Глава 7
House Of Balloons — The Weekend
( only first part )
Глаза, что минуту назад были навсегда сомкнуты, вздрагивают. Я с трудом пытаюсь их приоткрыть.
Напряжённо бегаю глазами по постели. Руки рывками отрывают датчики с висков и ключиц.
Сильнее подтягиваю одеяло к лицу, чтобы скрыть свое обнажённое тело. Запрокидываю голову и шумно выдыхаю.
— Твою мать... — с шепотом выходит из пересохшего горла, когда глаза снова увидели этот огромный город за окном, а в носу снова щекотал запах жасмина.
И собственный рассудок тут же подбрасывает воспоминание о самоубийстве. Рука непроизвольно дотрагивается до горла, а рот приоткрывается в тонкую щелку. Минута осмысления, пока глаза уставились в одну точку на потолке.
« Боже, прошу! Лишь бы мне остаться в живых дома. Лишь бы мама зашла ко мне в комнату и нашла мое тело раньше, чем станет слишком поздно. Прошу! » — думаю я, ненавидя сейчас все свое существо.
Не я ли говорила, что справлюсь с этим?
Не я ли вытирала слезы и боролась?
А что в итоге?
Я сдалась!
Пальцы сжимают одеяло в кулак, а горло через силу проглатывает подступивший комок слез.
«Я снова здесь. Но на этот раз, я доведу дело до конца и во что бы то ни стало, не смотря ни на что, вернусь домой! Клянусь себе в этом!»
Тяжелый выдох и я стараюсь отвлечься, бегая глазами в разные стороны.
В комнате ничего не поменялось. Всё осталось прежним, как и в последний раз, когда я была здесь. Тот же запах, постель и комната. Всё такая же пустая и одинокая. Мои ноги все так же привязаны, а вот руки уже нет. Взгляд скользнул на стоящие рядом капельницы. На этот раз их уже было три. И в каждой были растворы разных цветов. От прозрачного как вода, до белого. Мои руки были все в катетерах. И на сгибе было множество маленьких синячков. Некоторые были очень старые и уже почти зажили, другие же были свежие, на них ещё виднелась свеже-запеченная кровь. Мое пробуждение было точно таким же, как и в прошлый раз. За исключением одной детали.
Не один прибор не запищал, как только я пришла в себя. А в комнату так никто и не зашел.
И так, лежа в гордом одиночестве, я провела достаточно долгое время. Пока в какой-то момент не:
— Боже мой, очнулась! — вошел Картер. А его глаза округлились до невероятных размеров.
— Я клянусь! Дафна, Дафна! —закричал он. — Она очнулась!
— Так скучали по мне? — потирая нос, спросила я.
— Это невероятно... — Картер чуть приоткрыл рот.
Перебивая восторженные крики Картера, в комнату забежала Дафна.
— Моя девочка! — сразу кинулась женщина мне на шею, от чего я чуть не отпрянула. — А я верила! Верила! — она легонько ударила Картера по плечу. — Я тебе говорила, наша девочка выкарабкается!
Женщина продолжила радостно охать, прикрывая рот руками.
— Что именно вас так удивляет и радует? Я чего-то не знаю? — удивлённо спросила я.
—Конечно радует! Мне сказали, что если ты к среде не очнешься, то нужно будет отключать тебя от системы жизнеобеспечения.
— А сегодня какой день недели? — настороженно спрашиваю я.
— Вечер вторника... — сказала Дафна. — Картер меня предупредил, чтобы я сегодня с тобой попрощалась. У меня чуть сердце не разорвалось. Ты же мне, как родная стала!
« Как родная? За четыре месяца? » — подумала я.
— Я же почти каждый день массажи тебе делала, чтобы пролежни не образовывались. Разговаривала с тобой. Ой, мы с тобой столько успели обсудить. Мы с Картером у твоего изголовья столько времени провели.
Эти оба так заботились о человеке, которого даже не знают. Это удивительно сильно тронуло меня.
— Да уж... Эти месяцы дались вам не легко. — говорю я.
— Главное, что ты жива, милая. — успокаивая меня, сказала Дафна.
— Тогда не будем терять времени, давай я осмотрю тебя. — начал Картер. — Если ты не против Дафна...
— Да, конечно. Оставлю вас. — женщина еще раз обняла меня и напоследок улыбнулась. — Поправляйся, Селин.
И я с легкой улыбкой киваю в ответ.
— Ну что, готова?
— Давай. — разведя руками.
Картер обхватил мою голову обеими руками, крутя её в разные стороны.
— Не кружится?
