Глава 10
После ухода Джека я планировала закрыться в своей комнате, отключить телефон и забыться сном. До возвращения родителей было несколько часов, поэтому я с чистой совестью могла позволить себе эту маленькую роскошь. Правда, стоило моей голове коснуться подушки, как дверной звонок возвестил меня о приходе непрошенных гостей. Я спустилась на первый этаж, попутно приглаживая растрёпанные волосы, и в не самом радужном настроении распахнула дверь. Какого же было моё удивление, когда на пороге я увидела Криса. От неожиданности сердце пропустило удар.
— Привет, — только и сказал парень едва слышно. — Впустишь?
В полном молчании я отошла в сторону, освобождая ему проход. Крис проследовал внутрь, как делал это все предыдущие несколько недель, и занял уже привычное для него место в гостиной.
— Я принёс твои вещи, — парень взглядом указал на бумажный пакет, оставленный им на кофейном столике.
— Спасибо, — ответила я, по-прежнему не понимая, какие чувства вызывает во мне его присутствие. — Это всё?
— Это предлог, — с полуулыбкой ответил мне Крис, чем в очередной раз заставил моё сердце пуститься вскачь. — Ещё я хотел извиниться за своё поведение утром. Я заслужил брошенную в меня вазу.
— Я не обижаюсь, Крис. И я не должна была ничего в тебя швырять, это больше не повторится.
— Хорошо.
— Да, хорошо, — вторила я Кристиану.
На несколько минут воцарилось молчание. Казалось, причин оставаться в моём доме у парня больше не было, но момент ухода он всё же оттягивал. Буквально до вчерашнего дня я сделала бы всё, чтобы помочь ему найти повод побыть со мной подольше, но теперь это казалось неуместным. Я пообещала самой себе, что ограничу время нашего с Крисом общения до тех пор, пока не перестану так остро на него реагировать. По всей видимости, ограничивать наше общение придётся вечно.
— Без тебя дома скучно. Приходи к нам смотреть кино вечером. Родители собираются приготовить ужин, Делия будет рада тебя видеть...
— Кристиан, не стоит, — оборвала я парня на полуслове.
— Обещаю, что не будет никаких разговоров о твоём возвращении на престол, пока ты не будешь готова. Мы можем просто провести время все вместе, познакомишься ближе с моей семьёй, — Крис коснулся было моей руки, и это было выше моих сил.
— Я встречаюсь с Джеком, — выпалила я на одном дыхании прежде, чем успела передумать.
То, что преподнести так новость Кристиану было большой ошибкой, я осознала слишком поздно. На долю секунды его рука окаменела, и он тут же её отдёрнул. Глаза парня выражали столько непонимания и осуждения, что я тут же почувствовала необходимость оправдаться.
— Я думаю, что ты должен был узнать это от меня... Мы решили это только сегодня.
— Наверное, я должен тебя поздравить, — неверяще проговорил Кристиан. — Интересно, как скоро ты поймёшь, что это огромная ошибка?
— Это уже моё дело. И я не считаю отношения с Джеком ошибкой, иначе я бы не стала их инициировать.
— Даже так, — горько усмехнулся Крис. — И что же побудило тебя начать отношения с человеком? Помнится буквально вчера ты с не меньшим энтузиазмом вешалась мне на шею.
— Не смей! — буквально прошипела я. — Не смей превращать то, что между нами было, лишь в очередной повод упрекнуть меня в непостоянстве.
— А не всё ли равно? Не так уж много это для тебя и значило.
— Ты же не думаешь так на самом деле... — прошептала я.
— А что я должен думать? — Кристиан резко поднялся на ноги. — Что прикажешь мне думать?
— Я бы всё равно не вернулась с тобой во дворец. Какой смысл начинать то, что изначально обречено на провал? — вскочила я со своего места следом.
В нетерпеливом жесте Кристиан провёл рукой по волосам, словно пытаясь набраться сил для следующего выпада.
— Посмотри мне в глаза и скажи, что ты ко мне совершенно ничего не чувствуешь, — он резко развернул меня к себе и сжал мои плечи.
