Я согласна.
Желание быть ближе к Тому усиливалось с каждой минутой, но одновременно с ним росло и стремление убежать от всего этого — от дяди, работы, и самой судьбы, которая будто бы преследовала меня с жестокой иронией. Мой внутренний мир, казалось, разделился на две части: одна стремилась к свободе, другая к ответственности, которая как цепи держала меня здесь.
Я знала, что дядя никогда бы не позволил мне жить спокойно. Но что, если я смогу сыграть по его правилам, чуть схитрить, как это делает Карузо? В моем уме созрел план: притвориться, что я работаю на Каулитцев, а самой снять небольшой дом и пожить там какое-то время. Пусть все думают, что я делаю своё дело, а я буду искать свой путь.
Недолго думая, я спустилась вниз. Карузо сидел над отчетами, которые были хаотично разбросаны на маленьком столе перед диваном, словно отражение его беспокойного ума. Даррен указал дяде взглядом на меня, и тот медленно повернулся, встречая мой взгляд холодным и оценивающим.
— Что ты хотела? — его голос звучал так, будто каждая моя мысль уже была для него предсказуема.
— Я согласна работать с Томом и добывать информацию. Ведь благополучие нашей мафии для меня важнее, чем моральные принципы, — произнесла я тихо, но твёрдо, чувствуя, как внутри меня растёт холодное спокойствие. Это было как решение, принятое на грани, за которой нет пути назад.
— О, Боже! Кажется, нам подменили Ирэн! — усмехнулся дядя, словно не верил, что я могла бы пойти на это. Его насмешка звучала, как вызов, и я встретила его взгляд с недовольством.
— Отлично! Под каким именем ты будешь скрываться?
— Агата Мэйдж.
— Шикарно.
— Он сам обещал помочь мне с жильем. Так что вам не нужно трудиться, — добавила я, держа в уме свои планы.
— Я и не собирался. Когда приступаешь?
— Послезавтра, надеюсь.
— Шикарно! Узнай как можно больше информации, особенно когда будешь сталкиваться с боссом.
— Мне придется сталкиваться с Джоном Каулитцем?
— Конечно. Ты же будешь работать снайпером!
— Хорошо, — ответила я, осознавая, что все начинает складываться в опасную игру, где на кону не только информация, но и моя свобода.
После этого разговора я долго приходила в себя. Мысли и эмоции вихрем кружились в голове, мешая уснуть. Утро для меня перестало быть утром — я проснулась только под вечер, и в этот момент ощутила странный холод, пробежавший по моей коже и оставивший мурашки.
Я с трудом открыла глаза и огляделась вокруг. Комната утонула в темноте, свет словно исчез из этого пространства, и тишина стала густой и давящей. Еле как взяв себя в руки, я поднялась и пошла умываться, пытаясь привести мысли в порядок.
Когда я вышла из комнаты, меня встретила пустота. Нигде не было стражи — только зловещая тишина, нарушаемая лишь легким сквозняком от открытых окон. Дом казался кристально чистым, но это чистота лишь усиливала ощущение нереальности происходящего. Внезапно я услышала голос за спиной и вздрогнула.
— Госпожа Ирэн? — голос был мягким, но прозвучал неожиданно, словно эхо из прошлого.
— А? — я резко повернулась и увидела миссис Эстер, нашу давнюю домработницу. Она была единственным человеком в этом доме, с которым я чувствовала себя по-настоящему спокойно. Её присутствие всегда приносило немного тепла и уюта в этот холодный особняк.
— Ваш дядя уехал в офис, — сообщила она, сдержанно улыбаясь.
— Где охрана? — спросила я, чувствуя, как в груди растет тревога.
— Ох, я сама не знаю... — она покачала головой, и в её голосе послышалась неуверенность, которая настораживала еще больше.
Что-то было не так. Казалось, дом ожидал чего-то, погрузившись в зловещую тишину, и это что-то становилось невыносимо близким.
