Глава 8. Иллюзия, сон и явь - часть 1
три года тому назад
Огромный стеклянно-бетонный куб института по исследованию нарушений сна возвышался посреди не менее огромного светло-зелёного парка уверенным сильным великаном. Со всех сторон его окружали жёлтые кирпичные дорожки и асфальтовые подъездные пути. Они сплетались в один многокилометровый лабиринт, приводящий в итоге к одному и тому же серо-коричневому зданию. Сотни людей исследовали в нём то, чего до конца исследовать и понять нельзя. Всё равно, что пытаться выпить океан или объять необъятное.
Мужчина в дорогом костюме резким щелчком отбросил в сторону сигарету и распахнул заднюю дверцу чёрной иномарки.
- Пора, - отрывисто бросил он.
Двенадцатилетняя девочка в невзрачном сером платье опустила голову ещё ниже. Она напоминала понурую мышку, упорно не желавшую покидать свою норку.
- Яна, - ещё настойчивее повторил мужчина. - Пора. Не заставляй тащить тебя силком.
И девочка подчинилась. Потому что знала: отец не преувеличивает. И действительно применит силу, если понадобится.
Города сменялись один другим. У Яны не было возможности оценить их достопримечательности и прочие красоты. Здания, похожие, как близнецы или клоны, мигающие мониторы с кучей кнопок и рычагов, паутины проводов и бездушные доктора, для которых девочка была лишь частью эксперимента. Одного большого, нескончаемого эксперимента, за каждый этап которого отец перечислял баснословную сумму денег на счёт того или иного института. Не лучше ли отвезти дочку к морю? Яна видела море лишь в своих снах.
- Что скажете?
Лысый мужичок в белом халате поправил очки.
- Ваша дочь абсолютно здорова. Она спит и видит прекрасные сны.
Мужчина недовольно нахмурился. Очевидно, не на такой ответ он рассчитывал.
- То есть, доктор, вы считаете нормальным, что она говорит во сне? А иногда и ходит!
- Повторяю: у девочки нет никаких отклонений - ни физических, ни психических. Подарите Яне немного отдыха и покоя. Возможно, это как раз то, что ей так необходимо.
Мужчина продолжал упрямо сдвигать брови. Совет доктора он явно счёл, по меньшей мере, непрофессиональным.
- Она говорила?
- Простите?
- Во сне! Она что-то говорила?
Доктор пристально поглядел на отца своей пациентки.
- Белизар... Останься со мной!
настоящее время
- Внимание, заканчивается посадка на рейсовый автобус номер двенадцать, - Грузная женщина-водитель лет сорока пяти окинула пытливым взглядом салон транспорта, где томилось и изнывало от духоты десятка два пассажиров. - Все на месте?
В ответ донеслись звуки ёрзанья на сиденьях и нетерпеливое:
- Да на месте, на месте... Куда нам деться-то?
- Поехали уже!
- Точно-точно...
- Раньше уедем - раньше приедем!
- Подождите! Пожалуйста, - «белой вороной» вклинился в общий поток детский голос. Принадлежал он девочке лет тринадцати. Она замерла у ещё не закрытых дверей, почти на ступеньках, и отчаянно вглядывалась вдаль, вытянув шею и вцепившись дрожащими от волнения пальчиками в поручень. - Моего брата пока нет.
Что тут началось... Казалось бы, безобидные, слова ребёнка вызвали целую бурю негодования у раздражённых взрослых. По идее, хрупкую фигурку должно было вынести ею из автобуса прочь. Обозлённые люди в замкнутом пространстве с минимумом кислорода - страшнее любого стихийного бедствия.
- Ну вот, опять...
- Ещё чего не хватало!
- Семеро одного не ждут!
- Да правда что, поехали уже!
- Почему вообще дети катаются на автобусах без родителей?
- Пусть слезает и ждёт своего братца, сколько хочет!
- Прошу, ещё чуть-чуть, - только и сумела пикнуть девочка, но её, похоже, никто не слышал. Большие голубые глаза умоляюще поглядели на водителя, равнодушно наблюдающую за происходящим. - Пожалуйста, дяденька... ой, извините, тётенька... Он вот-вот прибежит! У нас нет денег на другие билеты...
- Две с половиной минуты, - отрезала женщина и сложила руки на руле. - Иначе они сожрут меня вместе с кедами, сама видишь.
И только один-единственный пожилой человек неожиданно заступился.
- Многоуважаемые, взрослые, зацикленные на своих проблемах господа, - миролюбиво и спокойно, даже немного жалостливо, будто обращаясь к буйным детишкам из яслей, заговорил он. - Ну что же вы так на ребёнка-то накинулись? Неужели своих детишек ни у кого нету? Девочка просто ждёт брата. Будьте снисходительнее. Он скоро придёт. Минута-две - не дольше, - Мужчина добродушно подмигнул окончательно повесившей нос виновнице скандала. - Не дольше ведь, деточка?
- Не дольше, не дольше! - мигом воспрянула духом та. - Он за водой в магазин через дорогу побежал, - Девочка снова опустила голову. - Это я его попросила, моя во всём вина...
На слегка подрагивающее плечо мягко опустилась рука.
- Ну не переживай ты так. Всё будет хорошо.
- С-спасибо.
- Слышь, дед, - снова забубнил кто-то из особо недовольных. - Ты, мать её, Тереза, что ли? Тогда слазьте вместе и разводите сопли, сколько душе угодно, а мы поедем!
