Грозовая птица

Как только моя знакомая забрала свои перчатки и вышла на улицу, двери «Уильям Моррис» закрылись так, как будто закончилась очередная глава из жизни Эванжелины Бейкер. Но тем не менее, впереди меня ждало еще немало новых открытий. Неторопливо, я, в компании моей рассказчицы, шел слегка шурша ногами, пробивая себе дорогу сквозь осенние листья. Погода стояла пасмурная и прохладная, а солнечные лучи едва-едва просачивались сквозь серые тучи, сгустившиеся над Бибури. Пахло осенью, этим приятным ароматом, который остается после проливного дождя. В такую погоду хотелось укутаться в теплый плед и поддаться уютным воспоминаниям. Кажется, расчетливая леди, которая в душе всегда оставалась солнечной девочкой Эвой Бейкер, в те минуты действительно глубоко задумалась, поскольку свою историю она продолжать не спешила, а лишь глядела по сторонам. Я не торопился задавать вопросов, хотя накопилось их у меня достаточно. Мы шли вдоль по широкой улице, не встретив ни одного человека по пути. Смотря на рассказчицу, я тоже оглядывался по сторонам, останавливая свой взгляд на старых домах, в которых не замечал ничего особенного. В их окнах уже давно не горел свет, вероятно, там уже давно никто не жил. Однако моя знакомая смотрела на эти сооружения совершенно иначе. Конечно, она выросла в этих местах. Я был уверен, что если я, к великому сожалению, видел лишь старые фасады зданий, то Эванжелина Бейкер, определенно, видела в этих домиках частичку юной себя.

— Почему вы молчите, Генри? — неожиданно спросила она.

— Не хотел вмешиваться в поток ваших мыслей. Кажется, вы о чем-то задумались, — сказал я, убирая обе руки за спину. В ответ она слегка улыбнулась. Я принял это как добрый знак.

— Не бойтесь задавать вопросов, молодой человек, — выждав паузу, вновь произнесла она.

— Вы знали о том что я приеду, верно? — спросил я, желая собрать до конца картинку в своей голове, пазлы которой удачно складывались в моих мыслях.

— А вы не промах, — вновь улыбнулась она, после чего сразу добавила: — Честно сказать, я хотела раскрыть эту тайну немного позже, но раз уж вы заговорили об этом, то не буду вас долго томить, — сказала она, взглянув в мои глаза, которые жаждали услышать ответ.

— Генри, ваш дедушка давно мне написал, что вы собираетесь посетить «Каменные рощи». О нет, точнее, он уверял меня, что вы приедете.

— Оливер Тернер, все верно, — рассуждал я вслух. 

— Он говорил, что вы большой путешественник, вероятно, вы переняли его черту — страсть странствовать по свету. Оливер хотел, чтобы финальной точкой вашего маршрута оказалась именно эта деревня, — замедлив шаг, продолжала говорить рассказчица. — Он также верил, что это путешествие должно оставить след в вашей памяти.

— Он никогда не рассказывал о вас, об Эванжелине Бейкер. И бабушка Стелла мне ничего не говорила. Я ничего не знал о письмах, которые писали вы, — удивлялся я. — Правда, я редко бываю у них в гостях. Возможно, я сам виноват, что упустил из-под носа такую историю! — продолжал говорить я, не пытаясь остановить поток слов, которые так и выливались наружу.

— Оливер знал, что я люблю временами навещать родные края, поэтому и предложил мне якобы совершенно случайно встретиться с вами. Рассказать о жизни Эванжелины Бейкер, о нашей дружной компании, общих воспоминаниях, а также о том, как на свет появилась сильная девушка с твердым характером и убеждениями. Конечно, еще он просил не забыть о письмах, которые я писала Стелле. Кстати говоря, уверена, что ваша бабушка их сохранила. У вас будет о чем с ней поговорить, когда вы вернетесь домой.

— Невероятно, вы неразрывно связаны с моим дедушкой! Не могу поверить, что он все это время молчал! — разводя руками, продолжал удивляться я. — А как же журналисты? Когда я приехал, меня заверили, что в Бибури жила некая Эванжелина Бейкер, о жизни которой никому не удалось ничего узнать.

— Все верно, Генри. Вы первый, кто слушает эту историю. Оливер писал, что ему уже давно не терпелось поделиться с вами кусочками своего детства, и тогда ему пришла идея, чтобы сделала это я. Он уверял меня, что вам будет интересно послушать пожилую леди с ее умопомрачительными рассказами, — посмеялась она. — Однако я не была уверена, что вам станет интересно, поэтому пришлось попросить девушку в кафе немного подыграть, — сняв свои очки, подмигнула она.

