Глава 7
Мне нравилось новое, неожиданно острое чувство свободы, и всю следующую неделю я позволяла себе прогуливать уроки, не задумываясь о последствиях ни на секунду. Лекси, конечно, не раз высказывала недовольство, но всё же продолжала быть рядом с ворчанием, с приподнятой бровью, но рядом.
Одной из причин моих прогулов были Алекс и Майкл. Я буквально ощущала их взгляды на себе. Пристальные, цепкие. Это напрягало. Алекс, казалось, начала играть в какую-то свою игру, смысл которой был понятен только ей. Я всё чаще ловила себя на мыслях: Что я сделала ей такого? За что всё это? Но сколько бы ни перебирала в голове возможные причины, ничего не вспоминала. Наверное, этот вопрос так и останется без ответа.
Некоторые учителя жаловались на то, что моя успеваемость скатилась и на мою грубость в их сторону, хотя я ничего такого не говорила. Кто-то просто сердито мотал головой, но молчал. Большинство видели во мне изменения и, честно сказать, я сама их ощущаю. Слухи про произошедшее расползлись и среди учителей. Некоторые даже пытались лезть ко мне со своими «нравоучениями», что дико раздражало. Никто не понимал, что я больше не хотела быть маленькой и сопливой девочкой, которая боялась обидеть других, задеть чьи-то чувства. Ведь сейчас, когда я стала самой обсуждаемой темой, никто из них не думал о моих чувствах, никто не боялся обидеть меня или задеть. При виде меня все постоянно шептались, презрительно смотрели, не скрывая этого.
Первый урок был английский. На него я ходила всегда, так как любила этот предмет и мне нравился наш учитель. Здесь всегда чувствовался комфорт, никто не упрекал, если вдруг ты высказываешь свое мнение. На этом предмете постоянно велись дискуссии, и мистер Андресон давал возможность всем желающим высказать свои мысли.
Я зашла в класс и села на своё место. Лекси не было, видимо, опоздает. Пока урок не начался, решила достать наушники и включить музыку, потом начала листать ленту в инстаграме. Наткнулась на новую публикацию Алекс, где она стояла в его футболке, а он обнимал ее сзади. Почему я еще не отписалась от нее? Заметив движение слева, я машинально обернулась. Рядом села Алекс, сверкая своей ухмылкой. Слегка наклонив корпус в мою сторону, она тихо произнесла:
– Смотришь мой инстаграм и даже не лайкнула новую фотографию, обидно вообще-то.
– Алекс, у тебя ,видимо, начались проблемы с памятью? Я вроде просила не лезть ко мне, а еще твое место находится не здесь, – спокойно улыбнувшись, я снова уткнулась в телефон.
– О, у кого-то прорезались зубки, – пропела она. – Такая ты мне нравишься куда больше.
– Жаль, что ты не учишься понимать намеки, – отложив телефон, я развернулась к ней лицом. – Но что-то мне подсказывает, что ты даже не знаешь, что это такое, поэтому, свали отсюда. И да, не заставляй «любимого» ждать, а то вдруг твоя подружка за твоей спиной его уведёт.
Я усмехнулась, увидев, как в класс вошла Лекси. Алекс нервно хихикнула, но всё же встала и пересела к только что пришедшему Майклу. Тот бросил на неё холодный взгляд, но промолчал. Лекси взглянула на них с откровенным отвращением.
– Что она хотела? – хмуро спросила она, садясь рядом.
– Не знаю, – с улыбкой произнесла я и пересказала ей наш диалог.
Лекси рассмеялась и, кажется, немного расслабилась. Спереди на свободные места плюхнулись Тайлер и Стив. Лекси закатила глаза. Ее реакции на Тайлера – это как отдельный вид искусства.
– Привет, почему такое личико хмурое? – обратился к ней Тайлер.
– Тебя увидела, – язвительно ответила Лекси.
– Как грубо. В постели со мной ты так не язвила, – ухмыляясь, сказал Тай.