- Эй, это же дядя Гриша, не грубите ему! - возмутился другой голос.
- Да хоть тётя Глаша с дедом Антонием на прицепе! Если мы сейчас же, сию секунду, не двинемся с места, я за себя не ручаюсь...
- Проблемы с нервами - лечитесь!
- И рад бы, да к психотерапевту опаздываю! Автобус-то вон, стоит...
Обстановка в салоне накалялась. Голоса становились громче, а люди - злее. Трудно сказать, чем бы в итоге закончилось дело, может, и до рукоприкладства дошло бы, но тут в автобус вихрем ворвался взмыленный и раскрасневшийся парень в спортивном костюме. Кепка - набекрень, а из-за пазухи торчало горлышко пластиковой бутылки с водой. Ещё одну он держал в руках.
- Снеговик, - облегчённо выдохнула девочка. - Ну слава Богу, успел...
В салоне воцарилась тишина. Двадцать с лишним пар глаз воззрились на новоприбывшего, как на Иисуса, сошедшего обратно на землю. Андрей (а это, конечно же, был он) даже смутился от такого пристального внимания к своей скромной персоне.
Потом грянуло.
- Вернулся!
- Наконец-то!
- Дождались!
- Свершилось!
- Эй, водила, заводи свою колымагу, не считай ворон!
Двери позади так ничего и не понявшего Андрея с шипением закрылись. Автобус покинул пригородную остановку и запрыгал по ухабам неровной дороги. Едва не навернувшись носом вниз, светловолосый маг кое-как протиснулся следом за сестрой к их местам.
Злопамятные пассажиры ещё минут пять отпускали едкие реплики.
- Давай-давай, парень...
- Воду не расплескай!
- Слышь, много не пей... До ближайшей остановки с кустами часа три езды, не меньше!
- Спасибо за полезную информацию, буду в курсе, - не остался в долгу Андрей, а затем, усевшись и положив бутылки с водой на колени, тихо спросил у сестры: - Пока меня не было, тут произошло что-то такое, о чём мне следует знать?
- Некоторые люди сильно нервничали.
- Насколько сильно?
- Поверь, парень, тебе этого лучше не знать, - бесцеремонно вклинился в разговор голос с соседнего сиденья.
- М-да... Массовый психоз - дело жуткое. Я читал про него. Где-то.
- Поговори тут ещё, сопляк!
- И вам тоже приятной поездки, - решил не накалять ситуацию Андрей. - Откиньте спинку кресла и расслабьтесь. Скоро начнут подавать лёгкий перекус и коньяк.
- Язва.
- Не-е, с желудком у меня всё отлично, спасибо.
Зарождающийся по-новой скандал затух на корню. В конце концов, продолжать ругаться, когда на грубость отвечают дружелюбной шуткой, мало кому интересно. Да и смысла абсолютно никакого. Пассажиры занялись кто чем, ибо путь предстоял неблизкий. Кто-то достал книгу, кто-то нацепил наушники с музыкой, а кто-то просто захрапел, благо автобус, наконец-то, выехал на ровную без колдобин дорогу, и салон перестало нещадно трясти.
К Андрею и Тане подсел тот самый пожилой человек, не постеснявшийся выступить один против пары десятков недовольных, раздражённых задержкой людей.
- Ну как вы, детки, устроились? - осведомился он.
- Да, всё хорошо, - улыбнулась Таня.
- Спасибо, что вступились за сестрёнку, - искренне поблагодарил Андрей.
- Не за что, - добродушно рассмеялся престарелый собеседник. - У меня внучка есть такого же возраста. Твоя сестричка на неё похожа. Как вас зовут, ребятки?
- Я - Таня, а это - мой брат Снего... ой, то есть, Андрей. А вы...
- Можно по-простому - дядя Гриша.
Таня припомнила, что кто-то из находящихся тут людей уже называл это имя и даже велел не грубить, поэтому сделала вывод:
- Вас ведь здесь знают, да?
- Здесь многие друг друга знают, - ответил дядя Гриша и задумчиво посмотрел в окно. Ничего, кроме деревьев, кустов да бескрайнего голубого неба, там не было. - Контингент у нас, в основном, один и тот же. Ездят из нашего пригорода в большой город, из города - обратно. Редко новые лица встречаются. Вот вы, к примеру. Я вас раньше не видел. Откуда вы и как в наших краях оказались?
У Андрея не имелось особого желания изливать душу первому встречному, хотя он, конечно же, был благодарен тому за сестру. Таня, как и полагалось близкому человеку, без труда уловила настроение старшего брата и взяла инициативу на себя, потому что было бы невежливо просто смолчать.
- Наш дом... настоящий дом... далеко. Очень далеко, - печально зазвучал её голос. - А здесь мы просто гостили у родственников, которых нашли совершенно случайно...
Андрей прислонился лбом к стеклу и прикрыл глаза. Был ли сон сейчас спасением? От гнетущих мыслей. От тоскливого, грызущего душу, чувства потери. И бесконечного сожаления о том, что всё могло быть иначе, подготовься он чуть лучше, действуя чуть быстрее... Возможно, тогда она была бы в порядке. Странная девочка с необычным воображением и золотым сердцем, жившая в своих иллюзиях и снах, а не в реальной жизни. Теперь она спит вечным сном. Может, как раз это и было её мечтой. Кто знает...
