Сохрани свое сердце

Вы избрали путь магии, а значит – путь свободы.
Ибо нет ничего важнее свободы помыслов.

Наставление адептам Черной крепости

Свечи горели медленно. Расплавленный воск сначала заполнял углубление вокруг фитилька и лишь затем, капля за каплей, стекал на пол, застывал причудливыми наростами на камне. Вражик перевернул страницу. Он перечил наставления адептам уже трижды. Сколько перечитает еще, прежде чем свеча погаснет?

Зашелестели страницы рядом. Дар. Лесса. Роже получила свой белый плащ еще в прошлом году, Митек решил повременить хотя бы до зимы. Отец все еще пытался уговорить его бросить академию, но все понимали, что это бесполезно.

Огонек чьей-то свечи затрепетал и погас. В комнате сразу стало темнее. Вражик успел прочитать еще половину страницы, прежде чем и его свеча потухла. «...благоразумие укрепляет силу, страх же убивает ее...». Говорили, что последние прочитанные строчки остаются с магом до конца жизни. Вражик положил закрытую книгу на колени.

Погасла последняя свеча, погружая комнату в темноту. Они остались на полу, терпеливо дожидаясь разрешения продолжить посвящение. Кто-то из наставников вошел в комнату, нарушая благоговейную тишину шорохом шагов. Слабый зеленый огонек осветил строгое лицо Виславы. Каждый хотел бы получить наставление от своего учителя, но у судьбы были свои планы.

– Сегодня вы не станете магами, – голос наставницы звучал непривычно мягко, – потому что вы уже родились ими. И никто, ни совет, ни родители, ни боги, если вы в них еще верите, не отнимут у вас этого. Вы родились, как маги, и умрете, как маги. Сегодня вас покроют белым плащом и им же обернут, чтобы похоронить. Это великая честь, но и цена за нее велика. Сегодня вы еще можете уйти и выбрать спокойную жизнь кузнеца, лекаря, сапожника... Но после того, как произнесете клятву, вся ваша жизнь станет службой академии. Все ваши помыслы будут лишь о нашем общем благе.

Висла улыбнулась.

– Но это вы уже услышали и прочитали множество раз. Я здесь не за этим. Мы научили вас сражаться, контролировать силу, защищать то, что дорого, и убивать тех, кто несет опасность. Но никогда не говорили о том, для чего это все. Для чего вам дана магия. Для чего мы однажды променяли жизнь на силу. Я здесь для того, чтобы первый и последний раз сказать об этом.

Вражик жадно вслушивался в каждое слово и чувствовал, как точно также напряжены остальные.

– Мы не знаем.

Никто не посмел даже вздохом нарушить тишину.

– Каждый из наставников по-своему объясняет клятву. Я могу лишь повторить то, что однажды сказали мне. Вспомните слова клятвы. Кого вы хотите защитить? Сохраните его в памяти и сделайте мерилом своей совести. Ваша сила настолько велика, что вы можете перевернуть мир одним помыслом. И поэтому всегда помните, кому способны навредить и кому помочь. Клятва обяжет вас защищать академию, подчиняться совету, но никто не сможет заставить идти против своей совести. Маг, сказавший мне эти слова сотни лет назад, оставил академию и выстроил на краю степей Черную крепость. Вы, конечно, не должны о ней знать.

Не должны, но как дети знают обо всех запретных вещах, они знали о Черной крепости с первых дней в академии. Из рассказов старших товарищей, недомолвок учителей, плохо затертых записей.

– Академия – ваш дом и семья. Так будет всегда. Но помните, что даже теряя все, вы можете выбрать свой путь.

Вислава говорила вещи, которые никто из них не думал услышать. Была ли это проверка, или наставница действительно предлагала юным адептам предать место, которое их столько лет учили боготворить? Нет. Никто бы даже в мыслях не посмел противиться устоям академии, и не только из-за того, что это означало утратить связь со своей силой.