— Девушка, которая узнала в вас Эванжелину Бейкер? — удивляясь, уточнил я.

— Именно. Ее зовут Люси, она дочка пекаря в «Уильям Моррис». Признаюсь, в Бибури меня узнают редко, поскольку Эва Бейкер давно не живет в «Каменных рощах». Иногда встречаются журналисты, но как вы уже поняли, я нема как рыба, — снова улыбнулась она.

— Почему же вы им отказываете? — не понимая, решил спросить я.

— Эванжелина Бейкер никогда не любила к себе повышенного внимания. А в наше время журналисты и подавно люди коварные. Напишут такого, от чего волосы дыбом встают! — сказала она, но тут же исправилась, а я едва сдержал смех. — То есть, моему удивлению просто не бывает предела. Не буду вам врать, Генри. Я не хотела посвящать в свою жизнь людей, к которым не питаю доверия, не считаю, что они заслуживают знать того, о чем я уже успела рассказать вам.

— Значит, вы доверяете мне? Внуку вашего лучшего друга? — улыбнулся я, услышав приятные слова в своей адрес.

— Вы напоминаете мне одного человека. Сразу напомнили, как только я вас увидела. С того момента я ничуть не сомневалась в том, что вы заслуживаете узнать то, за чем охотятся остальные. Эта слегка размеренная походка, любовь к длинным пальто и выразительные глаза, — медленно говорила она.

— Как его звали? — не сразу догадался я, продолжая осыпать вопросами свою новую знакомую. К слову, золотая осень также осыпала наши головы листьями, а некоторые из них пролетали мимо, падая прямо под ноги.

— Конечно же Терри, Генри. Мой дорогой мистер Персиваль... — с улыбкой на лице ответила она. Я ничего не сказал, решив, что мои слова в данном контексте будут лишними. Кажется, мою знакомую вновь накрыла волна воспоминаний, которым я не хотел мешать. Еще недолго мы бродили по осенним улицам. Временами я слегка ежился, скрываясь от ветра, а временами был совсем рассеян, да так, что по итогу промочил ботинки, наступая прямо в лужи. Пройдя несколько метров, я вновь обратился к своей новой знакомой и уточнил, могу ли называть ее миссис Эванжелиной. К счастью, она была не против, но попросила не злоупотреблять такими обращениями, если я не хочу получить в лоб подушкой. Я рассмеялся, а она на секунду показалась мне оживленным цветком, который распустился вновь. Вскоре мы дошли до первого дома на улице «Дарлингтон», который был особенно близок сердцу моей рассказчицы. Тот самый домик, в котором прошло детство Эванжелины Бейкер. Мы остановились напротив крыльца, и пока моя знакомая осматривала окрестности своего родного гнездышка, в своей голове я вновь строил картину, на этот раз из воспоминаний Эвы Бейкер.

— Он именно такой, каким я его представлял, — сказал я. В ответ рассказчица улыбнулась, но не отвела взгляда от старой крыши, от сада, в котором уже давно не росли цветы. Я, в свою очередь, не упустил возможности взглянуть в окно второго этажа, где некогда находился кабинет мистера Бейкера. Кажется, я даже смог разглядеть небольшой стеллаж, правда, он был совершенно пуст.

— Какого это, вернуться домой? — осторожно спросил я, глядя на то, как рука женщины коснулась дверной ручки.

— Не знаю, Генри. Сердцем и душой Эва Бейкер всегда была здесь, значит она никогда его не покидала, — ответила она, открыв свою маленькую черную сумочку-клатч. Достав старый ключ, она любезно пригласила меня войти, конечно, я не мог не согласиться. С ключом пришлось повозиться, скважина была старая. С трудом, но вскоре дверь отворилась. Войдя в дом, первым делом мне вспомнились бои подушками, а перед глазами стоял тот самый диван и кресло, по которым прыгала юная Эванжелина, уворачиваясь от ударов. Гостиная была пуста, на столике виднелся слой пыли, а в камине уже давно не горел огонь. Однако серость и старые стены не сделали этот дом менее уютным, несмотря на то, что жители давно покинули его.

— Диана, Диана... — проворчала моя знакомая, закрывая слегка приоткрытое окно в гостиной.

