13.
Захлопнув учебник по истории, Лиса откинулась на спинку стула и сложила руки на груди, окунаясь в воспоминания. Разговор с Розэ никак не желал выходить из головы блондинки, хоть она и пыталась убедить себя в том, что Пак говорила эти грязные вещи про Чонгука только потому, что недолюбливает его.
Манобан всегда заставляла себя думать о том, что Чонгук совершенно ненадёжный, и ей остаётся только ценить то, что он позволяет ей быть рядом, а просить большего – глупо. Но они проводили много времени вместе, даже разговаривали почти нормально, словно и у Чонгука было желание узнать Манобан чуть лучше. Всё это начинало казаться нормальными отношениями, потому что блондинка привыкала к тому, что Чон принадлежит ей, а осознание собственной принадлежности даже нравилось.
Потому верить в слова Чеён совершенно не хотелось, ведь тогда это будет означать, что Чонгук ей изменял. Возможно, со стороны Лисы было несколько самонадеянным считать Чонгук своим парнем, но, несмотря на то, что их встречи длились совсем не долго, она возлагала на него некоторую ответственность.
Именно поэтому девушка решила немедленно сходить к Чонгуку и узнать правду, потому что имела на это право.
Лиса осталась в свободной футболке, заправленной в потёртые домашние джинсы, и стянула резинку с волос, которые рассыпались по спине чуть волнистым водопадом: Манобан знала, что Чонгук любит распущенные волосы. И распущенных девушек.
Может, Чеён была права?
Сомнения одолевали, потому Лиса нервничала, пока решалась позвонить в квартиру Чонов, но всё же нажала на кнопку звонка.
Дверь открыла мама Чонгука, закутанная в тёплый махровый халат: её губы тут же растянула дружелюбная улыбка.
—Лис,привет, ты к Гуку? – было так непривычно слышать такое обращение к Чону, ведь в школе никто не смел коверкать его имя. Блондинка лишь кивнула на вопрос женщины. – Он в своей комнате за компьютером, то ли уроки учит, то ли музыку слушает. Зайдёшь?
—Да, здравствуйте, я ненадолго, – робко ответила девушка, опуская глаза. Мать Чонгука была очень доброй женщиной, но Манобан всегда робела перед людьми, которые были старше её.
—Да хоть на всю ночь оставайся, – лукаво протянула женщина, пропуская Лису в прихожую. Манобан могла поклясться, что её щёки залил предательский румянец.
– Что вы, мы просто…
—Да-да, просто целуетесь у подъезда, просто ходите в школу, держась за руки. Лис, в этом нет ничего такого, я и сама была молода, а с папой Гука познакомилась, когда была твоей ровесницей, так что нечего краснеть, – мама Чонгука ободряюще провела рукой по спине Лисы, подталкивая девушку вперёд. – Да и с Гуком мы недавно на эту тему говорили, он сказал, что вы вместе. А это уже многое значит, правда?
Манобан ошарашено кивнула и пошла в сторону комнаты Чона, пытаясь осмыслить слова его матери. Девушка никак не могла подумать, что парень говорил что-то об их отношениях своей матери.
Чон сидел за столом, что-то увлечённо печатая в ответ на входящие сообщения. То, что Лиса стояла позади него, он не слышал, так как был в наушниках.
Девушка осторожно подошла к нему сзади, дотрагиваясь холодными пальчиками до тёплой шеи парня, улыбнувшись тому, как внезапно он вздрогнул. Малышка обвила его шею ручками и прижалась своей щекой к его щеке, согревая горячим дыханием кожу. Он без слов дотронулся до её волос рукой, закрывая окно переписки с Чимином (как любая девушка, Манобан всё успела разглядеть), не спрашивая, кто это: парень сразу же узнал запах своей девчонки.
—Ты чего тут, Лис? – просто спросил Чон, разворачиваясь на стуле и усаживая блондинку к себе на колени. Не дождавшись ответа от Манобан, парень прижался своими губами к её, проводя ладонью по выпирающим косточкам её позвоночника. В этот раз Лиса не постеснялась проявить инициативу, и сама проникла язычком в рот Чонгука, вызывая его одобрительный стон. Их медленный поцелуй длился совсем недолго, потому что Чон прервал его, выжидающе глядя на блондинку. – Просто соскучилась? Или по делу?