– До сих пор вы еще подчинялись людским законам. Теперь же решать вашу судьбу будет лишь Совет. Вас не запрут в острожке за убийство или кражу, – Висла даже усмехнулась, – Мы достаточно хорошо учили вас, чтобы это было бесполезно. Насколько мне известно, Лесса своей силой выжигает даже большинство охранных заклинаний.

Девушка по правую руку от Вражика смущенно улыбнулась.

– Вы назоветесь магами, и больше никто не сможет взять ответственность за ваши поступки, а значит поступайте так, чтобы не жалеть о содеянном, ибо никто не может осудить вас, кроме вас самих, а муки совести – худшее, что может ждать мага. Запомните эти слова и сохраните в своем сердце. Думайте о них, произнося клятву, и повторяйте, исполняя ее.

Висла тяжело вздохнула то ли беспокоясь о повзрослевших учениках, то ли возвращаясь в мыслях к собственным воспоминаниям.

– А теперь поднимайтесь. Архимаг ждет вас во дворе.

Они снова стояли на коленях, но теперь уже под пронизывающим осенним ветром. Пожелтевшие свернувшиеся листочки то прибивало к ногам, то снова относило в дальние углы двора. Архимаг подошел со спины и положил руку на голову. Вражик вздрогнул от прикосновения.

– Если твое решение крепко, как и прежде, если ты не мыслишь другого дома, кроме академии, и другого закона, кроме ее правил. Прими этот плащ и меч, как символ своей верности.

Вражик с трудом поборол дрожь в голосе и ответил слова, которые повторял всю ночь и каждую минуту этого дня:

– Я клянусь, что мое сердце останется черным, для людских дел.

«Ибо суть их в жестокости, а суть магов в познании истины» – повторил он про себя самую распространенную трактовку.

– А помыслы будут светлы.

«Потому что никто не возьмет за них ответственность, кроме меня» – в голову почему-то пришли не наставления из книги, а слова Вислы

– Я принимаю меч, дабы защитить людей от своей магии.

«И никогда не жалеть о содеянном»

– Отныне и вовеки.

Архимаг одобрительно улыбнулся, развернул свисающий с руки кипенно-белый плащ, только отшитый и украшенный серебряной канителью, и опустил его на плечи ученика.

Ветер заносил сухие листья в открытые бойницы. Они забивались в уголках ступеней даже верхних этажей и хрустели под сапогами. Вражик спускался торопливо. Разговор с учителем вышел неприятным, но он все равно добился своего. Йошко с братом поймали на выезде из города, не обошлось и без помощи кузнеца, недовольного, что его дочку обесчестил какой-то степной выродок. Осталось дождаться Совета, Якуб пообещал собрать магистров после осенних экзаменов. Долго. Но раньше все равно не получится. Вражик надеялся, что эти недели в острожке для парня будут несладкими. Какими они будут для Томаша, он старался не думать.

За поворотом возникла знакомая девичья фигура, две тонких черных косички поверх плаща. Вражик понадеялся проскочить незамеченным, но Роже, точно ждала, повернулась и приветственно махнула рукой. Пришлось остановиться и поздороваться.

– Хотела поговорить с тобой, – девушка снова повернулась к окну. Вражик тоже бросил взгляд на знакомый до мелочей двор.

Кто-то из младших адептов старательно мел каменную брусчатку, собирая опавшие листья в небольшие кучки у ворот. Готовились к осеннему посвящению.

– Думаешь, Совет тебя поддержит?

Маг лишь пожал плечами. Он бы всеми силами хотел избежать этого разговора, хотя бы потому, что прекрасно знал – что бы ни сказала Роже, она будет права. Не потому что была серьезнее и сдержаннее в своих чувствах, просто любой бы понял, что бессмысленно уговаривать магистров пойти против главы стражи.

– Я не вижу другого решения.

– А если нет? Что же ты будешь делать? Бросишь все, сбежишь в Черную крепость?

Она знала его слишком хорошо. Маг даже усмехнулся.

– Почему бы и нет. Не самый худший вариант.

Девушка фыркнула.

– И что, ты готов вот так рискнуть всем, ради...

