10 глава
Грейс
Вечером, когда мое перо феникса впервые восстало из пепла, я убирала актовый зал, выполняя обязанности помощника режиссера. Это произошло на следующий день после моего почти состоявшегося поцелуя с Уэстом. Тесс с Лорен задержались допоздна, репетируя совместные сцены, и ушли последними. Лорен по-прежнему пыталась выучить правильно свои реплики. Она повесила всех собак на недавнее расставание с ее парнем Марио. Тесс же в своей пассивно-агрессивной манере уговаривала ее убедить профессора Макгроу поменяться ролями. Она приводила аргументы, что у Стеллы не очень много реплик, и эта роль не отнимает столько душевных сил. «Ну правда, Лор, просто скажи Финли и Макгроу, что у тебя и без того полно забот. Поменяйся на Стеллу. Получишь высший балл, а учить придется только половину реплик». Я делала уборку и кружила вокруг них со шваброй. Обе девушки помахали мне на прощание. Тесс задержала на мне взгляд чуть дольше обычного, словно впервые обратила внимание на мое существование. Я и не сомневалась, что это связано с тем, как Уэст утащил меня на днях из актового зала. Закончив с уборкой, я передвинула реквизит за кулисы и развесила костюмы на вешалки. Напевая себе под нос песню Селены No Me Queda Más (потому что девяностые и Селена – это двойное попадание), мыслями я снова убрела к Уэсту. А точнее, к его отношениям с родителями. Он злился, тут сомнений не было. Сент-Клер не распространялся о своей семье, но я, собрав по крупицам всю информацию, поняла, что у них проблемы с деньгами, а Уэст пытался им помочь и горбатился на боях. Собираясь уже выключать свет, я замерла между сценой и закулисьем и выглянула из-за бордового занавеса. Я любила пол сцены. Мое любимое место. От всех выступлений актеров и танцоров за эти долгие годы пол покрылся вмятинами и царапинами. Обшарпанный и поцарапанный, но на нем по-прежнему творилась величайшая магия. Сама того не понимая, я вдруг неосознанно шагнула в центр сцены и сглотнула подступивший к горлу ком. «Тебе нужно открыться». От слов Уэста щекотало внизу живота. Еще шаг. «Не заискивай и не прикидывайся невидимкой». Следующая реплика принадлежала моей бабушке. «Если ты не боишься, это не значит, что ты смелая». Не успела я понять, что происходит, как ноги сами понесли меня через сцену. Топ-топ-топ. Сердце ускорило ритм, во рту пересохло, а дыхание сбилось. Я замерла, остановившись посередине. Одинокая. Храбрая. Испуганная. Но непобедимая. Я стащила с головы розовую кепку, сделала глубокий вдох и выпустила пронзительный крик, отразившийся от стен и сотрясший зал. Он звучал несколько секунд и вскоре стих, но его эхо еще отдавалось у меня в груди. Улыбнувшись, я поклонилась перед пустующими креслами, обитыми красным бархатом. Я представила полный зрителей зал. Люди с бурными овациями вскочили на ноги, хлопали и выкрикивали одобрения. И вот тут я почувствовала, как мой феникс выглянул из пепла. Не целым крылом, а одним безупречным пером. Оно было красного цвета. Как мой шрам. И напомнило меня.
– В эту пятницу будет бой. Может, передумаешь и пойдешь со мной? – уткнувшись носом в учебник, плюхнулась рядом со мной на кровать Карли. Я скривила нос и, прислонившись к изголовью, прижала подушку к груди. – С чего я вдруг передумаю-то? – Во-первых, сплетни быстро разносятся, а Тесс всем растрепала, что на прошлой неделе Уэст, мать его, Сент-Клер выволок тебя из актового зала. Все теперь думают, что вы кувыркаетесь. У нас в кои-то веки, впервые за пять лет, случилось что-то интересное, а ты забыла мне рассказать! – Карли закатила глаза, перевернула страницу учебника и выделила маркером целый параграф. – Я уже готова бросить тебя, Шоу. Ты ужасная лучшая подруга. Я рассмеялась и кинула ей в лицо подушку. – Да нечего рассказывать. Мы просто друзья. – Ну да. Оказывается, не только страусы прячут голову в песок. – Ничего я не прячу. – Даже ни крошки? – Карл бросила на колени учебник и прижала пальцы друг к другу, оставив между ними небольшую щель и посмотрев на меня с озорной улыбкой. Бессмысленно рассказывать ей о поцелуе, которого так и не произошло, к тому же Уэст спешно назвал его ошибкой и пошел на попятный. – Клянусь, у нас чисто приятельские отношения. Он – убежденный холостяк, который любит разнообразие. Я буду полной идиоткой, если влюблюсь в парня вроде него. Я и так идиотка, которая уже почти в него втрескалась. – Не нам выбирать, в кого влюбляться. – Может быть, но зато мы вольны поступать, как нам вздумается, – возразила я. Карли устроилась поудобнее и села на пуховое одеяло, скрестив ноги, а потом прислонилась спиной к увешанной постерами стене в своей комнате. Pearl Jam, Third Eye Blind и Green Day. Ее комната являла собой храм девяностых, вместе с CD-плеером на тумбочке, мягкими игрушками на кровати и старомодным прозрачным телефоном. Карли родилась под самый конец 1999 года. Если точнее, в последний день года. Тридцать первого декабря, в одиннадцать пятьдесят восемь вечера. Время рождения сделало ее зацикленной на этой эре, а все, что нравилось Карли, любила и я. Это было естественно и вежливо – в качестве моральной поддержки примкнуть к ней и ее одержимости. – Знаешь, я же сейчас учусь на репортера. Называй это пытливой ловкостью, но я на нее не куплюсь, Шоу. Вы оба свободны, сексуальны и проводите слишком много времени вместе. – Подруга щелкнула у меня перед лицом арбузной жвачкой. – А еще он много времени проводит в постели с другими девушками – вроде Мелани и Тесс, – пробормотала я. – Твоя