две недели тому назад
- Ну вот, а он ему кэ-э-эк даст по хребтине! И ногой... с разворота... прям по фэйсу... Зубы просто в разные стороны! Ши-и-ик... Да? Андрон, ты слышь, а?
Тишина.
- Дрон!
Светловолосый маг поморщился. Непривычная и фамильярная кличка резанула слух на манер бритвы. Макс никогда его так не называл.
- Рядовой, база вызывает! Приём! - продолжал надрываться рядом навязчивый попутчик. Временный одноклассник Гошка Сыроедов, любитель фильмов с обилием драк и отсутствием здравого смысла и логики.
А Андрей ведь просто хотел спокойно дойти до школы... Теперь не отвертеться.
- Ну чего тебе? - нехотя отозвался он.
- Ты слыхал, о чём я?
- Да, да... Выбитые зубы, поломанные пальцы, оторванные конечности... В общем, полный «букет». Очень интересно и познавательно.
- Ага! - не уловив подколки, бешено закивал головой не блиставший умом Гошка и продолжил тараторить дальше. В основном, одно и то же.
Андрей пытался абстрагироваться от надоедливого голоса. Настроение у него, в целом, было хорошее. Пока что он успешно сдерживал слово, данное Максу, и на прошлой неделе одержал первую победу из двух необходимых. Противник попался просто никакой. Удивительно, как обкуренный парень вообще смог пройти вступительное испытание. И, к счастью, на этот раз не пришлось никуда ехать. Поединок прошёл километрах в пяти от дома родичей, тихо-мирно, на свежем воздухе около лесочка. Без отрыва от производства, так сказать. Теперь оставалось дождаться второго боя (который ожидался уже на днях, если верить словам Мамору, недавно посетившего Андрея). Плюс досдать оставшиеся предметы в школе. Об ускоренном порядке сдачи договорились родственники, объяснив такую спешку тяжёлыми семейными обстоятельствами. И-и... всё! Можно будет с чистой совестью возвращаться к Максу. Андрей чертовски соскучился по лучшему другу, будто лет сто его не видел. Вчера он пытался дозвониться до него, но абонент неожиданно оказался недоступен. Андрей не волновался. Пока... Но противное липкое предчувствие чего-то нехорошего уже начало вить своё гнездо в его душе. Тем более, мобильник Тими тоже молчал. Таня посоветовала брату не зацикливаться на плохих мыслях и сосредоточиться на собственных целях - предстоящем бою и экзаменах в школе. Что Андрей и делал. Ведь чем скорее он закончит, тем скорее приедет на Виноградную улицу и надерёт кое-кому уши за игру в молчанку.
Здание школы приближалось. В этом тихом и сонном городке у Андрея не было особых друзей. И он не стремился их завести, сводя своё общение со сверстниками к необходимому минимуму, требуемому элементарными нормами приличия. Правда, некоторые вроде Гошки не хотели этого понимать. В принципе, он был неплохим парнем. Туповатым, с плоским чувством юмора. И, конечно же, не имеющим никакого отношения к миру Магических Воинов. А значит, априори не мог быть тем, кому Андрей вот так запросто, без утайки, рассказал бы о накипевшем на душе.
Так или иначе, в этой школе (а она была совсем маленькой) Андрей видел и помнил почти каждое лицо. И, конечно, неоднократно обращал внимание на одну девочку, на год младше его самого, которая всегда держалась в стороне от своих одноклассников, но при этом совершенно не выглядела несчастной. Или одинокой. Скорее даже, наоборот. Пару раз Андрей замечал её сидящей под деревом с альбомом для рисования на коленях. Однажды он почти подошёл к ней. Но в итоге так и не решился довести дело до конца и заговорить. То, что она его заинтересовала с первой же минуты, не подвергалось сомнениям. Иногда Андрею вообще начинало казаться, что загадочная девочка на самом деле призрак, и её никто, кроме него, не видит.
Предположение не подтвердилось. К лучшему... или нет. Потому что в некоторых ситуациях за благо и впрямь оставаться призраком.
Девочку травили. Ежедневно и беспощадно. Собственные одноклассники. Ребята из параллельных классов. Те, кто младше, и кто старше. В общем - все, кому не лень. За то, что не похожа на других. Не хохочет вместе со всеми, не строит глазки мальчикам. Держится особняком. Отмалчивается. Себе на уме. Её даже прозвали сумасшедшей, ибо окружающие не раз замечали, как она разговаривает с кем-то, будучи совершенно одна. С кем-то... невидимым. У Андрея имелись свои мысли на этот счёт. Он на девяносто пять процентов был уверен, что девочка - из его мира. Вряд ли, Магический Воин. Может, медиум, как Анна. Или ещё кто... Вот только пока он пытался найти к ней подход, ситуация ухудшалась, причём с каждым днём.
- Глянь-ка, опять нашей чудиле юбку задирают, - ухмыльнулся Гошка. На прыщавой физиономии появилась гаденькая улыбочка.
Проследив за взглядом одноклассника, Андрей почувствовал, как его с головой накрывает приступ неконтролируемой ярости. Он знал, что странной девочке говорили много злых и неприятных слов, смеялись над ней, обзывали... Но, кажется, до сей поры никто не осмеливался распускать руки, да ещё и вот так, в открытую, посреди школьного двора. Хотя, Гошкино «опять» явно не подразумевало ничего хорошего.
- Мы что, будем просто стоять и на это смотреть?! - возмутился Андрей.
Главную чудачку школы окружили мальчишки. Пять-шесть, не меньше. И уж точно не для того, чтоб попросить автограф.
