Святой харм

      Ближе к утру Артёма разбудил грохот посудой. Мечась в раздумьях спуститься проверить или нет, наблюдал за борьбой между утренним сном и любопытством, в схватке которых победило второе. Спустившись, увидел на столе кисти и что-то похожее на краски, которые покоились на столе, освещаемые небольшим канделябром. Первый этаж пропитался ароматом булок и красок.

      Близилась пасха и его осенило, что это отличный шанс хорошо рассмотреть территорию церкви. От одной лишь мысли он приободрился. Неожиданно скрипнула задняя дверь дома, через которую вошла Лена. В руках она держала корзину с яйцами.

      - Доброе утро. – Поприветствовал Артём.

      - Тьфу ты. – Испугалась она, перекрестившись и бормоча себе под нос. Дойдя до стола, поставила корзину. – Ты как привидение, напугал меня. Чего так рано встал?

      - Я услышал шум внизу и решил проверить, вы начали готовиться к Пасхе?

      - Да, решила пораньше встать, чтобы второпях не делать. – Объяснила она.

      - Понял, скоро это радостное событие?

      - Завтра, а сегодня нужно будет ночью сходить освятить булки и яйца.

      - Я могу сходить. – Снова Артём увидел возможность туда пробраться, но Лена его осадила.

      - Не стоит, Кирилл сказал, что они с Арсением сходят. Иди, поспи немного, завтра нужно будет помочь отцу.

      Вернувшись в комнату, Артём задумался о том, что после прошлой стычки с Кириллом, тот, видимо, решил не давать ему возможности выделяться. "Что ж, ладно, тогда разведаю всё на Пасхе." - Решил он.

      Казалось, что день длится вечно, Артём с младшими помогал отцу перекрыть второй этаж в сарае. В перерывах они дрались, но Артём снова проиграл. Только в третьем раунде удалось ударить отца в живот прямым ударом, тот принял его на вдохе, от чего ему стало плохо. Он похвалил сына и Артём ощутил приятные чувства, которых никогда не испытывал. Между этим всем он размышлял о том, как бы выжать максимум с завтрашнего дня. В итоге его мысли сошлись на том, что он должен где-нибудь спрятаться и дождаться ночи. Идеально было бы залезть на какой-нибудь чердак. Звучало безумно, на секунду его передёрнуло от того, какие могут быть последствия, но и второго шанса может не быть. Артём, ведомый любопытством, вопросами и страстью недолго переживал за будущее. Проблема состояла в том, что там будет много людей и как пробраться незамеченным, оставалось загадкой. Решение у вопроса было одно: придётся разбираться на месте.

      Утро Пасхи, всегда яркое и приветливое. Артём не спал. Отец поднял всех в пять утра, ибо он хотел в церкви стоять в первых рядах. На улице только-только появлялся рассвет, отражающийся от капель росы. В детстве, когда Артёму снились кошмары, то ждал приход рассвета, казалось, что всё тёмное и страшное отступает.

      Любовался рассветом пока кормил с Макаром хозяйство. Собрав всё необходимое, всей семьёй пошли в церковь. В семь стало достаточно светло, можно было разглядеть, как люди стягиваются к одному единственному непохожему на все зданию. Братья разговаривали идя по дороге, отец с Леной перекидывались парой слов, младшие бежали впереди, пытаясь, обогнать друг друга. А Артём шёл погружённый в воспоминания о рассвете. Иногда оглядывался по сторонам, когда в окнах изб появлялись проблески света. Глядя на Макара и Никана он вспомнил, что когда был таким же, то мечтал о такой семье.

      Вместе с ними к церкви шли и другие люди. Кто-то с семьёй, кто-то один. Церковь была закрыта. Артёма немного трясло от холода. В девять часов двери распахнули. Как и ожидалось от отца, семья стояла в первых рядах. Позже в полдень всех вывели на улицу налево за церковь. Когда люди стали в шеренгу тот поп Кирилл начал обмахивать святой водой. Артём стоял за семьёй и, уличив момент, решил обойти церковь и пойти на другую сторону. Там он увидел в стене над собой единственную дверь, ведущую на чердак в задней части здания. Она была приоткрыта, поднявшись по лестнице, Артём пробрался внутрь.