– Скорее и то, и другое, Егор, – взволнованно прощебетала девчонка, опустив глаза. – Но больше по делу, если честно. Просто так я бы не стала тебя отвлекать.
– Что случилось?
—Я разговаривала с Чеён сегодня, – она пыталась разгадать реакцию парня, но так и не увидела никаких изменений – он словно застыл. А ещё не узнала, каких усилий Чонгуку стоило сделать так, чтобы ни один мускул не дрогнул на его лице. – Она сказала о тебе что-то очень неприятное.
Чону хотелось зарычать от досады, но он продолжал нежно гладить волосы блондинки, которая доверчиво всматривалась в его глаза. Он не имел права сорваться, иначе она поймёт. Рано или поздно она узнает, но сейчас он не был готов проверять на прочность доверие Лисы.
—Что же? – пытаясь сделать вид, что совсем не понимает, о чём речь, спросил парень.
—Что она видела тебя с другой девушкой. На вечеринке у Дженни ты целовался с кем-то, – девушка увидела нотки злости в его глазах, и почему-то почувствовала себя виноватой. – Я не берусь утверждать, но мне так Розэ сказала.
—И ты, конечно, ей поверила, – сквозь зубы процедил Чон, хотя не понимал, почему злится: он ведь сам облажался, да и было бы странно, если бы Лиса вот так сразу прониклась к нему доверием.
—Если бы поверила, то меня бы здесь не было, верно? – она осторожно огладила его щёку и чмокнула в нос, снова отстранившись. – Скажи, что Пак неправду сказала, пожалуйста.
– Она сказала неправду, – спокойно ответил парень, уверенно глядя в глаза блондинки, подумав о том, что совсем ей не соврал. Лишь выполнил просьбу Лисы.
***
Чон нервно затягивался сигаретой, выискивая глазами среднего роста брюнетку из толпы школьников, идущих к школе. Пак уже очень скоро показалась на горизонте, и Чон громко окликнул её: парень знал, что не пересечётся с Манобан, потому что уже отправил её на урок, она же и сказала, что Чеён сегодня немного опоздает.
—Чего тебе, Чон? – устало выдохнув, сказала брюнетка, встав напротив парня. – Хотя, кажется, я уже догадываюсь, о чём сейчас пойдёт речь.
—А не будет никакой речи, я лишь хочу сказать, что мне жутко хочется надавать тебе по твоей хорошенькой головке, чтобы больше не смела лезть не в своё дело.
—Правда? Если бы ты узнал, что Чимину изменяет его девушка, ты бы промолчал?
—Я Чимина знаю уже много лет, ты же с Лисой ещё и месяца не знакома, не корчи из себя офигенную подружку, – процедил парень, выкидывая дотлевшую сигарету. – Ты никакого права не имеешь лезть туда, куда тебя не просят, ясно? Со своей личной жизнью лучше разбирайся, хорошо?
Пак сердито фыркнула и сложила руки под грудью, вздёргивая подбородок.
—Как бы сильно ты бы меня не раздражал, если бы ты нормально обращался с Лисой, я бы не стала ничего иметь против ваших отношений. Но я не могла не сказать ей, что ты конченный урод, уж извини.
– Извинения приняты, Пак. Манобан не поверила тебе, в любом случае, знаешь?
Чеён нахмурилась и недоверчиво помотала головой, потому что была уверена, что всё переосмыслив дома, Лиса сделает правильные выводы.
– Ты шутишь?
—Нет, не шучу. Можешь не удивляться, если сегодня Манобан не захочет с тобой разговаривать. И дело вовсе не в том, что она устала работать ротиком вчера: всему виной серьёзная обида из-за твоего вранья. Как же ты посмела оклеветать её возлюбленного, а? – приторно сказал Чонгук, вызывая в брюнетке ещё большее отвращение. Она искренне не понимала, как Лиса могла влюбиться в такого гнилого человека.
Например,от Чимина так и веяло силой и уверенностью, девушка сравнивала его с тигром, а если провести параллель с небезызвестным мультфильмом «Маугли», то в глазах Пак Чон был шакалом – гадким, скользким существом.
– Рано или поздно она узнает, Чонгук.
—Рано или поздно мне станет на неё плевать, Пак.
