Ловцы солнца

Прекрасная библиотека казалась настоящей лавкой чудес. Роскошное мраморное фойе, массивные стеллажи антикварного исполнения, украшенные дубовыми вставками, портреты лучезарной Императрицы Мудрости в позолоченных, тяжёлых рамах. Количество книг в сотни тысяч раз превосходило количество, увиденное Каннари в обычной библиотеке резерваций. И каждый фолиант был настоящим произведением искусства — увесистые твёрдые обложки, белоснежные страницы, ни одного похабного рисунка на иллюстрациях. Тихое уединение между стеллажами принесло облегчение после суматохи прошедшего дня, но клеймённые с их пристрастием к дорогим вещам и заискивающие простолюдинки, в голос восхищавшиеся их каждым чихом, уже начинали играть на нервах. Все-таки стоило дождаться рассвета. Часть Каннари, доставшаяся ей от отца, протестовала от одной мысли, что нужно перед кем-то заискивать и унижаться. Другая часть, доставшаяся ей от матери, уверяла, что всё это временно и не так уж страшно, как выглядит. Иногда нужно делать то, что тебе совсем не нравится и не показывать коготки. Это необходимо сделать ради выживания и ничего более.

Большинство смертных собралось в библиотеке только ради встречи с будущей элитой. Правила этой игры были очень простыми. Стать фавориткой одной из необращённых, что, по сути, означает быть у тех на побегушках до выпускного класса. В этом случае никакого положительного эффекта самооценке это естественно не принесёт и оставит в памяти неприятный осадок, но, по крайней мере, будет гарантировано какое-то подобие безопасности. Либо был вариант стать вечно подвергающимся критике и остракизму изгоем, как Майя, однако для этого требовалось быть сильной личностью способной выжить в одиночку. Рассматривая этот вариант, Каннари понимала, что все её действия так или иначе будут влиять на её семью. Стоило кому-то из молодняка или необращённых пожаловаться своим лордам, как вся её семья тут же может быть сослана в изгнание.

Необращённых можно было легко выделить в толпе по уверенному виду и, что уж там, одевались они намного лучше девушек категории «В». В глазах простолюдинов вечно мелькала слабая тень тревоги за свою жизнь, делавшая их заискивающими рабами. Необращённые же ничего не боялись. С самого детства им прививали знание об их исключительности, ведь в их жилах текла настоящая кровь вампиров, терпеливо ожидавшая часа «пробуждения». Хоть она и не давала им всех преимуществ их благородных родителей, до совершения инициации они могли наслаждаться простыми радостями людей, не боясь солнца и поедая обычную пищу.

Одна из необращённых заметила реакцию Каннари на книги, снисходительно улыбнулась и демонстративно закатила инфантильные бараньи глазки. Анна Кроу была типичным представителем современной золотой молодёжи: наглой, не особо образованной, но её покровитель обладал достаточным количеством денег, чтобы обеспечить ей место в Донатии.

— Не знаю, как кого-то могут удовлетворить столь примитивные книги. Милостивая Императрица, конечно, не скупилась на учебники простолюдинам, но почему нельзя использовать настоящий учебный материал? В моём доме есть подходящий раритет, обнаруженный в развалинах библиотек самого древнего Лувра, он стоил нам жизни десятков сотен рабочих.

— Лувра? — вполне искренне восхитилась она, не догадываясь, что в древнем музее когда-то хранились книги.

— Небольшой островок рядом с территориями Императрицы Жизни, — уверенно пояснила Анна, обрушивая на её восхищение тонну кирпичей, — Обложка книги из настоящей золотой ткани, инкрустированная драгоценными камнями и жемчугом...

— И ты должно быть часто её читаешь? — спросила Каннари, прекрасно понимая, что страницы книги из довампирской эры распадутся от простого контакта с воздухом.

Каннари заметила, что когда Анна стала по привычке разминать шею, из ворота её рубашки стало просвечивать маленькое клеймо, выжженное на коже — символ её лорда. Значит, крови вампиров в ней нет, лорды своё потомство никогда не клеймят. Анна Кроу была фамильяром.

— Разумеется, зачем же ещё нужны антикварные книги, если их нельзя читать? — презрительно ответила необращённая, — Мы нечасто показываем её гостям, она лежит в специальном стеклянном ящике, но ради меня отец позволяет слугам достать её из хранилища.

Каннари мысленно фыркнула. Подобным «разведчицам», ищущим лёгких союзников или бесплатную прислугу, лучше показывать только ту версию себя, из которой можно получить какую-то выгоду. Честолюбивая девушка всегда умела изображать не только самое искреннее восхищение, но и эмоции, требовавшиеся по ситуации, но она не могла удержаться и «щёлкнула» по носу клеймённую.