– Роже, думаешь, я не понимаю? – перебил Вражик, вздохнул резко, но все же продолжил, – Я уже рискнул всем. Когда заговорил с вампиром в острожке, когда дал ему крови, когда не сдал Трию. Куда уж больше.

Девушка недоуменно покачала головой. Она не была близка с ним, как Лесса или Митек, но тоже почти все детство провела в общих комнатах для студентов, пока мать была занята исследованиями или подолгу пропадала на выездных практиках. Роже хорошо помнила нескладного мальчишку, нередко заступавшегося за нее перед адептами постарше, хотя чаще получал сам, и потому хранила к нему детскую, почти сестринскую нежность.

Они еще постояли молча, наблюдая, как на место сметенных листьев падают новые, а тяжелые осенние тучи медленно ползут с севера в Хоривицу.

– Я поговорю с мамой, попрошу поддержать тебя на Совете.

– Висла? – Вражик удивленно посмотрел на девушку. – Уверена?

Роже кивнула.

– Она поймет.

– Спасибо, – маг порывисто обнял ее, но тут же смущенно отстранился.

– Пока не за что. Сам знаешь, последнее слово будет за Трием и Якубом, но хотя бы буду знать, что тебя не отлучат. – усмехнулась Роже, – Только не наделай глупостей.

– Обещаю.

***

Боль накрыла, выбивая из головы все мысли, и медленно отступила, постанывая в отбитых ребрах, скребясь в исполосованных запястьях. Вампир стиснул зубы, чтобы не застонать. Можно было вырваться, ударить, попытаться сбежать, в конце концов ответить на оскорбления или умолять прекратить. Он все это пробовал. Раньше. Стражник что-то спросил. Томаш не ответил, и боль снова накрыла с головой. Он переждал ее, как пережидают приливную волну, которая затапливает берег, но потом все равно отступает, вдохнул судорожно, ожидая нового удара.

– Да что ты к нему прицепился, – второй стражник заканчивал разливать кровь по маленьким, заранее заговоренным склянкам.

– А чего нет, – первый снова пнул его сапогом, но уже лениво, вполсилы, – Бартош разрешил.

– Дело твое, я бы не рисковал.

– Что он сделает-то, – стражник усмехнулся, но как-то неуверенно.

– Не слышал что ли, мальчишка этот собирает Совет. Помяни мое слово, еще прикажут тащить в замок. А если он сдохнет к тому времени, гляди, маги тебя самого вздернут.

– Не сдохнет, – отмахнулся парень, но бить больше не рискнул, – Поднимайся давай. Закончили.

Томаш послушно встал, пошатываясь на нетвёрдых ногах. Маги, как же, ничего они не будут делать ради него. Ну и пусть. Если из-за слухов его изобьют чуть меньше, от них будет хоть какая-то польза.

Его затолкнули в клетку, следом бросили одежду. Холод и сырость. Как обычно.

За стеной кто-то едва слышно застонал. Стражник выругался и ударил рукой по соседней решетке, прошелся для порядка, проверяя, все ли в порядке, точно что-то здесь может измениться.

Сколько их осталось? Томаш не знал даже скольких отловили во время войны. А сколько из них умерло в застенках? Да и какая разница. Он все равно ничем бы не смог помочь, если даже себе помочь не в состоянии. Сил одеваться не было, и вампир только скреб рубашку, уткнувшись в нее лицом. Одежда еще хранила запах дома: трав и каши, пыльной печи и горьковатых реактивов Вражика... Как же он ненавидел это желание до последнего цепляться за жизнь. Сколько раз убеждал себя, что надеяться не на что, а доверять кому-то глупо. Но вдруг... Видимо надежда сдохнет только следом за ним.

– Если ты действительно решил меня вытащить, – прошептал он в темноту, – лучше поторопись.

***

Вальжана испуганно жалась к двери. Ей не приходилось бывать в академии, оттого каменные стены и маги, то и дело входившие в зал, пугали еще сильнее.

