Часть 4 - новый
Никто не видел Майкла таким — он весь новый. Теперь рыжие волосы стали символичными, а не создавали диссонанс яркой внешности и спокойного характера мальчика с литературными наклонностями.
Синхронизировав чипы, ребята слушали одинаковую музыку, прорезиненные тротуары под ногами превратились в батуты. Бурно обсуждались возможности дизайна террариума:
— Нет! Я придумал лучше, — перебивал Майкла Ральф, делая широкий жест руками, — можно поставить на дно модель космического корабля, в цветной подсветке будет выглядеть просто отпад! Ты хоть у кого-нибудь такое видел?
— В первую очередь, — назидательно взглянул на друга рыжий, — нужно думать о комфорте животного, нечего захламлять пространство всякими предметами интерьера. Действительно здорово было бы достать камни и какие-нибудь элементы с ее родной планеты, а в идеале и растения. Вы только представьте, получится не просто экосистема, а кусочек другой планеты! Это же просто класс!
Эрик, покачивающий все это время головой в такт музыке, одобрительно посмотрел на него, подкрепив это двумя кивками посильней и поджав нижнюю губу. Словесный поток Майкла перебила Мари:
— Хорошо, а как ты назовешь свою гусеницу? Ты уже сказал "её". С её родной планеты.
— Хм...— он на несколько секунд опустил взгляд и поднял его вместе с указательным пальцем, — Миррол!
— Почему? У нас в доме какая-то негласная традиция называть всех на "М"? — произнесла она с улыбкой.
— Просто ассоциации. — сказал Майкл с академическим тоном.
Эти слова вызвали у всех недоумевающий взгляд. "Он ассоциирует себя с ней, раз назвал Зеркалом, — думал про себя Эрик — не здоровое сравнение". Майкл, не обращая на них внимания, вернулся к прежнему разговору, все больше и больше увлекая за собой мальчишек. Только Мари, теперь идя немного позади, пораженно наблюдала за эмоциональной жестикуляцией брата. Он говорил с таким энтузиазмом, что остальным даже стало завидно, и Ральф начал раздумывать, не приобрести ли что-то такое и себе, может даже рыбу, тогда он сможет поставить на дно аквариума корабль и воссоздать поверхность какой-нибудь безжизненной планеты с вулканическими валунами, на которую только что прибыли пионеры. Ах, романтика.
Мысли Ральфа не просто так забрели в рыбные дебри. У ребят на горизонте уже давно маячил огромный шестигранный цилиндр, наполненный водой и различными морскими обитателями. Аквариум был обвит узкой лестницей, покрытой вьюнковыми растениями, через каждые пятнадцать метров на трех из граней располагались прозрачные площадки, подняться на которые можно было не только по лестнице, но и на лифте, шахта которого пролегала внутри. Лучи заходящего солнца преломлялись в тоннах воды, заставляя вспыхивать ярким блеском рыбью чешую.
Друзья направлялись прямо к нему, внутри этого вертикального моря находился самый крупный и известный во всех федерациях зоомагазин. Эрик замедлил шаг в нескольких метрах от входа и поднял голову наверх, всматриваясь в обвивающую сооружение узкую лестницу: "Возможно, на этих воздушных тропинках растут самые-самые длинные из всех вьюнков на Земле". Ему казалось очень трудной задача измерить длину хотя бы одного из этих растений, так же сложно, как посчитать все каменные глыбы в огромном старинном замке. Он был не очень изобретательный и позитивное мышление — не его конек.
При взгляде на гигантский аквариум слепило глаза. Это было не просто буйство красок, а салат из них.
Ральф сделал шаг вперед к входу, и светящийся теплым, зеленым цветом прямоугольник в стене исчез за долю секунды. На самом деле он, конечно, не исчез, а просто быстро задвинулся. Остальные вошли за ним. Внутри находился круглый холл с клумбой в центре и колоннами на периферии.
— Поднимемся на верх или тут выберешь? — обратилась к Майклу Мари.
-— Тут, — ответил он, прикасаясь пальцем к светящемуся дубовому листу на одной из колонн.