правда, а еще я никогда не видела, чтобы он зависал с кем-то один на один. – Карли взяла учебник, положила себе на колени и, не отрывая взгляда от страницы, что-то на ней выделила. – Да и с Тесс он давно не видится. Просто помяни мои слова, Шоу. Сент-Клер, может, и классный, но с ним точно будут проблемы. – Вообще-то… – Я выпрямилась, чувствуя необычное желание встать на защиту Уэста. – Он вовсе не проблема. Он действительно классный. Уэст обратил внимание, что Марла ушла домой, а я еще не была в душе, и несколько минут приглядывал за бабушкой. – Вот именно поэтому я снова озвучиваю приглашение пойти в пятницу на его бой. – Карли перевернула очередную страницу учебника. – Потому что он добр ко мне? – недоуменно посмотрела на нее я. – Нет, потому что он создает такую видимость. Уэст такой внимательный в фургоне, потому что попал в другую среду, но он все равно животное. Я не удостоила ее ответом, и Карли закатила глаза. – Слушай, неужели тебе не любопытно узнать, дружите ли вы только на работе или за ее пределами тоже? Любопытно? Да я дико желала это узнать. В колледже мы с Уэстом даже не общались. Он чересчур всерьез воспринял просьбу не привлекать ко мне внимание и даже не смотрел в мою сторону, когда мы проходили мимо друг друга. Он словно даже не подозревал о моем существовании. И мне отчасти не хотелось узнавать, как мы будем вести себя вне нашего уютного кокона. Однако я все чаще стала понимать, что нужно узнать, была ли я ему удобным другом, которого он скрывал и стыдился, либо человеком, которого он считал себе равным. – Ладно, – выпалила я. – Пойду я на бой. – Да! – Карли победно вскинула кулак вверх. – Молодчина! А теперь пошли надевать вызывающие шмотки, чтобы его отвлекать. – Погоди, разве ты не говорила, что встречаться с ним – дурная затея? – Встречаться? Да. Подразнить? Нет. Самое время понять, что ты крутая штучка, Шоу. И если осознать это ты можешь только с Уэстом Сент-Клером, то я только за. Я схватила одну из подушек, прижала ее к лицу и проорала от ужаса и радости. – Быстро. Если бы ты могла вернуть что-то из девяностых, то что бы это было: блокбастеры или сексуальный Киану Ривз? – постучала по моему колену Карли. Я скинула подушку на пол, широко вытаращив глаза. – Извините, пожалуйста! Киану Ривз до сих пор красавчик! Карли запрокинула голову и расхохоталась. – У нас есть победитель! Это была проверка. И ты прошла ее на «отлично».
Я уставилась в зеркало, не в силах перестать лыбиться как идиотка. Десять слоев тоналки? Готово. Глаза, подведенные по-кошачьи? Готово. Уложенные волосы? Готово. Блестящий розовый блеск для губ и такого же цвета кепка? Готово. Облегающее черное мини-платье с длинными рукавами, выгодно подчеркивающее ноги? Еще как готово. Через окно спальни я услышала, как сигналит Карли, оповещая о своем приезде. Я сбежала по лестнице, чувствуя, что сердце в груди трепещет подобно крыльям бабочки. Бабушка сидела в гостиной, вязала и слушала записи Джонни Кэша. Слава богу, для нее день выдался хорошим, но я все равно попросила нашего соседа Гарольда время от времени к ней заглядывать. – Бабуль, я ушла! – прокричала я и взяла небольшой клатч. Я была одета для модного клуба или ресторана, а не для боксерского ринга, но ничего не могла с собой поделать. Я впервые выхожу в свет с тех пор, как отказалась от общественной жизни, и для меня это стало большим событием. Бабушка помахала рукой, не отрываясь от вязания. – Будь осторожна, Грейси-Мэй. И если будешь пить, позвони. Я за тобой заеду. Я замерла как вкопанная перед дверью. Она говорила как прежняя бабушка. С ясным умом. Горло сжалось от слез. – Спасибо, – мягко ответила я. – Сегодня за рулем Карли. Она не будет пить, и я тоже. – Семья Контрерас хорошая. Карли пошла в свою маму. И правда милое дитя, – бабушка одобрительно закивала, сделав глоток чая. Почему она не может оставаться такой всегда? Карли снова посигналила, и у меня чуть душа в пятки не ушла. – Согласна! Я ушла! – Вперед. О, Грейси-Мэй? – Да? – Я замерла на полпути к двери. – Возвращайся домой до первого фонаря. Комендантский час в полседьмого, юная леди. На часах уже почти девять. Улыбка на моем лице погасла, а вот тупая боль в груди вернулась. Все-таки не совсем ясный ум. – Обязательно, бабуль. Мы добрались до «Шеридан Плаза» с опозданием в десять минут и минут пятнадцать потратили на поиски места, где можно припарковаться. Карли пришлось ехать очень медленно, потому что к «Плазе» неспешно направлялись толпы людей. Они смеялись, пили и целовались. Я даже не подозревала, что бои на ринге настолько грандиозное событие в Шеридане. «Огни большой пятницы» и рядом не стояли с такой популярностью. Я знала, что в боях принимал участие не только Уэст. Каждую пятницу устраивалось примерно пять боев, но главным событием вечера был именно Уэст, и потому билеты разлетались, как горячие пирожки. Когда мы в четвертый раз объезжали парковку в поисках места, какой-то умник посигналил Карли, веля опустить окно. Она так и сделала. – Если продолжишь кружить по стоянке, бензин кончится. Паркуйся, где можешь, – штрафные талоны тут не выдают, куколка. Карли бросила на меня неодобрительный взгляд. – Не знала, что твой парень так популярен. – Перестань называть его моим парнем, – попросила, даже взмолилась я. Я не имела права в это верить. – Ты права. Если бы ты с ним встречалась, я бы тебе врезала. Он недостоин твоего сердца, Шоу. Мы припарковались и стали подниматься к «Плазе», увязая шпильками в песчаных холмах. Заплатили по