Вместо Ритма

Эту ночь я проспала с большим трудом. Потому что все время в голову лезли воспоминания о прошлом вечере. И даже то, как я поцеловала Белова в щеку и коснулась губ. Черт, почему я такая глупая? Почему вечно мне неловко за такие тупые моменты? Как же бесит!

Утром Лена разбудила меня с приятными новостями. Она приготовила бульончик. И ее стряпню я готова есть всегда!

- Как тебе? - спрашивала она, пока я с огромным удовольствием ела ее еду.

- От-лично, - с трудом бормотала я от того, что рот был занят хлебом и супом. Идеальное сочетание.

Закончив с завтраком, я спешно пошла в спальню и плюхнулась на кровать. О том, что надо посетить пары, я не думала. Потому что чувствовала себя все еще не очень хорошо.

- Мне на занятия надо. Если что, обязательно звони, хорошо? Даже если просто немного хуже станет, - приказным тоном произнесла Лена, собирая сумочку.

- Танцы сегодня будут? Не хочу второй день пропускать, - Да и до выступления надо подготовиться на «отлично».

- Будут-будут, ложись давай. Я позвонила Леше, он зайдет сегодня.

Не дослушав моей реакции, Лена убежала. А я просто не понимала, зачем. Даже смутилась от мысли, что Леша будет у меня дома.

Удобнее разлегшись в кровати, я положила градусник в подмышечную впадину, а сама начала листать ленту новостей. За день, оказывается, столько всего случилось в университете. Там кто-то кому-то предложение сделал, кто-то кого-то бросил...

Через пять минут я достала градусник. Тридцать семь и восемь. Ну, не критично, но и не хорошо. Надо будет чаю приготовить и лекарства выпить.

Но не мгновение я вспомнила, как вчера Матвей мне помогал. Переодевал, купил еды и градусник, бросил на балкон постельное белье... И чуть не поцеловал. И плевать, что в ту секунду я, к своему страху и риску, хотела именно этого. Даже не думая о том, что он может заболеть из-за меня.

Черт. Как же я боялась, что он услышит, как быстро бьется мое сердце. Именно из-за него. Я боялась, что он все поймет. И снова уйдет, как много лет назад. Или посмеется, откуда мне знать. Но судьбу я испытывать не буду. Мне... не хотелось снова оставаться без него...

Когда в дверь позвонили, я даже вздрогнула, потому что была занята мыслями о Матвее. И не сразу догадалась, что это Леша. Поэтому я быстро подбежала к двери и открыла.

Сразу, как только он вошел, бросил какие-то пакеты на пол и крепко меня обнял. Я прижалась к нему, вдыхая аромат его резких духов, которые уже немного выветрились.

- Ты как? Как себя чувствуешь сегодня? - спросил Леша, чуть отстраняясь от меня, но не отпуская.

- Уже лучше. Температура спала, сегодня тоже полежу, а завтра уже на пары пойду.

- Хочешь, справку сделаем? Чтобы пропусков не ставили.

Это заманчивая идея, но я отказалась. Не нужно. Мне и так нормально будет, и так мало ведь пропусков.

- Идем на кухню. Угощу тебя хоть чаем, - неловко произнесла я, указывая рукой в сторону кухни.

Без уклонений Леша легко взял пакеты в руки и прошел внутрь. Положил их на стол и начал доставать оттуда продукты. Мне стало в разы неловко. Зачем он так? Белов и так вчера все купил...

Но я решила промолчать. Включила чайник и решила взять самые красивые кружки. Которые мы использовали только когда важные гости приходили.

- Помочь? - предложил парень, когда заметил, что я не могу достать до тех самых кружек.

Не дослушав мой ответ, он подошел ко мне, встал вплотную и достал кружки. От неожиданности я резко повернулась к нему лицом, стоя все еще на носочках.

Я встретилась с его взглядом. Он положил кружки на стол и расположил свои руки так, что я бы не смогла выбраться, если бы захотела. А я не знала чего хотела. Особенно после вчерашних открытий.

- Я могу тебя поцеловать? - шепотом спросил Леша, поправляя сбившуюся прядь за ухо.

- Я ведь болею. Заразишься, - ответила я, не желая отказывать ему. Черт. Чувствую себя чудовищем.

- Плевать, - положив руку мне на затылок, он крепко поцеловал меня, а я ответила. Потому что мне хотелось все забыть. И я названо предполагала, что Леша в этом мне поможет.

Он целовал меня то быстро, то медленно. А я игралась с его светлыми прядями за затылке, пытаясь заткнуть внутренний голос, который кричал мне очень громко: «Ты неправильно поступаешь. Признайся ему и перестань страдать. Не разбивай сердце бедного парня».

