Создания

Арден - племя Земли (волки)

Лантир - племя Воды (саблезубые барсы)

Менельтор - племя Огня (медведи)

Виньялис - племя Воздуха (орлы)

Дхарини широко распахнула глаза и с надрывным вздохом резко села, от чего ее голова сразу пошла кругом. Она прижала ладони к вискам и зажмурилась, силясь преодолеть грохот в ушах и накатившую тошноту. Пушистые кудри прилипли к вспотевшим лицу и шее. Воспоминания прошедшего дня обрушились на нее подобно резкому ветру, что налетает внезапно, без предупреждения. Отчаянный забег до Лантира, нападение Нифраугов, спасение от неизбежной смерти в самый последний момент благодаря Динкару, дикая ярость огромного Барса...

Девушка почувствовала холод от ужаса, осознав, что она была так близка к смерти. Дыхание в груди словно бы застряло, а сердце глухо застучало, ускоряя свой темп. Дхарини приложила руку к солнечному сплетению, тщетно стараясь успокоиться.

- Посмотри на меня, - раздался спокойный незнакомый голос сбоку.

Слышащая подняла взгляд и тут же вздрогнула, увидев жуткие, явно новые, шрамы на некогда прекрасном лице. Налитый кровью правый глаз в наполовину разорванной глазнице слабо дрожал в сумраке комнаты. Плотно сжатые губы изогнулись в легкой усмешке.

- Так и знала, что мой вид приведет тебя в чувства, крошка, - сказала женщина, плавно усаживаясь на кровать Дхарини таким образом, чтобы оказаться прямо перед ней.

- Кто вы? - дрожащим голосом спросила девушка, чуть отодвигаясь ближе к подушке.

- Жалкое зрелище, - произнесла разочарованно молодая женщина, окидывая ее взглядом, - Сколько тебе лет? Ты не выглядишь слишком юной.

- Мне двадцать семь, - тихо ответила Дхарини, стараясь мельком охватить краем глаз комнату, в которой она находилась.

- Ты достаточно взрослая, - кивнула незнакомка и сложила руки на груди, а после едва раздраженно бросила, - Да, перестать трястись, как осенний лист на ветру, и посмотри на меня.

Девушка снова взглянула на молодую женщину. Та твердо обратила на нее взгляд своих темно-янтарных глаз и слегка улыбнулась, изогнув левую бровь.

- За тебя все так переживали, - она провела бледными пальцами по запотевшему окну, - Ты же теперь у нас последняя Слышащая. Я могу понять их тревогу... Ты там не продержишься и трех дней без присмотра.

Она тихо выругалась, потирая предплечье, на котором виднелся бледный глубокий шрам, нанесенный ей много лет назад.

- Прежде, чем судить меня, представься, - внезапно для самой себя резко произнесла Дхарини, чуть распрямив спину. Ее раздражало то, с каким тоном с ней общалась эта женщина. Хотя внутреннее чутье подсказывало ей, что у нее есть на то свои причины. 

- Что ж, характера ты не лишена, - с легким одобрением кивнула молодая женщина и протянула ей руку, - Меня зовут Лилит.

Девушка пожала протянутую руку. Сухая тонкая ладонь дочери Вожака Лантира крепко обхватила запястье Дхарини. Давно позабытое в Ардене приветствие, видимо, сохранилось у народа Воды. Тонкие сильные пальцы Лилит чуть задержались на медленно заживающих порезах на тонкой юной коже. Она строго взглянула на Слышащую и сказала ровным голосом:

- Твоя Волчица спасла тебя вчера. Надеюсь, она сможет защитить тебя и в будущем, ибо ты не боец.... Удивительно, как распоряжается порой Судьба, не правда ли?

Дхарини слегка поежилась. 

- О чем вы? 

- Природа так трепетно создавала Слышащих, но все равно не смогла повлиять на то, кому будет доставаться этот бесценный дар, - Лилит отрешенно оглядела свои руки, - Да и дар ли это, если не проклятие... 

