Глава 6. Прошлое.
День 3.
От слов Теи.
– Ты, должно быть, разыгрываешь меня, – рассмеялась я, открыв его морозилку. – И ты еще осуждал меня за поедание хлопьев.
– Я сладкоежка, ну что тут еще скажешь? – ответил он, когда подошел сзади, обняв меня за талию и поцеловав в плечо. – Выбери уже свое мороженое.
– Такой большой выбор, – размышляла я.
И дело в том, что моя реакция не беспочвенна. Половина его морозилки забита каждым видом мороженого, которое я могла припомнить. Оно было все идеально сложено в линию, словно мы находились в кафе-мороженом.
– Ну, ты не сможешь ошибиться с шоколадом, – прошептал он, обхватив мою грудь руками через его рубашку. Теперь я все время носила его одежду. К счастью он, казалось, не возражает.
– Что? – спросил он, как только подавил смех.
Я протянула руку, вместо этого взяв ведерко ванильного, прежде чем вывернуться из его рук.
– Ничего.
– Ты ужасная лгунья, – сказал Леви, последовав за мной в гостиную. Я запрыгнула на его серый диван... мы уже сломали его по крайней мере четыре раза.
– Тот комментарий о шоколаде... это звучало, как что-то из порно 80-х годов.
– Ну, извините! Как ребенок 80-х, я не уверен, что сказать по этому поводу...
– Разумеется, – упрекнула я, опустив свою ложку в ведерко. – Но 90-е были намного лучше.
Леви рассмеялся, съев мороженое с моей ложки, прежде чем я успела это сделать.
– Ох, да ладно! Весь этот секс запудрил тебе голову.
– Ты шутишь? Сотовый телефон...
– В 80-е тоже были сотовые телефоны, ты же знаешь.
– Тот булыжник, который все носили с собой, как пещерные люди, не считается сотовым телефоном, – проинформировала его я.
– Мое поколение испытало технологию, поэтому вы смогли иметь красивый раскладной телефон, – ответил он. – В 80-х Мадонна была восхитительна, а также были New Kids on the Block7. Вдобавок ко всему Уилл Смит стал «новым принцем»8, и на вершине этого «Симпсоны»...
– «Симпсоны» вышли в 1989 году, тем самым они относятся к 90-м.
– Что идет после числа 19? – он наклонил ухо ко мне.
– Это называется округлением в большую сторону.
Он выпучил глаза от моих слов.
– В 80-х был Клуб «Завтрак».
Проклятье.
– В 90-х был Клуб «Завтрак» .
Он замолчал на мгновение, выглядя потрясенным.
– Ты только что сравнила оригинальный Клуб «Завтрак» с его продолжением?
– Ну, ты не можешь просто бросить карту «Клуб «Завтрак»» на стол вот так, по крайней мере, не подождав пока я не перечислю еще несколько фильмов из классики 90-х, ты зануда, – надулась я, зная, что повержена.
– А у меня еще припасена карта в виде Майкла Джексона, поскольку альбом «Thriller»10 был отпадным.
По какой-то причине я ощущала себя так, словно подвела все свое поколение. Хмурясь, я полностью набила рот мороженым. Леви посмотрел на меня, ожидая моего возражения, но мой мозг был столь же заморожен, как и мороженое, которое я поглощала.
– Не имеет значения, что ты говоришь, я не присужу 80-м поб...
Он поцеловал меня, прежде чем я смогла закончить.
Я оперлась спиной на подлокотник дивана, после чего обхватила руками его за шею, когда Леви навис надо мной.
– В 90-х была ты, – сказал он, теперь его голос смягчился.
– Ты подлизываешься ко мне, – надула губы я, когда он расстегивал пуговицы моей рубашки. – Умный ход, мистер Блэк.
Он усмехнулся, уже целуя мою грудь.
– Я тоже так подумал.
Закрыв глаза, я уронила мороженое..., в любом случае он заставил меня дрожать сильнее.
От сов Леви.
Она храпела. Это не было громко или неприятно; на самом деле это было отчасти мило. Она закутана в простыни, а ее ноги слегка выглядывают, и она держится за мою руку, пока спит, но я не возражаю. Странно, что не возражаю. Я действительно немного знаю о ней, но мне очень хотелось бы узнать ее.
– Я чувствую, что ты пялишься на меня, – прошептала она, когда зашевелилась под простынею.
– Ты храпишь.
– Я не храплю! – сразу же ответила она, звуча смущенной и обиженной от моего замечания.
Я рассмеялся.
– Ты храпишь.
