Мученица

☽☭☾

Не день, а суматоха сплошная. И почему именно сегодня в школе решили устроить дискотеку в честь надвигающегося праздника? С самого утра Кира на нервах. Завтра Новый год, нужно готовиться, а в школе три дня назад сказали, что для всех классов тридцатого декабря собираются устроить дискотеку. При этом от каждого класса обязательно должно быть хотя бы одно выступление! Танцевально-песенный конкурс собираются оценивать, а победителей награждать дешёвыми грамотами из магазина канцтоваров и сладкими подарками. Ведущие Снегурочка и Дед Мороз в лице химички и физрука должны были вести праздник.

Для младшей школы утренник уже прошёл. Средняя школа вот-вот заканчивала своё празднество, поэтому скоро нужно было выдвигаться. Отец всё поторапливал Киру, чтобы она поскорее уже собралась, ведь он планировал отвезти её тогда, когда придёт пора забирать Риту с праздника. А вот старшие классы, начиная с девятого и заканчивая одиннадцатым, начинают дискотеку в шесть вечера.

Часы пробили ровно пять вечера, а Кира ещё даже не оделась. Стояла в одних чёрных колготках и белье с бигудями на голове, пытаясь наскоро нарисовать чёрные стрелки, но они, как назло, выходили одна кривее другой.

В дверь постучали и она начала открываться без разрешения от хозяйки комнаты. Кира от испуга вздрогнула, косая чёрная полоса очертила линию от глаза до уха.

— Я голая! — взвизгнула Кира, спрятавшись за дверцу шкафа.

— Ой, я... прости! — послышался сконфуженный голос отца, который моментально прикрыл дверь. Разговаривал через щёлку. — Ты там скоро? Время уже!

— Да знаю! Хватит спрашивать каждые десять минут, отвлекаешь только! Не лезь!

— Как она разговаривает... — причитал Иван, прикрыв дверь. — Вот же выдерга...

Кира закатила глаза и снова посмотрела в зеркало на внутренней стороне дверцы шкафа. Сжала челюсти, губы раздражённо выгнулись. Она взяла уже почти полностью измазанную чёрным вату, чтобы стереть всё к чёртовой матери. Растёрла все глаза до жжения кожи, посмотрела на себя и зарычала. Выглядела как чумазый енот с этими чёрными пятнами вместо глаз. Постаралась аккуратней подтереть по краям, чтобы этот недо-панковский макияж выглядел приемлемо.

Кира уже совсем распсиховалась, когда ничего у неё не вышло и веки были просто чёрные. А стрелка на часах раздражающе громко тикала, намекая, как сильно она уже опаздывает. Будто стоит над душой и нервно ногой притаптывает, поторапливая. Намазала наскоро тушью ресницы, бросила в сумку свой вишнёвый блеск и стала натягивать тонкую блузку винного цвета. В зеркале оглядела себя и поняла, что в этой блузке она как голая — всё просвечивает. Поэтому наскоро вытащила короткий чёрный сарафан. Гладить времени не было, надела так, как есть — помятый, как из жопы, как сказала бы мать. Но белый лифчик некрасиво просвечивал и выглядывал из-под лямок сарафана. Решила снять.

Сорвала с волос бигуди, которые запутались в локонах, наскоро расчесала и покрасивее уложила на одну сторону. Объём был бешенный, но выглядело немного нелепо, будто косила под Мэрилин Монро. Кира махнула рукой на причёску.

Подтянула колготки, а ноготь, как специально, зацепился и пустил стрелку.

— Да бля-я-ять... — зарычала она, посмотрев в потолок и глубоко дыша, чтобы не разнести комнату от злости. В отражении она оценила ущерб. Если сарафан не задирать, то стрелку не видно, поэтому она замазала её прозрачным лаком для ногтей, чтобы не полезла дальше.

Когда она, наконец, выскочила из дома и впопыхах запрыгнула в машину к отцу, уже уставший Иван тут же дал по газам. Марина тем временем собирала одежду для стирки в комнатах дочерей. В комнате Киры она не сразу обратила внимание на оставленный телефон на прикроватной тумбе. Взяла в руку подарок для дочери, нажала на кнопку и увидела, что телефон не был даже разряжен. Нигде не было от него зарядного провода. Видимо, она его даже не использует. Марина тяжело выдохнула, положив телефон на место и поудобнее перехватила тазик с грязной одеждой. Взяла скиданную на стул школьную форму и вытащила из рюкзака спортивную одежду.

— Просила же унести всё в стирку, — под нос пробубнила Марина. Остановилась у двери, оглядывая комнату Киры. Губы тронула робкая улыбка, будто боялась, что кто-то увидит. Обласкала мягким взглядом, какой никогда не видели дочери, всё добро старшей — все кубки и медальки на полках, разбросанные везде музыкальные кассеты, развороченную коробку с набором лаков для ногтей на полу, раскиданные на всех поверхностях любимые книги.

От тоски в улыбке Марины можно было самому в депрессию впасть. Перед глазами появились образы из детства Киры. Как она носилась везде, что не догнать — непоседа настоящая. Смеялась звонко и заразительно. Всегда у неё были круглые и румяные щёчки. Играть любила на улице, в особенности в резиночку или догонялки. Обожала лето. Обниматься любила. А Марина никогда не могла заставить себя стерпеть детские нежности. Не могла она перебороть себя. Не могла дать любовь своему первому ребёнку, который так отчаянно цеплялся за любую возможность быть ближе к маме.

Но Марина не чувствовала себя мамой.

Никогда.

В этой жизни у неё было лишь одно предназначение. И это не материнство.

Иногда завидовала своему мужу в том, что у него хоть какие-то чувства есть.

Но ведь она тоже человек. Разве можно её судить за то, что она не чувствовала? По крайней мере... она делала всё, чтобы обезопасить своего ребёнка.

Сморгнула наваждение, потёрла горло, в котором встал ком, и ушла.

☽☭☾

Кира старалась ровно намазать губы вкусно пахнущим вишнёвым блеском. Но это было проблематично, когда машина тряслась и подпрыгивала на ухабах.

— Можно осторожнее? — недовольно проворчала она, скосив недовольный взгляд на водителя.

Отец неодобрительно оглядел её внешний вид и шубу Марины на плечах.

— Мать позволила надеть шубу? — решил он развеять неловкое молчание.

— А я и не спрашивала, — Кира криво улыбнулась отцу. Иван покачал головой, озадаченно погладив бороду. — Надеюсь, и ты не скажешь.

— Мгм, — он кивнул, пытаясь обруливать все ямы на дорогах, лишь бы дочь не психовала. Оглядел её внешний вид и нахмурился. — А что, платья подлиннее нынче не в моде? Почему в колготках драных?

Кира посмотрела на ногу и цокнула языком, прикрывая сарафаном стрелку.

— Я торопилась. И нет. Не в моде.

— А чего накрасилась так сильно? Тебе всего семнадцать.

— Да что ты прицепился? У нас дис-ко-те-ка!

— Не пойму я вас, молодёжь.

— Как дед старый говоришь, — хмыкнула она, убрав блеск в сумку. — Никто и не просит понимать.

— Весь день язвишь... — покачал он головой.

Кира сконфуженно скрестила руки на груди и посмотрела в окно на пролетающий уже темнеющий лес.

— Надеюсь, сегодня без происшествий всё пройдёт, — сказал Иван напоследок, когда они приехали к школе. На крыльце школы уже стояли Рита, Соня и Вика. Они подбежали к машине, когда Кира вышла из машины, ничего не ответив.

— Кира?! Мама шубу дала тебе?! — возмутилась Рита, обиженно осмотрев Киру. В шубе и объёмной укладкой её было не узнать.

— Ага, привет, девочки.

— Привет, Кир, — поздоровалась за всех Вика, Соня помахала приветливо.

— Вы там садитесь или что? — крикнул им Иван из приоткрытой двери.

Девочки уселись, и уже уставший от бесплатной работы таксистом Иван увёз всех по домам. Кира с облегчением выдохнула и ушла в укромное место, чтобы перекурить. Снег медленно оседал на мохнатых плечах и волосах. Кира смотрела на тёмное небо и наслаждалась тем, как с каждой затяжкой расслаблялись мышцы. Идти не хотелось. Как вспомнит, что ей придётся участвовать в этом дурацком танце, который поставила Катя для всего класса, в дрожь бросало. Ещё переодеваться в дурацкий "костюм" — белая блузка, белые колготки и белые юбки. Пацаны отказались участвовать вообще. Поэтому девочки отдувались за всех.

