Глава {9} || Вы похожи
К выходным ничего не изменилось. Скарлет каждый день наблюдала, как Габриэль сторонилась Филина, а тот, в свою очередь, поступал так же. Оба так и не попытались заговорить снова, и вся компания лишь молча следила за этим.
Мэлис, Эш и Скарлет пытались помирить ребят, но увы — безуспешно. Лиам встал на сторону лучшего друга, защищая его. Точно так же поступила и Софи, поддержав Габриэль.
— Они оба виноваты, Лиам, — потирая переносицу, жалобно сказал Эш. — Давай хотя бы мы не будем грызться друг с другом. Всё же нас это напрямую не касается.
— Ещё как касается! — повысив голос, отрезал Лиам.
На завтрак и ужин ни Филин, ни Габриэль больше не появлялись. Вероятно, боялись случайной встречи.
Скарлет же, помимо всего вышеперечисленного, каждый день наблюдала, как Габриэль, возвращаясь в комнату, уходила в ванную и находилась там очень долго. А когда девушка уже ложилась в постель и тушила свет, соседка выходила из душа, в полумраке добиралась до своей кровати и безмолвно ложилась, вскоре засыпая.
Она даже с Скарлет не общалась. Могли лишь обмолвиться парой слов — и только.
Сама же Скарлет не вставала ни на чью сторону. Оба были её друзьями, и к обоим она уже успела, пусть и вероятно слишком быстро, но привязаться.
Раер тоже будто время от времени просто растворялся.
Он появлялся на утренних построениях — бледный, с тенями усталости под глазами. Ни с кем не говорил, только отдавал команды. На тренировках был почти невидим. Чаще всего просто стоял где-нибудь в углу, наблюдая за всеми, и уходил всегда первым.
Тело его, по всей видимости, всё ещё было перебинтовано, хотя Скарлет этого и не видела, так как он все время был в куртке, застегнутой до самого горла.
В нём не осталось ни прежней твёрдости, ни внутреннего огня. Он словно опустел.
И это пугало.
Как командир мог так быстро опустеть и «сдуться». А самое главное — из-за чего.
Скарлет так же удивлялась: как так, многие ведь всё видят, почему они просто молчат?
***
В субботу, когда наступили законные для всех выходные, многие ребята, жившие и работавшие в общежитии, не изменяя своим традициям, уехали в город. Скарлет же осталась в здании на этих выходных. И осталась она не одна. Вместе с ней остались Габриэль и Софи.
Скарлет, не зная, чем себя занять, решила заняться документацией — Лиам как-то обмолвился, что бумаги от новеньких ещё не все систематизированы, так что занятие нашлось на весь день сразу.
На складе, в небольшом архивном кабинете на первом этаже, стояли кипы аккуратно сложенных папок. Она порылась и вскоре выудила оттуда толстенькую и увесистую папку со своим именем и фамилией.
— Я здесь вроде бы не пять лет... — перекладывая папку из руки в руку, пробормотала она сама себе под нос. — Чтобы иметь столько бумажек...
Сев за стол, девушка начала разбирать бумаги.
Всё было однообразно, и только через пару часов она наткнулась на тонкую синюю папку с пометкой «Временное распределение».
Открыв её, она увидела лист с пометкой:
«Скарлет. Назначен ответственный: Раер».
Ниже шла таблица с какими-то кодами, перечнем «дополнительных обязательств», о которых она слышала впервые, и надписью «подтвердить личной подписью командира». Графа, где должна была стоять подпись Раера, была пуста.
— Отлично... — пробормотала она, вставая.
Судя по всему, ей всё-таки нужно было найти его. Пусть даже просто для подписи.
Она быстро поднялась на лифте на этаж, где жили командиры (она видела, как Раер неоднократно уходил туда в конце рабочих дней). Там, где она обычно не бывала.
Коридор был светлый, тише, чем все остальные. По обе стороны шли двери с табличками.
«Кабинет Раера», «Общая комната совещаний», «Технический отдел»...
Скарлет уже почти хотела постучать в кабинет Раера, но передумала. Свет не горел. Тогда её внимание привлекла полураскрытая дверь в конце коридора, откуда доносились едва уловимые женские голоса.
На табличке значилось: «Комната отдыха. Доступ только командирам».
Скарлет замерла, колеблясь. Но потом всё же осторожно заглянула внутрь.
Просторная, уютная комната с диванами, мягким светом, несколькими книжными полками и кофе-машиной в углу. Внутри были две женщины. Одна сидела на диване, другая — на краю стола. Обе, судя по всему, были в рабочих формах. Они прервали разговор, когда заметили её, но не выглядели раздражёнными.
— Простите... — быстро заговорила Скарлет. — Я искала Раера. Вы не знаете, где он может быть?