Вражик ободрительно обнял сестру.

– Не бойся, говори, как договаривались. Я рядом.

Девушка кивнула. За месяц с небольшим она пересказала историю, тщательно выверенную Вражиком, раз сто. Лжи в ней почти не было, но и правда как-то ускользала, ярче обозначая то, что сама девушка никогда бы не подумала сказать, и прикрывая самое главное. Но она искренне верила, что брату было виднее.

В зал ввели Йошко. Двое стражников, как и полагалось, развязали ему руки, положив веревку перед ложей магистров, напомнили, что попытка сбежать приравнивается к признанию вины, и посмеялись между собой, что надо быть полным дураком, чтобы пытаться сбежать из-под носа магов. Присутствовать на совете страже не разрешалось, поэтому они еще немного любопытно осмотрелись и вышли за дверь. Вражик проводил их взглядом и, не теряя времени, подошел к оставшемуся без присмотра парню.

– Ну, здравствуй.

Йошко нагло вскинул голову. Месяц в острожке мало его изменил, разве что чуть заострились скулы, а наглости будто стало еще больше.

– Пришел пугать меня, маг?

Вражик лишь снисходительно улыбнулся на эту детскую выходку.

– Радуйся, что у меня нет с собой ножа. Это вы со своей магией такие смелые, а не будь ее, то что? Да я бы тебя с одного удара уложил!

– Может быть, – Вражик говорил тихо, чтобы никто кроме Йошко его не слышал, – Вот только, как ты заметил, у меня есть магия, а у тебя нет. Поэтому, на твоем месте, я бы не нарывался, а выслушал дружеский совет.

Йошко зло скрипнул зубами, но снова возражать не рискнул.

– Видишь круг? – маг кивнул на центр зала, – Знаешь, что это? Конечно нет. А это простенькое заклинание может лишить тебя жизни, если вздумаешь врать совету. Начнешь выкручиваться, и тебя придется сметать с пола.

– Врешь.

– Проверь, если хочешь.

Йошко встревоженно оглянулся.

– Если так, зачем тебе предупреждать?

– С твоим искренним раскаянием будет проще убедить Совет, да и мертвецы не платят откуп. Суди сам...

Договорить ему не дали.

– А! Вражик, запугиваешь парня?

– Здравствуй, Трий. Просто дружеская беседа.

Глава стражи усмехнулся и поманил мага за собой. Пришлось послушаться.

– Сдался тебе этот Совет, парень? Столько шума из-за ерунды.

– Это не ерунда. На мой дом напали. Угрожали сестре. Помешали исследованиям...

– Так взял бы с него денег, как все, и жил спокойно.

– Я считаю, – терпеливо продолжил Вражик, – что это вредит всей академии, поэтому не могу принимать решение один.

Трий ухмыльнулся.

– Ну, лис. Будто я не понимаю, что ты пытаешься выгородить этого вампира. Пойми, парень, он напал на человека. Да, он чужак, но на его месте могла быть и твоя сестра. Неспроста этих выродков держат в острожке.

– Но моя сестра была на другом месте. И, может, только поэтому и осталась жива.

– Все равно. Нападение на человека – серьезное преступление. За него следует держать ответ.

– А разве собаку, укусившую вора, наказывают? И разве за собаку отвечает не ее хозяин?

– Ну ты загнул. Это же вампир, а не собака.

– Тогда, может, пригласим его сюда, чтобы он сам ответил перед Советом?

– Не перегибай, – строго прервал его Трий. Вражик не стал настаивать, вампир на совете ему тоже был без надобности.

– Совет еще не начался, а вы уже спорите?

– Учитель, – Вражик сдержанно поклонился.

– Все в сборе? – Якуб осмотрел лавки, поднимающиеся одна за другой к самому потолку. На совет допускались только старшие магистры, поэтому большая часть пустовала, но, насколько Вражик сам успел рассмотреть, пришли почти все. – Значит, можно начинать.