В школе она сразу же направилась в кабинет, который оккупировали её одноклассники для подготовки к выступлению. До начала осталось меньше часа. После всех выступлений уже будет обычная дискотека, где подросткам разрешили организовать танцы и фуршет с кучей закусок и напитками.

Кира зашла в галдящий класс, на ходу стаскивая шубу и расстегивая молнию сарафана. Сбросила вещи на первый попавшийся стол. В классе тут же воцарилась тишина. Кира обернулась, пальцы застыли на молнии на груди. Расстегни она ещё больше, было бы видно голую грудь через просвечивающую блузку. Хоть и вываливаться было нечему, однако не хотелось бы, чтобы все мальчики, что сидели в классе, видели её.

— Ты почему опаздываешь?! — раздражение Кати вмиг распространилось на всех девочек вокруг. Стадо.

Её подружки едким взглядом осматривали Киру, Алёна картинно вздохнула, будто смертельно устала. Большинство девочек уже переоделись и они красились.

— Где я опоздала? До выступления почти час, — фыркнула Кира, когда Катя закатила глаза.

— Баюнова, ты давай, продолжай! Сиськи показывай, тебе же не привыкать, — заржал Бабурин, развалившись на парте неподалёку. Кира моментально застегнула молнию сарафана.

— Ты какого хера тут сидишь? Вообще-то нам с девочками надо готовиться. Свалил, — девушка указала пальцем на дверь.

— Слышь! А ты чё раскомандовалась тут? — Бабурин медленно поднялся с места и направился к Кире. Чем ближе он подходил, тем выше Кира задирала голову. И тем сильнее хотелось зажать нос. — Не ахуела?

— Съебался от неё, — раздалось с конца класса.

Кира и Семён одновременно повернули головы в сторону. В самом конце у окон парни в полукруг расставили стулья вокруг парты и играли в карты. Рома сидел прямо посередине, как натуральный Дон Карлеоне из того самого фильма, а вокруг него его шестёрки, все в чёрном. Мафиози, мать их.

Баюнова от голоса Ромы не сдержала смущённой ухмылки, отвела взгляд. Почему-то приятно стало.

— Чё, вещь твоя? — Семён сунул руки в карманы. Осмелел. — Я слышал, она вроде как общая. Всем подряд же даёт. Ты бы подумал хорошенько, Ромыч, кого защищаешь...

Рома долго молчал. Буравил взглядом этого остолопа. Но взгляда ему недостаточно, чтобы угомонился. Пятифанов медленно поднялся на ноги. Подошёл вплотную к свину. Несмотря на то, что Рома был ниже, Семён сконфузился. За ними всё время молча наблюдали Бяша, тряся ногой под столом. Казалось, давай отмашку — сорвётся с цепи.

— Исчезни.

— Да чё ты сделаешь?.. — Семён всё пытался артачиться, но выглядел уже не таким уверенным в себе. — Или мне, может, и тебе хлебало начистить как Бяшке?

— Э, говноед, ты чё там пиздишь?! — рявкнул Бяша, вскакивая с места и мигом оказываясь рядом с другом. Антон вставать не спешил. Знал, что при девочках они ничего устраивать не будут. — Ты только с пидорами с чужой деревни смелый такой, на! Раз на раз либо зассышь, либо сдохнешь от страха!

— Да я тебя!..

— Не думай, что я забыл, что ты сделал, — тихо обронил Рома, исподлобья вглядываясь в прыщавое лицо Бабурина. — Всем. Я с тобой ещё не поквитался, уёбок. Так что ходи и оглядывайся.

Семён отшагнул. Посмотрел как-то затравлено на Бяшу, а затем на Киру. Фыркнул и вышел из класса.

Рома внимательно проследил за ним, пока дверь не закрылась. Подошёл ближе к Кире.

— Нормально всё? — уточнил он негромко, коротко сжав её острый локоть пальцами. Это не ускользнуло от цепких глаз Кати Смирновой, которая отвлеклась от макияжа, что должна делать Алёне. Алёна шикнула на неё, чтобы продолжала. Далее Катя водила кистью по векам одноклассницы с остервенением.

— Ага. Доблестный такой, — Кира хитро улыбнулась и обернулась на всех остальных одноклассников. Рома не отводил взгляд от её глаз. Они выглядели ещё чернее, хотя куда больше. — А вы, господа, пойти за Бабуриным не хотите? Нам переодеться нужно.

— А чё мы-то должны уходить? — возмутился Женя, у него даже карты из рук выпали. — Вон, другие в толчок ходили переодеваться.

— Потому что вы все охренели уже совсем! — Кира взмахнула руками, шлёпнув себя по бёдрам. — Почему мы, мало того, что отдуваемся за всех вас, так ещё и в толчке ютиться должны!

— Она права, Жендос, — вдруг выдал Рома и улыбнулся пугающе обворожительно. Кира вскинула брови, с недоверием глядя на Пятифанова. — Пойдёмте, пацаны. Перекурим. Мешать не будем.

— В натуре, на. Надо было ваще раньше свалить, — Бяшка почесал затылок неловко. — Не подумали чёто. Звиняйте, девчонки...

Рома подмигнул Кире и вместе с Бяшей вышел из класса. Оставшиеся парни неохотно последовали их примеру.

— Права?.. — тихо сказала себе под нос Кира. Не верила, от того и качала головой с глазами по пять копеек.

— Привет, — поздоровался Антон. — А Настя где?

— Да должна была уже тут быть... — Кира огляделась и удивлённо хмыкнула. И вправду её нет. Где подругу опять носит?

В этот момент как вихрь в класс ворвалась раскрасневшаяся Настя.

— Ребята, извините! Опоздала! У папы с мотором что-то там, заглохли прям перед школой. Вот я и бежала, — лепетала она, не давая информации уложиться в головах одноклассников. Она бросила вещи на парту к Кире, чмокнула её в скулу и снова убежала из класса. — Я сейчас!

И дверь с грохотом ударилась о стену от того, как быстро она выбежала. Рома и Бяша в коридоре обернулись на Антона, который стоял у входа.

— Пойдём, глянем? — предложил Рома, кивнув в сторону лестниц. — Всё равно делать нехуй.

— Поможем, ну, Настиному папке, — согласился Бяша, бодро зашагав на выход. Рома усмехнулся появившемуся энтузиазму друга.

— Да, иду, — кивнул Антон. Обернулся к Кире. — Ну, удачи с подготовкой. Увидимся ещё.

— Ага.

Все суетились, готовились к выступлению, повторяли танец. Катя на всех психовала, переживала больше всех. Ей очень хотелось выиграть в конкурсе. Больше всех орала, конечно же, на Киру, которая танцевать не любила и не умела. Баюновой было по боку, пусть хоть голос сорвёт. Настроение у неё было от чего-то хорошее, так что ни крики Смирновой, ни ругань с одноклассницами, ничего бы не испортило его. Хотелось бы поскорее отстреляться, конечно.

На репетиции пацаны поначалу смеялись и подкалывали на галёрке, чем ещё больше бесили и без того разъярённую Катю. Хотя, Ромке она бы всё простила... Но была настолько злая, что готова была чем-то запульнуть в них. Однако, парни честно пообещали поддерживать их во время выступления, что и сделали. Когда начали выступать их одноклассницы, они свистели на весь зал, хлопали громче всех и скандировали всякую околесицу, будто на футбольном матче.

— Катя — чемпион! Катя — чемпион! Катя...!

— Вперёд, девки-и-и!

— Алёнка, жги!

Громче всех, разумеется, был Бяша!

Весь песенно-танцевальный конкурс в актовом зале длился чуть более часа. Зал украсили тематически — на окна прилепили вырезанные из салфеток снежинки. На подоконниках и столах светилась гирлянда. К потолку прицепили диско-шар. Настенные светильники украсили мишурой.

Между выступлениями выходили Дед Мороз со Снегуркой, чтобы устроить небольшие новогодние конкурсы, пока выступающие подготавливались к своей очереди. Уже и хоровод проводили, в "угадай мелодию" играли, викторину провели. Хоть и было всё до ужаса по-детски глупо, однако старшеклассники с воодушевлением выполняли конкурсы, даже пацаны. Веселее всем было одиннадцатиклассникам.

Некоторые девочки, в том числе и Кира, переоделись в свои обычные праздничные наряды и уже стояли у стола с фуршетом, чтобы захомячить дешёвые канапешки, нарезанные фрукты и бутерброды со шпротами. Кира жевала банан, загипнотизированная песней одного из последних выступлений десятого класса. Смотрела в одну точку, залипнув в собственной прострации. Не заметила, как рядом кто-то оказался.

— Ты хоть кусай, — хохотнул Рома. Кира медленно перевела на него убийственный взгляд. Ну давай-давай, пошути. — А то уж очень привлекательно выглядит что-то длинное у твоего рта.