– Тай, ты уже перегибаешь. Не думаю, что такие шутки уместны, – вырвалось у меня.
– Ладно, ладно. Просто мой юмор, как и я, не знает границ, – хмыкнул он, а Стив еле сдерживал смех.
– Не хотите после уроков посидеть в кафе? – спросил Стив, смотря почему-то на меня.
– Почему бы и нет? – улыбаясь, ответила. – Может после обеда свалим?
– Договорились, – кивнул он.
В этот момент в класс зашёл мистер Андерсон, и разговор стих.
После уроков мы собрались в холле. Парни, проходя мимо, попрощались с Майклом. Я уловила его взгляд. Тяжёлый, колючий, как всегда в последнее время. Он был явно недоволен. Я не удержалась и едва заметно улыбнулась. Лекси, стоявшая рядом, посмотрела на меня с видом "не смей", но я лишь пожала плечами.
Всю дорогу мы со Стивом смеялись над тем, как Тайлер и Лекси препирались между собой. Зайдя в кафе, мы сели в углу, так как возле окна было занято. Сделав заказ, парни начали рассказывать про предстоящий соревнования между различными школами, которое устраивалось впервые и любая школа, стоящая хотя бы что-то в спортивных достижениях могла подать заявку и, естественно они подчеркнули, как усердно они готовятся. Мы общались, как и раньше, но все равно чувствовались последствия произошедшего. К сожалению, они смогли затронуть и эту часть моей жизни.
У ребят в 15:30 начиналась тренировка. И у Лекси могла бы начаться тренировка по чирлидингу, если бы на прошлой неделе она не покинула свою группу. Я пыталась ее отговорить, но зная, что капитаном является Алекс, прекрасно понимала, что там будет происходить. Поэтому наша посиделка продлилась не так долго. Несмотря на напряженные отношения Лекси и Тайлера, время мы все-таки провели весело. Стив вызвался провести меня до дома, а я не смогла отказать. Мы болтали всю дорогу. Когда-то мы были очень близки, но теперь мы общались не так часто. И если честно, то я очень скучала по нашему общению. Мы всегда делились чем-то сокровенным, глупыми мечтами и фантазиями или могли часами обсуждать сюжеты сериалов, фильмов, книг или аниме.
Когда мы подошли к моему дому, я заметила на подъездной дорожке машину родителей. Это было странно, они обычно возвращались с работы только вечером, около девяти. Я быстро попрощалась со Стивом и побежала к двери, тревожно сжимая в руке телефон.
***
Закрыв дверь, я сразу почувствовала нарастающее чувство тревоги. С каждой секундой оно только усиливалось. Почему они дома? Неужели случилось что-то серьезное? Сглотнув ком в горле, я направилась в гостиную. Тишину нарушал только размеренное тиканье часов на стене. Папа выглядел задумчивым, а вот мама уже прожигала меня взглядом. В этот момент я окончательно осознала: хорошего ждать не стоит.
– Мам, пап, почему вы так рано дома? Что-то случилось? – осторожно спросила я.
– Кэтрин, сядь, пожалуйста, – папин голос был серьезным и непривычно холодным.
Я молча села и так мы просидели пару минут. Обстановка была нагнетающей. В голове уже пролетело миллион мыслей о том, что могло произойти. Чем больше мы сидели так, тем больше я продолжала накручивать себя и становилось не по себе.
– Может вы уже скажите в чем проблема? Мне не по себе сидеть так в тишине, – я прервала тишину.
По моему телу пробежали мурашки, когда я снова встретилась с маминым взглядом. Я терпеть не могла, когда она злилась. Она всегда старалась держать себя в руках, но сейчас это был тот один процент, когда ей это не удаётся.
– Нам звонил твой директор и он рассказал, что ты стала прогуливать уроки, хамить учителям и твоя успеваемость скатилась, – мама сделала глубокий вздох, но ей он явно не помог.