Я не нашла в себе сил встретить его взгляд, зная, что он на раз-два раскусит мою ложь.
— Скажи это, Ариана. Давай же! Всего шесть коротких слов: я ничего к тебе не чувствую, — руки Криса в отчаянии обхватили моё лицо, побуждая посмотреть ему в глаза.
— Я не могу, — вырвалась я из хватки парня, восстанавливая между нами дистанцию.
— Тогда в чём, чёрт возьми, дело?
— Я остаюсь с Джеком, Кристиан. И ничего из того, что ты можешь мне сейчас сказать, этого не изменит. Ты моё прошлое. Прошлое, которое я не помню. Твой отъезд — лишь вопрос времени, я же своего решения об отречении от престола не изменю.
— Наивная девочка, которая действительно наивно полагает, что у неё есть выбор, — саркастично произнёс Крис. – Скоро ты и сама поймёшь, что значит «нужно». Да, сейчас все делают вид, что предоставляют тебе решать, как распорядиться своей судьбой. Так может продолжаться день, два, неделю. Однако постепенно окружающие начнут плавно давить, настойчиво убеждать, описывать в красноречивых выражениях, как важно тебе стать королевой и спасти мир. Ты и не заметишь, как окажешься пленницей собственной совести и, разрываясь между долгом и необходимостью (потому что других чувств у тебя быть не должно), ты примешь верное решение. Не для себя, разумеется, с этих пор ты забудешь о собственных желаниях, а для тех, кому это выгодно.
— Я так легко не отступлюсь.
— Я тоже так когда-то думал, — с горечью добавил Крис. — Что же, просмотрим, насколько хватит тебя. Надеюсь, оно стоит того, чтобы кидаться в объятия первого встречного.
— Джек не первый встречный, и ты это прекрасно знаешь. У меня есть к нему чувства, — устало вздохнула я.
— Повторяй это чаще. Глядишь, однажды ты и сама поверишь в этот бред. Но я обещаю тебе, что очень скоро ты пожалеешь о своём решении.
— Это угроза? — с вызовом спросила я.
— Какая глупость! Это всего лишь констатация факта, — ухмыльнулся Крис, а затем развернулся по направлению к выходу. — А теперь не смею больше отвлекать тебя от твоей идеальной жизни. Можешь не провожать.
Последнее, что я услышала, прежде чем почувствовала себя так, словно почва уплывает у меня из-под ног, — громкий хлопок двери.
***
Практически весь день я пролежала, обнимая мягкую пуховую подушку. То, что происходило вокруг, казалось мне только очередным сном — неправдоподобным кошмаром и не более. Я отчаянно верила, что вот-вот открою глаза и посмеюсь над своей глупой фантазией. Но время шло, а долгожданное пробуждение так и не наступало, тяжёлая реальность, напротив, всё сильнее наваливалась на меня, сдавливая душу и мешая дышать. Нет, ещё слишком рано требовать от меня адекватной реакции. Я ещё не успела ничего осознать. Я попросту не верю.
Спустя час, два, три всё то же самое. Те же мысли в голове и опустошённость в душе. Медленно я начинала злиться на саму себя за то, что ничего не предпринимаю. Проблему не решить, лёжа на боку, однако внутренний голос убеждал, что не в моих силах что-либо исправить. И он был прав. Я ведь не смогу вернуться на несколько лет назад и предотвратить события, развернувшиеся тем злополучным днём, когда я исчезла.
Да, в моих силах спасти королевство, но для этого нужно унаследовать корону, а это не решение. Действовать до такой степени в ущерб себе я не намерена. Это глупо – жертвовать своей прекрасной жизнью ради абсолютно чуждых мне существ. Пусть это эгоистично, зато мне не придётся жалеть о неправильном выборе, когда буду томиться в золотой клетке.
К вечеру, как и ожидалось, вернулась моя семья. Так ужасно, что теперь нужно обязательно добавлять «приёмная». Щёлкнул замок, на первом этаже послышались оживлённые голоса, и я поспешила вниз, чтобы встретить родителей.
