Вместо Ритма

Утром, когда я собиралась на занятия, мне позвонила Лена. Я знала, что она заедет за мной, поэтому удивилась и ответила на звонок.

— Тань, пойдешь одна? У меня тут… непредвиденные обстоятельства. Может, вообще не смогу быть на парах, — виноватым голосом выдала подруга сразу.

— Все хорошо? — спросила я, натягивая удобные кроссовки и поправляя большую толстовку на себе. Да, от парня только двумя вещами отличишь.

— Да, все… хорошо. Потом расскажу, ладно? Прости, что не сразу предупредила. Ты сейчас опоздаешь.

Черт, точно. Первая пара у Михаила Алексеевича. Он, конечно, добряк, но именно опоздания никогда не терпит. Может не пропустить в аудиторию, если прийти хотя бы на две минуты позже него.

— На такси поеду. Все, до встречи! Расскажи все потом.

Наскоро накрасив губы маслом для губ, я поспешила выйти, но встала перед зеркалом, рассматривая себя. Небрежный пучок, огромная толстовка, серые спортивки и вишневое масло. Из-за пучка и вишни в голову ударили вчерашние воспоминания с вечеринки. Обжигающе холодные руки Матвея, сладкий привкус газировки на губах и до чертиков приятные прикосновения его рук.

Сердце пропустило удар снова. Как будто я все еще там. Если не открою глаза, то не будет ни голоса за дверью, не таймера. Только я и…

Я остановила себя. Резко и больно. Несколько раз похлопала себе по щекам и решила побежать к папе. Они вернулись ночью, поэтому я не успела их встретить. Вырубилась сразу, как пришла домой.

— Па, можно твою машину взять? Я опаздываю! — я подбежала и взяла за обе руки.

— Сразу к делу. Даже доброго утра не пожелаешь папе? — весело спросил он, доставая из кармана ключи.

— Уф, ну Па! Я не успела. Опаздываю. По дороге домой куплю тебе пельменей. Будет тебе «доброе утро!».

Посмеявшись, папа крепко обнял меня и отпустил. Я быстрее вышла из дома и побежала к папиному черному Куперу.

Заведя мотор, я осторожно выехала со двора и также осторожно поехала по неровным дорогам в университет.

В отличие от подруги, мои водительские навыки не были так хороши. На права я сдала в прошлом году, а Лена еще в восемнадцать. И обе не с первого раза.

На светофоре я остановилась с самого конца зеленого. Вот везение у меня. Полминуты потеряла.

— Куда едешь? — услышала я вдруг знакомый голос слева и быстро повернулась. Чуть дальше от меня стояла машина Матвея. Белый джип.

Сердце снова забилось быстрее. Только от одного вида на него. Да черт возьми, что происходит?! Почему я так начинаю нервничать перед ним? Мой переходный возраст уже давно прошел.

— Ни за что не догадаешься. На учебу, — выдала я, постукивая по рулю от нервов. Да сколько можно!

— Как неожиданно. Я тоже. Может, судьба? — я закашлялась. Чего? Что он сказал? Придурок!

— Придурок, — прошипела снова я и от нетерпения опустила солнцезащитный козырек, открыла зеркало и начала снова приводить себя в порядок. Насколько прядей выбились из укладки, поэтому пришлось поправлять за двадцать секунд.

— Вишневый блеск? — спросил Матвей, а я повернулась, чтобы поднять бровь и поправить его.

— Это масло.

— Прости-прости, — наигранно буркнул он и добавил: — у этого «масла» отличный вкус, — Матвей ухмыльнулся и крепче взявшись за руль, двинулся с места.

Жестко нервничая, я погнала тоже, желая победить его. Ну в этой гонке я точно одолею его. Вот грубиян. Надо напоминать об этом теперь всегда?! Точно знает ведь, что неловко будет! Придурок!

Когда мне удалось его обогнать, скорость я не понизила. Белов сигналил мне, но, зная, что камер на этой дороге нет, я не остановилась все равно.

— Не превышай скорость, глупая! — заорал он, когда оказался рядом.

— Штраф выпишешь? — зло проорала я в ответ. Почему всегда рядом с ним я становлюсь психически нестабильным подростком? С ужасными перепадами настроения и желанием умереть.

Я не расслышала, что он там сказал, поэтому вырвалась вперед. И так бы ехала, если бы Матвей не перерезал мне путь.

Мне пришлось резко затормозить, чтобы не врезаться в его машину. Он остановился на обочине и вылез из машины. Я последовала его примеру, но идти на встречу не хотела.

— Ты совсем с катушек слетела? — громко и грубо спросил он. И схватив меня за запястье, потянул в другую сторону машины, откуда нас не могли увидеть. Потому что машин и пешеходов не было.

