Часть 18
Рождественские каникулы Северус посвятил исключительно учёбе. Замок и территорию, по которой разрешалось гулять ученикам, замело снегом, и он, и так предпочитающий находиться в помещении, практически все дни проводил в натопленной гостиной своего факультета. Предстоящие экзамены Т.Р.И.Т.О.Н. абсолютно не пугали: в отличие от своих сокурсников, Снейп любил учиться и впитывал знания не только из-за необходимости, но и с удовольствием.
Впрочем, усиленное штудирование учебников и конспектов не мешало ему отдыхать. Северус обычно предпочитал мыться у себя в каморке или, если ночевал в общей спальне, старался попасть в душевые раньше, чем там появится кто-нибудь из слизеринцев. Ученики его факультета открыто не говорили ему о недостатках внешности, но презрительные и иногда жалостливые взгляды они на него кидали, и пусть Снейп и сам понимал своё несовершенство, терпеть такое явное пренебрежение было унизительно. Теперь же он мог не спеша принимать душ хоть по два часа. Как и всякий комплексующий подросток, Северус слишком остро воспринимал малейшее негативное проявление по отношению к себе. Отсутствие учеников также позволяло заниматься самоудовлетворением, не опасаясь быть увиденным.
Снейпа не пугало одиночество: человеку с острым умом никогда не будет скучно в своём обществе, и пусть в этих размышлениях была толика самообмана, но он давно научился обходиться без общения с раздражающими сверстниками, поэтому искренне наслаждался отдыхом в компании книг, пергаментов и пылающего камина в слизеринской гостиной, оформленной со вкусом — без кричащих цветов, с удобной мебелью и мягким освещением.
За время каникул Северус так и этак разбирал свой поход к директору, и у него возникли некоторые вопросы, которые он планировал прояснить у Поттера. Конечно, спрашивать в лоб было бы недальновидно, но профессор сам захотел поговорить до начала бала, и Снейп собирался воспользоваться этой ситуацией, чтобы утолить своё любопытство.
Третьего января Северус проснулся рано, но, хотя в постели было тепло и уютно, а спешить было некуда, проворочавшись несколько часов, он так и не смог уснуть. Встав с кровати, над которой висел тяжёлый бархатный балдахин, он, взяв банные принадлежности и сменную одежду, отправился в душ. Получив подарок на Рождество, Северус уже на следующий день сварил для себя индивидуальный шампунь, который отвечал его требованиям: делал волосы гладкими, подходил для мытья всего тела и пах можжевельником.
Поэтому, стянув с себя старомодную ночную рубашку и зайдя под тёплые, почти горячие струи воды, Северус с удовольствием откупорил круглую бутылочку с густым шампунем и, зачерпнув его пальцами, медленно начал скользить мыльными руками по волосам и телу. У можжевельника было много несомненных достоинств, кроме приятного запаха, остававшегося на коже весь день: сочетание вяжущих, антисептических и очищающих свойств делало кожу чистой и упругой, убирая желтоватый оттенок, помимо этого, входящие в состав вещества при вдыхании позволяли очищать лёгкие, что при любви Северуса к зельеварению было далеко не лишним.
Правда, было и одно "но": можжевельник являлся природным афродизиаком, и вряд ли Снейп будет продолжать пользоваться именно этим составом, когда вернутся переевшие домашней еды и обалдевшие от безделья ученики, переполненные подростковыми гормонами. Но сейчас он мог себе позволить насладиться ощущениями: внизу живота приятно потяжелело, одна рука опёрлась о стену, другая же плавно скользнула к члену.
Душевую давно заволокло паром, Северус двигал бёдрами и тяжело дышал, не обращая внимания на нереальность своих фантазий. Он представлял, как к нему со спины подходит старший Поттер, прижимает его к себе, ничего не говоря, заменяет руку Северуса на свою, при этом упираясь ему в поясницу доказательством своей заинтересованности. Что должно было бы произойти дальше, он представить не успел, так как, выгнувшись дугой и тихо застонав: "Гарри..." ― кончил, а, придя в себя, с легким отвращением наблюдал, как вода смывает следы его бесполезных мечтаний. Только в моменты кульминации он позволял себе называть Поттера по имени, потому что даже мысленно не мог представить ситуацию, когда ему было бы допустимо так обратиться к этому человеку.
