Глава 7
К вечеру подготовка к вечеринке была закончена. Я не переставала удивляться не только количеству проделанной работы, но и тому, как быстро мы справились с задачей. Нашей команде было чем гордиться. Казалось, даже сам воздух был пропитан жуткой атмосферой мистики, колдовства и таинств, а все мы, не теряя прежнего энтузиазма, дожидались костюмов. Дом мы украсили на славу: гирлянды из приведений, бумажные силуэты пауков, ворон, летучих мышей и разной нечисти свисали с потолка, скелеты в каждом углу, искусственная паутина — и это далеко не полный список того, к чему привела нас наша безумная фантазия. Закуски дожидались гостей на фуршетном столе. Меню, как и всё прочее, было выдержано в стиле Хэллоуина. Посреди гостиной располагался огромный котёл с сомнительного цвета жидкостью, по уверению Делии, — всего лишь пуншем, помимо которого напитки остужались в оригинальных «вазах», вырезанных из тыквы и заполненных льдом.
С учётом предстоящей бессонной ночи мы с друзьями решили отдохнуть, удобно устроившись на мягких диванах. Лиса мирно спала, свернувшись калачиком в кресле; парни из группы, приглашённой нами в качестве музыкального сопровождения, настраивали свои инструменты, делая это достаточно тихо, чтобы не нарушить покой нашей спящей красавицы; Делия поливала белые свечи красным воском, создавая иллюзию кровоподтёков; Джек разрисовывал оранжевые шары чёрным маркером, а я просто лежала и болтала ногами, попеременно поглядывая на часы. Все настолько сосредоточенно занимались своими делами, забывая про время и окружающих, что раздавшийся звонок в дверь застал нас врасплох. Делия хотела было подняться, чтобы посмотреть, кто пришёл, но Джек опередил её, жестом указывая, что справится сам. Девушка продолжила заниматься прерванным делом, и улыбка ещё долго не сходила с её лица. Через некоторое время парень вернулся, нагруженный коробками.
— Это был курьер, — разъяснил он, расставляя полученное перед нами.
— Ну, наконец-то, — проснувшаяся Алиса потёрла ладони в предвкушении, и мы с ней принялись распаковывать маскарадные костюмы.
— Девочки, это должен быть сюрприз! – остановила нас Делия. – Идёмте в мою спальню, пора готовиться к вечеру.
Джек испустил тяжкий вздох, но девушка, развернувшись на полпути, вперила в него многозначительный взгляд.
— Ты обещал мне, что будешь в костюме! — кинула она ему в руки свёрток, и Джеку оставалось только покориться.
На время подготовки комната Делии превратилась в настоящую гримёрную, а сама девушка — в нашу крёстную фею. Туалетный столик был уставлен косметикой, средствами для укладки, кисточками всех форм и размеров, приспособлениями для грима. Следующий час мы занимались макияжем и причёсками, и это было невероятно весело. Включив музыку, подпевая и пританцовывая, фотографируя друг друга и смеясь, мы получили колоссальное удовольствие от процесса. Предвкушение празднования только больше подогревало азарт.
Делия категорически запретила нам смотреться в зеркало до того, как мы облачимся в костюмы. По её словам, образ должен быть завершённым, чтобы по достоинству его оценить, поэтому к тому моменту, как мы потянулись к чехлам с одеждой, нетерпение достигло своего пика. С учётом того, что костюмы были заказаны в последний момент, — выбор образов оставался небольшой, однако в конечном итоге все нашли что-то по душе. Правда, я не имела ни малейшего представления, какой костюм предназначался мне, так как Делия заверила, что заранее приготовила для меня нечто особенное. Я была приятно удивлена и пребывала в предвкушении, отдавая должное вкусу моей новой новой подруги.
Когда очередь, наконец, дошла до меня, Делия, светясь от гордости, извлекла из шкафа белый чехол с нанесённой на него эмблемой в виде герба и передала мне. Наши с Лисой глаза заблестели, когда я потянула застёжку вниз и перед нами предстал один из самых восхитительных нарядов, которые мы когда-либо видели. Поначалу я приняла его за вечернее платье с длинной ажурной юбкой, искусно расшитой узорами, однако, приглядевшись, поняла, что передо мной был элегантный чёрный комбинезон из плотной ткани с зауженным низом и летящим шлейфом.
— Делия, — восхищённо притронулась я к роскошной ткани. — Я не могу его принять. Боюсь даже представить, сколько стоит одна только вышивка. Это ведь явно ручная работа!