Она ещё долго сверлила его злым взглядом, наталкиваясь на стену его равнодушия. Он был ей отвратителен. Чеён боялась, что Чонгук окончательно погубит её светловолосого ангела.
***
Чон опаздывал на урок, потому что в кабинете, в котором должно было быть первое занятие, никого не было: он вернулся в холл к расписанию и увидел, что их временно объединили с параллельным классом на уроке истории, из-за перемещения урока ввиду болезни одного из преподавателей.
Аудитория,в которую направлялся русоволосый юноша, вполне могла вместить два больших класса, поэтому он не переживал о том, что все места будут заняты.
Чон извинился за опоздание и окинул класс быстрым взглядом, с улыбкой отметив, что Чимин сидел с Пак, а Манобан выжидающе хлопала глазами, глядя на вошедшего Чонгука: рядом с ней место пустовало, видимо, она ждала именно его.
Парень уверенно приблизился к парте и сел рядом, ободряюще улыбнувшись блондинке. По инерции он перевёл взгляд на своего друга, который украдкой наблюдал за Пак: Чеён копалась в своём телефоне, скрывая своё лицо от шатена волосами, а он то скользил взглядом по её хрупкой шее, то заинтересованно пялился в экран её телефона. Влюблённый идиот.
Лиса что-то медленно записывала в свою тетрадь, пока Чонгук со странным любопытством наблюдал за движением её руки. Ему нравились её руки. Маленькие, аккуратные, с нежной кожей и тонкими запястьями – они казались ужасно хрупкими, но он знал, насколько сильно она могла сжимать их в кулачки в проявлениях страсти. Он любил прикосновения этих рук.
—Хорошая девочка, всё пишет, – прошептал парень, скользя рукой по её бедру, обтянутому плотной джинсовой тканью: Чон остро почувствовал сожаление от того, что из-за мороза Лиса не имела возможности носить юбки. Он бы поиграл сейчас с ней с превеликим удовольствием, проник бы пальцами в её трусики, заставил бы кончить, чтобы посмотреть, как она будет вести себя во время оргазма. Закричит ли, наплевав на всех вокруг, или тихо зажмурится, пытаясь совладать со своим нутром.
—Да, плохому мальчику тоже бы не помешало это делать, – тихо ответила девушка, воровато озираясь по сторонам. – Чонгук, прекрати, вдруг кто-то увидит?
Руки парня уже переместилась на внутреннюю часть бедра девушки, доставляя удовольствие даже сквозь джинсовую ткань. Манобан прикусила нижнюю губу, и украдкой повернулась к парню, который смотрел только перед собой, задорно ухмыляясь. Девушка крепко сжала бёдра, не позволяя Чонгуку двигать рукой.
—Всё-всё, малыш, я больше не буду, – Лиса расслабила ноги и выдохнула, тут же пожалев об этом: рука парня двинулась ещё выше, почти достигая её ширинки. – Но при одном условии: сегодня вечером ты должна будешь отработать то, что заставила меня прекратить эту маленькую игру.
– Я сделаю всё, что угодно, только перестань.
—Как скажешь, – как и обещал, Чонгук убрал руку, продолжая улыбаться: сегодня вечером родители должны были уехать в Тэгу по работе, а это значило, что эту ночь он проведёт с Манобан. Это значило, что этой ночью он будет до одури счастлив просто потому, что сможет слушать её охрененные стоны, которые необязательно будет сдерживать.
***
Чеён не знала, зачем решила напиться. То ли всё, что происходило вокруг, так сильно задрало, что нервная система перестала справляться, то ли ей просто нужен был повод прийти к подъезду Чимина, где как раз она и допивала бутылку вина. Алкоголь на неё всегда влиял очень сильно, не только из-за маленького веса, но и потому, что выпивала она крайне редко. Потому, испив почти литр вина, она была уже совсем никакой: а пьяным все можно, верно?
Девушка услышала скрип шагов, надеясь, что это не кто-то из родителей Чимина. Подняв глаза, она увидела Чимина, который неверяще всматривался в её фигурку.
—Пак Чеён,ты с ума сошла? – он тут же осекся, заметив практически пустую бутылку в руке девчонки. – И чего ты пьянствуешь?
