2. Заезд
26 Мая. Утро.
Антон просыпается с головной болью. Дома никого нет. Как только Антон встал с кровати, голова заболела сильнее. Он померил температуру, градусник показал 37,9.
Антону было все равно. Он выпил таблетку обезбола, которые кончались очень быстро, так как голова болела часто без особых на то причин, собрался и пошел в школу.
Около подъезда Антона уже ждали Дима и Сережа.
— Привет...— только Дима увидел Антона, сразу что-то заподозрил и начал присматриваться.— Выглядишь нехорошо. С тобой все в порядке?
— Да, все хорошо. Пошли уже в школу, а то опоздаем.
— Пошли,— после Диминых слов, Сережа тоже присмотрелся, но ничего особенного не нашел.
До школы парни добрались быстрее, чем обычно. Просто в этот раз не заходили за стодвадцатую школу покурить. Поз забыл сигареты, а Антону не сильно и хотелось.
Первым уроком был русский. Юрьич немного задержался. К этому все привыкли.
— Всем доброе утро, простите, немного опоздал. Сейчас будем готовится к самостоятельной.
— В смыслсе самостоятельная?— шепотом Антон обратился к Димке, сидящим с ним за партой.
— Юрьич же говорил два урока назад, что скоро будет, не помнишь?
— Не-а. Пофиг, сейчас посижу просто и все.
Хоть Антон и говорил тихо, сидел далеко, но Алексею не составило труда услышать его слова.
— Шастун, к доске. Учебник не бери.
— Попал,— Антон встал и голова начала болеть гораздо сильнее, чем болела до этого, а в глазах немного потемнело. Простояв две секунды, Антон отправился к доске.
— Пока раздай сборники и возвращайся,— Юрьич указал на лежащую на краю стола стопку и отвернулся к доске — написать число.
Каждая минута длилась словно час. Время проходило очень медленно, а голова никак не хотела проходить. Раздав сборники Антон снова вернулся к доске.
— Сто пятая страница, задание номер шесть,— в руки Антона положили учебник, который был уже открыт в нужном месте.— Задание не сложное, поэтому давай.
В этот момент голова заболела еще сильнее. Антон написал какую-то фигню и учитель подошел посмотреть.
— Антон, это же совсем легкое задание,— Юрьич говорил тихо, что бы слышал только Антон.— С тобой все в порядке?
По непонятному кивку и виду Антона, сразу было понятно, что не совсем. Поэтому Антона отправили в мед. пункт. За это время температура поднялась до тридцати восьми и Антона отправили домой, написав матери.
Кажется, что обычная температура в тридцать восемь не должна сильно вырубать человека, как происходило с Шастуном. Возможно это связано с тем, что он нормально не ест уже как две недели. Организм дал сбой.
Заболевать Шастуну было нельзя. Так как третьего июня он должен быть в лагере. Но ему уже вызвали врача на дом.
***
Вечер. 19:48
Как только Антон услышал, что открывается дверь, сразу подпрыгнул и побежал к двери.
— Привет! Ты купила?— Антон очень ждал прихода матери, что бы она принесла таблетки.
— да. В пакете.
Антон взялся копаться в пакете. Найдя там ещё один пакет, он схватил его, рванулся на кухню, мельком прочитал инструкции и начал закидывать таблетки себе в рот.
Для только что пришедшей мамы это было странно. Так как обычно, во время болезни таблетки он не пьет. И без них выздоравливает. Теперь же Антону через неделю в лагерь. Опаздывать не хочется совсем.
***
Так, пичкая себя таблетками, с поддержкой двух друзей и надеждой на выздоровление, Антон через шесть дней идёт в поликлинику.
"Главное — что бы дали справку о выздоровлении и справку в лагерь. Завтра уже заезд. Не хочу жить непонятно с кем и где."— единственное, что волновало Шастуна.
Шаст. 10:36
Это пиздец.. мне не дали справку. Завтра блять заезд, а у меня справки нет!
Поз. 10:36
Не бомби. А чего тебе справку не дали-то?
Шаст. 10:37
Якобы я только после болезни и... ну поэтому наверное. Хотя детей с насморком и кашлем в лагере хоть жопой жуй. А температуры или головной боли у меня уже как три-четыре дня не было!
Сережа. 10:37
Завтра вместе пойдем. Нас после поликлиники батя заберет и поедем в лагерь. Там же заезд до 11. Успеем. Но лучше сегодня ещё разок сходить. Только к другому врачу. Может дадут
Шаст. 10:38
Может кто со мной пойдет? А то одному не хочется(
Поз. 10:40
Хорошо. Только давай после четырех.