— Не хочу даже слышать твоих возражений. Это творение моего близкого друга — талантливого дизайнера, создающего шедевры в порыве вдохновения для того, чтобы дарить своим музам. Наряд, что у тебя в руках, — его гордость. Он назвал эту модель «Полуночная царица» и отдал мне после клятвенных заверений в том, что у меня на примете уже есть некая особа, которая будет сногсшибательно выглядеть в этом наряде. И я имела в виду тебя, — категорично заявила девушка, а затем взяла Лису за руку и потянула её к выходу из комнаты. — Мы будем ждать в гостиной.
Прежде, чем я успела что-либо возразить, хлопнула дверь, и я осталась один на один с шедевром дизайнерского искусства. Стоит признать, любая на моём месте испытала бы соблазн примерить нечто столь изысканное. Одевалась я с тщательной осторожностью, боясь лишний раз коснуться нежного шлейфа и поражаясь тому, насколько идеально комбинезон сел по фигуре, словно был сшит по моим меркам. Застегнув каждый потайной крючок и обув туфли на высоком каблуке, я подошла к зеркалу, чтобы, наконец, оценить результат. Увиденное в отражении на несколько секунд заставило меня застыть от изумления. Сквозь холодную гладь стекла на меня удивлённо взирала девушка — утончённая, грациозная, с выразительными чертами лица и аристократической осанкой. За счёт насыщенных дымчато-серых теней мои глаза поражали своей бездонной глубиной, молочно-белая кожа сияла, а матовая помада вишнёвого оттенка добавляла чувственности. Золотистые локоны были собраны в небрежный пучок с несколькими выпущенными прядями, подчёркивающими изящный овал лица. Причёску дополнял венок, сплетённый из мелких металлических листьев и выглядевший скорее как аскетичная корона, идеально вписывающаяся в образ царицы — волевой, решительной и умопомрачительно красивой. Прелесть моего облика заключалась в абсолютной его лаконичности. Глубокий иссиня-чёрный цвет моего одеяния подчёркивал белизну оголённых плеч, ткань эффектно облегала изгибы стройного тела, а в меру длинный шлейф придавал особый шарм и долю загадочности. Делия была права, в этом наряде, одновременно сочетавшем в себе строгость и магнетическую притягательность, я действительно преобразилась в полуночную царицу, перед которой должны были распахнуться двери в совершенно новый, таинственный мир. И даже ниточка шрама, извилистой змейкой ползущая к краю лифа, смотрелась естественно.
Когда я предстала перед друзьями в новом образе, у них буквально не нашлось слов, чтобы облечь эмоции в связную речь, и это был тот самый случай, когда немое изумление стало лучшим комплиментом. Я не знала, как благодарить Делию за подаренную мне сказку и возможность почувствовать себя королевой, но, казалось, она в этом и не нуждалась. Ей было достаточно видеть моё светящееся от счастья лицо. Спохватившись, девушка принесла фотоаппарат и поручила Джеку сделать как можно больше снимков, чтобы запечатлеть каждую деталь предпраздничного настроения. Друг встретил идею с энтузиазмом, и мы с Делией и Лисой принялись позировать перед камерой. И только одна единственная деталь не давала мне окончательно погрузиться в беззаботное веселье: в тёмной спальне двумя этажами выше по-прежнему прятался Кристиан Ринальди, убеждённый, что таким образом меньше расстроит свою сестру. К счастью, в моей голове уже созрела гениальная мысль, которую я поспешила воплотить в жизнь, незаметно покинув общество друзей и ворвавшись в комнату парня, подобно маленькому урагану.
— Ты всё ещё грустишь? – спросила я, увидев его, одиноко стоявшего спиной ко мне посреди комнаты.
Кристиан медленно обернулся на звук моего голоса и внимательным взглядом осмотрел меня с ног до головы. Золотисто-карие глаза парня были прищурены, и на мгновение мне показалось, что в них отразился неподдельный интерес. Его интенсивный взгляд, направленный на меня, заставил меня смутиться, однако я очень быстро взяла себя в руки. В конце концов, мне нечего было стесняться. Я знала, что выгляжу не так, как обычно, однако новый образ был мне явно к лицу. Иногда для того, чтобы обрести необходимую долю уверенности в себе, девушке нужны всего лишь новый наряд и немного яркой помады.
— Крис, ты слышишь меня? — я подошла ближе и провела рукой перед лицом парня.
— Ты что-то сказала? — наконец, отозвался он и перехватил мою руку, плавно опустив её вниз. — Прости, я немного отвлёкся.
— Не важно, просто хотела сообщить, что ты тоже идёшь на вечеринку.