Кира закатила глаза.

— Оригинально, ничего не скажешь, — "похвалила" она его. — Что я могу поесть, чтобы ты не шутил ничего про мой рот?

— Не соблазняй меня на какую-нибудь стрёмную шутку, — Рома упёрся ладонью о стол, преградив обзор на сцену.

— Ты уже сам соблазнился, — хмыкнула она. Затем с ног до головы оглядела его. — Ты можешь хоть раз в жизни в школу прийти в каком-нибудь костюме? Или хотя бы в рубашке и брюках. Вечно напялишь на себя адики или ещё чего похуже.

— Могу раздеться.

— Не сомневаюсь.

Они несколько секунд смотрели друг другу в глаза, стараясь сохранить серьёзное выражение лица, но не выдержали. Одновременно прыснули от того, как у обоих начало косить лицо от сдерживаемого смеха.

— Ты это, — Рома оглядел одежду Киры и потупил взгляд, вытянув губы в трубочку. С мыслями собирался. — Красиво выглядишь, короче.

Кира так часто вскидывала брови от того, как её всё вокруг поражало, что на лбу скоро должны появиться морщины. Как можно понять, сейчас Рома её поразил. Она опустила взгляд на свой наряд. Она слегка оттянула край сарафана, чтобы скрыть стрелку на чёрных колготках. К счастью он не заметил. Только сейчас она осознала, что это был тот самый сарафан, в котором она была у Насти на шашлыках. Тот самый сарафан, под который Рома совал руки.

Он прямо сейчас думал о том же.

Как бы ему ни было стрёмно признаться, что Баюнова выглядела как никогда симпатично.

— Спасибо... — Кира опустила голову и повернулась лицом к фуршетному столу, чтобы Рома её лица не видел.

Он с довольной ухмылкой оглядел девушку, а затем стал делать вид, будто смотрит выступление. Хотя внутри всё ликовало от того, что он в очередной раз заставил Баюнову смутиться. Какой-то ребяческий и садистский восторг вызывало у него это.

— Кстати, у нас тут припрятано кое-что, — тихо сказал он, шагнув к Кире ближе и наклонив к ней голову поближе. Только сейчас девушку обдало запахом его одеколона. Кира с недоверием скосила взгляд. — Мы с пацанами тут самогона притащили.

— О боже, только не это... Зачем?

— Расслабиться. У меня, у Бяшки, и у Женька с Пахой есть фляги. Там, захочешь если, попросишь их налить себе в сок или чё ты там пьёшь.

Кира тяжело вздохнула, осуждающе глядя на Рому. Он выгнул одну бровь и хитро натянул уголок губ. Баюнова закатила глаза и протянула ему свой пластиковый стакан.

— У-умница, — похвалил он её слишком низким голосом, Кира аж сморщила нос от его похабной улыбки. — Отойдём от стола. Тут же училки рядом.

Он потащил Киру под локоть подальше от стола, спрятавшись за огромной ёлкой, установленной в середине актового зала. Кира послушно семенила ногами. Рома огляделся, не наблюдает ли никто, а затем стал незаметно наливать из металлической фляжки чей-то домашний самогон. Ещё даже не поднесла к лицу стакан, а Кира уже почувствовала резкий запах спирта.

— Много не буду наливать, а то унесёт.

— Ну блин, — слегка расстроилась Кира.

— Чё, хочешь разнос устроить тут всем? — рассмеялся он, погладив сочувственно между лопаток. У Киры по ногам пошли мурашки. — Не надо. Не здесь.

— А где? — Кира игриво наклонила голову в бок, отпивая из стакана. Из всех сил держалась, чтобы не скукожиться от обжигающего пойла. Даже от небольшого глотка было тяжко.

— Не понравится тебе ответ, я же знаю, — Рома предупреждающе качнул головой, так же её наклонив.

— Ро-ом! — послышалось позади Киры. Она обернулась и увидела двух девятиклассниц, которые уже оттанцевали свой номер. Кира вспомнила, что их, кажется, они и видели с Ромой однажды на отработке по физре. — А что это ты там наливаешь?

Баюнова посмотрела на одноклассника своего, который расплылся в удивлённо-довольной ухмылке. Он вмиг о Кире позабыл, приглашающим жестом подманивая девочек к себе. Они с большой радостью подскочили к нему, протягивая свои стаканы. Девочки оттеснили Киру, делая вид, будто её тут нет.

Кира усмехнулась, хоть и грустно как-то, и направилась к Насте, что стояла рядом с Алёной. Так и закончила их разговор с намёками. Вдруг поняла, что сама даже с энтузиазмом большим поддерживала эту глупую игру, что вечно вёл Пятифанов. Кира сморщилась кисло от осознания. А он её ухода даже не заметил.

План "расслабиться" провалился. Пока ни одного учителя не было в зале, подростки ушли в отрыв. Одиннадцатиклассники сами напились, так и ещё некоторых десятиклассников и девятиклассников споили, с кем общались. Окосевший Рома стоял в окружении двух девчонок, обняв одну за плечи. Они лезли чуть ли не на него, ластились. Пьяненькие Кира и Настя скакали под музыку, которую врубили после объявления победителей — девятого "В" класса. Катя расстроилась настолько, что напилась наравне с парнями. Она сидела одиноко на стуле, глядя в пустоту. Антон осмелел, забалтывая смущённую Полину. Бабурин стоял вдалеке от всех. Никто не делился с ним. Бяша куда-то подевался, и никого это не волновало. Женя клеился к Кире и Насте, по большей части, конечно, ко второй. Девчонки всё пытались избавиться от него и игнорировать его присутствие, но им не пришлось дальше стараться избегать его. Вернулись учителя.

— А ну прекратили это безобразие! — визгливо перекричал музыку директор, весь побагровевший от злости и возмущения.

Песня затихла, а потом и вовсе отключилась. Светодиоды издевательски подмигивали, освещая разноцветными огнями шокированных учителей. Никто не осмеливался ни слова сказать, старшие классы пугливо переглядывались друг с другом. Лишь несколько парней еле сдерживались, чтобы не заржать во весь голос, что моментально привело бы в ярость весь учительский состав. Директор бешеным взглядом окидывал всех учеников. Он судорожно вытащил платок из кармана и промокнул блестящий лоб.

— Потрудитесь объяснить... почему всё помещение пропахло... спиртом... и почему вы все в состоянии алкогольного опьянения, прости господи! Нас не было двадцать минут! Что это такое, я вас спрашиваю?!

От истеричного голоса от стен отразился звон.

Кира медленно, чтобы не провоцировать, повернулась к Роме, что стоял у стола всё так же в объятиях девятиклассниц. Девочки выглядели как загнанные хищником зайцы. Ноги пьяных девочек не держали, они хватались за Рому, как за спасательный круг. Сам же парень выглядел едва ли не весёлым. Поймав взгляд Киры, он не сдержался. Громко хохотнул, заткнув рот ладонью. Плечи его содрогались от сдерживаемого смеха. Его подхватили другие, некоторые стали нервно посмеиваться. Робкие смешки медленно, но верно переходили в заходящий пьяный смех. Кира была последняя, кто не смеялся и не сдержался от истерических хохотков. Она едва устояла, когда Настя уткнулась в плечо подруги и пьяно захихикала. Едва губы Киры тронула улыбка, директор вновь заверещал.

— Всё! Закончена ваша дискотека! Родителей вызываю немедленно! И ещё милицию! Сил нет моих на вас всех, бесстыжие демоны! Все марш в мой кабинет! — директор перестал брызгать слюной, чтобы перевести дух. Никто не сдвинулся с места. В актовом зале стояла душная и оглушающая тишина. — Я СКАЗАЛ, ВСЕ БЕГОМ В МОЙ КАБИНЕТ!

— По съёбам, — тихо произнёс Рома, но это услышали все, кто стоял рядом. Именно это стало сигналом для всех.

Дальше происходила полнейшая вакханалия.

Подростки кинулись врассыпную, визжа и хохоча как невменяемые. Кира с Настей растерялись, схватившись друг за дружку. Пробежавшие мимо десятиклассники больно пихнули их, чуть не повалив на пол. Воронцова пискнула от испуга. Поначалу учителя рассеянно оглядывались, но потом спохватились, пытаясь схватить беглецов. Хоть их и было мало, кого-то им удалось словить и потащить за собой. Учителя и учительницы чуть ли не по пятам следовали за старшеклассниками, цокая каблучками. Физрук в костюме Деда Мороза и его жена химичка в костюме Снегурочки были проворнее всех. Все вокруг орали, грохот от топота оглушал. Кира мало того, что пьяная была, так ещё и дезориентировалась от шума. Она стала оглядываться, поняла, что Насти нигде нет. Кто-то схватил её и потащил за собой, а Кира даже не заметила. Она потерянно позвала подругу, но, конечно, никто бы её не услышал в таком шуме. Киру хватанули больно за кисть и потянули на выход.

