14
Мистер Дживонс полагает, что математика привлекает меня потому, что внушает мне чувство покоя и безопасности, Он считает, что мне нравится математика, поскольку она предполагает решение проблем. Эти проблемы могут быть сложными и запутанными, но в конце всегда есть точный ответ. Это означает, что математика непохожа на жизнь, поскольку в жизни не обязательно есть четкий ответ в конце. Я знаю, что он имел в виду именно это, потому что он сам так сказал.
Это потому, что мистер Дживонс не разбирается в числах.
Есть одна известная история, которая называется «Загадка Монти Холла». И я включил ее в эту книгу, поскольку она хорошо иллюстрирует то, что я имею в виду.
В Америке издается журнал «Парад», и в нем есть раздел под названием «Спросите Мэрилин». Этот раздел пишет Мэрилин вос Савант. В журнале сказано, что она имеет высочайший уровень интеллекта в мире и даже занесена в Книгу рекордов Гиннесса. В этом разделе Мэрилин отвечает на вопросы, присланные читателями. И в сентябре 1990 года некий мистер Крейг Ф. Уайтейкер из Колумбии, штат Мэриленд, прислал вот такой вопрос (это не точная цитата, а просто пересказ, потому что я передал все своими словами для облегчения понимания):
«Вы участвуете в телевикторине, и у вас есть шанс выиграть машину. Ведущий показывает три двери. Он говорит, что за одной находится машина, а за двумя другими - две козы. Он просит вас выбрать одну из дверей. Вы выбираете дверь, но она пока что остается закрытой. Ведущий открывает одну из тех двух дверей, которые вы не выбрали, и демонстрирует вам козу (сам он знает, что скрывается за каждой из дверей). Затем он говорит, что у вас есть один, последний шанс передумать, прежде чем откроется дверь, и вы получите машину или козу. И он спрашивает, не хотите ли вы переменить решение и выбрать другую дверь. Что вы станете делать?»
Мэрилин вос Савант ответила, что нужно переменить решение и выбрать последнюю дверь, поскольку шанс того, что именно за ней будет машина, равен 2 к З.
Если вы воспользуетесь интуицией, то решите, что шансы 50:50, и придете к выводу, что машина может оказаться за любой из двух дверей.
Очень много людей написали в журнал специально для того, чтобы сказать Мэрилин вос Савант, что она неправа. Таких писем было 92 %, и многие из них написаны математиками и другими разными учеными. Вот примеры того, что в них говорилось.
«Я крайне удручен тем фактом, что общественность столь слабо разбирается в математике. Пожалуйста, признайте, что вы неправы.
Роберт Сачс, д-р философии,
университет Джорджа Мэйсона»
«Математическая неграмотность просто поражает. И это называется высочайшим уровнем интеллекта. Стыдитесь!
Скотт Смит, д-р философии,
университет Флориды»
«По крайней мере, три математика указали вам на ошибку. Но вы продолжаете настаивать на своем.
Кент Форд,
Государственный университет Дикинсона»
«Могу поспорить, что вы получили множество писем от профессоров и студентов колледжей и высших школ. Рекомендую вам сохранить хотя бы несколько адресов, дабы впоследствии иметь возможность консультироваться с этими людьми.
У. Роберт Смит, д-р философии.
Государственный университет Джорджии»
«Вы категорически неправы... Сколько же нужно разгневанных математиков, чтобы вы переменили мнение?
Е. Рэй Бобо, д-р философии,
университет Джорджтауна»
«Если окажется, что все эти доктора наук были неправы, я сочту, что страна находится в серьезной опасности.
Эверетт Харман, д-р философии.
Исследовательский институт Вооруженных сил США»
Но Мэрилин вос Савант была права, и существует 2 способа это доказать.
Во-первых, это можно сделать при помощи математики. Вот таким образом:
Назовем двери X, Y и Z.
Пусть Сх будет обозначением того факта, что машина находится за дверью X, - и так далее.
Пусть Нх будет обозначением того факта, что ведущий открывает дверь X, - и так далее.
Предположим, что вы выбрали дверь X; вероятность того, что вы выиграете машину, если вы перемените свое решение, выражена в следующей формуле:
Р(НZСY) + Р(НYСZ) = Р(СY). Р(НZ|СY) + Р(СZ). Р(НY| СZ) = (1/3.1) + (1/3.1) = 2/3.
Второй путь - это проиллюстрировать возможные исходы такой вот таблицей:
Таким образом, если вы меняете решение, у вас два шанса из трех получить машину. Если же вы настаиваете на первоначальном решении, то у вас один шанс из трех.
И это показывает, что интуиция иногда может быть ошибочной. Интуиция - это то, что люди используют в жизни, чтобы принимать решения. Но найти правильный ответ помогает логика.
И еще это доказывает, что мистер Дживонс был неправ: числа иногда оказываются очень сложными и вовсе не точными. Вот почему мне нравится «Загадка Монти Холла».
103
Когда я вернулся домой, там был Родри. Родри - это человек, который работает на отца, помогает ему чинить приборы и сантехнику. Иногда он приходит к нам по вечерам, чтобы выпить с отцом пива, посмотреть телевизор и побеседовать.
Родри носит белые рабочие брюки, которые все покрыты грязными пятнами, и золотое кольцо на среднем пальце левой руки. От него пахнет чем-то, что я не знаю, как называется. От отца всегда пахнет так же, когда он приходит с работы.
Я положил свои лакричные палочки и молочную плитку в специальную коробку для еды, которая стоит на полке и которую отцу не разрешается трогать, потому что это мое.
Потом отец спросил:
- И где же это ты гулял, юноша?
Я сказал:
- Зашел в магазин за лакричными палочками и молочной плиткой.
А он ответил:
- Что-то ты долго ходил.
Я сказал:
- Я разговаривал с собакой миссис Александер у магазина. Я погладил ее, и она стала нюхать мои брюки.
И это была еще одна белая ложь.
Потом Родри сказал:
- Боже, ты скоро получишь третью степень, да?