А я громко посылала этот голос куда подальше, с упоением отвечая Леше, но отчетливо понимая, что чувствую только размеренное биение сердца...

Поэтому я первая отстранилась от него. И оправдала себя тем, что все-таки не хочу, чтобы он заболел из-за меня. И мы наконец выпили чай, о котором благополучно забыли оба.

Леша много рассказывал мне про свою работу. Он работал в фирме отца и готовился стать генеральным директором. Честно, я слышала его вполуха, все время погружаясь в воспоминания.

- ...а ты кем будешь после учебы? Куда пойдёшь учиться?

- А? - я не сразу его расслышала, а потом ответила: - Никуда. Буду танцевать. Или в хореографы.

Это было правдой. Я не хотела быть экономистом. Поступила, потому что так хотели родители. Сама я хотела стать танцовщицей или хореографом. Потому что только эта деятельность доставляла мне удовольствие.

Леша только мило кивнул. И мы продолжили пить чай в тишине, пока парню не позвонили по работе и ему пришлось срочно куда-то уехать.

Я снова осталась дома одна. Без понятия, когда приедут родители или сестра... Мне скучно одной. А танцы только вечером. Черт, и что мне делать весь день одной?

Хотя, одной я не была. Мой внутренний голос все отчитывал меня за то, что я не честна с собой и не могу сказать человеку слова, которые я говорила ему же много лет назад. Но все дело было в том, что я боялась. Боялась своих чувств, отказа, насмешки. Боялась, что снова останусь с разбитым сердце.

Через четверть часа мне позвонила мама и весело о чем-то рассказывала, а потом резко выдала:

- Ой, ты же не в курсе! Любовь Олеговна хочет зайти к нам. Встретишь ее? Она прямо сегодня будет.

Да не-е-е! Бабуле зачем так внезапно понадобилось приехать? Ее даже шантажом невозможно было убедить в город приехать и с нами жить! В свои девяносто четыре она была такой активной дамой, что все равно жила одна и ухаживала ха огородом.

- Ладно... - тихо ответила я, понимая, что никуда не денусь.

- Ну все, пока, Танюш. Нам тут в магазин нужно заехать. Привезем тебе вкусной еды.

Мама первая отключилась, а я быстро встала с кровати и начала убираться в доме. Просто бабуля была такой немного привередой, что сама бы заставила убираться. А так мне будет удобнее.

И несмотря на болезнь, я справилась меньше чем за час. Убрала весь дом так, будто перевернула верх ногами. И сама чуть так не перевернулась от усталости.

А баба Люба приехала ближе к вечеру. И принесла столько всего, что я сама с трудом бы подняла, но она несла с легкостью. Да, надо чаще бегать и тяжести поднимать. Не то до шестидесяти не доживу.

- Танюша! - протянула устало бабуля и крепко обняла меня. Она была чуть ниже меня, поэтому мне пришлось наклоняться.

- Как ты, баба Люба? Чего так решила приехать? - спросила я, неся ее пакеты на кухню. Она медленно шла за мной, а когда села, взяла со стола стакан воды и залпом выпила.

- Ой, да ты глянь-ка! - бабушка махнула рукой. - Дак я это... давеча внучка мне звонила, спрашивала, али болею я, али чего. Я и сказываю: мол, жива, да здоровехонька, чего зря переживать-то? Дак я и решилась, думаю: сама приеду-ка, навещу правнучек да внуков.

Обожаю, как говорит бабуля. Будто из классической литературы сбежала. Всегда слушаю так, будто аудиокнигу.

- А хочешь, я летом к тебе приеду? Помогу с огородом, дачей.

- Ой живи, внучка, эвон мне соседа сын помогает летом, справляюсь. Ты лучше скажи, жених-то есть у тебя или сестры?

- Да ты чего, бабуль, - я немного смутилась, - еще рано. Мне двадцать два, а Вале двадцать три, рано нам еще.

Но баба Люба никак не унималась. Твердила о том, что в ее время таких могли посчитать старо родящими или девками. А я пыталась убедить, что мне пока никто не нужен. Но бабулям что говори, что не говори.

- Ой, внучка... Дома покои-то будут? Устала я, старая, глаз-то не смыкала с самой зари.

Сразу взяв бабушку под локоть, я пошла с ней в комнату родителей. Там низкая кровать, ей удобнее будет поспать.

- Бабуль, ничего, если я на танцы пойду? Всего два часа, рано приду домой. - я боялась оставлять ее одну. Вдруг, не дай Бог, что-то случится с ней?

