Грозовая птица

«Дорогая Стелла, меня охватил приступ небывалого счастья, когда я прочел твое ответное письмо. Ни в коем случае не подумай, что все это время я таил обиду, сердиться на тебя я не в силах. Был рад услышать, что ты в порядке, а по поводу твоей деятельности, уверен, ты двигаешься в правильном направлении. Я всегда тебя поддержу и буду рядом хотя бы словом. Не хочу ворошить прошлое, но надеюсь, что в будущем у тебя найдется свободная минутка, чтобы писать мне. Сегодняшний вечер предвещает быть по-настоящему особенным, так как мы с семьей отбываем в Лондон, чтобы оценить все прелести балетной постановки в Ковент-Гарден. В связи со сложившимися событиями, я вынужден покинуть тебя на этой ноте, но буду надеяться, что ты не забудешь обо мне.

— Твой друг, Оливер Тернер»

По возвращении домой Эванжелина написала еще одно письмо Стелле Адамс, которое отправила на следующий день. Ожидание ответного письма ей далось крайне легко, нежели в прошлый раз. Эва была уверена, что Стелла не оставит Оливера без ответа. Так оно и произошло. Через два дня почтальон вновь доставил почту, чему радости Эванжелины не было предела. Скрывать секрет стало проще, поскольку с отъездом Колтрейнов, Терри временами писал Эве, поэтому Диана с мамой были уверены, что Эва просто получает частые письма от друга из Эбботсфорда. Стелла рассказывала о живописной Венеции, иногда делилась новыми идеями для будущих нарядов, над которыми работала сама. О приемах и торжественных балах речи не велось, вероятно, потому что Стелла не была девушкой из высшего общества, что несомненно порадовало Эву. В ответ наш «Оливер» всегда по достоинству оценивал труды творений Стеллы, но не спешил расспрашивать о причудах ее жизни, чтобы случайно не вывести разговор на неприятную ноту. Через неделю вернулся и настоящий Оливер, которого Мэтью Бейкер любезно доставил в Бибури. Приезд отца порадовал девочек и Лауру Бейкер, так как он значительно задержался в Лондоне и был крайне удивлен, что на время его отсутствия семейство решило посетить Оксфорд-стрит. Видя всю семью в сборе, Марта испекла огромный вишневый пирог, который наполовину пришлось заполнить черникой, поскольку во время готовки Эванжелина прокралась на кухню и съела почти всю вишню. Но этот факт никого не расстроил, так как лакомство оказалось даже вкуснее, чем представлялось. Как только вернулся отец, Эва больше не могла прятаться в кабинете и строчить секретные письма. Ей пришлось переместиться в «Уильям Моррис», где теперь девушка писала Стелле Адамс, а присланные ею письма аккуратно убирала в старую коробку из-под бантов Дианы, которую надежно спрятала под кровать. К слову, Диана признала, что с отъездом Терри в доме стало достаточно тихо и временами ей даже не хватало этого переполоха. Конечно, Оливер с Эллен часто заглядывали к Бейкерам, но в силу секрета от друга, Эва постаралась сократить общение с ним, поскольку боялась случайно проговориться.

Со временем Диана освоила игру в шахматы. Она так увлеклась, что иногда забывала о занятиях, впрочем, этот факт также никого не расстраивал, а даже порадовал Лауру Бейкер и Эванжелину. Временами сестры наносили визиты к тетушке Станн, Оливер любезно встречал девушек, но был немного насторожен тем фактом, что в последнее время Эва стала к нему холодна. В тот же вечер на прогулке зашла речь об Эмме Флеминг, но не желая слушать, Эва убежала. Дурная черта характера, правда, временами она выручала. На следующий день Эванжелина не стала медлить с извинениями и даже криво высказалась о том, что мисс Флеминг не такая уж и мерзкая, какой показалась на первый взгляд. Такое суждение удивило Оливера, и он бы точно заподозрил что-то неладное, но сказать ничего не успел, так как аромат булочек с корицей перебил все мысли. На том они и сошлись, больше не поговаривая о леди из Вельморена. Время шло, вскоре зима начала подходить к концу, а дом Бейкеров из рождественский сказки преобразился вновь в уютное весеннее гнездышко. Диана с Эвой по-прежнему усердно занимались, хотя так я бы больше охарактеризовала старшую сестру. Как только прохладный март сменился солнечным апрелем, Эва вместе с ним также сменила обстановку, и теперь устроила почтовое логово рядом со своим убежищем. Нет ничего прекраснее, чем писать письма на природе, под шум легкого ветерка и пения первых птиц. С высоты холмов вся Бибури была как на ладони, поэтому девушке удалось застать возвращение лебедей, о чем она даже решила поделиться с Терри. К слову, мистер Персиваль не оставлял подругу без писем, хоть и часто жаловался, что у него не получается так ярко и красочно описывать события, происходящие вокруг него. Но как только он вновь стал выезжать на конные прогулки, письма обрели особую значимость, поскольку ездил он в компании Юджина, который часто говорил о Диане и ждал возможности увидеться с ней. Впрочем, ждать долго не пришлось, так как в конце апреля Диана должна была отмечать свое семнадцатилетие, а к этому торжеству все члены семьи готовились заранее. В один из апрельских дней, Эванжелина как обычно вернулась с прогулки, отправив письмо Терри и оставив конверт для последующего письма Стелле. Весной она отправилась в небольшую поездку, пообещав, что обязательно напишет по приезде в Венецию. В ожидании своего семнадцатилетия, Диана совсем перестала учиться. Она даже почти не играла на фортепиано, поскольку была занята предпраздничными хлопотами. Этот день Диана ждала еще с того момента, как ей стукнуло шестнадцать, поэтому все должно было пройти гладко и так, как задумала девушка. Выбор платья стал настоящей проблемой, когда старшая сестра выяснила, что нет ни одного, соответствовало бы ее образу в голове. В комнате постоянно царил беспорядок и настоящий «модный хаос» из-за чего Эванжелине даже пришлось переместиться в гостиную, дабы не мешать сестре. Глядя на то, как Диана днями напролет училась и почти не давала себе поблажек, мистер Бейкер решил воплотить мечту дочери и организовать торжественный балл в ее честь. Пришлось арендовать крупнейшее поместье в Лондоне для такого события, что, конечно же, доставило Диану на седьмое небо от счастья. А вот Эва, наоборот, расстроилась, поскольку не любила такие мероприятия, да и тем более в день рождения сестры, который всегда отмечали в семейном кругу. Как только вопрос с поместьем был решен, встала новая проблема о выборе гостей, поэтому Диана тут же принялась составлять список.