– Знаю, – сдалась она со смехом, закрыв лицо руками.
Я засмеялся вместе с ней. Ее смех заразителен.
– Все в порядке, это на самом деле мило.
Она посмотрела на меня всего мгновение, словно пытаясь понять, но с небольшим вздохом все же сдалась и поднялась со своего места, после чего слезла с кровати, потянув простынь с собой.
– Я собираюсь принять душ.
– Хорошо, тогда я приготовлю нам что-нибудь поесть, – сказал я, уже встав на ноги.
Она остановилась, повернувшись ко мне.
– Ты еще и готовишь?
– Да?
– Пожалуйста, скажи мне, что только яйца или что-то вроде того.
– Что? Нет, я умею готовить.
– Черт побери, Леви, мне нравится, когда мои мужчины чуть менее идеальны, если такое вообще возможно!
– Хочешь, я сожгу одну сторону твоего тоста?
– Было бы неплохо, – она сверлила меня взглядом, и я быстро поцеловал ее в губы.
– Не волнуйся Тея, я и близко не похож на идеального.
– Так ты говоришь.
Она поцеловала меня в ответ еще раз, прежде чем направится в ванную.
– Ты удивительно странная, кто-нибудь говорил тебе об этом?
– Это часть моего очарования, мистер Блэк.
Засмеявшись, я покачал головой и направился в кухню. Интересно, она правда хочет, чтобы я сжег ее тост.
– Я просто сделаю один подгоревший, а другой нормальный.
Что происходит со мной?
От слов Теи.
Пока Леви на кухне делал для нас завтрак, я знала, что у меня есть, по крайней мере, двадцать минут для себя. Взяв свою сумку из-под его раковины, я взяла щипцы для завивки, гель для бритья и дезодорант вместе со всеми остальными принадлежностям, которые мне потребуются, чтобы я смогла все еще казаться проклятой леди.
Этим утром я чувствовала колючесть своих ног, и мне захотелось провалиться сквозь землю. Вчера я планировала побриться, но он присоединился ко мне в душе, и уже в который раз я забыла все, что предполагала сделать со своей жизнью.
Что не так со мной?
Я глубоко вздохнула, включив душ.
Я не знаю так уж много о нем, но хочу этого. Когда мы впервые задумали этот недельный роман, то честно говоря, я думала, что это будет просто секс, быстрые милые разговоры, возможно немного еды, и затем мы занимались бы своими делами до следующего дня. Но вместо этого, мы расстаемся только на несколько часов, которые ощущаются, как вечность.
– Я становлюсь зависимой, – признаюсь себе. – Я становлюсь слишком зависимой от Леви Блэка.
Это должно беспокоить меня больше...
– Аййй, черт! – закричала я от того, что порезалась рядом с пяткой.
– Тея? Ты в порядке?
Я ничего не ответила всего мгновение, стараясь не закричать. Это больно, как мать...
– Тея? – позвал он, открыв дверь.
Почему я не заперла дверь? Проклятье! Разве я не могу просто побыть немного сексуальной хоть иногда?
– Все хорошо, – крикнула я. – Просто немного порезалась...
Он открыл занавеску, и я инстинктивно скрестила руки на груди в попытке скрыть свою наготу и, пытаясь удержать равновесие, стоя на неповрежденной ноге. Я, вероятно, выгляжу, как идиотка.
– Выходи оттуда, у меня есть средство для обработки раны.
– Серьезно Леви, я в порядке.
– Посмотри вниз, – дал указание он.
Когда я посмотрела, то мне просто захотелось спрятаться на всю оставшуюся жизнь. Наблюдать, как моя кровь проливается впустую, окрашивая его ванну... это было отвратительно.
– Хорошо, – вздохнула я.
Я попыталась выйти из душа, но он встал передо мной и поднял. Со мной на руках он взял два полотенца из шкафа, и мы направились в спальню. Сидя на кровати, я обернула одно из полотенец вокруг себя, в то время как он прижал другое к моей истекающей кровью ноге.
Смотря на него, я заметила, что он одет в повседневные пижамные штаны и легкую хлопчатобумажную рубашку... но на нем также были и очки.
Даже когда он не пытается быть сексуальным, то все равно сексуален, в то время как я с другой стороны наоборот пыталась показаться сексуальной, но вместо этого больше походила на Эдварда Руки-ножницы по отношению к своей ноге.
Черт подери, мою жизнь.
– Извини, – пробормотал он, как только я вздрогнула, оттого что крем коснулся моей пятки.