— Дома так чисто... Спасибо вам за это, — я тепло улыбнулась миссис Эстер, пытаясь выразить хоть немного признательности за её заботу.
— Что вы! Это вам спасибо. Я поставлю чай, — она, как всегда, энергично прошла мимо меня по лестнице, словно годы не властны над её духом.
— Спасибо большое! Не нужно, я сама всё сделаю, — поспешила сказать я, не желая утруждать её лишний раз.
— Дорогая, я буду только рада вам помочь. Убралась утром, теперь слоняюсь по дому как призрак, замечая маленькие пылинки, — её голос был наполнен мягким юмором, и я не смогла удержаться от улыбки.
— Спасибо большое, — повторила я, чувствуя, как её доброта согревает холодные стены этого дома.
— Вам бы лучше переодеться во что-то теплое. Утром на кухне Саманта разлила уксус, и запах пронёсся по всему дому! Пришлось открыть окна, — добавила она, словно заботливая бабушка, которая не может не думать о моём комфорте.
Саманта, наша молодая домработница, ей всего 23 года, всегда была неуклюжей, но добросовестной. Я кивнула и поблагодарила миссис Эстер, прежде чем отправиться в свою комнату искать тёплый свитер.
Отыскав свитер и взяв с собой телефон, я отправилась на кухню. Там меня ждал стол с блинами и чашкой чая, приготовленный с такой любовью, что это тронуло меня до глубины души. Я села за стол и посмотрела на миссис Эстер, которая как раз налила себе чашку чая и уселась напротив.
— Вы, наверное, так устали. Присядьте, поговорим, — предложила я, желая выразить свою благодарность за всё, что она делает для нас.
— С радостью, — ответила она, присаживаясь рядом.
— Как ваше здоровье? Всё хорошо? — спросила я, искренне заботясь о её самочувствии.
— Всё просто отлично, дорогая, — ответила она с доброй улыбкой.
— А Саманта где? — поинтересовалась я, вспомнив о нашей юной домработнице.
— Бедная деточка заболела. Утром тоскалась на кухне, пытаясь найти заварку для чая, — миссис Эстер вздохнула, словно сожалела, что не может помочь больше.
— Я проведаю её, — пообещала я, но она быстро добавила:
— Она уехала совсем недавно к своему кузену Рико.
— Вот как... — протянула я, чувствуя лёгкое беспокойство за Саманту.
— А ты? — внезапно спросила миссис Эстер, её взгляд стал серьёзнее. — Твой дядя говорил, что ты скоро переедешь.
— Да, — кивнула я. — Буду работать на Каулитцев.
Старушка, казалось, поперхнулась от неожиданности.
— На Каулитцев? — её голос дрогнул, и в глазах промелькнула тень беспокойства.
— Дядя приказал. Вы же знаете его, ему лишь бы узнать побольше, чтобы потом использовать в корыстных целях, — я произнесла это с горечью, зная, что она понимает, каково мне приходится.
— Очень жаль, деточка... Очень жаль. Мне казалось, он не отпустит тебя на такое дело! Ты же ещё так молода, — в её словах была искренняя забота, словно она видела во мне свою внучку.
— Всё нормально, — постаралась успокоить её я. — Да и я сама не возражаю уехать поскорее из этого особняка хоть на несколько недель.
— Наверное, несколько дней в Бразилии были для тебя лучшими? — спросила она, пытаясь перевести разговор в более приятное русло.
— Конечно... — вздохнула я, вспоминая те редкие моменты покоя.
— Я буду навещать тебя, детка, — пообещала она, и её голос был полон решимости.
— Приходите, когда пожелаете. Я ведь совсем ослабну без ваших блинов, — подмигнула я, стараясь разрядить обстановку.
Миссис Эстер моментально улыбнулась, и я почувствовала, как напряжение постепенно отступает, уступая место теплу и спокойствию, которое она привносила в мою жизнь.