Ты тоже враг

Северус пришёл в Большой зал, чувствуя себя совершенно необыкновенно: всё-таки приятно получать подарки, хотя он никогда не признался бы в этом. Надев свою самую незаляпанную школьную мантию — хотя она тоже была далека от идеала — он подумал, что впервые за неизвестно сколько лет выглядит прилично: промыв волосы шесть раз, Северус наконец-то избавил их от защитного зелья.

Большой зал был оформлен еловыми ветками, шарами, лакричными палочками, пёстрыми венками и прочими атрибутами праздника. Огромные ели, украшенные профессором Флитвиком, стояли вдоль стен. Обычно вся эта мишура раздражала Северуса, сегодня же он просто не обращал на неё внимания.

По традиции на рождественском ужине и профессора, и ученики рассаживались за преподавательским столом. В этом году на каникулы остались четверо гриффиндорцев, один равенкловец и два хаффлпаффца. И ни одного слизеринца, кроме Северуса — впрочем, как и всегда. Северус не любил само Рождество, но зимние каникулы доставляли ему удовольствие, ведь все помещения, предназначенные для учеников Слизерина, оказывались в его полном распоряжении.

Если бы Снейп мог открыто выражать свою привязанность, то он бы сел напротив подмигнувшего ему Поттера, но, посчитав, что это будет слишком явно демонстрировать его глупую заинтересованность, занял место напротив его угрюмого соседа — Отоанэкто.

Тарелки привычно наполнились едой, Дамблдор произнес положенную речь, в которую Северус даже не вслушивался. Его настроение потихоньку начало ухудшаться — он был не самым общительным человеком. Влезать в разговор сидящих напротив профессоров было по крайней мере неуместно, что-либо обсуждать с сидящими рядом с ним учениками других факультетов вообще не хотелось.

― Мистер Снейп, ― неожиданно обратился к нему Отоанэкто, ― Гарри мне похвастался, что вы подарили ему зелье левитации, вы сами его варили?

Северус метнул в улыбающегося Поттера свой самый раздраженный взгляд.

― Да, сэр. Я надеюсь стать Мастером и практикуюсь в варке сложных составов. Образец, полученный профессором, был сварен мной именно для этой цели, ― Северус отвел взгляд от лучащихся весельем зеленых глаз. ― И это был не подарок, а скорее ответ на действия мистера Поттера.

― Тогда позвольте выразить вам свое удовлетворение от того, что в этой стране есть настолько талантливые зельевары, ― профессор подал ему руку, и удивлённому Снейпу пришлось её пожать.

Северус не замечал, что и как он ест — первый раз за долгое время он встретил человека, который хорошо разбирался в зельях и был не против с ним поговорить. Они обсудили доклады прошлогоднего конгресса и даже договорились, что было бы неплохо встретиться на том, который пройдёт в этом году в Лондоне. Поттер продолжал сидеть с довольным лицом, изредка вставляя свои комментарии, которые никак не относились к теме обсуждаемого вопроса, но почему-то даже не раздражали.

― Мистер Снейп, не сочтите за бестактность, но не могли бы вы показать тот артефакт, который вам подарил Гарри. Мне, как зельевару и неравнодушному к оружию человеку, любопытно, ― Отоанэкто пихнул локтем фыркнувшего Поттера.

― Разумеется, сэр, ― Северус поднёс правую руку к хвосту, и змейка выскользнула в его ладонь, а волосы тяжело упали на плечи. Он протянул артефакт преподавателю и заметил, как Поттер хитро прищурился. Отоанэкто попытался взять змею, чтобы рассмотреть, но своенравная металлическая рептилия, ловко извиваясь, скользила между пальцами, шипя и не давая себя поймать.

― Великолепная защитная система, Гарри, ― прокомментировал свою неудавшуюся попытку Отоанэкто, ― я так понимаю, артефакт настроен только на мистера Снейпа.

― Ага, ты бы знал, с каким трудом я её заканчивал. Если Северус согласится, то сам продемонстрирует, как заколка превращается в кинжал, ― Поттер бросил очень странный взгляд на волосы Северуса, которому стало неловко, несмотря на то, что его голова в кои-то веки была чистой.

― Продемонстрирую, ― Северус ухватил змею за голову, и тело рептилии превратилось в лезвие.

― Гарри, а что, если я тебе закажу подобный артефакт?

Снейпа неприятно кольнула мысль, что такая великолепная вещь, созданная Поттером именно для него, может появиться у кого-то ещё.