— Доченька! – крепко обняла меня мама.
— Ты в порядке после того случая? – беспокойно оглядел меня папа.
Так и хотелось спросить: «После какого именно?», потом я подивилась своей живучести, но ответила лишь:
— Конечно, в порядке. Это было всего лишь недоразумение, не волнуйтесь.
И, знаете, моё волнение, беспокойство, неуверенность как рукой сняло. Я перестала думать о том, кто я на самом деле, ведь не это важно. Главное, что со мной моя семья – те, кто всю мою сознательную жизнь заботились обо мне как о родной дочери. Они спасли меня от судьбы стать сиротой, и я испытывала невероятную благодарность за это. Я действительно не хотела с ними расставаться.
— Чем ты занималась весь день? – спросила мама, заваривая чай, когда мы уже сидели на кухне.
— Честно говоря, пролежала в постели, — вяло ответила я.
— Ты плохо себя чувствуешь? Не заболела ли? – мама засуетилась вокруг меня, а затем дотронулась до моего лба.
— Боже мой, да ты вся горишь! Возвращайся в спальню, сейчас я принесу тебе таблетку и горячий чай с лимоном.
Я повиновалась и поплелась по направлению к комнате, чувствуя себя настолько разбитой, что каждый шаг давался с трудом. Когда же успела появиться эта слабость? Расправив смятую постель, я закуталась в одеяло. Меня начало знобить. Через время пришла мама с чаем и каким-то лекарством, которое я проглотила, даже не удосужившись узнать, что это было. Однако даже спустя время облегчение оно не принесло. Напротив, самочувствие лишь ухудшалось.
Наутро я еле проснулась. Круги под глазами стали ещё более тёмными, а кожа бледнее обычного — вид, мягко говоря, ужасный. Родители настаивали на том, чтобы я пропустила занятия, но я не хотела оставаться в четырёх стенах, поэтому, пусть и с трудом, но собралась и пошла в школу. На свежем воздухе легче дышалось, и шагать по промозглой улице было даже приятно, правда, руки тряслись. Вероятно, потому что с последнего приёма пищи прошли сутки. Аппетит пропал окончательно.
Уже после первых двух уроков я пожалела, что покинула постель. Чувствовала себя хуже некуда, чем вызвала беспокойство своих друзей. Я убеждала их, что подхватила лёгкую простуду и уже завтра буду в порядке. Лисе такого объяснения хватило, а вот Джек, кажется, мне не поверил.
На ланч я заставила себя съесть немного салата, но тут же почувствовала тошноту. Друзьям сказала, что отойду ненадолго и пулей побежала в туалет, где мой желудок благополучно отправил съеденное обратно. После того, как я умылась ледяной водой, тошнота немного отступила. Пришлось в коем-то веке прибегнуть к тональному крему, чтобы немного замазать круги под глазами. Так я выглядела чуточку лучше. Растерев и пощипав щёки, я придала им лёгкий румянец. Остатки своей еды, которые я прихватила с собой, выкинула в мусорный бочок, а затем снова вернулась к друзьям, которые ждали меня на выходе из столовой. Похоже, на этот раз они и правда поверили, что мне полегчало.
На оставшихся уроках дрожь в руках только усилилась, что сводило мои попытки писать в тетради на нет. С горем пополам я дожила до последнего урока и незаметно ускользнула из школы, чтобы ни с кем не встречаться. Кристиана и Делию я избегала сегодня даже старательнее, чем остальных.
Придя домой, я открыла все окна в гостиной, потому что мне отчаянно не хватало воздуха, а затем устало повалилась на кушетку. Сонливость взяла своё, отправляя меня в крепкий сон. Отдых явно пошёл мне на пользу, жар, наконец, спал. Родители вернулись домой пораньше и накупили моей любимой еды. Мама приготовила прекрасный ужин, но поесть я так и не смогла. Повторилась та же история, что и с салатом – меня снова стошнило. Итак, вот уже второй день я ничего не могу есть. Только пить и только воду, о чём маме с папой лучше не знать. Мне нельзя в больницу.
