вы его совершенно не знаете. Не нужно делать выводы так рано. Вполне возможно, что в будущем это Данил наймёт тебя на работу, поэтому будь с ним повежливее.

Охранник только усмехнулся, но вовремя вспомнил, кто перед ним.

- Ну ты загнул. Наймёт на работу... даже если твой отец что-то да отдаст ему, лишь бы совсем не пропал, неужели кто-то пойдёт работать на Лазарева?

- Будь уверен, - кивнул Андрей.

***

С лестницы они спускались, словно звёзды: несколько ребят сказали Андрею, какой он молодец, но в толпе слышалось и недовольное: «Это только потому, что он Каверин!». Интересно, слышал ли Андрей?

А ведь они правы. Андрей может говорить то, чего не могут другие, только потому, что он из самой влиятельной семьи в этом городе. Как выяснилось, даже у Данила нет таких привилегий.

Но когда Андрей рядом, не имеет значения, кто ты.

Лазарев ждал их у дороги.

- Андрей, тебе не стоило впрягаться за меня, - сказал он, когда они отошли довольно далеко от того злополучного места. - Я бы и сам разрулил.

Невозможно было слушать его спокойно: казалось, Данил говорит через боль. Но Ника боялась спросить, в чём дело. Конечно, охранники ненавидели хулиганов вроде него, но тот явно палку перегнул. Поначалу она предположила, что из-за гулянок в Маймаксе. Но разве не рыл он яму самому себе, тыкая в это Данила? Макс рассказывал, что большинство маймаксонских Верхней начинали с простых поездок туда, так что за такие выходки в городе могли и с работы уволить. А кто станет разбираться, откуда охранник в курсе похождений Лазарева?

Нет... причина в другом. Этот тип упомянул родителей, и далеко не в положительном ключе. Сама Ника ничего не знала о них: не у Данила же спрашивать, а к Андрею было множество других вопросов, да и тоже как-то не очень. Но теперь, кажется, выяснить придётся.

- Как ты бы разрулил? - вздохнул Андрей. - К «хую» ещё бы «пизда» приписал? Обычно твои разборки в городе заканчиваются полицией. И потом, разве я должен был стоять и смотреть, как этот ублюдок тебя к стене прижимает?

- Почему нет? - Данил пожал плечами. - Тем более что ты должен его понять.

- Понять?

- Вспомни себя в Маймаксе. Ты абсолютно так же накинулся на ребят, с которыми я тогда бухал. Вёл себя, словно они для тебя низшие существа.

«А ведь Данил прав», - подумала Волкова.

- Я на них не без причин накинулся, - ответил Андрей. - Ты же их видел. Абсолютно пропитые овощи, которых и людьми назвать сложно. Но ты не такой. Да, изуродовать стену было хреновым поступком, но ты во всяком случае не опускаешься на дно.

- Большинство жителей этого города относятся ко мне не лучше, чем ты к маймаксонским, если не хуже.

- А тебя волнует мнение большинства или всё-таки моё?

- Мне похуй, кто что думает, - ответил Данил, но Ника не поверила. - Я всего лишь не хотел прятаться за тебя.

- Это нормально, Данил. Если у меня есть возможность помочь тебе, то почему нет?

- А, ну да, - Лазарев закатил глаза. - Я и забыл, что твоё слово здесь закон. Ты же у нас великий и ужасный Андрей Каверин, звезда города. Даже с отбросами вроде меня вынуждены считаться, если ты так приказал...

- Данил, - твёрдо оборвал его Андрей, - никогда не смей думать, будто у тебя хоть в чём-то меньше прав, чем у меня.

Лазарев задумчиво отвернулся, так, чтобы ни Ника, ни Андрей не видели его лица. Впервые Волковой стало неловко рядом с ним. Она думала, что неплохо знает его, но оказалось, Данил о чём-то недоговаривал. Или не так... Большинство жителей города, с его слов, были в курсе. Похоже что Лазарев просто не хотел говорить ей об этом. Но о чём?..

- Ладно, Андрей, - Данил снова развернулся, - спасибо, что вытащил меня, - его лица слегка коснулась улыбка, но глаза оставались ледяными.

- Наконец-то! - всплеснула руками Ника. - Вспомнил, что говорят в таких случаях. Ты вообще зачем выёбываться стал? Ушли бы спокойно, и не было бы ничего!

- Так ведь он всех прогнал из-за меня. Я это сразу заметил. Решил, раз уж такое дело, выбесить его своим поведением, а не существованием.

- Существованием?

Андрей тяжело вздохнул. Данил отвернулся в сторону и опустил глаза. Нику больно уколола... нет, хорошенько так огрела чем-то тяжёлым совесть.

- Неважно... Слушайте, Андрей, Ника, идите-ка вы без меня. Я совсем не в настроении.

Андрей тут же помрачнел.

- Куда ты пойдёшь?

- Не знаю. Но я хочу побыть один. Немного.

- Ладно, - Андрей сделал шаг навстречу ему, - но, пожалуйста, приди домой не поздно и в нормальном состоянии. Сам понимаешь, - он снова вздохнул, - тебе сейчас не нужны лишние проблемы.

Данил кивнул. Они пожали друг другу руки и разошлись в разные стороны. Волкова не могла сказать этого, но она радовалась, что Лазарев ушёл, и не только потому, что Андрей остался в её полном распоряжении.

Теперь она могла обо всём расспросить Каверина. Мучить Данила после всего было бы просто бесчеловечно.

***

Они наконец-то дошли до набережной. Эх, как жаль, что Данил не с ними! Посмотрел бы, что тут наворотили. Раньше у реки были только заросли да самодельные пляжи, и Андрей уже давно предлагал что-то здесь устроить, но у отца всё бюджета не хватало - надо же на что-то Маймаксу покрывать. И вот, наконец Андрей добился своего, нашёл нужных людей, дождался окончания стройки, хотел показать Данилу, а тут такое!..

- А здесь прикольно всё переделали, - проговорила Ника, меряя шагами плитку, - только лавки эти не вписываются. Лучше б другие поставили.

«Я им и говорил», - едва не выпалил Андрей, чуть не забыв, что Нике этого знать не стоит. Для неё набережную переделал Валерий Каверин - и точка.

- Данил ведь в Маймаксу пошёл? - спросила Ника, когда они уже уселись на лавку. Андрей кивнул. Только бы не начала осуждать! - И ты так легко его отпустил? Я думала, ты бесишься, когда он туда гоняет.

- Я не имел права его останавливать, - ответил Андрей. - Не одобряю такие способы отвлечься, но сам-то я что могу ему предложить?

Ника с непониманием посмотрела на него.

- Я думала, ты знаешь его лучше всех.