Дхарини в ужасе распахнула глаза и прижала ладонь к губам, тихо прошептав:

- Как вы можете говорить такое? Это же осквернение Природы!

Молодая женщина спокойно посмотрела на девушку и пожала плечами:

- Осквернением занимается Тьма, а я лишь констатирую факт. Или ты считаешь, что нести ответственность за свое племя это благодать? О нет, это тяжкий труд, крошка. 

- Но я не несу ответственность...

- Неужели? - Лилит вздернула голову и слегка улыбнулась, - Если тебя не станет - мы не сможем узнать о воле Природы, останемся сами по себе... Ведь тебя этому учили? Хотя какой толк от Ее воли, когда Она не способна разглядеть даже Нифраугов, приближающихся к ее драгоценным Созданиям?

Дхарини зажмурилась от подкатившего возмущения. Ее голос задрожал от гнева, когда она начала говорить:

- Не смейте так говорить о Природе! Вы не знаете, через что Ей приходится проходить! 

- О да! Я не знаю и не желаю знать! - глаза Лилит вспыхнули тихим яростным огнем, - Я знаю только то, через что прохожу я сама и мой народ. Поэтому не вижу смысла обременять себя более советами того, кто не способен оказать нам посильную помощь. 

- Это просто непозволительная дерзость! - Дхарини зажала свои пальцы, чтобы скрыть дрожь от подступивших эмоций, - Она создала нас! Она создала все это! 

- И за это я ей благодарна, - уже спокойнее ответила Лилит, - Но она не способна увидеть Тьму, а мы - да. Так кто же несет большую ответственность в этой борьбе? 

Что-то во взгляде молодой женщины заставило Слышащую проглотить новые слова возмущения, готовые было сорваться с ее языка. Она встряхнула головой и решила сменить тему, страшась продолжения этого дерзкого разговора.

- Мне очень жаль, что вы потеряли своего Слышащего...

- Мы потеряли не только его, - сухо прервала ее Лилит, отводя взгляд.

- Да, конечно, я понимаю...

- Да что с тобой такое? Ты словно малое дитя! - раздраженно бросила молодая женщина, направляясь к двери, но, повернув ручку, она обернулась к Дхарини и, сверкнув глазами, уже спокойнее закончила, - Воспитай в себе стойкость. Помни, что страх это пища Нифраугов. А ты не имеешь права бояться, крошка. Никто из нас не имеет более права бояться. 

С этими словами Лилит скрылась за дверью.

Дхарини вспомнила вчерашнего Барса, который превосходил по размерам даже Волка Динкара. Она тогда подумала, что это Первый. Но сейчас она поняла, что это была знаменитая воительница Лантира, бесстрашная и яростная в своем гневе, не знающая себе равных в бою, великолепный стратег и тактик. Акита рассказывала, что она является кем-то, кем сама девушка хотела бы стать однажды. Лилит была главной опорой Лантира, его несокрушимой скалой, силой столь мощной, что даже Яра, Вожак племени, уступала ей, не говоря уже о постаревшем Ликаре. 

Слышащая оглядела розоватые шрамы, постепенно затягивающиеся на ее руках. Кто-то вытер кровь с ее тела, пока она спала, но верхняя одежда была еще в бурых пятнах. Дхарини с отвращением обнаружила, что с нее не сняли даже брюк, которые пропитали грязью простынь и матрас под ней. Удушливый и кислый запах засохшей крови и пота, стоявший в комнате, наконец, побудил девушку подняться с кровати. Она больше всего желала окунуться в корыто и смыть с себя вчерашний день.

***

Дверь тихо скрипнула на петлях, открывая ее взору хаос разрушенной деревни.