— Этот дом не выглядит таким пустым и старым, — сказал я, садясь на скрипящий диван, предварительно отряхнув место от пыли.

— Диана приезжала сюда летом, окно не закрыла, смотри-ка. А еще меня дурной головой называет, — улыбнулась она.

— Я бы мог растопить камин, если вы не против, — предложил я, поскольку в комнате было достаточно зябко. Моя знакомая взглядом мне дала понять, что одобряет эту идею. Предварительно скинув пальто и сняв пиджак, я не стал медлить, почувствовав себя полноправным хозяином этого дома. Вскоре в камине снова загорелся огонь, и пока рассказчица медленно бродила по гостиной, я не упустил возможности подняться на второй этаж, очень хотел увидеть комнату, в которой некогда жили юные сестры. Я старался идти как можно аккуратнее, так как лестница ужасно скрипела, а я не хотел стать ее разрушителем. К счастью, я с успехом поднялся наверх и прошелся по коридору второго этажа. Пыльный ковер, картины, которые никто не снял, едва приоткрытая дверь кабинета Мэтью Бейкера... Наконец я увидел ту самую комнату двух сестер, которую представлял немного иначе, но ничуть не расстроился. Те же две кровати, туалетные столики, огромный шкаф, в котором могло бы поместиться десять человек, но в свое время, туда успешно помещались платья Дианы Бейкер. Пройдя по комнате, мой взгляд приковал к себе старый набор с шахматами, который лежал под кроватью. Наклонившись, я достал коробку. Чихнув, обтер ее рукавом своей рубашки. «Подумать только», — удивился я. Решив, что я уже достаточно набродился по комнате, я поспешил спуститься вниз, где меня уже ждала рассказчица.

— Вы отыскали наши шахматы? — глядя на меня, удивилась она.

В ответ я улыбнулся, и как только оказался в гостиной, передал ей коробку. Она неторопливо покрутила ее в руках, и после недолгой паузы произнесла: — Сыграем, мистер Персиваль?

— С удовольствием, — почтительно ответил я, изображая поклон, как это обычно любил делать Терри.

Открыв старую коробку, мы сыграли одну партию. Я вышел настоящим победителем, чем по праву мог гордиться, так как не ожидал, что мне удастся обыграть Эванжелину Бейкер.

— Проигравший рассказывает историю, — предложил я, надеясь услышать продолжение. В ответ она улыбнулась, приняв мое предложение. Немного задумавшись, моя знакомая продолжила свой рассказ с момента того самого великолепного бала, который сделал невероятно счастливой Диану Бейкер.