Если бы это было правдой... Дольше - да, но лучше ли?

- Именно поэтому я и понимаю, что здесь моя поддержка не поможет.

- Но почему? О чём говорил охранник? Я понимаю, эти вопросы могут задевать и тебя, но я должна знать. Иначе как же мне общаться с Данилом? Вдруг я случайно затрону какую-нибудь неудобную тему?

Андрей ожидал, что именно он станет тем, кому придётся рассказывать всё это. А ведь Каверин даже не понимал, с чего начать: слишком уж привык, что все и так в курсе. Так странно - Ника как будто вообще из другого города приехала. Это потому, что почти ни с кем не общалась, или потому, что Правый - район слишком обособленный, почти Маймакса наоборот?..

- Помнишь, я рассказывал тебе о Маймаксонской ОПГ? - Волкова кивнула. - Ты совсем ничего не знаешь о ней?

- Мои родители переехали сюда в девяносто восьмом, так что нет.

Хорошо, что она не додумалась залезть в «Википедию». Андрея всегда пугало то, как много там написано о Маймаксонской ОПГ и её лидере. А вдруг люди логически додумают отсутствие одного очень важного персонажа? Впрочем, вряд ли, им ума не хватит, да и кого это волнует?

Но вот Нику может заволновать.

- Они не рассказывали тебе, почему переехали именно сюда?

- Потому что наша просторная двушка в только что построенном доме на Правом стоила вдвое меньше, чем старые однушки в их родном городе.

- Тебе известна причина такой низкой цены?

- Не пойму, это допрос? - Ника усмехнулась краем рта. - Я с ними редко разговариваю. Так что нет.

- Почему редко?

- Ну а о чём мне с ними говорить? О работе и деньгах?

Она тяжело вздохнула и посмотрела куда-то вдаль. Андрей хотел сказать, что понимает, но не имел права. Он-то с отцом о работе говорил более чем охотно. Но стоило только зайти дальше... Впрочем, Нике о таком знать нельзя.

- Ладно. Так вот, квартиры стоили так дёшево, потому что наш город в девяностые был территорией Маймаксонской ОПГ, самой конченой банды области. Хоть в девяносто восьмом её лидера и почти всех участников пересажали, люди продолжали бояться селиться здесь.

- Самая конченая банда, и всех в итоге пересажали? - Ника недоверчиво подняла бровь.

- Насколько известно мне, их кто-то подставил.

Хорошо, что Ника не слышала внутренний смех Андрея. Смех сквозь слёзы. Если бы он и правда знал всё так, без подробностей!

- А почему их настолько боялись?

- Да потому что они границ не знали. Особенно Алекс, их лидер. Так его все называли, а настоящее имя - Александр Лазарев.

- Отец Данила, верно? - Андрей кивнул. Ника не похоже что сильно удивилась, но что в этом странного после того, как она нашла в Маймаксе сбежавшего из дома брата известной модели? - И что, он был очень опасный?

- Да. Маймаксонскую ОПГ боялись, но Алекса боялись в три раза больше, чем всю её вместе взятую. Говорят, он занимался всем, чем только мог заниматься бандит в девяностые - убийствами, рэкетом, кражами, наркотиками и так далее. И тип был жёсткий, от него никто целым и невредимым не уходил, если вообще оставался жив.

- И что с ним стало?

- Вышел из тюрьмы и продолжил заниматься тем же, чем и раньше - теперь, правда, его уже начала теснить милиция и другие группировки. В итоге он был взорван ночью на собственной базе в Маймаксе в 2004 году. Его жена тоже была с ним.

- Вот как... - Ника задумчиво промычала. - 2004 год... Данилу шесть лет было... Значит, он помнит родителей?

- К сожалению, да.

- К сожалению?

- Было бы лучше, если бы он не пережил всё это.

Андрей знал, что Ника не спросит больше - ситуация не та. Повезло, а то пришлось бы или соврать, или рассказать то, что, наверное, не стоило знать и ему самому. Они с Данилом никогда не обсуждали многие детали из прошлого, которые Андрей осмыслил намного позже, чем стоило бы. А ведь тогда он верил, что синяки от драк, что Данил ночует у них чаще, чем в своей квартире, потому что родители просто заняты, что его мать простыла, оттого и носит свитер с высоким горлом и слишком длинными рукавами. Всё ведь лежало на поверхности, как так? Почему Андрей, самый умный ребёнок, был настолько наивен? Жил в своём идеальном мире, видел опасности и трудности только в будущем, но не в настоящем. Макс говорил, что в детстве нормально быть глупым, но Андрей всё равно не мог себя не простить. Да, наверное, для других детей это нормально. Для обычных детей. Но не для Андрея. Он другой. Для него недопустимо закрывать глаза на очевидное.

Неудивительно, что Данил так и не понял его. Они заслуженно поменялись местами.

- А почему теперь Данил с вами?

- Других вариантов не осталось. Лазарев при жизни вырезал всех своих родственников, а родственникам его жены было нужно только... не впутываться во всё это. - Чуть не проговорился! Данил бы выбесился, скажи Андрей правду.

Ника наконец-то удивилась. Да, для неё такие подробности - другой мир. Это они с Данилом, Реджи и Максом могли спокойно говорить об убийствах, ненависти к родным и страхе за свою жизнь или жизнь тех, кто рядом. Волкова пока не знает ничего этого и Андрей надеялся, что узнать ей не придётся.

- А твоя семья тут при чём?

- Мать Данила - подруга детства Наташи и одноклассница моего отца. Ну и самого его я знал с ранних лет, мы вместе в детский сад ходили и он часто ночевал у нас, когда его родители были слишком заняты. - Эх, любимая отговорка Лины Лазаревой. Интересно, отец тоже ничего не подозревал? Очень вряд ли. - В ту ночь Данил тоже остался у нас. И больше уже никуда не отправлялся.

- То есть, его родственников такое происхождение смутило, а твоих родителей - нет?

- Моих родителей не беспокоили слухи и стадное мнение. К тому же это сейчас мы на виду. До выборов нас нигде особо не обсуждали.

И это к лучшему. Андрей боялся представить, что было бы, если бы люди узнали о его семье раньше. В том числе и о нём самом. Пришлось бы многое объяснять.

- Я немного не об этом. Не знаю, как бы это правильно сказать... - Ника закусила губу. - В общем, Данил же далеко не самый простой человек.

Ха, похоже, хотела назвать его отбитым или сумасшедшим. Знала бы она, что это ничуть не заденет. Данил и правда немного сумасшедший. Как и Реджи. Как и Макс. Но разве это плохо?

Наверное, в глазах Ники человек, который вывел маймаксонских, тоже немного того.

