ГЛАВА 2. ИДИОТ.
Таисия.
Неторопливо уложив последние вещи в чемодан, я обернулась взглянуть на часы. Без двадцати минут два часа дня. Осталось ровно два часа, чтобы завершить подготовку к поездке. Полуоткрытое окно пропускало прохладный весенний ветерок, шевеля волосы и перебирая страницы дневника, забытые на подоконнике.
Скрип двери прервал размышления, и вошла моя лучшая подруга Ева, моя однокурсница по колледжу. Ее темные волосы свободно падали на плечи, глаза излучали мягкий интерес и теплоту.
Она села на свою кровать, скрестив ноги, и с искренним участием обратилась ко мне:
- Так значит, ты действительно собралась домой?
Я замолчала, отложив одежду в сторону, давая волю эмоциям:
- Два долгих года прошло с тех пор, как я не видела родителей. Думаю, пришло время их повидать.
Ева понимающе улыбнулась, придвигаясь ближе к кровати и заглядывая в свой комод:
- Рада за тебя, - тихо ответила она, отрывисто добавив: - Закрой глаза, прошу.
- Что? - удивлённо откликнулась я, но послушно выполнила просьбу.
Послышался характерный звук открываемого ящика, и вскоре мягкие шаги подошли ко мне ближе. Чьи-то теплые руки взяли мои ладони и вложили небольшую коробочку.
- Открывай, - промолвила Ева тихим голосом.
Медленно раскрыв упаковку, я обнаружила крошечную белоснежную коробочку, украшенную серебристым бантом. Внутри сверкал маленький серебряный кулончик в форме сердечка.
Подняв взгляд на Еву, я почувствовала внезапную благодарность и радость, охватившие сердце. Обнимая подругу, еле выдавила слезы благодарности:
- Спасибо...
- Знаешь, ведь завтра твой день рождения, - нерешительно добавила она, но её слова заглушил новый порыв эмоций, захлестнувший меня новой благодарностью:
- Спасибо, - вторично прошептала я, крепко прижимая её к себе. По моему лицу бежали маленькие капельки слез радости.
Ева была моей единственной опорой в чужом городе. Именно благодаря ей переезд от родителей прошел гладко и безболезненно. Она оказывала поддержку в трудные минуты, развлекала и вдохновляла, делившись радостью каждого прожитого дня. Благодаря ей первые месяцы одиночества превратились в захватывающее приключение, полное ярких впечатлений и незабываемых встреч.
- Ладно, хватит рыдать, а то комната превратится в озеро, - полушутливо заметила она, похлопывая меня по плечу, освобождая от объятий.
Я отстранилась, вытирая выступившие слёзы. Ева улыбнулась, доставая из ящика большой шоколадный торт:
- Будет лучше съесть торт, чем плакать, верно? - весело подмигнула она, приглашая разделить праздничное лакомство.
Мы провели следующие два часа, смакуя вкус торта, разговаривая обо всём подряд и смеясь от души. Настало время прощания, и я надела любимые чёрные брюки и простую футболку.
Прощаясь с подругой, я послала ей воздушный поцелуй:
- До сентября! - воскликнула я, выбегая на улицу и садясь в ожидающее такси, которое должно было доставить меня в аэропорт.
***
Я осторожно опустилась на свое место в тесной кабинке самолета, внимательно сверившись с номером билета - пятый ряд, привычное расположение рядом с иллюминатором. По салону разнеслось спокойное обьявление стюардессы:
- Пристегните ваши ремни безопасности, мы вскоре взлетаем.
Подчиняясь голосу из динамика, я послушно застегнула ремень, чувствуя легкую вибрацию кресла. Взяв в ладони потрепанный смартфон, нажала кнопку включения. Тусклый экран озарился слабым светом, предупреждая, что жизнь батареи подходит к концу.
«Остается ровно двадцать секунд», - равнодушно оповестило устройство, словно желая поскорее завершить наше общение. А я, назло судьбе, вдруг отчетливо осознала, что забыла зарядное устройство дома, торчащим из единственной свободной розетки общежития. Вот ведь абсурд какой: именно в самолете-то была предусмотрена специальная ниша для зарядки телефона...
Быстро открыв чат, торопливо напечатала заветные слова:
· Пап, привет... Прилечу сегодня ночью, около часа...