- А нам-то какое дело? Ну хочешь, вруби Джеки Чана и надавай им по щам, а я понаблюдаю в сторонке, - заявил Гошка таким тоном, что Андрею нестерпимо захотелось врезать по его пофигистичной физиономии, а потом - и всем остальным.
- Да пошёл ты, - буркнул он и решительно шагнул вперёд. Перед глазами всплыла сцена спасения Ричи от хулиганов. Видимо, защищать маленьких котиков и странных девочек - у него в крови.
- Эй, вы, отошли от неё, - рявкнул Андрей. - Чего пристали?!
Гошка в предвкушении навёл телефон с включённой камерой. На лице так и было написано: «Ну щас начнётся...»
Пацаны вытаращились на внезапного защитника удивлёнными глазищами. Как на вымирающий вид тигра, к примеру.
- А ты кто такой?
- Чё надо-то?
- Да это же приблудыш из сто пятого дома. Папаня и маманя ласты склеили, вот он с сестрицей у родичей на шее и сидит.
- А сестрица-то симпатичная?
- Ничё так. В эту же школу ходит, кстати...
Зрение Андрея заволок красный туман. «Приблудыш», значит? Вот как о нём говорят... Да ещё и смеют в адрес Танюшки угрожать. В этот момент ему захотелось послать куда подальше и кодекс Магических Винов, и гуманизм, а вместе с ними - и все моральные и этические нормы поведения. Но потом он подумал, а как бы поступил в данной ситуации Макс? Наверняка, изыскал бы способ мирно разрешить конфликт. И не придал бы значения мерзким словам, потому что это всего лишь слова. Ну рассекретит себя Андрей, выдаст свои способности - а дальше что? Недоумки явно того не стоят. А на Танюшку пусть косо взглянуть посмеют... Вот тогда разговор уже будет другой.
- Исчезли, - Голосом Андрея впору было замораживать сталь. - Раз вы настолько осведомлены обо мне, то, наверняка, и знаете, что моя тётя занимает должность в городской администрации. Капну ей - вылетите из школы колбасками, под конец-то учебного года. Предки, поди ж, по головкам за такое не погладят, верно? Вон, у рыжего с краю отец, кажется, из горячей точки недавно вернулся. Чуть что - сразу за ремень хватается. А у лохматого мама кто? Правильно, инспектор по делам несовершеннолетних...
Хулиганьё переменилось в лицах и мигом растеряло всю уверенность. В голосах задрожали испуганные нотки.
- Откуда ты...
- Правильно, бойтесь меня, несчастные, - усмехнулся Андрей. - Ведь я ужас, летящий на крыльях ночи! Воплощение ваших ночных кошмаров. Моё всевидящее око следит за вами, днём и ночью. И я всё... - Снежный маг страшно округлил глаза и сделал шаг. Потом ещё. И ещё. А местная шпана, наоборот, попятилась назад, - всё... абсолютно ВСЁ про вас знаю! Бу-у-у!!
Мгновение - и всю бравую компанию словно ветром сдуло. Сзади разочарованно прицокнул языком Гошка, рассчитывавший, как минимум, на банальный махач. Андрей даже не глянул на него. Вместо этого он улыбнулся девочке.
- Ну ты как? Порядок?
На него уставились большие тёмно-синие глаза. Длинные ресницы дрогнули. Андрей не ждал, что она рухнет перед ним на колени и рассыплется в благодарностях. Но, признаться, на элементарное «спасибо» рассчитывал. Однако спасённая особа просто развернулась и, не проронив ни слова, убежала, крепко прижимая к груди свою сумку.
- А-а... - только и выдал обескураженный такой реакцией Андрей.
- Не получилось выпендриться, да? - ехидно подковырнул Гошка. - Это ж чудила, перед ней - бесполезно!
- И что, она теперь - не человек? - нахмурился Андрей.
Гошка пожал плечами.
- Человек. Наверное... Многие вот думают, что она - гуманоид с другой планеты. И под причёской своей антенки прячет.
- Это почему так?
- Ну посуди сам, - Гошка с важным видом принялся загибать пальцы. - Ни с кем не говорит. Людей вокруг себя не видит. Ходит, будто кувалдой пришибленная. Даже преподы не всегда до неё докричаться могут. Её б давно в дурку сдали... да папаша вроде крутой. Бизнесмен какой-то. Вот дочурку свою к нам и засунул. Но самое стрёмное, - Одноклассник жестом велел Андрею приблизиться и понизил голос до страшного шёпота. - Она разговаривает сама с собой! Когда рядом никого нет...
- Да, я слышал что-то подобное, - терпеливо кивнул Андрей.
- И?
- Что «и»?
- Не боишься?
- А должен?
- В столовой же она может вилкой в глаз ткнуть, если ей вдруг что-то там померещится! Жу-у-уть...
- Бред, - отмахнулся Андрей. - Ты сам себя-то слышишь? Нормальная она девчонка! Просто затюкали её. Вот она и ушла в себя.
«Иной раз лучше беседовать с самим собой, чем с такими вот придурками», - мысленно добавил он.
Прозвенел звонок, и Андрей заторопился на урок. Особой дисциплинированностью он никогда не отличался, но сегодня ему позарез нужно было как следует написать контрольную, к которой готовился всю ночь. Получить доступ к экзаменам. «Отстреляться». И свалить, наконец, из этой дыры. Нет, сам городок (вернее, посёлок городского типа) Андрею нравился. А вот его обитатели - не очень.