двадцать баксов за вход – отнюдь не дешевая гулянка – и вошли в торговый центр. На второй этаж втиснулись дюжины людей. В основном тут собрались студенты колледжа, но попалось и несколько ребят, которые явно учились в старшей школе, или те, кому уже больше двадцати пяти. Все держали в руках красные стаканчики, народ болтался и смеялся, пока два полуголых парня мутузили друг друга на ринге. Они явно были на разогреве, потому что никто не обращал на них внимания. Ни Уэста, ни его друзей не было видно. – Я за пивом. – Карли наклонила голову в сторону парня, стоявшего за ящиками и разливавшего из бочонка пиво по стаканчикам. Я кивнула. – А я найду Уэста, пожелаю ему удачи. – Не обжимайся с ним, – погрозила подруга пальцем. Я отдала ей честь и стала оглядываться в поисках его лица. Поняв, что поблизости с рингом Уэста нет, я побрела к тем небольшим пустым комнатам с матрасами. Сначала я заглянула в каждую из них, пытаясь разыскать Уэста. Однако, наткнувшись на дрочившего полуодетого парня, пока две чирлидерши вылизывали друг друга, я прытко прошла мимо, стараясь не смотреть в их сторону. Из отсеков раздавались стоны и похотливое рычание. Я ненавидела это место. Буквально презирала. И с каждой секундой шанс, что я найду Уэста с девушкой, становился все более реальным. Меня затошнило. С чего я решила, что прийти сюда – хорошая идея? Он тебя предупреждал. Называл это место спермоприемником. Тебя сюда даже не приглашали. Я уже готова была развернуться и бежать со всех ног, когда из-за одной бетонной стены раздался его грубый голос. – Отвали уже от меня, – прорычал Уэст. – Вопрос в том, даешь ли ты Тесс передохнуть, – откликнулся второй голос – Истон, полагаю, судя по безучастному, рассудительному тону. – Ну, между раундами. В ответ послышался мужской хохот и звук открывающихся банок с пивом. – Только не говори, что до сих пор ее трахаешь? А вот это уж точно ляпнул Рейн де Ла Саль. У меня все внутри перевернулось. Этот парень – настоящий засранец. – Расслабься, придурок. Ты сам знаешь, что я никого не трахаю дважды. Хотя не против отодрать ее еще разок, если продолжишь меня доставать. – Это угроза? – выкрикнул Рейн. – Нет, обещание. – Ты же не даешь обещаний, – напомнил Истон.
И правда. – Для попки, как у Тесс, я с радостью сделаю исключение. Я попятилась назад, пока меня не затошнило. Грудь пронзило острой ревностью. Я испытывала столько дурных чувств, что у меня кружилась голова. Настороженность. Сомнение. Жестокое разочарование. Боже, откуда это ощущение, будто у меня сердце взлетело на воздух? Уэст меня даже не целовал, а я уже испытывала по отношению к нему пугающую ревность. Бросившись обратно к рингу, я оглянулась, чтобы убедиться, что они меня не заметили. – Шоу! Вот ты где! – выскочила передо мной Карли, держа в руках два стаканчика. Один подруга пихнула мне в ладонь. – Я убедилась, что парень открыл совершенно новую бочку и налил пиво у меня на глазах, чтобы туда ничего не подмешали и не разбавили водой. Ну как? Нашла своего любовничка? – Нашла, – прошипела я. – И, не вдаваясь в подробности, скажу, что любовничек любит заниматься сексом с Тесс, так что теперь мы знаем мои перспективы. Подруга охнула, и в ее глазах появился любопытный блеск. – Ты их застукала? – Нет, подслушала, как он заявляет о своих намерениях по отношению к ней. – Я же говорила, что он тот еще придурок. – А еще уговорила меня прийти сюда, – вздохнула я. – Верно. – Карли пожала плечами. – Мы никогда сюда не ходили, а я правда хотела узнать, из-за чего такая шумиха. Расталкивая всех плечами, я протиснулась к первому ряду зрителей, а Карли плелась за мной, сменив тему на обсуждение учебной нагрузки. Я пыталась убедить себя, что так будет лучше. Уэст не мой. Его тело принадлежит другой девушке, а сердце недоступно никому на свете, включая его самого. Бой подошел к концу. Потом раздалась барабанная дробь. На импровизированную трибуну вышел Макс Ривьера и приложил ко рту ладони. – А сейчас, леди и джентльмены, наши главное событие вечера. Нокс Мейсон против единственного и неповторимого. Этот мужчина – легенда, любимчик женщин, который составит конкуренцию самому царю Давиду… – Макс выдержал потешную паузу, от которой люди тихо заржали. – УЭСТ СЕНТ-КЛЕР! Когда мужчины вышли на ринг, зрители принялись вскидывать кулаки вверх. Уэст задел меня плечом, но даже не заметил. Я почуяла знакомый аромат зимы и мужественности и крепко прижала к груди стаканчик. Карли толкнула меня локтем. – Ну, хотя бы позабавимся, увидев, как он получит пару оплеух. – Да Уэст разгромит этого беднягу. Но я ошиблась. Уэст не разгромил Нокса. Черт возьми, он его чуть не прикончил. Всякий раз, когда Нокс пытался нанести удар, Уэст успевал увернуться и наносил встречный удар, вырубая противника на пять-восемь секунд. Пинок. Толчок. Иногда он хватал парня (а парень был мощным) и шутки ради бросал его на мат в стиле реслинга. Бои для Уэста не спорт. И даже не хобби. Они наравне со сменой постельного белья или чистки зубов. Еще одно будничное занятие, не требующее особых усилий. Его тело выражало скуку и апатию. В какой-то момент, когда Нокс лежал на мате, свернувшись калачиком, держась за живот и дрожа от боли, Уэст развернулся и пошел в моем направлении. Он бегло осмотрел зал, словно что-то искал – наверное, очередную девку на ночь – и наткнулся на меня. Все замерло. Стало тихо. Или нет, но для меня шумовой фон отошел на задний план, когда Уэст вытаращил глаза сначала от непомерного удивления, а потом и