«я схожу с ума!»
Через несколько дней.
Сунэ сидела на диване, завернувшись в мягкий плед. На столе — тарелка с клубникой, рядом — миска с маринованными огурчиками. Минхо, проходя мимо, замер в дверях, уставившись на странную гастрономическую комбинацию.
— Любимая... Ты серьёзно это ешь? — Он подошёл ближе, сдерживая улыбку. — Клубника с... огурцами?
— Я... — Она закусила губу. — Я не знаю, просто... это вкусно! — и моментально заплакала. Настоящие слёзы, полные отчаяния.
Минхо присел рядом, обнял её.
— Эй, малышка, ну что ты, не плачь, — прошептал он, целуя в висок. — Я не осуждаю, правда. Хочешь, я тебе ещё принесу?
— Нет... ты смеёшься... ты думаешь, я странная... — она всхлипнула, а затем резко подняла голову. — И почему ты не обнял меня, когда я проснулась? Я проснулась, а тебя не было рядом, Минхо! А я... я скучала!
Он округлил глаза, растерянно моргнув.
— Сунэ... я пошёл в душ на три минуты...
— Ну и что? — Она обвила его руками и спряталась лицом в его шею. — Я просто очень скучаю, когда тебя нет рядом. Это всё гормоны! Они с ума сошли! Я тоже с ума схожу! Я уже сама себя не понимаю...
Минхо тихо засмеялся и притянул её ближе.
— Знаешь, ты даже в своих капризах — самая прекрасная. — Он поцеловал её в висок. — А если тебе захочется мороженого с кетчупом — просто скажи. Я всё достану.
Сунэ вздохнула, успокаиваясь.
— Даже если я скажу, что хочу грейпфрут, леденец и такос одновременно?
— С добавкой. И с поцелуем, — подмигнул он.
Она снова всхлипнула, но уже со смехом.
— Минхо... Ты будешь лучшим папой. Я это чувствую.
Он провёл рукой по её волосам, потом наклонился и прошептал, наклоняясь к её животу:
— Эй, малыш... или малышка. Тут снаружи может быть немного сумасшедший дом, но я обещаю — ты будешь любим сильнее всего на свете.
Сунэ стояла посреди гостиной, нахмурившись, в одной руке — мягкая игрушка, в другой — её телефон. Минхо, сидевший на диване с ноутбуком на коленях, опасливо поднял взгляд.
— Минхо... — начала она медленно, и он сразу отложил технику в сторону. — Мне срочно нужен... воздушный шарик в виде медвежонка. Прямо сейчас.
Он моргнул.
— Воздушный шарик?
— Да! Огромный. И он должен быть жёлтым. И... с надписью "Малыш, ты лучший!" — голос Сунэ дрожал от эмоций. — Это важно.
— Любимая, — Минхо мягко улыбнулся, — ты хочешь шарик для... малыша?
— Нет! Для меня! Я просто... хочу! Это же очевидно! — Она развела руками, словно это был самый логичный каприз в мире. — Мне нужно, чтобы этот шарик стоял в спальне. Это будет... эмоциональная поддержка.
И в этот момент в дверь позвонили.
Минхо пошёл открывать, и в квартиру вошёл Хан — в чёрной футболке и с пакетом вкусняшек.
— О, привет! Я подумал, что вы не откажетесь от булочек с кремом... — Он замер, увидев выражение лица Сунэ и растерянного Минхо. — Эмм... всё... нормально?
Сунэ, даже не заметив Хана, продолжила своё:
— И если ты не найдёшь такой шарик, то... то я не знаю, как я переживу этот день! — Голос надломился, и она снова чуть не расплакалась.
Хан осторожно подошёл к Минхо и прошептал:
— Ты её чем-то обидел? Или... это какой-то новый уровень вашей ролевой игры?
Минхо закатил глаза:
— Нет, это... гормоны. Мы ждём ребёнка.
Хан вытаращил глаза.
— Серьёзно?! — Он бросил взгляд на Сунэ, которая теперь обнимала плюшевого зайца и что-то бормотала себе под нос. — Оу... окей. Это многое объясняет.
Он подошёл к Сунэ, сел рядом и протянул ей булочку.
— Возьми. Без шарика, но со сливочным кремом. Сладкое помогает от почти всего.
Сунэ моргнула, взяла булочку, сделала крошечный укус... и кивнула.
— Пока сойдёт. Но шарик тоже нужен. Обязательно. Ты понял, Хан?
Хан пожал плечами и усмехнулся:
— Минхо, брат... держись. У тебя теперь два босса в доме.
Минхо, несмотря на всё, улыбнулся. А потом прошептал себе под нос:
— И оба такие капризные... но как же я их люблю.
После того как Сунэ с аппетитом доела булочку и Минхо поцеловал её в висок, наступил короткий момент тишины. Хан сидел на полу, опершись спиной о диван, и рассматривал потолок.
— Знаете... — вдруг выдал он. — Мне срочно нужно влюбиться.
Сунэ и Минхо одновременно повернулись к нему.
— Что? — Минхо приподнял бровь.
— Вы оба сияете! У вас шарики, эмоции, малыш в пути... А я? Я только что посмотрел три дорамы подряд, поплакал, и понял, что мне срочно нужен кто-то, кому я буду готовить рис и дарить цветы. Я... страдаю. — Он трагично приложил руку к груди. — Я хочу весну в сердце!
Минхо фыркнул.
— Так ты поэтому сюда пришёл? За булочками и романтикой?
— Нет, я ещё хотел забрать зарядку, но потом... понесло. — Хан тяжело вздохнул. — Может, мне тоже завести кого-то?
Сунэ, не сдержавшись, рассмеялась:
— Если ты хочешь, я могу познакомить тебя с той продавщицей из цветочного магазина. Она недавно спрашивала о тебе. Говорила, ты «странно обаятельный».
— Странно обаятельный? — Хан задумался. — Это звучит... перспективно. Но мне ещё нужен кто-то, кто будет терпеть мои песни в 3 ночи.
— Только не в этой квартире, — вставил Минхо с улыбкой. — Здесь теперь режим. Сон, витамины, тишина и шарики.
Хан закатил глаза:
— Скучные вы стали. Вот уйду — и начну новую жизнь. С новыми правилами! Куплю себе шарик... и кота. И назову его "Судьба".
— А может, ты просто проголодался? — хмыкнула Сунэ.
— Может быть. Но это не отменяет того, что я хочу драму, любовь и кормить кого-нибудь супом.
Минхо хлопнул его по плечу:
— Давай начнём с супа. На кухне остался рис. Докажи, что готов к отношениям.
Хан встал с видом великого мученика и направился на кухню.
— Когда я стану женатым человеком, вы ещё будете гордиться мной!
Сунэ прошептала Минхо на ухо:
— А если он и правда влюбится... это будет очень шумная история.
Минхо усмехнулся:
— Если это произойдёт, ты точно будешь первой, кому он позвонит. Даже если это будет в три ночи.