      На чердаке было темно, только на противоположной стороне пробивался луч света через маленькое окошко. Аккуратно ступая, он добрался до середины и, нащупав мешки с чем-то мягким, улёгся. Когда мероприятие закончилось, голоса людей потихоньку убавлялись и растворялись вдалеке. Стало тихо. Сидя на мешках с соломой, Артём рассматривал ящики, доски, подставки. Так он пролежал около часа, под ним была тишина, что показалось Артёму странным. Тишина очаровывала, и он не заметил, как та своими тёплыми и нежными, словно материнское тепло, пальцами прикрыла веки.

      Проснулся Артём из-за шума внизу. На чердаке стало ещё темнее, он не понимал, что происходит и где он. Пытаясь успокоиться, оглянулся. "Уже вечер." – Подумал он. Глаза постепенно привыкали к темноте, свет из дыр в полу стремился во тьму чердака, но не прогонял её. Внизу открылась дверь. По звуку Артём прикинул, что от самой церкви есть проход в заднем примыкающем здании. Слева покои и, по всей видимости, справа.

      Прислушавшись, Артём различил голос отца Мелетия.

      - Софья, по тебе наш батюшка соскучился, хочет, чтобы ты помяла ему спинку.

      - Снова? – дрожащим голосом ответила Софья. – Ради бога, я не хочу.

      - Так это ради бога, – улыбнувшись слегка одними губами, подхватил Мелетий. – Женская жизнь сплошное страдание, отец Кирилл хочет снова принести радость в твою жизнь.

      Мелетий подошёл к ней и взял за руку, та сначала упиралась, но потом он ударил её по лицу. Девушка закрылась дрожащей рукой от второго удара. Он схватил Софью за поднятую руку и повёл из комнаты, попутно прихватив Анну:

      - А тебя захотел увидеть Авраам.

      У Артёма в груди панически забилось сердце, он понимал, что к чему, но продолжал наблюдать, отгоняя в голове свои доводы. Он чувствовал как его тело немеет от страха, словно у него такая же участь.

      Анна покорно пошла за руку с Мелетием. В комнате кто-то всхлипывал, подавляя свой плачь.

      - Евочка, не плачь, всё будет хорошо. - Анна печально улыбнулась ей из дверного проёма, самой младшей из них. Дверь захлопнулась. Слышно было, как Ева зарыдала в голос.
Отыскав трещину, Артём плохо, но рассмотрел, как девочка лежала на кровати, накрыв голову подушкой, чтобы ничего не слышать. Он аккуратно переполз на другую сторону чердака, там, где хлопнула дверь. За ней был прямой коридорчик с двумя комнатами по бокам. Понял это Артём чуть позже. Сначала открылась дверь слева. Батырев прислушивался, приложившись к полу.

      - Авраам, к тебе Анна захотела прийти.

      - Моя любимица, ты мне нравишься больше Софьи, – потрогав её за талию, продолжил, – мне не спится, хочу, чтобы рядом меня охранял мой ангел.
Анна не проронила ни слова. Её тело было зажато ужасом, к которому так и не смогла привыкнуть. Авраам дёрнул её к себе и посмотрел на своего собрата, дав понять, что подсвечник и без него неплохо держит свечку.

      - Мы вас оставим. – Понимающе сказал Мелетий и скрылся с Софьей в коридоре. Анна же сидела на коленях священника, упираясь своими в края кровати. Авраам медленно поднимал полог белой ночнушки. Девушка не двигалась, слегка вздрагивая. Она плыла по течению страха, который позволял ей всего лишь зажмурить глаза.