***

Прежде чем Бейкеры вернулись домой, мне следует вам также рассказать о тех событиях, которые произошли во время и после последнего танца — заключительного вальса. Как вам уже известно, Эванжелина не большая любительница медленных и плавных танцев, а потому Терри пришлось ее долго уговаривать, прежде чем она дала свое согласие. К счастью, удача была на его стороне, чего не скажешь о сестрах Фостер. Не стану посвящать много времени этим особам, но все же упомяну, что на глаза Эве Бейкер они больше не попадались, вероятно, потому что были вынуждены удалиться с бала ранее, чем он подойдет к концу. Впрочем, не думаю, что нашлись джентльмены, которые поинтересовались бы отсутствием Руби Фостер и ее потакающей во всем сестренки. Именно такой вывод и пришел на ум Эванжелине. Вскоре мысли о неприятных особах развеялись, поскольку Терри, вопреки правилам этикета был неумолкаем, стараясь забить голову подруги совершенно абсурдными мыслями. Диана любила живые цветы, а потому веранды были украшены алыми розами, а в саду, который находился прямо у подножия Сомерсет-хауса, были посажены тюльпаны. Так вот, возвращаясь к совершенно неуместным идеям Терри, он, заметив неподдельный интерес своей подруги к цветущим тюльпанам, обещал ей нарвать столько, сколько сможет унести. Конечно, такое предложение рассмешило Эванжелину, которая была уверена, что Терри не станет этого делать. Что же касается Дианы, она не изменяла своему партнеру, танцуя с Юджином на протяжении всего вечера. Конечно, красоту юной девушки не могли проигнорировать и другие джентльмены, которые прилагали все возможные усилия, дабы высвободить парящего лебедя из-под крыла Юджина. Однако Диана осталась непоколебима, сохранив свое обещание. Пока эти двое кружились, вальсируя в самом центре зала, Оливер успел перетанцевать чуть ли не со всеми приглашенными на бал леди. Конечно, этот факт совсем не обрадовал Эванжелину, поэтому после вальса она не стала сдерживаться и высказалась по этому поводу. Ссоры, разумеется, не произошло, поскольку Олли был большим любителем заводить новые знакомства, а Эва все списала на легкомыслие друга. По окончании бала, гости вновь оккупировали именинницу, а также выразили глубокую признательность мистеру Бейкеру, который был зачинщиком этого торжества. На протяжении всего бала миссис Бейкер была немногословна, в особенности, когда речь заходила о замужестве дочерей. Эту тему она обходила стороной, так как верила, что всему свое время. Однако леди Колтрейн не могла промолчать, глядя на то, как ее сын отказал всем и всюду, лишь бы приковать к себе внимание Эванжелины. Миссис Бейкер же, все списала на простого рода дружбу между детьми, хотя не буду врать, в глубине души она верила, что через несколько лет Терри мог бы стать кем-то более значимым для ее дочери, чем просто другом  из Эбботсфорда. Гости продолжали обмениваться любезностями, а тем временем торжество подходило к концу. Диану и Юджина вновь ждали долгие месяцы разлуки, которые нельзя было скрасить даже письмами. К слову, Баретты выразили свое почтение Бейкерам, а также надежду на дальнейший союз. Пока прекрасная лебедушка прощалась со своим избранником, Терри решил не медлить и действительно воплотить идею, которой уже успел поделиться с подругой во время танца. Нарвав как можно больше тюльпанов, он уже представлял лицо Эванжелины, которая, по его мнению, должна была восхититься и поблагодарить друга за этот жест. Однако реакция оказалась совсем не такой, так как девушка пребывала в состоянии шока, как и садовник, который успел поделиться тем, что некий мальчишка рвал садовые тюльпаны. Но как бы Эва не была шокирована, цветы она приняла с улыбкой, в надежде, что Терри не влетит за кражу тюльпанов. Вскоре омнибус Бейкеров подоспел к Сомерсет-хаусу. Гости постепенно покидали бальный зал, как и виновница торжества, которая скрылась из виду, оставляя за собой приятный аромат волшебных воспоминаний для Юджина. Торжественный бал прошел именно так, как того желала Диана. Гости остались довольны, а Терри, решив не пренебрегать с извинениями, по возвращении в Эбботсфорд послал несколько корзин с цветами и вложенной запиской: «Не держите зла на цветочного ворá».

По приезде в Бибури Эванжелина посвятила Марту во все события, которые приключились с ней на балу, а как только рассказала все, что надежно сохранила в своей памяти,  как обычно растянулась мягком диване в гостиной, предвкушая запах вкуснейшего обеда. К слову, домашнее обучение девочек подошло к концу, поэтому они могли посвятить время себе и окунуться в предстоящие летние каникулы. Диана, став на год взрослее, решила усовершенствовать свои кулинарные способности. Попросив Марту научить ее готовить горячего цыпленка, старшая сестра весь день провела кухне, пока младшая Эва сидела в компании книги, а также в ожидании письма от Стеллы Адамс. В тот же день девушка отправилась на прогулку по «Каменным рощам», желая побродить по излюбленным местам и родным улочкам. Погода стояла солнечная, теплый май уже был готов вот-вот ворваться в Бибури и озарить английскую деревню лучами яркого солнца. Ветер как обычно развивал густые волосы Эвы, которая не спешила их поправлять, дав волю стихии распоряжаться ее прической. Эванжелина также не упустила возможности заглянуть к Тернерам, совсем не заметив, как пару часов проболтала с Оливером и отвлекла Эллен от занятий. Впрочем, она была совсем не против. Вечером Бейкеров ждал вкуснейший ужин, приготовленный Дианой. Девушка самостоятельно подала к столу ароматного цыпленка, а Марта заверила жителей дома, что не приложила своей руки к приготовлению, а лишь давала молодой хозяйке небольшие советы. Ужин удался на славу, цыпленок вышел вкуснейшим, Эва даже предложила удостоить сестру аплодисментами. На следующий день наконец пришло письмо, посланное нашему дорогому Оливеру, с ролью которого прекрасно справлялась Эванжелина. В своем послании Стелла поделилась тем, что она вернулась в Венецию и планирует провести все лето в Италии. Спрятав письмо, Эва не спешила слать ответ, глубоко задумавшись, о чем именно хочет написать. Ее переписка длилась достаточно долго, поэтому Эве уже не терпелось предпринять какие либо действия для встречи Оливера и Стеллы. Отложив конверт, девушка решила еще вернуться к этому вопросу, а пока ее внимание приковала мама, которая дни на пролет вышивала, сидя в гостиной. Решив удивить мать, Эва направилась к тетушке Станн, в надежде, что та даст ей пару уроков вышивания. К сожалению, это дело далось Эванжелине с большим трудом, а Эллен с болью глядела на то, как ее подруга пыталась совладать с иглой, в итоге исколов все пальцы.