— Давай-давай, шевелись, Баюнова! — подгонял её Рома, повернув голову. Тянул за собой сквозь толпу на выход. Держал крепко за руку, ни за что бы не отпустил. За ними поспевали девятиклассницы. Одна из них заплакала от чего-то.

— Я не хочу, чтобы родители узнали-и! — прорыдала она, пытаясь не отставать ото всех. — Не хочу в милицию!

Учителя врассыпную бросились за школьниками, превращая актовый зал в муравейник. Кто-то схватил Киру за шиворот, дёрнув назад. Рома же держал крепче.

— А ну стоять! — закричал информатик, не отпуская Киру. — Никуда вы не пойдёте! Все к директору!

Рома соображал быстро. Решился на довольно жестокий поступок.

— Девки, звиняйте, — Рома виноватую морду скосил и пихнул девятиклассниц на информатика. Учитель растерялся и отпустил Киру, чтобы поймать девочек, полетевших на него. Девчонки завизжали от обиды и страха, что их сейчас прижучат.

— Рома! — взвизгнула одна из них. — Не оставляй!

— Стоять, кому сказал! — снова закричал информатик, схватив девочек за предплечья.

Рома не оборачивался. Не жалко ему девок. А вот Баюнову увести отсюда больше всего хотелось. Он петлял между школьниками и учителями, что устроили здесь игру в салки. Кира же просто пыталась не упасть, хвастаясь за одноклассника.

Наконец, они выбежали из ада, Рома потащил её вниз на первый этаж. Пробежали мимо мужского туалета, из которого вальяжно выходил Бяшка.

— Вот ты где! — обрадовался Рома.

— Чё происходит, на? — опешил Бяша, поправляя ширинку на джинсах. Рома схватил друга за грудки и потащил за собой, подгоняя.

— Валим нахуй, Бяш! Алкашку спалили! — хохотал весело Рома, закашлявшись от смеха.

Троица на всех парах неслась к раздевалкам, где висели их с пацанами куртки.

— Чёрт! Мои вещи все в классе! — запаниковала Кира, когда в раздевалке она это осознала. Она выглянула из-за двери, сюда неслись те, кто успел сбежать.

— Твою мать, блять, Баюнова! — отругал её Рома, соображая, что делать дальше. Они с Бяшей переобулись и закинули сменку к Бяше в рюкзак, и уже накинули пуховики. — Надо на третий этаж кабанчиком!

И они рванули туда. Каково же было их облегчение, когда им навстречу неслись уже одетые Антон, Настя, Женя, Паша, Полина и Алёна с вещами наперевес. Настя тащила сумку подруги, а Антон бежал с тяжёлой шубой.

— Какие вы молодцы, ребзя-я! — радостно заорал Бяша, приобняв Настю на эмоциях.

— Спасибо... — запыхавшаяся Кира стала в панике накидывать шубу, но не могла никак поймать рукав. Рома выругался и помог ей на ходу, пока они все добирались до выхода. Но там всех ловил охранник дядя Женя и несколько учителей.

— Божечки! — пискнула Полина. — Дедушка не должен этого узнать... его прихватит.

— Не прихватит, Полин. Никто не узнает, — пообещал Антон, успокаивая подругу.

— Назад-назад-назад! — Рома никак не мог перестать ржать с комичности всей ситуации.

— Да куда?! — психанула Алёна. — Чёрные ходы закрыты, мы с Пашей проверили!

Кира, Бяша и Рома переглянулись. Поняли, о чём каждый думал.

— За мной, — приказным тоном сказал Рома и повёл всех поскорее в самый дальний туалет, где они курили.

Когда они добрались до этого места и закрыли за собой дверь, все как один зашлись кашлем.

— Господи, ну и вонизма здесь! — у Насти заслезились глаза. Посмотрела на Киру, которая достала зимние сапоги из пакета и стала переобуваться. — Это сюда ты постоянно курить бегаешь?!

Баюнова пожала плечами, усмехнувшись. Уже привыкла к едкому запаху, даже не мутило.

— Никогда здесь не была и ещё столько бы не появлялась, — пожаловалась Алёна, закрывая нос и рот рукавом куртки.

Рома и Бяша открыли настежь окно, сбросив вниз вещи.

— Погнали, ребят, быстрее! — поторопил всех Будаев.

— Мы что, прыгать туда будем?! — Паша выгнул брови, держась за стену рукой. Тошнило его знатно, и запашок из толчков не улучшал ситуацию.

— Прыгать?! — в один голос воскликнули Полина и Настя.

— Да тут первый этаж! — Рома махнул рукой и сиганул вниз. Этаж-то первый, но расстояние от окна до земли было метра полтора. На каблуках девчонкам будет проблематично спуститься. Баюнова вообще в шубе выперлась.

— Давайте, — Антон поманил за собой одноклассников, свесив ноги на улицу. — Мы поможем.

— Петров, ты с каждым разом всё больше удивляешь, — Женя одобрительно выгнул губы и покачал головой.

— Хватит пиздеть, полезли уже, на!

Антон спрыгнул вниз к Роме. Они вдвоём приготовились ловить ребят. За ними последовал и Бяша.

— Ну чё, команда Вольтрона? — Рома ехидно осклабился. Друзья вторили ему шкодливыми улыбками. — Давно мы не устраивали подобного, скажите?

— Честно, я скучал, — сознался Антон, улыбаясь как в последний раз. — Не верится, что я это говорю...

— Тоха, реально удивляешь! — поддакнул Бяша, потрепав друга по шапке.

Аккуратно, держась за подоконник, Паша пополз наружу. Грудь больно передавило перекладиной, но прыгать он не собирался, хотел осторожно спуститься. Пацаны подстраховали его. Женя с девчонками помогал перекидывать вещи наружу, а Антон ловил все рюкзаки, пакеты и сумки, пока Полина не могла решиться прыгнуть в руки парням.

— Не могу... — покачала она головой. — Не могу-не могу-не могу...

— Полинка, ну же! Время идёт! — уговаривал её Будаев.

— Мы же ловим тебя! — Паша выставил вперёд руки. Рома воздержался от комментариев, сосредоточенно следя за одноклассницей.

— Да не могу я! — ещё немного и Полина захныкала бы от безысходности. — Высоко очень, правда!

Девочки позади и Паша нервно оглядывались на дверь.

— Полин, если кто-то сейчас ворвётся из учителей сюда, то, клянусь, я столкну тебя, — пригрозила ей Алёна, постоянно оборачиваясь.

Полина сама уже устала от того, что решиться не может. Она зажмурилась, задержала дыхание и соскользнула вниз. Не успела даже вскрикнуть, лишь громко выдохнула, когда парни поймали её.

— Наконец-то! — вскликнул Женя, бросаясь вперёд. — Девки, простите.

Он без чьей-либо помощи спрыгнул вниз, приземляясь как супергерой из комиксов.

— Человек-паук, на, — хмыкнул Бяша.

— Настюш, давай, я ловлю тебя! — так вот почему Женя сиганул первее девочек. Бяша вмиг переменился в лице.

Кира и Настя переглянулись с одинаково раздражённым выражением лиц.

— Бля, долго думаете, — фыркнула Алёна, и осторожно спрыгнула к ребятам в руки.

Подруги остались вдвоём. Дверь в туалет резко распахнулась. Девочки вскрикнули от испуга, но после даже обрадовались. На пороге оказалась запыхавшаяся Катя.

— Слава богу, вы здесь! Я видела, как вы сюда все побежали!.. Фу... — Катя закрыла нос рукой, щурясь. — Какая вонь, ужас...

— Что ты забыла тут? — Кира прищурилась озлобленно.

— Можно с вами?.. Умоляю! Я не могу в таком виде матери попасться... если она узнает, что я напилась...

— Плевать, — Кира отмахнулась от неё, прерывая. Катя нахмурилась, но была слишком пьяная, чтобы хоть что-то выдать. — Делай, что хочешь. Насть, пора уже.

— Да-да, сейчас, — Воронцова закивала и взобралась на подоконник. — С богом.

И с коротким вскриком Настя прыгнула. Поймали её Женя и Бяша. Последний убийственно посмотрел на своего одноклассника, который в этот же миг стал соперником. А Кира и Катя остались вдвоём.

— Вы... вы, что, прыгаете вниз? — поражённо уставилась на открытое окно Смирнова.

