17
— Ты смеешь мне указывать, что делать? — прорычал он, приближаясь ко мне вплотную. — Ты всего лишь пешка в моей игре, и не тебе диктовать мне правила.
— Мне плевать на твои принципы.
Егор остановился.
— Ты требуешь слишком много, — наконец произнес он, его голос звучал глухо и опасно. — Ты еще не моя жена, а уже пытаешься диктовать мне условия.
— Я не пытаюсь, — возразила я. — Я это делаю. Это моя плата за твою сделку. Если ты не согласен, я ухожу. Марко умрет, но я не стану твоей женой. Скорее, сброшусь с этого балкона.
Он смотрел на меня долгим, изучающим взглядом. Я не знала, что он думает, но чувствовала, что он близок к тому, чтобы отказаться. Его брови сошлись на переносице, и мне показалось, что я знаю этот взгляд. Мгновение и он выпустит пулю мне в лоб. Мое сердце бешено колотилось, но я старалась сохранять спокойствие.
— Хорошо, — сказал он, наконец. — Я согласен. Я гарантирую безопасность твоей семьи. Марко получит лучшее лечение. И я положу конец вражде с Сицилией. Но помни, — он шагнул еще ближе, его голос звучал как шепот, когда он наклонился к моему уху.
— Ты теперь моя. Тело. Разум. Душа. Воля. Всё это моё. И если ты попытаешься меня обмануть, я уничтожу все, что тебе дорого.
Звучали ли его слова, как приговор? Возможно.
Егор усмехнулся, его взгляд не выражал ничего, кроме торжества. Он протянул руку и сжал мою, его хватка была сильной, почти болезненной.
— Тогда добро пожаловать в мою жизнь, в Каморру, — произнес он. — Ты пожалеешь об этом решении не раз, но пути назад уже не будет.
После его слов в воздухе повисло напряжение. Я чувствовала, как дрожат мои руки, но старалась держать себя в руках. Я знала, что теперь моя жизнь изменится навсегда. Я стала частью мира, о котором раньше даже не подозревала.
— Ты всё ещё готова?
— Ты, черт возьми, решил поиздеваться надо мной?
Егор просто усмехнулся.
— Я отправлю твоей семье небольшой подарок, в качестве благодарности за такую девственную дочь.
Я ошеломленно подняла свои глаза.
— Подарок? - переспросила я.
— Кровавые простыни. Ты же бережно хранила то, что принадлежит мне, я прав, Ангелочек?
Мое тело пробила дрожь. Его слова были хуже пощечины. Это было не просто оскорбление, а демонстрация его власти, его презрения к моим принципам и моей семье. Кровавые простыни – старинный обычай, подтверждающий невинность невесты. Но в данном случае это превращалось в циничный фарс, в унизительное представление для Каморры.
— Ты... ты чудовище, — прошептала я, чувствуя, как к горлу подступает тошнота.
Егор рассмеялся, его смех был холодным и безжалостным.
— Разве ты не знала об этом? Думала, выходишь замуж за святого?
— Да пошёл ты. - я пихнула его в грудь, а затем вылетела из спортивного зала, подавляя гнев внутри себя. В этот раз я даже проигнорировала отвратительный взгляд Дани, скользнувший по мне всего лишь на мгновение.
***
Неделя пролетела слишком быстро. Наверное, потому что Егор всё это время был в Мадриде. В глубине души я надеялась на то, что где-то в тёмном переулке тихих улиц, его также тихо зарежут, но когда Каролина сообщила мне о его прибытии, моё едва хорошее настроение тут же улетучилось. Не хочу врать самой себе, но я до жути боюсь его. Боюсь представлять, что он сделает со мной в первую брачную ночь. Упустит ли он возможность надругаться надо мной? Конечно, нет. Это же Кораблин.
— Мэм, - тихо прозвучала Каролина с охапкой вещей в руках.
— Я же просила не называть меня так. Я Ария.
Она виновата посмотрела на меня. Каролина была запуганной, смазливой девчонкой моего возраста. Она всегда ходила с опущенной головой и смотрела на всех пронзительными стеклянными глазами. Я не знала, что за ними таилось. И наверное, даже не хотела.
– Простите, Ария. Егор Владимирович просил подготовить вас к ужину. Он приедет через час.
Я вздохнула, чувствуя, как в груди поднимается волна тревоги. Ужин с ним. Звучит как начало кошмара.
Каролина разложила платья на кровати. Все они были дорогими, изысканными, но казались мне траурными одеяниями. Я выбрала самое простое – черное платье-футляр, которое, как мне казалось, хоть немного скроет мою уязвимость.
В зеркале я увидела бледное отражение девушки, которая еще недавно жила своей жизнью, мечтала о будущем и верила в любовь. Теперь передо мной стояла тень, загнанная в угол и готовая на все ради спасения близких.
Стук в дверь заставил меня вздрогнуть. Каролина робко посмотрела на меня и вышла из комнаты. В дверном проеме появился Егор. Он был одет в элегантный костюм, но это не смягчало его хищного взгляда.
– Ты готова? – спросил он, его голос звучал холодно и отстраненно.
Я кивнула, стараясь не смотреть ему в глаза. Его присутствие давило на меня, словно тяжелый груз. Я чувствовала себя пойманной в ловушку, из которой нет выхода.
Егор окинул меня оценивающим взглядом, от которого по коже пробежали мурашки. Он ничего не сказал, лишь кивнул в сторону двери. Я молча последовала за ним, стараясь держаться на расстоянии. Мы шли по длинным коридорам, увешанным картинами и зеркалами, каждый шаг отдавался гулким эхом. В этом доме все было чужим и враждебным.
