Диаммара. Талисманы власти #4

С воз­ду­ха ка­залось, что это обыч­ный холм. Д'Ар­ван, ле­жащий по­перек сед­ла, пы­тал­ся уте­реть пле­чом сле­зящи­еся гла­за, но с ру­ками, свя­зан­ны­ми за спи­ной, сде­лать это бы­ло неп­росто. В оче­ред­ной раз смор­гнув сле­зы, он по­косил­ся на по­рос­ший де­ревь­ями холм вни­зу. Не­уже­ли это и есть цель их пу­тешес­твия?

Так оно и ока­залось. Один за дру­гим фа­эри сни­жались к кру­тому ле­сис­то­му скло­ну, и ког­да ска­кун, на ко­тором вез­ли Д'Ар­ва­на, рез­ко по­шел вниз, у ча­родея на мгно­вение по­мути­лось в гла­зах. Холм ока­зал­ся го­раз­до, го­раз­до боль­ше, чем выг­ля­дел с вы­соты, а каж­дое де­рево на са­мом де­ле бы­ло вы­сокой баш­ней. Это ма­гия фа­эри при­дала им вид лес­ных ве­лика­нов.

Вла­дыка Ле­са и его сви­та на сла­ву пот­ру­дились и со всей воз­можной точ­ностью вос­про­из­ве­ли в но­вом го­роде вол­шебную кре­пость, в ко­торой жи­ли в из­гна­нии. Их но­вый дом на­чинал­ся вы­соко в не­бе и, по пред­по­ложе­нию Д'Ар­ва­на, ухо­дил глу­боко под зем­лю. На эту мысль его на­вели мно­гочис­ленные ок­на и бал­кончи­ки на по­вер­хнос­ти скло­на. Лес­ные по­ляны при бли­жай­шем рас­смот­ре­нии ока­зались цве­тущи­ми са­дами с бе­сед­ка­ми и фон­танчи­ками. Чис­тые ру­чей­ки ви­лись меж­ду де­ревь­ями, слов­но ни­ти жем­чу­га.

За хол­мом до са­мого го­ризон­та тя­нулась гор­ная цепь. Уви­дев снеж­ные шап­ки на вер­ши­нах, Д'Ар­ван да­же ис­пу­гал­ся то­го, как да­леко на се­вер его за­нес­ло. Бли­жай­шая го­ра про­тяну­ла свои длин­ные ру­ки к хол­му, об­ни­мая его коль­цом яр­ко-зе­леной до­лины, ото­рочен­ной по кра­ям тем­ной зе­ленью ле­са. На по­воро­те в до­лине на миг блес­ну­ла го­лубая лен­та ре­ки, на бе­регах ко­торой пас­лись туч­ные ста­да ко­ров и овец.

В ди­ких се­вер­ных кра­ях Хел­ло­рин воз­двиг це­лое мо­гучее го­сударс­тво, и при ви­де его сер­дце Д'Ар­ва­на уча­щен­но за­билось. Ча­родея одо­лева­ли мрач­ные пред­чувс­твия. Его от­но­шения с от­цом бы­ли да­леки от иде­ала, но для то­го, что­бы ра­зыс­кать сы­на сра­зу пос­ле воз­вра­щения, Хел­ло­рин, не­сом­ненно, дол­жен был пос­то­ян­но быть на­чеку и сле­дить за всем кон­ти­нен­том. За­чем? Кто зкэ­ет, ка­кую участь уго­товил По­вели­тель фа­эри сво­ему не­путе­вому нас­ледни­ку?

Ска­куны фа­эри один за дру­гим опус­ти­лись на пла­то с вос­точной сто­роны хол­ма. Д'Ар­ва­на спус­ти­ли на зем­лю и сра­зу же по­тащи­ли ку­да-то. За спи­ной он слы­шал от­ча­ян­ную ру­гань Ма­ры. Мель­кну­ли де­ревья, по­том луг, пес­тря­щий цве­тами, по­том по­тяну­лись вы­мощен­ные и прос­то при­сыпан­ные пес­ком ак­ку­рат­ные до­рож­ки. Лю­бопыт­ные ли­ца фа­эри, ску­лас­тые, с ог­ромны­ми без­донны­ми гла­зища­ми, гля­дели на не­го, ко­выля­юще­го в цеп­ких ру­ках сво­их кон­во­иров. По­том сквозь две па­ры две­рей его впих­ну­ли в ка­кой-то тем­ный ко­ридор, и он на ка­кое-то вре­мя пе­рес­тал раз­ли­чать ок­ру­жа­ющее.

***

- Убе­рите ла­пы, уб­людки прок­ля­тые! - ряв­кну­ла Ма­ра, но и соп­ро­тив­ле­ние, и брань бы­ли оди­нако­во бес­по­лез­ны. По­хити­тели толь­ко уси­лили хват­ку. Она мрач­но пок­ля­лась се­бе, что, ког­да ее ру­ки ос­во­бодят­ся и сно­ва смо­гут дер­жать меч, Хел­ло­рин не­дос­чи­та­ет­ся мно­гих сво­их лю­дей.

В от­ли­чие от Д'Ар­ва­на ее та­щили на дру­гую сто­рону хол­ма - и все вре­мя ку­да-то вниз. Этот склон был бо­лее ска­лис­тым и без­людным. Ог­ромные ва­луны, пок­ры­тые жел­тым ли­шай­ни­ком и дряб­лым зе­леным мхом, тор­ча­ли из то­щей зем­ли, слов­но кос­ти по­лусъ­еден­но­го зве­рями тру­па.