– Ох, пожалуйста, только не извиняйся, это итак достаточно неловко. Так сильно я старалась быть сексуальной, – вздохнула я.
Леви на мгновение замолчал, смотря на меня, как на сумасшедшую.
– Я зашел в ванную и увидел тебя, стоящую под моим душем, влажную, голую, и красивую. Затем мне пришлось вынести тебя из душа, как настоящий мужчина, а теперь ты сидишь на моей кровати насквозь промокшая, и на тебе нет ничего кроме полотенца. Единственное, что может сделать тебя еще сексуальнее так только это, – сказал он, протянув руку и стянув шапочку для душа.
Черт возьми! Я забыла, что она вообще на мне. Почему, Боже? Почему?!
– Ты сексуальна даже без стараний, – сказал Леви, оставив легкий поцелуй на моей коленной чашечке. – Так что прекрати калечить свое тело ради меня.
Я молчала, позволяя ему закончить перевязывать мою ногу. По крайней мере, я побрила ноги на девяносто процентов, прежде чем поранилась.
– Я закончу приготовление завтрака, а ты пока собирайся, – сказал он, когда отступил от меня.
Приподнявшись, я ухватилась за край его рубашки, и когда села на кровать, то позволила полотенцу упасть. Леви с трудом сглотнул, а его глаза сконцентрировались на каждом сантиметре моего тела.
– Ты нравишься мне в очках, – все, что я успела сказать, прежде чем он поцеловал меня.
Постанывая в его рот, он приподнял меня и передвинул нас чуть дальше на кровать.
– Ты убиваешь меня, Тея, – пробормотал Леви напротив моих губ.
– Боже, надеюсь, что нет. Неделя только начинается! – усмехнулась я, сняв его очки и положив их на прикроватную тумбочку. Я достала коробку презервативов, которую заметила. – У тебя заканчиваются.
– Коробка потрачена с пользой, – ответил он, забрав ее из моих рук, когда я поцеловала его. Ему потребовалось лишь мгновение, после чего он схватил меня за талию и толкнулся в меня.
– Ах... – простонала я, сжимая его.
Когда он сжал мою задницу, то я поняла, что этот раунд не предназначен затянуться надолго, он собирается сделать это жестко и быстро. Леви стоял на коленях, сжимая мои бедра, пока вдалбливался в меня снова и снова.
– Леви, – ахнула я, когда отпустила его и откинулась назад, чтобы ухватиться за изголовье кровати.
Я выкрикивала его имя много раз, но единственное, что он дал мне в ответ на мои крики, выражалось в виде короткого мычания..., пока он не замедлился к моему огромному разочарованию.
– Что ты...? – спросила я.
Открыв глаза, я увидела, как он пристально наблюдает за мной, а легкая улыбка задержалась на его губах. Я знаю, что ему доставляет удовольствие видеть меня умоляющей его. Каждый медленный толчок вперед сводил меня с ума. Я хочу его, и он знает это.
– Быстрее, – потребовала я.
Но он лишь ухмыльнулся, двигаясь медленнее, чем когда-либо.
– Прости, что?
Черт бы его побрал.
Отпустив изголовье кровати, я перевернула его на спину.
– Я сказала быстрее, и если ты не дашь это мне, то я возьму это сама, – сказала я, оставив быстрый поцелуй в центре его груди, перед тем как оседлать его.
– Тея... – ахнул он, когда я начала объезжать его.
Его руки переместились к моей талии, но я смахнула их прочь.
– Тея, – проворчал Леви, его глаза закрылись.
– Видел бы ты свое лицо, – дразнила я его, как он дразнил меня.
Он перевернул меня на спину, его лицо лишь в нескольких сантиметрах от моего.
– Не провоцируй меня, – прорычал он.
– Тогда не сдерживайся.
Это произошло. В любом случае вся сдержанность ушла, исчезла, когда он вновь погрузил себя глубже в меня.
Хлопок.
Хлопок.
Хлопок.
– Да!
Это все, что я могла сказать, но это и все, что должно быть сказано. Его хватка на мне так сильна, что это почти болезненно, и даже это заставляет ощущать все еще лучше.
Притянув его к себе, я поцеловала его снова. Я груба и небрежна, но мне все равно.
– Леви.
– Тея, – прошептал он как раз перед тем, как упасть на меня сверху. – Думаю, что становлюсь зависимым от тебя.
Я рассмеялась.
– Это хорошо, потому что я чувствую то же самое. Давай не отказывать себе в удовольствии.
Поскольку это было греховно во всех уместных способах.