- Да, но ты и сама уже убедилась, что мой отец держит слово и в долгу не остаётся. Когда случился взрыв, именно он первым приехал туда, и мать Данила попыталась попросить его о чём-то.

- «О чём-то»?

- Она не успела сказать. Умерла.

- Ох, - Ника отвернулась.

Андрей давно не вспоминал всё это. Как Данил в очередной раз ночевал у них, что спасло ему жизнь. Как с утра узнал, что случилось, от родителей, и сразу спросил: «Данил может остаться с нами?». Тогда этот вопрос казался естественным, но теперь Каверин удивлялся своей наивности. И не только потому, что решил, будто его одного мало, но и потому, что Данил его тогда ненавидел.

А сейчас Андрея волновало другое: чем руководствовался его отец? Исполнял ли он обещание, данное подруге, или же Данил - лишь очередное звено в цепи грандиозных планов Валерия Каверина?

- Ника, то, что я тебе рассказываю, должно остаться между нами, - напомнил Андрей. - Данил ненавидит вспоминать всё это. Не поднимай при нём тему родителей.

- Я тупая, по-твоему? - Ника возмущённо приподняла одну бровь. - Я хотела узнать о них ещё три года назад, но молчала, даже тебя не сразу решилась спросить. Просто сейчас случай подвернулся. Неужели ты думаешь, что я не понимаю, о каких вещах лучше не говорить?

Что ж, Ника, как и следовало ожидать, не поняла, о чём нельзя говорить с Данилом.

- Я не про их смерть, а про то, кем они были. Это на Правом об Алексе едва знают, у вас все приезжие. А в городе сложно найти человека старше двадцати, который не помнил бы, что вытворяла Маймаксонская ОПГ и её главарь.

- А в Маймаксе?

Чёрт... Андрей боялся этого вопроса. Соврать себе дороже - всё равно Ника правду нароет. Но вдруг возникнут подозрения?..

Так, Андрей, прекрати параноить. С чего ты взял, что она вообще задумается над твоими словами? Да и если так, что ей делать с этими мыслями? Они наверняка покажутся ей безумными.

- Половина Нижней Маймаксы - бывшие члены Маймаксонской ОПГ.

- Я слышала, что многие бандиты занялись бизнесом или и вовсе ушли во власть.

Она сделала не слишком точный бросок, но попала в цель.

- «Бригады» насмотрелась? Большинство крупных бандитов сейчас в могилах. Но мы отвлеклись. Я хотел сказать, что Данил никогда не был в восторге от того, что весь город знал, кто он, и смотрел на него косо.

- И как же они узнавали, интересно? Внешнее сходство - ориентир сомнительный, а фамилия у него далеко не самая редкая.

- Так ведь в школу он пошёл, когда Алекс был ещё жив. Мы уже потом были, так что в основном эта инфа передавалась от учителей и родителей всем подряд.

Впервые Андрей заметил это в школе. В детском саду шанса не было: Данил вечно ходил один, всех отталкивал и ни с кем не общался. Андрей тогда считал, что они похожи, что Данилу тоже просто не о чем поговорить с другими ребятами, что ему с ними скучно, а они не хотят принимать его. Как же он ошибался... В школе же все как-то резко осмелели, почувствовали себя взрослыми. Особенно после гибели родителей Данила, о чём каким-то невероятным образом узнал весь город. Не раз к Андрею с Данилом подходили одноклассники и задавали странные вопросы. Про каких-то бандитов, какого-то Алекса Лазарева, какую-то Маймаксу... Данил никогда на них не отвечал. Слал всех куда подальше, забыв, что ему велели не ругаться матом. Однажды Андрей всё же решился спросить его. Данил рассказал правду о том, кем были его родители. Тогда Андрей, кажется, впервые понял, что есть вещи, которых он не знает. Но это было только начало...

Данил слишком уверенно говорил о том, что его никогда здесь не примут. Без слёз, даже без грусти. Просто как факт. Каверин тогда решил, будто ему всё это знакомо. Когда-то и он, вроде бы, переживал подобное. Когда-то и его никто не принимал. Что там мать сказала на этот счёт?..

- Тебе это не нужно, - ответил Андрей. - Тебя не должно волновать мнение тех, кто стоит ниже тебя.

- Ниже? - Данил грустно усмехнулся. - Не сравнивай нас. Я не ты. Ты можешь говорить и делать что хочешь, и всё равно останешься хорошим мальчиком из хорошей семьи. А меня даже за человека не считают.

- Ничего, им придётся изменить своё мнение рано или поздно.

Когда-то он так верил в людей, в их изменения...

- Они не сделают этого, - ответил Данил. - Просто смирись.

Андрей не был готов смириться.

- Я их заставлю!

- Не заставишь.

На него смотрел пацан на год младше, но эти синие глаза и этот холодный, без капли весёлого голос принадлежали повидавшему жизнь взрослому. Впервые кто-то, кроме отца, сказал, что Андрей Каверин чего-то не сможет. Если так вспомнить, Данил всегда был честен с ним, пока думал, что это взаимно.

Но Андрей не собирался так это оставлять. Если Данил прав, если к нему всегда будут относиться хуже, видеть в нём бандита, то...

- Тогда если что - зови меня.

Похоже, Лазарев вспомнил об их разговоре многими годами позже, когда начал постоянно сбегать в Маймаксу, но, конечно, не хотел попасться. Не это Андрей имел в виду. Как иронично...

- Так, стоп, - Ника вернула его мысли в настоящее, - а фамилию и отчество на твои ему сменить разве нельзя?

- Нельзя, - пришлось объяснять ей законы. Хорошо, что когда-то ему в голову пришла идея выучить все статьи наизусть. Данил над этим смеялся, но ему это в итоге пригодилось больше всех. После отца, конечно.

- Как всё сложно, - Волкова почесала затылок. - Ну, у меня всё равно вопросы к Данилу: почему же он только подогревает эти стереотипы? Если бы вёл себя нормально, его бы куда меньше считали будущим бандитом.

- Нет, - Андрей грустно усмехнулся, - это бы ничего не изменило.

- С чего ты взял?

- В начальной школе он был совсем другим. Вёл он себя иногда получше, чем я. - Да, Андрей, намного, в миллион раз получше. - Учёба ему давалась не так легко, как мне, но я часто подсказывал ему на уроках и давал списывать, если он чего-то не понимал, поэтому он отставал от меня всего на пару-тройку четвёрок.

Ника вытаращила глаза.

- Поверить не могу...