— Нет, я не иду, — возразил Кристиан, по-прежнему мягко сжимая моё запястье.
— Я знаю, как сделать повязку на твоей руке незаметной, а ты знаешь, что Делия будет счастлива, если ты к нам присоединишься. Пожалуйста, соглашайся. Я очень хочу, чтобы ты провёл вечер с нами, — попросила я с надеждой в голосе, чувствуя, как упрямство парня тает под моим жалостливым взглядом.
— Раз уж ты так просишь, — потянув время ещё немного, всё же кивнул Кристиан, и его глаза загорелись азартным блеском, словно он задумал какую-то шалость. — Хорошо, я пойду, но при одном условии...
— Всё, что угодно! — торопливо прервала я парня.
— Наивная моя, ты даже не знаешь, о чём я собирался попросить, — усмехнулся Крис.
— Не важно, я согласна на все твои условия.
— Так даже интереснее, тогда ты узнаешь о них позже, — произнёс он на выдохе, и готова поклясться, это прозвучало как обещание. — Я весь в твоём распоряжении.
Я просияла, и, не теряя более ни минуты, приступила к осуществлению задуманного. Первое, что я сделала, — это принесла оставленные в комнате Делии приспособления для профессионального грима. После занятий в театральной студии у меня сохранилось множество красок самых разных цветов, баночки с веществами странной консистенции для имитации рубцов и шрамов, искусственная кровь и другие жуткие вещи. Несмотря на то, что своим хобби я уже давно переболела, к празднованию Хэллоуина навыки нанесения полноценного грима периодически пригождались. Среди персонажей, которые удавались мне особенно хорошо, для Кристиана я выбрала роль Джокера, так как это давало нам возможность скрыть бинты, надев парню на руки перчатки. Крису я поручила найти в гардеробе какой-нибудь пафосный костюм, с чем он справился более чем успешно, так что дело осталось за малым — воссоздать устрашающий грим злодея на лице.
Открепив шлейф, чтобы не путаться в складках, и усадив Кристиана на высокий стул, я начала подготавливать кожу парня к нанесению краски. И только в тот момент, когда приблизилась к нему с ватным диском, я осознала, насколько в действительности интимным был процесс. В отличие от меня, не знающей, как удобнее встать, насколько близко подойти и куда поместить руки, Крис чувствовал себя вполне расслаблено. Казалось, моё замешательство его забавляло. Сделав робкий шаг к парню, одну руку я поместила ему на шею, а в второй осторожно начала протирать лицо. Я старалась полностью сосредоточиться на процессе, очистив голову от лишних мыслей, но изучающий взгляд Криса и едва заметная полуулыбка отвлекали.
— Ты можешь подойти ближе, Ариана, — произнёс он, иронично изогнув бровь. — Я как-нибудь потерплю твоё присутствие рядом с собой ради благой цели.
Крис был прав, пытаться воссоздать на лице шрамы с расстояния вытянутой руки было довольно проблематично. Заметив мои колебания, парень недолго думая поместил руки мне на талию и притянул вплотную к себе. От неожиданности я задержала дыхание и даже не сразу нашлась, что сказать, но инстинктивно обхватила Криса за шею.
— Так удобнее, — констатировал факт он.
— Кому? — у меня вырвался наиглупейший в этой ситуации вопрос.
— Мне — однозначно, тебе — я очень на это надеюсь, потому что с этого момента вступает в силу моё первое условие: ты либо проводишь свои манипуляции в такой позиции, либо я никуда не иду, — довольно изрёк парень, по-прежнему не убирая рук с моей талии.
Я одарила его возмущённым взглядом, но возобновила прерванное занятие, даже не пытаясь спорить. Как оказалось, Крису и этого было мало. Я до последнего старалась не отвлекаться на его руки, обнимающие меня, но сосредоточиться стало ещё труднее, когда он начал невесомо выводить узоры на моей пояснице, заставляя кожу гореть от интенсивности ощущений. Нежные прикосновения, волнующий взгляд потемневших глаз, коварная улыбка — всё это было слишком. После того, как я чуть было не уронила ёмкость с белым гримом парню на колени, моё терпение себя исчерпало:
— Крис, ты меня отвлекаешь.
— Рад это слышать, — довольно ответил мне тот, продолжая касаться моей спины.
— Ты не прекратишь?
— Прекращу что? — коварно улыбнулся Кристиан, и я не нашлась, что на это ответить, так как не решалась озвучить его действия вслух.
— Я испорчу твой грим, — предостерегла я парня.
— Оно того стоит, — парировал он, пока я пыталась наложить тёмные тени вокруг его глаз и не размазать лишнюю краску по лицу.