Се­вер­ное под­но­жие хол­ма бы­ло сплошь из­ры­то тун­не­лями. У же­лез­ных во­рот сто­яли фа­эри с длин­ны­ми пи­ками, чьи на­конеч­ни­ки блес­те­ли так же хо­лод­но и бес­по­щад­но, как зрач­ки страж­ни­ков. Кон­во­иры об­ме­нялись с ни­ми нес­коль­ки­ми фра­зами на не­мыс­ли­мом язы­ке, пос­ле че­го Ма­ра, как по­сыл­ка, пе­реш­ла из од­них рук в дру­гие. По­том ее втол­кну­ли в од­ну из тем­ных нор, и днев­ной свет ис­чез за тя­желы­ми створ­ка­ми.

В тун­не­ле, оби­том гру­быми дос­ка­ми, бы­ло очень сы­ро. Дре­вес­ные кор­ни, слов­но ко­рявые паль­цы, про­бива­лись сквозь ще­ли. Единс­твен­ным ис­точни­ком све­та здесь бы­ла фос­фо­рес­ци­ру­ющая пле­сень, пок­ры­ва­ющая дос­ки. Тя­желый воз­дух пах зем­лей и пе­рег­но­ем. Го­лоса фа­эри зву­чали без­жизнен­но и приг­лу­шен­но: гли­на впи­тыва­ла зву­ки, не да­вая им раз­нестись да­леко. Ма­ре бы­ло не по се­бе: ей, ка­залось, буд­то сво­ды тун­не­ля вот-вот сом­кнут­ся и пог­ре­бут ее под зем­лей. Вне­зап­но ей приш­ло в го­лову, что фа­эри со­бира­ют­ся за­муро­вать ее за­живо, и лишь ги­гант­ским уси­ли­ем волн Ма­ра по­дави­ла па­ничес­кий страх, на­чав­ший под­ни­мать­ся у нее в ду­ше. Луч­шим спо­собом от­влечь­ся от мрач­ных мыс­лей бы­ло зак­рыть гла­за и по­думать о чем-ни­будь дру­гом. Нап­ри­мер, о том, как от­сю­да выб­рать­ся.

Вне­зап­но шар­канье ног по влаж­ной зем­ле сме­нилось скри­пом ко­жи о ка­мень, а го­лоса заз­ву­чали гром­ко и гул­ко. Ма­ра по­чувс­тво­вала, что пе­рево­рачи­ва­ет­ся в воз­ду­хе, и от­кры­ла гла­за. Ее нес­ли вниз по ка­мен­ной лес­тни­це, ос­ве­щен­ной хрус­таль­ны­ми ша­рами, в ко­торых пля­сали языч­ки зо­лотис­то-зе­лено­го пла­мени. У под­но­жия лес­тни­цы Ма­ра раз­гля­дела вы­сокие же­лез­ные во­рота. Эти во­рота то­же ох­ра­нялись, при­чем од­ним из страж­ни­ков бы­ла жен­щи­на. Ма­ру пос­та­вили на но­ги, и жен­щи­на при­выч­ны­ми дви­жени­ями ощу­пала ее, как ло­шадь на яр­марке.

Ос­кор­блен­ная, Ма­ра от­ки­нула го­лову, что­бы плю­нуть ее в фи­зи­оно­мию, но, встре­тив хо­лод­ный, без­жа­лос­тный взгляд, от ко­торо­го кровь сты­ла в жи­лах, мо­мен­таль­но пе­реду­мала. Впро­чем, жен­щи­на до­гада­лась о ее на­мере­ни­ях и, не то­ропясь под­няв ру­ку, хлес­тну­ла Ма­ру по ще­кам. Это бы­ло по­хоже на ожог кис­ло­той. Ма­ра зак­ри­чала, а фа­эри, слов­но не слы­ша, де­лови­то сод­ра­ли с нее одеж­ду и на­дели на шею коль­цо с цепью из ка­кого-то об­жи­га­юще хо­лод­но­го ме­тал­ла. По­том они от­кры­ли во­рота и швыр­ну­ли Ма­ру ту­да. Она про­кати­лась по шес­ти сту­пень­кам и, го­лая и ис­терзан­ная, шлеп­ну­лась на пыль­ный ка­мен­ный пол.

- Ми­лень­кая, с то­бой все в по­ряд­ке?

Ма­ра, ос­лепшая от слез, не ви­дела го­ворив­ше­го, но го­лос был че­лове­чес­кий, доб­рый и, не­сом­ненно, при­над­ле­жал жен­щи­не.

- Будь я прок­ля­та, ес­ли со мной хоть что-ни­будь в по­ряд­ке! ог­рызну­лась Ма­ра, ед­ва ше­веля раз­би­тыми гу­бами. Но все же она на­угад про­тяну­ла ру­ку, и ей по­мог­ли встать. Вып­лю­нув вмес­те с кровью на­бив­шу­юся в рот грязь и уте­рев сле­зы, она под­ня­ла го­лову и уви­дела вы­сокую кос­тля­вую жен­щи­ну сред­них лет, на ко­торой, как и на Ма­ре, кро­ме ошей­ни­ка с цепью, ни­чего не бы­ло.

Ярос­тно по­тирая го­рящую ще­ку, Ма­ра мор­гну­ла и спро­сила:

- Кто ты та­кая, во имя Ча­така?