― Ото, я делаю тебе глефу и в ближайшее время за новый заказ точно не возьмусь. Я не двужильный. К тому же ты знаешь, как я отношусь к повторениям, мне будет просто неинтересно, ― Поттер с улыбкой наблюдал, как Снейп, у которого сразу улучшилось настроение, подносит кинжал обратно к голове, и змея, ожив, затягивает волосы в хвост.

― Ну, попытаться стоило, ― усмехнулся Отоанэкто.

Разговор перетёк к обсуждению оружия, и Северус мысленно похвалил себя за то, что изучил вопрос в библиотеке. Разумеется, он не мог рассказать чего-либо нового, но вот задавать вопросы и понимать ответы был вполне в состоянии. Неожиданно их отвлекли:

― Гарри, Северус, я не хочу вас прерывать, но не могли бы вы завтра, скажем, часов в двенадцать дня зайти ко мне? ― профессор Дамблдор, перегнувшись через неодобрительно поджавшую губы Макгонагалл, обратился к ним. Северус пожал плечами и кивнул — в общем-то, ему было всё равно, когда посещать директора.

― Альбус, имейте совесть, давайте после обеда. Мне сейчас ещё с семьёй праздновать, и я завтра с утра ничего соображать не буду, ― в голосе национального героя неожиданно образовалось столько веселья, что у Северуса появилась мысль, что Поттер просто хочет продиктовать директору свои условия для встречи.

― Конечно, конечно, мальчик мой. Жду вас в три. Северус, пароль для входа в мой кабинет — "Имбирное печенье", ― согласился Дамблдор.

Праздник продлился ещё около часа, Поттер стал менее весёлым, Северусу тоже стало как-то неуютно, он прокручивал в голове все свои прегрешения и за этот год не смог вспомнить ничего, что заинтересовало бы директора. Прощаясь, он, к своему удовольствию, пожал руки Поттеру и Отоанэкто — приятно всё-таки чувствовать себя с собеседниками на равных. Может, это и не было тем Рождеством, каким он представлял себе этот праздник в детстве, это был просто приятный вечер, но ведь и такое случалось нечасто.

***

Весь следующий день до назначенной встречи Снейп провёл в опустевшей гостиной Слизерина, читая последние выпуски журналов по зельеварению (при этом иногда он неосознанно поглаживал змейку, свернувшую кольца в его волосах) и прерываясь только на походы в большой зал. Настроение, несмотря на предстоящее общение с Дамблдором, было неплохим, даже когда он подошёл к кабинету директора.

― Имбирное печенье, ― произнёс он, и гаргулья, стеганув себя хвостом по ногам, отскочила, открывая лестницу, пришедшую в движение, стоило ему шагнуть на одну из ступенек. Замковый колокол как раз пробил три, когда Северус постучал в дверь, к которой его привезла лестница.

В уже знакомом кабинете, где Северус был в прошлый раз, когда директор вежливо проигнорировал его нападки на Мародёров после рандеву в Визжащей хижине, практически ничего не изменилось: те же безвкусные разномастные кресла в весёленький цветочек, те же стеллажи с книгами, та же клетка с великолепным фениксом. За большим дубовым столом сидел Дамблдор в лиловой мантии, расшитой геометрическими фигурами, и таком же колпаке.

― Мальчик мой, проходи, садись, ― директор указал на кресла, в этот момент вспыхнул камин, и оттуда вышел Поттер, одетый в свои привычные джинсы и очередную майку с провокационной на этот раз надписью: «Валим по-быстрому, пока мозги не промыли».

― Добрый день, Альбус, ― Поттер улыбнулся безмятежной улыбкой. ― Привет, Северус.

― Здравствуйте, сэр, ― Северус прилагал максимум усилий, чтобы не ухмыльнуться в ответ: такая выходка вполне была бы в духе Поттера-младшего, но в исполнении его дяди она почему-то не раздражала, Северуса даже посетила мысль, что гриффиндорское глупое чувство юмора передаётся воздушно-капельным путём и крайне заразно. Он с интересом перевёл взгляд на Дамблдора.

― Гарри, садись. Молодые люди, чаю с ирисками? ― Дамблдор улыбался так же беззаботно.

― Благодарю, сэр, но я недавно обедал, ― вежливо отказался Снейп.

― Альбус, знаете, что меня поражает? ― плюхнулся в соседнее со Снейпом кресло Поттер. ― Каким образом у вас до сих пор сохранились зубы, вы не слегли с сахарным диабетом и даже не сравнялись по габаритам со Слизнортом. В общем, я тоже воздержусь.

