Глава 4
Вдох.
Кислород током прошелся по дыхательным путям.
Судорожный выдох.
Снова вдох.
Попытка открыть глаза. Из-под слипшихся ресниц показались нефритовые глаза; яркий свет ударил в них. Попытка пошевелиться. Неудача. Размякшие конечности все еще были привязаны к креслу, хотя голова была уже свободна. Дыхание начало восстанавливаться благодаря кислородной маске. Глаза стали привыкать к свету. Белые спутавшиеся волосы начали намокать от пота. Все тело ломило. Из-за затекшей шеи девушка с трудом повернула голову. Она в своей ячейке.
«Как я здесь оказалась? Когда они успели меня сюда перетащить?»
Рядом стоял аппарат, к которому была подключена маска и прочие провода, присоединенные к телу зеленоглазой. Сквозь звон в ушах она услышала чей-то громкий голос и повернула голову в его сторону. Расплывчатые силуэты людей в белом приобретали четкость при приближении. Началась какая-то суета, какой обычно не было после экспериментов. Опыт удачный? Или неудачный? Но тогда бы она умерла.
— Показатели близки к норме, — слышался женский голос, — сообщите мистеру Хаксу. Думаю, ей стоит вколоть снотворного для реабилитации.
— Нет. Был же приказ этого не делать. Ей не положено, — прозвучал мужской голос.
— Будет лучше, если она умрет от того, что ее организм в шоковом состоянии? — упиралась женщина.
— Нет, пока не будет согласия от мистера Хакса, — отвечал лаборант, — а вот и он.
Беловолосая девушка разглядела знакомую ей фигуру. Левертон подошел к ней, а вокруг кружившие люди что-то ему докладывали. 526-я не слушала их, все ее внимание концентрировалось на Хаксе: глаза небесного цвета также внимательно рассматривали ее; на его лице появилась щетина такая же седая, как и волосы. Сколько же она была в отключке, раз у Левертона появилась щетина? Ей казалось, что прошло лишь десять минут с тех пор, как ее колотило от боли после укола. Задумавшись, девушка не заметила, как женщина в халате задала вопрос мистеру Хаксу и получила положительный ответ. Она уже подходила к объекту 526 со шприцом в руках. У зеленоглазой начала нарастать паника — ей не хотелось снова испытывать ту боль. Она действительно уже думала, что лучше бы она тогда умерла. Но вспомнив слова женщины про снотворное, девушка немного успокоилась.
Игла шприца проникла под кожу 526-й и усыпляющая жидкость начала мгновенно действовать. Не успела она полностью прийти в себя, как снова засыпала.
***
Глаза открылись с легкостью. Ничего не болело, тело переполнялось бодростью. 526-я хотела резко сесть на кровати, но ремни не позволили этого сделать. Кислородная маска была все еще на ней. Повернув голову, она увидела рядом сидящего Оакса. Он заметил, что девушка уже проснулась, встал и подошел ближе.
— Моргни, если считаешь, что можешь свободно дышать без маски.
Она моргнула.
— Хорошо, — куратор снял с нее маску.
— Может и ремни расстегнёшь? Сколько я тут уже лежу?
— Девять дней, — проигнорировав просьбу, ответил куратор.
«Девять дней... Долго. Намного дольше, чем я думала»
— Буду честен, я думал, ты действительно умрешь. Обычно объекты просыпаются в ближайшие три дня, либо уже не просыпаются вообще. Но ты пробыла в коме девять, мать его, дней. И почему бы тебе не облегчить жизнь мне и себе и просто сдохнуть? — зеленоглазая закатила глаза, отчего у нее закружилась голова, — когда ты отрубилась, мы думали, что все — умерла, а оказалось, что у тебя еще сердце еле стучит.
— Ух ты, какой разговорчивый. Соскучился, что ли?
— Нет, просто хочу объяснить, что девять дней удерживал в себе желание остановить твое сердце.
— Грустная история. Надеюсь, в следующий раз тебе повезет, — они впивались своими взглядами друг в друга. Серые против зеленых. Скалы против леса. Сталь против малахита. Тут нет явного победителя.
— Когда тебе полегчает, ты сможешь вернуться к другим объектам в столовую. Это приблизительно через два дня, — проинформировал куратор.
526-я расслабилась и положила голову на кровать. Множество мыслей начало лезть в голову, а она старалась выстроить их порядке очереди. Она теперь мутант? Или наоборот? Другим объектам тоже вводили вирус? Они выжили? Что с ней будет? Почему нет никаких побочных эффектов? Каждая мысль когтями впивалась в нее. Девушка не знала, как ответить на какой-нибудь из этих вопросов, и это неприятно отдавалось в ее сознании, как звук медленного царапанья по стеклу. Но гордость не позволяла 526-ой задать их.