Контрольная оказалась на удивление простой. Либо же Андрей заранее подготовил себя к худшему. Расправившись с ней, он поспешил на другое занятие, и так далее... И тому подобное. В итоге, даже не заметил, как пролетел ещё один учебный день. И совсем думать забыл про странную девочку с большими тёмно-синими глазами. А вот она про него - нет. И ждала своего спасителя внизу, после всех занятий, у входных дверей. Андрей сначала едва не проскочил мимо, но потом всё-таки обратил внимание на знакомую, как всегда одинокую фигурку, и притормозил.
- Ну привет ещё раз, синеглазая, - выпалил он, не особо рассчитывая на ответ. - Ты извини, я спешу и...
Девочка без лишних предисловий схватила недавнего заступника за руку и потащила за собой.
- Что... Куда? Зачем? - только и успел крякнуть опешивший от такой активности Андрей.
Так и не вымолвив ни слова, чудачка распахнула перед ним двери школы, вывела наружу - туда, где всегда был школьный двор - и...
- Что за... - вырвалось у Андрея. - Что это?!
***
Он попал в сказку. В прямом смысле этого слова, без каких бы то ни было преувеличений. Вот только что-то Андрей не помнил ни порталов, ни переходов... Вообще, ничего необычного. Просто вышел из школы и вместо унылой серой площадки увидел... это!
Море зелени и цветов. Бесконечные стены из кустов с прекрасными розами. Между ними пролегала аккуратная дорожка, выложенная жёлтым кирпичом (и что бы это, интересно, могло напоминать?). По пушистому травяному ковру резво прыгали лопоухие кролики с разноцветными бантами на шеях и свободно гуляли, гордо распустив хвосты, короли среди птиц - павлины. А прямо к Андрею торжественно прошествовал и ткнулся бархатным носом в ладонь молодой красавец-олень.
- Ого, - только и выдохнул снежный маг. Ладонь скользнула по голове животного. Тёплой и мохнатой. - Привет, Бэмби... У нас тут что, открытый урок природоведения, и ты приехал в гости, по обмену опытом?
Это действительно была сказка. Волшебная, прекрасная, чарующая... Окончательно Андрей убедился, разглядев вдали, на фоне голубого неба, очертания остроконечных башен замка с развевающимися флагами. Может, он уснул на уроке? Андрей на всякий случай ущипнул себя и сам же ойкнул. Было больно. А сказка так никуда и не исчезла.
- Ты... видишь это? - робко, даже как-то испуганно, прозвучал голос сзади.
Андрей вздрогнул, только теперь вспомнив, что не один. Обернулся. И едва не утонул в синеве больших глаз. Они глядели с такой отчаянной мольбой, что у снежного мага аж сердце ёкнуло. Словно от данного вопроса и ответа на него зависела жизнь.
- Ответь мне. Пожалуйста, - уже куда настойчивее повторила девочка. На ресницах подрагивали кристаллики слёз. - Ты... видишь... всё это?
Андрей против воли улыбнулся.
- Конечно. Такую красотень трудно не увидеть. Надо быть слепым от рождения и...
Девочка несколько раз моргнула. А потом вдруг подалась к Андрею и чмокнула его в щёку.
- Спасибо, - прошептала она на ухо.
Лицо парня по цвету сравнялось с варёным раком. Не каждый день его, пусть и просто в щёку, целовала симпатичная девчонка.
- Да ладно тебе... ну чего ты... - забормотал он. Все его красноречие и остроумие словно ветром сдуло. И унесло в далёкие края. Хотя, казалось бы, куда уж дальше. На данный момент Андрей понятия не имел, где сам-то находится.
Девочка отстранилась и вполне уверенно, без тени былых робости и смущения, протянула руку.
- Яна, - представилась она.
- А...Андрей. Кх-м, - Парень легонько, будто та была фарфоровой, пожал ладонь новой знакомой. И задал, наконец-таки, главный вопрос. - Слушай, а где мы?
- В моём воображении.
Ах, вот оно что... В воображении!
«Ну теперь-то мне всё-о-о понятно», - мысленно хохотнул Андрей.
- Круто.
Яна печально покачала головой.
- На самом деле, не очень. Потому что никто, кроме меня, всего этого не видит. Ты - первый. И, боюсь, единственный.
- Никогда ещё и ни для кого первым и единственным не был, это приятно. Значит, отныне будем сходить с ума вдвоём, - неудачно пошутил Андрей и тут же спохватился: - Ох, прости... Я не то имел ввиду.
- Ничего, - успокоила его Яна. - Я уже давно не обижаюсь на высказывания про сумасшествие. Наоборот, привыкла к ним. Гораздо хуже, когда про тебя вообще ничего не говорят. Это означает, что человека нет. Просто, нет, - Голова склонилась чуть набок. В синих глазах сверкнули озорные искорки. - К тому же, сходить с ума вдвоём - интереснее, верно?
- Спорить не буду, - усмехнулся Андрей.
Парочка не спеша зашагала по жёлтой дорожке. На левом плече Андрея по-хозяйски расположился большой разноцветный попугай. Голову Яны, вокруг лба и до затылка, на манер цветочного венка украшали пёстрые бабочки.
- Скажи, а в реальном мире мы... - заговорил Андрей. Он вытянул руку вверх, и попугай прихватил клювом указательный палец. Слегка, но ощутимо. Неужели, и это - не по-настоящему?