На этом наша полемика прекратилась — спорить с Крисом было бесполезным занятием. Я по-прежнему не была уверена в том, чего конкретно он добивался. Мы играли в странную игру: я догадывалась, что интересна ему, а он видел, как действует на меня, и до недавнего времени оба избегали касаться этой темы, продолжая говорить туманными намёками. Наши отношения развивались размеренно, так что же изменилось сегодня? Не скрою, меня тянуло к Кристиану, как магнитом. Чем больше времени мы проводили вместе, тем отчётливее я это понимала и тем глубже тонула в новых для меня ощущениях. Касаться Криса, находиться к нему так близко, чувствовать его руки на талии было до странности приятно, однако эти чувства были для меня неизведанной территорией, и я не знала, чего опасаюсь больше: того, что они не взаимны, или того, к чему они могут привести. Я боялась сделать неверный шаг, который либо оттолкнёт от меня Криса, либо наоборот подтолкнёт нас друг к другу. Я не была готова к такому повороту событий и в то же время ожидала его с любопытством. Одним словом, мой интерес развился до опасных масштабов.
Когда настал черёд создания улыбки, я невольно наклонилась ближе к Кристиану, чтобы тщательнее растушевать помаду кроваво-красного оттенка поверх заранее воссозданных рубцов. Пройдясь кисточкой по контуру, я отложила её в сторону и мягкими движениями пальцев начала размазывать краску, периодически касаясь губ парня. Наши лица находились близко друг к другу, Крис не сводил с меня взгляда, полного ожидания, а я подавляла в себе желание окончательно сократить расстояние между нами, потому что именно в этот момент все мои отговорки, боязнь привязанностей, предубеждения против отношений и другие нелепые аргументы, служившие мне щитом от внимания Джека, таяли на глазах. Дело было вовсе не в том, что я не хотела впускать чувства в свою жизнь, а в том, что всё это время я ждала особенного человека. И первая же встреча с Кристианом создала брешь в моих доводах, а все последующие — привели нас к этому моменту. С самого начала была в нём доля неизбежности.
— Ариана, — бархатистым голосом обратился ко мне парень, — ты ещё долго собираешься меня мучить?
— Почти закончила, осталось только нанести краску на волосы... — принялась сбивчиво объяснять я, избегая смотреть Крису в глаза.
— Я имел в виду нечто другое, — усмехнулся парень и осторожно коснулся моей щеки, побуждая посмотреть на него. — Вот если бы ты наклонилась чуть ближе...
Как заворожённая, я приблизилась к парню ещё немного. Теперь наши лица находились в считанных сантиметрах друг от друга, и это было невероятно волнительно.
— Ещё ближе, — хрипло выдохнул мне в губы Кристиан.
Моё сердце стучало, как сумасшедшее. Неведомая сила заставляла повиноваться каждому слову, произнесённому парнем. Я была загипнотизирована его обжигающим взглядом и, наплевав на доводы рассудка, обняла его за шею, зарывшись пальцами в непослушные волосы. Я боялась и жаждала продолжения, а напряжение, сквозившие в миллиметрах свободного пространства между нами, только подогревало интерес. И в тот момент, когда Крис потянулся ко мне, чтобы окончательно сократить расстояние между нами, страх одержал верх над желанием, я вдруг зажмурилась и отстранилась:
— Твой грим и мой макияж будут безнадёжно испорчены, — закусив губу, пролепетала я.
— И это единственная причина, почему ты не хочешь, чтобы я тебя поцеловал? — недоверчиво прищурил глаза Кристиан.
— Да, кажется, других возражений не имеется... — фраза прозвучала скорее как вопрос, а не утверждение.
— В таком случае ты задолжала мне ещё один поцелуй, — выразительно посмотрел на меня парень.
— Ещё один? — непонимающе переспросила я.
— Ещё один, — утвердительно кивнул Крис, а затем медленно и нежно коснулся губами основания моего шрама, от чего по коже разлилось приятное тепло. — И ещё один...
Последовал краткий поцелуй чуть ниже, заставивший меня на несколько бесконечных секунд забыть, как дышать. Непроизвольно я закрыла глаза и наклонила голову, открывая Кристиану доступ к шее. Восприняв это, как моё молчаливое согласие, он резко усадил меня к себе на колени и продолжил оставлять чувственные, требовательные поцелуи на моих плечах, ключицах, запястьях. После каждого нового касания губ на моём теле проявлялся кроваво-красный след краски, словно свидетельство нашей распущенности. Прохладные пальцы Криса путешествовали по оголённым участкам кожи и за этими невесомыми касаниями тянулся обжигающий шлейф лихорадочного тепла — одурманивающий коктейль ощущений. Понимая, что нужно остановиться, пока не поздно, я пересилила себя, распахнула веки и посмотрела Кристиану в глаза, зеркально отразившие то же безумство, что читалось в моих.