— Прежде мне удавалось шить только при помощи швейной машинки! Не думала, что вышивать вручную такая мука! — пропыхтела Эванжелина.

— Может быть, вышивание просто не твое? — осторожно спросила Эллен, приостановив игру на фортепиано.

— А что же тогда мое? Диана прекрасно готовит, папа не выходит из кабинета, решая деловые вопросы, мама рукодельница, а что умею я? — отложив иглу, начала рассуждать вслух Эва.

— Ты можешь придумать на ходу интереснейшие истории! Я думаю, ты смогла бы поставить собственную театральную постановку! — предложила Эллен.

— Именно! Я целиком и полностью поддерживаю сестру, — неожиданно произнес Оливер, проходящий мимо комнаты и услышавший разговор.

— Да! Ведь ее рассказы такие умопоучительные! — выпалила Эллен, вспоминая, как свои истории характеризовала Эванжелина.

— Думаю, ты хотела сказать умопомрачительные, — улыбаясь, поправил Оливер.

— А мне нравятся оба варианта! Но не буду заглядывать в будущее, пусть все идет своим чередом, — сказала Эва, немного смущаясь от приятных слов друзей.

Вернувшись домой, Эванжелину ждал приятный разговор с родителями, о котором она ничего не подозревала. Утроившись поудобнее в гостиной, Мэтью Бейкер собрал своих девочек, чтобы сообщить им приятную новость, которая обсуждалась весь остаток весны. Решив устроить подарок Эве, поскольку близился шестнадцатый день ее рождения, глава семейства предложил семье отправиться в морское путешествие по Европе, огибая Париж, Ливерпуль, Дублин и Лиссабон, а также другие европейские города. Конечно, услышав эту радостную новость, Эва запрыгала прямо на диване, Диана старалась восторгаться как можно тише, а Лаура Бейкер слегка насторожилась, так как понимала, что торжественный бал нанес значительный урон по казне Бейкеров. Однако мистер Бейкер ее заверил, что все переживания напрасны, так как торговля шелком приносит большую прибыль, и к началу лета, когда он рассчитывал отплыть, доходы полностью покроют затраты на бал, а также останутся деньги для возможности потратить их на любые прихоти девочек. Выслушав мужа, на душе у миссис Бейкер стало гораздо спокойнее. Она доверяла супругу и не сомневалась в том, что он знает, что делает. Пока решались вопросы судна, на котором Бейкеры должны были отправиться в морской круиз, Эва уже представила себя в роли настоящего капитана. Стоя на диване, она гордо произнесла: — Поднимайтесь на борт, миледи! Мы отплываем через несколько минут! — сказала она, переводя взгляд на Диану, которая рассмеялась в ответ. В тот вечер Эва еще не раз обняла отца, а также поблагодарила судьбу за то, что предоставила ей такой подарок родиться в самой прекрасной семье на свете. Конечно, Диана была рада ничуть не меньше. Последующие несколько дней она провела за составлением списка необходимых вещей. Эва же, тоже решила подготовиться заранее, однако книги Чарльза Диккенса никак не умещались в сумку, поэтому пришлось оставить дорогого писателя. Май шел своим чередом, дни проходили быстро, солнце едва успевало вставать, как пряталось вновь за горизонтом. «Каменные рощи» снова расцвели и окончательно позеленели, а в саду у Бейкеров вновь распустился цветочный рай. Эве не терпелось поделиться новостью о путешествии с Тернерами, которые, к слову, сами изъявили желание прийти на чаепитие к Бейкерам. Эта новость привела в восторг нашего юного путешественника Оливера, который с удовольствием составил бы компанию дорогим сердцу друзьям. Однако Тернеры твердо решили провести два летних месяца дома — в Париже, не строив дальнейших планов. Уезжать за границу они не спешили, на то была веская причина. Со слов Роберта Тернера, недавно семья получила приглашение от Флемингов, в котором говорилось, что Вельморен будет ждать дорогих гостей. Конечно, Эванжелина сразу поняла, откуда дует ветер. Эта новость ее просто обескуражила и даже ввела в ступор перед гостями. Частые поездки в Лондон, походы в Ковент-Гарден, за всем, без всякого сомнения, стояло общение Олли с Эммой Флеминг. Не желая расставаться с дорогим другом на неприятной ноте, Эва пожелала Оливеру хорошо провести лето и также обещала, что не оставит его без писем. На том они и попрощались, в надежде на скорую встречу в конце августа, ведь именно тогда Бейкеры должны были вернуться домой, а Тернеры любезно доставить тетушку в родное поместье и провести там остаток лета. На следующий день Эва проснулась ни свет ни заря. Взяв перо, чернила и бумагу, онв бросилась писать письмо Стелле Адамс. В нем Эва выразила извинения за свое, пусть и не такое долгое молчание, а также оставила надежду на то, что Стелла согласится посетить «Каменные рощи». Однако строчки, выражающие надежду, пришлось зачеркнуть и переписать письмо заново, так как девушка понимала, что одной надеждой тут не обойтись. Стелла должна, обязательно должна приехать, иначе все труды Эвы пойдут насмарку. Выразив свое почтение и ожидание на скорую встречу, Эванжелина указала, что вернется в конце августа, и если на то будет воля Стеллы, пусть она пошлет ответную весточку в ближайшие несколько дней перед отплытием. «Только не подведи меня, Стелла», — промелькнуло в мыслях Эвы, отправляющей очередное письмо. В голове Эванжелины все складывалось очень удачно. Вернувшись домой после круиза, она надеялась подготовить Оливера и устроить ему некий сюрприз, который должен был восстановить связь между девушкой в шляпе с лилией и начинающим путешественником. К сожалению, скажу сразу, что ответной весточки Эва так и не получила, но все же не теряла надежду на то, что встреча друга и его итальянской знакомой состоится.