Жен­щи­на нах­му­рилась и пол­ным дос­то­инс­тва жес­том поп­ра­вила каш­та­новые, чуть тро­нутые се­диной во­лосы.

- Я - Ли­сия, - гор­до ска­зала она. - Кру­жев­ни­ца из Нек­си­са.

Ма­ра по­тер­ла ушиб­ленную ску­лу. Она ни­чего не по­нима­ла. Ог­ля­дев­шись, она уви­дела, что их ка­мера пред­став­ля­ет со­бой боль­шую пе­щеру, ос­ве­щен­ную уже зна­комы­ми ша­рами, ви­сящи­ми на сте­нах и сво­де. О бо­ги, что это за мес­то?

Она опять по­вер­ну­лась к Ли­сий:

- Ес­ли ты из Нек­си­са, то что, во имя всех де­монов, де­ла­ешь тут?

- Ни­чего се­бе воп­рос! - ис­крен­не изу­милась кру­жев­ни­ца из Нек­си­са. - А где же ты бы­ла пос­ледние нес­коль­ко лет, ес­ли не зна­ешь, что здесь у нас про­ис­хо­дит?

В пе­щере бы­ло теп­ло и су­хо, но Ма­ра дро­жала и страс­тно же­лала най­ти хоть ка­кую-ни­будь тряп­ку, что­бы прик­рыть на­готу. Она раз­дра­жен­но ус­та­вилась на жен­щи­ну:

- Что за чушь? Яс­ное де­ло, я и по­нятия не имею, что у вас здесь тво­рит­ся... - Впро­чем, Ма­ра быс­трень­ко осоз­на­ла, что раз­го­вор в та­ком то­не ей аб­со­лют­но ни­чего не даст. На ли­це кру­жев­ни­цы уже на­чало прос­ту­пать ка­мен­ное вы­раже­ние, яс­но го­воря­щее, что ей не дос­тавля­ет ни­како­го удо­воль­ствия об­ще­ние с ду­рой. Взяв се­бя в ру­ки, Ма­ра вздох­ну­ла и, как мог­ла, спо­кой­но про­гово­рила:

- Из­ви­ните ме­ня. Я рас­те­рялась и еще не ус­пе­ла опом­нить­ся от стра­ха, хо­тя это, ко­неч­но же, не по­вод на вас наб­ра­сывать­ся. Ме­ня зо­вут Ма­ра, в свое вре­мя я бы­ла по­мощ­ни­цей ко­ман­ди­ра го­род­ско­го гар­ни­зона. Но вы пра­вы я дол­гое вре­мя от­сутс­тво­вала в Нек­си­се. Ли­сия смяг­чи­лась.

- Бед­няжка, еще бы те­бе не ис­пу­гать­ся. По­хище­ние для всех нас бы­ло боль­шим уда­ром. Пой­дем-ка, я дам те­бе че­го-ни­будь го­ряче­го...

- Да, по­жалуй­ста, и, мо­жет быть, у вас най­дет­ся что-ни­будь из одеж­ды? - с на­деж­дой спро­сила Ма­ра. - Лю­бая рвань.

- Тут, к со­жале­нию, ни­чем по­мочь не мо­гу, - по­кача­ла го­ловой Ли­сия. Фа­эри вы­да­ют одеж­ду лишь тем, кто вы­ходит ра­ботать сна­ружи, но и у тех по воз­вра­щении она опять от­би­ра­ет­ся. В пе­щерах мы все хо­дим го­лые. Как жи­вот­ные. - Она вып­лю­нула пос­леднюю фра­зу, слов­но эти сло­ва бы­ли омер­зи­тель­ны да­же на вкус. - Фа­эри счи­та­ют, что в та­ком сос­то­янии мы быс­трее при­руча­ем­ся.

Ма­ра ос­та­нови­лась, по­ражен­ная.

- Вы хо­тите ска­зать, что фа­эри ис­поль­зу­ют лю­дей как ра­бочий скот? Как ра­бов? - Она вспом­ни­ла Хел­ло­рина, от­ца Д'Ар­ва­на. Он всег­да на удив­ле­ние теп­ло к ней от­но­сил­ся. Зна­ет ли он, что она здесь? Не­уже­ли это сде­лано по его же при­казу? Но не мог же он пос­ту­пить так с воз­люблен­ной собс­твен­но­го сы­на! Впро­чем, ес­ли у не­го хва­тило со­вес­ти на дол­гие го­ды ли­шить ее воз­можнос­ти да­же по­гово­рить с лю­бимым... В кон­це кон­цов, она для не­го все­го лишь смер­тная и дос­той­на толь­ко през­ре­ния. Но в та­ком слу­чае он не по­щадит и сво­его не­покор­но­го сы­на. От этой мыс­ли по спи­не у Ма­ры про­бежал хо­лодок.

Ли­сия тем вре­менем вновь по­вела ее в глубь пе­щер, ос­то­рож­но и лов­ко об­хо­дя кам­ни.