— Всё ещё боишься безнадёжно испортить свой макияж? — прошептал Кристиан, очерчивая большим пальцем контур моих губ.
— Всё ещё боюсь... — ответила я на выдохе, а затем медленно провела руками по плечам парня и переплела наши пальцы. — Но уже не так сильно.
Едва заметная улыбка появилась на лице Криса, когда я приблизилась к нему, замершему в ожидании, и осторожно поцеловала его в уголок губ так, чтобы не смазать помаду, а затем медленно встала с его колен, поправила наряд и уже спокойно заявила:
— Мне ещё нужно закончить укладывать тебе волосы. Мы уже безнадёжно опаздываем.
— Мы можем просто никуда не идти, — перехватил меня за руку Крис, пытаясь вернуть в исходное положение, но я не поддавалась.
— Ты обещал, ведь я выполнила твоё условие.
— У меня было несколько условий, поэтому слушай следующее: ты проводишь этот вечер со мной. Я не хочу, чтобы ты отходила от меня дольше, чем на пять минут.
— Уже посягаешь на мою свободу? — неодобрительно покачала головой я, пытаясь спрятать улыбку.
— Именно так. Ты против? — беззастенчиво ответил мне парень.
— Нет, хотя мне бы стоило возмутиться.
— Вот и чудно. Тогда как насчёт того, чтобы закончить грим, сидя у меня на коленях? — в глубине янтарных глаз заплясали озорные дьяволята.
Я в очередной раз упрямо покачала головой, а затем с мстительной улыбкой потянулась за ёмкостью с самым ядрёным оттенком зелёного, который у меня имелся:
— Вам, господин Ринальди, стоит быть осмотрительнее, когда делаете такие предложения тому, от кого зависит цвет вашей шевелюры.
— Каюсь, но я должен был попытаться, — по-мальчишески задорно улыбнулся мне тот и подарил ещё один краткий поцелуй в запястье.
И в момент очередного проявления нежности со стороны парня я окончательно поняла, что безвозвратно пропала. Мне и раньше нравилось проводить время с Кристианом, я привыкла к его постоянному присутствию в своей жизни, он стал для меня отличным другом, вот только то чувство, что изначально я приняла за дружбу, буквально только что вылилось в чистейшую страсть. Я теряла голову от Кристиана и, забывая об осмотрительности и своих опасениях, готова была с головой нырнуть в омут охватившего меня безумия. Оно было пьянящим, дурманящим, манящим. Словно мотылёк, я летела на свет зарождающегося чувства, не задумываясь об опасности, которую оно могло в себе таить. Возможно, я обожгусь; быть может, сгорю дотла, но остановиться было выше моих сил. В конце концов, моя судьба была предрешена ещё в тот момент, когда я впервые взглянула в глаза Кристиана и утонула в их янтарной глубине.
***
Когда мы с Кристианом спустились на первый этаж, вечеринка была уже в самом разгаре. Рука парня надёжно покоилась на моей талии, и он направлял меня сквозь толпу, не отставая ни на шаг. Пока мы шли, я ловила на себе заинтересованные взгляды гостей, и это не стало для меня сюрпризом: с Кристианом мы составляли эффектную пару. Стараясь не робеть от пристального внимания, с гордо поднятой головой я продолжала лавировать между танцующими парами. Делию мы обнаружили раскладывающей очередную порцию закусок на кухне. Увидев Кристиана, она не сразу поверила своим глазам.
— Ариана, — просияла девушка. — Как же тебе удалось привести на вечеринку этого упрямца?
— У Ариана свои методы, — выразительно посмотрел на меня Крис и переплёл наши пальцы, нисколько не смущаясь своей сестры, в глазах которой отразились удивление и радость.