— Ди, ну сколько можно, ты решила всю Англию собрать в одном зале? — спросила Эва, переводя взгляд на комнату, в которой по-прежнему творился хаос.

— Только родные и самые близкие, — отмахнулась Диана, продолжая писать.

— Баретты, Тернеры, Колтрейны, Питтерсоны, Кларки, Кидманы, Уилсоны, тетя Армстронг?! — удивилась Эванжелина, выхватив листок у сестры.

— Она милая женщина, приезжала к нам позапрошлым летом, помнишь? Отдай сюда, — сказала Диана, сделав попытку забрать лист с гостями.

— Помню, она назвала меня невоспитанной особой, — возмутилась Эванжелина.

— Впрочем, ты и не блистала манерами, — ответила Диана, забрав листок.

— Но зачем такое большое количество гостей? Я половину совершенно не знаю!

— Многие из них хорошие знакомые родителей, мы не можем их не пригласить, боюсь, они дурно о нас подумают.

— Лучше бы мы подумали о бюджете, — закатила глаза Эванжелина, сев на кровать.

— Не помни мое платье! Папа сказал, что о бюджете переживать не стоит, — сказала сестра, продолжив писать.

— Ну конечно, о нем мы будем переживать, когда за наш счет наедятся Питтерсоны, Кларки и Уилсоны, — пробурчала под нос Эва, выходя из комнаты.

Как только список гостей был составлен, Лаура Бейкер занялась пригласительными, которые были высланы в дома и поместья приглашенных. Тернеры были первыми, получившими приглашение, за ними последовали Колтрейны и Баретты. Диана с трепетом ждала встречи с Юджином, а также знакомства его родителей с Бейкерами. Оливер ждал очередного шанса побывать в Лондоне, также как и Эллен, которой хотелось вновь оказаться на балу, так как в силу своего возраста она редко присутствовала на подобных торжествах. Как только приглашения были разосланы, Мэтью Бейкер предложил своим девочкам съездить в Лондон, чтобы обновить гардероб к предстоящему балу, а также подобрать праздничное платье для Дианы. Эванжелина отказалась от предложения, решив остаться дома, но все же попросила пару новых ботинок, поскольку старые совсем промочила, бегая по лужам во дворе.

— Ты точно не хочешь поехать с нами? — удостоверилась миссис Бейкер.

— Я полностью доверяю выбор моего платья тебе, но только никакого корсета! — отозвалась Эванжелина, жуя яблоко.

— Мы скоро вернемся, — напоследок сказал мистер Бейкер, выглядывая в окно омнибуса.

Как только они уехали, дом значительно опустел. Марта не дала скучать Эванжелине и даже пустила ее на кухню, о чем вовсе не пожалела, поскольку Эва ничего не сожгла и впервые приготовила яблочный пирог. Его тут же решил попробовать Оливер, который, разузнав об отъезде Бейкеров, решил навестить подругу. К его приходу Эва даже успела сочинить новую пьесу. В ней она представила Марту злодеем и хранителем сокровища — того самого пирога, а Оливер и Эванжелина были пиратами, желающими заполучить то, за чем пришли. К сожалению, под рукой не оказалось шпаг, поэтому борьба велась на старых зонтиках Дианы. Эва прыгала с дивана на диван, сражаясь за своей кусок, а в самом разгаре борьбы даже назвала Оливера мистером Персивалем.

— Мистер Персиваль? — падая на диван, удивился Оливер.

— Забылась совсем, извини, — посмеялась в ответ она. — Мне вспомнилось наше сражение с Терри в Эбботсфорде!

Улыбнувшись в ответ, Оливер вновь приступил к бою. Глядя на них, Марта не упустила возможности испробовать пирог первой.

— Марта! — удивилась Эва, уворачиваясь от очередного взмаха зонтиком.

— Почему бы вам не объединиться и не поделить ваше «золото» поровну? — предложила она, вынося пирог в гостиную.

—Хорошая идея, я ужасно голодна! Оливер Тернер, я объявляю перемирие. Вы готовы его принять? — протягивая руку, спросила Эва.

— С превеликим удовольствием, — пожав руку подруге, ответил он. Друзья принялись уплетать приготовленный Эвой пирог, который получился действительно очень вкусным. К вечеру Оливер вернулся домой, а Эва погрузилась в чтение книги, уснув на столе в кабинете отца. Увидев ее, Марта задула горящую рядом свечу и укрыла девушку пледом, пожелав ей спокойной ночи.

Утро наступило быстро. Проснувшись с первыми лучами солнца, а также отклонившись на стуле назад, Эва упала на ковер, чем разбудила Марту, но и хорошенько взбодрила себя. Поднявшись и посмотрев в окно, девушка увидела приближавшейся омнибус и поняла, что родители с Дианой вернулись домой.