Шаст. 10:40
Ок
Все пять часов Антон пыталсля избавится от кашля и насморка.
В пол пятого Антон встретился с Димой около поликлиники.
— Пошли?
— Ну пошли..— Антон выглядел не очень. Сильно замученный и грустный.
— Что случилось?
— Да ничего.. Просто грустно. Хотелось в день заезда ехать. А не потом... На четвертый день.
— да чего ты? Нормально всё будет. Справку получишь и поедем вместе,— Позов не мог смотреть на то, как Антон или Сережа ходят грустные из-за пустяков. Поэтому все время их подбадривает. Иногда простое "Дай пять" заставляет Антона улыбнуться на пару секунд. Этим Дима и воспользовался.
Очередь в поликлинике всегда воспринемается, как ад. Но если ты с другом, то время идёт быстрее, а настроение не портится.
Но стоило Антону зайти в кабинет, так настроение сразу же упало.
— Кто?— в кресле врача сидела пожилая, с виду, милая бабушка.
— Антон Шастун.. Я с шестнадцатого участка, но..— он не успел тоговорить, его перебила та самая, с виду, милая бабушка:
— А чего ты тогда ко мне пришел?! — она перешла на повышенный тон.— Сегодня в первую смену
шестнадцатый участок был! Чего не пришел-то?! Вот какое поколение... Даже к врачу встать не могут пораньше. Ленивые все.
Из кабинета Шастун выходил в полном шоке. Там его уже ждал Поз. Тот уже все слышал.
— Не расстраивайся,— Дима похлопал Антона по плечу.— Завтра в первую смену другой врач. Сходим перед заездом с Серёжей втроём,— Шаст кивнул.— Сегодня тоже чемодан собирай. Сейчас за Серёжей зайдём и в магаз пойдем.
— Опять будем скидываться? Или каждый сам себе?
— Думаю, что каждый сам себе. Просто если что будем сразу говорить, если кто-то захочет пол пачки съесть.
— Я же тебе потом отдал эти печеньки... И это было три.. а может и четыре года назад, хватит припоминать уже.
***
Вечером Антон собирал свой горе-чемодан. Сил небыло. Помимо магазина, парни решили просто погулять. Поэтому Антон достал с полок то, что носит чаще всего; шампунь, гель для душа, мачалку, пасту и щётку кинул в пакет, а после в чемодан; пенал, скетчбук и книжка так же оказались в чемодане; после чего, Антон ели его закрыл. Все вкусняшки, что были куплены, уже давно лежат в рюкзаке. Посмотрев на часы, Антон увидел пол второго. Хорошо, что в душ уже сходил. Стоило голове Антона коснуться подушки, как тот сразу же вырубился.
***
3 июля. 7:18
Позавтракав кукурузной кашей, Антон завершил последние приготовления. Забыв, что утром тоже нужно чистить зубы, Антон по тридцать раз тоскал зубную щётку с пастой. Потом вспомнил, что и хозяйственное мыло нужно, проверил полотенце, кинул зарядку для часов и телефона, надел панаму и выкатил все вещи в коридор.
— Я готов!— радости Антона небыло предела.
— Все взял?— кричала мама с кухни.
— да.
— хорошо.
У Серёжи машина большая, поэтому ездят они всегда вместе. Сережа не бедный мальчик. У папы свой бизнес, зарабатывает не мало. Только маму он не видел уже лет двенадцать. Живёт в другой части страны. Папа за сына не сильно волнуется, ему лишь бы на сделку выгодную договориться. Серёже предлагали переехать к маме, но бросать Диму и Антона не хотелось. Тем более, что жилось не плохо. В сильной заботе Сережа не нуждался.
Таки получив справку, все веселые поехали в лагерь. По приезде очередь на расселение оказалась маленькой и двигалась быстро.
Всего-то дал путевку, тебе сказали, в какой отряд и отвели в палатку.
Антон уже было забыл, про этот случай, но нет. После фразы "пятнадцатый отряд!" к Антону подошёл тот самый ледяной ангел. Не узнать его было сложно. Его голубые глаза запомнились Антону надолго.
— не первый раз?— приятный голос вытянул Антона из воспоминаний.
— нет, а что такое?
— просто с гитарой..
За спиной у Антона была гитара. Самая обычная акустическая гитара. Только ее желтоватый цвет бесил Антона.