Заметив моё замешательство, девушка тактично свела поток восторженных комментариев к минимуму, ограничившись лишь искренней благодарностью за то, что мы пришли. И за это я была ей крайне признательна. Несмотря на то, что мне были приятны милые знаки внимания со стороны Криса, я чувствовала себя неловко. Одно дело — выражать свои чувства за закрытыми дверьми спальни, и совсем другое — выставлять их на всеобщее обозрение. Казалось, Кристиану ничего не стоило обнимать меня у всех на глазах, я же так не могла. У меня было слишком мало времени, чтобы привыкнуть к новой стадии наших отношений, пусть ещё и не официальных. Неловкость достигла своего апогея, когда я увидела Джека и Лису, приближающихся к нам. Запаниковав, я разомкнула наши с Кристианом руки и отстранилась от него в надежде, что поспешность моих действий не была замечена друзьями, поглощёнными разговором. Когда они приблизились к нам, от меня не укрылось, как поменялся в лице Джек, обратив внимание на разводы алой краски на моём теле, подозрительно сочетавшейся с оттенком, которым была выполнена «улыбка» Джокера. Я не стала смывать красные следы, оставшиеся после поцелуев Криса, довольствуясь тем, что размазала их по коже. И ровно до того момента, как их увидел Джек, мне было совершенно безразлично, кто и что подумает. Я так боялась уловить осуждение в глазах лучшего друга, что, сгорая от стыда, совершенно забыла о том, какую реакцию моя попытка отстраниться вызовет у Кристиана. Я почувствовала, как он напрягся, и, казалось, ровно в ту секунду, как наши пальцы разомкнулись, между нами выросла ледяная стена. Я старалась поддерживать разговор, своевременно улыбаться и кивать, но все мои мысли были заняты накалившейся обстановкой между нами. К нашей компании подходили знакомые и незнакомые люди, приглашённые друзьями; песня сменялась за песней; Делия выполняла роль гостеприимной хозяйки, а Джек и Лиса с энтузиазмом ей в этом помогали. Мне же веселиться больше не хотелось. При первой же возможности Крис незаметно увлёк меня в сторону одного из подсобных помещений, плотно закрыл за нами дверь и одарил меня таким красноречивым взглядом, что я внутренне сжалась:
— Ариана, я не понимаю, как ты ко мне относишься. Когда мы наедине, тебе комфортно со мной. Стоит нам оказаться на глазах твоих друзей, ты пытаешься отскочить от меня на другой конец комнаты. Что происходит?
— Крис, это сложно...
— А ты попробуй мне объяснить. Может быть, я пойму? Если я тороплю события, если ты не хочешь быть со мной, если предпочтёшь остаться друзьями, скажи мне об этом. Мне важно услышать это от тебя.
— Я хочу быть с тобой, — прошептала я, потупляя взор.
— Тогда в чём причина? — мягко обратился ко мне парень.
Я видела, как он сдерживался, чтобы не спугнуть меня своей настойчивостью; как поднялась и опустилась рука, так и не решившаяся сжать мою; какой нежностью был наполнен взгляд. Видела... Но не могла стереть из памяти другой взгляд, полный надежды и горечи, — взгляд моего лучшего друга. Когда Джек увидел нас с Крисом, стоявшими бок о бок, что-то в его глазах потухло. И я не могла спокойно раствориться в отношениях, которые одновременно делали счастливой меня и несчастным Джека. Это казалось таким неправильным. Наше молчание затянулось. Я не знала, как объяснить Крису свои опасения, чтобы не разрушить то, что толком даже не успело начаться, но он понял всё без слов:
— Ты не хочешь, чтобы узнал твой поклонник, так ведь?
— Я не хочу ранить Джека.
— Или сжечь все мосты... — добавил Крис. — Ты ведь ещё и сама не решила, хочешь ли отказаться от него.
— Это здесь ни при чём, Кристиан, — встрепенулась я. — Я просто оказалась не готова рассказать ему о нас прямо сейчас.
— Но однажды тебе придётся с ним объясниться. Твой друг уже большой мальчик, он переживёт.
— Но какой ценой...
— А какую цену готова заплатить ты, чтобы сберечь его спокойствие? Проведёшь с ним остаток жизни, только чтобы оградить от правды? Это не жертвенность, Ариана, это глупость, — разочаровано проговорил Крис.
— Мне всего лишь нужно время, чтобы собраться с мыслями.
— Хорошо, я услышал тебя, но быть в отношениях третьим в мои планы не входит. Я не требую от тебя невозможного, не прошу выбирать между мною и другом, но, если ты правда хочешь быть со мной, будь готова сообщить ему, что ничего, кроме дружбы, между вами не будет, — Кристиан развернулся и взялся было за ручку двери, но я коснулась его плеча, побуждая обернуться.
— Пожалуйста, не оставляй меня одну, — взволнованно проговорила я, пытаясь разглядеть выражение лица парня в полутьме комнаты.