— Ботинки по вашему заказу прибыли, — улыбнулся Мэтью Бейкер, приветствуя дочь. В ответ, сымитировав реверанс, Эва обняла отца и приняла подарок.

— В Лондоне замечательная погода! Зря ты отказалась, милая, — сказала Лаура Бейкер, заходя дом.

— Ничуть не жалею, что не поехала. Я весело провела время дома, — улыбнулась Эванжелина в ответ.

— Полагаю, Оливер заходил? — спросила Диана, вынося свое новое платье.

— Как вы догадались, Ваше Величество, — ответила она, краем глаза поглядывая на новый наряд.

— Милая, куда положить твое платье? Я старалась руководствоваться всем твоим требованиям.

— Благодарю, мама. Оставьте в гостиной, я посмотрю немного позже, — сказала Эванжелина, удаляясь на второй этаж.

С приездом Бейкеров в доме вновь начались хлопоты. Диана не переставая говорила о предстоящем празднике, вновь поблагодарив отца за то, что согласился сделать ее день рождения еще лучше.

— Не переживай, Эва. В честь твоего шестнадцатилетия устроим торжество не хуже, — сказал Мэтью Бейкер, переводя взгляд на читающую дочь.

— Ну уж нет, только не в мой день рождения, — улыбнувшись, отказалась она.

Через два дня наступил самый желанный и долгожданный день — семнадцатилетие Дианы Бейкер. Двадцать первое апреля, которое началось с поздравления Эванжелины, сумевшей отыскать старую музыкальную трубу на чердаке, и с утра пораньше, во всеуслышание протрубить в честь именинницы.

— С днем рождения, Диана! Просыпайся! — прокричала она, обняв сестру.

— Ты разбудила всю деревню, — посмеялась Диана, потягиваясь на кровати.

— Я люблю тебя почти также сильно, как твои булочки с корицей, — произнесла Эва, протягивая сестре книгу со старыми сказками, страницы которой она замазала краской, как и обложку, на которой собственноручно подписала: «Сто и одна история Дианы Бейкер».

— Что это? — удивилась Диана, разглядывая книгу.

— Наши воспоминания! Я собрала здесь сто историй из нашего детства и взросления, — пояснила Эванжелина.

— Пролистав страницы, Диана наткнулась на историю о том, как они с Эвой лепили снеговика, как она впервые попробовала приготовить булочки, едва не спалив кухню, как они бегали с Эвой наперегонки до большого дерева, как катались на лошадях в детстве, как встречали Рождество, а также многие другие истории, которые сумела вспомнить Эванжелина.

— Одна страница пуста, — задумалась Диана.

— Ты должна заполнить ее сама, надеюсь, тебе будет о чем рассказать после сегодняшнего бала, — улыбнулась в ответ Эванжелина.

— Эва, это прекрасно! Я обязательно прочту, спасибо! — расчувствовалась Диана, обнимая сестру.

— Задушишь, — посмеялась Эва, обняв Ди в ответ. — Пора собираться! Ведь сегодня бал в твою честь!

Но не успела она закончить фразу, как в комнату ворвались родители и Марта, которая приготовила шикарный торт для именинницы.

— С днем рождения, дорогая! — поздравила мама.

— С семнадцатилетием мою девочку, — торжественно произнес Мэтью Бейкер, вручая дочери новые золотые серьги и колье с бриллиантом.

Диана даже расплакалась от счастья. «Как же я люблю свою семью!» — промелькнуло в мыслях семнадцатилетней девушки. Вскоре семейное торжество перенеслось в гостиную, где Марта с утра соорудила небольшой фуршет, по просьбе Лауры Бейкер. Диана задула свечи и первой испробовала и похвалила вкуснейший торт. Конечно, каким бы важным не было такое торжество для Эвы, к ее огорчению, оно оказалось недолгим, поскольку пришло время собираться в Лондон. Прически заняли уйму времени, так как Эванжелина должна была подобать сестре и не могла пойти с распущенными, слегка потрепанными ветром волосами. Поэтому ее локоны пришлось собрать наверх, оставив пару прядей, как это обычно делала Диана. Ее прическа была подобна прическе младшей сестры, поскольку девушка хотела сделать акцент на платье и не строить на голове, как выразилась Эва, «трехэтажный торт». Новый наряд Дианы заслуживал всех похвал. Это было длинное платье цвета золота с короткими рукавами, которое тянулось за девушкой шлейфом. Ее уши украсили золотые серьги, а на шее красовалось колье, которое украшал бриллиант. Не обошлось без любимых перчаток и веера, ведь Диана обожала подобные атрибуты. Что же касается Эванжелины, сегодня она предстанет перед гостями в нежно-голубом платье с синим поясом. Украшений Эва не любила, но не смогла противостоять имениннице и надела небольшую брошь — маленькую птичку, сидящую на веточке из драгоценных камешков. Также, по настоянию матери, Эве пришлось надеть белоснежные перчатки, поскольку для девушки было непристойно появляться на балу с голыми руками. Ради сестры Эва решила лишний раз не комментировать эту ужасно неудобную, по ее мнению, моду. Лаура Бейкер также не отставала, и вскоре предстала перед дочерьми в белоснежном бальном платье, которое подчеркивало ее фигуру и аристократичный вид. Как только все были готовы, включая Мэтью Бейкера, для которого классический мужской костюм не стал помехой, можно было выдвигаться в Лондон и продолжать начавшееся утром торжество. Напоследок Марта осыпала комплиментами женскую половину, в особенности Диану, которая выглядела словно настоящая принцесса.