Ее комната была единственной уцелевшей в том доме, куда ее перенесли. Обвалившийся дымоход у порога говорил о том, что раньше тут располагалась проходная главная комната. Дхарини с немым ужасом обошла огромную лужу крови на полу, в которой еще лежали небольшие ошметки плоти и мозгов. Темные брызги виднелись и на уцелевшей северной части стены, на которой отпечатались три глубокие борозды. "Нифрауг", подумала девушка, представляя, как этот монстр в порыве битвы должно быть оттолкнулся от деревянных перегородок, со всей силы врезаясь в свою жертву и разрывая ее на части.

Слышащая вышла за пределы того, что еще вчера было чьим-то домом. Другие строения на этой части улицы были полностью разрушены до основания, словно неведомая сила пробивалась сквозь стены, устремившись напрямую к некой цели. Окровавленные обломки были частично разобраны. Мимо лица Дхарини, в будто застывшем холодном воздухе, медленно пролетела серая тонкая мембрана. Девушка подхватила ее, разглядывая и пытаясь понять, что это. Это не было похоже на кожу Нифраугов.

- Кусок крыла Верховного Вампира, - раздалось позади, - Странно, что не разложился.

Дхарини быстро развернулась и машинально приложила кулак к плечу. Но Динкар устало махнул рукой и качнул головой. Слышащая заметила глубокие тени под его глазами на осунувшемся лице.

- Рад, что ты в порядке и уже очнулась, - продолжил он, мельком оглядев ее, - Я проведу тебя в уцелевшую часть деревни, покажу, где ты можешь ополоснуться и переодеться. Следуй за мной и постарайся особо не смотреть по сторонам.

Дхарини кивнула и последовала за Динкаром, который сразу направился на север Лантира. Она старалась сохранить молчание, но, не выдержав, тихо спросила:

- Можно спросить...Где все?

- Почти час назад мы закончили расчищать завалы в этой части деревни, - ответил Динкар, указав рукой на остовы домов вокруг, - Находились выжившие, поэтому все силы были брошены на их поиски и последующее оказание помощи... Поэтому тебя успели только перенести в ближайшую сохранившуюся комнату и осмотреть на наличие серьезных ран.

- Я понимаю, - кивнула Дхарини, ей показалось, что он словно бы извинялся перед ней, хотя ситуация не располагала.

- Когда закончили тут, думали забрать тебя, но Лилит сказала, что ты скоро очнешься и она присмотрит за тобой. Я думал, она приведет тебя к нам, но...

- Она просто ушла, - сказала Дхарини, поглядывая на Динкара, который немного удивленно нахмурил брови, - Она... говорила очень дерзкие слова в отношении Природы... Это просто непозволительно, Динкар... То, что она говорила о Ней...

Он задумчиво посмотрел на нее.

- Лилит пережила за последние сутки то, что нам не могло присниться даже в худших кошмарах, - чуть помедлив произнес он, - Не видел, чтобы она хоть на час прилегла отдохнуть. Так что не спеши судить ее. Она буквально спасла Лантир. И нас.

Дхарини ощутила укол вины где-то в глубине души. 

- Она не доблестный герой из сказок Моханы, - продолжил Динкар, - Она груба на язык и истинно верующей ее сложно назвать... Но сегодняшним рассветом мы обязаны именно ей. Если бы Лантир пал, а он по всем замыслам врага должен был пасть, нас бы разорвали на части в лесу. И всему бы пришел конец. 

Сбоку послышался ровный голос:

- Не нужно принижать значения всех лантирцев, они все сражалась за свой дом, - Шаур вышел вперед, держа в руках ведро с водой. 

Динкар кивнул.

- Я и не думал принижать их вклад...

- Просто я слишком резко высказалась в адрес Лилит, - быстро добавила Дхарини, отчего-то почувствовав неловкость. Ей было неприятно, что Шаур пристыдил Динкара. 

Шаур удивленно посмотрел на девушку, но решил в ответ лишь с улыбкой кивнуть. 