Но я не знаю, что такое третья степень.
А потом он спросил:
- Как дела, капитан?
И я сказал:
- Хорошо, спасибо. - Потому что так нужно отвечать в подобных случаях.
А он спросил:
- Сколько будет, если 251 умножить на 864?
Я немного подумал и сказал:
- 216 864, - потому что это очень просто: нужно умножить 864 на 1000, что равно 864 000; потом ты делишь это на 4, что равно 216 000, и это будет то же самое, что 250 умножить на 864; потом ты просто прибавляешь 864, чтобы получить 251, умноженное на 864, - получается 216 864. - И я спросил: - Правильно?
А Родри сказал:
- Понятия не имею, - и начал смеяться.
Мне не нравится, когда Родри надо мной смеется, а смеется он часто. Отец говорит, что это обозначает дружелюбие.
Потом отец сказал:
- Я положу в духовку «Алу Гоби», ладно?
Я люблю индийскую еду, потому что у нее острый вкус. Но «Алу Гоби» - желтого цвета, поэтому, прежде чем его есть, я кладу туда красный пищевой краситель. Он хранится в пластиковой бутылочке в моей специальной коробке.
И я ответил:
- Ладно.
А Родри сказал:
- Это похоже на сварку, да?
Но это он сказал отцу, а не мне.
А отец ответил:
- Ну, эти монтажные платы выглядели так, как будто они сохранились со времен Великого потопа.
А Родри спросил:
- Ты им скажешь?
Отец ответил:
- Зачем?
А Родри сказал:
- Это займет целый день.
Отец ответил:
- Не стоит будить спящую собаку, я так полагаю.
А потом я вышел в сад.
Шивон сказала, что, когда пишешь книгу, нужно вставлять в текст описания всяких вещей. Я ответил, что я могу взять фотографии и поместить их в книгу. Но она сказала: идея книги в том, чтобы описывать вещи, используя слова так, чтобы люди могли их читать и составлять картинки у себя в голове.
Еще она сказала, что лучше всего описывать разнообразные интересные вещи.
И еще она сказала, что я должен описывать людей, упоминая одну или две детали, которые их касаются, чтобы читатели могли их представить. Вот почему я написал о ботинках мистера Дживонса - с дырочками; и написал, что полисмен выглядел, как будто у него было две мышки в ноздрях; и описал, чем пахнет Родри, хотя я не знаю, как это называется.
Так что я решил сделать описание сада. Но сад был не очень интересный и не особенно разнообразный. Это был просто сад с травой, сараем и натянутой бельевой веревкой, зато небо было интересным и разнообразным. Обычно небо выглядит скучно, поскольку оно все голубое, или серое, или покрыто облаками. И если глядишь на него, то не создается впечатления, что оно находится в сотнях миль у тебя над головой. Оно выглядит так, будто кто-то нарисовал его на большой плоской крыше. Но сегодня на небе было много облаков разных типов и разного размера.
Там были большие облака, которые висели прямо над головой и казались просто огромными. А немного подальше - много маленьких белых облаков, похожих на рыбью чешую или на песчаные дюны, которые имеют очень правильную форму. Еще дальше, на западе, было несколько больших облаков, слегка подкрашенных оранжевым, потому что приближался вечер и солнце начинало садиться.
А еще, ближе всего к земле, висело гигантское облако серого цвета, потому что это была туча. Она была неправильной формы и выглядела вот так:
И после того как я смотрел на него очень долго, стало ясно, что оно движется, только очень медленно. Оно было похоже на космический корабль длиной в сотни километров, как в фильмах «Дюна», или «Блэйкс-7», или «Близкие контакты третьей степени», но только не из твердого материала, а из капель конденсированных водяных паров, из которых состоят все облака.
И это мог быть инопланетный космический корабль.
Люди думают, что корабль инопланетян должен быть твердым, сделанным из металла, у него должны быть огни со всех сторон и он должен медленно двигаться по небу. Это потому, что люди сделали бы большой космический корабль именно таким, если бы сумели его построить. Но инопланетяне, если они существуют, могут очень сильно отличаться от нас. Они могут выглядеть как большие куски желе или быть плоскими, как отражения. Или они могут быть больше, чем планеты. Или они могут вообще не иметь тел. Они могут быть просто информацией, как та, что находится в компьютере. И корабли их могут выглядеть как облака или могут быть сделаны из не связанных друг с другом объектов, вроде пыли или листьев.
Потом я прислушался к звукам, и до меня донеслось пение птицы, и я услышал шум движущихся машин, который был похож на морской прибой, и еще я слышал, что где-то играет музыка и кричат дети. А среди всех этих шумов, если слушать очень внимательно и стоять совсем не двигаясь, можно было различить очень тихий звон в ушах и звук дыхания, когда воздух проходит через нос.
Потом я вдохнул воздух, чтобы выяснить, на что похож запах сада. Но я ничего не учуял. И это тоже было интересно.
Потом я вернулся в дом и покормил Тоби.
107
«Собака Баскервилей» - моя любимая книга.
В «Собаке Баскервилей» к Шерлоку Холмсу и доктору Ватсону приходит Джеймс Мортимер, доктор, который живет в Девоне. Друг Джеймса Мортимера сэр Чарльз Баскервиль умер от сердечного приступа, и Джеймс Мортимер полагает, что кто-то напугал его до смерти. Еще у Джеймса Мортимера есть древняя рукопись, в которой описано проклятие рода Баскервилей.
В этой рукописи сказано, что у сэра Чарльза Баскервиля был предок по имени сэр Хьюго Баскервиль, который был буйным, грубым и безбожным человеком. И он захотел заняться сексом с дочерью фермера, но она убежала, и Хьюго погнался за ней через болота. А его друзья, которые были беспутными гуляками, поскакали следом за ним.