- Идём по школьному двору, - продолжила Яна.
- И напоминаем счастливых психов? - глупо хохотнул Андрей.
- Вполне возможно.
- То есть, кролики и павлины - наши одноклассники, так? А пернатый чувак на моём плече... - Андрей смешно округлил глаза. - Я даже боюсь предположить...
Яна звонко рассмеялась. Возмущённый шумом попугай, громко хлопая крыльями, улетел прочь.
- Насчёт этого «чувака» можешь быть спокоен, он «свой», - доверительно сообщила хозяйка воображаемого мира.
- У-уф-ф, - с облегчением выдохнул Андрей. - А замок, вдалеке... кто там живёт?
Его спутница посерьезнела.
- Принц.
- Ага...
- Только он в замке редко бывает. Потому что он - не воображаемый.
- Та-а-ак...
- Я понимаю, ты мне не веришь, - в голосе Яны звучали нотки смирения. Принятия печального, но неотвратимого факта, который глупо с её стороны было отрицать. И бессмысленно. - Мой рассказ звучит действительно странно. Даже - дико. Для нормального человека.
- Ну почему же, - Андрей тяжело вздохнул. Яна ему нравилась. Очень нравилась. Он не считал её сумасшедшей. И она заслуживала самого что ни на есть правдивого ответа. - Хорошо, давай начистоту. Олень и попугай выглядели чертовски реалистично, но меня до сих пор не покидает ощущение, будто я участвую в некоем суперстранном эксперименте. По испытанию грёбаного шлема виртуальной реальности, к примеру, - Парень запоздало прикусил язык. - Извини, если некоторые слова показались тебе грубыми.
- Я же говорила, не извиняйся, - Яна проводила грустным взглядом пролетевших мимо бабочек. - Проблема не в плохих словах. И не в словах вообще. А в том, что мне не верят даже собственные родители. Мои... кх-м... способности стали проявляться года три тому назад. До тех пор я только видела сны. Необычные сны. Сны, на которые могла влиять. В той или иной степени. Отец уже тогда начал возить меня по врачам в разных городах. Считал, что я психически нездорова. В одной из таких поездок и случилась автомобильная авария. Врачи скрыли от меня подробности, но я случайно услышала, что один крошечный осколок, попавший в мою голову, так и не получилось удалить. Меня преследовали сильнейшие головные боли. И тошнота. Постоянно... Я всеми силами пыталась как-то уйти... отключиться от реального мира, - Рассказчица задумчиво глядела на замок вдали. - А потом явился он.
Андрей слушал, затаив дыхание. Не смея перебить. Когда Яна сделала паузу, снежный маг осторожно, словно боясь нарушить момент откровения и спугнуть собеседницу, спросил:
- Кто... он?
- Тот, кто назвал себя принцем. По имени Белизар.
Необычное слово кольнуло слух. Тут же сработал условный рефлекс, как у собаки Павлова.
«Запомни имечко, - вкрадчиво шепнул внутренний голосок. - Странное оно. Ох, странное...»
Андрей тряхнул головой.
- Он и раньше приходил, но с тех пор стал помогать мне, - не заметив его реакции, продолжала Яна. Голос стал воодушевлённым, на лице появилась улыбка. - Осваиваться с новыми способностями. Объяснил, как делать так, чтобы я не отключалась от реального мира полностью при большом скоплении людей, ведь иначе можно и в сумасшедшем доме оказаться, - Яна невесело усмехнулась. - Отец непременно проконтролировал бы этот процесс.
От последних слов у Андрея сжалось сердце.
- Суровый у тебя... э-эм... папа. Ну, а что же мама? Неужели, не заступилась бы? Не попробовала понять?
- Если бы видела меня чаще, чем раз в год - возможно, - спокойно ответила Яна. Голос даже не дрогнул. Похоже, свои «замечательные» отношения с родителями она давно научилась принимать как должное. - Но мы совершенно не знаем друг друга. Матушка - актриса. Уже несколько лет снимается за границей. Домой приезжает на Новый Год и папин день рождения.
- А на твой? - тупо спросил Андрей.
- Что «на мой»?
- На твой день рождения она приезжает?
Ответом стало молчание. Андрей стиснул зубы. Ещё совсем недавно он считал, что радовался бы любым родителям, главное - будь они живы и здоровы. А теперь... Снежный маг на полном серьёзе задался нешуточным вопросом: что же хуже? Лишиться родителей? Или иметь родителей, из которых один хочет упечь тебя в психушку, а второму - вообще на своего ребёнка плевать?
Яна истолковала воцарившуюся тишину по-своему.
- Мне бы очень не хотелось, чтобы мои слова прозвучали как жалоба.
- Ну что ты...
Яна приложила руку к сердцу и посмотрела на Андрея большими искренними глазами. Её хотелось обнять и никуда от себя не отпускать. Защищать всеми силами от этого мира, где даже родители считались близкими людьми лишь условно. Последний раз Андрей испытывал подобные чувства по отношению к младшей сестре.
- Я очень люблю своих папу и маму. Правда. И хотела бы любить ещё больше... А также, понять, почему только у меня одной в семье проявились такие... эм-м-м... способности. Белизар говорил, что, вполне возможно, я могла унаследовать свой дар от каких-то далёких предков. Хотя я об этом никогда и не просила.