Ещё раз тщательно вымывшись, Северус оделся и вернулся в гостиную — предстояло позавтракать и возобновить изучение запирающих чар третьей группы. Бал в честь свадьбы должен был начаться в шесть вечера, соответственно, до назначенной встречи в кабинете Поттера было ещё довольно много времени. Северус внимательно прочитал конспект и углубился в учебник и дополнительные материалы, взятые в библиотеке.
В двадцать минут третьего Северус отложил стопку пергаментов, на которых он рассчитывал схему совмещения запирающих чар с временными. Сходил в спальню и принёс чехол и коробку с присланной ему две недели назад заказанной одеждой и обувью. В гостиной на одной из стен висело огромное зеркало в богатой, украшенной змеями раме. Северус, встав перед ним, снял повседневную одежду и, стараясь особо себя не разглядывать, переоделся. Окинув своё отражение мрачным взглядом, он остался, в общем-то, доволен увиденным: разумеется, новая одежда, чистые волосы с поблескивающей в них змейкой и улучшившегося цвета кожа не делали его звездой «Плеймага», но выглядел он по крайней мере достойно. Взяв с собой подарок, Снейп направился в лабораторию Поттера.
***
Отодвигая шкаф, закрывающий вход в лабораторию, Северус подумал, что из всех учеников возможность приходить на личную территорию Поттера есть только у него, что было довольно приятно.
― Добрый день, сэр.
― Привет. Заходи, садись. Дай мне ещё пять минут, пока мысль не ушла, ― пробормотал себе под нос Поттер. Северус прошёл к одному из кресел, аккуратно сел, чтобы не помять мантию, и с интересом стал рассматривать профессора, вычислявшего что-то на листах пергамента. Необычным было то, что около Поттера стояла этажерка, на ней находилась Тивин, которая расчёсывала ему волосы, пытаясь разобрать спутанные пряди. Поттер был в привычной маггловской одежде — видимо, собираться к празднику он решил позже.
― Чтоб тебя! Опять ерунда получается, ― Поттер в раздражении отшвырнул от себя листы. ― Тивин, сколько ты меня ещё чесать будешь?
― Полчаса, хозяин, ― грустно вздохнула домовуха.
― Дай я к Северусу поближе сяду, и мучай меня дальше, ― Поттер пересел в кресло напротив и внимательно осмотрел Северуса, который почувствовал, что под этим взглядом щёки заливает краска. ― Классно выглядишь! ― Снейп скривился, а профессор шумно втянул носом воздух: ― И пахнешь потрясающе.
― Вы позвали меня к себе, чтобы обсудить эту сенсацию, сэр? ― меньше всего на свете Северусу хотелось слушать что-либо о своём внешнем виде.
― Не-а, ― Поттер достал палочку и направил её в сторону Снейпа. Северус тут же выхватил свою. Профессор поднял вторую руку: ― Я не причиню тебе физического вреда сейчас. Собираюсь наложить диагностирующее заклинание. Клянусь, ― поднятую руку Поттера оплела голубая лента обета.
― Мне нравится ваше уточнение про сейчас. То есть в будущем вы планируете причинить мне физический вред? ― съязвил Снейп.
― В конце года перед экзаменами я собираюсь провести с каждым студентом тренировочный поединок и посмотреть, что усвоено за год, вдруг я тебя достану какой-нибудь порчей, не хочу получить отдачу от неправильно сформулированного обета, ― Поттер водил над ним палочкой и с каждым мгновением хмурился всё меньше.
― Что вы планировали обнаружить, сэр? ― Северусу было не очень-то приятно ничего не понимать в происходящем.
― Сюрприз от директора, какое-нибудь следящее заклинание. Но всё чисто, ― хмыкнул Поттер. ― Видишь ли, Дамблдор уже один раз пренебрёг сиротой со Слизерина, ничем хорошим это не закончилось. И, судя по нашему общению после Рождества, он вспомнил, что манкировать своими обязанностями нехорошо. К тому же ты его заинтересовал — всё-таки не каждый день понимаешь, что ничем не примечательный ученик старшего курса настолько одарён.