Готовясь к первому в своей жизни морскому круизу, а также спасая, по мнению Эвы, судьбу дорогого друга, она совсем позабыла о мальчике из Эбботсфорда, которому не успела рассказать о своем предстоящем путешествии. К счастью, Терри недолго пребывал в полном неведении, поскольку Мэтью Бейкер успел не раз обмолвиться с коллегами и друзьями о своих планах на лето, по итогу чего, все новостные газеты теперь снабжали заголовки: «Шелковый король отправляется в путешествие со своей семьей».'Эта новость быстро настигла и Эбботсфорд, при виде которой, в голове Терри родилась идея. Он решил сразу поделиться ею с отцом.

— Я бы мог отправиться в путешествие вместе Бейкерами, разумеется, самостоятельно оплатив свое пребывание на корабле. Наверняка она сделают остановку во Франции, я могу стать отличным гидом для их семьи! — предложил Терри, который не раз бывал в Париже и других городах этой прекрасной страны. 

— Терренс, твои слова совершенно не разумны, это полный абсурд! В тебе говорит не умный и рассудительный юноша, а лишь мальчик, который не хочет расставаться с Эванжелиной Бейкер, — строго произнес отец, разворачивая газету. — Это лето ты должен посвятить подготовке к учебе в парижском колледже, — также добавил он.

Восторженные глаза Терри сразу потухли, поскольку перечить отцу он не смел и ужасно сожалел, что рядом не было его спасительницы — Эвы, которая точно смогла бы уговорить этого хмурого лорда. К счастью, на помощь пришла мама, которая не противилась воли лорда Колтрейна, но осторожно высказалась в пользу сына, говоря, что останавливаясь в разных городах, Терри сможет обрести новые знания, которые могут ему пригодиться в учебе.

— Значит, наш сын решил проявить полную самостоятельность, — рассудительно проговорил Джеймс Колтрейн, перелистнув страницу газеты. — Учтите, юноша, ответственность за свои поступки вы будете брать исключительно на себя. Я искренне надеюсь, что из этого путешествия вы сможете извлечь полезные уроки и новые знания, а не только будете веселиться днями напролет, — договорил он, подняв взгляд на сына, который дал понять, что выполнит все вышеперечисленные условия.

— Спасибо, отец, — произнес он, скрывая улыбку, которая с каждой секундой становилась все шире, а уголки его губ вот-вот должны были дотянуться до ушей.