      Конечно, Артём не увидел и половины описанного, ибо маленькой трещины смотрящей в пол, хватило только на то, чтобы наблюдать как Авраам потянул Анну на себя. Поэтому, ориентируясь на звуки, переполз на правую сторону. Здесь был неплохой разлом, можно даже руку просунуть. Странно как он его сразу не заметил. Может внизу не было так светло?

      - Отец Кирилл, – поклонился Мелетий. – Я привёл её к вам.

      - Оставь нас, скорее. – Приказал Кирилл, на его лице читалось нетерпение.

      Дверь закрылась с обратной стороны. Краем уха Артём слышал, как открылась дверь дальше по коридору. Видимо, комната Мелетия.

      Сам отец Кирилл был на вид почти старик, седые длинные волосы, густая борода. В отличие от Мелетия, было видно, что Кирилл в посте не скромен.

      Поп взял Софью за руку и дёрнул на кровать, та, чуть вскрикнув, носом уткнулась в одеяло. Сердце Артёма сжалось, застучали виски. Тело, охватываемое ужасом, начало подрагивать.
      - Нет, сегодня не так. – Взяв её за бёдра, повалил на бок, перевернув лицом к себе. Задирая ночнушку к голове, приказал снять её. Артём видел их не полностью, только по пояс голого попа Кирилла и голые ноги Софьи. Ночнушку швырнули на пол, Кирилл навис над нагой девушкой и жадно впился в её грудь. Послышались жадные вздохи, и недовольное мычание Софьи. Не отрываясь от груди, Кирилл пытался спустить штаны.
В глазах Артёма потемнело. Страх, ненависть и отвращение смешались воедино. Здравомыслие уже не возглавляло мысли Артёма. Он попытался выгнуть подгнившую доску, чтобы увидеть всё. Но та треснула, и обломок упал вниз, выскользнув из потной руки. Инстинктивно он попытался его схватить, но не успел. Тот сухо стукнулся о деревянный пол.

      - Что за... – отец Кирилл, оторвав губы от сосков Софьи, обернулся на звук. Заметив на полу упавший кусок доски, перевёл взгляд на потолок. В насыщенном жёлтом свете он увидел торчащую руку и закричал. – Все сюда, у нас посторонний!

      Артём испугался и попытался встать, но доска под ним проломилась и его левая нога ушла в разлом. Упираясь в пол чердака, пытался подняться, нервно расставляя руки. В это время забежал один, а за ним и второй священник. Софья взвизгнула и прижалась к стене на мягкой кровати, поджав колени и уткнувшись в них.

      Кто-то схватил его за ногу.

      - Я схватил его! – крикнул голос.

      Артём узнал голос Мелетия и начал толкать ногой, пытаясь отцепиться, но другой священник, не раздумывая взял нож с тумбочки и всадил в бедро Артёму. Тот вскрикнул.

      Ногу пронзила острая боль, Мелетий на радостях ослабил хватку. Почувствовав лёгкость, Артём наугад ударил и прошёлся по голове, державшему его священнику. Оттолкнувшись руками, он резко поднялся, небрежно достав ногу. Боль ненадолго заменила оковы страха на батогу, приказывающую бежать.

      - Он может сбежать, мы с Авраамом пойдём к лестнице. – Сказал Мелетий отцу Кириллу.

      Спотыкаясь о ящики, Артём падал, вставал и снова падал. Доковыляв до двери, обнаружил, что она заперта. Он ударил плечом, она зашаталась, ударил второй раз, уже без изменений. Просунув дрожащие пальцы, нащупал что-то тонкое и твёрдое, то был загнутый гвоздь закрывший дверь снаружи. Артём сделал шаг назад и приложился всем телом. Дверь открылась и он, инстинктивно взявшись за неё, нащупал ногой лестницу и сразу спрыгнул. Приземление всколыхнуло всё тело. Боль от ноги пронзила голову до звона в ушах. Артём зажмурился и стиснул зубы. Слева к главному входу послышались голоса и грохот дверей. Страх вернулся, Артём заковылял в противоположную сторону на задний двор, где позже опирался на заграждения могил. Спрятавшись за первой могилой в последнем ряду, уселся, наблюдая за ними.