— Вечеринка меня утомила. Твоя цель достигнута — Делию ты обрадовала, поэтому я ухожу. Как только будешь готова объяснить своему приятелю, что ваши воображаемые отношения подошли к концу, ты знаешь, где меня найти, Ариана, — холодно отчеканил Кристиан, распахнул дверь, впуская в комнату звуки музыки и весёлый гомон, и решительно направился прочь.
Я последовала за ним, но потеряла его из виду практически моментально. Искать Кристиана не имело смысла, мне было больше нечего ему сказать. Он оказался прав во всём, а мне пора было взрослеть и учиться брать на себя ответственность за принятые решения. Усидеть на двух стульях не удастся, именно это пытался донести до меня Крис. Одному из парней всё равно будет больно, мне же предстояло выбрать, кому именно. С Джеком мне было надёжно, он безупречно вписывался в мои планы на жизнь, понимал меня с полуслова и однажды стал бы для меня идеальным парнем, вот только рядом с ним моё сердце не трепетало. Кристиана узнавать я только начинала, но находиться с ним было так же легко, как дышать. Он ворвался в мою размеренную жизнь, вытолкнул из зоны комфорта и раскрыл мне глаза на качества, о наличии в себе которых я даже не подозревала. Каждый день он бросал мне вызов и удивлял. Я понятия не имела, что принесут мне отношения с ним, но одно могла сказать с уверенностью: однажды этот парень может либо сделать меня до безумия счастливой, либо разбить мне сердце вдребезги. И от этого мне становилось страшно. Я никогда не отличалась смелостью и ненавидела риск.
Оказавшись в эпицентре вечеринки, я затерялась среди танцующих. Глаза, в уголках которых скопилась непрошеная влага, непроизвольно закрылись, и я попыталась отрешиться от всего мира, растворившись в музыке, подчиняющей тело своим мощным импульсам. Ток пронёсся по венам, и я качнулась в такт аккордам, заглушающим шум толпы. Энергия пульсировала внутри меня и требовала выплеска, поэтому я позволила себе отпустить контроль, почувствовать себя свободной. Танец разжимал тиски боли, помогал забыться, дарил ощущение, что мне всё по плечу. На танцполе позволено сходить с ума, и никто не поставит это тебе в укор. Толпа подпевала солисту, чьи-ту руки сжали мою талию, и я даже не пыталась отстраниться, смело встречая взгляд незнакомца, решившего разделить этот момент со мной и чьё лицо я завтра даже не вспомню. Находиться рядом с чужими людьми сейчас было проще. Им наплевать, почему в твоих глазах отражается грусть, а по щекам катятся слёзы. Мы танцевали, полностью отдаваясь процессу, словно впав в транс, и мне чертовски нравилось это чувство. Я с удовольствием провела бы так так весь вечер, но некстати завибрировавший в кармане телефон вывел меня из оцепенения. На дисплее высветился номер мамы, и в свете последни событий я должна была ответить на звонок, чтобы избавить её от беспокойства.
Из-за громкой музыки мне пришлось подняться наверх. Закрыв за собой дверь одной из пустующих комнат, я перезвонила родителям и в тысячный раз уверила их, что со мной всё в порядке. Они, кажется, поверили, как и предыдущие девятьсот девяносто девять, собственно говоря. Но что я могла поделать? Меня всегда от всего оберегали, и я не могла сказать, что мне это не нравилось. Говорили мы недолго, родители не хотели отвлекать меня от веселья, поэтому очень скоро я завершила вызов. Прижавшись к холодному окну, сквозь которое в комнату лился призрачный свет уличного фонаря, я устало вздохнула и решила вернуться на вечеринку. Быть одной мне сейчас совершенно не хотелось. Я подошла к двери и повернула ручку, но, на удивление, она не поддалась.
— Проклятье! – выругалась я, когда после тщетных попыток выбраться поняла, что заперта снаружи.
Может, это был чей-то неудачный розыгрыш? Дотянувшись до выключателя, я зажгла в комнате свет, однако не прошло и десяти секунд, как он померк вместе с уличным фонарём. Выглянув на балкон, я окончательно убедилась, что в доме погасло всё освещение, так как первый этаж утопал во тьме. В свете последних событий стало страшно. Я со всей силы начала стучать в дверь, но маловероятно, что кто-нибудь мог найти меня в этом крыле дома. Прошло всего несколько секунд, и мне они показались вечностью. В груди зарождался приступ паники. Судорожно сжимая телефон в руках, я набрала номер Джека, молясь, чтобы он поднял трубку, но ни он, ни Алиса, ни Делия, ни Крис так и не услышали звонка. Отчаяние начало плавно затоплять моё сознание. Мне до ужаса хотелось выбраться из этой злополучной, тёмной комнаты. Наощупь добравшись до кресла, я калачиком свернулась в нём и попыталась выровнять рваное дыхание. Чтобы найти выход из ситуации, мне нужно было успокоиться.