— Раера не будет, — спокойно ответила одна из женщин с короткой небрежной стрижкой, волосы которой почти закрывали глаза.
— Он уехал в город, — добавила вторая, поправляя очки на резинке.
— До понедельника, — снова уточнила первая.
Скарлет молча кивнула, но её взгляд невольно задержался на обеих женщинах.
Первая — та, что сидела на краю стола, — выглядела довольно молодо, но всё её лицо было изрезано шрамами. Один — над правой бровью, рассекал её дугу. Другой — небольшой, но заметный, на верхней губе. В ушах серьги: одна в виде белого креста, вторая — просто прямая белая полоска, будто палочка.
Вторая же выглядела не менее интересно. Волосы аккуратно подстрижены, сзади — собраны в гладкий хвост. На голове — очки, перепачканные грязью. Но больше всего бросался в глаза шрам, пересекающий её лицо — от виска через глаз до щеки. Из-за этого правый глаз был мутно-белым, в отличие от левого, живого и выразительного.
Обе смотрели на Скарлет с лёгким любопытством.
Скарлет быстро копала в памяти, чтобы вспомнить их имена.
Черт, лист со всеми командирами и группами висит в коридоре, прямо недалеко от моей комнаты, я это отлично помню. Я ведь каждый день ходила мимо него.
Как же.. Точно! Ране и Рем! Осталось только понять, кто есть кто...
— Я... извините, что так врываюсь, — неуверенно пробормотала Скарлет. — Просто мне нужно, чтобы Раер подписал кое-что... из личного распределения.
— И ты решила, что если ворвёшься в комнату отдыха, то он тут как раз заварит тебе кофе и подпишет, — хмыкнула женщина с короткой стрижкой и серьгами, лениво откинувшись назад и упираясь руками в край стола. — Смело.
— Пожалуй, даже поощрительно, — добавила вторая, не улыбаясь, но голос её звучал не враждебно.
Белокурая почувствовала, как щёки начали предательски теплеть.
— Я просто... не знала, куда ещё идти.
— Ты ведь Скарлет, да? — первая слегка прищурилась, словно пыталась оценить её с нового угла. — Новенькая из распределения? С этим... с нестандартным протоколом?
Скарлет кивнула.
— Да.
— Ну, тогда ладно, — женщина в очках медленно встала с дивана, подошла ближе. На ней была перчатка только на одной руке. Вторая, обнажённая, носила на себе чрезмерное количество шрамов. — Давай сюда бумаги. Я передам. Или хочешь — можешь оставить у дежурного. Но до понедельника, как мы уже сказали, он не появится.
— Тут... только подпись, — Скарлет протянула папку, чувствуя, как ладони становятся влажными. — Всё остальное вроде как оформлено.
Женщина с перчаткой взяла её не спеша, бегло пробежав глазами первую страницу.
— «Дополнительные обязательства»... — тихо прочитала она и мельком взглянула на другую.
Та лишь коротко фыркнула.
— Не в твою пользу, если что, — прокомментировала она, засовывая руки в карманы. — Если бы я увидела такую строку, я бы трижды проверила, что именно туда записали. А не бегала бы за подписью, как за конфеткой.
Скарлет молча кивнула. Внутри сжалось что-то неприятное. Но она не чувствовала злости. Скорее — неловкость. Неуверенность.
Они явно знали больше, чем она.
И говорили так, будто это — уже не её дело.
— А мне можно хотя бы узнать, что именно значит... эта строка? — осторожно спросила она, всё-таки осмелившись.
Женщины снова переглянулись.
— Лучше спроси у Раера, когда вернётся, — ответила та, что в очках, спокойно. — Это он писал. И только он может тебе объяснить, зачем.
— То есть, вы не скажете? — уточнила Скарлет, на всякий случай.
— Нет, — отрезала вторая, скинув со лба прядь волос. — Это не наш протокол. И ты так же не из наших отрядов.
Наступила короткая пауза.
— Что ж... — протянула Скарлет, аккуратно убирая за ухо выбившуюся прядь. — В любом случае, спасибо, что сказали.
Она уже собиралась выйти, но на полпути до двери вдруг, сама не зная зачем, обернулась.
— Простите, что скажу так, мимоходом, — она немного замялась. — Но... вы правда очень похожи.
После этих слов, обе женщины словно окаменели.
В комнате повисло неожиданное, вязкое молчание.
Скарлет почти услышала, как воздух будто бы чуть сгустился. Даже слабое гудение холодильника в углу показалось резче.
Вторая женщина (Рем), медленно повернула к ней голову. В её лице не было ни злости, ни явной эмоции, но взгляд стал каким-то... холодным. Оценивающим.