- Ну да, предки - они такие, любят «подарочки» всякие подсовывать, - Андрей сложил руки на груди и ревностно осведомился: - Что ещё интересного рассказал тебе твой Белизар?
Яна хлопнула пару раз ресницами, слегка удивлённая резкими нотками в голосе нового знакомого. А тот и сам не смог бы объяснить. Просто Белизар, кем бы он там на самом деле ни был, ему не нравился, даже если Андрей его не видел и вряд ли когда-то увидит. Наверное, именно так давало о себе знать «шестое чувство», о котором часто говорил Макс.
- Ну, кое-что про мир Магических Воинов. И про Турнир.
- А ты... - встрепенулся Андрей.
Синие глаза озорно блеснули.
- Ответ «да». Я знаю, что ты Магический Воин. И, ещё раз, «да»: я участвую в Турнире. Правда, ни одного боя у меня пока не было. Но вступительное испытание я прошла.
- Ну-у... это, конечно, здорово...
- .... но не переоценила ли себя девчонка с дырой в голове, подписавшись на участие в таком важном и грандиозном событии, как Турнир Магических Воинов?
Андрей чуть покраснел.
- Я вовсе не...
- Не волнуйся. Белизар сказал, что, вне зависимости от того, как пройдут мои поединки в отборочном раунде, я всё равно буду участвовать в Турнире.
- Он у тебя что, ещё и Нострадамус? - неприятно удивился Андрей.
Яна широко улыбнулась и раскинула руки в разные стороны, словно собираясь заключить в объятия кого-то невидимого. Или весь мир.
- Белизар... великий! Он может всё. Абсолютно всё.
Андрею сделалось не по себе. Такая безоговорочная, фанатичная вера его пугала. Он ведь тоже когда-то считал своих родителей великими. А в итоге... Бум-бах-взрыв - и их не стало.
Этот Белизар... Кто он? Что он? И почему Яна чуть ли не причислила его к лику святых?
- Яна Петровна, - требовательно прозвучал грубый женский голос. Как гром среди ясного неба. Андрей вздрогнул от неожиданности и завертел головой. - Яна Петровна!
Жёлтая дорога под ногами, кусты с розами и замок вдали задёргались, словно некачественное изображение с помехами на экране допотопного телевизора.
- Яна Петровна, не прикидывайтесь глухой! Я знаю, что вы меня прекрасно слышите.
Хозяйка воображаемого мира коснулась рукой головы и зажмурилась.
- Прости... - дрогнувшим (от боли?!) голосом прошептала она. - Кажется, наше время истекло.
По ушам ударила какофония звуков из окружающего мира. Привычная, но слишком громкая и раздражающая после Яниного уголка забвения. Андрей едва успел отскочить в сторону, потому что его чуть не сбил с ног шальной младшеклассник, торопящийся покинуть ненавистную школу. На смену голубому небу пришло серое и хмурое, жёлтой сказочной дорожке - асфальт с выбоинами, кустам с розами - обшарпанные стены учебного заведения.
Андрей и Яна стояли у ворот школы, и прямо к ним приближалась женщина лет сорока с зачёсанными волосами и в строгом сером костюме партийного работника эпохи советских времён.
- Яна Петровна, ну как же вам не совестно? Я жду вас почти час! - сухим прокурорским тоном принялась отчитывать она.
У Андрея, глядя на неё, возникло стойкое ощущение, что его вернули обратно в класс, на урок истории, и что училка, древняя, как экспонат, и въедливая, как ржавчина, вот-вот начнёт допрашивать. Захотелось спрятаться под воображаемой партой и сидеть там тихо, как мышь. Интересно, у Яны с этим дела обстояли проще? Ну, с воображаемыми партами и прочими жизненно необходимыми предметами, которые, по закону подлости, не всегда оказывались под рукой.
- Кто это? - тихо поинтересовался Андрей.
- Катерина. Моя опекунша. Воспитательница, - безэмоционально ответила Яна. Из её глаз напрочь пропал интерес к жизни. Словно она сейчас и девочка в воображаемом мире были двумя диаметрально противоположными личностями. Та Яна - задорная, более или менее уверенная в себе и даже готовая побороться за счастье под солнцем, и эта - как выцветшая картинка, безмолвная тень, печальное подобие себя настоящей. Настоящей там, в другом мире...
- Скорее уж, надзирательница, - невесело выразил свою точку зрения Андрей.
- Может, и так, - не стала спорить Яна.
Андрей нахмурился. Ему очень не нравилась эта покорность. И безысходность. В каждом движении. Каждом звуке.
- Почему вы держитесь за голову? - продолжала скрипеть тётка. И тем самым нагнетать атмосферу ещё больше. - У вас опять был рецидив? Я обязана доложить об этом вашему отцу!
- Да как хотите, - пробормотала Яна и слабо кивнула Андрею, которого посетило иррациональное желание лечь поперёк дороги и не отпускать новую знакомую с этой пришелицей из времён Сталина. - Мне пора. Увидимся.
И, низко опустив голову, Яна зашагала навстречу своей надсмотрщице, словно та была её неотвратимой карой и судьбой. А Андрей ещё долго глядел им обеим вслед. Глядел, как они садятся в чёрную иномарку с тонированными стёклами. Как уезжают. И думал о забавных кроликах, гордом олене и ярком попугае, которые остались где-то там... Очень далеко.