от гнева. Он свел брови вместе. Каждая мышца его тела была напряжена. Вот теперь он выглядел так, словно по-настоящему готов к бою. – Какого хрена ты… – резко прошипел он сиплым голосом так угрюмо и порочно, что у меня по спине пополз холодок. Уэст не успел закончить предложение. Нокс воспользовался возможностью и отвесил хук прямо в затылок Уэсту. У того дернулась голова, а изо рта потекла кровь. Я взвизгнула. Уэст развернулся и проворным ударом в печень, а после – внезапным ударом по скуле отправил Нокса в полет через весь ринг. Боец сбил несколько ящиков, пару раз перевернулся и упал вниз головой на мат, явно вырубившись. Толпа взвыла, приветствуя Уэста одобрительным криком и свистом, а Макс подбежал к Ноксу и присел возле него на корточки, считая до десяти. Уэст не удосужился остаться на ринге, чтобы его объявили победителем. Он полетел ко мне как угорелый. Я отступила назад и пошатнулась, врезавшись в стоявших сзади людей. Накачавшийся пивом парень рыгнул и беззаботно толкнул меня в руки Уэста. – Ого, Сент-Клер сегодня возбужден. Обычно он терпит, пока не разделит выручку с Ривьерой. – Ничего себе, – прошептала Карли с круглыми как блюдца глазами. Теперь, по милости пьяного парня, я была зажата объятиями Уэста. Он с неприкрытым отвращением отпихнул меня и посмотрел так, словно я совершила самое страшное преступление на свете. – Кто ее впустил? – взревел он. Его выкрик затмил шум в зале, и все дружно сделали шаг назад. Парень, продавший нам билеты, опасливо шагнул вперед и поднял руку. – Я… я впустил их, братан. Я узнал их, они же учатся в Шеридане? Отвечая, Уэст смотрел на меня. – Ты уволен. – Но я… – Уволен, – с откровенной злобой повторил Уэст. Глаза горели от унижения, а лицо вспыхнуло таким румянцем, что у меня от злости закружилась голова. – Ты обещал не привлекать ко мне внимания, – едва слышно процедила я сквозь зубы. Уэст бросил безразличный взгляд и хмыкнул. – Я не даю обещаний. Я велел тебе не приходить сюда. Как только ты ступила в мои владения, то привлекла к себе чертово внимание и теперь получила его по полной. – Ушам своим не верю! – А я тебя сюда ни хрена не звал. – Какая жалость, что ты здесь не хозяин, – пожала я плечами, пытаясь показаться безразличной к происходящему и умирая от того, что все на меня смотрят. – Я остаюсь. И вообще, пойду-ка я долью себе в стакан. Так что прошу меня извинить… Собрав в переносном смысле ошметки своей гордости, я развернулась и пошла в другой конец зала, зная, что Карли меня не оставит. Похоже, я получила ответ. Мы с Уэстом не друзья. Отнюдь. Толпа расступилась, завороженно следя за каждым моим шагом, как вдруг меня подхватили сзади и подняли вверх. – Ну какая же ты вредина! Уэст сгреб меня в охапку и закинул себе на плечо, неся как пожарный. Он быстро стал подниматься по ступенькам на третий этаж. «Администрация», как он его назвал. – Куда ты ее несешь? – смеясь, кто-то выкрикнул в толпе. – Хорошенько отшлепай, а потом выкинь в окошко. От ярости кровь стучала в висках. Уэст не только каждую неделю трахал разных девушек, но и решил, что я каким-то образом стала его собственностью. Хватал меня, раздавал приказы, вынуждал чувствовать себя публично отверженной. Я заколотила кулаками по его спине и плечам. – Отпусти меня, засранец! Уэст проигнорировал мои слова, взбираясь по ступеням. Меня испугало, что он нес меня с такой легкостью. Уэст мчал наверх так, словно весом я была с упаковку пива. Я услышала, как Карли кричит мое имя, и увидела, что Рейн и Ист перегородили ей дорогу с вежливыми улыбками. Это выглядело более жутко, чем ощущалось на самом деле. Зная, что мы с Уэстом сейчас просто поссоримся, я решила тайком показать подруге два больших пальца, обозначая, что умирать от его рук не собираюсь. – Карли вызовет полицию, – на всякий случай сказала я и вцепилась ему в волосы. Боже. Я вела себя как дикое животное. Вместе с тем мне не хотелось оставаться с Уэстом наедине. Я знала, что не устою перед соблазном. Приму все, что он мне предложит. – Заткнулась быстро, – рявкнул Уэст. – Не заткнусь, пока ты меня не опустишь. – Нет уж, спасибо. Хватает тех, кто уже это для тебя делал. – Кто ты такой, черт возьми, чтобы меня осуждать? – Единственный человек, который замечает твое существование. – А мне оно и не надо! – Вообще-то, выбора у тебя нет и, к несчастью, у меня тоже. Уэст опустил меня на пол и прижал спиной к стене. Он со знанием дела вправил вывихнутый локоть, и раздался щелчок вернувшейся на место кости. Я поморщилась. Сент-Клер вел себя так, словно для него это привычное дело. – У тебя есть два способа отсюда уйти. По лестнице или через окно. Зависит от того, будешь ли ты слушаться следующие пару минут. Поэтому предлагаю ответить на мои вопросы и придержать свои дерзкие комментарии для того, кто их оценит. Вопрос первый: какого черта ты тут забыла, Техас? Уэст обнажил зубы как дикий зверь. Я скрестила на груди руки, ухмылкой пытаясь скрыть расшатанные нервы. – Любуюсь боем. Выбираю парня на ночь, если удастся найти кого-то интересного. А что? Тебе какое дело? Мы друг другу никто. – Неверно. – Уэст встал ко мне близко-близко. Что-то подсказывало мне, что он и сам понятия не имеет, почему так на меня вызверился. – Мы не никто. Ты мой друг, а я предупреждал тебя и близко не подходить к этой помойке. – Это твоя помойка. – Я и есть мусор. А ты нет. Мы играем по разным правилам. Я запрокинула голову и расхохоталась, для пущей убедительности вскинув руки. – Ты не имеешь права диктовать мне