Та, что в очках, наоборот, чуть отвела взгляд, но не ответила сразу. Лишь через пару долгих секунд пожала плечами.
— Слишком много таких, как мы, — бросила она коротко, почти буднично. — Мир, увы, не жалеет лиц.
— Просто... — неловко продолжила Скарлет, — в челюстях, наверное, или в линии носа. Простите, это, наверное, странное замечание.
— Очень странное, — сухо согласилась Рем, но не добавила ничего обидного. Просто повернулась обратно к столу и достала из внутреннего кармана пачку сигарет.
— Закрой за собой, пожалуйста, — сказала она уже напоследок, когда Скарлет снова потянулась к двери.
— Конечно, — кивнула та и тихо вышла, оставив командирш в их тишине.
Уже в коридоре, спускаясь вниз по лестнице — лифт всё ещё не работал — Скарлет чувствовала, как внутри у неё то ли кололо, то ли дрожало.
Не стоило, наверное, это говорить, — подумала она. — Зачем вообще я это ляпнула?
Но ощущение от их реакции не выходило из головы. Не было ни смущения, ни легкого удивления, которое бывает у людей при таких словах.
Была... реакция, похожая на отстранённость. Словно она не просто случайно задела ниточку, а рванула за нечто большее.
... Они действительно похожи, — подумала она, останавливаясь у окна, — но не как просто коллеги. Даже не как друзья... Как родня, но...
Она вспомнила лицо Раера. Тот же резкий подбородок. Та же привычка уводить взгляд при неудобных вопросах. Тот же холод во взгляде, как у Рем. И молчаливая выносливость, как у Ране.
Скарлет вдруг почувствовала, как по спине пробежали мурашки.
***
Раер сидел на крыше заброшенного здания в нескольких километрах от центрального сектора. Вокруг было тихо. Даже слишком. Ни людей, ни машин, только ветер, гулкий и пустой, проносился сквозь бетонные пролёты, проникая под куртку, цепляясь за бинты.
Он не снимал её с тех пор, как уехал. Куртка — тёмная, военная, застёгнута до самого горла. Но под ней плотно намотанные бинты на боку и ключице всё ещё цепко держались, пропитанные едва заметными разводами засохшей крови. Швы болели — не так, чтобы мешать двигаться, но ровно настолько, чтобы не забывать, кто ты и за что платишь.
Правая рука лежала на колене, сжимая снайперскую винтовку. Лёгкая, собранная вручную — модификация классической А-17. Старая, как и он сам.
Левая — держала телефон. Экран светился в полумраке наступающего вечера.
Открытый чат. «Рем».
Рем [19:42]:
Зачем ты вписал эту строку в протокол Скарлет?
Рем [19:43]:
...ты ведь даже не обсудил.
Рем [19:44]:
Ты знаешь, на что это похоже, да?
Он смотрел на сообщения уже минут десять. Не отвечал. Просто держал экран включённым, будто через него можно было что-то почувствовать. Или простить.
Рука на винтовке дрогнула. Он аккуратно проверил прицел — ничего не сбилось. На противоположной крыше, почти в километре от него, в поле видимости сидела фигура. Человек, одетый в форму не их сектора. Чужой.
Раер медленно выдохнул.
Это было не задание. Не приказ. Даже не долг. Он сам его отследил.
Тот человек следил за общежитием, неделю назад мелькал в северном коридоре, был замечен на платформах, а после — просто исчез. Но Раер его нашёл.
Он снова посмотрел на экран.
Рем [19:48]:
Я тебя не прикрою, если это всё пойдёт по кругу, ясно?
Рем [19:48]:
Но я всё равно здесь. Не забудь. Мы оба знаем, кто её назначил тебе.
Раер закрыл глаза.
В голове — голос, которого больше нет. Мужской, сухой, не его. Чужой:
«Ты должен научиться смотреть в лицо ошибке, прежде чем она станет оружием.»
Снайперка лёгко вздрогнула в пальцах. Он прижался к прикладу.
Сделал вдох.
На секунду — всё исчезло: город, холод, бинты, кровь под кожей.
Был только он. И цель.
Он выдохнул.
И нажал на спуск.
Тихий, глухой выстрел растворился в пустоте, как дыхание.
На том конце крыши человек дёрнулся, рухнул. Раер не смотрел.
Он уже снова глядел на экран.
Рем [19:50]:
Ответишь — когда сможешь.
Он не написал ответа. Но в груди стало чуть легче.
Раер убрал винтовку в чехол, встал. Боль отозвалась в боку, но он не поморщился.
Ему было не до боли. Он всё ещё дышал.
И всё ещё не знал, чего хочет — защитить её... или не дать стать ещё одной из них.