- Мы же выдвигаемся сегодня? - обратился он уже серьезно у Динкара, который от усталости словно бы ничего не замечал вокруг и продолжал идти вперед. 

- Да, выдвигаемся через несколько часов. 

- И где же мы будем ночевать? - с тревогой спросила Дхарини, с ужасом вспомнив прошедшую ночь.

Шаур, перехватил ведро с водой, оперев его о свое плечо. Каждая жила на его шее напряглась, выделяя бледные следы шрамов. Их взгляды пересеклись. И он чуть усмехнулся. Без зла, но словно бы снисходительно. Девушка внутренне дернулась. Такую же усмешку она видела у Лилит. 

- Ночную стоянку безопаснее всего устроить на острове, там, где отмель быстро переходит в быстрину,  - спокойно отозвался Динкар, никак не отреагировав на страх в голове Дхарини. 

Девушка тихо сглотнула ком в горле и прошептала:

- Мы разве не в Виньялис идем? 

Шаур, приблизившись, сказал:

- Мы направляемся к горам, нам незачем идти в Виньялис. 

Динкар кивнул и, повернувшись к Слышащей, произнес то, что та не успела еще осознать:

- Теперь все наши ночные стоянки будут вне пределов Барьеров. 

Дхарини показалось, что от страха ее сейчас вырвет, хотя желудок был с прошлого утра пустым. Животный ужас, промелькнувший в ее глазах, Динкар спокойно пропустил мимо себя, продолжив свой путь. Но Шаур внезапно тепло сказал ей:

- Завтра выступает стая Ардена, к ней присоединятся Барсы. Поверь, такая армия обратит на себя все внимание Нифраугов. Наш отряд затеряется для них.

Эти слова немного успокоили Дхарини. Она плотнее сжала губы и сосредоточилась на спине Динкара, который шел впереди их. 

Пора привыкать к чувству страха. В ближайшее время он станет ее постоянным спутником. 

***

Северная часть Лантира была переполнена Созданиями, собравшимися вокруг дома Первого рода. Для арденцев было странно, что дом располагался не в центре, а у самой опасной части границы. Они тихо перешептывались между собой, пытаясь найти объяснение. 

Ханна помогала Дхарини высушить волосы, в то время как девушка шнуровала на себе кожаный корсет поверх рубахи из плотной ткани. Акита чуть в стороне перевязывала себе колено, которое не успело еще до конца зажить после прошедшей ночи. Она все утро была молчалива и угрюма, так что девушки решили не досаждать ей пустыми разговорами. 

Там в лесу она была так озлоблена на монстров, на эту Тьму, что забыла про Дхарини и грозившую ей опасность. Она быстро справилась с напавшими на них Нифраугами, но, опьяненная битвой, углубилась в лес, ощущая едкий запах сгнившего мяса. Она убивала вновь и вновь, наслаждаясь звуком ломающихся шейных позвонков и разрывающейся плоти. Первым ее настиг Ханур, рискуя попасть под удар волчьих лап. Он выбил у нее из пасти Нифрауга, прикончив его. И тут же ее ушей коснулся ясный голос Ханны, которая быстро вернулась в облик первой Сущности: "Акита! Возвращайся! Ты убила достаточно!". Рядом с девушкой нервно кружился огромный серый Волк Птара, готовый отразить любое нападение. Он с тревогой посматривал на смелую Охотницу, которая медленно подходила к Аките. "Выпусти вперед сознание, Акита, твоя Волчица взяла вверх," - продолжала говорить ей Ханна, выставив ладони вперед. 

Дыхание Акиты сбилось, она в ужасе возвращалась в реальность, испытывая почти физическую боль в груди. Как она могла забыть о Дхарини? Последняя молодая Слышащая Ардена и Лантира. Последнее звено для связи с Природой. Последняя надежда на спасение рода Созданий. Она могла погибнуть из-за нее. 

Акита слушала Ханну, которая продолжала с ней разговаривать, но осознание холодным лезвием проходилось в ее голове. 