Наконец мы вошли в просторную столовую, освещенную яркими люстрами. На столе был сервирован изысканный ужин, но я не чувствовала ни голода, ни аппетита. А за столом сидели знакомые мне лица. На самом деле, это обрадовало меня. Я всё ещё не любила оставаться с Егором наедине. Даня и незнакомка слева от него весело взглянули на нас, словно был повод для радости. Марк ковырялся в тарелке, не поднимая головы.
Егор усадил меня на стул, и сел рядом.
— Ария, ты, действительно, восхитительна! Именно так я и представляла тебя! Холодная фарфоровая кукла, словно с обложки самого лучшего журнала! Я Алиса. - произнесла она, обнимая меня за плечи, а потом долго рассматривая каждый дюйм.
— Спасибо. - я едва натянула улыбку, не понимая, что это сейчас было? Оскорбление или комплимент?
Вечер начался с натянутых улыбок и светских разговоров. Даня, как всегда, пытался разрядить обстановку своими шутками, но они звучали фальшиво в этой гнетущей атмосфере. Незнакомка, представившаяся Алисой, оказалась очаровательной и общительной, но я чувствовала, что за ее любезностью скрывается холодный расчет. Марк молча ел, избегая моего взгляда, и это меня ранило больше всего. Раньше мы были друзьями, а теперь он словно боялся меня.
— Алиса - супруга Хьюго. Он присоединится позже. - заявил Даня.
Егор внимательно наблюдал за мной, не пропуская ни одной детали. Его взгляд был пронизывающим и оценивающим, словно он изучал меня, как экспонат в музее. Я старалась не обращать на него внимания, но его присутствие давило на меня, словно удавка. Я ела машинально, не чувствуя вкуса еды, и делала вид, что мне интересно слушать болтовню Алисы о последних модных тенденциях. В какой-то момент я почувствовала, как Егор легко погладил моё колено, и мне стало не по себе. В комнате тут же стало душно, мои бледные щеки залил румянец.
Я попыталась убрать его руку, но моя борьба, кажется, лишь забавила его, и он пробирался всё выше и выше, пока Марк внезапно не прервал разговор о последнем модном показе в Милане.
— Почему нельзя было по-человечески поужинать каждому в своё время и в своей комнате? Что за дерьмо? У меня матч сейчас начнется, а я должен слушать бред о гребаном Версаче?
— Егор хотел сообщить нам что-то очень важное, - иронично пролепетал Даня в торжественном ожидании.
В воздухе повисло напряжение, которое можно было резать ножом. Я чувствовала, как кровь приливает к щекам, и старалась не смотреть на Марка, чтобы не выдать свой страх. Алиса с любопытством наблюдала за нами, словно мы были участниками реалити-шоу. Даня нервно кашлянул и попытался сменить тему, но его попытка провалилась.
— Ублюдок. - безмолвно проговорила губами, когда встретила взгляд Егора. На его лице расплылась довольная ухмылка, он убрал руку, поднявшись с места.
— Я знаю.
Егор облокотился о спинку моего стула, глядя на меня сверху вниз.
— Ты почти опоздал, - сказал Даня, когда в столовую забежал Хьюго, в спешке поправляя галстук.
Что за маскарад? Семейка Адамс, черт возьми.
— Займи свою глотку чем-то острым. - усмехнулся Хьюго.
— Прошу любить и жаловаться, новый член нашей семьи - Ария.
Вилка со звоном выпала из рук Марка.
Я почувствовала, как мир вокруг меня рушится. Слова Егора звучали как приговор. Я не могла поверить, что это происходит на самом деле. Марк смотрел на меня с болью и сочувствием, возможно, где-то в глубине виднелось призрение. Не я ли говорила ему о том, что скоро вернусь в Италию?
Хьюго и Алиса переглянулись, и я увидела в их глазах смесь любопытства и удивления. Они наслаждались этой сценой, словно были зрителями в театре. Даня попытался разрядить обстановку, но его шутки звучали неуместно и глупо, по всей видимости, он знал. Конечно, у Егора не было секретов от брата.
Вечер окончательно превратился в кошмар. Я сидела неподвижно, как парализованная, не в силах произнести ни слова.
— Это самая неудачная шутка в твоей жизни, - взревел Марк. — Мне стыдно, что я твой брат.
— Марк, не стоит так драматизировать, - спокойно произнес Даня.
— Ария просто станет частью нашей семьи. Ничего страшного не произошло. - продолжил Егор.
— Ничего страшного? Ты издеваешься? - вскричал Марк, вскакивая со стула.
— Ты сломал ей жизнь! Ты отнял у нее все!
Я сидела, опустив голову, и старалась не слушать их спор. Каждое слово ранило меня, как удар ножа. Я чувствовала себя беспомощной и раздавленной. Все мои надежды на спасение рухнули в одно мгновение.
— Поздравляю, Ария. - хмыкнул Хьюго, поднимая бокал с вином. - С новым этапом в твоей жизни. Надеюсь, ты быстро освоишься. Каморра примет тебя наилучшим образом, и у нас не так плохо, как тебе кажется.
Алиса кивнула в знак согласия и улыбнулась мне своей очаровательной улыбкой. Я не могла больше выносить этот маскарад. Вскочив со стула, я выбежала из столовой, не обращая внимания на удивленные взгляды, направленные мне в спину. Мне нужно было убежать, спрятаться, исчезнуть.
Я неслась по коридорам, как загнанный зверь, мои ноги едва касались пола. Слезы застилали глаза, и я почти ничего не видела. В отчаянии я распахнула первую попавшуюся дверь и оказалась в библиотеке. Огромная комната, заполненная книгами от пола до потолка, на мгновение показалась мне убежищем. Я прислонилась к двери, пытаясь отдышаться.
Жена Босса.
Это было отвратительно. Мой самый страшный и худший ночной кошмар.