Телефон еще мгновение продолжал слабо светиться, показав посылаемое сообщение. Затем мягко потух, оборвавшись на последней букве, будто исчерпав последнюю каплю энергии вместе с моим желанием говорить вслух.
Вдохнув я откинулась назад, наслаждаясь шелестом двигателей и тихим рокотом интерьера. Атмосфера салона была изысканной - словно искусная симфония света и тени. Мягкий синеватый полумрак мягко струился вдоль рядов кресел, выделяя каждую деталь мягким сиянием. Каждый пассажирский отсек украшал небольшой планшет, готовый показать всё, что душе угодно. Но сегодня я решила отказаться от привычных развлечений и позволить себе насладиться тишиной полёта.
Взгляд невольно устремился к окну. За окном раскинулся живописнейший пейзаж - закаты стали волшебством переливающихся оттенков малино-оранжевого цвета.
Сон пришёл незаметно, ласково укрыв своим тёплым покрывалом усталость тела и души.
***
Был глухой час ночи. Город утонул в темноте, словно погрузился в глубокий сон. Улицы стихли, лишь редкие огни фонарей рассеивали мрак, оставляя слабый отблеск на асфальте. Такси плавно остановилось у высоких железных ворот роскошного особняка. Едва слышимый звук закрывающейся двери машины растворился в ночной тишине, отдавшись эхом далеко за пределами квартала.
Достав кошелёк, я быстро рассчиталась с водителем, проводив взглядом удаляющиеся задние фары. Затем медленно двинулась вперёд, ощущая тяжесть прошедшего дня. Ноги едва слушались меня, когда я подходила к высокому входному забору особняка. Металлические элементы блестели холодной росой, отражая слабое сияние уличных ламп.
Осторожно подняв правую руку, я замерла, готовая ввести знакомый набор цифр. Пальцы едва коснулись гладкой поверхности панели, но вдруг почувствовала странное покалывание в груди. Образ прошлого стремительно возник перед глазами.
- Если ты сейчас уйдёшь отсюда, дорога назад будет закрыта навсегда! - вскрикнула мать, наблюдая, как я пересекаю порог родного дома.
- Мы сменим кодовые замки! Ты больше сюда не войдёшь! - отчаянно бросала она вслед, спеша напоследок остановить меня.
- Мамочка, прошу тебя... Пожалуйста, пойми меня наконец-то! - спокойно проговорила я, прислонившись спиной к открытому дверному проёму машины. - Мне не хочется идти по стопам родителей-дизайнеров. Одежда, ткани, моды - всё это совершенно не моё призвание...
Она сделала ещё один шажок ко мне, хватаясь руками за воздух.
- Что ты вообще знаешь о жизни?! - выпалила она возмущённо. - Ах ты... Алекс! - обратилась она к отцу, стоящему рядом. - Скажи ей хоть слово, умоляю!
Отец вздохнул тяжело и протянул руки к нам обеим.
- Дорогая, посмотри на неё, - сказал он мягко, обращаясь к моей маме. - Она выбрала свою дорогу сама, сердце подсказало ей. Конечно, наше дело остаётся нашим делом, нашей семьёй. Однако... если уж ты действительно хочешь посвятить жизнь медицине, почему именно Лондон?
Его спокойная речь немного успокоила меня, но внутри горел огонь непонимания.
- Потому что там лучшие медицинские колледжи Европы, папа! Там высокое качество преподавания, да и пригласили меня именно туда. Почему же я должна отказываться?!
И, захлопнув дверь автомобиля, я решительно нырнула внутрь салона.
Моя рука уже почти коснулась клавиши замка, оставаясь буквально на долю миллиметра от последней преграды. Но внезапно замерла, пальцы расслабились, и я тихо убрала ладонь.
Не могу.
Спина прижалась к шершавой поверхности крепкого чёрного забора, аккуратно составленного из идеально выровненных брусков. Медленно сползая вниз, я устроилась на корточках, уперев подбородок в согнутые колени и крепко охватив их обеими руками. Сердце сжалось в глухой пустоте ожидания.
Размышления кружились в голове хаотичным хороводом мыслей. Они ведь не могли изменить код, правда? Или всё-таки смогли? Ведь система сработает сразу, едва кто-нибудь откроет дверь, даже зная пароль. Острая боль сомнения пронзила мозг. Будить их тоже не хотелось - громкий звонок нарушил бы спокойствие сна.