Андрей не стал вдаваться в подробности. Всё звучало слишком хорошо, но на деле он всегда видел: Данил как будто держится из последних сил. Учёба давалась ему тяжело не только из-за способностей - Андрей вообще считал, что Данил куда умнее его, - но и из-за неумения или нежелания не отвлекаться на всё подряд. К тому же он всегда ненавидел деловой стиль и приходил в школу в рваных джинсах и футболках, что не могло не злить учителей. Не раз его на перемене за руку притаскивали другие учителя и спрашивали классного руководителя, почему её ученик не может одеться нормально или хотя бы постричься. Ещё и цензурно выражаться у него не получалось, как ни старались родители Андрея сделать хоть что-то. Теперь Каверин не видел в этом ничего странного: Данил не мог так быстро перестроиться. Ему не объясняли с детства то же, что и Андрею. Но тогда Каверин не воздерживался от комментариев и порой сам становится хуже всех учителей, одноклассников и родителей, вместе взятых. Неужели так сложно было промолчать?..

А ведь он и без того был главной проблемой Данила. Да, он помогал с учёбой, сильно, но он же и мешал самим своим существованием: на его фоне все одноклассники чувствовали себя хуже, но Данилу доставалось особенно, ведь ему приходилось терпеть превосходство Андрея постоянно, а не только в пределах школы. Не раз Каверин слышал: «Какой смысл мне что-то делать? Я всё равно никогда тебя не догоню!». Сейчас он бы нашёл, что ответить. Данилу не стоило гнаться за ним - у него была одна полоса препятствий, у Андрея другая. Но тогда мир Каверина ограничивался школой и дополнительными занятиями. Он просто не представлял, как может быть иначе, и всё, что мог ответить - это: «Никогда не говори никогда, ты всё сможешь!». Мотиватор хренов.

- Я тоже. Кажется, это был другой человек, - Андрей выдал первое, что пришло в голову, но тут же понял, что соврал: Данил остался всё тем же.

- Так, стой, - Ника задумчиво наморщила лоб. - Ты говоришь, что подсказывал ему на уроках и что в школу он пошёл в 2004, но Данил ведь на год тебя младше...

- Он остался на второй год в пятом классе.

- Оу... что же такое случилось?

- Думаю, он устал. Что бы он ни делал, к нему всё равно относились как к будущему бандиту. Тогда уже все начали посиживать «ВКонтакте», создавались группы школ и классов, и там люди анонимно писали всё, не стесняясь. Конечно, в «Жести» его ещё никто не обсуждал, но даже мой отец сталкивался с не самыми приличными комментариями насчёт Данила - он же тогда не был мэром, и некоторые позволяли себе говорить ему то, что никогда бы не сказали сейчас. Была ещё одна проблема - моя мать решила переехать в Москву, а я тогда подумал, что для меня это тоже будет преимуществом - меня взяли в одну очень мощную школу, да и в целом Москву я всегда любил больше. В общем, в тот год Данил учился без меня, и поначалу сильно съехал, а потом и вовсе, видимо, решил, что нет смысла стараться. А что было дальше, знает, кажется, уже весь город.

- Ты винишь себя в этом? - выдала Ника.

- Виню себя?..

- В том, что тебя не было с ним тот год и потому он скатился. Наверное, это не моё дело, но не стоит, - жёстко проговорила она. - У всех разные способности, но нет ничего сложного в том, чтобы сделать домашку, хотя бы списав из интернета, или работать на уроке, периодически подглядывая в учебник. Я понимаю съехать с четвёрок на тройки, но съехать до такой степени, что тебя оставляют на второй год... Это явно не из-за тебя произошло!

Андрей не ожидал, что Ника за это зацепится, да ещё и начнёт чуть ли ни утешать его. Что бы он ответил ей, будь это правдой?

Он несомненно виноват. Но не в том, что уехал. Тогда он не мог остаться, он сам умолял мать, чувствуя, как самые близкие люди презирают его.

Он виноват во всём, что к этому привело.

- Я пытался его остановить. Никогда не одобрял такое поведение, но ты права, он сделал свой выбор, - Андрей вздохнул. Тогда уже не было смысла что-то вдалбливать. Стараясь учиться и держать себя в руках, Данил будто ждал момента, когда же наконец его отпустят. И этот момент настал. Якорь поднялся, выстрел прозвучал, когда Андрей наконец показал своё истинное лицо.

Ника почувствовала, как постепенно разговор ушёл в сторону сожалений, а она ещё не была готова давать советы. Слишком личные темы для Андрея, слишком велик риск ляпнуть лишнего. Она узнает больше, обязательно! Но не от Каверина.

К счастью, был проверенный способ сменить направление их беседы.

- Ну а чего ещё ждать в нашей стране и с нашей системой образования, где людей подгоняют под стандарты правильного и неправильного и даже не пытаются разглядеть уникальные способности каждого?

Так с темы Данила Лазарева Ника с Андреем перешли на несовершенство современного образования, которое, по словам Андрея, стоило в корне изменить. Нике нашлось, чем его поддержать: почерпнула идеи из рассказов знакомых по интернету, которые учились в других странах. А говорят, интернет только мешает учиться, ага! Да если б не он, оставалось бы только угукать в ответ на мысли Андрея.

- На самом деле, это грустно, - сказал Андрей в конце. - Ты рассуждаешь гораздо разумнее взрослых политиков.

- Эх, - Ника притворно вздохнула, - я так страдаю от этого...

Играла она старательно, лишь бы Андрей не понял, как всё в ней вспыхнуло из-за его похвалы. Надо же, тот, чьим умом все восхищаются, сказал, что она хорошо рассуждает! Скорее бы нашёлся повод рассказать это кому... Вот обзавидуются!

- Да ты, может, и не страдаешь, а вот я злюсь. Мы платим немалые налоги им на яхты за валяния дурака, хотя по-хорошему их следует усадить за кассы в «Магнит».

Ника не впервые слышала от него такое мнение. В этом был весь Андрей Каверин, тот самый, за чьи высказывания в интернете его отца вызывали в школу. Интересно, как Валерий к этому относился? Волкова давно хотела знать, но время ещё не пришло.

Если Андрей затрагивал тему политики, то растягивалось это минимум на час. Волковой нравилось его слушать, нравилось отвечать, но она всё время боялась что-то не понять или исчерпать свой запас аргументов. Нельзя просто соглашаться, он её раскусит!

- Андрей, а мы ещё долго будем сидеть тут? - спросила Ника, кутаясь в плащ. Начал поддувать ветер. У реки оказалось куда холоднее, чем в городе.

- Если замёрзла, пошли в Нью Джи. Возьмём кофе и поговорим там, - предложил Андрей.

Ему ничего не стоило сказать это. Если бы он знал, как каждое его приглашение, каждый знак внимания заставляет её чувствовать себя в миллион раз увереннее...