— А ты думала, мы в туалетных кабинках решили закрыться всей толпой и переждать? — насмешливо хмыкнула Кира и залезла на окно. — Прыгай, если не зассала.

— Я?.. Да я!..

Катю она не дослушала и спрыгнула вниз. Никто не ожидал, что Баюнова так быстро решится на прыжок. Успел спохватиться и поймать её только Пятифанов, едва удержав в руках. Он перехватил её поперёк туловища, крепко прижав к себе. Дыхание сбилось от неожиданности, Кира ухватилась за его шею. Уставились друг на друга. Парни рванули к ним, подстраховать.

— Нормально-нормально... я держу, — заверил их Рома, осторожно опуская Киру на землю. Она не убирала ладоней с его плеч. Он всё продолжал смотреть на неё. — Шуба тебя утяжелила, конечно.

Кира отмерла, усмехнувшись. Отшагнула. Тёплые ладони соскользнули с её талии.

— Ловите меня! — послышалось сверху. Все как один подняли вверх головы. В окне, как сбежавшая от дракона принцесса, стояла Катя. Она держалась за раму пальцами, стоя на краю подоконника.

— Смирнова?! — одновременно ошалели все пацаны.

— Ты чё, от мамки сбежала, на?!

— Я своими глазами видел, как тебя директор схватил! — шокировано воскликнул Паша.

— И что? Я сбежала. Мать убьёт меня, если увидит!.. — она пьяно покачнулась, почти поскользнувшись. Все ребята вздохнули испуганно и рванули вперёд, чтобы поймать её. Но Катя удержалась.

— Ты либо прыгай давай, либо слезь с окна, дура! — рявкнул Рома, держа руки наготове.

— В натуре, на! Если наебнёшься и расшибёшь башку опять, то нам мать твоя в этот раз самим поотрывает кочерыжки! — пригрозил ей последствиями Бяша.

— Опять?.. — переспросила Настя, покачнувшись и упершись в Женино плечо.

— В этот раз? — Кира ничего не понимала. Что они вообще несут? Вопросительно посмотрела на Антона рядом.

— Потом... — отмахнулся он.

Из туалета вдруг послышался крик.

— Что это здесь происходит?! Ах! Смирнова! Глазам не верю!

Катя с настоящим ужасом в глазах повернула голову к ребятам. Рома поманил её руками. И она прыгнула.

— Что ты вытворяешь, Смирнова!

Но компания сорванцов уже пустилась в бега. Так они и не узнали, кто их спалил и кто кричал им вслед из окна.

— Куда мы... бежим?.. — Бяша совсем уже выдохся.

Они все убежали далеко от школы, поэтому остановились, наконец, чтобы перевести дух. Все тяжело дышали, хватались за грудь и бока. Лишь Кира, Алёна и Рома чувствовали себя более-менее нормально. Даже Настя за время без тренировок подрастеряла форму.

— Не знаю... — ответил другу Антон.

— Меня сейчас стошнит, — Паша сдержал позыв, отошёл в сторону.

— А я, кажется, протрезвела... — сказала Катя, вытирая лоб под меховой шапкой.

— Везёт... — проворчала Настя.

— Ребят, погнали ко мне, — предложил Женя. — У меня родители в городе сегодня. Ночью не приедут. Брат только дома.

Недолго думая и переглядываясь, все молча согласились и потащились в другую сторону. Дом одноклассника находился довольно близко к школе, так что все ребята шли тихо, озираясь. Очень не хотелось, чтобы кто-то их сейчас застукал.

Лишь у Жени дома все выдохнули с облегчением. Побросали вещи и куртки где попало, и ушли в гостиную, пока хозяин дома с Ромой отправились в погреб за самогоном.

— Откуда у Женька столько самогона вечно? Как ни соберёмся, вечно — самогон-самогон-самогон... — удивлялась Алёна, устроившись на диване вместе с Катей и Полиной. Кира, Настя, Паша и Антон уселись у камина, согреваясь. Бяша встал у окна, поглядывая на улицу.

— Да у него отец его гонит же, — пояснил Антон, повернув голову. — Так много, что даже не замечает, как бутылки вечно пропадают.

Ребята посмеялись.

— Чё, Бяша, кого высматриваешь? — поинтересовался Паша.

— Да мало ли... кто мимо пройдёт. Нужно потише себя вести.

— Ты-то? — усмехнулась Кира.

— А чё я-то?! — тут же громко возмутился Будаев, отвлекаясь от своей важной и им самим придуманной миссии.

— Да ты всегда громче всех... — поддакнула Алёна. Настя хохотнула, согласно кивая.

В гостиную зашёл кто-то неизвестный. Все обернулись, когда позади них скрипнула деревянная половица. Здоровый парень лет двадцати стоял в проходе в одной тельняшке и спортивках. Короткостриженый, небритый и заспанный. Кира отметила, что он похож на Лёху, только повыше и покрупнее.

— Не понял, — пробасил он. — А вы кто такие?

— Э-э-э...

— О, Вадик, — поприветствовал его Женя, таща литровую бутылку с белёсой жидкостью. Позади него был Рома с такой же бутылкой. — А это одноклассники мои. Ребят, это брат мой старший — Вадим. Разбудили тебя, да?

— Сам-то как думаешь, дебил? — проворчал он, повернувшись к брату. Многозначительно взглянул на бутылки. — Ничё не попутал?

— Да ладно тебе. С родителей не убудет, — Женя хитро улыбнулся и попробовал задобрить брата. — Давай с нами, чё ты?

— Ты бухой что ли? — Вадим наклонился к младшему брату и вдохнул воздух. — Ну правда, бухой, хах! Ты когда умудрился?

— На утреннике, — хмыкнул Рома, пробравшись в гостиную к друзьям. Поставил бутылку на столик.

— О, Пятифан, — Вадим протянул руку и поздоровался с Ромой. — Давно не виделись.

— Ага. Ну чё, так и будем сиськи мять?

— Ща, принесу стопки, — спохватился Женя, передав бутылку Вадиму в руки.

Тот опешил от наглости, так и остался стоять на месте, пока все суетились и рассаживались поудобнее. Кира и Настя остались на полу, лишь придвинулись ближе к столику и схватились за свои стопки. Алёна смотрела на них с грустной завистью, ведь ни с одной из своих подруг у неё не было такой тесной связи. Она хотела когда-то дружить с ними. Но Алёнина зависть в спорте была сильнее желания дружить с Баюновой. Многие замечали, что их дружбе и вправду можно позавидовать. Такую хотелось иметь всем. Даже Кате, которая сидела рядом с Алёной. Она старалась не смотреть на девочек, но зелёный взгляд всё равно цеплялся то за эту парочку, то за Рому слева от Киры. Катя скорбно выгнула губы и погрузилась в свои мысли. Один лишь Паша, что сидел у Катиных ног, оживлённо поддерживал беседу пацанов, не задумываясь ни о чьих взглядах.

Полина подвинулась, уступая место Антону. Тот скромно улыбнулся, но всё-таки сел рядом. Бяша мысленно порадовался, что друг перестал-таки отталкивать девчонку, которой он явно нравится. Сидя на подлокотнике кресла, он перевёл взгляд на Рому. Друг с какой-то едва заметной тоской и лёгкой полуулыбкой смотрел на Полину, которую ничего не волновало, кроме рассказа Антона. Петров избегал прямого зрительного контакта, смотрел на свои руки, но всё равно что-то увлечённо ей рассказывал. Рома хмыкнул сам себе и повернул голову к Кире. С Настей они перешёптывались и посмеивались, не обращая ни на кого внимания. Они вдвоём всегда были в своём собственном мирке, в который никого бы никогда не запустили. Женя уселся на пол справа от Насти, невзначай придвинувшись к ней. Когда Воронцова заметила брезгливый взгляд Киры, она обернулась и едва сдержалась, чтобы не закатить глаза. Бяша с прищуром и без того узких глаз следил внимательно за Женей.

Женя пригласил брата сесть с ними. Тот сначала повыпендривался, но затем сдался, подметив, что тут все девчонки симпатичные и почему бы не присоединиться. Он растолкал Киру и Настю, усевшись между ними. Видно, подумал, что с кем-то из них ему перепадёт, ведь Полина, очевидно, занята. Катя и Алёна выглядели слишком угрюмыми, чтобы к ним подходить. Да и к тому же, садиться на диван уже было некуда. Кира хотела высказаться и далеко не доброжелательно, но Настя взглядом умоляла её не раздувать скандал. Ведь они в гостях. Вадим улыбнулся обворожительно Насте, которую одолевала неловкость, и Кире, которая взглядом готова была сжигать, если бы могла.