― А поподробнее: чего именно от меня хочет директор, если вас не затруднит, сэр.
Поттер сам очень удачно начал интересующую Снейпа тему.
― Ну что же, время у нас пока есть. Тивин, сколько можно? Подай нам обед и потом ещё порасчёсываешь, когда поедим.
Эльфийка и этажерка исчезли, а через минуту появился полноценный обед на две персоны: прозрачный грибной суп с гренками, ещё шипящие прожаренные стейки с запечёнными овощами, овощной салат и чай со сладостями.
― Вам не кажется, что есть перед праздником странно? ― решил уточнить Северус.
― Наоборот, на празднике будет фуршет, это же не семейные посиделки с пирогами. Обычно много выпивки и мало закуски, и на голодный желудок могут быть неприятные последствия. Так что не стесняйся.
Какое-то время они ели в тишине, а потом Поттер, к удивлению Снейпа, рассказал историю Тома Реддла. Северус был готов поспорить, что в следующем семестре профессор Бинс, преподавая эту тему, вряд ли упомянет про детский дом, в котором жил будущий Волдеморт. Когда они доели, рассказ был окончен, а Тивин вернулась к расчёсыванию волос хозяина. Северус погрузился в раздумья и пришёл к выводу, что, как бы он ни поддерживал идеи о чистоте крови, идти по стезе Волдеморта он точно не собирается — своя лаборатория, заказы и известность были гораздо более привлекательными, чем какое-то превосходство над магглами и недостигнутое бессмертие. Отведя взгляд от огня в камине, Северус встретился глазами с Поттером, который улыбался, рассматривая его.
― А что вы рассчитывали? ― спросил Снейп первое, что пришло в голову — момент был почему-то слишком неловким.
― Когда мы избавлялись от хоркруксов, то пришлось уничтожить бесценные артефакты основателей. Сейчас у меня есть свободное время, хоркрукс какого-то психа из средневековья (наверняка призраком где-то носится, а восстановиться без посторонней помощи не может) и желание понять, как отделить от хоркрукса кусок души так, чтобы поместить его в другой носитель, который будет впоследствии уничтожен, а первоначальное вместилище останется.
Волосы Поттера под лапками домовика перестали выглядеть патлами и теперь спадали тяжёлыми волнистыми прядями до середины спины, Северус прилагал все усилия, чтобы слушать профессора, а не пялиться на него.
― Если появится какая-нибудь идея, скажи, я открыт для любых предложений.
― Вы это о чём, сэр? ― Снейпу показалось, что он всё-таки упустил нить разговора.
― Если появятся предложения по отделению души от хоркрукса, то я их с удовольствием выслушаю, может, зелье какое-нибудь придумаешь, ― Поттер улыбался, а Северус старался не выдать своего смущения.
― Я закончила, хозяин, ― Тивин исчезла с лёгким хлопком.
― Подожди меня пять минут, я переоденусь и вернусь, ― Поттер поднялся, потянулся и направился в сторону спальни. Северус жадно разглядывал его спину и пытался подавить тяжёлый вздох, решив перестать дышать.
Но вернувшийся через десять минут Поттер вообще заставил потерять дар речи и мечтать только о том, чтобы никогда не видеть его в таком виде. Он был в потрясающе сидящем классическом чёрном костюме, воротничок белоснежной рубашки украшал стильный галстук-шарф светло-зелёного цвета. В тон к галстуку были подобраны крупные запонки в форме цветков чертополоха, выполненных из демантоида — зелёного граната светлого оттенка. Такой же камень украшал перстень главы рода, сверкающий на безымянном пальце правой руки. Волосы были перевиты тонкими платиновыми цепочками, инкрустированными россыпью тех же маленьких камешков. Черная бархатная мантия с шёлковой вышивкой, изображавшей переплетения всё того же чертополоха, покрывала плечи Поттера.
Именно в этот момент, как никогда раньше, Северус почувствовал собственную ущербность и недостижимость своих желаний.