— И о чём же она?

Анна скорчила кислую мину, чувствуя подвох.

— О вампирах, разумеется. Кому-то вроде тебя, этого не понять. Когда живёшь так долго, как мой отец — можно позволить себе дорогие и красивые вещи, а он может позволить себе только самое лучшее!

Дальнейшее получение учебников они провели порознь. Всё-таки нужно было последовать примеру Майи или, в крайнем случае, найти какую-то причину остаться в общежитии, а не слепо идти за толпой. Пока Каннари бросало из одной крайности в другую, Салли уже нашла себе собственный объект для поклонения — Бэллоуз Арк, той самой блондинкой с кучей веснушек, которая в открытую критиковала Майю. Как оказалось, она была дочерью одного из семи самых влиятельных и просвещённых вампиров на планете. Ни у одного простолюдина или необращённого в мире не хватало духа произносить имена правителей вслух, а потому в народе завелось использовать лишь их императорский титул и определённый фактор, за который они отвечали. Всего их было семь: кровь, жизнь, смерть, вера, боль, мудрость и тень.

Император Крови принёс безопасность в раздираемый кровавыми битвами мир, помог не только вампирам, но и людям вступить в новую эру процветания. Благодаря его исследованиям человечество больше не подвергалось такой частой охоте, и каждый год Императрица Жизни в своей новогодней речи радостно напоминает об окончании эры вымирания людей благодаря его неоценимому вкладу в спасение нашего вида. Именно он разработал методику определения трёх категорий крови. Он сумел обнаружить какой тип может поддерживать сытость в вампире, а какой вызывал неконтролируемую жажду.

Было бы неплохо стать фавориткой принцессы. По крайне мере, у Каннари были на то свои причины. Получение образования, оплачиваемая работа, собственное имущество, выбор партнёра не просто ради рождения потомства, а исключительно из романтических побуждений — всё это стало возможно лично для неё только благодаря Императору Крови. Если бы не его недавнее открытое поощрение к межгрупповым бракам, Каннари бы ожидало совсем иное, менее светлое будущее. Но как к ней подступиться?

К сожалению, её интерес к Бэллоуз был замечен кое-кем ещё.

— Как там тебя? Мне тут подсказали одну интересную вещь, хочу сама проверить, — внезапно к ней вернулась Анна в сопровождении своих новых подружек и бесцеремонно схватила её за подбородок, — Ты действительно носишь линзы? Ну-ка... И правда! Как ты это объяснишь?

Краем глаза Каннари заметила стайку девушек под предводительством принцессы, которые с любопытством ожидали её реакцией. Видимо одна из них всё-таки заметила за ужином едва заметную дугу возле радужки её глаз и решила поделиться этим наблюдением с остальными. Как назло рядом не было ни одного преподавателя. У бессмертных была своя библиотека с более углублёнными знаниями, поэтому люди были предоставлены сами себе. Всё пошло совсем не так, как она планировала. Чувствуя, как внутри неё нарастает паника, Каннари сумела взять себя в руки и произнести давно заученную фразу:

— Что здесь такого странного? У меня проблемы со зрением, я плохо вижу предметы вдалеке.

— Может быть, но девочкам-то показалось, что они цветные. Ты ведь не будешь утверждать, что им показалось? Да и с чего бы тебе прятать свой природный оттенок? У тебя ведь точно карие глаза?

Несколько девушек торопливо подошли поближе, внимательно слушая их разговор. Как гиены окружающие раненную добычу. Одна из них подошла так близко, что практически ткнула Каннари в глаз, на что она лишь упрямо опустила голову, позволив чёлке скрыть глаза от посторонних. Это было плохим решением, со стороны всем показалось, что она испугалась себя выдать.

— Да ты не бойся, — сказала ещё одна девушка, явно специально наступив ей на носок ботинка, — Мы же никому не скажем, так ведь девочки?

— Показывай! — приказала вторая, хватая её за волосы.

— Какого они на самом деле цвета? — спросила третья, больно вцепившись в плечо, — Если тебе нечего скрывать, то почему ты так защищаешься? Что тут такого?

Каннари осознавала, что они загоняют её в угол. Она врезалась спиной в книжный шкаф, чувствуя, как в ней нарастает волна гнева и страха.

Нельзя срываться, нужно держать себя в руках и что-то им ответить. Ну же... Надо дать отпор! На территории Донатии они все были равны... Но драться нельзя ни в коем случае! Малейшая провинность, малейший провал... Нет... Нельзя допустить, чтобы её секрет так быстро обнаружили. Что произойдёт, если они узнают, что её отец из категории «С»?