Волчица внутри нее продолжала контролировать обстановку вокруг. Как и всегда. Никогда не пыталась она задвинуть Сущность Акиты на задворки сознания, всегда преданно следовала за ней, оставаясь ей верной помощницей в бою. 

Это была она, Акита. Ее Сущность потеряла контроль. Ее жажда крови и уничтожения затуманили её собственный разум. 

Нифраугов было достаточно для того, чтобы убить ее. Акита поняла, что не только едва не потеряла Дхарини, но, что еще непростительнее, чуть не погибла. И нет, не смерти она страшилась, а того, что Динкар не справился бы один. И что тогда стало бы со стаей? Нет, она не имеет права ставить свою жизнь под угрозу прежде, чем это позволит ей спасти брата, ибо только с ним у волков будет будущее. 

Ханур убил оставшихся Нифраугов, ему помог Птар, который оставался рядом с Ханной и Акитой, защищая их. Вместе они вернулись к Лантиру. И ни слова не сказал сестре Динкар, который был слишком измотан переживаниями в этот вечер. Он лишь кивнул ей, с облегчением отмечая, что она раскаивается в своих действиях. 

Шаур был свидетелем последующего разговора Птара с Динкаром, когда тот рассказывал о том, что произошло в лесу. 

- Акита наверняка последует за нами, - сказал Птар, присев на землю, чтобы дать ногам хотя бы немного отдохнуть.

- Я тоже об этом подумал, - кивнул задумчиво Динкар. 

Внезапно он с силой врезал кулаком по деревянной разрушенной балке. Та с глухим треском развалилась. Мужчина коротко выругался и посмотрел на друга.

- Я не могу ее просить вернуться сейчас в Арден. Это может быть опасно, неизвестно, сколько их там. Ей нужно дождаться стаи отца...

- Но она не согласится остаться в Лантире в ожидании безопасного времени, - продолжил мысль Птар, с сочувствием наблюдая за судорожными попытками Динкара разрешить сложившуюся ситуацию. 

- Тут даже просить ее бессмысленно, - согласился мужчина, потирая подбородок с отросшей щетиной, - И я точно против того, что бы она присоединялась к отцу на Равнине... Там она точно будет в первых рядах... Нам придется ее взять с собой.

Он потер осунувшееся лицо ладонью и посмотрел на Шаура почти с мольбой. Тот пожал плечами и произнес:

- Вы так уверены, что она не останется здесь? 

- Ты ее плохо знаешь, дружище, - усмехнулся в ответ Птар и едва поморщился, поднимаясь на ноги. 

Он похлопал Динкара по плечу и произнес:

- Можно попросить ее присматривать за Рин. Так всем нам будет спокойнее. 

Динкар задумчиво кивнул ему. Шаур, сведя брови, сказал:

- Я все же поговорю с ней. У нас получается слишком заметный отряд.

Мужчины переглянулись. Птар лишь покачал головой, но Динкар благодарно улыбнулся, слабо тряхнув головой. 

Шаур понимал, что Акита была бы сильным союзником на их опасном пути. Он еще плохо знал ее, поэтому был крайне удивлен тому, что она, позабыв о безопасности Слышащей и рискуя собой, устремилась уничтожать Нифраугов в лесу. Но ее полный сожаления и чувства вины взгляд, обращенный к Динкару, дал понять, что эта эмоциональная девушка была наделена не только бесстрашием и силой, но и осознанием собственной отвественности за стаю. Безумная, дерзкая и отчаянно служащая Созданиям, пусть и по-своему. Она напоминала ему его самого. Поэтому он хотел убедить ее остаться здесь, в безопасности, ибо и он сам желал бы для себя возможности однажды возглавить свой народ.