Конечно, Терри не мог не поблагодарить мать, которая внесла большой вклад в окончательное решение отца. В тот же день мистер Персиваль собрал свой багаж, а также на скорую руку написал Эве о том, что знает об ее путешествии и собирается вступить в ряды мореплавателей. Терри надеялся, что к его приезду Эванжелина расскажет родным о его затее, и они будут готовы взять с собой еще одного пассажира. Однако второпях мистер Персиваль перепутал конверты с адресами, и в итоге письмо отправилось в поместье Бареттов. Удивленный Юджин сразу поделился этой новостью с Дианой, поскольку девушка еще не успела написать ему о своем скором отплытии. Визит к Бареттам пришлось перенести, но Юджин все же пожелал даме своего сердца провести это лето с пользой, открыть новые горизонты и по возможности слать весточки из разных уголков света. А что же касается послания Терри, Диана решила не придавать письму никакого значения, списав все на очередные проделки этих неугомонных личностей.

Терри, с полной уверенностью, что его будут ждать в «Каменных рощах» отправился в Бибури, выслушав перед отъездом несколько наставлений от матери, которая также попросила сына передать Бейкерам наилучшие пожелания от Колтрейнов. По пути в Бибури, Терри часто посещали мысли о том, как его встретят друзья. Сидя в омнибусе, он временами высовывал голову в окно, слегка прищурившись от солнечных лучей. Его легкий изумрудный шарф развивался на ветру, как и непослушные волосы, которые постоянно попадали в глаза, не давая в полной мере насладиться летней Шотландией. «Наверняка Эва удивилась, когда узнала, что я собираюсь поехать с ними», — посещали мысли его голову. Однако Терри и подумать не мог о том, что Эванжелина пребывала в полнейшим незнании о скором приезде друга. На улице стоял последний майский день, Диана в сотый раз проверила вещи, которые собирала по списку, а Эва вновь стала выбираться на крышу, чтобы окунуться в мир книг, или просто насладиться свежим воздухом. Стук колес приближавшегося экипажа заставил девушку отвлечься и поднять взгляд со страниц книжной истории. «Мистер Персиваль!» — промелькнуло в мыслях девушки, как только омнибус остановился и показался силуэт знакомого мальчика. Не раздумывая, Эва спустилась вниз и пронеслась по дому с восторженными, но не менее удивленными криками: — Мистер Персиваль приехал! Терри приехал! Громкие возгласы девушки подняли всех в доме, заставив отвлечься от своих дел. Диана насторожилась, отложив свои шляпки, сразу вспомнив о письме, которое девушке послал Юджин. «Что эти двое задумали на этот раз?» — задумалась она, поспешив спуститься в гостиную. Тем временем на первом этаже уже собрались мистер Бейкер, его жена и Марта, которую Эванжелина значительно напугала своими криками. Через минуту на пороге появился высокий парень, улыбка которого в несколько мгновений сменилась на удивленный вид, так как в глазах Бейкеров он смог разглядеть некое недопонимание. Однако нависшее молчание прервала Эва, которая бросилась поприветствовать друга.

— Терри, почему ты не сказал, что собираешься приехать? — обняв друга, сразу поинтересовалась она.

— Корица? — спросил он, как будто проигнорировав ее слова. В глазах Эвы он прочитал недоумение, а ее слегка нахмурившиеся брови заставили его тут же добавить: — Волосы, твои волосы пахнут корицей, — улыбнулся Терри.

— Пыталась совладать с рецептом Дианы, — ответила Эва, собрав свои густые локоны в руку, попытавшись выветрить запах с кухни.

— Прошу прощения, вы правда ничего не знали о том, что я приеду? Я думал, что Эва вам обо всем рассказала, — обратился Терри к Бейкерам.

— Терри, мы и думать не могли, что ты приедешь, проходи, — пригласила Лаура Бейкер, поприветствовав гостя.

— О чем нам должна была рассказать Эванжелина? — не понял Мэтью Бейкер.

— Да, о чем? — вслух задумалась Эва, забирая багаж Терри.

— Кажется, рассказать должна была я, — наконец произнесла Диана, как только все семейство уселось на диван и вновь оккупировало взглядом гостя.

— Диана? — в унисон произнесли Эва и Терри.

— Юджин на днях послал мне письмо о том, что Терри собирается отправиться с нами в путешествие, по крайней мере, об этом он сообщил Эванжелине, — начала вспоминать Диана.

— Но я послал письмо в Бибури, — не понял Терри. — При чем же тогда здесь Юджин?

