Часть 10.1
Эту главу разделю на две части, чтобы помучить вас.
____________________________________________________________
Декабрь всегда приносит с собой ожидание праздника и свершения волшебства.
Егор не очень в это верит, но потихоньку всё вокруг начинает налаживаться. После суда Виолетта решительно увольняется со старой работы и начинает сотнями просматривать объявления о вакансиях и продаже недвижимости. Она устраивается по специальности работать экономистом в фирму, где работает её знакомая.
Дальше ей везёт даже больше - Виолетта каким-то чудом всего за пару дней умудряется продать старую квартиру и купить новую в другом, более благополучном, районе. Квартира меньше по площади, однокомнатная, но зато во дворе есть настоящая детская площадка с красивым сквером и до метро идти меньше пяти минут. Что очень радует Егора, потому что теперь на путь до больницы времени уходит почти на полчаса меньше. В больнице Валя по-прежнему не общается с ним напрямую, но теперь хотя бы бросает на него едва уловимые взгляды, когда Егор приходит. И атмосфера в палате уже не кажется такой уж угнетающей. А ещё он начинает курс реабилитации для восстановления двигательной активности пальцев кистей рук. Егор редко когда успевает увидеть, как проходят эти занятия. Но он прекрасно видит, какая Валя уставшая и разбитая после них. Руки. Егор не может смотреть на её пальцы. Он слишком хорошо помнит, как их ломал. И он решительно не знает, что сказать Вале, когда та начнёт говорить, и им придётся вернуться к тому случаю. Чтобы хоть как-то отвлечь себя от самобичевания, он наконец дочитывает справочники по психологии, взятые у терапевта, и в один из дней относит их обратно.
Домой он возвращается со стопкой методических пособий по кинезиотерапии. Буквально через день Людмила Петровна знакомит его с медбратом, который занимается с Валей, и от него Егор узнаёт, что процесс реабилитации продвигается не так хорошо, как хотелось бы. Валя с трудом может обхватывать и поднимать. Только объёмные и очень лёгкие предметы. Она не может сжать кулак. Она не может выпрямить пальцы полностью. И у неё непрекращающийся тремор рук. Чем хуже проходит занятие, тем сильнее у неё трясутся руки. И тем больше Валя закрывается в себе. Чтобы достичь хоть какой-то положительной динамики, нужно больше заниматься, но у больницы не хватает финансирования на закуп мелочей для каждого пациента под его нужды, поэтому приходится обходиться тем, что есть. Когда Егор видит список того, что необходимо купить для занятий ему кажется, что этот список составлял воспитатель детского сада для родителей воспитанника младшей группы. Необходимыми атрибутами там числятся пластилин, кинетический песок, пластмассовые фигурки, пирамидка с кольцами, детские конструкторы и прочее в таком же духе.
Когда Егор идет в магазин и видит ценник на все эти "мелочи" ему кажется, что их придумывали для родителей миллионеров. Егор находит подработку, потому что мать только устроилась на новую работу и денег им катастрофически не хватает. Днём он работает официантом в небольшой кафешке, а вечера проводит в больнице у Вали. И Егор понимает, что не будь Виолетта сейчас так занята на новом месте и кое-кем увлечена, она бы обязательно докопалась до истины и выяснила, куда так надолго пропадает её сын. Но и она сама сейчас часто задерживается после работы. Впервые мысль о том, что у его матери кто-то появился, проскальзывает у Егора тогда, когда он замечает, как Виолетта крутится у зеркала и красится. Он уже давно такого не видел – отец категорически запрещал маме косметику и яркие наряды. К слову, и одеваться Виолетта начинает очень старательно. Она полностью перебирает свой гардероб, сдаёт старые вещи в секонд-хенд, а на вырученные деньги приобретает парочку новых. Егор смотрит на расцветающую мать и внезапно осознаёт, что она ещё довольно молода и очень хороша для своего возраста. А в один из вечеров, когда Егор появляется дома между пересменкой, он замечает яркое пятно на кухне.
Большой букет роз.
- Ма-а-а-м, - громко зовет он, уже собираясь выходить, и Виолетта выглядывает из ванной с тушью в руках:
- Да, милый? Ты уже уходишь?
- Ага, - Егор старательно шнурует кроссовки и прячет улыбку.
– Красивый букет. – Ивану передавай привет от меня!
~~~***~~~
Во вторник Егора неожиданно пораньше отпускают с работы, потому что кафешка абсолютно пуста, и тот сразу уносится в сторону больницы, радуясь, что наконец-то успеет к Вале вовремя и, может быть, даже попадёт на занятие по развитию моторики рук.
Он как раз хотел многое обсудить с тем медбратом и посоветоваться, что стоит покупать в первую очередь - конструкторы "Лего" для самых маленьких или что-то ещё попроще. Ведь Вале ещё столько предстоит изучать заново...