Когда Шаур нашел ее, она как раз бинтовала свою ногу. Ее движения были слегка резкими, но сложно было угадать от чего - усталости или же внутренних эмоций. Он оглядел ее задумчивое выражение лица. Акита была собранной и погруженной в свои думы. Лицо казалось особенно бледным на фоне ее светло-медных волос, которые отливали теплыми медовыми оттенками. Она была прекрасна даже в своей ощутимой отчужденности и самобичевании.

- Ты вчера отлично держалась там, - начал Шаур.

Акита удивленно подняла голову, но спустя мгновение вновь вернулась к полоскам ткани.

- Я знаю.

Мужчина покачал головой и, присаживаясь рядом, произнес:

- И все же ты могла погибнуть...

- Неужели ты переживал? - перебила его Акита равнодушным ровным голосом, спуская закатанную штанину.

Шаур спокойно ответил:

- Мне кажется нормальным переживать в подобных ситуациях. На твоем брате сейчас лежит большая ответственность. Твоя гибель серьезно подкосила бы его... И тогда наша миссия была бы под угрозой.

Акита невольно сжала челюсти и напрягла плечи.

- Я не спрашивала твоего мнения, - грубо бросила она, резко повернувшись к нему, всем видом показывая, что его общество ей крайне неприятно.

- Не стоит рисковать собой понапрасну, - Шаур, вздохнув, поднялся со скамьи, - Разве не ты говорила, что интересы стаи превыше всего? Мы - члены Первого рода, на нас лежит ответственность за остальных.

Девушка бросила на него холодный взгляд своих изумрудных глаз и тихо произнесла:

- Не тебе, Шаур, говорить об интересах моей стаи или забыл уже, как бросил своих умирать в скалах?

Она продолжала сидеть, до побелевших костяшек впившись пальцами в мягкое дерево. Вытянутая и напряженная, будто готовая в любую минуту вцепиться в глотку мужчине. Шаур спокойно кивнул и, подняв руки в примирительном жесте, ответил с улыбкой:

- Ты права, не мне напоминать тебе о том, что будет лучше для вашей стаи. Извини, если задел тебя.

Акита с шумом сглотнула, невольно начав дрожать. Ей хотелось ответить ему, но мужчина уже развернулся к ней спиной, направляясь к Дому Первого рода. 

***

На площади у Дома Первого рода собралась толпа из лантирцев, которые выглядели собранными, хотя взгляд их был уставший. Нападение, бессонная ночь и последующие похороны родных и знакомых вымотали их, выбив все силы из их души. Каждый из них цеплялся мыслью о возможном отмщении на холмах Равнины. Вместе с Лилит вступят они в свой последний бой, дабы не оставить Тьме шанса на ликование и глумление над павшими Барсами. 

Отряд из Ардена стоял чуть в стороне. Они были уже собраны и готовы выдвигаться. Лишь Акита нервно кусала губы, отчаянно пытаясь смириться с принятым ею ранее решением. Слова Шаура заставили ее задуматься о своих последующих действиях. Сколь сильно рискует она, оставляя Арден? Быть может стоит вернуться в деревню, остаться там, позаботиться о тех, кто там остался... Как только Шандир с основной стаей двинется к Равнине, путь от Лантира к Ардену станет более безопасным, и она сможет исполнить волю Первой. Этот мужчина из чужого племени раздражал ее, ей было противно само осознание того, что в чем-то он был прав, говоря ей об ответственности. 

Деви спокойно стояла рядом с Дхарини, которая нервно кусала тонкую кожу на потрескавшихся губах. Целители всю ночь занимались спасением тех, кого можно было вырвать из когтистых лап смерти. Деви была измотана и потому у нее совершенно не осталось сил на переживания. Она лишь желала скорее уже отправиться в путь, дабы заглушить боль в уставших мышцах и образ истерзанных монстрами детских тел в свете ночных светильников.