И когда они их нашли, дочь фермера была мертва от истощения и усталости. И они увидели огромного черного зверя, который был похож на пса, но превосходил размерами любую собаку, какую когда-либо доводилось видеть смертным. И эта собака перегрызла горло Хьюго Баскервилю. И один из его друзей в ту же ночь умер от страха, а остальные двое были разбиты параличом до конца своих дней.
Джеймс Мортимер полагает, что собака Баскервилей могла до смерти напугать сэра Чарльза, и он беспокоится, что его сын и наследник сэр Генри Баскервиль окажется в опасности, если поселится в девонском поместье.
Так что Шерлок Холмс отправляет доктора Ватсона в Девон, к сэру Генри Баскервилю и Джеймсу Мортимеру. И доктор Ватсон пытается понять, кто мог убить сэра Чарльза Баскервиля. А Шерлок Холмс говорит, что он останется в Лондоне, но потом тайно приедет в Девон и будет вести расследование сам.
И Шерлок Холмс выясняет, что сэра Чарльза убил его сосед по имени Стэплтон, который коллекционирует бабочек и является дальним родственником Баскервилей. Стэплтон беден, и поэтому он пытается убить сэра Генри Баскервиля, чтобы унаследовать поместье.
С этой целью он привез из Лондона огромную собаку и покрыл ее фосфором, чтобы она светилась в темноте. Это и была та самая собака, которая до смерти напугала сэра Чарльза Баскервиля. В конце Шерлок Холмс, доктор Ватсон и Лестрейд из Скотленд-Ярда отыскали преступника. Шерлок Холмс и доктор Ватсон застрелили собаку, и это плохо, потому что собака ни в чем не была виновата. А Стэплтон сбежал в Гримпенскую трясину и погиб, потому что его засосало болото.
В истории есть некоторые куски, которые мне не нравятся. Один - это древняя рукопись, которую очень трудно понять, потому что она написана старым языком. Вот, например:
Так предайте же забвению плоды прошлого, но остерегайтесь грешить в будущем, дабы снова нам всем на погибель не даровать свободу темным страстям, причинившим столько зла всему нашему роду.
А иногда сэр Артур Конан Дойль (автор книги) описывает людей вот таким образом:
Было в этом лице что-то неуловимо отталкивающее: какая-то грубость выражения, тяжелый взгляд и скорбный изгиб губ, который портил их совершенную красоту.
Я не знаю, что значит тяжелый взгляд, и я не интересуюсь лицами.
Но иногда бывает интересно понять, что обозначают слова, и можно выяснить это, посмотрев в словаре, - например, «утопать» (что значит «глубоко погружаться в воду») или «дольмены» (что значит «гробницы каменного века»).
Мне нравится «Собака Баскервилей», поскольку это детективная история. Это значит, что в ней есть ключи к разгадке и ложные посылы.
Вот некоторые из ключей.
1. У сэра Генри Баскервиля пропала пара ботинок, когда он останавливался в лондонском отеле. Это значит, что кто-то хотел дать собаке Баскервилей понюхать их, чтобы она могла преследовать сэра Генри. И поэтому можно понять, что собака Баскервилей не сверхъестественное существо, а обыкновенное животное.
2. Стэплтон - единственный человек, который знает, как пробраться через Гримпенскую трясину, и он предлагает Ватсону держаться от нее подальше ради его же собственной безопасности. Это значит, что он прячет что-то в центре Гримпенской трясины и не желает, чтобы кто-нибудь это обнаружил.
3. Миссис Стэплтон велит доктору Ватсону немедленно возвращаться в Лондон. Это потому, что она приняла доктора Ватсона за сэра Генри Баскервиля, а она знает, что ее муж хочет убить сэра Генри.
А вот примеры ложных посылов.
1. В Лондоне Шерлока Холмса и Ватсона преследует незнакомец в карете, и у этого человека черная борода. Вы можете решить, что это Бэрримор, дворецкий из поместья Баскервилей, поскольку он единственный в этой истории человек, у которого есть черная борода. Но на самом деле этот человек Стэплтон, который прицепил фальшивую бороду.
2. Селден, совершивший убийство в Ноттинг-Хилле, - человек, который бежал из тюрьмы и теперь прячется на болотах. Вы думаете, что он должен как-то повлиять на историю, поскольку он преступник, но он вообще не имеет никакого отношения к событиям.
3. Человек на вершине холма. Это силуэт человека, которого доктор Ватсон увидел ночью на болотах и не узнал. Вы думаете, что Ватсон увидел преступника, но на самом деле это Шерлок Холмс, который тайно приехал в Девон.
И еще я люблю «Собаку Баскервилей», потому что мне нравится Шерлок Холмс. Я думаю, он именно такой детектив, каким я собираюсь стать. Он очень умный. Он расследует преступление и говорит:
«Мир полон очевидных вещей, которые никто никогда не замечает».
Но сам он их замечает, как и я. И в книге сказано:
Шерлок Холмс обладал умением силой воли концентрировать свой разум на поставленной задаче.
И это тоже как у меня, потому что если я действительно чем-то заинтересован, например занимаюсь математикой или читаю книгу о миссии «Аполлона» или о больших белых акулах, то больше я ничего не замечаю. Отец может звать меня ужинать, но я не слышу его. Вот почему я очень хорошо играю в шахматы. Я контролирую свой разум, концентрируюсь на доске, а человек, с которым я играю, через некоторое время перестает сосредотачиваться и чешет нос или смотрит в окно. И допускает ошибки, а я выигрываю.
Еще доктор Ватсон говорит о Шерлоке Холмсе:
«...Его мозг... был занят попытками создать некую схему, в которую укладывались бы все странные и кажущиеся несвязанными детали».
Именно это я пытаюсь сделать, когда пишу свою книгу.
Еще Шерлок Холмс не верит в сверхъестественное, то есть в Бога, в сказки, в адскую собаку и в проклятия; и действительно, все это глупости.
И я собираюсь закончить эту главу двумя интересными фактами о Шерлоке Холмсе.