О чем я и говорила. Я сидела как вкопанная и не могла позволить себе пошевелиться. Не знаю, что меня ждет, ведь мама всегда переживала за мою учебу, а я стала так ее подводить и не думала об этом.
– Что с тобой происходит? Это ты так пытаешься доказать Майклу, что ты крутая? Ты в своем уме так себя вести? – она снова постаралась сделать вдох и все же снизила тон голоса, но менее устрашающе это не перестало выглядеть. Как Джексон мог выдерживать ее злой? – Твой директор тонко намекнул, чтобы мы срочно занялись тобой. Мы не трогали тебя и разрешали все, что ты хотела, потому что видели, как ты стремишься быть лучше, стремишься развиваться и строить своё будущее. Тебе никогда не мешали парни и друзья, но видимо сейчас все изменилось.
Я чувствовала, как внутри всё сжимается. Как же я хотела, чтобы они ничего не узнали. Чтобы не разочаровались. Папа мягко положил руку на мамино плечо и сам заговорил, куда спокойнее:
– Поскольку мы оба постоянно на работе и не можем следить за тобой, мы всё обдумали и приняли решение. Ты поживешь у Джексона. Мы уже с ним поговорили, он согласен. Я также связался с директором его школы. Мы с ним давние хорошие приятели. Он согласился принять тебя, и уже через несколько дней твои документы будут переведены. Послезавтра у тебя вылет. Начинай собираться.
Он сказал это так спокойно, будто речь шла о плановой поездке, а не о полном перевороте моей жизни.
– Но так нельзя, папа. Тут у меня все: вы, друзья. Как я могу это все оставить? – голос дрожал, глаза наполнялись слезами.
– Прости, Кэтрин, но ты совсем распустилась. Твои друзья слишком плохо на тебя влияют. Это пойдёт тебе на пользу, и ты сможешь снова взяться за ум, дорогая. Надеюсь, что ты поймёшь нас и простишь.
Я ничего не ответила. Просто поднялась и ушла в свою комнату. Слёзы текли сами собой. Я дрожащими пальцами набрала Лекси.
– Алло?
– Лекс... – я едва смогла выдавить из себя. – Меня отправляют к Джексону... Перекидывают в другую школу. У меня послезавтра вылет.
Несколько секунд молчания. Я слышала, как она замерла на другом конце провода.
– Что? Ты шутишь?.. Кэт, пожалуйста, скажи, что ты просто так сказала. – в её голосе зазвучала паника.
– Я не шучу, – всхлипнула я. – Они всё узнали. Про прогулы, про оценки... Про моё поведение. Им позвонил директор. Мама с папой решили, что так будет лучше, чтоб Джексон за мной присматривал.
– Да это же полный бред! – взорвалась она. – Они вообще с ума сошли? Думают, что если увезут тебя в другой город, всё вдруг наладится?
Я села на кровать, обняв колени. У меня не было сил ни злиться, ни спорить. Только эта пустота внутри.
– Они считают, что друзья плохо на меня влияют. – прошептала я. – Сказали, что мне нужно «взяться за ум».
– Ну офигенно. Значит, уехать – это решение всех проблем? Никаких разговоров, никакой попытки понять... просто собрать чемоданы и отправить к брату. Офигенно.
– Я ничего не могу сделать, Лекс... Я пыталась что-то сказать, но они уже всё решили. Билеты куплены. Джексон в курсе.
Снова тишина. Я чувствовала, как и она борется с эмоциями.
– А как же я? – её голос стал тише, почти шепотом. – Мы ведь только начали снова дышать. После всего...
– Я знаю, – выдохнула я. – Я не хочу уезжать. Я не хочу оставлять тебя.
– Мы что-нибудь придумаем, – решительно сказала она. – Я найду выход, вариант, решение. Я сделаю это, ясно?
Я невольно рассмеялась сквозь слёзы. И я ей верила. Даже если весь мир настроен против меня. У меня есть Лекси. И это уже многое значит.