Пока Майкл копался в каталоге магазина, все молча рассматривали проплывающих мимо рыб, словно они находились на дне океана. Правда, нет тут песка или глины, ноги ни в чем не вязнут, да и наверху был потолок, а не пробивающиеся сквозь тонны воды лучи солнца. Здесь водная гладь была вертикальна, окружала тебя, свет сочился сквозь стены, резко очерчивая силуэты рыб. Гигантские тени растений и животных скользили по холлу где стояли друзья.
— Странно, что никто не додумался подсвечивать аквариумы не сверху, а сбоку! — поделился с друзьями своей мыслью Ральф, глядя вверх и подставив руку к черным волосам, защищая глаза.
— Я думаю, рыбам это непривычно — неохотно поддержал диалог Эрик.
— А как же они тут живут? — спросил Ральф, на что друг пожал плечами.
— Вот я ничего не думаю! — в отличии от Эрика, Мари с энтузиазмом ответила Ральфу. Она улыбалась во все зубы, думая про себя: "Ну ты сказанула, позорище".
— Я все! Пойдемте, его должны завтра доставить.
Майкл появился как раз вовремя, спасая Мари в этот неловкий момент.
Сегодня друзья разошлись по домам. Подойдя к двери в свою комнату, Майкл остановился и прислушался. Его дыхание замерло, в уши ударил шум ускорившегося сердца. С сожалением он чувствовал, что не хочет входить. "Да что опять?!" — тряхнул он головой из стороны в сторону в попытке прогнать досаду. Его можно понять: арахнофобы и прочие подверженные страху читатели могут представить себе, что значит входить в комнату, зная, что за ней уютно устроился ваш страшок. Только деваться ему было некуда и через минуту рыжая голова уже мяла подушку. Комнату заливал яркий свет. Майкл глядел сквозь потолок, мыслей не было, чувств тоже, как и ощущения отдыха. Выключил свет. Поднял руку вверх, щелкнул большим и средним пальцем, пространство под потолком заполнила россыпь ярких звезд. Сонно закружился Млечный путь — наша прекрасная галактика. Через пару минут он поймал себя на мысли, что взгляд его движется за мелкой яркой точкой, за той самой звездой. Где-то там, относительно рядом с ней, планета Миррол. Или, может, это не та звезда? Он плохо ориентировался в картах звездного неба, но решил, что это именно там. "Нужно спать", — сказал он сам себе и сделал жест пальцами. Комната медленно, словно её опускают на дно емкости с черной водой, погрузилась в кромешную темноту.
Майклу казалось, что воздух стал гуще, он непроизвольно старался дышать как можно тише, полностью обратившись к слуху, представляя себе, как эта тварь ползет по стенке контейнера, оставляя за собой слизистый след, как сквозь жесткие щетинки проглядывает кожа, темно-серая, складчатая, какая-то изрубцованная. Поблескивают черные, паучьи глазки, окруженные короткими рыжими волосками на фоне пульсирующего синего облака — резервуара с её кровью. Как только он подумал про рыжий, что-то покоробило его изнутри. Он ведь тоже рыжий. Рисование жуткого образа Миррол Майкл решил пресечь, понимая, что сам себя накручивает.
Вдруг легкие замерли, и от груди к ногам словно прокатилась волна расплавленного металла, обожгла и сразу остыла. Это был шорох, который донесся из контейнера. Только сейчас Майкл понял, что зверь живет и двигается, и что именно он должен о нем заботиться. "Пускай, — говорил он себе, — пусть, мне надо спать". Но он лежал в кромешной темноте, замерев и слушая, внимательно слушая, боясь пропустить любой звук. Так бывает, когда ты один дома и показалось, что слышал шаги. Так лежал и Майкл, не хватало чуть-чуть, чтобы погрузиться в забытье, но не получалось, он физически не мог! Казалось, все тело противится сну, хоть и было измотано. Раздражение стало приносить все, что окружало: любой предмет, прикасающийся к его коже, вызывал зуд, будь то пижама, одеяло или волосы, все чувства обострились. Майкл был готов изнывать, что-то истеричное терзало его ум. Он решил лечь, закрыть глаза и не двигаться во что бы то ни стало, пока не уснет. Свет рассвета останавливали закрывающиеся веки, давая шанс заснуть. Он неподвижно лежал и продолжал слушать.