1. В книгах о Шерлоке Холмсе нигде не написано, что Шерлок Холмс носил войлочную охотничью шляпу, которая всегда надета на нем в мультфильмах или на картинках. Охотничью шляпу присочинил человек по имени Сидни Пейджет, который иллюстрировал книгу.
2. В книге Шерлок Холмс никогда не произносит фразу: «Элементарно, Ватсон». Он говорит это только в кинофильмах.
109
В эту ночь я написал еще несколько страниц моей книги и на следующий день взял книгу в школу, чтобы Шивон могла прочитать ее и сказать, нет ли у меня ошибок в правописании и грамматике.
Шивон читала книгу во время утренней перемены, когда она взяла чашку кофе и села на краю игровой площадки вместе с другими учителями. После утренней перемены она подошла ко мне и сказала, что прочла о моем разговоре с миссис Александер. И спросила:
- Ты рассказывал об этом отцу?
И я ответил:
- Нет.
Тогда она спросила:
- А ты собираешься рассказать об этом отцу?
И я ответил:
- Нет.
Она сказала:
- Хорошо. Я думаю, это будет правильно, Кристофер.
А потом она сказала:
- Ты огорчился, когда узнал об этом?
Я спросил:
- Узнал о чем?
Шивон сказала:
- Тебя расстроило то, что у твоей мамы и мистера Ширза были такие дела?
И я сказал:
- Нет.
Она спросила:
- Ты говоришь правду, Кристофер?
Я сказал:
- Я всегда говорю правду.
А Шивон сказала:
- Я знаю, Кристофер. Просто иногда мы огорчаемся, но не хотим рассказывать другим людям, что нам из-за них грустно. Мы предпочитаем держать это в тайне. А иногда мы грустим, но сами этого не осознаем. Поэтому и говорим, что нам не грустно, хотя на самом деле это не так.
И я ответил:
- Я не грущу.
А она сказала:
- Если ты почувствуешь, что тебе грустно, ты можешь прийти и поговорить об этом со мной, поскольку я думаю, что в этом случае тебе будет не так грустно. Или если тебе просто захочется поговорить со мной, это тоже будет правильно. Понимаешь?
И я сказал:
- Понимаю.
И она сказала:
- Хорошо.
Я ответил:
- Но я не огорчаюсь из-за всего этого. Потому что мама умерла. И потому что мистера Ширза здесь больше нет. Так что я грустил бы о вещах, которые нереальны и которых не существует на самом деле. И это было бы глупо.
А потом я занимался математикой весь остаток утра, и во время ланча не стал есть пирог с заварным кремом, потому что он желтый. Зато я съел морковку, и горох, и много кетчупа. А напоследок я съел немного ежевики и яблочного пюре, но не кусочки яблока, поскольку они тоже желтые, так что я попросил миссис Дэвис вытащить кусочки яблока, прежде чем она положила мне все это. Если различные сорта еды соприкасаются до того, как попадают в тарелку, то это не имеет значения.
Потом, после ланча, я занимался рисованием с миссис Питере и нарисовал несколько картинок с инопланетянами, которые выглядели вот так:
113
Моя память похожа на фильм. Вот почему я очень хорошо помню всякие вещи вроде содержания бесед, которые я записал в этой книге, и помню, как люди одеты и чем они пахнут, потому что моя память может записывать запахи так же, как и звуки.
И когда люди просят меня что-нибудь припомнить, я просто нажимаю перемотку назад и перемотку вперед и паузу, как на видеомагнитофоне. Но больше это похоже на DVD, потому что мне не нужно перематывать все подряд, чтобы вспомнить давние события. И конечно же, там нет кнопок, потому что все это происходит у меня в голове.
Если кто-то спросит меня: «Кристофер, как выглядела твоя мама?» - я могу вспомнить много разных эпизодов и ответить, как она выглядела в каждом из них.
Например, я могу перемотать свою память к 4 июля 1992 года, когда мне было 9 лет. Это была суббота, и мы поехали на праздник в Корнуолл. И в полдень мы были на пляже в местечке, которое называется Полперро. Мать была одета в шорты из хлопчатобумажной ткани и голубой верх от бикини. Она курила сигареты, которые назывались «Консулэйт», с мятным вкусом. Сначала она не купалась. Она загорала на полотенце в красную и фиолетовую полоску и читала книгу Джоржетт Хейер, которая называлась «Опасный маскарад». Потом она закончила читать, и пошла купаться, и сказала: «Черт, какая холодная вода!» А еще она сказала, что я тоже могу искупаться, но мне не нравится купаться, потому что я не люблю снимать одежду. И она сказала, что я могу просто закатать штаны и походить немного по воде, что я и сделал. И я стоял в воде. А мать сказала: «Смотри, как красиво». А потом она прыгнула и скрылась под водой, а я подумал, что ее съела акула, и заплакал. Мать вынырнула из воды и подошла ко мне. Она подняла правую руку, растопырив пальцы, и сказала: «Ну, Кристофер, прикоснись к моей руке. Давай. Не плачь. Ну давай, Кристофер!» И я перестал плакать, поднял левую руку, растопырил пальцы, и мы соприкоснулись подушечками. Мать сказала: «Все в порядке, Кристофер. В Корнуолле акулы не водятся». И мне стало гораздо лучше.
Я не помню никаких событий, произошедших прежде, чем мне исполнилось 4, потому что до этого я не воспринимал вещи такими, какие они есть на самом деле, и не записывал их как нужно.
И вот как я могу определить человека, если не знаю, кто он. Я смотрю, что на нем надето; может быть, он носит с собой трость, или у него какие-то необычные волосы или особые очки, или же он делает определенные жесты. Потом я произвожу поиск у себя в памяти и выясняю, встречал ли я его раньше.
И еще это помогает мне понять, как действовать в сложных ситуациях, когда я не знаю, что делать.
Например, если люди говорят вещи, которые не имеют смысла, вроде: «Всего тебе хорошего, принцесса на горошине», или: «Ты меня в могилу загонишь», - я включаю «Поиск» и выясняю, слышал ли я раньше что-нибудь подобное.