Магистры заняли свободные лавки. Определенных мест ни у кого не было, но все равно в том, как они размещались, прослеживалась незаметная чужаку иерархия. Висла, как самая старшая из учителей, села по правое плечо от Якуба, за ней – Лех. Он сам уже давно носил золотую булавку и воспитывал своих учеников, но все равно считался воспитанником Вислы, один из самых первых и единственный оставшийся в академии. Вражик знал, что совсем скоро рядом с ним будет сидеть Роже, а через несколько лет и Митек.

– Будь добр, озвучь Совету свое прошение, Вражик.

Необходимости в этом, конечно, не было. Все магистры и без того знали, из-за чего их собрали, но так было принято, и перечить учителям было невыгодно.

– Спасибо, что согласились выслушать меня, – он почтительно поклонился. – За две недели до посвящения, пока я заканчивал работу в академии, в мой дом проник один из работников кузнеца Бартоша.

Маг недовольно кивнул в сторону Йошко.

– Мог ли он быть приглашен? – уточнил Якуб. Он, конечно, не хотел подставлять ученика, но от него, как от главы Совета, требовалось задавать вопросы.

– Я не приглашал его. И не видел раньше в доме. Но даже если это так, это не оправдывает его нападение на мою сестру.

– Твоя сестра не маг, и угрозы в ее сторону не должны разбираться в Совете, – веско напомнил Трий.

Вражик не спорил.

– Безусловно. Я не посмел бы побеспокоить магистров и удовлетворился бы обычным откупом. Но вторжение в мой дом и дальнейшая клевета Йошко помешали мне закончить исследование, а значит, навредили и академии.

Он видел, как хмурятся магистры. С одной стороны, причина была не очень веской, но с другой...

– Если позволить любому человеку безнаказанно врываться в наши дома, портить материалы для работы...

– Я не портил никаких материалов, – не удержался от недовольного высказывания Йошко.

– Вампир, которого из-за случившегося пришлось ради общей безопасности вернуть в острожек, не моя домашняя зверушка, а объект наблюдения. Без него невозможно продолжать исследование, – терпеливо обратился к нему Вражик. – Прошу прощения. Так вот. Неуважение людей к нашей территории не только доставляет беспокойство магам, но и опасно для таких вот глупцов, думающих, если в доме нет собаки, значит, можно воровать из него молоко. А если бы Йошко наткнулся на защитное заклинание? Глава стражи попросил бы меня убрать всю защиту?

– Это не имеет отношения к сегодняшнему делу, – нахмурился Трий.

– Тогда приношу свои извинения за лишние подробности. Впрочем, о собаках мы с главой стражи сегодня уже поговорили.

Магистры перешептывались между собой, и Вражик отметил про себя, что его доводы если и не убедили их, то точно задели за больное. На их месте... Ему и не нужно было представлять себя на их месте, все они дети академии и все ревностно берегут ее интересы.

– Какого решения ты ждёшь от Совета, Вражик? – спросил Якуб, жестом призывая всех к тишине.

– Лишь справедливости. Я приму любое решение, которое будет отвечать интересам академии. Для себя прошу вернуть мне объект исследования и обязать Йошко выплатить компенсацию моей сестре.

Якуб кивнул, давая понять, что больше вопросов не имеет, и подозвал Йошко.

Парень обеспокоенно заозирался.

– Для чего ты приходил в дом адепта Вражика? – голос архимага звучал обманчиво мягко, но каждый из его студентов знал, что именно так он отправляет на отчисления или на самые жуткие отработки.

– Просто хотел поговорить с девчонкой.

– О чем?

– Она нажаловалась на меня кузнецу.

– И поэтому ты напал на нее с ножом?

Йошко замялся. Видимо, взвешивал слова Вражика и решал, что лучше: умереть быстрой смертью или отрабатывать вину в острожке.

– Всего-то пригрозил... – выбрал он меньшее зло.

– И после этого тебя укусил вампир?

– Ну... Вообще он не кусал меня. Мы с ним... немного повздорили. – Говорить, что вампир спустил его с лестницы, как мальчишку, Йошко не стал, но и не соврал же.