Пока они шли в Нью Джи, Андрею написала Реджи. Оказалось, она уже была там - искала себе новое худи. Ника предложила вместе посидеть на фуд-корте: хотелось познакомиться поближе. Каверина не возражала.

Они договорились встретиться у фонтана в Нью Джи. Реджи подошла через десять минут. Она была в ботинках на высокой платформе, в колготках в сетку, мини-юбке, чёрном худи с черепами, с массивными цепями на шее, в чокере с шипами, зелёных кукольных линзах и с макияжем смоки айс, в который сегодня добавила ярко-красные тени, нанесённые в виде кровавых слёз. На Каверину, как обычно, оборачивались все, кто проходил мимо.

- Тебя не напрягает такое внимание? - спросила Волкова, когда они сидели на фуд-корте и ждали Андрея с едой.

- Мне нравится, - сказала Регина. Её голос звучал как-то странно. Больно тихо и отстранённо для такой провокационной девчонки. При первой встрече Ника не обратила внимания, но теперь Каверина сидела прямо рядом, и Волкова могла детальнее её расслышать. - Они же смотрят на меня, потому что я круто выгляжу.

Да уж, самооценкой она явно в брата пошла. Но, как бы громко ни звучали эти слова, Регина произносила их так блекло и без эмоций, будто её и не могло беспокоить мнение окружающих: разве такие вещи волнуют робота?..

- Как по мне, ты выглядишь круто. Но вряд ли некоторые бабки разделяют мое мнение. Ты ведь и сама понимаешь.

- Понимаю, и что? Ты никогда не будешь нравиться всем до единого. Меня замечают, мне уже приятно, для себя я выгляжу круто, а то, что кому-то я кажусь пугалом, уже всё равно. Мне, может, тоже не нравится, как они выглядят. Но я не обернусь на них, вот в чём разница.

Эта компания нравилась Волковой всё больше.

Когда к ним подошёл Андрей, Ника подумала, как пригодились ему занятия спортом: при ином раскладе он бы просто не поднял поднос, до краёв заполненный едой из KFC. Сначала она решила, что Каверин просто решил их порадовать, либо Данил передумал ехать в Маймаксу, но всё оказалось намного проще.

- Реджи... ты заказала всё меню? - спросила Волкова, узнав, что почти всё содержимое подноса предназначалось Кавериной. Они с Андреем взяли только баскет на двоих - конечно, эту идею предложила Ника - и кофе.

- Я хочу есть, - спокойно ответила Регина, открывая бургер. - Какие-то проблемы?

«Проблемы будут только у твоего желудка», - подумала Ника. Если Каверина периодически так хочет есть, она точно ведьма. Иначе её худобу не объяснишь.

- Нет, но я же могу что-то у тебя взять, если не наемся?

- Да, без вопросов.

Вскоре Андрею позвонил Валерий, и он сказал, что ему нужно ненадолго отойти. Ника уже справилась со своим заказом, но, глядя на гору еды Регины, поняла, что не наелась. Что ж, кажется, мэр снова задолжал Волковой: Реджи наверняка бы лопнула, если бы Ника не помогла ей разделаться с едой. Но лучше ему об этом не говорить, а то ещё Данил боялся, что взять много будет слишком нагло...

Вспомнив, что после еды человек обычно добреет, Ника решилась на вопрос.

- А почему ты выбрала Макса?

- В плане «выбрала»? - спросила Реджи.

- Ну, у тебя много подписчиков в соцсетях, и ты дочь мэра. Могла привлечь кого угодно. А Макс... ну, ты знаешь. - Она прекрасно помнила, о чём нельзя говорить в городе.

- Мне неинтересны ровесники, - ответила Каверина. - У них какие-то приземлённые увлечения, знаешь. Достать сиги, рубиться в комп, уроки прогуливать... А Макс, так от него есть, что взять. Ты сама это видела. Человек знает, как жизнь устроена. Он умеет быть весёлым, но не от тупости. С ним мне комфортно. И потом, большинство парней нашего возраста только и хотят, что сиськи полапать, - она опустила глаза вниз. - Здесь-то им что искать?

Ника усмехнулась.

- А как на тебя реагируют одноклассники?

- Менее бурно, чем учителя. А так, я не знаю. Мы не общаемся. Ну, было немного упрёков в том, что от меня сигаретами пахнет. Но я пообещала им проблемы, если настучат.

Поначалу Ника боялась смотреть в глаза Регине, но этот страх быстро исчез, потому что та, похоже, страдала тем же. Каверина постоянно отводила взгляд в сторону. Будто говорила не с Никой, а с кем-то невидимым.

- И тебе не скучно? Ну, сидеть одной.

- Да я не сижу одна особо. На переменах с Андреем и Данилом в основном гуляю. А на уроках рисую иногда, когда заняться нечем. По поводу класса не парюсь. Вот посадить тебя сейчас в детский сад. Тебе там наверняка будет скучно. Но попытки о чём-то поговорить с детьми ни к чему не приведут. Ты можешь быть для них как няня, но на равных не будешь.

Ника чувствовала: Регину с остальными разделяло не только то, что они казались ей детьми. Каверина будто и вовсе спустилась с другой планеты. Хотелось как-нибудь скататься на эту планету, но она пока не знала, на каком там говорят языке.

Поздно вечером Андрей написал, что Данил, конечно же, напился в хлам и пришёл домой в двенадцатом часу, едва стоя на ногах, за что загремел под домашний арест на неделю. Наконец-то, теперь Лазарев точно не помешает им погулять вдвоём! Конечно, плохо радоваться такому, но ведь его предупреждали...

Вот только Андрей не сказал, что хочет погулять завтра. Ника думала позвать сама, но стоит ли навязываться? Они и так переписывались каждый день. Нет, пусть побудет без неё немного, пусть заскучает. Тем более что, как оказалось, она не знала слишком много.

Тем же вечером Ника написала Дмитриеву, что хочет вновь увидеть Маймаксу.

***

Макс хотел бы радоваться встрече с Никой, но совесть всё не разжимала свои зубы. Валерий выразился предельно ясно: или ты осуществляешь план в течение полугода, или за дело возьмусь я сам. Каверин даже не уточнил, кто станет этим делом - Ника, сам Макс или... кое-кто другой.

Что же он натворил?..

Ника писала ему каждый день. Спрашивала советы, просила рассказать о Маймаксе, о Лене Дмитриевой. Думала, что он честен перед ней. Раскрыл свой секрет. Доверился. А он её подставил. Эх, стоил послушать Лазарева! Макс всё упрекал Андрея за то, что порой, там, где не надо, тот слишком самоуверен. Сам-то хорош!