— Кружится! Так сильно, что в глазах будто туман. Особенно, когда ты так ее вертишь.
— Прости. — отпускает он. — Сегодня поешь, поспи и завтра уже будет гораздо лучше!
Следующие двадцать минут Картер сделал мне несколько медицинских тестов. Начиная от узи, заканчивая кардиограммой. Взял кровь для анализа. И еще по мелочи: проверил мое давление, зрачки и какие-то бумаги. Задал несколько вопросов и сделал какие-то пометки в блокноте.
— Я сейчас развяжу тебе ноги, но не пытайся вставать без необходимости. У тебя крайне мало иммунитета и ещё некоторых микроэлементов не хватает. Не напрягай себя, а просто лежи. Долго ходить ты всё равно не сможешь, сразу в обморок упадешь от недостатка энергии после комы.
— Хорошо.
— Ах, да! И это тебе. — Картер поспешно достал из пакета чистое белье. И ещё новую белую футболу и шорты. — Это подарок от нас с Дафной. В прошлый раз, ты спрашивала про свою одежду и вещи. Так как, мы не можем тебе ее вернуть, то дадим хотя бы это.
— Спасибо. — улыбнувшись лишь уголками рта.
— И тогда на сегодня мы закончим. — снимая латексные перчатки.
— Картер?
— Мм?
Я медлю задать вопрос, боясь услышать ответ на него: — Я же не пленница? Я могу уйти раз я чувствую себя лучше?
Картер тяжело выдыхает подойдя ближе и сев рядом на край кровати: — Селин ответь мне честно, ты помнишь свою жизнь до аварии?
Я смотрю в его глаза, чувствую, как страх начинает покалывать кончики пальцев. Проходит будто вечно, прежде чем я решаюсь ответить.
— Нет. — потупив взгляд.
— А в какой стране мы находимся? В прошлый раз ты что-то путала.
« Ее название отбивалось у меня в сознании все эти четыре месяца, пока я была в своем мире. Эсмолор. Я никогда бы не забыла этого. »
Но мое предчувствие говорит мне молчать, говорит, чтобы я была осторожной: — Не помню... — отвечаю я, понимая, что лучше врать, чем говорить правду о разных мирах.
Мужчина хмурит брови: — Ты уверена?
— Полностью.
— Хорошо. — вставав с кровати. — Я должен предупредить тебя.
Мои глаза вяло наблюдают за тем, как напрягается лицо Картера. Как хмурятся его брови, и он нервно поправляет очки.
— О чем же?
— Я не мог иначе...
— Начни говорить пожалуйста, о чем предупредить?
— Есть один человек, — делая глубокий вдох. — и я не мог не сообщить ему о том, что ты очнулась.
Я тяжело сглатываю слюну, чувствуя эту наэлектризованность в его речи.
— И что не так с этим человеком? — осторожно спрашиваю я.
— Он мой начальник. Мой работодатель. И до аварии... — снова замолкает он.
— Боже, Картер, закончи уже это гребанное предложение! — выкрикиваю я.
— Да аварии, ты украла у него кое-что очень важное. И теперь он захочет, чтобы ты вернула ему это.
Тишина повисает мертвым грузом между нами.
— Что я украла? — безэмоционально спрашиваю я, смотря куда сквозь одеяло.
А Картер лишь вяло пожимает плечами: — Я не знаю.
— Тот мужчина, что был у меня ночью в комнате - это был он?
— Да.
Я жмурюсь, закусывая нижнюю губу до крови, вспоминая его слова, которые сейчас приобрели хоть долю смысла:
« Значит я вытащу из тебя правду по-кусочкам. Своими же руками...»
Мурашки пробежали по коже, заставляя поджать ноги ближе к груди.
— Эта квартира его, верно? И это он приказал запирать меня и связывать, верно!?
— Прости, Селин. — шепотом, с глазами полными отчаянья.
— Теперь он приедет допытывать меня, где то, что я украла. Потому что, ты рассказал ему о том, что я очнулась!
— У меня не было выбора пойми.
— Выбор есть всегда! — повышаю я тон. — Он же гребанный маньяк! Картер, — посмотрев на мужчину. — помоги мне. Помоги сбежать... — почти одними губами шепчу я, подполья к краю кровати.
— Селин, я... — машет он головой, жмуря глаза.
— Прошу, Картер. Прошу.
— Я не могу, Селин.
— Почему!? — выкрикиваю в спину его, потому что вот-вот и он выйдет за дверь.
— Ты не знаешь, на что способен этот человек, если не подчиняться ему...