— В добрый путь!

— Какие же вы красавицы! — восхищалась Лаура Бейкер, глядя на дочерей.

— Не хватает только цилиндра на голове, — высказалась Эва.

— Никто и не сомневался, — улыбнулась в ответ мама.

— Эва, послушай. Прибудет много гостей, к нам будет приковано огромное внимание, — начала говорить Диана, но сестра тут же перебила.

— Обещаю, я буду нема, как рыба. Перчатки обещаю держать при себе, буду мило улыбаться, а если меня пригласят на танец, то любезно протяну руку, не наступив на ногу кавалеру.

— Что ж, тогда замечательно, — восхитилась Диана, а Эва в ответ попыталась выдавить искреннюю улыбку.

— Я с нетерпением жду знакомства с Бареттами, — произнесла Лаура Бейкер, после недолгого молчания.

— А Диана ждет встречи в Юджином, конечно, — ответила Эва, взглянув на сестру, тем самым заставив ее слегка покраснеть.

— Многообещающий вечер нас ждет, однако, — добавил Мэтью Бейкер, поглядывая в окно.

— Когда же мы приедем, уже не терпится войти в бальный зал! — не могла дождаться Диана.

— А вот и Сомерсет-хаус, — ответил мистер Бейкер, в очередной раз взглянув в окно и увидев огромный фасад настоящего замка.

— Ничего себе поместье, вот это точно умереть не встать, — удивилась Эванжелина, переводя взгляд на сестру, которая не могла вымолвить ни слова от восхищения.

— Мы точно едем не на прием в Королеве? Это же настоящая королевская резиденция! — сравнила Лаура Бейкер, которая была удивлена не меньше дочерей.

— Все верно, мы прибыли на прием к Королеве Диане. Надеюсь, она нас примет, — ответил Мэтью Бейкер, переводя взгляд на старшую дочь.

— Не сомневайтесь в этом, — улыбнулась Диана в ответ.

Вскоре омнибус остановился напротив фонтанной площади, которая располагалась перед входом в Сомерсет-хаус. Здание было поистине огромным и подобным настоящему английскому дворцу. Его фасад украсили огромные колонны, выступающие веранды и широкие окна, в которых уже горел свет.

— Ущипните меня, если я сплю, — произнесла Эванжелина, глядя по сторонам. — Даже я не могла такого вообразить!

— Пойдемте, нас уже ждут, — улыбнувшись, произнес Мэтью Бейкер.

Дворецкий любезно распахнул двери. Как только Бейкеры оказались внутри живописного дворца, их встретил глашатай, который прибыл специально по просьбе мистера Бейкера. Он проводил семью к центральному залу, где и должен был состояться торжественный бал. Сердце Дианы стучало так, будто было готово выпрыгнуть наружу.

— Как же волнительно, — прошептала Диана.

— Я поймаю, если ты упадешь в обморок, — улыбнулась Эва.

— О, благодарю, — с улыбкой ответила Диана, выдохнув напоследок.

Выйдя в зал с другого конца, глашатай объявил о приезде Бейкеров, и конечно, Дианы, в честь которой и было устроено это празднество. Большая дверь распахнулась. На пороге лестницы сначала показались Мэтью Бейкер со своей женой, а следом за ними спустились Диана с Эванжелиной. Восторг охватил гостей, заставив их неожиданно замолчать и перевести взгляд на прибившую именинницу, на которую с такой любовью смотрел Юджин Баретт. Не осталась без внимая и Эванжелина, ее Терри даже с трудом узнал, а когда понял, что перед ним та самая Эва Бейкер, не смог произнести ни слова. Бейкеры спустились вниз, заиграла живая музыка. Гости окружили сестер, выражая свои поздравления Диане и приветствуя юную Эванжелину. Как только приглашенные слегка отступились, внимание Дианы приковал на себе Юджин, который любезно поприветствовал и поздравил девушку, поцеловав ее руку.

— Не буду врать, Диана, я думал о вас и отсчитывал дни до нашей встречи. Моим родителям не терпится познакомиться с тобой, — сказал он, глядя в глаза девушке.

— Взаимно, Юджин. Ваши письма скрашивали мои вечера, а мой портрет, который вы послали на Рождество, теперь украшает стены нашего дома. Мои родители будут счастливы познакомиться с вашими, — ответила Диана, не скрывая выступающей улыбки на лице.

«Кажется, я лишняя в этом любовном кругу», — промелькнуло в мыслях рядом стоящей Эвы. Не раздумывая, она вежливо поклонилась и отошла в сторону. Пока Диана и Юджин продолжали обмениваться любезностями, Эванжелина отправилась на поиски Терри, временами ловив на себе взгляды приглашенных гостей. Оглядываясь по сторонам, у нее едва не закружилась голова, поскольку яркий свет слепил глаза, а разговоры людей никак не прекращались. Пытаясь вырваться вперед, Эванжелина не заметила ступеньку. Споткнувшись, она едва не упала на впереди стоящего джентльмена.

— Мне ужасно неловко, сэр, — виновато произнесла Эва, но сразу выдохнула, когда к ней повернулся Терри.

— Сэр? — улыбнувшись, удивился он.

— Слава Богу это ты, мистер Персиваль. Я так рада тебя видеть! — с восторгом произнесла Эва.

— Взаимно. Ты выглядишь... — не успел договорить он.

— Непривычно, да? Эта прическа и бальное платье, но никакого корсета, — сделала акцент она.

— Я хотел сказать, потрясающе. Даже не сразу тебя узнал, — восхищался он.

— Благодарю, — с улыбкой ответила Эванжелина. — И да, прости, что едва не упала на тебя.