***
Вечером Андрей попытался найти хоть какую-то информацию про Яну в интернете. Благо, её отец, Пётр Казанцев, личностью был известной. Бизнесмен, скупивший большую часть ферм по доброй половине России, и меценат, периодически жертвовавший средства на открытие больниц, детских садов, приютов и так далее... В общем, отзывы о нём и его деятельности - исключительно положительные. Чего, наоборот, не скажешь о единственной дочери. Создавалось ощущение, что бизнесмен и публичный благодетель Казанцев нарочно выставлял состояние собственного ребёнка напоказ, чтоб ему посочувствовали. Причём, именно ему, а не Яне. «Ах, какая печаль, в такой успешной семье - и не без ребёнка-урода» - это, пожалуй, самое «мягкое» высказывание из одной неофициальной статьи, на которую случайно наткнулся Андрей. Снежного мага аж затрясло от злости, и он, не дочитав, захлопнул крышку ноутбука, отданного ему на временное пользование родственниками. Хорошо хоть, что не расколошматил под влиянием эмоций о ближайшую стенку. Потом бы не рассчитался.
Некоторое время Андрей просто глядел в окно. Невесёлые мысли никуда не делись. Ведь это страшно - действительно, страшно - когда у тебя нет ни одного близкого человека или друга, способного понять, посочувствовать... Ещё неделя (максимум, две) - и Андрей вместе с сестрой укатит обратно в Москву. И Бог знает, вернётся ли когда-нибудь обратно. Яна, скорее всего, тоже уедет вместе с отцом. К очередному психотерапевту, который изувечит мозги несчастной девчонке ещё сильнее. Как в моральном, так и в физическом плане.
«Мы, наверное, больше никогда не увидимся, - печально раздумывал Андрей. - А жаль... Она заслужила хотя бы одного хорошего друга. И нормального, - Светловолосый парень мрачно усмехнулся, снова вспомнив более чем странные (даже для него) рассказы Яны про принца Белизара. - Я, как бы выразилась Анна, тот ещё раздолбай, но, по крайней мере, не самый худший кандидат на роль друга. Уверен в этом».
Однако, не давала ему покоя ещё одна каверзная мыслишка, терзавшая душу подобно маленькой червоточине. Нечто похожее Андрей уже испытывал, когда ехал недавно к Максу, один на попутках.
Он - участник Турнира, Яна - участница Турнира. Находятся в непосредственной близости друг от друга. Какова вероятность того, что...
«Да нет же, - едва сдерживая истерический смех, отмахнулся Андрей. - Ну не может такого быть! Только не опять... Не бьёт молния дважды в одно место! Ведь не бьёт же, а?»
Так, разумеется, и не получив ответа, он психанул и с решительной грацией медведя залёг спать. Как говорят умные люди, утро вечера мудренее.
На следующий день Яна в школе не появилась. Андрей чувствовал, что это как-то связано с его вмешательством. Может, с Турниром... А вдруг, папаша с советской Мэри Поппинс чего надурили? Только бы её состояние не ухудшилось... Переволновавшись, Андрей едва не завалил очередную контрольную. Слава Богу, в последний момент сумел-таки взять себя в руки. А Гошка даже поржал, выдав, что одноклассник витает в облаках, потому что «втюрился в чудилу». Андрей густо покраснел и послал его куда подальше. Да так, что услышал аж директор школы из своего крошечного чуланоподобного кабинета. И, ясное дело, не остался доволен. А Андрею пришлось задержаться после уроков.
Домой он вернулся поздно вечером, злой, как сто тысяч бульдогов, готовый покусать всех, кроме Тани. Сестра, давно научившаяся чувствовать характер брата, поспешила накормить его вкусным ужином и задобрить дополнительной порцией блинчиков с мёдом. Обычно это действовало безотказно.
Размякший Андрей благодарно чмокнул Таню в щёку и рухнул спать, полностью отключив мозг от проблем насущных, но не успел он толком сомкнуть глаз, как кто-то нагло разбудил его. Стуком в окошко.
- Ну что там ещё... - Снежный маг с досадой провёл ладонью по заспанному лицу, начал зевать и... карикатурно замер, с раскрытым ртом.
По ту сторону окна, смешно прижавшись к стеклу носом и обеими ладонями, замерла Яна. Андрей попытался вспомнить, называл ли он новой знакомой свой адрес. Или она ещё и мысли читать умеет? И что делает здесь в столь позднее время? Уже за одиннадцать вечера перевалило.
У Андрея тревожно кольнуло сердце. Неужели, девчонка сбежала из дома? Папаша же весь несчастный городок на уши поставит! А может...
Поглощённый мыслями, парень не сразу обратил внимание на умиротворяющую тишину вокруг. Она приятно обволакивала пространство в доме, как байковой одеяло. Все раздражающие звуки: тиканье часов, гудение старенького холодильника, ворчание соседских собак, весенние серенады неугомонных котов, рокот редких автомобилей - разом стихли. Андрей рванул дверь, и комнату наполнил лунный свет. Словно зачарованный, снежный маг уставился на тёмно-синий фон роскошного ночного неба. Особенный серебристый свет равномерно заливал его, оттеняя облака. А посреди всего этого великолепия сияла хозяйка позднего бала - красавица-луна.
- Погуляем? - ласково прозвучал голос Яны. Девочка протянула потрясённому открывшимся видом Андрею руку. Лунный свет загадочно играл в её синих глазах. - Только ты и я.
- Но... как...
- Не волнуйся. Ты спишь в своей постели, а я - у себя дома. Нас никто не станет искать. Эта ночь... наша. Только наша.