Однако попадает он не на занятие с кубиками, а на момент перевязки ран.Раньше он никогда не видел, как Вале меняют бинты, обычно это успевали делать до его прихода. Максимум, что он видел, это использованные бинты в урне. Иногда они были с бордовыми пятнами и тогда Егор старательно задвигал урну под кровать, чтобы она не мозолила глаза.
Старинное детское правило "Если ты чего-то не видишь - значит этого нет" успешно помогало ему спасать свою расшатанную психику в эти моменты.
И поэтому он совершенно не был готов к тому, что увидел.На пороге палаты с ним сталкивается медсестра.
Удивляется, что он пришёл так рано. у неё закончились бинты для перевязки и отправляется на их поиски.Егор топчется под дверью около минуты и только потом всё-таки заходит внутрь.
Валя сидит в кровати довольно прямо, настолько, насколько ей позволяет фиксирующая повязка на рёбрах. Она задумчиво смотрит в окно, но поворачивается на звук открывшейся двери.Видимо, она ждала медсестру, потому что её глаза уж слишком широко распахиваются, когда она видит застывшего в дверном проёме Егора.А Егор впервые видит её без повязки на лице.
И впервые видит то, что она скрывала.
У него перехватывает дыхание.Нет, это не сломанная челюсть.
Это улыбка.
Улыбка, почти такая же, как у персонажа из фильма, которого Егор упоминал в том переулке.
"Теперь не улыбаешься? Не смешно уже? Может, нам помочь тебе улыбнуться? Сделать твою улыбку пошире, как у Джокера?.."
Два ломаных шрама тянутся от уголков губ Вали по её щекам.Они еще красные - потому что не успев зажить, раны снова треснули во время припадка.Они рваные - как будто кромсали практически наугад.Они кривые - от тонкого лезвия перочинного ножа след остаётся совсем другой.
«Потому что резали битым стеклом», - озаряет Егора.
И спустя мгновение приходит еще одна мысль:
"Стеклом, которое Я тогда разбил".
Перед глазами ослепительно ярко вспыхивает тот момент. Когда он схватил Валю за волосы и поднёс к её лицу "розочку" от бутылки.Бутылки, которую он разбил секундой ранее, а потом оставил возле Вали.И саму Валю оставил там же. В том переулке.Егор смотрит.Смотрит на эти уродливые шрамы и думает, что умирать в том переулке осталась не только Валя.
И ещё отчётливее осознаёт, что ему уже никогда оттуда не выбраться.Тишина в палате становится практически осязаемой.
Книга с шумом падает на пол.
Валя смотрит на неё, потом поднимает взгляд наверх. На Егора.
«Ну, что? Доволен?» – читается в её взгляде.
Она смотрит в упор на Егора и криво пытается усмехнуться, превозмогая боль.Егор смотрит на эту болезненную ухмылку, на уродливые шрамы на красивых прежде скулах, на кривую линию челюсти и не может ничего сказать. Даже просто вдохнуть.
Хотел ли он этого?
"Нет, - честно самому себе отвечает Егор. - Я хотел, чтобы ты улыбнулась мне, как прежде».
Так, как улыбалась всем вокруг. Этой невозможно солнечной улыбкой, которая могла растопить любой лёд.
"Улыбкой, которую ты дарила всем вокруг.Всем, кроме меня".
Осознание накрывает Егора подобно лавине.
- Я хотел, чтобы ты улыбалась только мне.
Егор вскидывает голову, услышав хриплый вздох, и только сейчас понимает, что произнёс последнюю фразу вслух. Валя смотрит на него, широко распахнув глаза, и в это мгновение в них бьются настолько сильные эмоции, что Егор чувствует, как эта лавина подхватывает его, несёт на гребне, а потом резко бросает вниз и сминает, в клочья разрывая лёгкие. Он чувствует, как задыхается и как ему не хватает воздуха. И в тот момент, когда Валя подаётся в его сторону, он просто разворачивается и стремительно выбегает из палаты.
На выходе он сбивает с ног вернувшуюся медсестру. Бинты и таблетки разлетаются по коридору, но Егору плевать.
"Это я. Это я тогда предложил сделать ей эту улыбку".
Егор вылетает из больницы и мчится по парку, не разбирая дороги. Слетает с пешеходной дорожки и мчится уже в подлесок. Куда угодно, лишь бы подальше от этого вида.Ветки бьют по лицу, ноги цепляются за торчащие из-под снега корни, и Егор падает на землю.Падает и в шоке продолжает ползти дальше по мёрзлой земле, пока не утыкается в дерево.Оно преграждает путь, мешает ползти и Егор в ярости ударяет по стволу кулаком.Ярость. Страх. Паника. Боль.Ему нужно выплеснуть из себя все эти чувства.Он размахивается и обрушивает на неподвижное дерево ещё один удар.
"Это снова я".
С каждым словом Егор наносит и наносит удары по промёрзлой коре.
"Это из-за меня".