- Эвон этот ваш телефон есть. Мне соседа сын учил звонить. Иди, внучка, я просто на часок лягу отдохну.

Облегченно вздохнув, я вбежала в свою комнату и начала быстро переодеваться. И так опоздать могла. Поэтому быстро переоделась в то, что надела в прошлый раз, и быстро выбежала из дома, захватив сумку с запасной формой.

Несмотря на температуру, я чувствовала себя хорошо. Поэтому радостно шла, вдыхая свежий весенний воздух. На этот раз я надела куртку. Точно не заболею.

Пока я шла, мне позвонила и Диана, и Лена. Обе спрашивали, приду ли я. И обеим я сказала одно и то же. Не могла пропустить танцы из-за болезни. И так пропустила вчера и в день вечеринки глупой. Из-за Белова.

- Тань, - крикнул кто-то и я спешно обернулась. А он тут что забыл? Да еще и пешком...

- Привет... - сказала я второй раз за день, обнимая Лешу.

- Зачем ты пошла на танцы? Болеешь ведь, ну! Я хотел зайти еще вечером, но Лена заставила прийти сюда. Ее сумку занес.

Понятно. Лена как всегда забыла свои вещи. Ну, это в ее духе.

- Ты не на машине? - спросила я, пытаясь разглядеть на темной улице его дорогую машину.

Он только кивнул и улыбнулся. Так нежно, что мне стало стыдно за себя. Такая глупая, такая тупая! Как я могу не влюбляться в такого хорошего парня?

Леша даже вызвался меня проводить! Поэтому всю дорогу я держала его за руку, стараясь прочувствовать хоть что-то. Но было только спокойствие. Будто гуляю не с парнем, которому нравлюсь, а с лучшим другом, у которого я только в друзьях.

Когда мы добрались до студии, то я отстранилась от него и хотела уйти, но он остановил меня.

- Береги себя, ладно? Если что, звони, обязательно. Сразу приеду заберу, - в который раз убеждаюсь, что я его недостойна. Он такой хороший, а я обманываю и себя, и его.

***

Подбрасывая в руках шарик для тенниса, я медленно брел по пустым улицам. На танцы надо было пойти, хотя именно сегодня такого настроения не было. Но танцы я любил. Это было для меня чем-то важным и особенным. Место, куда я мог прийти и забыть о любых проблемах.

Когда до студии оставалось идти минут пять, мне вдруг позвонил Тимур. Чего это он? На танцах увидимся ведь. Но на звонок я все-таки ответил.

- Слушаю.

- Матвей, скажешь Диане, что я не приду? Сегодня я... В общем, не важно. Просто скажи, что заболел жестко. Тахикардия или туберкулез, - друг шутил, но мы оба понимали, что у него было не то настроение.

- Что случилось? - я на мгновение остановился и прислушался, - ты что, в баре? Что ты там забыл?

- Потом все, друг. Просто скажи, что меня не будет. Скажи, что сдох, похоронен в худи и с едой. А то не знаю, есть там еда или нет.

Я хотел сказать, что сейчас сам к нему поеду, но он сразу отключился и дал понять, что больше не скажет ничего.

Поэтому я постарался выбросить все это из головы и двинулся дальше. В голове были мысли о том, что Воробьевой сегодня опять не будет, поэтому я буду танцевать с Дианой, и, честно говоря, меня это расстраивало. С хореографом я не танцую так свободно, как с подругой детства. Подруга, которая считает меня подонком. Идеально.

Но и тут мне не дали спокойно дойти. Впереди меня, держась за руки, шли тот самый блондин-красавец, который подвозил однажды Таню, и она сама.

Когда они остановились у студии, я тоже остановился и прислушался.

- Береги себя, ладно? Если что, звони, обязательно. Сразу приеду заберу, - говорил парень, как-то не так смотря на Таню. Ну, без понятия как. Как на любимую девушку.

- Спасибо, что проводил, - я еле расслышал, что говорила Воробьева. Но говорила неуверенно. Что-то не так.

Внезапно этот смазливый красавец прижал Таню к стене и поцеловал ее в губы. А она отвечала ему!

Мне вдруг захотелось врезать этому уроду. Какого черта он ее целует?

В голове какая-то мысль мимолетно пролетела. Будто это вообще не про нее. Будто это какая-то случайная сцена, которую я должен просто пройти мимо.

Но не прошел.

В груди неприятно сжалось, а внутри вспыхнуло что-то резкое, темное, злое. Горячая, неуместная ярость. Разве мне не должно быть по-барабану? Меня это не касается. Абсолютно никак.