На следующее утро я не смогла пересилить себя и встать с постели, поэтому попросту не пошла в школу. Мама оставила для меня горячий бульон, и я благополучно его съела. День тянулся нескончаемо долго, меня всё время клонило в сон. Джек очень беспокоился и часто звонил, но я убеждала его, что это просто очередная простуда. Странно, Алиса почему-то ни разу не объявилась. Интересно, как она?
Так прошло ещё несколько дней. Я поддерживала жизненные силы только бульоном и водой. От всего остального меня мутило со страшной силой. Вскоре я начала замечать, что только и делаю, что сплю. Постепенно этот факт стал меня пугать, но времени, всё как следует обдумать, у меня не было, и я проваливалась в сон снова и снова. Мама не на шутку переживала, уговаривая меня обратиться к врачу. Но доктор, пришедшая осмотреть меня, сослала всё на переутомление и простуду, советовала вести постельный режим и в целях профилактики сдать кровь на анализ. Теперь страшно стало мне: что будет, если выяснится, что я вампир? Кажется Крис говорил, что у ламий мутация клеток происходит только после обращения. Значит ли это, что я по-прежнему человек?
Раньше я почти никогда не посещала больниц, кроме плановых осмотров, моё здоровье было крепким, а теперь со мной творилось что-то неладное. И только я понимала, что причина вовсе не в простуде. Я медленно теряла силы. Чтобы элементарно держать в руках стакан с водой, я затрачивала неимоверное количество энергии, но не показывала этого. Родители всё равно ничем помочь не смогут. Только кто-то из Ринальди, возможно, знает в чём причина, но, если обращусь к ним за помощью, опять встанет вопрос о моём скорейшем возвращении во дворец. Уж, я уверена, они найдут способ меня туда затащить.
И всё-таки обмануть судьбу не удалось. Бежать от неё бесполезно, я убедилась в этом не понаслышке. Хочешь ты этого или нет, но если что-то предопределено, противиться будет слишком трудно. Всё равно что плыть против быстрого течения – сколько ни старайся, в лучшем случае застынешь на месте. Итог же один: растеряв остатки сил, ты покоряешься, и иногда наступает долгожданное спокойствие.
Я пребывала в промежуточном состоянии между бодрствованием и сном, когда раздался долгожданный звонок Алисы.
— Я даже начала переживать, что ты так долго не звонила, — еле ворочая языком, пробормотала я.
— Зря, у меня всё лучше всех, — весело прощебетала она, её настроение составляло полную противоположность моему. – Как ты? У тебя странный голос.
— Я просто спала, — ответила я, чувствуя, что каждое слово даётся с трудом.
— Тогда я не буду тебя тревожить. Просто хотела задать один вопрос, — Алиса говорила очень странно, растягивая слова и делая паузы между ними, как будто ей не хотелось спрашивать, но и промолчать она не могла.
— Да, конечно, — автоматически ответила я.
— Скажи, тебе ведь не нравится Кристиан? — стараясь скрыть неловкость, наконец, выдавила из себя подруга.
— Мы это уже обсуждали. Почему ты снова спросила? – при упоминании Криса моё желание уснуть отступило на второй план.
— Дело в том..., — замялась Лиса. – Как бы это сказать... Крис предложил мне встречаться. Здорово, правда? Я боялась, что ты можешь быть против, но раз уж вы с Джеком теперь вместе, мы с Крисом можем попробовать тоже.
— У меня нет причин быть против, это ваше дело, — на одном дыхании выпалила я.
— Я так рада, что ты не возражаешь. Он ведь оказался таким классным, когда я ближе его узнала. Последние несколько дней мы провели вместе. Ну, знаешь, гуляли, ходили в кафе, держались за руки. Я, кажется, начинаю в него влюбляться.