Нельзя всё оставлять так. Ника не заслужила его участи. Макс, ослеплённый ненавистью, горевший от жажды крови и мести, безумно желавший вернуть миру всю боль, что мир причинил ему, был создан, чтобы стать Маймаксонским дьяволом. Велл не собирался бороться за справедливость, он в неё попросту не верил. Он хотел лишь убивать. Подчинить себе смерть, которая так стремилась подчинить его.

Но это совсем не история Ники. Ника, к её огромному счастью, не прошла через то же, что и Макс. Она свободна. У неё есть будущее. Она должна учиться. Должна найти то, что ей нравится. Жить нормально. Пусть не каждая двенадцатилетняя девочка просит маймаксонского провести беседу с одноклассниками, этого всё равно недостаточно. Её руки не должна запачкать кровь. Нет. Он не допустит.

Валерий Каверин - далеко не самый мягкий тип, но и у него есть слабости. До чувств Макса ему нет дела, но отмахнётся ли он от Андрея? Конечно, тот не должен ничего узнать, но самому-то Валерию понравится ломать жизнь Ники у него за спиной?

Чем быстрее Ника и Андрей сблизятся, тем лучше для всех. Нельзя терять ни минуты.

Да уж, опять он брал на себя слишком много. Обойти Валерия Каверина - кому такое вообще по силам?

Но терять нечего.

Ника назначила встречу под мостом, чтобы никто из одноклассников не увидел её с Максом. Сначала она, конечно же, попросила его чуть ли ни во двор школы на мотоцикле въехать, но Велл настоял: нельзя, чтобы в городе её увидели с маймаксонским. Если она, конечно, не хочет себе репутацию Данила.

«Поняла», - ответила Волкова.

Она с восторгом смотрела на мотоцикл. Сегодня девчонка оделась более мрачно: чёрная водолазка, заправленная в джинсы с широким ремнём, чёрный лёгкий плащ с подвёрнутыми рукавами и ботинки на тракторной подошве. Глаза она подвела сильнее, чем в прошлый раз и, кажется, взяла тональный крем посветлее. Волосы Волкова уложила на косой пробор, в уши вставила висячие серьги, а на шею повесила широкую металлическую цепь.

- Круто выглядишь, - отметил Макс.

- Спасибо, ты тоже ничего, - слегка улыбнулась Ника и протянула руку. - Можно мне пепси?

- Держи, - Макс передал ей бутылку.

- Мы поедем на мотоцикле? - спросила Волкова, отпив. Макс кивнул. Ника засияла. - Здорово! А я не свалюсь?

- Смотря как держаться будешь, - Макс ухмыльнулся. - Но если свалишься, не переживай. Я за тобой вернусь.

- Ты хотел сказать - за трупом моим? - Ника в хитрой усмешке сжала губы.

- Надень, - он протянул ей шлем, - и никаких тебе трупов.

Волкова примерила шлем. Макс уже не раз возил Реджи, но всё равно не смог удержаться от улыбки, мысленно сравнив Нику в шлеме с головастиком.

- В нём неудобно дышать, - пожаловалась Волкова, снимая. - Я лучше без него поеду. Буду держаться крепко, обещаю.

«Надень шлем!»

«Ещё чего! Шлемы для детей, Лен, а я уже не ребёнок!»

Чёрт! Почему это вспомнилось сейчас?!

- Надень, - проговорил Велл жёстче. -Подышишь так, ничего страшного, это лучшее, чем соскребать мозги с асфальта.

- Эх, ладно! - Ника вздохнула и нацепила шлем назад.

Макс любил гнать на максимальной скорости, но тут пришлось сдержаться, чтобы ребёнка не напугать. Они приехали сразу в Центральную Маймаксу: ночью прошёл дождь, и топать по грязи Верхней не слишком хотелось.

- Ты просто так хотела встретиться, или тебя что-то интересует? - спросил Макс, выдыхая сигаретный дым. Они стояли на балконе его квартиры.

- На самом деле, и то, и то. Вопросов у меня и правда накопилось достаточно, но я бы и без них позвала тебя. - Ника ненадолго замолчала и посмотрела вдаль, туда, где заканчивалась Центральная Маймакса и начиналась Нижняя. - Знал бы ты, как мне странно быть здесь второй раз.

- Да уж, с вашим Правым Маймаксе не сравниться, - Велл отпил чай. Вторая кружка была у Ники.

- Я как будто свернула не туда. Возможно, я несу глупости, но ты бы знал, что говорят о Маймаксе в городе. А теперь я пью чаёк в гостях у маймаксонского, - Волкова пожала плечами и поднесла кружку ко рту.

Свернула она и впрямь не туда, только вот не по своей вине. Макс знал, как никто: если тебя приметил Валерий Каверин, пути назад нет.

- Ничего, скоро привыкнешь, - Велл свесил голову с балкона. - Так что за вопросы?

Ника рассказала о ссоре с охранником, Алексе и Маймаксонской ОПГ.

- Да уж, этот Алекс был суровым типом, - вздохнул Макс и затянулся.

- Ты знаешь о нём что-то ещё? Андрей сказал, что в Нижней Маймаксе полно его прежних сообщников, а ты, насколько я помню, с кем-то из Нижней знаком.

Безобидный вопрос. Да. Но с ним Макс нашёл ответ на свой.

Наверное, не очень хорошо так делать. Андрей ведь ей не сказал. Но тут, в Маймаксе, многие об этом знали или хотя бы слышали. Всё равно всплывёт. Да и Данилу он ничего не обещал.

Пусть Лазарев бесится, он и так постоянно это делает. Это всё ради него тоже.

- Да, небольшой эксклюзив, - Макс понизил голос, - но на балконе я это обсуждать не буду. Пойдём на кухню.

- Ты же не докурил. Я подожду.

- Мы что, у торгового центра со злыми охранниками? - Макс ухмыльнулся, открыл балконную дверь, зашёл внутрь и сделал пафосную затяжку. Ника улыбнулась в ответ.

- Но форточку закрывать не будем, ок?

Они уселись за стол. Макс заварил ей и себе новый чай.

- Ты знаешь, почему Данил не очень доверяет мне? - спросил Велл.

- Он постоянно тусит у вас, а ты дружишь с Андреем. Мало ли что расскажешь.

Звучало логично. Велл и сам не исключал и этот момент.

- Не только. Ты ведь помнишь, кто я на самом деле?

- Забудешь тут, - Ника закатила глаза.

- Если читала в Википедии про мою сестру, должна знать, что мои родители переехали в Москву из твоего города. Вернее не так... они бежали. - Ника вытаращила глаза. - Бежали от Маймаксонской ОПГ, если быть точнее. - Ника вытаращила глаза ещё шире. - Тот взорванный торговый центр, с которого пошли слухи о проклятой Маймаксе, когда-то принадлежал моим родителям. Они открыли его в районе, который крышевала Маймаксонская ОПГ, но решили, будто слишком крутые, чтобы платить дань. Ну и получили рейд с перепиской всех документов на Алекса под дулом пистолета. В итоге торговый центр стал его базой, пока её не взорвали. Там были все самые крутые ребята, и все погибли. Лина Лазарева в том числе.