свои правила. Моя жизнь касается только меня. Ты-то тут при чем? Я хотела прийти. И угадай что? – Я горела жаждой мести и совершенно себя не контролировала. Адреналин ударил мне в голову. В эту минуту мне просто хотелось обидеть Уэста так же, как он обидел меня. Безвозвратно. Вырвать из груди его сердце и смотреть, как оно истекает кровью у меня в кулаке. – Я имею право сюда приходить и искать на вечер парня. Думаю, самая пора. Выбор предостаточный. Я понимаю, почему тебе так нравится в «Плазе», – присвистнула я и демонстративно оглянулась по сторонам. – Отличное место для того, чтобы перепихнуться. Уэст заскрежетал зубами и свел брови вместе, хмуро на меня глядя. – Если думаешь, что можешь прийти в мой клуб и потрахаться с левым парнем, то глубоко ошибаешься. – Почему бы и нет? Ты постоянно так делаешь. Куда подевался твой феминизм? – Я не снимаю тут телок. – Ну разумеется, – улыбнулась я. Уэст провел пальцами по волосам и громко вздохнул. – В последнее время нет. – Уточни, с какого момента, Уэст.
– Ведешь учет? – До меня слухи доходят. Так значит, Мелани тут не было в последнее время, – не удержалась я, хоть и знала, какой жалкой сейчас выгляжу. Уэст поджал губы. – Мелани была тут до того, как мы с моим членом неловко постановили, что он нацелен на тебя. – А как же Тесс? – А что с ней? – Уэст тут же смутился. – Она была до или после того знаменательного разговора с твоим членом? Ты сказал сегодня, что не против снова заняться с ней сексом. Господи, я только что призналась, что подслушала его разговор. Уэст даже бровью не повел. Все та же неумолимая маска жестокости. Он старался не психануть. – Ты… ты идиотка. – Уэст закрыл глаза и с раздражением почесал лоб. – Я хотел взбесить Рейна. Он на нее запал, а я до сих пор злюсь из-за того, как он с тобой обращался. – Нет. Это ты идиот, – заорала я ему в лицо, забыв, что люди могут нас услышать. Я ткнула в грудь Уэста пальцем. – Ты злишься на меня и сам не знаешь причину. Я хотя бы знаю, почему так тебя ненавижу. Ты подаешь мне противоречивые намеки. Целуешь, но потом соскакиваешь. Почему, Уэст? Все эти слова, какая Грейс красотка всего лишь притворство? Чтобы поднять мне самооценку? – Я с обидой хохотнула, но перед глазами стало все расплываться от слез. Я их предчувствовала. Настал его черед мрачно засмеяться. – Думаешь, мне есть дело до твоей самооценки? Не смеши меня, Техас. Ты не настолько важна. Я даже обижаться не стала, так как знала, что любая его фраза сейчас – ложь. Все наши чувства друг к другу – и хорошие, и плохие – сплелись во что-то большее, чем мы сами. Уэст отошел и молча окинул меня взглядом. Я знала, что выгляжу лучше, чем в первую нашу встречу, но на его лице не отразилось ни одной эмоции. – Что ты хочешь услышать? Что мне снится, как ты в том фургоне опускаешь свою прелестную светловолосую голову, расстегиваешь молнию и берешь в рот так, что начинаешь давиться? Тебе станет лучше, если я признаюсь, что хочу трахать тебя часами напролет? Что я, глазом не моргнув, прижался бы к твоей попке, если бы мы так сильно не облажались? Извини, Техас, это правда. И что я вырвусь из этой дыры сразу же, как получу диплом, и не завожу серьезных отношений? Ты ведь вроде и так все это знала. Ты знала, почему я тебя не поцеловал. Тесс, Мел, те девчонки… они понимают ситуацию. Я их не знаю. Мне на них плевать. После того, как я отымею их, меня не интересует продолжение. Я не могу поцеловать тебя, Грейс. – Уэст с грустью покачал головой и сделал еще один шаг назад. – Черт, я даже смотреть на тебя не могу. Я его теряю. Я знала. И впервые за долгое время мне хотелось побороться. Мой феникс с трудом восстал из пепла и обнажил свои великолепные перья. Я потерла кольцо с пламенем на пальце, вздернула подбородок и выдала самую соблазнительную улыбку из своего арсенала. – Бояться – нормально. Уэст сжал челюсти и сглотнул, отчего кадык дернулся. – Я не боюсь, – сухо ответил он. Но я хорошо знала Уэста и чувствовала исходящий от него гнев, от которого затуманились его зеленые глаза. – Конечно, не боишься. – Я подняла клатч, который выпал из рук, пока мы ругались, и, повернувшись к выходу, повесила его на плечо. – И я понимаю, что ты хочешь сказать. Зря я вообще с тобой связалась. Но это не значит, что я буду вести себя как монашка. Трусишь настолько, что не хочешь начинать со мной отношения? Не проблема. Я пойду вниз и найду приятного южанина для серьезных отношений, который их не испугается. И он будет счастлив дать мне обещания, которых ты так боишься. Парня, который… Уэст набросился на меня как пантера, отбросив спиной к стене. Я вскрикнула, но он заткнул меня, накинувшись на мой рот с карающей силой. Уэст схватил розовую кепку, которую купил мне, и скинул ее на пол. Я протестующе закачала головой, но он удержал меня, сильными пальцами сжав мой подбородок. Наверняка останутся синяки. – Техас, а может, дашь мне как следует тебя рассмотреть? Ты понтуешься, но, когда наступает время показать себя, то тут же даешь задний ход. Хочешь порочной интрижки с главным в городе засранцем? Твоя взяла. А теперь покажись, – прозвучало его жесткое требование, а не просьба. Я сжала губы, смотря на него исподлобья в ожидании, что он теперь будет делать. Без кепки я чувствовала себя голой и бесилась, что Уэст так пристально на меня смотрит, жадно пожирая глазами. Но я напомнила себе, что сегодня густо накрасилась, а в помещении очень темно. Уэст увидит немногое. Я затряслась в его руках как осиновый лист, но смело