Медленно повернувшись, я взглянула сквозь узкую щель между перекладинами забора. Передо мной простирался дом, скрытый густой завесой тени. Окна были закрыты ставнями, шторы плотно задёрнуты, создавая впечатление полной изоляции от окружающего мира. Ни единого огонька не нарушал тишины ночи, царившей за этими стенами.
Идея родилась стремительно, озаряя сознание ярким всполохом надежды. Перелезть! Вот оно, простое и элегантное решение проблемы.
Быстро осмотревшись, удостоверившись, что поблизости нет посторонних глаз, я решительно встала с корточек. Лёгкий свежий ветер бережно укутал меня, и, действуя стремительно, достала с чемодана толстовку, натянула её и основательно заправила капюшон поглубже, так как уши уже начинали покалывать от легкого мороза.
Приложившись вплотную к гладкой деревянной поверхности забора, я осторожно поставила ногу в первую доступную щель. Убедившись в устойчивости, перенесла вес тела на вторую ногу, подтягиваясь вверх с помощью обеих рук.
Каждая новая ступень доставляла легкое, едва различимое ощущение сырости, пропитавшей деревянные элементы забора. Тонкий слой влаги смягчил контакт пальцев с деревом, словно тонкий покров тумана завис между кожей и древесиной. Тихий скрип досок говорил о том, что конструкция выдержит давление. Движение продолжалось уверенно и размеренно, пока я не приблизилась к верхушке забора настолько близко, что смогла бы опереться на неё ногами.
Оттолкнувшись, перевалила тело через перила и осторожно опустилась на мягкий газон позади ограды. Резкость движения сбросила капюшон назад, обнажив волосы и лицо ночному небу. Мгновение триумфа сменилось паническим испугом: едва приземлившись, почувствовала жёсткое прикосновение чужого тела сзади и острый предмет, больно врезавшийся в шею.
- Мартин? - невольно сорвалось у меня. Именно так звали нашего охранника, с которым мы были знакомы давно, с детства проводили вместе немало времени.
Холодная сталь оружия угрожающе легла поперек горла, вызвав бурю мурашек по коже. Лёгкий поворот головы позволил почувствовать теплую дыхательную струю незнакомца на ухе. Раздался угрожающий голос, низкий и хриплый, почти рокочущий:
- Кодовое слово. Или этот нож быстро превратится в твою последнюю проблему.
Я мгновенно осознала, что это не Мартин. Почему бы нашему охраннику, известному своей добротой и заботой обо мне, вдруг приставлять нож к моей шее? Нет, это определённо был кто-то другой.
Фраза незнакомца послужила индикатором истины: видимо, это новенький сотрудник службы безопасности, запрашивающий секретный пароль.
Но в голосе незнакомца таилась особая магия - страшная и завораживающая одновременно. Подобно опытному охотнику, он хитро использовал слова, словно плетя сеть вокруг жертвы, желая вывести её на откровенную ошибку.
Волна леденящего страха затопила меня целиком, обостряя восприятие каждой мелочи ночной прохлады. Воздух стал ещё холоднее, подчёркивая холодный пот, покрывший кожу. Всё тело напряжённо сжалось, мышцы словно струны скрипки задрожали от напряжения, сердце учащённо колотилось, словно боясь последней секунды жизни.
И главное - какого чёрта вообще кодовое слово? Никто из родителей даже не намекал на существование подобного пароля. Быть может, предпочли скрыть намеренно? Впрочем, за минувшие два года связь наша свелась почти исключительно к телефонным разговорам в редкие праздники, да и там чаще звучал голос отца, нежели матери.
Обезоруженная эмоциями, я инстинктивно распахнула рот и, почти не раздумывая, выговорила первое, что взбрело в голову:
- А-а... эм-м... Пожалуйста?
Прошло несколько долгих секунд, после которых началось непонятное движение. Казалось, мои слова привели мужчину в состояние замешательства. Острие ножа нервно дрогнуло, соскользнув чуть ниже по коже, грозя оставить первый разрез. Мужской голос снизошёл до уверенного тона:
- Девчонка? Очень интересно , - произнес он протяжно, растягивая гласные. Тон голоса был таким спокойным и невозмутимым, что казался совершенно неуместным в столь тревожной обстановке. Его рука уверенно удерживала клинок, направленный острым концом к моему горлу.