Птар стоял чуть позади близнецов. Его взгляд скользнул по их крепко сжатым рукам, в груди заныло от желания коснуться ее гладкой медной кожи. Но он лишь мотнул головой, прогоняя неуместное наваждение. Ровный вдох и последующий выдох привели его в чувства. Когда вчера Ханна посреди леса обернулась, оставшись полностью беззащитной перед лицом разыгравшейся битвы, в отчаянной и дерзкой попытке вернуть в чувства Акиту, рискуя попасть под ее удар, Птар едва удержался от отчаянного стремления взвыть от ужаса, подхватить ее и унести как можно дальше от того места, убедиться, что она в безопасности. Но усилием воли он смог совладать с собой. Ханна была опытной Охотницей, которая знала, что делает. Она хорошо контролировала свои эмоции и ее действия всегда были обдуманными. Ханур взял на себя удар тех немногих Нифраугов, которые еще остались. Птар понимал, что ему следовало бы к нему присоединиться, но он просто физически не мог оставить посреди леса возлюбленную девушку наедине с потерявшейся Акитой, когда в любой момент могли напасть еще монстры. Мужчина держал в поле видимости сражающегося Ханура и Ханну, которая продолжала сохранять свой облик. Периодически он отбивал пробивавшихся к ним Нифраугов. 

Они справились, но пережитый ужас за Ханну еще долго не отпускал Птара, до холодного пота прошибая его в сне, который предоставил ему Динкар, разрешив вздремнуть пару часов. В кошмаре Птар как наяву видел растерзанное тело Ханны, застывшую боль в ее широко распахнутых мертвых глазах, бледные губы с застывшей на них улыбкой. Этот образ теперь будет преследовать его на всем их опасном пути. И как ему суметь совладать с собой, поставив на первое место его основную задачу - служение Динкару? Это его личная миссия, с которой он обязан справиться. Он научился выполнять возложенные на него задачи в обход собственных желаний. Сейчас, когда он смотрел на легкий профиль Ханны, спокойно держащей брата за руку, его сердце покрывалось тонкой ледяной корочкой. У нее всегда будет Ханур, который ближе ей, чем кто-либо, он присмотрит за ней и защитит ее, если потребуется. Птар сможет принять это, и тогда на первом месте у него будет Динкар и его безопасность. Он сжал кулак и, моргнув, посмотрел прямо перед собой.

Яра громко говорила об отмщении, о приближающейся битве на Равнине и о миссии отряда. Ее речь подошла к концу и она объявила:

- Мы простимся сейчас с нашими друзьями из Ардена и поблагодарим их за их служение Природе! 

Лилит, до этого спокойно стоявшая в стороне у дверного косяка, выступила вперед.

- Я отправлюсь с вами, Динкар.

Молодой мужчина не успел ничего на это ответить. 

- Что за вздор? - резко спросила Яра, поворачиваясь к дочери, - Ты... Ты не можешь идти с ними!

- Я могу, мама, и я пойду, - ответила ровным голосом Лилит, переводя взгляд на Ликара. Тот молча сжал губы, нервно дернулась жила на морщинистой шее. Он словно ощутил боль от разочарования, но старался нащупать внутри понимание по отношению к внучке. 

- Но ты должна будешь повести лантирцев на Равнину, вместе с племенем Ардена! - женщина яростно схватила дочь за подбородок и развернув к себе, дрожащим голосом прошептала, - Не смей бросать нас. Не сейчас. Я запрещаю тебе. 

Лилит не стала вырываться из хватки и лишь усмехнулась. Ее глаза сверкнули из-под густых черных ресниц.

- Я никогда не брошу Созданий, - отозвалась она, приближая лицо к матери, - Но я обеспечу им победу не в бессмысленной бойне, а в скалах. 

Яра отшатнулась. Она беспомощно взглянула на лантирцев, которые молча наблюдали за ними. Прочистив горло, женщина громко произнесла:

- Я запрещаю тебе покидать Лантир. Это приказ твоего Вожака!

Лилит коснулась кулона на шее. Увидя это, Яра нервно дернулась, исказив выражение лица. 