— Нет, я просто плохо вижу. Правда! Они вовсе не цветные. Что вы от меня ждёте? Что я сниму их для вас без зеркала грязными руками?

— Смотри-ка, она что-то скрывает. Занервничала.

— Вовсе я не...

— А по мне так они точно цветные. Такие же делают только по специальному заказу! Ты их что украла?

— Нет!

— Что у вас произошло? — спросила Салли. Каннари надеялась, что она пришла к ней на помощь, но та смотрела лишь на необращённых, — Что украла у вас Каннари?

— Да нет же. Всё совсем не так!

— Мы тут обнаружили обманщицу, скрывающую свой статус за цветными линзами, — нараспев произнесла Анна, покровительственно смотря то на свою свиту, то на старосту, — Как нам поступить с этим выродком из категории «С»? Она, наверное, ещё и линзы украла. И про мать солгала, чтобы нам понравиться.

— Вот лгунья, — громко сказала одна из фавориток и больно пихнула Каннари в сторону очередного стеллажа.

— Она ведь может и наши вещи украсть, проверьте свои карманы, девочки! У нас тут мусор из категории «С»!

Каннари сдерживалась столько, сколько смогла. Но даже у неё был лимит терпения. Только она собралась врезать Анне так сильно, что с её лица слетит эта надменная улыбка, за неё вступился самый неожиданный союзник, которого можно было пожелать.

— Хватит, — приказала Бэллоуз Арк. Она была ниже ростом, чем многие из них, но держала себя так, будто уже была инициирована, — Мой отец вовсе не считает категорию «С» отребьем. Он говорит, что они необходимые и крайне полезные звенья для нашего процветания. Никто из вас ведь не станет сомневаться в правильности его мнения?

Все тут же смолкли. Ни один лорд не станет держать у себя того, кто оскорбил одного из Императоров и уж тем более их потомство. Провинившуюся просто убьют на месте. Без суда и вопросов.

— Да мы просто пошутили! — попыталась ретироваться Анна.

— Гадко на мой взгляд. Мы же не дети. Думаю, Каннари это тоже не понравилось. Правда, ведь?

Послышались извинения, самые искренние и громкие. Салли чуть ли не бросилась на неё с поцелуями. Хорошо, что не стала. У Каннари всё ещё было желание кому-нибудь врезать.

— Хорошо. И ещё одно. Донатия — место, где мы набираемся мудрости, чтобы делиться ею с остальными, а не распространяем всякие ужасные слухи и поощряем нетерпимость. Императрица лично отбирает достойнейших кандидатов из всех категорий крови, а в её решениях сомневаться может только глупец. Надеюсь, вам всё это понятно?

Анна нехотя кивнула. Она прекрасно понимала, кто здесь настоящая королева, а кто дешёвая имитация, и не смела перечить.

— Каннари, помоги мне с моими книгами, — приказала принцесса, забивая последний гвоздь в крышку гроба.

Все тут же почтительно расступились перед ней, позволяя подойти к принцессе. Девушку воротило от заискивания и подлизывания, но впервые она почувствовала всю силу авторитета необращённых. Посмотрев на Бэллоуз, она едва слышно её поблагодарила и последовала за ней, чувствуя целую тучу свирепых взглядов направленных ей в спину. Ничего, могло быть и хуже. Жаль только, что Анне врезать так и не удалось.

— Давай сразу расставим всё на свои места, — сказала Бэллоуз, когда они вышли из библиотеки, — Мне нужна фаворитка, так как человеку моего статуса, видите ли, не положено даже карандаши точить самостоятельно, а тебе нужна защита от этих пираний. Отучимся три года и разойдёмся. Все в выигрыше и никто не в обиде. Ты действительно из категории «С»? Спрашиваю просто из вежливости, мне на самом деле всё равно.

Каннари решила, что не стоило врать своей спасительнице. Тем более, если уж она застряла в роли её фаворитки на целых три года, то можно начать их сотрудничество с честности.

— Мама из категории «В» и у меня её кровь, от отца достались голубые глаза.

Бэллоуз с интересом прищурилась.

— Не стоит стыдиться их. Уверена, они очень красивые. С завтрашнего дня я хочу, чтобы ты перестала носить линзы и начала гордо говорить всем о том, кто твой отец. Если откажешься, я найду другую фаворитку.

Каннари не совсем понимала, зачем это нужно необращённой. Разве это не навредит её репутации? Но так и не найдя особых причин для отказа, она коротко кивнула и последовала за Бэллоуз обратно к общежитиям.