Ника приставала кулак ко рту и сделала задумчивое лицо.

- Если торговый центр принадлежал Алексу, значит, он должен был перейти Данилу, так?

Максу нравилась её сообразительность.

- И перешёл. Но Данил в шесть лет не мог ничем управлять, так что до его восемнадцати это дело передали Валерию Каверину, а он уже отстроил его заново по страховке и развил так, что теперь у вас нет ни одного человека, кто бы там не бывал.

- Так, стоп, стоп, - Волкова подняла указательный палец, - дай-ка вспомнить. - Она нахмурилась и отвернулась. - Ребята брали мне халявные джинсы и хавчик и говорили, что Нью Джи их... Так вот что они имели в виду! - Ника вновь обернулась на Макса. - Я-то думала, это потому, что Каверин - мэр! - Велл кивнул. - Так что же это получается, Алекс оттяпал бизнес у твоих родителей, сделал его своей базой, потом там же взорвался, а Каверин взял да, пользуясь Данилом, открыл новый ТЦ и назвал его New Generation?

- Ну, если коротко, то да, - Макс сделал последнюю затяжку и потушил сигарету в пепельнице.

- А разве ему можно? Он же мэр. Я в этом плохо понимаю, но...

- Он всё на Наташу Каверину переписал, у неё ведь те же права на Данила. Но это формальности, Валерий по-прежнему всем там управляет, а Наташе хватает своей клиники. По крайней мере, так Андрей рассказывал, - в последний момент успел добавить Макс. Иначе откуда бы ему это знать, верно?

- Представляю официальный доход Наташи, - Ника закатила глаза.

Ха, а ведь, если подумать, даже больше, чем у Валерия. Надо как-нибудь уколоть его этим, когда в хорошем настроении будет.

Макс уже запутался, на чьи деньги в итоге живёт.

- То есть, ты узнала, что наш главный распиздяй и задира - законный владелец бизнеса, который офигенные бабки приносит, и всё, что тебя волнует - доход жены Каверина? Ника, а ты потом не понимаешь, что с тобой не так, - Макс развёл руками.

- Ха, да это я просто задумалась. Ты вообще брат Лены Дмитриевой, так что молчи, - она усмехнулась. - Меня это удивляет, конечно, но, с другой стороны, теперь ясно, почему он хрен на школу забил и почему Валерию это нормально.

- Ну, не то чтобы ему нормально... но это уже не моё дело, и я не особо спрашивал. Теперь ты понимаешь? За Данилом всё детство его собственные родственники охотились. Хотели, чтобы права на бизнес перешли им, а не какому-то ребёнку.

- Как же так? Ладно принимать не хотели, но отбирать единственное, что у него осталось...

- Он сын бандита. От Лины вся семья отвернулась, когда она связалась с Алексом. Данила они, подозреваю, даже не видели ни разу. Но тут он внезапно остаётся один и с бизнесом в наследство. Кто ж откажется от таких бабок на халяву? Данил - не проблема, его можно отослать куда-нибудь, есть ведь, на что. - Именно так поступали родители Макса: при первой же возможности отправляли его далеко и надолго. Ждали, что его научат уму-разуму, но куда там. - Каверин отбивался как мог. Получилось, Данила давно не трогают, и, вроде как можно расслабиться, но тут появляюсь я, человек, у родителей которого этот самый Нью Джи и оттяпали. Конечно, я официально без вести пропавший, все доказательства есть, но Данил всё равно не слишком во мне уверен, и я его не виню, - Макс отпил чай.

Ника вздохнула.

- Наверное, это неправильно, но я всё равно ему завидую. Может ничего не делать, всё равно безбедное существование обеспечено. Знаю, что это тупо...

- Почему тупо?

- Не ценой потери родителей же.

- Ну не знаю, не знаю. - Когда-то и Макс боготворил родителей. Так учили. Семья - это святое, нельзя её не любить. Даже когда они отвернулись от него, он втайне ещё на что-то надеялся. Всё изменила Маймакса. Здесь ты имел право не любить что угодно и кого угодно, и родителей не сделали исключением, тем более что у мало какого маймаксонского от них остались приятные воспоминания. - Вот ты много времени с родителями проводишь?

Ника вздохнула, и по этому вздоху Макс всё понял. Ну, по правде, он понял почти сразу, а теперь лишь убедился. Девочка, которой уделяют внимание, вряд ли станет искать поддержки у какого-то беглеца из Центральной Маймаксы.

- Но я бы всё равно не согласилась на их смерть, чтобы получить торговый центр.

- И тем не менее, это лучше, чем получить долги. Так что ничего тупого в твоих мыслях нет, не переживай. Все хотят лёгкой жизни. Но лично я Данилу никогда не завидовал. - Макс прервался на чай. - Ему повезло только на первый взгляд.

- Почему?

- Во-первых, всё детство в этих преследованиях. Я думал, он это не понимал, а он знал, оказывается. Во-вторых, за него всё решили. Для кого-то это хорошо, но в целом лучше иметь выбор. Ну а в-третьих, я не думаю, что Каверин так легко отпустит его. Ты задумайся, зачем вообще Валерию это понадобилось? Ему не хватало трудностей в жизни?

- Его попросила мать Данила, - жёстко ответила Ника, словно предположения Макса задели её.

- Я и не отрицаю. Но одно другому не мешает. Почему человек не может и выгоду преследовать, и обещание подруге держать? - Макс пожал плечами и снова отпил чай.

- Но его жена - тоже подруга матери Данила. Думаешь, ей бы это норм было?

- Ха, - эта наивность даже умиляла. Ника старалась казаться как можно взрослее, но порой выдавала такие простые, детские мысли. Всех считала заведомо хорошими. - Наташа, пока за Каверина не вышла, работала в государственной поликлинике в Питере и жила в коммуналке, а сейчас у неё своя клиника и брендовые шмотки. Валерий, конечно, был крутым адвокатом, но всё равно не зарабатывал с этого столько, чтобы без кредитов купить огромную квартиру на самом высоком этаже и ещё жене клинику открыть. Так что Нью Джи ей очень даже выгоден. А что Лина? Она уже мертва. Да и Данилу всё равно грех жаловаться.

- Макс, - Ника сощурила глаза. - Почему ты так не веришь в людей? Я понимаю, что у тебя не лучший опыт с собственными родителями, но ты её даже не видел, а я - да. Не у всех в голове одна выгода. Люди могут и искренне совершать хорошие поступки.