посмотрела ему в глаза. – Передумал? – попыталась я подколоть его тоненьким, дрожащим голосом. Уэст зловеще ухмыльнулся, напоминая сейчас самого Сатану. – Я не такой, как ты, Техас. Если определился – считай, дело сделано. Он высунул язык и очень-очень медленно провел им по шву на моей нижней губе. Его горячий мокрый язык на ощупь показался мятым бархатом, и я задрожала всем телом. Каждый сантиметр моей кожи покрылся мурашками, начиная с макушки и заканчивая кончиками пальцев. Каждый нерв пылал в огне. Я пылала в огне. И на этот раз хотела погибнуть в его объятиях. – Ну, и кто теперь трусит? – прошептал Уэст мне в рот, дразня и уговаривая открыться навстречу его умелому языку. Я крепко зажмурилась. Его губы были слишком желанными. Слишком теплыми. Слишком притягательными. Слишком идеальными. От его запаха – яблок, пота и мужественности – я сжала бедра, почувствовав, как в трусиках скапливается влага. Я была такой мокрой, что становилось трудно сдерживаться. – Ты уступишь мне, как и всегда, так что просто остается сделать это с высоко поднятой головой, – хрипло прошептал Уэст напротив моих губ. – Потому что, как только я решу тебя поцеловать, меня ничто не остановит. И уж точно не ты. Ну, этот парень и наглец. Я продолжала сжимать губы. Медленно приоткрыла голубые глаза, с вызовом смотря в его зеленые. Он сплел наши пальцы и со знанием дела провел большим по кольцу с пламенем. Уэст поднес кольцо к губам и, смотря мне в глаза, зашептал в него: – Желаю, чтобы Грейси-Мэй разрешила ее поцеловать. Он заметил. Заметил, что я шепчу пожелания, прижав кольцо к губам. Заметил, что сломанное украшение с пламенем было моим собственным яблочным леденцом. Интересно, что, по его мнению, случилось с моим лицом. Меня поразило, что с тех пор, как мы подружились, Уэст ни разу не поинтересовался. – А теперь, Техас, если ты через три секунды не приоткроешь рот и не дашь мне зацеловать тебя до посинения, я больше никогда не предложу. Я уже говорил, что никогда не отказываюсь от своих слов. Три. Два. Од… Я разжала губы. Уэст тут же коснулся моего языка и с жадностью стал ласкать своим. Это был мой первый поцелуй после Такера. Поцелуй на вкус отдавал пивом, яблоками Гренни Смит и Уэстом. А Уэст по вкусу напоминал дом, с ужасом подумала я. Я ясно осознала, от чего у меня сердце сжалось, что ничто и никто не будет иметь такой же вкус, как Уэст. Он прижался ко мне грудью, и мы оба простонали, удивившись силе его поцелуя. Уэст просунул колено между моих ног, бесстыдно упираясь членом мне в живот. Даже сквозь джинсы я почувствовала, как он пульсирует, налившись кровью. Это был пылкий, страстный поцелуй. Со мной такого раньше не случалось. Комбинация сумасбродства и необузданности. Я не знала, в какой точно момент мы оторвались друг от друга, но, когда это случилось, руки Уэста лежали на моих щеках. Уэст провел своим носом по моему носу вверх-вниз, и этот жест я сочла немыслимо ласкающим. Я попыталась перевести дыхание, но сердце так преисполнилось чувствами, что было сложно даже вдыхать столь нужный легким кислород. – Мы играем с огнем, – сипло произнес Уэст. Я кивнула и снова опустила взгляд на его рот. Мне хотелось еще. В объятиях Уэста я не чувствовала себя уродливой, даже когда он коснулся рукой моего шрама. – Я уже прошла сквозь огонь, так что осознаю риск. – Голос у меня дрожал, и каждое слово отдавало искуплением и переменой. Возрождением. – Я готова заплатить эту цену. Уэст закрыл глаза и резко вдохнул, словно ему было больно такое слышать. – Мне лучше уйти, – признался он скорее себе. – Я не настолько гордая, чтобы следовать за тобой, – призналась я. – Если мы пойдем этим путем, то отношения будут без обязательств, Техас. Так нужно. Я не могу ничего обещать. Или заводить отношения. Мне не по силам быть обычным бойфрендом. – Откуда тебе знать? – возразила я. Уэст печально мне улыбнулся. – Поверь, детка, я знаю. Выражение его глаз убедило, что у него есть веская причина так утверждать. Я взяла Уэста за руку и перевернула ее, чтобы показать на татуировку. – Кто такая «О»? Я уже к ней ревновала. Я хотела стать этой О. Хотела его бессмертную преданность и глубокую печаль. Хотела обладать силой, способной пробудить небесное наказание, которому она его подвергла. Уэст отошел на безопасное расстояние. – Она – та самая, да? Уэст отвел глаза и уперся взглядом в пол. – Никаких обещаний, – непреклонно предупредил он. Мне казалось, будто Уэст только что перерезал мне вены и смотрел, как я истекаю кровью. – Либо без обязательств, либо никак. Я подняла кепку, надела ее на голову. Снова перекинула ремешок сумки через плечо. – Мне нужно подумать, – честно призналась я и пошла к лестнице. Уэст перехватил меня за запястье. – Подумай завтра. Побудь со мной сегодня. Пожалуйста. Я взглянула на него. Он зарычал и покачал головой, раздражаясь на нас обоих. – Слушай, я обе… – Уэст умолк и откашлялся. – Даю тебе слово, что сохраню твою киску в целости и сохранности. Но ты такая нарядная, охрененно сексуальная и, наверное, впервые за долгое время пришла на вечеринку. Давай немного порезвимся. Я посмотрела на его загорелые пальцы, обхватившие мое запястье. Крупные, но нежные. Не могу ему отказать. Не могу ему отказать, даже если мир охватит пламя – как было сейчас со мной. Мне нечем было оправдать свои следующие слова. Я понимала, что протягиваю руку за ядом и делаю большой глоток. – Я проведу с тобой этот вечер, – тихо ответила я, зная, что Уэст уже забрал больше, чем мы оба рассчитывали.