— Вообще-то... — начала уже Кира. Настя зыркнула на подругу. Кира губы поджала.

— Да? Что такое? — продолжал улыбаться Вадим, вопросительно вскинув брови.

— Ничего. Чуть на руку мне не сел, — оправдалась она, отворачиваясь к столу. Как же бесит.

— Ну чё? Будем? — предложил Женя, потирая ладони. Он стал разливать по стопкам домашний самогон. — Бяш, вруби магнитофон, по-братски.

— Тебе надо, ты и вруби, на, — огрызнулся он. Большинство удивились, некоторые предпочли сделать вид, что ничего не слышали. Женя нахмурился непонимающе.

— Да ладно, я включу, — миролюбиво сказал Паша и поднялся. — Я же разбираюсь.

— А вы, девчонки, тоже напились что ли? — Вадим решил разбавить обстановку. Брат вкратце рассказал ему, что было в школе. Тот знатно посмеялся.

— Ну-у... не все, — скромно протянула Полина. — Но получили бы точно все. Поэтому и поспешили сбежать оттуда.

— Я ваще в толчке был, на. Нихуя не понял, чё происходит. Началось сумасшествие какое-то! — сказал Бяша, взмахнув руками. Ребята с интересом слушали его, один лишь Женя обиженно смотрел на свою рюмку. — Только вышел, как Ромыч с Киркой сграбастали меня и потащили! А потом мы ваще всей гурьбой через толчок сбегали. Ну, через окно, то есть. А там и Катька за нами, оказывается, вусмерть бухущая! В окно полезла, пхах! Ну и смех, конечно! Давно мы, ребят, такого дебоша не устраивали, а?

— Я лично — никогда, — Катя закатила глаза.

— Ага, чеши, — махнул на неё рукой Будаев. — А как попойку устраивать у себя дома, а вернее, дома у нашей классухи, так это не ты была.

— Не я шторы прожгла! И не я трахаюсь в чужом доме на чужой постели, — Катя в очередной раз едко стрельнула взглядом в сторону Киры. Все, кроме Вадима, поняли, о чём она.

— Зато ты сосала чужой хер в чужом доме, — Кира улыбнулась ядовито. Катя выгнула губы, с прищуром оглядывая Киру и пытаясь придумать что-нибудь пообиднее.

— Ого...

Всем остальным было неловко, а Роме очень даже весело. Ведь в обоих случаях он принимал участие.

— А кто это сжег шторы по итогу? — попытался Паша развеять накалившуюся обстановку и отвлечься от щепетильных тем.

— Да чёрт знает...

☽☭☾

Ребята стали распивать понемногу самогон. Вроде каждый пригубил всего по две-три рюмки, а уже раз — и нет первой бутылки. Под песни Ласкового Мая и Миража ребята болтали, продолжили танцы, которые прервали в школе, и веселились.

Вадим постоянно прижимался то к Насте, то к Кире, но быстро понял, что на Настю имеет виды его брат. А вот эта нелюдимая и угрюмая девчонка вроде как никем не застолблена. Поэтому то любезно предлагал ей подлить ещё самогона, то предлагал принести что-то перекусить, на что получал отказы. Во время забавных разговоров компашки он утыкался ей лбом в плечо, посмеиваясь. Игнорировал тот факт, что Кира постоянно пыталась вывернуться от него. Слишком часто Вадим дотрагивался вообще до неё, в особенности до спины, иногда опускаясь ниже.

Кира была зажата между двух огней: с одной стороны этот жуткий изврат, а с другой Пятифанов. И не знала, что хуже. Хотя если бы так себя вёл Рома, ей было бы спокойнее, ведь тогда этот Вадим к ней не лез бы. А Рома будто прочитал её мысли.

Когда в очередной раз брат Жени коснулся Кириной спины, опустив ладонь на талию, Рома не сдержался. Конфликт устраивать не собирался, да и странно было бы. Все подумали бы, что он Баюнову ревнует. Однако не спасти её не мог. Пятифанов незаметно для остальных положил свою ладонь ей на бедро и крепко сжал. Увидел это только Вадим. Он как ястреб проследил за чужой ладонью на ноге девчонки, которую пытался обрабатывать. Перевёл взгляд на Кирино лицо. Она приоткрыла губы от шока и коротко зыркнула на Пятифанова. Тот нахально улыбался им обоим. Его рука поползла выше, под сарафан. Пальцы нащупали стрелку на колготках. Вадим всё это время ревностно следил за чужой ладонью на девичьей ляжке. Два пальца Ромы залезли в дырку на колготках и мягко задели кожу ногтями. Вытащил пальцы, от чего стрелка на колготках всё-таки поползла выше. Прямо как и его ладонь, которая уже скрылась под юбкой.

Вадим снова скосил взгляд на девушку и понял, что... она не против. Она не отталкивает. Не отодвигается. Поэтому понял, что он проиграл. И убрал свою руку с её напряжённой спины.

Рома победно усмехнулся уголком губ и грубо подтянул Киру к себе ближе за бедро, чтобы между ней и Вадимом появилось хоть какое-то расстояние.

И никто этой незаметной битвы не видел.

Кира вскоре решила перевести дух и смыться на улицу, чтобы перекурить после таких переживаний. Никто её исчезновения не заметил. Никто, кроме Вадима, который проследил за девчонкой. Кира на косых от опьянения ногах добралась до калитки и облокотилась о неё, чтобы в сугроб не свалиться. Еле подожгла сигарету своей теперь любимой зажигалкой, что Ритка ей подарила, и с наслаждением выдохнула дым. Она вглядывалась в зимнюю темень от нечего делать. Снежинки оседали на голове без шапки и плечах шубы. Кончик сигареты лениво тлел. Кира не вытаскивала её изо рта, а просто всасывала воздух и выпускала через нос, свесив руки на калитке.

Не будь она пьяная, то заметила бы невдалеке силуэт чей-то. Силуэт этот стоял совсем уж близко, чтобы не заметить. Фигура шагнула навстречу, оставаясь в тени. Но её спугнул хруст снега недалеко. Кира медленно обернулась, пытаясь разглядеть, кто к ней направлялся.

— Пятифанов?.. — она покачнулась, щурясь от темноты. Человек остановился. А затем вновь продолжил идти, пока его лицо не осветил уличный фонарь.

— Ромыча ожидала увидеть? — улыбнулся ей Вадим, доставая сигареты. Кира фыркнула слишком громко и отвернулась, чем удивила парня. — Оу... не рада, видимо...

Парень встал рядом, чересчур уж. Кира вновь повисла на калитке, угрюмо вглядываясь в соседний двор. Разговаривать с этим мутным типом желания не было. А он пытался незаметно поглядывать на Киру.

— Да-а... весёлые вы ребята, конечно, — он уже и так, и сяк пытался разговор начать. Но не клеилось, хоть ты тресни. Кира издала незаинтересованное "мгм". Парень сжал челюсти, злясь. Хотя эта девчонка ему больше всех понравилась, поэтому он так старался притереться именно к ней. — Часто вы так отрываетесь?

— А ты часто яйца катишь к несовершеннолетним? — раздражённо выплюнула она, бросая окурок в сугроб. — Отъебись от меня.

— Хо-хо... и чего ты дерзкая такая? Алло!

— Потому что меня бесят такие упыри, как ты! — вспылила она. Кира весь вечер держалась как могла, ведь поприличнее себя надо в гостях вести, но он сам напросился. — Чё, думаешь, раз ты старше, то все малолетки сразу потекли от тебя? Окстись, ты с родителями живёшь! Кому ты сдался! Здоровый лоб, сидит с пиздюками, самогоном думает девок набухать и присунуть! Что, девки твоего возраста не дают? Мерзость просто.

Выложив ему всё, что о нём думает, как на духу, Кира почувствовала облегчение. Дышала тяжело и смотрела волком.

— Чё ты выдумываешь, а? Никого я не пытаюсь споить, я что растлитель малолетних, по-твоему?

— Ой, блять... дуру не строй. Весь вечер вьёшься вокруг меня и Насти, думаешь, не заметно? Иди нахуй, короче. Чё я тут... — она махнула, не договорив, и отправилась в дом. — Ещё объяснять ему...

— Э, слышь! — она его уже конкретно разозлила. К тому же он и сам трезв не был. Так что её неповиновение и дерзость для него были как для быка красная тряпка. Вадим схватил её за руку и потянул на себя.

Будь Кира трезва, она бы испугалась. И ни за что бы не произнесла следующее.

— Ты если яйца свои бережёшь, то отпустишь меня немедленно, — улыбнулась она нахально, издевательски.