Егор бьёт до тех пор, пока стоящий перед ним ствол не окрашивается в бордовый, а на снег не начинают падать тяжёлые капли.Они тоненькими струйками сбегают по его кистям, собираются на запястьях и срываются вниз.Снег под деревом расцветает алыми узорами.Воспоминания, слова, фразы вспыхивают у него в голове каждую секунду, каждое мгновение. Их так много, что его голова готова взорваться от обилия информации.Голоса вьются, перебивают друг друга и кричат в его голове. Они не утихают, становятся только громче и громче.Пронзительнее.Больнее.Ближе.И тогда Егор понимает, что это кричит он сам.Так, как кричала Валя.Когда крик стихает, он обхватывает шершавый ствол дерева покалеченными руками, обессиленно прислоняется к нему лбом и сползает по нему вниз, прямо в снег.
"Это моя вина"."Моя".
Он не знает сколько сидит там, но когда до него добирается охранник больницы, его ноги замерзают уже настолько, что он не может подняться самостоятельно.
Его поднимают и несут.
Яркий свет больничных ламп ударяет по глазам, и это немного приводит его в себя.
Он видит перед собой испуганное лицо бабушки-хирурга и не может заставить собственные онемевшие на холоде губы произнести приветствие.
- Егор! Что с тобой случилось?! - она рассматривает его лицо в ссадинах и затем склоняется над руками.
- Господи, у тебя даже кость видна! А, ну, сидеть и не рыпаться! Сейчас я всё обработаю!Руки Егора окатывают какой-то страшно щиплющей жидкостью, а потом начинают осторожно вынимать из ран кусочки коры и расщеплённой древесины.
Боль отрезвляет.
Когда Егор выходит из кабинета хирурга после всех процедур и уколов, его уже почти не трясёт.Он словно во сне поднимается на седьмой этаж, заходит в знакомую палату, подхватывает свой рюкзак, брошенный у двери, роется в его карманах, подходит к сидящей Вале и вдруг протягивает ей руку.
Близко.
Валя реагирует на это внезапное движение. Чуть поворачивается в его сторону, смотрит на забинтованную кисть Егора и лежащий на раскрытой ладони предмет.Это складной нож.Она переводит недоумевающий взгляд на Егора и не двигается с места.
Тогда Егор сам непослушными пальцами вытаскивает лезвие из рукояти, а потом вдруг берёт Валю за руку и вкладывает в неё нож. Осторожно обхватывает её кисть своей забинтованной, чтобы она смогла удержать предмет и не выронить его.Подносит её трясущиеся пальцы, с зажатым в них ножом, вплотную к своей щеке, закрывает глаза и очень уверенно говорит:
- Режь.
~~~***~~~
Пробуждение следующим утром сопровождается страшной головной болью, как после знатной вечеринки.Егор болезненно стонет и пытается вспомнить события прошедшего дня. Поднимает руки к голове и вдруг видит на них побуревшие бинты.Словно вспышка.Картинки произошедших событий ярким калейдоскопом проносятся перед его внутренним взором.
Улыбка.
Дерево.
Бинты.
Нож.
И шок в широко распахнутых глазах Вали.
Он помнит, как смотрела на него Валя, пока держала нож у его щеки. Помнит, как острое лезвие дрожало в трясущихся руках и царапало его кожу.Помнит, как нож выпал из разжавшихся пальцев и закатился под кровать.Помнит, как дёрнулся его доставать, но Валя решительно схватила его за запястья и притянула к себе.Помнит их переплетённые забинтованные руки.А потом картинка вдруг подёргивается какой-то рябью, становится мутной и дрожащей.Чужое лицо и предметы расплываются перед глазами, как и все дальнейшие события.Но он отчётливо помнит, что дрожащие руки, вытирающие слёзы с его лица, были в бинтах.
~~~***~~~
После окончания рабочего дня ноги сами несут Егора в больницу. Он долго поднимается на нужный этаж, но когда до цели остается последнее препятствие в виде двери, ведущей в палату, он не может найти в себе сил, чтобы поднять руку.
Егор топчется перед дверью, потом садится на стул в коридоре, потом снова идет к двери. И снова не открывает её.Где-то на четвёртом круге его ловит Людмила Петровна.Отводит Егора в свой кабинет, перевязывает ему руки, читает небольшую лекцию о заражениях крови, но ни словом не упоминает его состояние вчера.Егор благодарен ей за это.После перевязки он возвращается обратно к палате и снова застывает перед ней.
Он не знает, как сегодня смотреть в глаза Вале.Егору кажется, что он стоит там до безумия долго, и когда, наконец, он принимает решение не заходить туда сегодня и пойти домой, Егор внезапно слышит крик.
Это голос Вали.
Он рывком дергает дверь на себя и бросается внутрь. В палате испуганная девушка-практикантка, она стоит у постели больного и в панике только и может, что заламывать руки и смотреть круглыми глазами.
На полу рядом с ней расколотая пудреница с разбитым зеркалом...
.