— Выпусти, — я попыталась вырвать руку из его хватки, но попытки не увенчались успехом.

Но Белов резко отпустил мою руку, прижал к двери машины и схватился за предплечья, чтобы я не выбралась.

И опять это непригодное сердце заработало быстрее. Еще немного и инфаркт словлю!

— Отпусти меня. Я опаздываю, — выдавила я, стараясь не смотреть на него. Потому что опять в голове, как видео, воспроизводятся моменты вчерашнего вечера. Тогда он стоял на таком же расстоянии.

— Ты не думала, что могла бы не справиться с управлением и полететь в Кювет? Совсем в голове мозгов нет?

— Тебе какая разница, если я помру? — в сердцах заорала я, пытаясь не утонуть в его глубоких глазах.

Матвей замолчал. Он не знал ответа. Это точно. Потому что внезапно он отпустил мои руки и взгляд поменялся. Но он быстро пришел в себя, положил руку на плечо и чуть нагнулся.

— Потому что я волнуюсь за тебя. Мне не плевать на твое состояние.

Стоит ли еще раз говорить про гребаное сердце?..

Кажется, я покраснела настолько, что даже зимой так нельзя покраснеть. Я даже видела свое красное лицо в его глазах…

— Я… опаздываю, — выпалила я и быстро ударив его по запястью, убежала в другую сторону. Залезла в машину и аккуратно двинулась вперед.

А когда доехала, хлопнула дверью машины и злая зашла в здание университета. Почему мне не верится, что он правда волнуется обо мне? Мы просто бывшие друзья, не больше.

— Таня, — услышала я вдруг позади голос и резко повернулась. А он что тут забыл?

Натянув улыбку, я подошла к Леше и неловко обняла его.

— Что тут делаешь? — спросила я вместо приветствия. Он ведь окончил еще… два года назад, как я знаю.

— Тут мой знакомый преподает. Некоторые дела решал вместе с ним по работе. Хотят у нас с ним сотрудничать, — мягко ответил Леша, поправляя мою прядку, которая выбилась из прически.

От его касаний мне было только немного неловко. Не часто меня так касались парни. Особенно те, кому я нравилась, или кто нравился мне.

— Мне кажется, или твой друг смотрит на меня так, будто я его семью перестрелял? — почти шепотом сказал Леша и я резко повернулась к дверям, где скрестив руки стоял Матвей.

Рядом с ним еще стояли Тимур и какой-то парень, но, кажется, он не обращал на них внимания.

Я подняла бровь в немом вопросе.

«Что?» — говорила я взглядом.

«Что это?» — поняла я, когда он скривил лицо и кивнул на Лешу. Вот… черт веревочный!

Я улыбнулась назло ему и кивнула на парня рядом:

«Мой парень» — я усмехнулась, зная, что он понял меня прекрасно. Хотя лгала. Формально он еще не мой парень.

Матвей ухмыльнулся, достал телефон, что-то там написал и кивнул мне. Тотчас я включила свой мобильник и проверила мессенджер.

«Докажи.» — написал коротко он, а в конце поставил ухмыляющийся смайлик.

Доказать ему? Ну с легкостью. Он-то не знает, какие у меня могут быть отбитые мысли.

— Леш, — он посмотрел на меня и лучезарно улыбнулся, — я могу тебя поцеловать?

— Тут? — Дуров оглянулся. Вокруг было кучу людей, но мне было плевать. Всегда было плевать, что обо мне подумают.

Я кивнула, встала на носочки и поцеловала его. Коротко и нежно. Даже чуть повернулась, чтобы он видел все.

Каким ребячеством я занимаюсь... Еще вчера я умирала от умопомрачительного поцелуя с Беловым, а сегодня, как последняя стерва, пытаюсь ему доказать, что это для меня ничего не значило. Кажется, мой переходный возраст еще не закончился. Психую как пятнадцатилетний ребенок.

Когда я отхожу от Леши, не сразу замечаю Матвея, стремительно подходящего к нам. Руки сжаты в кулаки, а взгляд очень серьезный.

Чего он устраивает этот цирк? Сам ведь просил доказать!

Он хватает Лешу за ворот рубашки и бросает взгляд на меня. Зеленые глаза превратились в болотный.

— Отпусти. — Потребовал Леша, холодно смотря на Матвея. Даже не дернулся.

— Если ты еще раз…

Белов не успел договорить. К нам подбежали Тимур и какой-то блондин и начали оттаскивать друга от Леши. И когда у них это получилось, парень мне ярко улыбнулся и, поправив белый пиджак, направился на выход из университета.

А я быстро подошла к Матвею, схватила его запястье и потянула его подальше от чужих заинтересованных взглядов. Единственным подходящим местом оказалась кладовая. И когда я заперла за нами дверь, он подошел к стене и грубо ударил по ней так, что краска поломалась и осталась вмятина от удара.