Мне не должно было быть плевать? Конечно, должно. Но не было. Хотелось заставить его отойти от Тани, но я понимал: не стоит этого делать.

Я не должен был останавливаться, не должен был ничего делать. Но ноги сами понесли меня ко входу в студию.

Когда я подошел ближе, они, кажется, услышали меня и отстранились друг от друга. Я встретился глазами с Таней. В них было... сожаление? Какого хрена? Ничего не понимаю.

Я не должен об этом думать. И тем более переживать. Поэтому, стараясь не смотреть на них, я прошел внутрь, быстро поздоровался с Дианой и зашел в раздевалку, чтобы переодеться во что-то удобнее.

Когда я вышел, все уже были там, включая Таню.

- Пришел, запоздалый, - воскликнула Диана. - Вставай в линию.

И следующие четверть часа мы занимались гимнастикой. Ужас какой-то, а не разминка. Мышцы после этого болят наутро.

- Сначала по-очереди парами, потом девчонки, - хореограф быстро подошла к динамикам и включила первую песню. Нашу с Таней.

- Ну? Чего стоим, Таня? Забыли, что ли, танец за два дня?

- Н-нет, - она подошла ко мне и встала рядом. А Диана бросила на пол ту самую подушку.

- Тогда начали, - я занял позицию, но заметил ее взгляд.

Не уверенный. Не растерянный. А какой-то... странный. Будто застывший, но при этом наполненный чем-то, что я не мог сходу разобрать.

Как будто она чего-то ждала. Но чего? От меня?

Я сжал челюсть, отгоняя эту мысль, и посмотрел вперед на нее.

- Танцуем, Таня.

Она кивнула и мы начали. Сначала мы шли, не замечая друг друга, потом подняли взгляды и легли на пол. Я коснулся ее лица и провел пальцем от макушки до плеча.

Сначала витало напряжение.

Нет, не из-за танца. Его я помнил прекрасно. Тело само помнило, что делать. Но рядом была она. Без понятия, почему причиной являлась она, но об этом не хотелось думать.

Когда она сделала первый шаг и встала, а я вместе с ней, внутри что-то неприятно, раздражающе дернулось. Потому что она двигалась по-другому. Она была напряженной, и танцевала отстраненно.

Я встаю сзади Тани и смыкаю руки на ее талии. Забывшись, сжимаю пальцы сильнее, чем нужно. Она была слишком близко.

Я всегда так делал. Всегда, когда танцевал. Это движение отработанное, но сейчас оно абсолютно другое. Ощущалось по-другому.

Мысли запоздало врезались в голову: она целовалась. Только что. С другим человеком.

А теперь стоит передо мной, и ее дыхание едва ощутимо касается моей шеи. И я чувствую, как ее мышцы напряжены. Но несмотря на это, я заставляю себя двигаться дальше.

Схватившись за мои волосы на затылке, она сначала тянет, а потом сама мягко падает на пол. Я падаю следом, двигаясь по ритму, и прижимаю ее всем телом к полу. Она близка. И я могу рассмотреть ее всю. Таня красива, но, похоже, не осознает этого. Несмотря на то, что мы не дружили почти никогда, на мгновение мне захотелось поцеловать. Просто доказать, что я лучше того смазливого красавца.

Я отстраняюсь и Таня снова поднимается. Поднимает мою голову одним пальцем и проводит подушечкой по моим губам. Я не знаю, что думать и делать, но мне хочется остановить ее. Поэтому, как в первый раз, хватаю ее уже за руку, и тяну на себя.

Ее глаза бегают. И дышит она как-то неровно. Не понимаю, что не так, но мне почему-то захотелось обнять ее и успокоить.

Я чуть ослабляю хватку, но ее рука остается в моей.

- Таня, - тихо говорю я, сам не зная, зачем.

Она вздрагивает, ее взгляд все еще бегает, но теперь задерживается на моих глазах.

Мне правда хочется ее обнять. Не знаю, зачем. Просто так. Чтобы она перестала так дышать, чтобы перестала смотреть на меня так, будто сама не понимает, что делает.

Я медленно тяну её ближе, но она вдруг вырывается.

- Нам нужно закончить. Продолжения нет, - шепчет она и встает. Я сразу за ней.

- Молодцы! - воодушевленно говорит Диана, останавливая песню. - Но я думала, вы снова придумаете танец сами...

Жаль только, что такие моменты не бывают редко, думаю я, но громко не говорю. Только смотрю на Таню и пытаюсь понять, что же с ней происходит. И что происходит со мной в том числе...