Мой подбородок дрожит от безвыходности и я шепчу: — А ты знаешь. — медлю я, держа себя в руках, чтобы не дать волю слезам. — Знаешь, что он может сделать со мной. И поэтому рассказал ему!? Поэтому, ты не хочешь помочь мне сбежать!? Поэтому, ты бросаешь меня ему в руки!? — кричу я.
Картер срывается с места. Хватает меня за плечи, заглядывая в самую глубь глаз.
— Успокойся. Успокой, Селин. — шипит он, пытаясь привести меня в чувства. — Я не бросаю тебя! Думаешь зачем я уже сотню раз спросил у тебя, помнишь ли ты хоть что-нибудь до аварии?
Я продолжаю тяжело дышать, пытаясь унять свое сердце.
— Ты сказала мне, поклялась, что ничего не помнишь.
Я киваю
— И я подтвердил твои слова ему. Сказал, что у тебя *ретроградная амнезия. Понимаешь, что это значит?
Все мое тело подрагивает, а глаза исподлобья смотрят на мужчину, что в паре сантиметров от моего лица.
— Это значит, что он не тронет тебя. — еще тише и ближе ко мне продолжает Картер. — Ему нужна правда о том, кто ты... Откуда взялась и кто тебя подослал. Я знаю, его уже много лет и за все эти годы ты первое, что так сильно разозлило и напугало его. Ведь твое появление в секунду поставило под угрозу все, что он имеет.
Мои глаза раскрыты в полную силу, кажется, что дрожат даже они: — Что мне делать?
— Ври... — затихает он, осторожно взглянув в бок. — Ври, даже если вспомнишь все. Ври о том, что знаешься и том чего не знаешь. Но самое главное, — его пальцы сжимаются сильнее на моих плечах. — не доверяй никому здесь кроме меня и Дафны. Я не смогу защищать тебя вечно, но пока это в моих силах - я буду. Через какое-то время, мы расскажем тебе все. Но не сейчас. Не знание - лучшая защита для тебя сейчас.
— Мне нужно сбежать... — одними губами.
— Нужно. — почти не различимо шепчет он. — Но не сейчас. — его пальцы разжимают мои плечи и он делает громкие шаги назад от меня. — На этом все, Селин. — в полный голос сказал Картер. А мои брови нахмурились в непонимании.
« Что ты делаешь? » — думаю про себя.
—Теперь я буду приходить только по утрам, чаще надеюсь не потребуется. — еще громче. — Но если станет хуже - сразу звони мне. — прикладывая указательный палец к губам и осторожно кивая в сторону двери говорит он. И от этого, я непроизвольно закрываю рот руками, что начали холодеть. — А сейчас отдыхай. — сделав невозмутимое лицо, будто ничего и не было, он вышел.
Я просидела в таком положении еще пару минут. Слышала, как заперли мою дверь. Как закрылась с грохотом входная, где-то в глубине квартиры. Как наступила полная, оглушающая тишина.
Пока в самой глубине подсознания вспомнились строчки из песни, которые я наконец-то смогла понять...
Oh, your mind wants to leave,
(Твой разум говорит тебе уйти)
But you can't go
(Но ты не можешь)
Oh, this is a happy house
(Это дом счастья)
А затем осознание, голос в голове, будто выстрел:
« Не сиди! Не жди пока тебя застрелял, как кролика! Беги, отсюда, беги! »
Я поклялась себе, вернуться домой, и я не собираюсь нарушать клятвы. Я больше не буду сдаваться, как сделала это в своем мире. Больше не буду слушать никого кроме себя! И верить буду только себе.
Взгляд в сторону окон - поздний вечер. Во всей квартире должно быть темно. Тем и лучше для меня! Я осторожно спускаю ноги вниз и ставлю на холодный мраморный пол. Натягиваю подаренную Картером и Дафной одежду. А ноги настолько - что уже устали стоять. Будто ватные. На цыпочках подхожу к двери вставая на колени, заглядывая в шелку между полом и дверью - темно. И не видно ни чьих ног. Прикрываю глаза и рвано выдыхаю. Пока голова вновь начинает кружиться, отчего я сжимаю кулаки до хруста.
Встаю с колен, а мозг натужно начинает работать.
Как открыть дверь?
Глаза нервно мечутся по всей комнате в поисках этого «что-то», что могло бы мне помочь. Руки открывают каждый шкафчик и дверцу - но везде пусто. Захожу в ванную. А руки берут тот самый стеклянный стакан из под зубной щетки. Верчу его в руках и ставлю обратно.