Так она и пролежала эту пару дней, задавая себе еще больше вопросов, еще больше себя нервируя. Как только ее отстегнули от кровати, девушка рванула в душ, чтобы смыть с себя следы опыта и хоть часть вопросов. Ее еще так не распирало от любопытства. Может, это было от того, что она еще не впадала в кому на такой долгий для нее промежуток, а может, из-за желания узнать, чем же так хорош Дэниел О'Клиффорд. Увы, даже на это 526-ая не могла ответить. В итоге, она решила для себя, что сама со временем все узнает.
Некоторые ответы она могла получить в столовой. Лаборанты не считали объекты полноценными людьми, лишь расходным материалом, но все же они ими оставались, поэтому для объектов был свойственен такой грешок, как сплетни. И столовая, где собирались все объекты, — была идеальным местом для полезных и не очень разговоров.
Итак, вот оно! Хранилище всевозможных мыслей, от всевозможных типов людей. Столовая объектов. Когда 526-ая вошла, ее удивило количество людей. Сегодня их было больше, чем обычно. Казалось, что тут были собраны все объекты, которые являлись человеческими особями в этой лаборатории.
Беловолосая девушка взяла тарелку с едой с пустующего места за одним из столов и начала выискивать 567-го. Она его заметила: он сидел с опущенной кудрявой головой над тарелкой. Идя в его сторону, 526-я чувствовала на себе взгляды. Она могла бы громко произнести: «Чего уставились?», — но ей было абсолютно все равно. Девушка аккуратно села на скамью напротив своего приятеля и поставила тарелку на стол. Уловив движение чужого предмета, 567-й резко подняв голову и встретился с папоротниковыми глазами. На его лице читалось удивление, на что 526-я мягко улыбнулась на долю секунды.
— Я думал, что больше тебя не увижу! — воскликнул 567-й, когда пришел в себя от приятного сюрприза.
— Поэтому решил не брать еду на меня? — подняв уголок рта, ответила зеленоглазая.
— Тебя не было одиннадцать дней!
Девушка хотела бы задать интересующие ее вопросы, но голод оказался сильнее, ибо в ячейке у нее аппетита не было. Она завязала свои длинные волосы цвета белых лилий в узелок на макушке и схватилась за вилку. 567-му тоже было охота полюбопытствовать об исчезновении своей подруги, но решил тихо подождать, пока она доест.
Ждать пришлось недолго. Через пару минут от стейка из семги и риса с броколли ни осталось и следа. Девушка начала двигать к себе чашку зеленого чая, как вдруг ее нефритовый взгляд зацепился за коричневую субстанцию в небольшом стаканчике.
— Это что еще такое? — она задала свой первый вопрос, который изначально в ее планы не входил.
— Шоколадный пудинг, — непринуждённо ответил кудрявый.
— Что? — Девушка вскинула брови от удивления, а зеленые глаза широко раскрылись. Она не верила в случайность, но и в такой расклад событий тоже не хотела верить. — А где ванильный?
— Тебя не поймешь. Ты ж не любишь ванильный пудинг, — ответил 567-й. — С той проверки больше ванильных пудингов не было. Да и вряд ли еще будут.
526-я уставилась на это шоколадное, холодное и вязкое месиво. Ей захотелось смеяться. Казалось бы, надо радоваться: она получила, чего хотела. Но вот какая ироничная ситуация сложилась: она вообще не любит пудинги. Ни ванильные, ни шоколадные. Девушке даже противно было на них смотреть.
«Что за дрянь сейчас произошла?» — она задала себе же вопрос. 526-я отказывалась верить, что могло произойти что-то, чего она же и желала.
— Когда в последний раз ты был на эксперименте? — отодвинув пудинг, девушка начала свой допрос.
— Одиннадцать дней назад, как и все объекты.
— И все вернулись сразу?
— Да. Только тебя не было.
— И ты не терял сознание, не чувствовал боли? А побочки?
— Нет, обезболивающее же давали, — лицо 567-го выражало какое-то сомнение. Ее тон заставлял чувствовать, словно он неправ. — Тебя из-за этого не было?
— Да, думаю, из-за этого, — она хотела продолжить диалог, но они оба замолчали и уставились на человека, который садился рядом с 567-м.
Молчание продолжалось даже, когда парень тихо сел. 567-й и зеленоглазая посмотрели друг на друга и задали немой вопрос. Кудрявый пожал плечами, а 526-я снова перевела взгляд на парня. Она его узнала. Это был объект, который пытался сбежать, устроив бунт в столовой, когда 567-го не было. Девушка опустила взгляд на его кофту: номер «612» выделялся на ней. Парень почувствовал неладное и поднял взгляд. 567-й быстро отвел свои карие глаза, а вот 526-я смотрела на 612-го в упор, будто кидала ему вызов.