Внезапно телефон в руках завибрировал, на экране высветился номер Джека. Не веря собственному счастью, я ответила на звонок и услышала в трубке родной голос. Соскочив со своего места, я принялась нервно мерить шагами пространство и судорожно вспоминать расположение комнаты, в которой меня заперли, чтобы обрисовать ситуацию Джеку. Он внимательно слушал мои сбивчивые комментарии, но внезапно раздавшийся со стороны окна скрежет заставил меня замолчать. Слова замерли на губах, а друг тем временем пытался докричаться до меня, но тщетно.
— Ало, Ариана! Ты слышишь? – повторял Джек снова и снова на другом конце телефонной линии, но моё внимание было приковано к балконной двери.
Ошибки быть не могло, я была уверена, что за ней кто-то был.
— Джек, я умоляю тебя, поторопись, — на удивление, мне удалось закончить предложение ровным голосом. — Кто-то пытается проникнуть в комнату, мне очень страшно.
Раньше, чем я услышала ответ, раздался звон разбивающегося стекла, и пол усеяли тысячи сверкающих осколков. По моим щекам покатились безмолвные слёзы, когда я разглядела возникшую в образовавшемся проёме тень в развевающемся чёрном плаще. Это был он, мой ночной мучитель во плоти.
— Ариана, я сейчас буду. Что происходит? Я слышал шум, — тараторил Джек, но я едва ли понимала, о чём он говорит.
Страх своими жуткими щупальцами проникал в каждый уголок моего сознания. От существа, застывшего передо мной, веяло холодом. При одном взгляде на него становилось понятным, что не стоит ждать пощады. В голове пронеслись воспоминания моей последний встречи с этим чудовищем, неоспоримым доказательством которой служил пересекающий моё тело шрам. Неужели меня снова попытаются убить?
— Джек, пожалуйста, он уже здесь... — взмолилась я, сжимая телефон, словно спасательный круг.
Я стала пятиться назад, пока не упёрлась в дверь. Дёрганье ручки, что и требовалось доказать, не принесло результата. Между тем зловещая тень не медлила. Вот незнакомец уже стоял посреди комнаты, приближаясь ко мне нарочито медленно. Казалось, он наслаждался моим ужасом, впитывал его в себя. В руке блеснуло лезвие меча, заносимого надо мной. Понимая, что от этого зависит моя жизнь, я закричала, что было мочи:
— Помогите! Кто-нибудь! Пожалуйста, помогите!
Когда оружие стало неминуемо приближаться к моему сердцу, я стремительно отскочила, но тут же почувствовала резкую боль в районе плеча. К счастью, удар оказался не смертельным. Телефон отлетел в сторону. Инстинктивно притронувшись к ране, я почувствовала, как что-то тёплое и липкой обагряет пальцы, но у меня не было времени как следует это осмыслить.
— Почему вы меня преследуете? — в ужасе пролепетала я, пытаясь отвлечь незнакомца разговором.
Мне было жизненно необходимо найти способ оттянуть время, пока не подоспеет помощь. Обороняться было нечем. Ситуацию осложняла темнота, царившая в комнате, но нападавшему она, похоже, не доставляла неудобств.
— Вам ведь всё равно не убежать, госпожа Энгельгардт, – услышала я низкий мужской голос.
— Мне кажется, вы меня с кем-то путаете! – попыталась переубедить его я, чувствуя, как тёплая струйка крови сочится по коже.
— Вам кажется, — уверенно произнёс тот, после чего молниеносно оказался рядом, резким ударом пригвождая меня к стене и вновь занося надо мной меч.
На этот раз я не успела среагировать, убийца двигался с нечеловеческой быстротой. При этом незнакомец как будто специально сдавил моё раненое плечо с такой силой, что мне казалось, он раздробит мне кости. От острой вспышки боли помутнело в глазах, я отчаянно пыталась вырваться из мёртвой хватки, но сил оставалось всё меньше. Я балансировала на тонкой грани между сознанием и беспамятством.
— Ариана! – вдруг послышался голос Кристиана, прорвавшийся сквозь пелену моего затуманенного разума, но я не могла с уверенностью сказать, не был ли он всего лишь моей предсмертной галлюцинацией.
Сил бороться больше не осталось — настолько нестерпимой была боль. Отяжелевшие веки сомкнулись, и я окончательно провалилась в забытье.