- Ра­зуме­ет­ся, в ка­чес­тве ра­бов, - го­вори­ла она, пе­ри­оди­чес­ки наг­раждая фа­эри эпи­тета­ми, ко­торые зву­чали пу­га­юще в ус­тах столь чо­пор­ной да­мы. - А ты ду­мала, что им прос­то при­ят­но на­ше об­щес­тво? Уб­людки! - Ли­сия гнев­но сдви­нула бро­ви. - Впро­чем, не­кото­рые из нас им очень да­же нра­вят­ся, горь­ко при­бави­ла она. - Здесь пол­но мо­лодень­ких вер­тихвос­ток, ко­торые толь­ко ра­ды вы­наши­вать де­тишек этим мер­завцам. За это им раз­ре­ша­ют жить на­вер­ху. И зна­ешь, эта бес­смертная кровь по­чему-то всег­да про­бива­ет се­бе до­рогу, и у них рож­да­ют­ся сплошь ма­лень­кие фа­эри, в ко­торых нет ни­чего че­лове­чес­ко­го. - Она вздох­ну­ла. - Бы­ва­ют дни, ког­да я са­ма го­това про­дать ду­шу за гло­ток сол­нца и све­жего воз­ду­ха, по­это­му не мо­гу ви­нить этих де­виц. А бы­ва­ет, что я го­това са­ма пе­рере­зать им глот­ки... Впро­чем, я уже слиш­ком ста­ра, что­бы ро­жать, и, воз­можно, во мне го­ворит обыч­ная за­висть.

- А что де­ла­ют ос­таль­ные? - по­ин­те­ресо­валась Ма­ра. Ли­сия по­жала пле­чами:

- Ко­го-то фа­эри бе­рут в прис­лу­гу - мыть, уби­рать, го­товить. Дру­гие тас­ка­ют кам­ни, третьи ро­ют тун­не­ли... На­ши все­могу­щие фа­эри, ви­дишь ли, че­рес­чур неж­ные, что­бы са­мим ко­пать­ся в зем­ле или сгре­бать на­воз. Они бо­ят­ся за­пач­кать руч­ки. Но мы - в этих пе­щерах, я имею в ви­ду, - мы ис­кусные мас­те­ра. Мы вы­пол­ня­ем за­казы на­ших хо­зя­ев, а те нас за это кор­мят и по­рой по­дол­гу не при­чиня­ют бо­ли.

Нес­мотря на на­готу, Ли­сия дер­жа­лась с уди­витель­ным дос­то­инс­твом, и Ма­ра не­воль­но ста­ралась ид­ти с ней в но­гу. По­том ин­стинкт во­ина под­ска­зал ей, что за ней наб­лю­да­ют, и она да­же уло­вила ка­кое-то дви­жение сре­ди кам­ней.

- Ли­сия?.. - ос­то­рож­но спро­сила она, лег­ким кив­ком ука­зав в ту сто­рону.

- Не вол­нуй­ся. - Кру­жев­ни­ца мах­ну­ла ру­кой - Прос­то у нас та­кое пра­вило, что но­вич­ка встре­ча­ет кто-ни­будь один - обыч­но те, кто впер­вые сю­да по­пада­ет, за­пуган или аг­ресси­вен По опы­ту нам из­вес­тно, что преж­де все­го нуж­но дать че­лове­ку вре­мя опом­нить­ся. Ты еще поз­на­комишь­ся с ос­таль­ны­ми. От­дохни, а ког­да вер­нутся лю­ди с по­левых ра­бот, я те­бя сра­зу всем и пред­став­лю.

Вско­ре они дос­тигли ни­зень­ко­го ка­мен­но­го до­мика без окон, сто­яще­го на бе­регу под­земно­го озе­ра. Ли­сия вве­ла Ма­ру в единс­твен­ную ком­на­ту, где не бы­ло ни­чего, кро­ме тол­стой под­стил­ки на по­лу и све­тиль­ни­ков под по­тол­ком. Ма­ра с лю­бопытс­твом про­тяну­ла ру­ку к од­но­му из ша­ров и ощу­тила под паль­ца­ми яс­ное глу­бокое теп­ло, по­хожее на теп­ло сол­нечно­го лу­ча.

- По­чему-то в пе­щере они ми­гали, а здесь го­рят ров­но .. Кру­жев­ни­ца хмык­ну­ла:

- По­тому что эти уб­людки та­ким об­ра­зом хо­тят оту­чить нас ду­мать. Ты са­ма ско­ро по­чувс­тву­ешь, как от бес­ко­неч­но­го ми­гания про­пада­ет спо­соб­ность соб­рать­ся с мыс­ля­ми. Но здесь они так сде­лать не мо­гут, у ме­ня же кру­жева Для мо­ей ра­боты ну­жен яр­кий и ров­ный свет, ина­че я прос­то ос­лепну, а мои из­де­лия они це­нят. - Ли­сия озор­но улыб­ну­лась. - Я - луч­шая кру­жев­ни­ца в Нек­си­се, вер­нее, рань­ше бы­ла. - Она жес­том ука­зала на боль­шой де­ревян­ный стол в уг­лу, где ле­жали мот­ки изящ­ней­ше­го кру­жева и ка­туш­ки с яр­ки­ми, пе­рели­ва­ющи­мися нит­ка­ми - тонь­ше па­утин­ки. - Фа­эри, да­же муж­чи­ны, не ис­клю­чая са­мого Хел­ло­рина, чрез­вы­чай­но пе­кут­ся о сво­ей внеш­ности. По­это­му я у них в чес­ти. Мне да­же раз­ре­шено поль­зо­вать­ся сто­лом и та­бурет­кой. Ос­таль­ным при­ходит­ся все де­лать пря­мо на по­лу. - Ли­сия вы­тащи­ла из-под сто­ла длин­но­ногую та­бурет­ку. - Вот, са­дись, де­воч­ка. Выг­ля­дишь ты , не­важ­но, да оно и по­нят­но. Ус­тра­ивай­ся в уг­лу, там ты смо­жешь от­ки­нуть­ся на сте­ну. - Она дос­та­ла из ни­ши гли­няную круж­ку и та­рел­ку. - Вот. - На та­рел­ке ле­жало яб­ло­ко и черс­твая гор­бушка се­рого хле­ба. - Ужин да­ют, ког­да все воз­вра­ща­ют­ся с ра­бот, но я всег­да дер­жу за­пасец на вся­кий слу­чай. По­ешь, и те­бе ста­нет лег­че, а я по­ка схо­жу за во­дой. Не ста­ну ос­кор­блять те­бя пред­ло­жени­ем не пе­режи­вать, но со­ветую от­ло­жить пе­режи­вания на по­том. Они ведь как дрож­жи - мо­гут уве­личи­вать­ся бес­ко­неч­но, толь­ко пи­щу им дай. Я ско­ро, не ску­чай.