— Как зовут?
— Антон.. Антон Шастун,— улыбнулся Шаст.
— Арсений Сергеевич.
— Приятно..
Антон не успел заметить, как они уже дошли да привычной Антону третьей палатки. Он любил ее. Она единственная серая. В ней светлее, чем в синих, но там все жёлтое светится.
— Выбирай кровать, располагайся. Когда всех заселим, то пойдем на улицу.
Антон в комнате был первым. Поэтому выбрал любимую кровать — первая слева, возле входа.
Потом привели Сережу и Диму. Они как обычно заняли кровати около Антона.
Примерно в пол двенадцатого весь пятнадцатый отряд позвали на улицу. На костровую.
— Пятнадцатый отряд, садитесь, сейчас знакомится будем,— сказала одна из вожатых.
— Сейчас по кругу будем передавать мяч. Говорить может только человек с мячем, либо кто-то из вожатых. Каждый должен рассказать что-то о себе. Как зовут, чем занимается, можете тоже что-то добавить. Давайте я начну. Меня зовут Арсений Сергеевич, я учитель физики и люблю кататься на коньках.
Волебольный мяч пошел по кругу. В голове у Антона была только одна мысль: "Это точно он!" Но мяч быстро перешёл самому Антону и пришлось что-то говорить.
— Меня зовут Антон Шастун, я люблю играть на гитаре, рисовать и кататься на коньках,— Шастун был последним. Перед ним Сережа сказал что-то про скейт, а Позов про химию и биологию. А вожатых зовут: Арсений Сергеевич, Дарья Александровна, Ульяна Алексеевна и Алина Дмитриевна.
Передав Арсению Сергеевичу мяч, Антон опять перестал что-то слушать и понимать. Он пытался понять, точно ли Арсений Сергеевич тот "Ледяной ангел". Или просто похожий человек. Единственное, что Антон запомнил — голубые глаза и примерно такой же рост, как и у Шаста. Но то, что Арсений Сергеевич любит кататься на коньках, увеличивает процент совпадения.
— До обеда можете посидеть в палатках и позаниматься своими делами.. Да, телефоны по двадцать минут после обеда и вечером. Сегодня после обеда телефоны не дадим, вы же только приехали,— Дарья Алексеевна объявила не совсем радостную для многих новость и подошла к Ульяне Алексеевне.
Все начали расходиться по палаткам и троица долго не сидела.
В их палатке вместо одинадцати-десяти человек было всего-лишь семь. Дима решил, что нужно знакомится сейчас. А то в комнате напряжение какое-то висит.
— Меня Дима зовут. Это Антон и Сережа,— Поз указал на друзей.— А ты вроде Никита, Даник, Кирилл и Саша?
— Дим, а поможешь с химией? Просто у меня по оценкам совсем все плохо. Ничего не понимаю,— Саша оказался единственным, кто решил поддержать общение.
— Без проблем.
Антон просто сидел на кровати, как к нему подошёл Даник.
— Можно?— он говорил очень тихо, указывая на край кровати Антона.
— Конечно!— Антон заметил, что Даник стеснительный. Если в лагере впервые, то трудно придется. Но просто улыбнулся.
— А.. Как давно на гитаре играешь? Просто мне очень нравится как звучит гитара, да и дядя говорил, что может отдать... Просто попробовать хочу..— Даник сильно стеснялся.
— Играю... ну может уже лет пять... А так без проблем, может чему и научу.
— Спасибо..
Парни разговорились, поэтому время прошло быстро. Уже нужно идти на обед.
— Пятнадцатый отряд! Строимся в столовую!
После того, как все сорок пять человек вышли из палаток, Арсений Сергеевич решил сделать ещё одно обьявление:
— Давайте договоримся. После того, как кто-то из вожатых позовет строится, то я считаю десять секунд. За эти десять секунд вы должны построится. У кого не получится, тот на свечке получит смешное, но не сильное наказание. Это веселее, чем кажется. Все, в столовую. На пяти столах будут лежать камуфляжные карточки. Соответственно это наши столы. Советую садиться по палаткам. Так удобнее.
Обед был мягко говоря не очень. Молочный суп, который Шастун просто ненавидит и рыбная котлета с картошкой..
"Ну хоть кампот вкусный. Стол нужно будет ещё убрать... Придется это делать мне.."— Подумал Шаст. Но стол он действительно убрал. Ему ещё и Даник помог — чистые тарелки и хлебницу занёс он. Антону оставалось протереть стол и отнести две кастрюли.