Я была уверена, что сейчас, находясь на другом конце телефонной линии, Лиса улыбалась в тридцать два зуба, но, как бы я ни хотела искренне порадоваться за неё, на сердце было так тяжело, что хоть волком вой. Моё и без того непростое состояние только усугубилось потерей душевного равновесия, поэтому, найдя нелепое оправдание, я повесила трубку и избавила себя от необходимости слушать о том, как Крис проводит время с другой.
Я медленно сползла на пол. Грудную клетку сдавило непонятное чувство, всё внутри сжалось в комок. Видимо, моё самочувствие снова начало ухудшаться, ведь сегодня я не смогла даже пить воду, зато продолжала изображать, что мне становится легче. Еду же выливала или выбрасывала, создавая иллюзию того, что питаюсь вполне нормально. Окружающие верили. Я дотянулась до зеркала и оглядела себя в него. Готова поспорить, что приведения выглядят лучше. Хотела вернуть предмет на место, но уронила ослабевшей рукой, и стекло разбилось на мелкие кусочки. Стены вращались, я не могла сфокусировать взгляд.
В это время раздался дверной звонок. Так как дома не было никого, кроме меня, пришлось усилием воли подняться с колен. Каждый шаг обязывал прилагать нечеловеческие усилия, но я мужественно с этим справлялась. Вот только мне пришлось опереться о перила, чтобы не слететь с лестницы. Ноги больше меня не слушались, в висках стучало, дышать стало трудно. Я начала осознавать, что вот-вот могу потерять сознание, и это обернётся ужасными последствиями.
— Ариана, открой! Я знаю, что ты здесь, — раздался голос по другую стороны стены, на которую я опиралась.
Только не Кристиан, почему он пришёл? Я продолжала молчать. Рука, худая и бледная, застыла на дверной ручке. Ещё одно усилие, и я открою эту дверь. Как будто в полудрёме я повернула ключ — на большее меня не хватило, и повалилась на пол, стоило Крису появиться на пороге. Перед глазами всё плыло.
Парень моментально оказался рядом. Склонившись надо мной, он обхватил моё лицо руками:
— Ариана, очнись! Что с тобой?
— Ты... поздравляю, — хватая ртом воздух, прошептала я.
— С чем?
— С Лисой, — ответила я, силясь сфокусировать зрение, но у меня так и не получилось чётко увидеть лицо Криса, отображавшее смесь беспокойства и злости.
— Глупая, о чём ты вообще думаешь? – он с лёгкостью взял меня на руки, как пушинку, крепко прижал к груди и отнёс на кушетку, а затем распахнул окна, чтобы впустить в помещение воздух.
Спустя несколько минут приступ головокружения отступил. Мне было спокойно и уютно лежать, наблюдая за вампиром, мерившим шагами гостиную.
— Лучше? – не поворачиваясь ко мне, спросил Кристиан.
Я кивнула.
— А теперь объясни мне, пожалуйста, как можно было довести себя до такого состояния? – собрав остатки терпения, парень всё же взглянул на меня.
— Не знаю, — избегая его взгляда, снизошла до ответа я.
— Вернусь через минуту, не вздумай никуда уходить, — грозно приказал Крис, но критически осмотрев меня с ног до головы, добавил. – Хотя ты и уползти то не сможешь.
Он развернулся и ушёл, а я показала язык ему вслед. Как и было обещано, парень вернулся очень быстро, держа в руках фляжку.
— Пей, — скомандовал он.
— Не буду, пока не скажешь, что внутри, – воспротивилась я.
— Будешь.
— Нет!
— Не будешь добровольно, заставлю силой, — не спрашивая моего разрешения и придерживая голову, Кристиан влил мне в рот небольшое количество жидкости.
Вкус был противный: солёный или горький, а может, и то, и другое одновременно.
— В жизни не пила такой гадости! – возмущалась я, вытирая губы тыльной стороной ладони, посмотрев на которую, увидела красные капли, и это заставило меня вскрикнуть от отвращения. — Что это было?
— Кровь, — спокойно изрёк Кристиан, словно для него это самое обычное явление, хотя, вероятно, так оно и было в действительности — на то он и вампир, в конце то концов.