Если я вижу, что кто-то в школе лежит на полу, я произвожу поиск в памяти и нахожу картинки учеников, которые больны эпилепсией, и потом сравниваю картинку с тем, что происходит у меня перед глазами. Тогда я могу решить, лежат ли они просто потому, что это такая игра, или они спят, или же у них эпилептический припадок. И если это припадок, то я отодвигаю в стороны мебель, чтобы он не ударился, снимаю свитер, подкладываю ему под голову и иду искать учителя.
У других людей тоже возникают в голове картинки, но не такие, как у меня. Потому что все картинки у меня в голове - это образы вещей, которые действительно случились. А у других могут возникать картины, которые на самом деле не настоящие, и ничего подобного никогда не происходило.
Например, мать иногда говорила: «Если бы я не вышла замуж за твоего отца, я поселилась бы в маленьком деревенском домике на юге Франции - с каким-нибудь Жаном. И он был бы - о! - мастер на все руки. Он бы делал для людей дизайн и оформление, занимался садоводством, чинил заборы, - в общем, умел бы все. И у нас была бы веранда, и в саду росли бы подсолнухи и инжир. А неподалеку находился бы маленький городок. И по вечерам мы бы сидели в саду, и пили красное вино, и курили сигареты „Голуаз", и смотрели бы, как садится солнце».
А Шивон однажды сказала, что когда у нее плохое настроение или она грустит, она закрывает глаза и представляет себя в доме на Кейп-Коде вместе со своей подругой Элли. Они путешествуют на лодке от Провинстауна и выходят на пляж, чтобы посмотреть горбатых китов. И когда она думает об этом, ей становится хорошо и спокойно.
А иногда, когда кто-нибудь умирает, как умерла мать, люди спрашивают: «Что бы ты сказал своей маме, если б она была сейчас здесь?» Или: «Что бы подумала твоя мама?» И это глупо, потому что мать мертва. Умершим людям нельзя ничего сказать, мертвые не могут думать.
И у бабушки тоже есть картинки в голове, но они все сумбурные, как будто бы кто-то перепутал разные фильмы, и она не может сказать, что в каком порядке происходило. Так что она думает, будто умершие люди еще живы, и не понимает, что случилось в реальной жизни, а что показывали по телевизору.
127
Когда я вернулся из школы, отец еще был на работе, так что я отпер наружную дверь, вошел и снял пальто. Потом я прошел на кухню и положил свои вещи на стол. И одной из этих вещей была книга, которую я брал в школу, чтобы показать Шивон. Я сделал себе малиновый молочный коктейль, подогрел его в микроволновой печи и пошел в гостиную, чтобы посмотреть фильм из сериала «Голубая планета». Там рассказывалось о самых глубоких частях океана.
Фильм был о морских животных, которые живут вокруг серных кратеров подводных вулканов, где газы извергаются из земной коры в воду. Ученые никогда не подозревали, что в этом месте могут быть живые организмы, потому что там слишком горячо и много ядовитых веществ, но оказалось, что внутри есть целая экосистема.
Мне нравится этот эпизод, поскольку он демонстрирует, что наука всегда может открыть что-то новое и все факты, которые считались доказанными, могут оказаться совершенно неверными. И еще мне нравится, что все эти кадры были сняты в таком месте, до которого добраться сложнее, чем до вершины Эвереста, хотя оно находится всего несколькими милями ниже уровня моря. И это одно из самых тихих, темных и таинственных мест на Земле. И мне иногда нравится представлять, что я спускаюсь туда в сферическом подводном аппарате с окнами в тридцать сантиметров толщиной, чтобы они не провалились под давлением воды. И я воображаю, что я там совсем один и мой аппарат вообще никак не связан с кораблем, но я могу оперировать его энергией, управлять его моторами и двигаться по морскому дну куда угодно. И меня никогда не найдут.
Отец вернулся домой в 17.48. Я слышал, как он вошел через наружную дверь и прошел в гостиную. На нем была рубашка в зеленую и синюю клетку, и шнурки на одном ботинке были завязаны двойным узлом, а на втором - обыкновенным. Он нес старую рекламу сухих сливок, которая была сделана из металла и раскрашена голубой и белой эмалью. Ее покрывали маленькие кружочки ржавчины, похожие на пулевые отверстия, но отец не объяснил, зачем он это принес.
Он сказал:
- Здорово, дружище, - что было шуткой.
А я сказал:
- Привет! - и продолжал смотреть фильм.
А отец пошел на кухню.
Я забыл, что оставил свою книгу на кухонном столе, потому что слишком увлекся «Голубой планетой». Это то, что называется ослаблением бдительности, и этого ни в коем случае нельзя допускать, особенно если ты детектив.
Было 17.57, когда отец вернулся в гостиную. Он сказал:
- Что это?
Отец сказал это очень тихо, и я не знал, сердится ли он, поскольку он не кричал.
Он держал книгу в правой руке.
Я ответил:
- Это книга, которую я пишу.
А он спросил:
- Это правда? Ты говорил с миссис Александер?
Он опять сказал это тихо, так что я по-прежнему не мог понять, сердится ли он.
И я ответил:
- Да.
Тогда он сказал:
- Господи Боже, черт побери! До какой же степени ты глуп!
Это было то, что Шивон называет риторическим вопросом. Там в конце стоит восклицательный знак, потому что человек, который этот вопрос задает, уже знает ответ сам.
Потом отец сказал:
- Что, черт возьми, я тебе велел, Кристофер? - На этот раз он говорил гораздо громче.
И я ответил:
- Не упоминать мистера Ширза в нашем доме. Не спрашивать миссис Ширз и никого, кто убил треклятую собаку. И не лазать в чужие сады. И прекратить эту идиотскую игру в детектива. И я не делал ничего из этих вещей. Я просто спросил миссис Александер о мистере Ширзе, потому что...
Но отец перебил меня и сказал:
- Не вешай мне лапшу на уши. Ты отлично знаешь, что ты, блин, делал. - И он поднял книгу и потряс ею в воздухе. - Что еще я тебе велел, Кристофер?