Макс усмехнулся. То ли потому, что зато Валерия видел постоянно, то ли потому, что узнал в ней себя из прошлого.

Хотя был ли это он, или же тот мальчик в самом деле пропал без вести?

- Потому что мы такие. Глупо отрицать. Я не осуждаю, если что. Просто не люблю быть наивным.

- Ну вот прям все да такие! - Ника развела рукам. - Макс, адекватные люди за пределами Маймаксы пока коллективно на Луну не улетели!

- А я назвал их неадекватными? Любовь к деньгами и желание жить хорошо не соотносятся с неадекватностью в моём понимании.

- Методы тоже играют роль, - не унималась Волкова.

- И большинство выберет нечестные.

- Я отказываюсь в это верить.

- Странно слышать это от тебя. Тебе-то люди много хорошего сделали?

- Мир не ограничен моими одноклассниками. Ребята из компании мне уже не раз что-то хорошее сделали. Даже ты спас Андрея вряд ли просто ради выгоды, я права?

«Даже не представляешь, насколько», - промелькнуло в его голове.

- Мне проще никому не доверять. Не спорю, люди могут быть искренними, но ты никогда не знаешь наверняка. И потом, можно подумать, нас всех можно описать одним прилагательным. Кто угодно может поступить как мудак, даже если прежде был очень добрым к тебе. Порой мы сами не догадываемся, на что способны.

Ника вздохнула.

- Но ведь это так тяжело, никому не доверять и ждать ото всех подставы, - грустно произнесла она.

- Почему же? - Макс облокотился на стол и подпёр голову рукой. - Почему должно быть тяжело, если можно просто забить и не думать? Люди делают говно, это так, но быть готовым к такому исходу не значит всё время параноить. Это ведь не твоя проблема, что человек мудаком окажется, а его. Сделала о нём выводы и дальше пошла, а пока ничего не случилось, и париться не надо.

- Как у тебя всё просто, смирись и расслабься! - с недоверием высказала Ника. - Не так-то легко смыть в унитаз несколько лет жизни, связанных с человеком, который по итогу просто растоптал тебя!

В её голосе слышались слёзы. Интересно, это она про свою подружку, ту самую Карину? Порой Макс забывал, как далёк мир Ники от его мира. Велл бы уже через три дня забыл о подобном, а для неё это - прям трагедия. Жаль ребёнка.

- А зачем смывать годы в унитаз? Насколько я знаю, он для другого предназначен, - Макс уже собирался снова отпить чай, но передумал и достал сигареты. Ника слегка прыснула смехом. - Если человек с тобой хуёво поступил, значит, тот, с кем ты дружила, для тебя умер. Его место занял другой, - он поджёг сигарету и затянулся. - Разве после смерти друзей мы жалеем, что знали их? Мы грустим, потому что больше с ними не увидимся, но ведь так можно сказать и про предателей - для нас они уже не станут прежними.

- Умершие друзья тебе свинью не подложат. Неужели ты не в курсе, какие бывают последствия?

А разговор, вроде бы, начинался с того, что это Макс в людей не верит. Вот она, Ника, всё же выдала себя. Велл предполагал: травля заставила её бояться людей, но она ни за что не признается в этом даже самой себе.

- Уж поверь. Но ты ведь городская. Что такого ужасного тебе могут сделать? Я не говорю, конечно, про серьёзные штуки вроде тех же тусовок в Маймаксе, хотя и здесь некоторые систему нагнули, - Макс усмехнулся. - Но там, где последствия реальны, на более высоких уровнях, вроде той же политики и бизнеса, настоящих друзей и не бывает. А в обычной жизни люди больше загоняются. Боятся открыться друг другу, рассказать секреты. Думают, что если кто-то не тот узнает, то мир рухнет. А на самом деле ничего ужасного не произойдёт, потому что все в первую очередь волнуются о себе, да и тайны свои есть у каждого. Наоборот, чем больше рассказываешь друзьям, тем быстрее узнаёшь, кто из них крыса.

- Но ведь это всё равно больно.

- Жизнь и есть боль, - Макс улыбнулся уголком рта и затянулся. - Сколько ни прячься, она как-нибудь да настигнет. Остаётся лишь перестать бояться боли и просто... жить?

- Сложно будет жить после того, как тебя морально уничтожили, - не унималась Ника.

- Всё зависит от того, как ты к этому относишься. Большинство людей видит в потрясениях трагедию, но если воспринимать их как испытание, по прошествии которого ты станешь сильнее, страх быстро пропадёт.

- Или ты погибнешь, - проронила Ника.

- Умные не погибают. Научись понимать людей, предсказывать их действия, рассматривать несколько вариантов и прятать козыри в рукавах, и обойдёшь всех.

Макс ещё долго говорил с ней. Ника спрашивала про Нижнюю Маймаксу, даже просила сводить её туда, но Велл решительно отказался. Слишком много там отбитых, не хотелось постоянно охранять девчонку, да и тошнило уже от этой Нижней. И почему Волкову так тянет ко всему плохому?

Она спрашивала и про Андрея. Боялась, что много навязывается, пусть Каверин всегда и отвечает охотно. Нашла, чего бояться! Каверин не стал бы уделять ей своё такое короткое свободное время, не будь ему интересно.

Эх, а ведь если всё получится, придётся куда реже видеться с Андреем. Чёрт... Ну и пусть. Им всё равно не по пути. Андрей поступит в престижный университет и уедет в Москву, а то и за границу, а что ждёт маймаксонского?

- Слушай, Макс, - спросила Ника, когда они вновь стояли на балконе и смотрели на закат, - а что ты планируешь делать потом? Ты ведь не сможешь всю жизнь сидеть в Маймаксе без паспорта.

Почему этот вопрос интересовал Нику больше, чем самого Макса? Его мысли о будущем ограничивались планами по вычислению жертв Маймаксонского дьявола, он даже не представлял себя в двадцать лет, тридцать, сорок, понятия не имел, чем будет заниматься, где жить и на что. Наверное, потому что не знал, доживёт ли вообще до этого возраста. Валерий как-то сказал, что найдёт ему занятие, когда в Маймаксонском дьяволе не останется смысла, но всю жизнь быть игрушкой Каверина? Не слишком радужная перспектива.

- Пока не знаю. Не заглядывал так далеко.

- Далеко? - Ника в недоумении подняла бровь. - Тебе же через два года восемнадцать. Твои родители уже никак не удержат тебя. Деньги есть. Считай, стоит лишь документы восстановить, и ты свободен.

Свободен? Ха. В ответ Макс смог только загадочно улыбнуться.

Будет ли он когда-нибудь свободен?