- Что ж, тогда я нарушу этот приказ. Помнится, за это изгоняют из племени, - сказала молодая женщина, резко дернув за шнурок. 

Яра ощутила наплыв неконтролируемого ужаса. Без Лилит они просто погибнут там. Она в слепой ярости обратилась в огромного барса и обрушила на непокорную дочь всю мощь воли Вожака. Громогласный рев прокатился по деревне. 

Лилит спокойно наблюдала за Барсом матери. Со стороны было видно, как дрожит воздух вокруг нее, ибо ее Вторая Сущность была готова в любой момент вырваться наружу. Но женщина сдерживала ее. Ее темно-янтарные глаза спокойно разглядывали Яру.

- Ты пытаешься подавить мою волю, мама? - тихо спросила она, приближаясь к Барсу. 

Яростный хрип животного послужил ей ответом. Тогда Лилит, чуть склонив голову, произнесла:

- У тебя не получится сломить меня, ибо я как никогда уверена в правильности своего решения и воля моя крепка. Она всегда была крепче твоей. 

В деревне стояла оглушительная тишина, все взгляды были обращены на них. Вперед выступил Ликар и, встав между дочерью и внучкой, громко произнес:

- Лилит, ты изгоняешься из своего племени, ибо ты добровольно ослушалась приказа своего Вожака. Ты никогда не встанешь во главе Лантира и не переступишь границ Барьера. 

Лилит спокойно выслушала слова Первого и, приложив кулак к груди, поклонилась сначала ему, затем матери, которая продолжала оставаться в облике Второй Сущности. 

- Что ж, дождусь вас за пределами Барьера на севере, - сказала она Динкару, который с нечитаемым выражением лица смотрел на нее, - Не задерживайтесь тут. 

Она медленно направилась к границе деревни. Лантирцы молча смотрели ей в след, с ужасом осознавая, что она оставляет их в час нужды и великой опасности. Однако никто не стал просить за нее Вожака, никто не стал возражать ее решению. Лилит спиной ощущала всеобщий страх, смешанный с разочарованием, но решение было принято, и отступить теперь она уже не могла. 

Дхарини не могла понять природы такого поведения этой странной женщины, наверное никто из Ардена не смог бы объяснить для себя развернувшуюся трагедию. Акита рядом едва не задохнулась от оглушившего ее разочарования. Та, кем она всю жизнь восхищалась, так просто бросила свой народ, отказавшись от него. Немыслимая эгоистичность Лилит захлестнула девушку с головой. Она судорожно осмысливала произошедшее. Охваченная эмоциями, бурлящими в ее горячем сердце, Акита видела теперь в ранее принятом ею пути слабость и трусость. Этот Шаур пытался и ее сподвигнуть на жалкий побег! Если падет Динкар с отрядом и Шандир со стаей на Равнине встретит свою смерть, то какой смысл будет в жизни дальше? Что сможет противопоставить Арден со стариками, беременными женщинами и малолетними детьми против Тьмы? Лишь погибель будет их ожидать. А коль так и случится все - то это будет скоро, Мохана не успеет состариться и умереть. Так лучше Акита отправится с отрядом и сделает все возможное, дабы был уничтожен источник. Она была убеждена, что если падет она, то только во имя спасения Динкара. Он сможет обеспечить будущее стаи. А если падут все, то и будущего не будет. Тем более, что с ними отправляется Лилит, предавшая собственный народ. Теперь женщина выглядела в глазах Акиты подозрительно. Девушка тонко ощущала висевшую опасность в воздухе. Если Создание отвернулось от своей стаи, то оно способно на любые подлые поступки. 

***

Ликар с болью смотрел вслед удаляющейся внучке. Ее крепкая ровная спина напомнили ему о том, что никто не в силах изменить Судьбу другого. Даже насильно. 

"Помоги нам, Природа", - лишь прошептал он, проглатывая слезы от мысли, что, возможно, видит Лилит в последний раз.