— Я не понимаю. Что за цирк ты устроил? — устало сказала я, потирая пальцами переносицу.

— Опять истерику закатишь? — Грубо спросил он, скрестив руки на груди.

Но вместо этого мне стало так плохо и устало, что я заплакала. Я так устала от всего. Почему так происходит? И что вообще происходит? Не хочу переживать это. Разве я заслужила, чтобы переживала столько совершенно разных эмоций сейчас? Ненависть, любовь, боль, разочарование, желание умереть или убить!

Всхлипнув, я сползла по стене вниз и закрыла лицо руками.

— Таня… Черт, я не это имел в виду, — Матвей быстро наклонился ко мне, поднял мою голову и посмотрел в глаза. Точно уже влажные и красные.

Маленькая слезинка упала на его руку, но он не спешил ее смахивать.

— Прости меня, я не хотел тебя обидеть…

Внезапно он схватил меня за плечи и крепко обнял. Кажется, я правда еще не прошла подростковый период, потому что мне стало больнее и я прижалась к нему и заплакала, не контролируя эмоции. Сердце билось ужасно быстро. То ли от истерики, то ли от его до боли теплых рук у меня на спине.

— Прости меня, — прошептал он, поглаживая меня по голове.

— Почему ты это сделал? Тебе ведь было больно, — от осознания его боли мне хотелось плакать громче. Да что со мной? Может, месячные начинаются? Поэтому и голова болит с утра.

— Да хрен его знает! Не плачь только, ладно? Ненавижу, когда девчонки плачут из-за меня, — Матвей смахнул новую слезинку большим пальцем и поцеловал в лоб так нежно, что все внутри затрепетало. Можно так каждый день?..

— Ты такой Придурок, ты знал? — шепнула я, — нет, не Придурок. Ты… — я всхлипнула. — Ты черт веревочный.

Я ударила его по груди и обняла снова. Как мне не хватало таких объятий. Будто собралась снова по кусочкам как паззл.

— Я всегда был Придурком. Полным уродом. Ты сама это знаешь, Малышка Мари.

— Ненавижу тебя, Дебил, — чуть громче шепота сказала я, отстраняясь от него. Надо испортить все!

— Диана сказала, нас задание ждет новое. Готовься к аду, раз предупреждает заранее.

Ловко он меняет тему! И что мне думать? Что чувствовать?..

— Зачем ты просил доказать, если хотел устроить… драку? — спросила я, стирая оставшиеся слезы тыльной стороной ладони.

— Хотел тебя побесить. И задать один вопрос, — Белов поправил мои волосы и заправил их за ухо.

— Какой вопрос?

— Правда или действие? Отвечай быстро.

— Правда. — Не задумываясь ответила я. Ни за что бы не выбрала действие. Особенно наедине с ним.

— С кем было лучше?

Что в голове у этого парня? О чем он думает и как генерирует такие вопросы? Что чувствует? И зачем так часто делает вид, будто не все равно на меня? Он загнал меня в угол, сам того не зная!

— В смысле? — я прикинулась дурочкой, но он точно меня раскусил.

— Не заставляй говорить так, чтобы ты себя помидорком чувствовала, — Матвей улыбнулся, встал и помог встать мне. Тут же облокотился об стену и скрестил снова руки на груди.

— Где игрушка? Я возьму дозу тока. Имею право, — я шутила, но голос в моей голове кричал ответ, пытаясь достучаться и до Матвея. Но этого допустить я не могла.

— О нет, Малышка Мари, я не дам тебе сделать себе нарочно больно. Выбери еще раз, я даю тебе фору. Правда или действие? — в его глазах блестел огонек безумия. Я примерно знала, что это значит, но пыталась не поджигать его сильнее. Это к хорошему не приведет.

— Правда. — Повторила я уверенно. Хотя сердце уже стучало в ушах. Надеюсь, он не услышит этого.

— Поцеловать снова меня или твоего смазливого красавца?

Он что, хочет заставить меня краснеть или пасовать? Потому что сейчас я могу сделать только эти две вещи.

— Пас, — почти с дрожащим голосом ответила я, точно краснея. Что он придумает еще?

Матвей глухо рассмеялся, а я, зачарованно наблюдая за ним, неосознанно мечтала слушать этот смех всю жизнь. И даже в глубокой старости.

— Еще раз, Малышка Мари, — произнес он уже успокоившись, — Правда или действие?

Я знала, что проиграла. Уже давно. Но мне все равно нужно было добить себя — чтобы не добил он.

— Действие! — зашипела я, понимая, что именно этого Матвей добивался своими вопросами. И почему бы мне просто не уйти, если я могу?