Ос­тавшись од­на, Ма­ра, по со­вету Ли­сий, от­та­щила та­бурет­ку в угол и се­ла, прис­ло­нив­шись к сте­не. У нее воз­никло по­доз­ре­ние, что во­да - это толь­ко пред­лог, но в та­ком сос­то­янии ей, по су­щес­тву, бы­ло все рав­но, ку­да от­пра­вилась Ли­сия. У Ма­ры от го­лода сво­дило же­лудок, но она не прит­ро­нулась к пи­ще. На­до бы­ло при­думать, как отыс­кать Д'Ар­ва­на, сос­та­вить план бегс­тва, но у нее прос­то не бы­ло сил...

- Ну вот - быс­тро я?

- Что? - Ма­ра от­кры­ла гла­за. Та­бурет­ка кач­ну­лась, и она ед­ва не упа­ла.

Ли­сия про­тяну­ла ей круж­ку. Ма­ра меч­та­ла о глот­ке че­го-ни­будь го­ряче­го, но, сде­лав гло­ток, скри­вилась. Это бы­ла обыч­ная во­да, толь­ко очень жес­ткая и не го­рячая, а еле теп­лая. Кру­жев­ни­ца, уви­дев ее ре­ак­цию, сар­до­ничес­ки под­ня­ла бровь.

- Вы дол­жны из­ви­нить нас, но по­сыль­ный с ви­ном еще не вер­нулся.

- И это все, что они вам да­ют? - спро­сила Ма­ра.

- От­че­го же? Кто хо­чет, мо­жет пот­реблять ее и в хо­лод­ном ви­де.

- Семь кро­вавых де­монов! Это жес­то­кость!

- А как ты ду­мала? - Свет­ло-го­лубые гла­за Ли­сий вспых­ну­ли. - Мы для них мень­ше, чем на­секо­мые. Нам, ре­мес­ленни­кам, еще по­вез­ло, а жизнь ос­таль­ных ра­ботяг не пред­став­ля­ет для фа­эри ни­какой цен­ности. Всег­да мож­но бу­дет на­ловить еще.

Ма­ра бы­ла пот­ря­сена. Она как-то не ду­мала, что соп­ле­мен­ни­ки ее воз­люблен­но­го мо­гут быть нас­толь­ко бес­че­ловеч­ны. Не­ожи­дан­но та изо­ляция, ко­торой ча­родеи под­вер­гли фа­эри, по­каза­лась ей весь­ма сво­ев­ре­мен­ной ме­рой.

- И что, ник­то не пы­тал­ся бе­жать? - ти­хо спро­сила она.

Кру­жев­ни­ца по­жала пле­чами:

- Ты счи­та­ешь, что они не пре­дус­мотре­ли та­кую воз­можность? Для че­го, по-тво­ему, у нас эти ошей­ни­ки? Для кра­соты? Го­ворят, что этот ме­талл сплав зо­лота с кровью фа­эри и об­ла­да­ет ка­кой-то сво­ей ма­ги­ей. Цепь, воз­можно, ка­жет­ся те­бе тон­кой, но по­верь - ра­зор­вать ее со­вер­шенно не­воз­можно. По-мо­ему, са­ми фа­эри не зна­ют, как ее снять. А ес­ли ты все-та­ки убе­жишь, то, ког­да бу­дешь пе­ресе­кать гра­ницы их вла­дений, ошей­ник рас­ка­лит­ся до­бела и прос­то-нап­росто пе­реж­жет те­бе шею.

Ма­ра не­воль­но вски­нула ру­ку к гор­лу и, кос­нувшись ле­дяно­го ме­тал­ла, сод­рогну­лась от стра­ха. Ли­сия пе­чаль­но наб­лю­дала за ней.

- Да-да, ми­лоч­ка. Да­же прок­ля­тые ча­родеи и то бы­ли луч­ше. При них мы по край­ней ме­ре мог­ли сво­бод­но пе­ред­ви­гать­ся. Жаль, что они пе­реби­ли друг дру­га и те­перь не­кому прис­тру­нить этих фа­эри?

На мгно­вение в ду­ше Ма­ры за­теп­лился ого­нек на­деж­ды. Ведь не все ча­родеи по­гиб­ли! Быть мо­жет, у Д'Ар­ва­на дос­та­нет си­лы и му­жес­тва зас­та­вить сво­его от­ца от­ме­нить рабс­тво.

- Мы не жи­вот­ные! - про­шеп­та­ла она. - Нас нель­зя дер­жать здесь, как ту­пую ско­тину!