— Как же противно! – борясь с тошнотой, я добежала до ближайшего источника воды и тщательно прополоскала рот.
— Тебе лучше? – спросил парень, когда я вернулась.
— Не знаю, – казалось, всё вокруг пропиталась ужасным запахом крови, но я могла двигаться, что в свете последних событий уже было большим достижением.
Я подошла к открытому окну и втянула носом воздух, наслаждаясь тем, как он заполняет собой лёгкие.
— Никудышный из тебя вампир, даже кровь не переносишь, — пробормотал Крис.
В ответ я промолчала. Мне ведь действительно стало легче, по крайней мере, теперь я хотя бы твёрдо держалась на ногах.
— Не могу понять только одного, почему ты всё это время молчала, что тебе так плохо? Могла ведь и умереть, — последняя фраза далась Крису нелегко.
— Я боялась, — пряча своё лицо за шторой, пробормотала я.
— Дурочка, чего ты боялась? – становясь рядом, спросил парень.
— Я знала, что мне необходима ваша помощь, но ведь я не хочу становиться вампиром и принцессой. И как я должна смотреть вам в глаза? Разве после этого я смею рассчитывать на то, что вы захотите иметь со мной что-то общее?
— Кажется, однажды мною было говорено, что ты всегда можешь обратиться ко мне? Это в силе.
— Я не хочу быть кому-то обязанной, потому что, принимая помощь, я подпишу своей свободе смертный приговор.
— Да, а так ты подпишешь смертный приговор себе. Что же, очень умно с твоей стороны, — парировал Кристиан. – Что-то в тебе даёт сбой. Твой организм не справляется без крови, но и её как таковую не принимает, потому что ты ещё неполноценный вампир.
— Разве есть выход? – устало посмотрела я на него.
— Мы найдём его в любом случае, — ответил Крис, разворачивая меня к себе и пронзая взглядом, проникающим до глубин души, куда, как правило, никто не заглядывает.
Парень попросил меня подробно описать своё состояние за последние несколько дни. Я бы могла сделать это одним словом, пусть даже не самым цензурным, но удержалась. Наверное, королевское происхождение не позволяет. Ладно, это был явный сарказм. Сосредоточившись, я всё-таки вернула своему разуму серьёзность, но вот Кристиан по мере моего повествования мрачнел всё сильнее.
— Неужели всё так плохо? Как скоро я паду смертью храбрых? – с улыбкой спросила его я.
— Не смешно, — осадил меня парень.
— О, видимо, скоро, раз уж даже ты растерял остатки своего энтузиазма.
— Мешаешь мне сосредоточиться, — прервал меня Крис. – Я обсужу твоё состояние с отцом, а сейчас оставляю тебя одну и очень надеюсь, что ты не наделаешь глупостей.
— Ты же меня знаешь! Какие глупости? – невинно хлопая глазами, спросила я парня.
— Вот это то меня и пугает...
Вампир прошествовал к выходу как всегда размеренной и уверенной походкой, никогда не выдававшей настоящих эмоций. По-королевски, в общем. Я бы никогда так не смогла. Во мне не было ни смелости, ни стойкости, ни задаток выдающегося лидера, а прятать чувства я и вовсе не умела.
Вот из Кристиана Ринальди получился бы настоящий король. Парень являл собой благородное существо, готовое прийти на помощь, заботливое, временами по-детски наивное, но в то же время непоколебимо стойкое и решительное. Вера в моё исцеление настолько сильна в нём, что даже я невольно ею заражаюсь. Иногда я не понимаю, как в совсем ещё мальчишке уживаются все эмоции, свойственные типичному подростку, и качества наследника знатной фамилии. Я, может, и не смогу до конца изучить всю его противоречивую натуру, но одно могу сказать определённо: он удивительный, хотя сам за собой этого никогда не признает.