Я подумал, что это еще один риторический вопрос, но не был уверен. И не мог решить, что ответить, потому что был смущен и испуган.
Отец повторил вопрос:
- Что еще я тебе велел, Кристофер?
Я ответил:
- Не знаю.
А он сказал:
- Давай же, блин, ты, мистер Абсолютная Память.
Но я не мог ни о чем думать.
И отец сказал:
- Я велел тебе не совать свой вонючий нос в чужие дела. А ты что сделал? Ты суешь свой вонючий нос в чужие дела. Ты бродишь повсюду, вынюхиваешь и рассказываешь все это каждому Тому, Дику и Гарри, какого только увидишь. Что мне с тобой делать, Кристофер? Что мне, блин, с тобой сделать?
Я ответил:
- Я просто побеседовал с миссис Александер. Я не проводил расследования.
А он сказал:
- Я прошу тебя сделать для меня одну вещь, Кристофер. Только одну вещь.
Я сказал:
- Я не хотел разговаривать с миссис Александер. Она сама мне...
Но тут отец перебил меня и схватил рукой за плечо. И очень сильно стиснул.
Отец никогда раньше не хватал меня. Мать иногда меня стукала, потому что она была очень вспыльчивая. Это значит, что она начинала сердиться быстрее, чем другие люди, и чаще кричала. Но отец всегда был более уравновешенным человеком. Это значит, что он не так быстро начинает сердиться и не так часто кричит. И потому, когда он схватил меня, я очень удивился.
Я не люблю, когда люди меня хватают. И я не люблю неожиданностей. Так что я ударил его, как ударил полицейского. Но отец не отпустил руку и начал кричать на меня. И я опять его ударил. А потом я уже больше не понимал, что делаю.
Некоторое время выпало у меня из памяти. Не очень долгое, потому что потом я посмотрел на часы. Это было, как будто бы кто-то выключил меня, а затем опять включил. И когда меня включили, оказалось, что я сижу на полу, прислонившись спиной к стене, и на правой руке у меня кровь, и одна сторона головы болит. А отец стоит на ковре, прямо передо мной, на расстоянии метра, и смотрит на меня. И в правой руке он по-прежнему держит мою книгу, но она согнута пополам, и все уголки листов торчат в разные стороны. На шее у отца царапина, рукав его сине-зеленой рубашки разорван, и отец тяжело дышит.
Через минуту он повернулся и ушел на кухню. Там он открыл заднюю дверь, ведущую в сад, и вышел наружу. Я слышал, как он поднимает крышку мусорного ящика, кидает туда что-то и потом закрывает крышку. Затем отец снова вошел в кухню, но книги у него уже не было. Он запер заднюю дверь и положил ключ в маленький китайский кувшин, который сделан в форме толстого монаха, а потом встал посреди кухни и закрыл глаза.
Потом он открыл глаза и сказал:
- Блин, мне нужно выпить.
И взял себе банку пива.
131
Есть несколько причин, почему я ненавижу желтый и коричневый цвета.
ЖЕЛТЫЙ
1. Заварной крем.
2. Бананы (потом становятся коричневыми).
3. Желтые разделительные линии.
4. Желтая лихорадка (это такая болезнь в тропической Америке и Западной Африке, которая вызывает лихорадку, острый нефрит, желтуху и кровотечение; она возникает из-за вируса, который переносится особым видом москитов, называемых Аedes aegypti. Вирус называется Stegotomyia fasciata; а нефрит - это воспаление почек).
5. Желтые цветы (потому что от цветочной пыльцы у меня бывает сенная лихорадка. Это один из трех видов сенной лихорадки, а два других возникают от травяной пыли и грибковой пыльцы. Я от них болею).
6. Сладкая кукуруза (потому что она не усваивается организмом и выходит вместе с испражнениями. Так что это все равно что есть траву или листья).
КОРИЧНЕВЫЙ
1. Грязь.
2. Мясная подлива.
3. Испражнения.
4. Дерево (потому что раньше люди делали из дерева машины и корабли, а теперь нет, поскольку дерево ломается и гниет, и в нем заводятся черви. Сейчас люди делают машины и корабли из металла и пластика, которые гораздо лучше и современнее).
5. Мелисса Браун[10] (это девочка из нашей школы, и на самом деле она не коричневая, как Анил или Мухаммед, это просто ее фамилия). Она разорвала мою космическую картинку на две половины. Миссис Питерс склеила ее, но картинка все равно была испорчена, так что пришлось ее выбросить.
Миссис Форбс сказала, что ненавидеть желтый и коричневый - просто глупо. А Шивон сказала, что не стоит так говорить, потому что у каждого могут быть любимые и нелюбимые цвета. И Шивон права. Но миcсиc Форбс тоже отчасти права. Потому что это и правда глупо. Но в своей жизни ты вынужден принимать множество решений, и если ты их не принимаешь, то никогда ничего не сделаешь. Потому что проведешь всю свою жизнь, выбирая между вещами, которые мог бы сделать. Так что нужно иметь объяснение, почему ты любишь одни вещи и ненавидишь другие. Это все равно как обедать в ресторане. Иногда отец берет меня в ресторан, и нужно посмотреть меню и выбрать, что ты будешь есть. Но если ты не пробовал какое-то блюдо прежде, то не можешь сказать, понравится оно тебе или нет. Но у тебя есть любимые блюда, и ты выбираешь их, и есть еда, которая тебе не нравится, и ты ее не заказываешь. И тогда это просто.
137
На следующий день отец попросил прощения за то, что ударил меня, и сказал, что не хотел этого делать. Он велел промыть ссадину на щеке, чтобы туда не попала инфекция, и залепил ее пластырем.