Впро­чем, Ма­ра дос­та­точ­но трез­во смот­ре­ла на ве­щи, что­бы по­нимать: в ре­аль­ной жиз­ни по­доб­ные со­об­ра­жения име­ют весь­ма не­боль­шой вес. Она вновь пот­ро­гала хо­лод­ный ошей­ник. Ра­быня, слов­но бы го­ворил он. Низ­кое ту­пое жи­вот­ное. В ко­неч­ном сче­те это все­го лишь воп­рос си­лы, а фа­эри с из­бытком ее хва­та­ет. Ос­та­ет­ся толь­ко на­де­ять­ся, что они ког­да-ни­будь из­ме­нят свое от­но­шение к смер­тным и от­пустят ра­бов.

***

Дво­рец Хел­ло­рина вен­ча­ла вы­сокая баш­ня - единс­твен­ная в го­роде. От­сю­да По­вели­тель фа­эри мог обоз­ре­вать все свои вла­дения. Д'Ар­ван сто­ял у юж­но­го ок­на, гля­дя на го­род - сим­вол проц­ве­тания и бо­гатс­тва фа­эри, сви­детель­ство их пре­вос­ходс­тва и мо­щи. Про­тиво­полож­ное ок­но вы­ходи­ло на зе­леные лу­га и го­ры. Сквозь не­го вид­ны бы­ли руд­ни­ки, на­поло­вину скры­тые ле­сом, фер­мы, по­ля - и все вок­руг нес­ло на се­бе пе­чать по­рабо­щения че­лове­ка.

В ду­ше у Д'Ар­ва­на ше­вель­ну­лось чувс­тво ви­ны. Пос­ле Ка­так­лизма ча­родеи, на­род, к ко­торо­му при­над­ле­жала его мать, точ­но так же по­рабо­тил смер­тных, и да­же сей­час мно­гие ма­ги счи­тали это чем-то са­мо со­бой ра­зуме­ющим­ся.

Сер­дце Д'Ар­ва­на раз­ры­валось от сты­да и гне­ва. Прок­ля­тые фа­эри! А ведь Хел­ло­рин - его род­ной отец. Он уже по­гасил ра­зум ксан­димцев, а те­перь хо­чет под­мять под се­бя еще од­ну ра­су. И что он сде­лал с Ма­рой?

Д'Ар­ван дер­гал и тряс за­пер­тую дверь, ду­басил ее ку­лака­ми.

- От­ве­чай­те, чтоб вам пус­то бы­ло! Есть тут кто-ни­будь? Как вы сме­ете дер­жать ме­ня вза­пер­ти - да вы зна­ете, кто я та­кой? Вы­пус­ти­те ме­ня от­сю­да, без­моз­глые по­дон­ки! Я тре­бую, что­бы ме­ня от­ве­ли к от­цу, и не­мед­ленно!

При этом он, ра­зуме­ет­ся, прек­расно по­нимал, что его дер­жат здесь по при­казу от­ца. По­это­му он ос­та­вил свои бес­смыс­ленные про­тес­ты и ре­шил слег­ка по­раз­мять­ся. Ес­ли Лес­ной Вла­дыка же­ла­ет уни­зить сы­на и по­се­ять в его ду­ше страх, то он глу­боко оши­ба­ет­ся.

- Не бы­вать это­му! - ши­пел Д'Ар­ван, ца­рапая каб­лу­ками пу­шис­тый ко­вер. Из­мо­чалив его, он про­нес­ся по ком­на­те как ура­ган, рас­швы­ривая крес­ла, оп­ро­киды­вая сто­лы и во­об­ще пе­рево­рачи­вая все вверх дном. - Я ему по­кажу!

- Ты бы по­лас­ко­вее с ме­белью - ког­да-ни­будь все это ста­нет тво­им.

Д'Ар­ван рез­ко обер­нулся и уви­дел в две­рях Хел­ло­рина, ко­торый смот­рел на не­го с от­кро­вен­ной ус­мешкой.

- Ты-ы! - взре­вел маг и швыр­нул в от­ца пер­вое, что по­палось под ру­ку. Хел­ло­рин спо­кой­но шаг­нул в сто­рону, и тя­желый стул, уда­рив­шись о ко­сяк, раз­ле­тел­ся в кус­ки.

***

Улыб­ка сош­ла с ли­ца Хел­ло­рина, ког­да он уви­дел, с ка­ким вы­раже­ни­ем смот­рит на не­го сын.

- Ты чу­дови­ще! У те­бя нет со­вес­ти! - вы­палил Д'Ар­ван. - Ведь это же лю­ди, а не дрес­си­рован­ные жи­вот­ные! Лю­ди, у ко­торых бы­ли семьи, свои меч­ты и на­деж­ды. А ксан­димцы, ко­торых ты на­чис­то ли­шил че­лове­чес­ко­го ра­зума? Да как ты мо­жешь жить пос­ле это­го!

В гла­зах Д'Ар­ва­на го­рел хо­лод­ный, неп­ри­мири­мый огонь, ко­торый жи­во на­пом­нил Хел­ло­рину тот мо­мент, ког­да он скрес­тил меч с этой прок­ля­той вол­шебни­цей. Не ста­новись у ме­ня на пу­ти! - го­ворил этот взгляд. Вла­дыке фа­эри приш­лось прог­ло­тить за­готов­ленное при­ветс­твие и быс­тро со­об­ра­жать, что те­перь де­лать. Стыч­ка с Эй­лин на­учи­ла его то­му, что с ча­роде­ями сле­ду­ет об­ра­щать­ся ак­ку­рат­нее, чем хо­телось бы, а ведь Д'Ар­ван все-та­ки на­поло­вину ча­родей. Хел­ло­рин вов­се не со­бирал­ся те­рять сы­на, как по­терял Эй­лин, но Д'Ар­ван яв­лялся его нас­ледни­ком и дол­жен был у­яс­нить свою от­ветс­твен­ность пе­ред фа­эри. Хел­ло­рин по­пытал­ся на­чать раз­го­вор дру­желюб­но, счи­тая, что пе­рей­ти к уг­ро­зам ни­ког­да не поз­дно.