– Вот как, – Якуб кивнул своим мыслям и что-то шепнул Трию. – Думаю, Совету всё понятно. Осталось выслушать девушку.

Вальжана выдохнула и встала на освободившееся место перед магистрами, стараясь не смотреть в сторону Йошко.

– Не бойся, девочка, – ободрил ее архимаг. – Расскажи Совету, что произошло.

Вальжана в очередной раз повторила историю. Больше подробностей – меньше вопросов, предупреждал ее брат. Поэтому она рассказала, как познакомилась с Йошко на весеннем празднике, как брат предупреждал ее о ненадежности таких юношей, как Йошко в конце концов ворвался в дом, пока она спокойно занималась домашними делами, принялся обвинять в чем-то и замахнулся ножом...

– Тебе не страшно оставаться в доме одной с вампиром? – перебил ее Якуб.

Девушка вцепилась пальцами в кончик косы.

«Не пытайся оправдать его, не показывай Совету, что привязалась. Томаш – вампир. Монстр из сказки, дикий зверь, просто одна из наших магических зверушек – думай что угодно, но не защищай его перед Советом». Вальжана верила брату, даже когда его слова звучали слишком неправильно.

– Ужасно страшно, – она наконец взяла себя в руки. – Я даже попросила Вражика, чтобы он жил во дворе.

– Вот как?

Девушка кивнула.

– И все-таки, он защитил тебя, так?

– Наверное... – Вальжана потупила взгляд. – Я не очень хорошо помню, так испугалась...

– Как думаешь, зачем он мог это сделать?

– Не знаю... Может, побоялся, что если со мной что-то случится, Вражик его накажет?

Трий закатил глаза. Глупая девчонка, что с нее взять, только время тратить.

– Или просто решил выместить злобу на человеке, за которого ничего не будет. Как же... – проворчал он себе под нос, но прерывать беседу архимага с девушкой не стал.

– Скажи, Вальжана, – продолжил Якуб, – Вражик часто использовал вампира для исследований?

– Да, он почти каждую ночь закрывается с ним у себя. Ну, закрывался. Говорит, для работы нужно много материалов. Я, конечно, только рада, что его забрали в острожек, но если для брата это так важно...

– Спасибо, думаю, мы узнали всё, что хотели, ты можешь отдохнуть. Прошу остаться только магистров для принятия решения.

Вальжана первая выскользнула за дверь, за ней вывели Йошко.

– Тебе особое приглашение нужно, парень? – нахмурился Трий, глядя на Вражика, так и оставшегося стоять у стены.

– Пусть остается, – отмахнулся архимаг, – Вражик старший адепт, к тому же без малого магистр, если не будем вставлять ему палки в колеса, он имеет право присутствовать на Совете.

Глава стражи только недовольно покачал головой. Он не переставал удивляться порядкам, царившим в академии, но, помня, что это не его вотчина, предпочитал не вмешиваться в то, что напрямую не касалось его работы.

– Прошу желающих высказаться, – наконец разрешил Якуб, и первой, не дожидаясь повторного приглашения, поднялась Вислава.

Вражик невольно задержал дыхание. Пусть Роже и обещала поговорить с матерью, Висла всегда славилась жестким характером и не шла на уступки. А ее слово в Совете было одним из самых веских.

– Я давно знаю Вражика, – Вислава говорила негромко, но все всё равно обернулись на ее голос. – Он, конечно, умеет наживать себе проблем. Никто еще не забыл историю с опутником.

Вражик смутился под насмешливым взглядом наставницы.

– Однако я знаю, что Вражик – хороший маг, для которого важнее благополучие академии, а не личный интерес. К тому же я видела его работы. Если ему удастся закончить начатое, мы больше не будем зависеть от вампирской крови и сможем окончательно от них избавиться. Йошко, какой бы ни была причина, не следовало проникать в дом мага. Вражик прав, вампир – это еще самое безопасное, что там могло быть. Учитывая, что парень жив, а вампир не покинул пределы Хоривицы, смею предположить, что охранные заклинания работают как надо.