— Действие, говоришь? — спросил он и подошел ближе, почти вплотную. Я зло посмотрела на него и кивнула.

Матвей положил руку у меня над головой. Дьяволята в его глазах загорелись еще больше. Что он задумал?

— Смотри в мои глаза. Десять секунд ровно. И не отводи взгляд.

Это было не задание. Это было испытание для меня. Проверка, кого я боюсь, к кому меня тянет и кого я…

Я подняла голову, встретившись с его взглядом. Один. Его глаза были темными, почти черными. Два. Я будто тонула в них. Три. Зрачки расширились, и в них сверкнуло что-то необъяснимое. Четыре. Мое сердце билось так громко, что я была уверена — он это слышит. Пять. Он не отводил взгляда. Шесть. Ни единого движения. Семь. Матвей мог бы просто коснуться моего лица, и я бы не отшатнулась. Восемь. Мое дыхание сбилось. Девять. Губы дрогнули. Десять…

И еще две секунды до того момента, когда я чуть не поцеловала его сама. Но опустила взгляд и выдохнула. Нельзя. Нельзя ломать сердце второй раз, иначе не выдержит.

— Молодец, — шепнул он, бегая глазами по моему лицу.

— И что это было? — спросила я, стараясь, чтобы голос не дрогнул. Пришлось очень сильно постараться.

— Всего лишь проверка, — коротко ответил Матвей. — Тебе с ним было слишком легко и просто. Угадал? А со мной не очень легко. И слишком много эмоций.

Когда я успела стать детской книжкой, чтобы он читал меня так легко?! Черт, я не хочу, чтобы так было…

Таня! Где твоя гордость?! Срочно разбуди ее и беги отсюда как можно дальше!

— Ты издеваешься надо мной, да? — бросила я сорвавшимся голосом.

— А ты все еще выбираешь. Хотя, дай угадаю, ты уже выбрала? — он подошел еще чуть ближе. Хотя уже некуда!

Матвей положил руку мне на щеку. Его пальцы стали холодными, но именно это сейчас и нужно было мне. Я не знала, он коснется меня снова или уйдет. Но в любом случае знала, что не смогу остановить его. Не имею право, и не хочу.

И я бы так и думала еще дальше, если бы дверь резко не открылась и в кладовую не влетел на всех парах Тимур. Одна сапога пара!

Я резко оттолкнула Матвея от себя и встала ровно, стараясь унять дрожь в руках и ногах.

— Уф, я вам помешал? — улыбаясь спросил он и почесал затылок. — Ну, это не важно! Драпайте отсюда сейчас же! Декан сюда идет с Медведем, увидит — пощады не ждите! Уи-хи-хи. Вы как кролики, серьезно. Вам бы личную норку и много-много-много детей.

— Чего?! — я спохватилась и начала поправлять макияж. Тушь потекла, черт! И даже на его шутку не обратила внимание.

— Давайте-давайте! Лучше вообще прогуляйте, он в аудитории и у нас, и у Танюши был, знал, что вас нет, — он подтолкнул Матвея и добавил: — Надеюсь, Таня пригласит меня на вашу свадьбу! Если нет, я все равно приду. Принесу торт и буду в костюме Супер Кота!

— Придурок... — смущенно сказала я и театрально закатила глаза.

Прогулять? Этого у меня в планах не было. И что же делать? Если Макс Алексеевич увидит нас опоздавшими — жестокого наказания не избежать. Придется прогуливать.

Схватив меня резко за руку, Белов в благодарность хлопнул другу по плечу и побежал так резко, что я чуть не упала, но тоже ускорилась.

Бегать так с ним из университета было для меня чем-то новым. И мне это нравилось. Что угодно мне бы понравилось, если бы только он держал меня за руку.

Нет, больше я не хочу обманывать Лешу. Он мне не нравится. Я не хочу возвращать свои чувства к Матвею, но обманывать хорошего парня я не стану. Не последняя мразь, чтобы так поступать…

— Чего застыла?! Идешь? — спросил Белов, остановившись около какого-то кафе. Он тяжело дышал, но старался успокоиться быстрее. У меня же получалось это ужаснее. Я и спорт как две противоположности.

— Иду, — с трудом проговорила я.

— Отлично. Как раз там и поговорим. Я еще выявлю у тебя ответы на мои вопросы, Малышка Мари. И ты на них ответишь, даже не…

— Что? Продолжай, — я ухмыльнулась, понимая, что он точно не продолжит. Что бы там не хотел сказать.

— Идем, хватит голову морочить!

И снова он схватил меня за руку и потащил внутрь. И если бы я знала, чем окончится эта встреча — ни за что бы из дома не вышла. И вчера, и позавчера, и весь месяц…