— А ты, мелочь, считаешь, что за твой длинный язык тебе ничего не будет? — прорычал он ей в лицо, обдав запахом спиртного и никотина.

— Не будет, — Кира покачала головой, выгнув губы дразняще. — Рома не очень обрадуется, если узнает, что ты лапаешь меня. Снова.

— Что?.. Пятифанов? — сомнение плескалось у Вадима внутри. — Ты с ним всё-таки мутишь что ли?

— Да-а... мы спим, — протянула Кира, выпучив чёрные глаза. — Так что... Иди. Нахер.

Он с недоверием оглядел её бесстыжее лицо и всё-таки отпустил. Хоть Вадим и был старше, но Пятифанов... он боксёр. И не зря его пол посёлка боится. На людях он может и выглядит распиздяем-весельчаком и ловеласом местным. На деле же лучше не связываться с ним, потому что Пятифан бешеный. Одной только истории о том, как он в двенадцать лет чуть друга не зарезал, заставляет кровь в жилах стыть... чего уж говорить о том, что сейчас в его голове происходит. Нет, он не тот, кем кажется. Он хуже.

А раз эта сучка с ним реально спит... то и она недалеко ушла.

— Если давалку ищешь, то к Смирновой обратись, — в шутку бросила Кира напоследок и оставила парня одного на улице.

В доме её сразу же окутало теплом, замёрзшее лицо стало приятно покалывать. Из кухни в коридор вышел Пятифанов.

— Баюнова, — как-то удивлённо обронил он. — Курить ходила? Почему не позвала? Я же тоже хочу.

— А я что, обязана? — прищурилась она, сбрасывая с ног сапоги.

— Да ты в сисю пьяная, дура, — рассмеялся он. — Ушла бы куда-нибудь, уснула бы в сугробе. И на утром трупик твой окоченевший откапывали бы.

— Так и скажи, что смерти моей ждёшь, — обиженно пробурчала Кира и направилась мыть руки.

— Ну брось. Бред несёшь, — Рома мягко остановил её за плечо. Даже не сопротивлялась, чем знатно удивила и порадовала. — Ты не ходи одна, лады? Зови хоть кого-то с собой. Я серьёзно.

— Есть, сэр, — она шутливо отсалютовала и ушла.

Рома покачал головой. Ну что за заноза в заднице...

Весь оставшийся вечер прошёл так же суетливо, как и день начался. Алёна напилась и уснула прямо на диване, не обращая внимания на ор и музыку. Паша грустно подпевал под сопливые песни, обнимаясь с магнитофоном. Антон и Полина не отходили друг от друга ни на шаг. Притаились на кухне и болтали. Вадим прекратил попытки споить Киру, про Настю даже не думал, ведь видел, как сильно она нравилась брату. Потому решил переключиться на Катю. Пока он был с Кирой на улице, Катя ушла наверх, хотела поспать.

Кира всё время охраняла Настю от напора Жени, который так и норовил прижаться к ней, обняться. Она отгоняла его как вороньё с огорода, а парень всё не унимался. Совершенно не понимал Кириных довольно-таки вежливых просьб оставить подругу в покое до этого.

— Женя, блять, иди нахуй от неё, — в очередной раз вежливо попросила Кира, пытаясь перекричать музыку, когда зашла в гостиную после перекура. — Ау!

Настя не обращала ни на что внимания, да и вряд ли она осознавала, где она вообще. Четырёх рюмок самогона ей хватило, чтобы унести сознание далеко от этой гостиной. А Женя этим пользовался. Он лапал Настю за талию, пытался поймать ртом её губы, настолько он обнаглел. Настя пыталась отодвинуться, но ослабла от выпитого. Кира стала закипать. Она решительно направилась напрямик к ним, но её опередили.

Из ниоткуда выскочил Будаев, подвинув Киру в сторону. Церемониться не стал.

Бяша хватанул Женю за плечо, развернув к себе. Парень не успел даже возмутиться, как под правый угол челюсти прилетел жёсткий кулак. Нетрезвого Женю моментально вырубило. Кира вздрогнула от неожиданности и нервно хохотнула. Рома выскочил из-за её спины.

— Откуда вы все?..

— Бяш! — воскликнул Рома, подбежав к Жене, который стремительно падал на пол. Успел подхватить его до того, как встретится виском с углом столешницы.

Настя пискнула и отскочила, держа ладони так, будто показывает, что это не она сделала. Рома аккуратно уложил Женю на пол. Парень бессознательно пытался что-то сказать, но он окончательно отключился.

— Еба-ать... — протянул Паша. Но он был настолько невменоз, что даже встать на помощь другу не додумался. — Нокаут...

— Ты ебанутый или чё?! — рявкнул Рома на Бяшу. С кухни прибежали Антон и Полина, остановившись рядом с Кирой. — А если бы он виском уебался и помер?! Долбан!

Рома пихнул Бяшу, который будто в ступоре стоял и пялился на вырубившегося Женю.

— Он весь день к Настюхе клеился... — пробубнил Бяша, не поднимая взгляда.

— Это уж не твоё дело, понял?! Пускай, вон, Баюнова разбирается! Ты-то здесь причём?! — Рома вновь пихнул Бяшу в грудь.

— Эй! — возмутилась Кира на его заявление, скрестив руки на груди.

— Закрой рот, — Рома ткнул в сторону Киры указательным пальцем, чтобы не лезла в их разборки. Та удивлённо моргнула, будто он ей песок в глаза бросил. Рома совсем не шутил, он был очень зол. Не стоит по горячую руку лезть никому. Перевёл разъярённый взгляд на друга. — Она-то его вырубить не сможет! А ты здоровый кабан, убить его мог, понимаешь?!

Бяша шумно выдохнул и потёр лицо.

— Что, осознание пришло, да?!

— Ладно, Ром, не голоси, — попросил спокойно Антон, подойдя к друзьям. Рома бешено посмотрел на Петрова, но тот со спокойствием удава проигнорировал вспыльчивость Ромы. — Надо его в комнату утащить. Тут же брат его, увидит ещё...

Рациональность Петрова остудила пыл Ромы. Он провёл ладонью по взъерошенным волосам и согласно кивнул. Хлопнул Бяшу панибратски по спине, мол, давай, приходи в себя. Бяша кивнул и молча опустился к спящему однокласснику. Ребята, не сговариваясь, подхватили Женю за все конечности и втроём потащили наверх.

— Что это было... — выдала, наконец, Полина.

— Ну... сам напросился, — Кира пожала плечами. Эта фраза была её любимой. — Насть? Нормально?

— Мгм, — она быстро закивала.

— Чего расшумелись? — раздалось позади них. Это зашёл Вадим в дом. Девочки обернулись к нему и одновременно произнесли.

— Ничего!

Тем временем наверху парни еле дотащили "раненого" до кровати. Они встали вокруг Жени, пытаясь отдышаться.

— Тяжёлый, сука, — пожаловался Рома.

— Кажется, я плечо потянул, — Антон покрутил рукой, морщась.

— На бокс со мной пошли, а не рисуночки рисовать, — усмехнулся Рома, толкнув плечом Антона. — И ничего не будет тянуть.

— Не моё это...

Бяша игнорировал их, пялясь на дрыхнущего Женю.

— Э, долго дырку взглядом будешь пытаться просверлить? — Рома обратил на себя внимание Бяши. Друг посмотрел на него пустым взглядом. — Чё, нахуярился? Что это было внизу?

— Ничё, на, — буркнул Бяша, опуская взгляд. Антон и Рома переглянулись и вздохнули.

— Бяш, мы же понимаем всё, — начал Петров издалека. — Понимаем, почему ударил его.

— Но это не значит, что можно в табло ебашить хозяина дома, который пригласил нас к себе в гости.

— Блять, Ромк, ты бы вообще молчал, — раздражённо бросил Бяша. — Будь на месте Настюхи Баюнова, а на месте Жендоса его брат стрёмный, ты бы так же сделал.

— Я не понял, — Рома набычился и встал перед лицом Бяши. — Это чё за намёки?

— Чё, не правда, хочешь сказать? — Бяша сузил глаза, с вызовом взглянув на Пятифанова. — Мне башню сносит, когда он клеится к Насте, ясно? Не могу смотреть...

Парни поджали губы сочувственно.

— Бяш, у неё парень в армии, — напомнил Антон.

— Да знаю, на... Ничё не могу поделать с собой.

— Ладно, замяли, — Рома положил руки на плечи друзей. — Мутная эта вся тема с девчонками. Пойдёмте вниз, хоть отвлечёмся.

— Ага.

Кира, Настя, Рома, Паша и Бяша уже долго играли в дурака, решив не обсуждать случившееся.