— Я привык, — не стал скрывать улыбки он. — Вы будете должны мне танец, Эва Бейкер, — добавил Терри, что очень порадовало девушку, так как танцевать все равно бы пришлось, а Терри был самым подходящим вариантом.

— Кажется, ты не безразличен двум леди, что стоят позади тебя, — тихо произнесла Эва, глядя на девушек, которые буквально прожигали ее своим взглядом и о чем-то шушукались.

— И что же мне делать?

— Есть идея, как их разозлить еще больше, — улыбнулась Эва, но тут же отбросила эти мысли, так как обещала сестре вести себя примерно.

Как только толпа гостей немного рассеялась по периметру огромного бального зала, Терри наконец смог подойти к Диане и выразить ей свои поздравления. Рядом с девушкой стояли Тернеры во главе тетушки Станн, которая долго разговаривала с Дианой. Эванжелина не упустила возможности пообщаться с Оливером и Эллен, которые, признаюсь, были ошеломлены новым образом девушки.

— Осторожно, Эва, сегодня ты можешь украсть чье-то сердце, — сказал Оливер, делая комплимент подруге.

— Или уже украла, — добавила Эллен, помахивая своим нежно-розовым веером и взглядом показав, что сын мистера Уильямса не сводил глаз с Эванжелины.

— Эллен, не неси пургу! — выпалила она в ответ, но сразу опомнилась, прикрыв рот своей перчаткой.

— Что, прости? — удивилась Эллен, а Оливер едва подавил волну смеха.

— Я хотела сказать, не болтай глупостей. Я вовсе ему не интересна, а если бы и была, то мне пришлось бы ему отказать.

Диана вернулась в компанию родителей и Бареттов, которые уже успели познакомиться и распивали шампанское. Терри оказался вновь рядом с Эванжелиной и Тернерами, но увы, вскоре ему пришлось покинуть друзей, так как мимо проходящий лорд Колтрейн не упустил возможности представить сыну старшую дочь мистера Кидмана — Мию Кидман, которая изъявила желание познакомиться с младшим Колтрейном.

— Твое шестнадцатилетие будут отмечать также, по-крупному? — немного позже спросил Оливер, сделав глоток вынесенного шампанского.

— Ты знаешь, я не люблю такие торжества. Слишком много внимания со стороны незнакомцев. Мне кажется, что на этом балу половина приглашенных джентльменов так и норовят сравнить меня с Дианой, а если этого и не делают, то рассматривают меня как будущую невесту для их сыновей. От этих мыслей мне становится тошно, что хоть стой, хоть падай, — тихо рассуждала Эва, не привлекая к себе внимания. — Думаешь, я не права? — добавила она, переводя взгляд на Оливера.

— Но ведь, прежде всего, они собрались ради Дианы, в честь ее дня рождения.

— Ты правда в это веришь, Олли? Да половина приглашенных — это давние знакомые родителей, которые меня с Дианой, уверена, видят впервые. А придя на такое крупное торжество, конечно, они не упустят возможности познакомить своих сыновей с нами. Тоже самое и касается Терри, слетелись как мухи на огромное состояние его родителей. А сейчас, вон одна, танцует, ни в чем себе не отказывает, — ответила Эва, переводя взгляд на танцующего друга в компании Мии Кидман.

— А если я приглашу на танец Эву Бейкер? Она не сочтет, что мои намерения могут оказаться хуже, чем просто танец?

— Не сочтет, — улыбнулась девушка, подав руку другу.

Постепенно гости начали приглашать своих дам танцевать. Зал оживился, как и музыка, которая сменилась на более ритмичную и веселую мелодию. Юджин любезно пригласил Диану на танец, и вместе с ним они закружились в самом центре бального зала. Глядя на них, вскоре не осталось ни одной одинокой дамы, которая стояла бы без партнера. Эва танцевала неподалеку от сестры с Оливером, Эллен пригласил на танец младший сын Томаса Фарелла, который также не упустил возможности познакомиться с дочерью Роберта Тернера. Эва совсем потеряла из виду Терри, так как разноцветные пышные платья дам постоянно мелькали перед глазами. Диана чувствовала себя счастливой и была довольна своей сестрой, которая держалась «молодцом», а после танца любезно поприветствовала тетю Армстронг, которая была ей не особо приятна. Вскоре приглашенным вновь предложили напитки и угощения перед следующим танцем. Диану снова окружили гости, буквально не давая ей пройти, но, кажется, она была совсем не была против такого повышенного внимания к себе. Оливеру пришлось ненадолго оставить Эву, поскольку он также был похищен вниманием одной из пришедших гостьей. Эванжелина, оставшись наедине с собой, решила удалиться. Однако сделать это оказалось тяжелее, чем представилось. На своем пути Эва пересеклась с мистером Уилсоном, который работал вместе с ее отцом. Поймав взгляд Дианы, Эванжелина, изначально настраивавшаяся пройти мимо, остановилась и пообщалась с ним и его сыном. Как только речь зашла о следующем танце, девушка тут же откланялась, почувствовав, что ее рассматривают как дальнейшую кандидатуру на вечер. «Не сегодня, Эдвард Уилсон», — подумала она, быстро отходя в сторону.

— Прошу прощения, — сразу извинилась Эва, столкнувшись с незнакомым джентельменом. «Надо скорее найти укромное место, пока я не снесла гостей своим подолом», — промелькнуло в мыслях Эвы. Сделав пару шагов, она наткнулась на рядом стоящих дочерей Джорджа Фостера, одной из которых случайно наступила на ногу. И только Эванжелина хотела извиниться, как поймала на себе осуждающий взгляд недовольной мисс Руби Фостер.

— Ходить разучилась? — с презрением высказалась она.