— Чего ты на меня так смотришь? — подал голос 612-й.
— Твоя попытка побега, — начала она, — отважная, но бестолковая.
— Все еще впереди.
— Очень самонадеянно. Ты веришь, что у тебя получится?
— Я это точно знаю, — и 612-й начал спокойно есть.
567-й удивленно уставился на 526-ю. Ему не надо было произносить вслух вопрос, девушка сама хотела все рассказать, но была прервана.
— Слышала, ты в коме все это время была.
«Чертова Ванилька, — с досадой и раздражённостью подумала 526-я, — что же ей спокойно не сидится».
— Надеялась, что тебя отключат от аппарата. Меньше хлопот было бы в лаборатории, — продолжила голубоглазая блондинка с золотым отливом.
— Действительно, ты же больше всех от меня устала. Кто бы тебе тогда золотые локоны вырывал? — ответила 526-я.
— Скажи, очень больно было? Я бы очень хотела услышать твои вопли.
526-я встала. Блондинка с номером «553» сделала шаг назад. 567-й молча следил за перепалкой: он не знал откуда появилась эта вражда, так как она зародилась еще до его появления в лаборатории. 612-й, почувствовав приближение драки, также поднял глаза, оторвав их от еды. Откуда 553-я все знала? У 526-й была догадка. И она бы хотела подтверждения.
— Как тебе шоколадный пудинг, дорогая? — 553-я опешила от вопроса.
— Я ванильные люблю, — прошипев, произнесла обладательница небесных глаз.
— О, я знаю, поэтому замолвила за тебя словечко руководству, — 526-я ухмыльнулась и взяла стаканчик пудинга.
Через силу она положила ложку пудинга в рот. Вокруг царило молчание. 553-я краснела от накатившей злости. Зеленоглазая закрыла глаза, сделав вид, будто пытается распробовать шоколадную массу. Открыв глаза, она выплюнула содержимое в лицо блондинки. 526-я улыбнулась, будучи довольной своим «произведением искусства».
— Отврат, но думаю тебе это понравится. Распробуй хорошенечко. Тебе вроде нравится такое, — никто не понял, что она имела в виду, а вот 553-я поняла и раскраснелась еще больше.
526-я, не поворачивая головы, перевела взгляд на дверной проем. В нем показался ее куратор. Догадка подтвердилась на все сто процентов.
— Белобрысая, в ячейку, — громко произнес Оакс.
Девушка с зелеными глазами все в той же тишине направилась к куратору. Окончательно выйдя и столовой, она запрокинула голову и впилась в серые глаза. 526-я понимала, что для Оакса любая девушка будет лишь подстилкой, но в то же время ее забавляло, что он решил воспользоваться объектом. Время раскрыть карты.
— И как 553-я сосет? Все устраивает?
***
Зеленоглазая легла спать пораньше. Оакс, на огромнейшее удивление, ее не тронул, но пообещал отомстить. Ее в данный момент это вообще не волновало.
Сон то приходил, то снова уходил. Она уже сбилась со счету, сколько раз просыпалась.
И вот опять.
526-я открыла глаза и села на кровати. Сон вновь от нее ушел. Она встала и подошла к раковине и взглянула на отражение в небольшом зеркале, висящем чуть выше.
Девушка рассматривала свой измученный вид, как вдруг в отражении ее взгляд зацепился на выходящем где-то сверху дыме. Она обернулась и подошла ближе к дымке. Любопытство схватило ее в свои цепкие лапы и толкало ближе. Когда дым ее окутал, зеленоглазая вдохнула его и закашляла. Резкий запах ударил в нос. Осознание происходящего наконец пришло к ней. Ее хотели отравить.
Зеленоглазая отошла на максимальное расстояние от места выхода газа. Она уперлась в стекло ячейки. Что ей делать? Дверь была закрыта, а в стекле не было дыр, через которые газ мог бы пройти. Паника начала подкрадываться. 526-й пришло в голову укутаться в одеяло, чтобы травящий дым не проходил через ткань. Она ринулась в сторону кровати, но ее легкие быстро наполнились ядовитым газом. Девушка упала и сильно закашляла. Она задыхалась.
Сил уже совсем не оставалось. Даже на безнадежный крик о помощи. Девушка лежала на полу, прерывисто кашляя. Белые волосы ореолом распались вокруг. Дым застилал ее глаза, и она повернула голову в сторону стекла. 526-я заметила расплывчатую фигуру и нашла в себе силы привстать, уперевшись на руки, не отводя взгляд. Человек стоял на месте и будто наблюдал за ней. Веки уже начали опускаться, как она заметила, что скрывает дым. За стеклом стоял обладатель фиолетовых, как люпины, глаз.