― Ну, если передумаете... ― Перед ними всё-таки появились чашки с чаем и сладости. ― У меня две темы, которые я хотел бы обсудить с вами обоими. Третьего числа вы идёте на свадьбу к мистеру Малфою, и я бы хотел ещё раз попросить тебя, Гарри, быть сопровождающим для мистера Снейпа.

― Я же сказал, что согласен сопровождать всех учеников, которые остались в Хогвартсе и были приглашены, почему вы акцентируете на этом внимание ещё раз? ― Поттер подобрался, и Северус понял, что дальше надо быть предельно внимательным.

― Мистер Снейп пойдёт на такое мероприятие в первый раз, там будет много людей, некоторые могут быть к нему настроены недружелюбно, ― директор печально вздохнул и обратился уже к Северусу: ― Мальчик мой, не обижайся, но ты бываешь несдержан, а если ты кого-нибудь оскорбишь и получишь проклятие, то отвечать буду я, как твой опекун.

― С каких это пор вы мой опекун? ― уточнил Снейп, кипя от злости. Человек, которому было наплевать, когда его чуть не убил оборотень, вдруг ни с того ни с сего решает поучаствовать в его судьбе, да ещё и называет себя опекуном.

― Все сироты, не достигшие совершеннолетия и не взятые под опеку другими волшебниками, становятся подопечными директора Хогвартса. Так что тебе, Северус, просто не повезло, что свадьба третьего, а не девятого, и поэтому ты слушаешь этот разговор, ― процедил Поттер, весёлость которого улетучилась, как будто её и не было. ― Я обязательно сопровожу мистера Снейпа и прослежу, чтобы с ним ничего не случилось.

― Спасибо, Гарри. Ещё я бы хотел обсудить подарок, который ты вчера подарил Северусу, ― как ни в чем не бывало продолжил Дамблдор, казалось, не замечая, что его собеседники уже разозлены.

― Сэр, а больше вы ничего не хотите обсудить, а? ― прошипел не хуже Снейпа Поттер.

― Мальчик мой, успокойся, просто я забочусь о репутации ученика и учителя. Что подумают, когда увидят у Северуса в волосах такой дорогой артефакт? ― директор сложил кончики пальцев обеих рук.

― Сдохнут от зависти! ― рыкнул Поттер. ― На змее не написано, что её подарил я, об этом знаем только я, Северус, Ото и вы. Северус — единственный ученик, с которым мне было приятно общаться в предыдущие полгода, и я имею полное право подарить ему то, что просто необходимо в его профессии.

― Конечно, конечно, я понимаю, мне тоже жалко Северуса, ему трудно, но просто тебе не кажется, что дарить такие дорогие подарки нечестно, он же не сможет тебе ничем ответить и ему будет неудобно, ― слушая весь этот поток сознания директора, Северус молчал, чтобы не сорваться и не проклясть ненароком.

― Жалко? Мне жалко большую часть учеников этой школы, которые, выйдя отсюда, не смогут прилично устроиться, и у них будет такой же вакуум в голове, как и у меня в восемнадцать лет. А Северуса мне не жалко, он справится, ― Северус почувствовал, как его плечо сжала сильная ладонь, и был благодарен за эту неожиданную поддержку. ― Мой подарок не несёт никакого подтекста, я просто захотел сделать приятное. Насчёт дороговизны — так вы сами знаете, что для артефактов подходят только благородные материалы, сделать из говна и палок что-либо приличное не удастся. И поверьте, зелье, подаренное мне Северусом в ответ, не менее ценно. Название "Levitas Omnis" вам о чём-нибудь говорит?

― Волдеморт... ― задушенно прохрипел Дамблдор.

― Использовал его, чтобы летать. Да. А Северус нашёл рецепт и сварил его идеально. Так что если у вас вопросов нет, то я предпочту откланяться, директор, ― уже спокойно закончил Поттер.

― Да, мальчики, идите. Третьего я рассчитываю на ваше благоразумие, ― директор разглядывал Северуса так, как будто в первый раз его увидел.

― До свидания, ― Снейп развернулся к двери и удивился, что Поттер идёт за ним, а не ушёл через камин.

В коридор за гаргульей они спустились в полном молчании. Тишина впервые давила на Снейпа, но он не мог решить, стоит ли начать разговор.

― Северус, я прошу тебя прийти третьего числа за три часа до начала, я хочу поговорить, если ты не против, ― профессор хмурился и смотрел на Северуса новым, очень внимательным взглядом.

― Я приду, сэр, ― на этом они разошлись. Северус шёл до подземелий не меньше часа. От мысли, что Поттер опять его защищал, становилось невероятно тепло на душе.