Время близилось к полуночи. Никто из одиннадцатиклассников не предупредил семью о том, куда они запропастились. Только Полина вспомнила об этом и побежала в коридор, обзванивать всех родных своих одноклассников. И только благодаря ей семьи подуспокоились, хотя не все остались довольны раскладом.

Кира потянулась, ведь спина затекла от того, что они уже минут сорок сидели на полу и рубились в карты. Оглянулась и поняла, что кого-то тут не хватает.

— А Смирнова где?

— Может, блюёт? — пожал плечами Рома, подкидывая Бяше ещё двух королей. — Н-на, сука!

— Да ты заебал... — Будаев остервенело бросил карты на столик, зарываясь пальцами в волосы. Рома заржал, сочувствующе похлопав друга по плечу.

Кире было как-то не до смеха. Нехорошее предчувствие не давало ей расслабиться. А оно её никогда не подводило. Девушка встала с пола.

— Я в туалет, — оповестила она. Никто, кроме Насти, не обратил внимание на её потерянный вид.

— И я, — Воронцова тут же подорвалась вслед за подругой.

Кира взглядом попыталась пригвоздить её, чтобы не мешала. Настя выпучила глаза, чтобы не подавала вид, будто что-то не так, и под руку повела подругу из гостиной.

— Ты-то чё пошла? — шикнула на неё Баюнова.

— А что, одна хочешь пойти Катю искать? Вдруг помощь понадобится?

— В чём? Волосы держать? — усмехнулась Кира ехидно, открывая дверь в ванную и ожидая застать там Смирнову у унитаза. — Мы с ней не настолько близки...

В ванной не было никого. Девчонки переглянулись и одновременно посмотрели наверх. В доме было два этажа.

Настя и Кира поспешили на второй этаж. Не говорили, но обе надеялись не застать самое худшее, что лезло в голову. В первой комнате было пусто, видимо, родительская спальня. Вторая была наверняка спальня Жени, тоже Кати там не было. Только сам Женя храпел. Но в третью девочки не спешили открывать дверь. Переглянулись. Кира решительно взялась за ручку двери и медленно опустила вниз.

Свет из коридора проложил блеклую полоску света в комнату, осветив лишь край кровати. Открыв дверь пошире, девочки увидели ступни в колготках. Кира открыла ещё шире и увидела над лежащей Катей нависшую мужскую фигуру с приспущенными штанами и голой спиной. Катя едва двигалась и сопротивлялась, будто вот-вот уснёт.

"Я же пошутила...", — подумала Баюнова. Рот её открылся от шока. — "Какая же ты мразь".

Настя встала в ступор.

А Вадим, похоже, не заметил их появления. Он шарил ладонью по телу Кати, задирая ей блузку, ладонь залезла под юбку, судорожно полезла в трусы. Облизывал девичью шею. Катя морщилась слабо толкала его в плечи, но она отключалась. Кира решила не терять времени. Её затрясло от ярости. Нужно было вырубить его одним ударом. Но как?!

Она быстро оглядела комнату в полумраке, но ничего не смогла выцепить взглядом. Потому не придумала ничего лучшего, кроме как запрыгнуть сверху на них и со всей своей силы толкнула Вадима на пол. Он и сам пьяный был, поэтому ему было достаточно удариться затылком о чугунную батарею, чтобы перестать двигаться. Настя коротко взвизгнула, закрывая рот рукой и заглушая звук.

Парень не шевелился.

— Кир... он умер?..

— Что?.. — выдохнула Кира. Она была в состоянии аффекта, поэтому не расслышала подругу. — Умер?..

— Что происходит... — Катя еле ворочала языком, распластавшись на кровати. Настя подскочила к ней, одёргивая её юбку вниз и поправляя расстёгнутую блузку.

Кира осторожно сползла с кровати и подползла к Вадиму. Пальцы прижала под его челюсть, пульс прощупывался. Он всхрапнул и шевельнул головой. Кира с облегчением вздохнула. Не убила...

— Жив, — заключила она. Тон её не понравился Насте. Слишком... равнодушный. — Вот же... сука!

Кира поднялась с колен и отчаянно пнула парня по бедру. Он лишь зашевелился, чавкнул и отвернулся.

— Ну не буди! Надо, эм... утащить её отсюда, — Настя указала на Смирнову ладонью. — Привести её в чувство. Позовём мальчиков?

— Нет. Не нужно суету наводить. Если они придут и увидят этого, — Кира кивнула на распластавшееся тело парня у батареи. А затем потянула Катю за руку и Настя подхватила её. — Будут вопросы. Потащили в ванную. Вот же ж, блять... два брата — одного поля ягоды.

— Да уж...

Так, вдвоём они донесли безвольную и не лёгкую Катю до первого этажа и закрылись в ванной. Долго они умывали её, брыкающуюся, ледяной водой. Помогали не запачкаться, пока её рвало в унитаз. Затем привели в гостиную и уложили на диван к Алёне, поставив рядом с головой Кати тазик. Бяша и Рома помогли её уложить. На шум из кухни вновь пришли Антон с Полиной, в коридоре они разминулись с Настей, которая хотела воды.

— Э-эм... а что с ней? — Бяша наклонил голову в бок и опёрся бедром о подлокотник дивана.

— В туалете уснула. Видно, ей совсем плохо, — моментально выдумала Кира.

— Ну что... что будем делать? — спросил Антон, глядя на уснувших Алёнку с Катей и Пашу, который развалился на полу.

— Не хочу оставаться здесь... — сказала Полина. — Это была плохая идея.

— Согласна... — протянула вернувшаяся Настя, попивая тёплую кипячённую воду с лимоном. Хоть как-то пыталась в себя прийти.

— Ну... давайте ко мне что ли... — предложил Рома, потягиваясь, устал уже. — Мамка у меня на смене. Поэтому до утра никого.

Кира с прищуром посмотрела на Пятифанова. Ага, знает она, что "до утра никого не будет". Сто процентов опять наоборот будет.

— Да, погнали, — согласился Бяша. Антон покивал. — Заебало тут уже. Нихуя чёто не весело.

Ребята по тихой ушли, собрав все свои пожитки. Оставили остальных отсыпаться, не оставив даже записки. Ушли по-английски, так сказать. До Ромкиного дома дошли в тишине и быстро, хоть и покачиваясь как на корабле.

Уже дома Рома решил, что девок положит у себя в спальне, а сами парни пойдут спать в баню, там тепло как дома. На комнату матери посягать никто не мог, поэтому пришлось вот так выкручиваться. Он вместе с девочками постелил матрас на пол, разложил кресло и отправился с пацанами в баню раскладывать себе спальные места. Кира улеглась на кровати Ромы, Полина в кресле, а Настя на полу, ведь любила спать на твёрдом. Девочки ещё переговаривались и посмеивались. Кире же достаточно было головой коснуться подушки, как моментально провалилась в неспокойный сон с вертолётами.

Кира проснулась ни свет ни заря — в семь утра. И больше не смогла уснуть. Поэтому пошла на улицу покурить.

Небо окрашивалось в голубоватые мазки, где-то закричал петух. На улице стоял плотный и безветренный мороз. Но в шубе ей не было холодно. Она уселась на ступеньку и закурила. Живот скрутило от непонятного волнения. У неё всегда так происходит, если она проснётся раньше всех. В таких случаях приходилось встречать рассвет, чтобы скоротать время, ведь потом уснуть не получалось.

Со стороны предбанника послышался скрип. Рома вышел, осторожно прикрывая за собой дверь. Обернулся и замер. Кира лениво махнула ему рукой с зажатой между пальцами тлеющей сигаретой. Он хмыкнул. Ну кого же ещё с утра пораньше он мог встретить из всех собравшихся.

— Тоже не спится? — спросил он, закуривая и усаживаясь рядом.

Кира кивнула и подвинулась, уступая ему место.

И вот опять они сидят на ступенях его дома. Опять курят. Опять прижимаются друг к другу плечами. Опять вдвоём. Но уже рассвет.

— Красиво, — заключила Кира, когда солнце начало вставать и небо обрело розовато-фиолетовый оттенок на горизонте.

— Красиво, — согласился Рома, глядя на заспанную Киру.

Кудри её распрямились, остались лишь небрежные светлые волны. Все тени и тушь размазались по её глазам, придавая им большую черноту, чем было ещё вчера на дискотеке. В глазах отражались розовые блики, и Рома впервые увидел в них хоть что-то кроме черноты. Улыбнулся незаметно и тоже посмотрел на небо.

— С наступающим, — негромко произнёс он. Кира улыбнулась в ответ. Прислонилась головой к его плечу.

Спокойно.

☽☭☾