— Это Эванжелина, сестра Дианы Бейкер, — шепнула на ухо рядом стоящая девушка, поправляя свои длинные перчатки.

— Ах, прошу прощения, я была совершенно неловка, — исправилась мисс Фостер, выдавливая улыбку. В ответ Эве захотелось еще раз пройти по ее ногам и озвучить свои мысли, но промолчав, она слегка улыбнулась, как можно скорее покидая эту компанию.

— Манерами она, говорят, не блещет. Абсолютная выскочка с кривыми ногами, видимо, — произнесла Руби, как только Эванжелина скрылась из виду.

— Я видела, как она разговаривала с Терренсом Колтрейном, — отозвалась Оливия Фостер.

— Чепуха, о чем ей с ним говорить? Вероятно, бедняжка совсем отчаялась, если решила, что общество Колтрейнов ей по зубам.

— Я бы хотела поближе познакомиться с Дианой Бейкер, кажется, Юджин Баретт к ней неравнодушен.

— Диана мила и галантна, в отличие от своей сестренки. И как ее вообще на бал взяли, она платья то с роду не носила, — сказала Руби Фостер, поправляя перо, торчащее из ее красной шляпки.

Оливия усмехнулась.

— Пойдем, Оливия. Попросим отца представить нас Бейкерам.

Весь вечер Диана провела в компании Юджина и других гостей, которые крутились вокруг нее, как будто она была рождественской елкой, по мнению Эвы Бейкер.

— Милая, ты не видела Эванжелину? — поинтересовалась Лаура Бейкер.

— Думаю, она с Терри, не переживай, — успокоила Диана, которая также потеряла из виду сестру, но надеялась, что она не успела ничего натворить.

Мэтью Бейкер находился в компании друзей и старых знакомых, которые выражали свою благодарность за возможность находиться в этом бальном зале. Диана продолжала получать комплименты и теплые слова, а леди Станн даже умудрилась завести знакомство с тетей Армстронг. Они абсолютно не сочетались характерами но, кажется, нашли общие темы для разговора. Диана, желая остаться с Юджином наедине, вскоре вышла на веранду, чтобы подышать свежим воздухом перед предстоящим танцем.

— Вы прекрасны Диана. Нет, когда вы едва не упали с лошади, вы тоже были прекрасны по-своему, конечно, — улыбаясь, произнес Юджин.

— Умеете сделать комплимент, — улыбнулась она в ответ.

— Надеюсь, гости будут не против, если Диана Бейкер будет похищена мною на этот вечер.

— Я буду против, если меня захочет похитить некто иной, кроме вас, — ответила Диана, поймав на себе улыбку Юджина, которого явно устраивал такой расклад.

Как только Диана ненадолго покинула гостей, внимание вновь приковала к себе Эванжелина, которая через силу давила улыбку и была всякий раз на пределе, когда до нее доносились обсуждения о том, что ее манеры оставляют желать лучшего, а Терри Колтрейн вовсе не достоин ее внимания. Конечно, никто не подумал бы заявлять подобное в открытом виде, поэтому мимо проходящие девушки продолжали шушукаться, думая, что Эва не станет обращать на них внимание. Наконец на горизонте показался Терри, который смог вырваться из эпицентра окруживших его девиц. Не секрет, что повышенное внимание к себе Терри не считал плохим знаком, поскольку любил лишний раз пофлиртовать без каких либо дальнейших намерений, разумеется. Правда, на этом вечере ему не совсем хотелось оставлять свою подругу.

— Куда ты пропала? — спросил он, подойдя к Эванжелине.

— Терри, лучше бы ты остался в компании мисс Кидман. Эти обсуждения меня скоро выведут из себя, какое людям дело до того, с кем я разговариваю и как себя веду? Я стараюсь соблюдать все правила, но они продолжают шептаться! — возмутилась Эванжелина.

— Общество не любит принимать людей, которые отличаются от них. Кажется, у тебя была идея, как преподнести им урок, — вспомнил Терри.

— Отбрось эти мысли! Я обещала Диане, что буду вести себя как подобает леди, — ответила Эва.

Как только она закончила говорить, объявили еще один танец. Леди тут же всполошились, их глаза забегали в поисках «того самого» джентльмена.

— Как думаешь, Терренс Колтрейн пригласит меня на танец? — произнесла Оливия.

— Он уже выбрал меня, смотри, сестра, — решительно произнесла Руби Фостер.

— Но он разговаривает со второй Бейкер!

— Это ненадолго, — подняла голову Руби, пересекаясь взглядом с Эвой, которую едва не вытолкнула из общества Терри. «Диана не заметит», — промелькнуло в мыслях Эванжелины. Оглянувшись по сторонам, она взглянула на Терри так, будто решила воплотить ту самую идею.

— Мистер Персиваль, позвольте вас пригласить, — произнесла девушка, выйдя вперед, тем самым перегородив дорогу Руби Фостер.

— С удовольствием, — улыбнулся он, и вместе с Эванжелиной направился в центр зала.

— Эта Эванжелина не так проста, — удивилась Оливия Фостер, подойдя к сестре. 

— Сама пригласила его на танец! Как невоспитанно! Ты слышала, как она его назвала? Эта девушка явно не в своем уме! — возмущалась Руби, глядя на то, как Терри улыбался и танцевал в компании своей подруги.

— Ты видел ее лицо? — смеялась Эва, временами поглядывая на одиноко стоящую Руби Фостер.

— Признаюсь, я удивлен, — улыбнулся Терри.

— Сочту за комплимент, мистер Персиваль, — ответила Эванжелина, настроение которой явно улучшилось.