Потом, поскольку была суббота, он сказал, что хочет взять меня на прогулку, потому что хочет загладить свою вину, и мы поедем в зоопарк Твикросс. Так что отец сделал мне сандвичи с белым хлебом и помидорами, с салатом и ветчиной и еще с земляничным джемом, потому что я не ем пищу в тех местах, которых я не знаю. И сказал, чтобы я не беспокоился, потому что в зоопарке будет мало народу, так как собирается дождь. Я был рад, потому что я не люблю больших толп народу, а дождь люблю. Так что я пошел и взял свой непромокаемый плащ оранжевого цвета.
Потом мы поехали в зоопарк Твикросс.
Я никогда раньше не бывал в зоопарке Твикросс, и поэтому у меня не было картинки в голове. Поэтому мы купили путеводитель информационного центра, а потом обошли весь зоопарк, и я выбирал, какие животные мне больше всего нравятся.
Больше всего мне нравятся:
1. РЭНДИМЕН - это имя черной паукообразной обезьяны (Ateles paniscus paniscus), и это самая старая обезьяна, когда-либо содержавшаяся в неволе. Рэндимену сорок четыре года, столько же, сколько отцу. Раньше он жил у моряков - у него металлический пояс, как в историях про пиратов.
2. ПАТАГОНСКИЕ МОРСКИЕ ЛЬВЫ по имени Миракль и Стар.
3. МАЛИКУ - это орангутанг. Он мне особенно понравился, потому что лежал в чем-то вроде гамака, сделанном из пижамных штанов в зеленую полоску. И на голубой пластиковой табличке около клетки было написано, что он сам соорудил этот гамак.
Потом мы пошли в кафе, и отец взял камбалу, чипсы, яблочный пирог, мороженое и чашку чаю, а я ел свои сандвичи и читал путеводитель по зоопарку.
И отец сказал:
- Я тебя очень люблю, Кристофер. Никогда не забывай этого. Но иногда я выхожу из себя, начинаю злиться и кричать на тебя. Я понимаю, что не должен этого делать. Но это происходит потому, что я беспокоюсь за тебя и не хочу, чтобы с тобой случилось несчастье. Я не хочу, чтобы кто-нибудь причинил тебе вред. Понимаешь?
Я не знал, понял ли я, и потому ответил:
- Не знаю.
А отец сказал:
- Кристофер, ты понимаешь, что я тебя люблю?
И я сказал:
- Да.
Потому что любить кого-то - это значит помогать ему, когда он попал в беду, заботиться о нем и говорить ему правду. А отец всегда помогал мне, когда я попадал в беду, - вроде того случая в полицейском участке. И всегда заботился обо мне, готовил для меня еду. И всегда говорит мне правду. Значит, он меня любит.
И потом он поднял правую руку и растопырил пальцы, и я поднял левую руку и тоже растопырил пальцы, и мы соприкоснулись подушечками.
Потом я вынул из сумки листок бумаги и нарисовал карту зоопарка, чтобы проверить память. И карта выглядела так:
/ Дикая собака - это индийская собака, которая напоминает лису. Лангур - это длиннохвостая обезьяна./
Потом мы пошли и посмотрели жирафов. И запах их навоза был похож на запах в клетке с морскими свинками в школе, когда у нас были морские свинки. И когда жирафы бегали, было видно, какие у них длинные ноги, и казалось, что они бегут очень медленно и плавно.
Потом отец сказал, что нам нужно ехать домой, чтобы успеть до того, как на дорогах возникнут пробки.
139
Мне нравится Шерлок Холмс, но я не люблю сэра Артура Конан Дойля, автора рассказов о Шерлоке Холмсе. Это потому, что он не был похож на Шерлока Холмса и верил в сверхъестественное. Когда он состарился, он вступил в Спиритуалистическое общество. Это значит, что он думал, будто можно общаться с мертвыми. Это потому, что его сын умер от гриппа по время Первой мировой войны, а он хотел поговорить с ним.
А в 1917 году произошла странная вещь, называемая история о феях из Коттингли. Две кузины - Френсис Гриффите девяти лет и Элси Райт шестнадцати лет - сказали, что они играли с феями возле ручья под названием Копингли-Бек. И воспользовались фотокамерой отца Френсис, чтобы сделать пять снимков фей, вроде вот этого:
Но это были не настоящие феи, а нарисованные на бумаге. Они вырезали эти рисунки и прикололи булавками, потому что Элси очень хорошо умела рисовать.
Гарольд Снеллинг, эксперт по фальсификации фотографий, сказал:
«Эти танцующие фигурки не были сделаны из бумаги или ткани и не были нарисованы на фотографической пластине. И что самое занимательное, эти фигурки двигались во время экспозиции».
Но этот Гарольд Снеллинг был глуп, потому что во время экспозиции можно двигать бумагу. А экспозиция была очень долгой. Это понятно, потому что на фотографии есть маленький водопад, и видно, что он весь расплылся.
Сэр Артур Конан Дойль услышал об этих фотографиях и поверил, что они настоящие, и написал об этом статью в журнале под названием «Стрэнд». Но это тоже было глупо, потому что если посмотреть на картинки, то видно, что человечки выглядят как феи в старых книгах, и у них есть крылья, и платья, и рейтузы, и башмаки. Это как верить в истории о пришельцах, которые прилетели на Землю и выглядят как Далеки из фильма «Доктор Кто», или имперские штурмовики со Звезды Смерти из«Звездных войн», или маленькие зеленые человечки, как в мультфильмах про инопланетян.
А в 1981 году человек по имени Джо Купер взял интервью у Элси Райт и Френсис Гриффите для статьи в журнале «Непознанное». И Элси Райт сказала, что все пять фотографий были подделкой, а Френсис Гриффите сказала, что четыре были подделкой, а одна была настоящая. И они сказали, что Элси срисовала фей из книги под названием «Книга даров принцессы Марии» Артура Шепперсона.
Это доказывает, что иногда люди сами хотят быть глупыми и не желают знать правды.
И еще это доказывает, что эта штука под названием Бритва Оккама - на самом деле правда. Бритва Оккама - это не лезвие, которым бреются, а такой закон, и он гласит:
«Enita non sunt multiplicanda praeter necessitatem».