- Не соб­ла­гово­лишь ли по край­ней ме­ре выс­лу­шать ме­ня, преж­де чем опять ме­тать в от­ца пред­ме­ты об­ста­нов­ки? Д'Ар­ван пом­рачнел еще боль­ше.

- Вер­ни мне Ма­ру - тог­да я, мо­жет быть, сог­ла­шусь те­бя выс­лу­шать, от­ветс­тво­вал он. Лес­ной Вла­дыка по­качал го­ловой:

- Не сей­час, сын мой. Сна­чала по­бесе­ду­ем, а уж по­том, ес­ли мы при­дем сог­ла­шению, я ос­во­божу твою не­наг­лядную смер­тную.

- А ес­ли не при­дем? - ти­хо спро­сил Д'Ар­ван, и гу­бы его вы­тяну­лись в тон­кую ли­нию. - Нет, я не сог­ла­сен. Я нас­та­иваю, что­бы она бы­ла здесь. Я хо­чу убе­дить­ся, что с ней ни­чего не слу­чилось, что она в бе­зопас­ности. По­ка я ее не уви­жу, раз­го­вора не бу­дет. - Он ре­шитель­но по­вер­нулся спи­ной к от­цу и стал смот­реть в се­вер­ное ок­но на ра­бов, ко­поша­щих­ся на по­лях.

Чтоб про­валить­ся это­му соп­ля­ку со всей его по­росячь­ей гор­достью ча­роде­ев! От гне­ва Хел­ло­рин ед­ва не за­дымил­ся. Ку­лаки его сжа­лись са­ми со­бой, но он взял се­бя в ру­ки.

- Так, зна­чит, ты не же­ла­ешь со мной раз­го­вари­вать? Пусть так, но слу­шать те­бе все-та­ки при­дет­ся. Д'Ар­ван, нам вов­се не из-за че­го ссо­рить­ся. Ты мой сын и, ста­ло быть, мой нас­ледник. Я лю­бил твою мать и люб­лю те­бя.

Твой дом здесь, ты дол­жен быть со сво­им на­родом. Я ве­рю, что ты добь­ешь­ся ува­жения мо­их под­данных и дос­тигнешь боль­шой влас­ти. Я по­могу те­бе в этом. Не­уже­ли ты поз­во­лишь горс­тке смер­тных встать меж­ду на­ми? Ли­шить те­бя то­го, что те­бе пред­назна­чено судь­бой? Смер­тные! Ту­пые, не­дол­го­веч­ные соз­да­ния! Не зна­ющие ма­гии, они ни­чем не луч­ше жи­вот­ных и год­ны толь­ко для то­го, что­бы слу­жить нам. Лишь это оп­равды­ва­ет их су­щес­тво­вание.

По­ка Хел­ло­рин го­ворил, Д'Ар­ван не ше­вель­нул ни од­ним мус­ку­лом. Но ког­да Вла­дыка фа­эри за­кон­чил, он по­вер­нулся, очень-очень мед­ленно, и взгляд его был та­ким хо­лод­ным и твер­дым, что Хел­ло­рину на миг ста­ло жут­ко.

- А что, ес­ли я ска­жу, что ты ду­рак, са­модур и дес­пот, и я не же­лаю быть тво­им сы­ном? - про­шипел Д'Ар­ван. - Что, ес­ли ска­жу, что я не­нави­жу и пре­зираю те­бя? Что, ес­ли я го­тов ско­рее уто­пить­ся или за­колоть се­бя кин­жа­лом, чем слу­жить тво­им ин­те­ресам? - Д'Ар­ван не ми­гая смот­рел в ли­цо Хел­ло­рину. - Я хо­тел бы, что­бы все бы­ло ина­че. Но я не­нави­жу рабс­тво.

Вла­дыка Ле­са был по­ражен в са­мое сер­дце. Он чувс­тво­вал, как горь­кое ра­зоча­рова­ние прев­ра­ща­ет его ду­шу в лед. Этот ще­нок пос­мел от­речь­ся от род­но­го от­ца!

Хел­ло­рин сдви­нул бро­ви. Это бы­ла ро­ковая ошиб­ка, мой маль­чик! Я на­де­ял­ся убе­дить те­бя, и не моя ви­на, что ты не прис­лу­шал­ся. Сбро­сив че­лове­чес­кое об­личье, слов­но не­нуж­ный плащ, он пред­стал пе­ред сы­ном во всем блес­ке и ве­личии По­вели­теля фа­эри, ко­торо­му под­властна древ­няя ма­гия сти­хий. И ис­пы­тал гро­мад­ное удов­летво­рение, уви­дев, как Д'Ар­ван пок­раснел и от­сту­пил на шаг. Зап­ро­кинув го­лову, Хел­ло­рин про­ревел со сме­хом:

- Жал­кое, без­моз­глое су­щес­тво! Как это я мог по­родить та­кое убо­жес­тво! Так, зна­чит, ты прыг­нешь в реч­ку или вот­кнешь в се­бя но­жик? А как ты ду­ма­ешь, мой не­наг­лядный сын, что тог­да бу­дет с тво­ей дра­гоцен­ной Ма­рой?