Мы сбежали на второй этаж. Все ушли, и здесь остались только наши друзья. Возле разлива пива Карли болтала с симпатичным парнем из братства по имени Майлс. У него были волосы песочного цвета и нордическая внешность. Рейн в углу флиртовал с Тесс, которая быстро кинула на нас взгляд из-за его плеча, когда мы спустились вниз. Макс сидел на своей трибуне и подсчитывал деньги, а Истон возился с телефоном. Уэст направился прямиком к Максу, а я дернула Карли за платье и сказала, что оставляю ее и иду прогуляться с Уэстом. Улыбка, с которой Карли болтала с Майлсом, в считаные секунды испарилась. – А как же «мы просто друзья»? – нахмурилась она. – Я с ума сходила от беспокойства. Постоянно думала, показался ли мне жест от тебя, что все нормально, или нет. Я затопталась на месте. – Тебе не показалось. И обещаю, у нас просто встречи без обязательств, так что… – Без обязательств – это не про тебя. – Но я могу на это пойти. У меня же нет аллергии. Просто никогда раньше не пробовала, – заспорила я. – И не нашла кандидата лучше, чем самый известный, популярный в колледже мужик, который зарабатывает на жизнь тем, что ломает другим носы? Не вижу никаких потенциальных трудностей. Ни единой. – Карл недоверчиво посмотрела на меня, видимо желая вразумить. Видимо, мне отлично удавалось скрывать, как сильно я втюрилась в этого парня. – Карл, пожалуйста. – Я притянула подругу к себе, пытаясь растопить ее сомнения. – Мы просто развлекаемся. Разве не ты меня убеждала, что цель оправдывает средства? – Я так понимаю, любовничек больше не с Тесс, – заворчала она и без энтузиазма похлопала меня по спине, но вроде как начала свыкаться с этой идеей. Боже, благослови миссис Контрерас за то, что родила такого невероятного человечка. Без Карли мне и секунды не прожить. – Мы это прояснили. – Ага! Так вот как сейчас это называется? – Карли вырвалась из моих объятий и окинула меня по-матерински суровым взглядом. Я засмеялась. – Я и с ума схожу от волнения, и умираю от любопытства. Советую рассказать мне все подробности. Я смутилась. Рядом со мной возник спокойный и равнодушный Уэст. – Готова, Грейс? – Он засунул толстую пачку денег в передний карман. Грейс. Не Техас. Я кивнула. Уэст кивнул на прощание Карли, Майлсу, Рейну, Тесс и Истону. – Вы куда вообще? – крикнула Тесс, выпятив бедро. – Подвезу Грейс до дома, – не моргнув глазом, соврал Уэст. – Хочешь, потом погуляем? – радостно улыбнулась Тесс. – Нет, спасибо. Мы молча перешли дорогу к фургону, даже не сговариваясь. Это казалось правильным. «Фургон с тако» стал нашей тихой гаванью. Я отперла дверь и первой проскользнула в трейлер. Уэст повернул замок и прислонился к двери, подложив руки под спину и смотря на меня с нахальной ухмылкой. – И так пали сильнейшие. – Я прижалась спиной к противоположной стене и улыбнулась в ответ. – Подумать только, ты первым делом заявил, что никогда ко мне не притронешься. – Знаешь, Техас, не уверен, что это я буду к тебе притрагиваться, – пошутил Уэст. – Но ты кончишь так сильно, что завтра с кровати встать не сможешь. Я сползла по стене. Он сполз по двери. Мы сидели лицом друг к другу по разные стороны фургона. Может, не трогать друг друга – прекрасная мысль. Я и так слишком увязла. – Симпатичные трусики, – заметил Уэст, опустив жадный взгляд между моих ног. Я показала ему средний палец и сжала ноги, обхватив руками колени. – Облом. Не видно тебе моих трусиков. – Черный хлопок. С белой жемчужинкой по центру. Занятный символизм. – Уэст облизнул губы, смотря мне между ног. Я охнула и, раздвинув колени, наклонилась проверить. Я помню, что надела черные трусики, но без жемчужины… – Эй… – Я нахмурилась. Уэст прыснул со смеху. Его грудной голос вызвал резонанс в трейлере, в моем разуме, в груди. – Думал, договоримся. – С тебя причитается стриптиз. – Я снова посмотрела на него и выпятила нижнюю губу. Сердце в груди заходилось как бешеное. – Твое желание – закон. – Уэст расстегнул джинсы, смотря мне в глаза. Он хотел узнать, не испугаюсь ли я. Не выгоню ли его взашей из фургона. Я не сделала ни того, ни другого. Уэст стянул джинсы, но показал только свои серые боксеры. Я видела под тканью его эрегированный член. Он был таким большим, что даже удалось разглядеть отдельные венки, извивающиеся вдоль всей длины. Уэст погладил себя через ткань. – Твоя очередь, – напряженным голосом произнес он. – Проведи пальцем по своей киске, Техас. Я тотчас забыла про тревогу, сосредоточившись исключительно на том, как он водил руками по своему члену. У Уэста прекрасные руки. Большие и сильные. Проведя указательным пальцем по шву трусиков, я ахнула и прижалась головой к стене. – Просунь пальчик через ткань, – внимательно