      - Чёрт возьми, он сбежал, я же говорил, надо было крючок приделать. – Ругался Авраам.

      - Тихо ты, не ори, нужно его отыскать, он не мог далеко уйти. – Плавно перейдя на шёпот говорил Мелетий.

      - Потуши свет, глаза привыкнут, легче будет искать. – Зашептал Авраам.

      Когда свет погас, Артём понял, что это его шанс. Нужно только перелезть через забор. Нога стала болеть сильнее, казалось, что она разбухла и вскоре рванёт. Взяв себя в руки, он встал, упёршись в ледяной забор чьей-то могилы. И поковылял в сторону забора слева от небольшого погоста. Здесь было меньше идти. Забор был на голову выше, нужно только подтянуться. Едва он поднялся над землёй, как тут же подкачала нога. Простонав через сжатые губы, сполз обратно. Боль была настолько сильной, что тело давало сбой, на все действия, что перечили её капризам. Священники услышали его и пошли на звук, их глаза почти свыклись с безлунной ночью. " Нет. Только не здесь, не сейчас. " – Подумал он, сжимая прутья забора. Пересилив себя Артём снова поднялся, выпрямив руки и не напрягая ноги.

      - Вон он, перелазит. – Слегка повысив голос, крикнул Авраам. Мелетий недолго думая, побежал в обход через калитку, рядом с главным входом.

      Артём перевалился и упал на другой стороне, Авраам в этот момент добежал и со злости ударил кулаком по забору. – Будь ты проклят, сука.

      Встав, Артём быстро поковылял через дорогу и, перейдя её, забрёл в первый попавшийся двор. Находясь в шоке, он забыл о боли, лишь хватался за что ни попадя. Прислонившись к стене фасада, зашёл за него и захромал вдоль правой стороны дома, держась за стену. Выйдя на задний двор, его схватили и дёрнули за угол левой рукой, а правой приставили нож к горлу.

      - Попался. – Шёпотом проговорил незнакомец. – Что ты здесь забыл?

      - У... у меня рана, нож в ноге. – Еле выдавил Артём.

      Незнакомец замолчал, опустив нож. Взяв парня через плечо, повёл в сарай, приговаривая:
- Держись хлопец, сейчас сообразим что-нибудь.

      Отворив дверь сарая незнакомец оставил его у двери. Сам зажёг спичку и поднёс к лампе, затем нашёл по́стилку и растянул на соломе. Взял Артёма под руку провёл и положил на неё. Затем вернулся к себе домой. Через несколько минут за дверью сарая был слышен разговор, похожий на ругань. По мере приближения она становилась громче. Можно было вполне разобрать слова. Внутрь вошёл спаситель и его жена.

      - Шо тут у него? – спросила жена, принявшись осматривать тело. – Нужно разорвать штанину. И это... принеси мне водки.

      - Откуда она у меня?

      - Слухай, не дурися, га? Я знаю, шо ты её прячешь всегда.

      Незнакомец пошёл за водкой, а жена начала доставать иголки и нить. Вернувшись, он отдал ей бурдюк.

      - Я обработаю рану, затем вытяну нож, смотри, чтобы он шуму не наделал. – Взяв марлю, она обмакнула её водкой и приложила к краям раны. Артём застонал.

      - А лучше заткни рот тряпкой и держи. – Не глядя, протянула мужу солидный кусок ткани.

      - Хорошо, Ась. – Повиновался муж.

      После окончания операции Артём уснул, а они оба ушли в хату.

      - На рассвете проверю его. – Прошептал незнакомец сам себе. – Меньше он спать точно не будет, но лучше подстраховаться.
Позже призадумался вслух. – И почему он мне так знаком?