Сейчас, когда юный граф ушёл, я начала вновь обдумывать сложившееся положение. В который раз я спасаюсь от верной гибели благодаря стараниям семьи Ринальди меня уберечь. Кристиану я и вовсе жизнью обязана, но отплатить мне нечем. Конечно, если рассуждать здраво, я могла бы взойти на этот их всевампирский престол, но ведь это противоречит моим желаниям. Положив перед собой белый лист бумаги, со всей кажущейся для непосвящённых комичной серьёзностью я начала расписывать плюсы и минусы становления королевой. В итоге половина листа, куда я собиралась записать положительные стороны, оказалась пуста, так как меня отнюдь не прельщали ни роскошь, ни положение в обществе, ни пышные наряды и драгоценности. Всё, что являлось неотъемлемой частью жизни наследницы, было мне чуждо. Отложив решение трудной задачи до лучших времён, я снова уснула, так как на самом деле была ещё слишком слаба, хоть и пыталась скрыть это от глаз окружающих.
***
На следующий день я решила, что могу достаточно крепко стоять на ногах, чтобы вернуться к учёбе. Родители вздохнули с облегчением, видя, что их дочери, наконец, стало лучше. Алиса была искренне рада видеть меня в школе, но под впечатлением от недавно полученного предложения стать девушкой Кристиана, говорила только о нём. Что же, в некотором плане её можно понять. Во всяком случае я снисходительно отнеслась к очередному её увлечению. Благо дело, обычно они были кратковременными. Джек же крепко меня обнял и поцеловал в макушку, и для меня это было яснее любых слов и громких изъявлений симпатии. Я знала, что Джек переживает за меня как никто другой. На секунду отстранившись от него, я заглянула в его глаза и сказала лишь:
— Я скучала.
Парень улыбнулся, от чего просветлела и я. Всё ещё сжимая его руку, я направилась в класс. По пути мы встретили Делию, кинувшуюся мне на шею и начавшую щебетать о последних новостях, и Кристиана, ограничившегося еле заметным кивком и избитой фразой: «С выздоровлением». К слову, больше к теме моего состояния мы не возвращались. Он даже и виду не подал, что хоть как-то способствовал улучшению моего самочувствия, а лишь с недоверием и некоторым отвращением покосился на наши с Джеком переплетённые пальцы. Мой парень в ответ только ближе привлёк меня к себе, однако столь явное проявление чувств было явно излишним — Крис очень быстро потерял к нам интерес, схватил Алису под локоть и увлёк за собой. Делия одарила их укоризненным взглядом (или мне это только показалось), но быстро овладела собой, и вновь её прекрасное лицо озарила улыбка.
К концу дня, если быть честной хотя бы с самой собой, я была разбита. Я крепилась изо всех сил, чтобы не выдавать своего недомогания, но попеременно ловила обеспокоенные взгляды Джека, вызвавшегося, в конце концов, проводить меня до дома. Это предложение я встретила с нескрываемой радостью.
— Ты выглядишь очень усталой, — вскользь заметил парень, понимая, что я старательно избегаю этой темы всю дорогу.
— Ничего страшного, я почти здорова, просто первый школьный день после длительного отдыха выдался на редкость тяжёлым, — сказала я почти правду.
— Обещай мне, что не будешь держать меня в неведении, если что-то пойдёт не так.
— Я не могу ничего обещать, – с сожалением посмотрела я на Джека. – Пойми, я и сама сейчас мало что понимаю, но зачем мне понапрасну пугать тебя?
— Ариана, оставь, пожалуйста, эти глупости для кого-нибудь другого, — Джек остановился и развернул меня к себе лицом. – Меня не пугает мистика, что окружает тебя, твоё происхождение, даже то, что ты вампир и наш город буквально заполонили тебе подобные. Гораздо больше я боюсь потерять девушку, которую люблю! Я хочу защитить тебя, только и всего. У меня, может быть, нет таких возможностей, как у этого твоего графа, но я сделаю всё, что смогу, чтобы ты снова жила полноценной жизнью.
— Надеюсь, что скоро всё снова будет как прежде, — я виновато опустила глаза, потому что и сама доподлинно не верила в эту фразу.