Вскоре в зале снова появилась виновница торжества, которая словно лебедь влилась в танец. Услышав разговоры о том, что леди пригласила джентльмена на танец самостоятельно, Диана сразу узнала в ней свою сестру.

Как только очередной танец подошел к концу, Терри удалился за напитками, а Эва наконец смогла поговорить с Дианой, которая не стала отчитывать сестру за ее выходку, и даже слегка посмеялась.

— Я держалась до последнего, — пояснила Эва.

— Было бы удивительно, если бы до конца вечера ты оставалась примерной леди. Но в следующий раз, я уверена, Терри сможет и сам пригласить тебя, — сказала она, помахивая своим веером.

— Учту, — напоследок улыбнулась Эванжелина, поскольку Диана вновь была похищена своим спутником.

— Это правда, что ты сама пригласила Терри? — подлетел Оливер.

— Ну вот, люди нашли новую тему для обсуждения, — улыбнулась в ответ она. — Глупые условности только усложняют жизнь, более того, я хотела преподать урок одной особе, — добавила она, взглянув на мисс в красном платье.

Заметив Терри, Эва удалилась и пошла навстречу к нему, бросив взгляд на Руби Фостер, которая не удержалась и озвучила свои мысли вслух: — При всем уважении, вы поступили крайне глупо и опрометчиво. Ваш поступок вовсе вас не красит.

— А вас? — ответила Эва, но глядя в ее непонимающие глаза мисс Фостер, добавила: — Вас красит тот факт, что вы позволяете себе насмехаться над людьми и обсуждать их за спиной?

— Простите? — удивилась она.

— Прощаю, не делайте больше так, — улыбнулась Эванжелина, зная, что разозлила собеседницу еще больше.

Разумеется, Руби Фостер не ожидала такой развязки разговора, поэтому она поспешила поделиться с подругами о случившемся, а Эванжелина Бейкер тут же стала центром их обсуждения.

— Что в ней нашел Терренс Колтрейн? Без умолку с ней говорит! Я даже не могу назвать эту выскочку леди, посмотрите, на ней и корсета то нет!

К слову, Эву совсем не волновало мнение общества, да и молчать она была больше не намерена. Обсуждающих ее девушек считала просто жалкими и ждала первой же возможности сообщить им об этом. Но пока она любезно танцевала с Терри, который больше не изменял своей партнерше на протяжении вечера.

— Вам бы не помешало надеть корсет, — произнесла одна из подруг Руби Фостер, как только танец подошел к концу.

— А вам, я бы настоятельно порекомендовала его снять. Может быть тогда, ваши суждения обо мне прозвучали гораздо разумнее, если бы кислород наконец добрался до вашей головы, — подняв голову, ответила Эванжелина, чем ошеломила Терри, который попытался скрыть выступающую улыбку.

— Вы считаете, что я веду себя неприлично, но позвольте, а как ведете себя вы? Вы приглашенные гостьи, так что постарайтесь усмирить свой пыл. Обсуждение других не делает вас краше, неужели вы настолько одиноки? Прошу меня простить за мою прямолинейность, может быть вам и кажется, что вы подобны моей сестре, раз уж порхаете перед ней, словно ласточки. Но позволю себе вас огорчить, вы не достойны ее внимания, — договорила Эва, почувствовав прикосновение руки Терри, который дал понять, что она наговорила уже достаточно.

— Прости, я должна была это сказать, — быстро произнесла она, удаляясь из зала на ближайшую веранду.

— Терри, ты не видел Эванжелину? — спросила Диана, подойдя к другу. Но парень не успел ей ответить, поскольку тут же подоспела Оливия, едва не сбив его своим подолом пышного платья.

— Диана, ваша сестра... — начала говорить она, но ее перебила Руби Фостер.

— Удивительная особа, имели честь познакомиться, — выдавила улыбку она.

— Говорят, что мы совершенно не похожи с Эвой, но я рада, что она вам понравилась, — улыбнулась Диана. — Терри?

— Возможно, Эва удалилась к родителям, — решил соврать он.

Как только Диана отступила, а Терри направился к веранде, Оливия недоумевая посмотрела на сестру.

— Младшая Бейкер еще пожалеет о своих словах, но в чем-то она права. Мы гостьи, поэтому Оливия, будь добра, забудь об этом инциденте и улыбайся.

— А как же Терренс Колтрейн?

— Умоляю, Оливия. Через пару дней он забудет о существовании этой девицы!

Выйдя на веранду, Терри застал там подругу, которая всматривалась вдаль, думая о сегодняшнем вечере.

— Я слышал, что Юджин в скором времени собирается сделать твоей сестре предложение, — сказал он, сделав глоток шампанского.

— Он мне нравится и лошадей любит, я не буду против их брака, — улыбнулась в ответ она. — Как тебе общество мисс Кидман? — недолго думая, перевела тему Эванжелина.

— Временами я хотел спрятаться снова, как на приеме у леди Станн, — сказал Терри, что заставило девушку слегка посмеяться.

— Ты не в восторге от вечера, — задумался Терри, озвучив свои мысли.

— Диане нравится, это главное. Она мечтала, чтобы в ее честь однажды устроили бал. А что касается тех недовольных девиц, людей не исправишь, ни словом, ни действиями.

— Но ты попыталась. Это было очень смело и даже весело, особенно, когда ты высказалась о корсетах.

— Мне их даже жаль.

— Корсеты?

— Разумеется, Терри, — улыбнулась Эванжелина. — Тех девушек, что болтали за спиной. Не думаю, что такими они родились. Скорее, их просто испортило общество и теперь они живут в этой оболочке, чувствуя себя прекрасно.

— Но обо мне ты так не думаешь, верно?