По приходу на палатки, пятнадцатый отряд снова посадили на костровую.
— Так.. У нас с вами завтра.. Да, завтра линейка. Нам нужно выбрать командира отряда. Название у нас уже есть: Киви. Тема этой лагерной смены — диснеевские мультики. Киви в переводе на русский — рога. В нашем отряде тема: Малифисента,— объявила Ульяна Алексеевна.
— Выдвигаем кандидатуры на пост командира отряда. Сейчас дебаты будут. Только пожалуйста, потише. У малышей тихий час через пару минут,— Алина Дмитриевна присоединилась.
Антон как обычно, по приколу, поднял руку. Его никогда не выбирали.
Но руку он поднял один из трех. Шанс стать командиром был равен тридцати трем процентам. Так как никто никого ещё особо не знал.
— Дебаты отменяются. Просто голосуем кто за кого,— Арсений Сергеевич упростил Антону жизнь. Потому что что-то говорить Антон точно не собирался.— Кто за.. Милану? Так, пять голосов. Кто за Лизу? Три. Кто за Антона?
В этот момент руки подняли все, кто с ним живет и ещё какой-то мальчик.
— За Антона семь голосов! И он становится командиром отряда,— объявила не совсем радостную новость для Антона Алина Дмитриевна. — Антон останься, а остальные по палаткам.
Антон нехотя подошел к вожатым.
— Так... Тебе нужно будет выучить рапорт,— Начал Арсений Сергеевич.
— Я и так его знаю,— ответил Антон.— Товарищ старший педагог, пятнадцатый отряд на линейку посвященную открытию первой лагерной смены построен и готов. Наш отряд, наш девиз.
— Тогда можешь идти.
Странно, но Шастуну жутко хотелось спать. Поэтому прийдя в палатку, он просто плюхнулся на кровать, не желая ничего заправлять и так далее.
Но если будут ходить по палаткам, то хрен знает, что Антону за это будет. Все зависит от вожатых.
Антон заметил, что состав вожатых поменялся. Нет привычных и уже родных людей, с которыми они сидели по вечерам. Все новые. Осталась только педагог-организатор, которая нравилась всем. Хотя и ее имя и отчество Шаст благополучно забыл.
Прекратив свои раздумья, Антон нехотя поднялся с кровати, чуть не уронив гитару и принялся застилать постель. Всего-то подушку в наволочку, а одеяло в пододеяльник. Антону это не доставляло проблем. Поэтому помог Кириллу и Никите. Они молчали почти все время, а оказались не плохими парнями. Тем самым мальчиком оказался брат Никиты. Он Никиту уважает и пытается делать все, как он. Вот так и получилось семь голосов. Леша — брат Никиты — мог бы и не поехать, если бы Никита не поехал. Ведь он только его и слушает.
Тихий час прошел довольно быстро и наступил полдник. Какой-то пацан решил проверить правдивость слов Арсения Сергеевича и начал трешаделить. Всем было интересно, что за наказание ему придумают.
***
Казалось, только началась смена, а уже все после дискотеки вымотанные собираются на свечку. Что правильнее назвать костром.
Второй ужин понравился не многим. Точнее почти всем, кроме четвертой палатки.
Второй ужин был больше посвещением в палаточные пионеры. Да, звучит глупо: пионеры в лагере в двадцать втором году... Но ничего пионерского, кроме галстуков в этом небыло. Да и то, они были камуфляжные. Просто орг. Комитет уже который год не поймет, что это не обязательно. Хоть он и поменялся.
Но посвещение почти для многих прошло весело и интересно. Нет же ничего лучше, чем обмазывать друг друга йогуртом, да? Все повесились, а потом пожарили хлеб на палочках.
"Ну чем не круто?!"— Антону сильно понравилось. Ты сидишь после жаркого дня, а тебе на лицо Арсений Сергеевич мажет прохладный йогурт со вкусом клубники...
А в наказание, тот пацан должен был бегать в дождивеке, обмазаным в йогурте и ворчать как старик. Навернул может три круга перед остальным отрядом и его освободили. Ему самому понравилось и он был не особо против. Да, странно, но что поделаешь.
Антон спал как убитый. Завтра линейка, а Антон даже не представляет, что нужно одевать. Не думал, что его будет мучить этот вопрос. Тем более за одинадцать лет никто ничего по поводу одежды не говорил.