Глава 2 - Ближе
Бангкок после заката был другим существом.
Днём он был просто городом — шумным, пыльным, жарким. Деловые районы, пробки, туристы с айфонами и местные с сомтамом в пластиковых коробках. Но с наступлением ночи всё менялось. Город сбрасывал маску и становился хищником.
Особенно — RCA, район клубов, глянца и полутеней. Здесь собирались те, у кого были деньги и что скрывать: звёзды, потомки мафиозных семей, сыновья генералов и внуки судей. А ещё — охотники. Как он.
Алекс сидел в чёрном седане на тёмной стороне улицы. Машина была припаркована так, что здание клуба "VANTA" отражалось в зеркале заднего вида. Он не смотрел на свет — только на двери. Внутри у него всё было напряжено до предела. Мозг — расчётлив, тело — готово. Но в груди, там, где всё ещё оставалась память о боли, шевелилось нечто другое.
— Он уже внутри, — сообщил Рафаэль, глядя в планшет. — Пришёл с двумя. Один — Нонг Самут, сын инвестора. Второй — Киан, архитектор, дизайнер, открыт как... скажем, неформальный гей-куратор. Они часто вместе. Но ничего интимного.
— Он пьёт?
— Обычно мало. Или вообще не пьёт. Любит мохито или японские лимонады. Иногда просто воду со льдом.
Рафаэль говорил сухо, как всегда, но в голосе была едва заметная жёсткость. Он давно знал Алекса. И видел, что тот не просто преследует цель.
— Сегодня ты пойдёшь внутрь, да? — спросил он, хотя и так знал ответ.
Алекс ничего не сказал. Только выдохнул через нос, открыл дверь и вышел.
---
"VANTA" был построен на стыке ультра-современности и тьмы. Стены из чёрного бетона, неоновая подсветка, стеклянный пол, под которым плавали проекции змей и лотосов. Всё в клубе кричало о грехе: звуки, цвета, запахи. Пахло алкоголем, мускусом и чем-то сладким, приторным, будто разложением.
Алекс прошёл мимо охраны. Его лицо скрывала маска, на голове — чёрный капюшон. Он двигался среди толпы, не обращая внимания на тела, которые тёрлись о него, на девчонок в юбках, на парней, которые флиртовали взглядом.
Он знал, кого ищет.
И нашёл.
Голден сидел в глубине зала, за полупрозрачной перегородкой. Пространство VIP было полутёмным. Там стоял диван, низкий стол с напитками, кальяны и несколько фигур. Свет из барной стойки сзади отбрасывал на них странные, размазанные тени.
Голден — в белой рубашке навыпуск, с открытой шеей. Без украшений. Его кожа казалась особенно светлой на фоне окружающей темноты. Волосы — чуть растрёпанные. Он смеялся, облокотившись на спинку дивана, и жестом отмахнулся от слов своего друга. В этом смехе была юность. Непуганность.
Алекс замер.
Он не должен был чувствовать ничего. Но чувствовал. Нечто странное — неприязнь, отторжение... и нежелательное влечение. Влечение к жизни. К теплу. К тому, что не сгорело вместе с домом.
Он ушёл влево, стал у бара. Сделал заказ: лёд, виски, молчание.
Но глаза — только на него.
Голден вдруг приподнялся. Встал. Протянул руки вверх, потянулся. Майка натянулась на его теле, обнажая плоский живот. Алекс отвёл взгляд — рефлекторно.
И в этот момент Голден посмотрел в его сторону.
Их взгляды встретились.
Долгое мгновение.
Толпа продолжала танцевать. Свет мелькал. Бас бил в грудную клетку. Но время замерло.
Голден сделал полшага в его сторону. Глаза сузились. Он явно пытался вспомнить. Узнать. Понять.
Алекс медленно опустил голову, делая глоток. Хищник прячет зубы. Он был уверен, что этого достаточно.
Но уже через пару минут всё изменилось.
Голден подошёл сам.
— Ты здесь один? — спросил он на английском. Голос лёгкий, но с каплей железа. Приятный тембр. Красивая речь.
Алекс поднял глаза.
— А если не один? — ответил он хрипло.
— Тогда я просто скажу «извини» и уйду.
— Не нужно. Я один.
— Я Голден, — просто. Протягивает руку.
Алекс не должен был брать её. Не должен был прикасаться.
Но взял.
— Алекс.
Пальцы Голдена — прохладные, чуть влажные от бокала. Касание простое. Но ток прошёл по коже, как будто зацепило током.
Голден прищурился.
— Ты не тайский, да?
— Нет.
— Откуда?
— Издалека.
Голден усмехнулся.
— Ты говоришь, как человек, у которого в прошлом слишком много пепла.
Алекс напрягся. Почти незаметно.
— Может быть.
— Я точно тебя где-то видел.
— Может, во сне, — глухо сказал Алекс. Его голос стал тише.
Голден рассмеялся — искренне.
Он не знал. Он не мог знать.
— Что ты делаешь в Бангкоке, Алекс?
— Вспоминаю, зачем я вернулся.
Голден моргнул, сбит с толку.
Но взгляд его снова упал на лицо Алекса. Дольше, чем нужно.
— Ты страшный человек, Алекс, — сказал он тихо. — Но не из-за внешности. Ты... будто в тебе что-то взрывается. Внутри.
И ушёл.
---
Алекс смотрел ему вслед.
Это была первая трещина. Первый удар. В его броню.
Он не знал, что опаснее: его желание уничтожить Голдена — или желание прикоснуться снова.
---
В машине Рафаэль ждал. Когда Алекс сел, он сразу начал:
— Ты с ним говорил?
— Да.
— Ты тронул его?
— Он тронул меня.
Рафаэль выругался по-испански.
— Он тебя узнал?
— Нет. Но что-то почувствовал.
Рафаэль смотрел в зеркало заднего вида.
— Алекс… ты не должен повторять это. Ни встречи. Ни разговоров. Это ловушка.
— Я знаю.
— Нет. Ты не знаешь. Я видел твоё лицо, когда ты вышел.
Ты не охотник сегодня.
Ты — человек.
А это значит — ты уязвим.
Алекс ничего не ответил.
Потому что Рафаэль был прав.
---
В это же время, Голден сидел на кровати у себя в комнате. Он уже принял душ, волосы — влажные, на губах — остаток клубничной пасты из ванной. Но глаза — неспокойные.
Он не мог выкинуть этого мужчину из головы.
Этот голос. Эти глаза. Это напряжение между ними.
Голден знал, как устроен мир мафии. Хоть его и берегли, он видел. Понимал. И чувствовал — этот человек не был обычным незнакомцем.
Он не был пьяным туристом.
Он не флиртовал.
Он охотился.
Но почему тогда он не ушёл? Почему взял его руку?
Голден посмотрел в окно.
Бангкок был таким же — жарким, бессонным, шальным. Но что-то в нём сегодня сдвинулось.
Он чувствовал это кожей.
---
Алекс не спал всю ночь.
Он сидел у окна с бокалом, но не пил.
Он пытался вспомнить — когда в последний раз его кто-то тронул не для убийства.
Когда он смотрел в чьи-то глаза не как в прицел.
Он знал, что следующая встреча — вопрос времени.
Но не знал, кем будет в тот момент:
палачом?
или…
чем-то другим.