- Смерти не боишься? А зря, - добавил он с лёгкой усмешкой, демонстрируя полное владение ситуацией.
Острие ножа едва заметно двигалось, словно играя со мной. Ещё один миллиметр - и оно оставит кровавую отметину на коже. Дрожь прошла по спине, нервы натянулись струнами, готовые лопнуть от любого резкого движения.
Я постаралась сдерживать эмоции, сосредоточившись на дыхании, чтобы успокоить учащённое сердцебиение. Из головы мгновенно улетучились все страхи, уступив место холодной рациональности. Единственная цель сейчас - выжить и выйти из этой ситуации целой и невредимой.
Мужчина продолжил с уверенностью опытного охотника:
- Кто тебя сюда направил?
Этот вопрос прозвучал требовательнее предыдущих, показывая намерение получить конкретные ответы.
- Меня никто не посылал, - возразила я, изо всех сил стараясь не показать слабость. Глубокий вдох позволил обрести самообладание, необходимое для продолжения разговора. Напряжённо преодолевая внутренние переживания, я продолжила:
- Я Таисия Грейвс, дочь хозяина этого особняка.
Эти слова прозвучали громко и чётко, передавая определённую степень уверенности и силы характера. Правда о своём происхождении должна была произвести впечатление на мужчину, заставить пересмотреть отношение к заложнице.
Его реакция удивила меня. Вместо агрессивного сопротивления он рассмеялся негромко, но искренне:
- Ха! Дочь хозяина? - Насмешливая нотка исчезла, уступив место приятному бархатистому тембру парня лет двадцати пяти. - Тогда назови кодовое слово.
Несколько секунд спустя стало очевидно, что никаких нужных слов в голове попросту нет.
- Отпусти! - отчаянно вскрикнула я, однако мой голос оборвался, когда его ладонь мгновенно прижалась к моим губам, пресекая всякие попытки позвать на помощь.
- Хорошо, отпускаю, - тихо произнёс он, аккуратно отводя нож от моей шеи и сжимая мою руку. Поводив меня вдоль стены, он решительно направился к массивной входной двери.
- Чего... - попыталась возмутиться я, но попытка закончилась неудачей, поскольку парень грубо потащил меня прочь. Сил отбиваться хватало ненадолго, а силёнок у парня было гораздо больше. Ощущая беспомощность перед необходимостью назвать пароль, я судорожно перебирала возможные слова, произнося вслух первые попавшиеся мысли:
- Может, доверие? Или любовь? Забота? Испания?..
Между тем самое любопытное заключалось в том, что изнутри дома эта дверь открывалась свободно, без активации тревожной системы. Парень рванул ручку, открыл дверь и быстрым жестом буквально вытолкнул меня наружу, громко захлопнув створку прямо перед моим лицом.
- Еще раз попробуешь перелезть - позвоню в полицию! - предупредил он.
- Идиот! - презрительно выкрикнула я напоследок.
- Отличный пароль получился бы, - раздалось откуда-то из-за закрытой двери. - Мог бы повторять сотню раз ежедневно.
Сердце сжалось от злобы. Внутренне выдохнув: «безмозглый осел!», я нетерпеливо топнула ногой. Беспокойство охватывало всё сильнее: ночёвка на улице совсем не входила в планы. До квартиры подруги отсюда около тридцати минут езды на машине, пешком добираться вдвое дольше, да и телефон разряжен окончательно - помощи ждать неоткуда.
Самое странное было другое: отчего мама с папой умудрились забыть сказать новому жильцу, что я возвращаюсь домой? Неужто они попросту не увидели моего заранее посланного СМС-сообщения?
Подошла ближе к пин коду набравшись смелости. Решила проверить старый пароль, пусть и понимая, что шум сигнализации наверняка разбудит родителей. Уперев палец в первую цифру панели, ввела заветные числа: «406». Четвёртое июня - день моего рождения. Взгляд застыл на маленькой чёрной кнопке, пульс участился. Щёлкнул замок. Задержала дыхание в ожидании победы над железным барьером. Но дверь оставалась глухой и холодной.
Ничего не изменилось. Они всё-таки сменили пароль. Оцепенение сковало руки и ноги. Вот и итог моих стараний. Поездка оказалась напрасной. Горькое разочарование растеклось по душе, оставив неприятный осадок одиночества и беспомощности.