- Что?! - вскри­чал маг. - Ты не пос­ме­ешь...

- Раз­ве? - Ко­рот­кое сло­во рас­секло воз­дух, слов­но кли­нок. - Ма­ра те­перь - моя собс­твен­ность. Моя иг­рушка. И я мо­гу пос­ту­пать с ней как ду­ша по­жела­ет, не го­воря уж о тех двух ксан­димцах, ко­торых ты так лю­без­но по­мог мне вер­нуть. А что ка­са­ет­ся те­бя, ты во­лен ид­ти ку­да хо­чешь. Ра­зуме­ет­ся, со­весть не поз­во­лит те­бе ис­поль­зо­вать ксан­димцев в ка­чес­тве слуг, так что при­дет­ся то­пать пеш­ком.

- Нет! - вос­клик­нул Д'Ар­ван. - Без Ма­ры я не уй­ду! Взгляд Хел­ло­рина приг­воздил его к по­лу:

- Уж будь уве­рен, ты уй­дешь без нее. От­рекшись от сво­его от­ца и нас­ледс­тва, ты по­терял на нее вся­кое пра­во. На­де­юсь, нас­ледник, ко­торо­го она ро­дит мне, бу­дет по­нят­ли­вее.

Он еще не до­гово­рил, как в ли­цо ему по­летел ог­ненный шар. Хел­ло­рин ед­ва ус­пел соз­дать щит. Шар раз­бился о не­види­мую прег­ра­ду, и ты­сячи жар­ких искр по­сыпа­лись на пол, про­жигая ко­вер. Оп­ра­вив­шись от изум­ле­ния, Хел­ло­рин гром­ко рас­хо­хотал­ся.

- Неп­ло­хо, неп­ло­хо, сы­нок! При­ят­но ви­деть, что у мо­его щен­ка по край­ней ме­ре есть зу­бы! - Д'Ар­ван в из­не­може­нии прис­ло­нил­ся к сте­не. Он тя­жело ды­шал, а ли­цо его бы­ло бе­лым как мел. Гу­бы Хел­ло­рина скри­вились в не­доб­рой ус­мешке. - Го­тов пок­лясть­ся, - до­вери­тель­ным то­ном ска­зал он, что пов­то­рить этот под­виг те­бе не по си­лам. Во вся­ком слу­чае, не сра­зу. Ты ведь Маг Зем­ли, сы­нок, и из­ры­гать пла­мя те­бе тя­жело. - Он по­дошел бли­же и заг­ля­нул Д'Ар­ва­ну в гла­за. - Ну, хва­тит нес­ти ахи­нею. Я от­крыл пе­ред то­бой не­видан­ные воз­можнос­ти, а ты от­ве­тил мне ос­кор­бле­ни­ем. Итак, поз­воль со­об­щить те­бе, что бу­дет даль­ше. Дни Вол­шебно­го На­рода соч­те­ны - ско­ро фа­эри зав­ла­де­ют их зем­ля­ми и та­буна­ми. Мой го­род пос­тро­ен, и те­перь я на­мере­ва­юсь раз и нав­сегда ус­та­новить в Нек­си­се свою власть. Я с не­тер­пе­ни­ем ждал тво­его воз­вра­щения, по­лагая, что те­бе бу­дет при­ят­но при­нять в по­дарок род­ной го­род.

- Что? - Д'Ар­ван по­пер­хнул­ся. - Это же не­лепо!

- По­чему? - по­жал пле­чами Хел­ло­рин. - Кто-то же дол­жен пра­вить эти­ми нес­клад­ны­ми смер­тны­ми, а да­же я не мо­гу од­новре­мен­но быть в двух раз­ных мес­тах. Итак, мой сын, я пре­дос­тавляю те­бе пра­во вы­бора. Ты мо­жешь при­нять мое пред­ло­жение, стать мо­им на­мес­тни­ком в Нек­си­се и об­хо­дить­ся там со смер­тны­ми так, как соч­тешь нуж­ным. А Ма­ра твоя ста­нет ко­роле­вой, и вы на­рожа­ете мне ку­чу вну­ков. Ну как?

- А ес­ли я от­ка­жусь? - мед­ленно про­гово­рил Д'Ар­ван. - Что ме­ня ждет?

- Те­бя? Ни­чего. Как я уже го­ворил, ты в лю­бую ми­нуту во­лен по­кинуть мой За­мок, а Нек­си­сом ста­нет пра­вить кто-ни­будь дру­гой. Ну а Ма­ру я ос­тавлю се­бе. - Хел­ло­рин по­мол­чал. - Так что ре­шай. Ты и так слиш­ком дол­го ис­пы­тыва­ешь мое тер­пе­ние. Я не со­бира­юсь про­сить те­бя дваж­ды.

Д'Ар­ван зак­рыл ли­цо ру­ками, и пле­чи его пе­чаль­но по­ник­ли.

- Что ж, будь по тво­ему, отец, - про­шеп­тал он. - Я сде­лаю то, о чем ты ме­ня про­сишь. - Вне­зап­но он рас­пря­мил­ся и пог­ля­дел от­цу пря­мо в гла­за. Но, ра­зуме­ет­ся, и у ме­ня есть кое-ка­кие ус­ло­вия.