— Возможно, ты перепутал адрес, раз письмо до нас не дошло, а попало в поместье Бареттов, — задумавшись, предположила Диана. — Но я совсем не думала, что намерения Терри серьезны, все списала на чистого рода проделки, — немного виновато добавила девушка.

— Да, я торопился и совсем не проверил адрес на конверте, мог ошибиться, — вспомнил Терри. — Но мои намерения были серьезны. Как только я узнал о том, что вы собираетесь отправиться в морской круиз по Европе, я не смог сдержаться, решив составить вам компанию, если меня будут готовы принять, — смущенно предложил парень.

— Терри! Прости мою дурную голову за то, что не сообщила тебе о нашем путешествии! —воскликнула Эва. — Но раз уж ты здесь и все так удачно сложилось, мы ведь можем взять мистера Персиваля в круиз?

— Конечно, об этом не может быть речи! Терри, мы будем рады, если ты составишь нам компанию, — недолго думая, произнесла Лаура Бейкер.

— Думаю, на борту будет достаточно места для еще одного путешественника, — улыбнулся Мэтью Бейкер.

Следующее утро стало днем отплытия Бейкеров в долгожданный круиз. Первое июня, первый день лета. Последняя возможность проверить наличие необходимых вещей, последний шанс для Дианы надеть то самое платье, в котором она отправится покорять Европу. Пока девушка примеряла белоснежный наряд с синим атласным поясом, Эванжелина носилась по дому в поисках шляпы-треуголки, без которой не представляла себя в образе капитана.

— Эва, твоя мама попросила поторопиться, — сказал Терри, пересекаясь с подругой в коридоре второго этажа.

— Мистер Персиваль, не мешайте! Я еще не нашла свою шляпу! — отмахнулась девушка.

— Омнибус скоро подъедет! — предупредил Мэтью Бейкер.

Вскоре к дому подъехал экипаж, который был готов доставить Бейкеров, включая Терри, в лондонский порт. Лаура Бейкер приняла решение на лето распустить большую часть прислуги, оставив дом на Марту, ее помощницу и садовника, поскольку сад был излюбленным местом матери. Надев свой цилиндр, Мэтью Бейкер вышел на улицу. Вскоре показалась и Диана, за которой шлейфом тянулся огромный багаж. Накинув свой изумрудный шарф и легкое длинное пальто, Терри дожидался Эву, которая все-таки отыскала черную шляпу-треуголку. Сдув с нее огромный слой пыли, она надела ее голову.

— Я бегу, бегу! — прокричала девушка, едва не запнувшись о подол своей ярко-желтой юбки. Как только жители уселись и были готовы отправляться, мистер Бейкер дал команду и экипаж тронулся с места.

— До встречи, дорогой дом! — напоследок произнесла Эва, выглядывая в окно.

К обеду Бейкеры добрались до солнечного Лондона, в порту которого их ждало морское судно, готовое отправиться в путь. Как только экипаж остановился, Эва, схватив свою единственную сумку и придерживая одной рукой шляпу, бросилась к кораблю, в то время как Диана никак не могла совладать со своим багажом, который еще долго доставляли на палубу. Терри последовал примеру подруги, однако его имя не числилось в списке пассажиров «Лазурной мечты», но эту проблему быстро удалось решить, поскольку при упоминании своей фамилии, ему чуть ли не расстелили ковровую дорожку. Мистер Персиваль не стал пользоваться положением родителей, поэтому сполна заплатил за свое пребывание на корабле, взяв слово, что слухи о том, что Терренс Колтрейн находится на палубе, распространятся не станут. Пассажиры продолжали прибывать, а Бейкеры уже погрузили вещи и любовались прекрасным видом, расстилавшегося перед ними моря. Как только все леди и джентльмены поднялись на борт и заняли свои места, белые паруса «Лазурной мечты» поднялись, судно тронулось с места, а провожающие выкрикивали из толпы: — В добрый путь!

Впереди Бейкеров ожидал морской круиз, который, по мнению Эванжелины, должен был стать одним из самых запоминающихся поездок в ее жизни. Пока Диана смотрела по сторонам и осваивалась на корабле, временами поправляя синюю ленту, которой подвязала волосы, Эва решительно шагнула вперед, закрыв глаза и представив себя в образе птицы, парящей над морем.

— Вы готовы, капитан? — спросил Терри, прервав мысли подруги.

Недолго думая, Эва сняла шляпу с головы и упираясь одной рукой в бок, ответила: — Поднять паруса, мистер Персиваль! Нас ждет незабываемое приключение!