—Просто так, Чимин! Мне что повод нужен, чтобы нажраться? – Чеён глупо улыбнулась и опрокинула в себя остатки красного полусухого.
—Нет, тебе, конечно, не нужен, – Денис вытянул из её руки пустую бутылку и отнёс к ближайшей урне. – Ты как домой в таком виде собиралась идти?
—Тебе-то какое дело? – небрежно ответила Пак, но потом, прищурившись, перевела затуманенный взгляд на Чимина. – В смысле собиралась? Я и сейчас собираюсь.
– Ты думаешь, я тебя пущу одну в таком состоянии?
—А родители?
—Их нет дома, я один сегодня, – спокойно ответил парень, помогая девчонке подняться со скамейки. Он знал, что в любом случае бы не позволил ей остаться на улице, или же отправиться одной домой. Даже если бы он решил её проводить, Пак не хотел бы, чтобы Чеён предстала такой перед родителями, поэтому повести её к себе домой оказалось единственным правильным выходом. Но то, что брюнетка, которая будоражит его нутро одним своим прикосновением, сейчас проведёт ночь с ним в пустой квартире, наталкивало на далеко не хорошие мысли. В голову лезли либо предстоящие ночные мучения от того, что Чимин будет знать: самая желаемая им девушка сейчас совсем рядом, либо какая-то похабщина, которая, впрочем, утром покажется ещё более отвратительным вариантом.
Когда ребята вошли в квартиру, Чимин участливо помог Чеён разуться, снял с неё верхнюю одежду и дал полотенце, отправив в ванную умываться.
Без косметики Чеён была похожа на совсем юную девчонку, и почему-то такой нравилась ему ещё больше. Такая домашняя и нежная, можно было на минуту представить, что она его.
—Ты меня бесишь, Пак Чимин, – немного заплетающимся языком сказала Чеён, садясь на кровать в его спальне: то, что он постелил ей на диване в гостиной, девушку мало волновало. Опьянение придавало смелости, потому Пак, забравшись с ногами на постель парня, переползла поближе к нему, лежащему на спине, и села верхом, упершись на руки по обе стороны от его головы. – Вот ты чего добиваешься, а? Сам ведь не можешь без меня, зачем мучаешь нас обоих?
—Давай я тебе всё ещё раз объясню, когда ты будешь трезвой, хорошо? – Чимин хотел взять её за запястья и отстранить от себя, чтобы отправить в комнату, но как только дотронулся до тёплой кожи её рук – замер. Сам не зная, почему. – Чеён, прекрати этот цирк.
—Цирк ты устраиваешь каждый день, когда нос от меня воротишь, а потом разглядываешь меня с маниакальным интересом во время уроков. Если я этого не замечаю, не значит, что этого не могут замечать другие.
Чимин сразу же понял, о ком идёт речь, потому что не раз замечал, что за ним во время уроков наблюдает Лиса.
—В любом случае, я тебе объяснял причину, Розэ.
—И причина в том, что тебя сжирает чувство стыда от того, что спал с другими девушками, пока меня не было?
– Не только, но это самое существенное, пожалуй, – устало ответил Чимин, закрывая глаза.
– Я не говорю, что мне плевать на это, но это совершенно не повод отталкивать меня. В конце концов мы не были парой, Чимин. Что за дебильное самопожертвование?
—Чеён, я не могу тебе нормально рассказать, что я чувствую, потому что ты всё равно не захочешь понять.
—Знаешь что, Пак? Я сейчас сделаю так: соберу свои шмотки, оденусь, позвоню любому знакомому парню и предложу ему себя. Запишу на видео, как занимаюсь с ним сексом, и пришлю тебе, чтобы ты мог сказать – «мы квиты, Чеён, ты тоже спала с другим». Как тебе такой вариант? – ядовито прошипела девчонка, наклоняясь ниже.
Чеён почувствовала, что одна рука Чимина соскользнула с её запястья и больно сжала её правую ягодицу, вынуждая наклониться ближе. Другая его рука зарылась в её волосы на затылке, потому лицо Чеён сейчас было в паре сантиметров от лица Чимина.
—Только попробуй сказать ещё что-то в этом духе, Пак. И я не знаю, что с тобой сделаю, ясно?
Этим «что-то», по-видимому, был последовавший горячий поцелуй.