– Да, Вражик хорошо справляется с ними, – кивнул Якуб. – К тому же я сам помогал выстраивать защиты. Повредить их было бы непросто.

– О чем я и говорю. Поэтому предлагаю выполнить все просьбы адепта и не тратить время попусту.

Вислава села, следом за ней выступил Лех. Сказал, что поддерживает наставницу, однако считает достаточным получить с Йошко откуп, а вампира оставить в острожке, где ему и место.

Остальные учителя, каждый по-своему, тоже поддержали Вражика. Кто-то предлагал дать ему допуск в острожек, кто-то вернуть вампира, а таких работников гнать из Хоривицы в шею. Трий внимательно слушал. Последнее слово, в каком-то смысле, было за ним, но ссориться с магами – самое глупое, что мог сделать глава стражи. Предложение сделать из острожка проходной двор и пускать туда магов по любому пустяку он сразу же мысленно отмел, но решение, которое устроило бы всех, нужно было найти. И не выставить при этом себя дураком, идущим на поводу у мага-недоучки.

– Спасибо за ваши предложения, – наконец сказал он. – Я тоже провел в академии несколько лет, поэтому ее ценности и благополучие для меня не пустые слова. Как глава стражи я тоже несу ответственность за то, что вампир мог нанести кому-то вред, поскольку сам позволил Вражику забрать его из острожка. И не буду отказываться от своих слов. Раз Йошко сам признался, что несколько преувеличил проблему, думаю, вампира адепту можно вернуть, но, учитывая, что девушка тоже не пострадала, я считаю, что проведенного в острожке месяца для наказания будет достаточно. Кроме того, Йошко больше не сможет работать в Хоривице. Вы же, в свою очередь, должны обезопасить дом, чтобы больше никто из посторонних не смог туда попасть. Это возможно?

Якуб подумал и кивнул.

– Хорошее решение, мы настроим обратную защиту, она, конечно, принесет некоторые неудобства...

– Ничего, у меня не часто бывают гости, переживу, достаточно будет настроить защиту на кровь Вальжаны, – даже излишне торопливо перебил учителя Вражик.

– Вот и отлично.

Трий поднялся, давая понять, что больше не намерен тратить время на этот балаган:

– Значит, договорились. Можешь забирать своего вампира, или любого другого, если приглянется, хоть сегодня вечером. Я напишу в острожек, чтобы тебя пропустили.

За дверью уже поджидал Митек и Роже, усердно делающая вид, что случайно проходила мимо зала собраний. Лессы не было, впрочем, она не проявлялась со вчерашнего дня. На нее это было мало похоже, но, может быть, Якуб придумал ей задание поважнее, чтобы не мешалась. Вражик бегло подумал, что стоило бы разыскать ее, но мысль растворилась в заговорщическом шепоте Митека.

– Ну как все прошло? Трий не очень злился? Боги, только не говори, что тебя отлучат!

– Прекрати чушь молоть! – осадила парня Роже, и Вражик невольно рассмеялся. Он даже не задумывался, насколько все это время боялся, кажется, сильнее, чем на экзамене у Вислы, а уж она умела запугать учеников.

– Все в порядке, – наконец выдохнул он. Митек, глядя на успокоившегося друга, заметно повеселел.

– Ну что, когда идем забирать твоего вампира?

– А ты тоже, что ли, хочешь бесплатную экскурсию по острожку?

– Конечно! Разве я похож на того, кто пропустит такое развлечение?

– Скорее на того, кто получит от Вислы за пропущенное дежурство, – напомнила Роже.

– Ну ты же меня прикроешь? Я же знаю, ты самая чуткая и прекрасная девушка во всей академии, – Митек построил свои самые умоляющие глаза, хоть и прекрасно знал, что на Роже это не подействует.

– Нет уж, в этот раз выкручивайтесь без меня! – Роже демонстративно развернулась, так что тонкие косички хлестнули по спине, и, посчитав свой долг выполненным, поспешила во двор.