наблюдая за моими действиями, скомандовал Уэст. То, что Уэст смотрел, как я себя ласкаю, было нереально сексуальным. Я выполнила его просьбу. Сент-Клер закрыл глаза и издал рычание, яростнее поглаживая рукой член. – Вытащи его, – сказала я. Наступила пауза. – Уверена? – Да. Уэст вытащил член из боксеров. Тот был огромным и прижат к животу. Я забыла, как выглядят члены, хоть и видела за все время только один. – Сдвинь трусики, чтобы мне была видна твоя красивая киска. – Уэст нещадно тянул за член. Мне нравилось, как он произнес слово «киска». Прозвучало довольно непристойно, но притом не унизительно. Я прикусила губу. – Я не… не готова сейчас к демонстрациям. Уэст хихикнул. – Да ты дикая ковбойша? Господи. – Я не ожидала фотосессии. Почему я поощряю продолжение этой метафоры? От смеха Уэста в животе защекотало, но радость не помешала его члену еще больше налиться кровью и стать каменным. Член у Уэста был больше, чем у Такера. Тесс и компании нужно выдать награду за то, что умудрились к нему приспособиться. Ну, или оказать медицинскую помощь. А может, и то и другое. – Ставлю сотню баксов, что у тебя там великолепно, – прошептал Уэст. – Откуда тебе знать? – У меня чуть челюсть не отвисла. – Это же часть твоего тела. – Нечасто гениталии называют великолепными. – Ты не мастер по грязным разговорчикам, Техас. Меньше болтай, лучше покажи мне свою киску. Я отодвинула в сторону трусики, прекрасно зная, что достойной порнушки Уэсту не видать. Мою киску прикрывал пушок светлых волос. Они были побриты, но не удалены полностью. Я раздвинула складки пальцами, обнажая розовое лоно. – Вот черт. – Уэст прикрыл глаза, но снова сосредоточив внимание на мне, яростнее задвигал кулаком по члену. – Потри клитор для меня, детка. Меня не пришлось просить дважды. Тем более что Уэсту, похоже, нравилась эта картина. Очень. Я стала обводить пальцем клитор, увидев, как у него из головки просочилась капля смазки. Языком провела по нижней губе. Почему я никогда не проделывала таких сексуальных штучек с парнем, хотя прошла весь этот опыт с Такером? Потому что ты никогда не хотела Такера так, как хочешь Уэста. – Техас. – Его голос прозвучал хрипло. Словно Уэст едва сдерживался. Я прекрасно понимала его чувства. Оргазм нахлынул огромной волной. – Хм? – Могу я сесть поближе? – Да. Уэст подполз ко мне. Мы терли свои интимные части тела. Член четко указывал на меня, с каждым движением наши руки и локти соприкасались, а колени стучали друг о друга. Все это было развратно и забавно. Именно этим я и должна была заниматься в колледже, но все пропустила. Уэст провел большим пальцем по смазке и растер ее по всей длине, быстрее двигая рукой. Он коснулся лбом моего лба. Мы сидели ближе, чем раньше, и теперь моя рука каждый раз задевала его член. – Я кончаю, – сказал он рядом с моими губами. От охватившего тело удовольствия помутился разум. Меня всю трясло. – Я тоже. Я увидела, как изливается белая сперма, как напрягся каждый мускул его тела. Мы кончили одновременно, но Уэст продолжал дергать свой член и стонать. Спустя целую минуту мы продолжали сидеть, прижавшись лбами. Губами. Руки лежали на полу, словно отвалились от тела. Мы улыбались, соприкасаясь губами. Вокруг нас все было липким, мокрым и пахло сексом. – Это было… – Я перевела дух. – Очень негигиенично. Еще хуже, чем когда ты работаешь без футболки. Если бы сотрудники охраны здоровья и труда проезжали мимо, то надавали бы нам по первое число. Уэст повалился назад, надрывая от смеха задницу. – Если бы нас застукала миссис Контрерас, то повесила бы на городской площади, – согласился он. – Вообще-то у нас нет городской площади, – напомнила я. – Тогда она бы ее отстроила. – Уэст снова привалился ко мне. – Короче говоря, я круто провел время. – Но как-то совсем по-быстрому. – Не для меня. – У него заблестели глаза. Я опустила глаза, протянула руку к почти опустившемуся члену и провела пальцем по головке. Уэст вздрогнул от моего прикосновения и зашипел. Я высунула язык, положила на него палец, испачканный спермой, и хорошенько облизнула. – М-м-м. – Я закрыла глаза, засунув в рот весь палец. Уэст простонал и притянул меня к себе. Мы обнялись, моя голова лежала у него под подбородком. Парень выводил кончиками пальцев круги на моей спине. Понятия не имею, кто мы сейчас друг для друга, но точно не просто друзья. Сближение чувствовалось, хоть Уэст и пытался его отрицать. Но подталкивать его к тому, в чем он был не заинтересован, не честно ни по отношению к нему, ни по отношению ко мне. – Обещай, что завтра утром не пожалеешь о случившемся, – прошептал Уэст. Я закрыла глаза, чувствуя, как по правой щеке бежит крупная теплая слеза. – Никаких обещаний.