Что же, что?
Нагибаюсь, открывая дверцы тумбочки. Внутри только полотенца, и уже собравшись закрыть их обратно, пальцы проводят по выпирающим с внутренней стороны винтикам. Секунду медлю, а затем руки хватают полотенце, зажимая им острую часть винта, стараясь прокрутить. Первые попытки были тщетными. Но я не отчаиваюсь и на стопервую попытку, он провернулся. Мне понадобилось почти пять минут, чтобы полностью выкрутить его.
— Ес! — победно шепнула я, когда тот оказался у меня в руках.
Ноги несут обратно к двери. Руки дрожат, от головокружения в глазах переодически темнеет. Пока руки усердно пытаются открыть дверь, просовывавший винтик в замочную скважину. В голове проносятся слова Картера:
« Не вставай без необходимости. ... обморок. ... снова кома... » — чувствуя, как подгибаются колени.
Глубоко вдохнув, я провернула винтик в замочной скважине из последних сил.
Щелчок.
И да! ПОБЕДНОЕ ДА!
Она открылась. Рука с опаской надавливает на металическую ручку вниз. Сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Открываю дверь медленно, осторожно высунув лицо в дверной проём.
На мгновение я застыла. Напротив комнаты был широкий коридор, который плавно переходил в просторную кухню, где были такие же огромные панорамные окна в пол, как и в комнате. Я видела огромный сияющий город весь в огнях и свете. Светила огромная полная луна, её голубые лучи тянулись по полу, через всю кухню и коридор, доходя почти до моих босых ног. И я делаю Олькой шаг навстречу этой бледной дорожки света.
Боже мой, куда? Коридор уходил как вправо, так и влево.
Я свернула направо. Недолго пробежав по нему, передо мной открылся огромный зал с лестницей, уходящей куда-то на верх.
Не сюда!
Я нарезала круги по этой запутанной квартире. Мои босые ноги почти онемели от ледяного пола. Дыхание окончательно сбилось и я уже не бежала, а скорее ходила быстрым шагом. Мне начало казаться, что эта квартира просто бесконечная. Столько комнат и такие пространства! Да еще и в полной темноте. Будто бывшее футбольное поле.
С каждым новым шагом, у меня все больше темнело в глазах, а ноги все медленнее шли. Сквозь тьму я выбежала ещё в один коридор и глаза наконец-то заметили что-то похожее на входную дверь. В ушах как набат звенел стук сердца, а кровь пульсировала в висках.
Силы пожалуйста, ещё рывок. Ещё шаг и ещё. Моя трясущаяся рука вытягивается.
Ещё немного!
Ладонь хватает холодный металл и...
По коже проносится ураган мурашек! Я остолбеневаю, покрываясь испариной. Глаза почти выскакивают из орбит, а сердце готово разорваться.
Боже...
Ледяная и крепкая рука схватила меня мертвой хваткой сзади за шею.
— Далеко собралась? — грубый и хриплый мужской голос прошептал мне почти в ухо.
« Это он... » — было последним о чем я успела подумать, перед тем, как все мои мысли смешались в один тугой узел бреда.
Он развернул меня к себе лицом. Я, оцепеневшая от ужаса, ни секунды не сопротивлялась. Лишь покорно развернулась, с глазами полными ужаса. Высокий парень навис надо мной, пригвоздив к стене. Его глаза блестели во тьме. Смотря на меня звериным взглядом, он сильнее сдавил мою шею, перекрывая кислород.
Молчание, и в моих ушах звенит.
Он сжимает руку сильнее и я тихо начинаю хрипеть. Загипнотизированная, как мышка удавом, не в силах пошевелиться.
— Мы еще не успели познакомиться, а ту уже уходишь? — с бешеными глазами спрашивает он, будто ненормальный.
А из моего задушенного горла вырывается лишь хрип.
— Зря, очень зря. — приблизив лицо, ближе. Сжав руку на горле до адской боли. Я чувствовала, как наливаются багровым мои глаза, пока одна рука сжимала винтик в кулак, а вторая пыталась убрать его пальцы с моей шеи.
Мои силы, державшиеся до последнего, вышли вместе с тихим всхлипом. В моих глазах окончательно темнеет. И я больше не сопротивляюсь. И последнее, что я почувствовала было ощущение того, как его руки обхватили мою талию, не давая упасть на пол. А затем вновь наступил этот забвенный сон.
_____________________________________
* ретроградная амнезия – это амнезия на события, которые предшествовали событию, вызвавшему данную амнезию.
* песня House Of Balloons — является вторым остом данной книги.