— Конечно нет! Ты совсем другой, Терри. Общество тебя никогда не испортит, по крайней мере, я искренне верю в это. А если вдруг ты станешь сомневаться, я напомню, что ты настоящий мистер Персиваль.

— Эв... — не успел договорить Терри, как его подруга заметила сестру и Юджина, которые направлялись на ту же веранду.

— Прости, хочу потанцевать со своей сестрой, пока твой друг ее снова не увел из-под носа, — быстро произнесла она, сделав шаг навстречу к Диане.

— Моя сестра еще не твоя жена, — также добавила Эва, уводя Диану из-под руки Юджина. — Не волнуйтесь, верну в целости и сохранности, — улыбнулась напоследок она.

Едва Диана успела опомниться, как была похищена Эванжелиной, и уже через несколько мгновений танцевала с вместе с ней. Пока сестры вытанцовывали польку, что несколько удивило гостей, но они решили не медлить и повторять за девушками. Даже Руби Фостер, клянусь, сделала пару движений. Однако она едва не подвернула ногу, а впрочем, ей бы пошло на пользу.

Юджин остался стоять на веранде в компании своего кудрявого друга.

— Говорят, что ты собираешься сделать Диане предложение, — недолго думая, сказал Терри.

— И кто же такое говорит?

— Я так подумал, — ответил он, улыбнувшись.

— Мы слишком молоды, чтобы думать о женитьбе. Но, вероятно, через пару-тройку лет я вернусь к этому вопросу. А ты? Тебе нравится ее сестра, не отрицай, Терри.

— Не буду, — поправив непослушные волосы, ответил он.

— Так в чем же тогда проблема?

— Эва моя самая близкая подруга. Она не похожа на других девушек, конечно, она мне нравится. Нет никакой проблемы, — как ни в чем не бывало ответил Терри, переводя взгляд на Эванжелину, которая слегка приподняла подол платья, продолжая танцевать.

— Значит, проблемы нет, — медленно произнес Юджин, заметив едва видимую атласную ленточку, повязанную на запястье друга. — Держу пари, она принадлежит Эванжелине.

— Забыл снять, — быстро ответил Терри, одернув рукав пиджака.

— Полагаю, не первый месяц забываешь, — едва успел договорить Юджин, как на веранду вломилась Эва, которая позвала друга танцевать.

— Терри, ну чего же ты встал как вкопанный! Я тебя зову, зову, — говорила она, поправив свою перчатку.

— Что, прости?

— Я имела ввиду, не стой столбом, — исправилась она, но увы, лучше не стало. — В общем, пойдемте танцевать с нами! — договорила Эва, сняв перчатки с рук.

«До чего же неудобные атрибуты, заберу после бала», — решила Эванжелина, положив пару ажурных перчаток на подоконник.

— Где твои перчатки? — спросила Диана.

— Торжество в самом разгаре, никто и не заметит. Оставила на веранде, заберу позже, — отмахнулась Эва. Взяв под руку Терри, все вместе они вернулись в центр зала, окунувшись в этот танцевальный ритм.

Диана снова стала центром внимания, а Эва, как только дотанцевала партию с Терри, оказалась в компании Тернеров. В зал в очередной раз вынесли вкусности и огромный бисквитный кремовый торт, который сразу приковал внимание гостей. После пробы Дианы, Эва уже была готова испробовать этот лакомый кусочек, как вспомнила об оставленных перчатках, решив за ними вернуться, чтобы не забыть о них совсем. Кажется, в эту минуту Терри подумал о том же. Опередив подругу, он оказался на веранде, увидев пару оставленных белых перчаток. Взяв их в руки, Терри улыбнулся, вспомнив, что Эва всегда забывает этот атрибут. На одной из них было небольшое пятнышко, скорее всего от напитка, но пахли они тем же запахом лаванды, вероятно, потому что Эванжелина часто поправляла свою прическу.

— Мистер Персиваль, хорошо, что ты тут. Ты, случайно, не находил мои белые перчатки? — оглянулась по сторонам Эванжелина.

— Нет, — быстро ответил Терри, спрятав их за спиной.

— Точно оставляла их здесь, — настаивала девушка. — Ладно... Надеюсь, еще одну пару Диана мне простит. Ты идешь, Терри?

— Да, я догоню, — ответил он, убрав перчатки в карман пиджака и взглянув на большую луну, которую окружали звезды. Ночное небо всегда казалось таким загадочным, по-своему удивительным и волшебным. Эванжелина любила смотреть на небо, считать звезды, а созвездия она придумывала и строила в своем воображении сама. Может быть, в ту ночь Терри тоже засмотрелся на звезды, ведь торт ему испробовать так и не удалось.

***

— Генри, кажется, мы с вами совсем потеряли счет времени.

— И правда, но ваши истории такие интересные, — ответил я, боясь, что моя знакомая решила прервать рассказ.

— Дальше будет только интереснее, конечно, если вы не передумали слушать, — встав из-за стола, сказала она.

— Прошу вас, что произошло дальше? — умоляюще произнес я, увидев выступающую улыбку моей знакомой.

В свою очередь, я решил оплатить счет, но денег с нас, на удивление, не потребовали. Я накинул свое пальто и направился к выходу, ожидая мою рассказчицу. Она неторопливо надела очки и свою черную шляпку. Попрощавшись, рассказчица покинула кафе, напоследок осмотрев его пределы. 

— Кажется, вы оставили ваши перчатки, — сказал я, как только двери «Уильям Моррис» закрылись. Женщина сразу опомнилась, поспешив вернуться назад, улыбнувшись и тихо произнося: — Надеюсь, еще одну пару Диана мне простит...