И в переводе с латыни это значит:
«Не следует множить сущности без необходимости».
Что означает: жертву преступления, скорее всего, убил тот, кто был с ней знаком; феи сделаны из бумаги; и невозможно поговорить с человеком, который уже умер.
149
В понедельник, когда я пришел в школу, Шивон спросила, откуда у меня на лице ссадина. Я сказал, что отец рассердился и схватил меня за плечо, и потому я его ударил, и у нас произошла драка. Шивон спросила, ударил ли меня отец, и я сказал, что не знаю, поскольку я очень рассердился и с моей памятью случилось что-то непонятное. И она спросила, может быть, отец ударил меня, потому что тоже очень рассердился. И я сказал, он меня не ударил, только схватил, но он и правда был очень сердит. А Шивон спросила, сильно ли он меня схватил, и я сказал, что сильно. А Шивон спросила: может, я боюсь идти домой? А я сказал, что нет. И тогда она спросила: может, я хочу поговорить об этом? И я сказал, что не хочу. И она сказала: «Ладно», - и больше мы об этом не говорили. Потому что можно схватить человека за руку или за плечо, если ты сердишься. Но никого нельзя хватать за лицо или за волосы. И бить человека - это тоже очень плохо, кроме тех случаев, когда ты уже с кем-то дерешься. Тогда это не так плохо.
Когда я вернулся домой из школы, отец еще был на работе, так что я пошел на кухню и вынул ключ из китайского горшка в виде монаха. Я отпер заднюю дверь, вышел в сад и заглянул в мусорный ящик в поисках своей книги.
Я хотел получить свою книгу обратно, потому что мне нравилось ее писать. Я люблю работать над разными проектами, особенно если это сложные проекты - вроде книги. И еще я до сих пор не узнал, кто же убил Веллингтона, а в свою книгу я записывал все ключи к разгадке, которые обнаружил. И мне не хотелось бы, чтобы все это пропало.
Но в мусорном ящике книги не было.
Я закрыл крышку ящика и пошел в сад, чтобы заглянуть в мусорное ведро, куда отец кидал садовые отходы: скошенную траву и яблоки, которые упали с деревьев. Но там моей книги тоже не было.
Я подумал, может, отец положил книгу в машину, отвез ее на свалку и выбросил в один из тамошних больших мусорных баков. Но мне бы не хотелось, чтобы это было правдой, поскольку это значит, что больше я ее не увижу.
Была еще возможность, что отец спрятал книгу где-то в доме. Так что я решил произвести расследование и выяснить, сумею ли я ее отыскать. Только мне нужно было очень внимательно слушать, чтобы не упустить момент, когда машина отца остановится возле дома. Потому что отец не должен поймать меня за детективной работой.
Я начал оглядывать кухню. Моя книга размером примерно 25 см х 35 см х 1 см, так что ее нельзя спрятать в очень маленьком месте. Это значит, что в маленьких местах искать не надо. Я заглянул на буфет, и за выдвижные ящики, и под плиту. Чтобы исследовать темное место за буфетом, я воспользовался фонариком и зеркальцем. Там были мышиные норы, и через них мыши могли выходить в сад, чтобы разводить там своих детей.
Потом я обыскал чулан.
Потом я обыскал столовую.
Потом я обыскал гостиную и под диваном нашел давно потерянное колесо от модели «мессершмитта».
Потом мне послышалось, что отец входит в наружную дверь, и я вскочил. Пытаясь встать побыстрее, ударился коленкой об угол кофейного столика. Было очень больно. Но оказалось, что это всего лишь наркоман из соседнего дома уронил что-то на пол.
Тогда я поднялся наверх, но в своей комнате искать не стал, поскольку рассудил, что отец не станет что-то прятать от меня в моей собственной комнате, - разве что он пустился на двойную хитрость, как в настоящих детективах. Так что я решил обыскать свою комнату только в том случае, если не найду книгу нигде больше.
Я осмотрел ванную, но там единственное место, куда можно спрятать книгу, - это сушильный шкаф, а в нем ничего не оказалось.
Из всех комнат дома осталась только спальня отца, но я не знал, искать ли мне там, поскольку отец уже давно запретил мне что-либо трогать у него в комнате. Но если он хотел что-то от меня спрятать, то его спальня - самое лучшее место. Так что я решил, что ничего не нарушу у него в комнате. Я передвину вещи, а потом положу их на место. Тогда отец не узнает, что я сделал, и не рассердится.
Сначала я поискал под кроватью. Там было 7 ботинок, гребень с большим количеством волос между зубьями, кусочек медной трубки, шоколадное печенье порножурнал под названием «Фиеста», дохлая пчела галстук-бабочка и деревянная ложка. Но моей книги там не было. Потом я заглянул в ящики по обе стороны туалетного столика. Там был аспирин, маникюрные ножницы, батарейки, зубная нить, ватный тампон и носовой платок. Еще там лежал запасной вставной зуб - на случай, если отец потеряет тот зуб, который ему вставили, когда он выбил настоящий зуб, вешая кормушку в саду и упав со стремянки. Но моей книги не было.
Тогда я посмотрел в платяном шкафу. В нем висело много разной одежды, а сверху была еще полка, куда я мог за глянуть, только встав на кровать. И потому мне пришлось снять ботинки, чтобы не оставить грязных следов, так как это будет уликой, если отец решит провести расследование. Но на полке лежали только порножурналы, сломанный тостер, двенадцать проволочных вешалок и старый мамин фен.
Внизу шкафа был ящик для инструментов, и там лежали всякие инструменты: сверло, кисть, несколько шурупов и молоток. Но все это я мог увидеть и не открывая ящика, потому что он был сделан из прозрачного серого пластика.
Потом я заметил, что под ящиком для инструментов есть еще один ящик. Это был старый ящик от шкафа, который назывался бельевым, потому что некоторые хранят там свои рубашки. И когда я открыл его, я увидел там свою книгу.
И я не знал, что мне делать.
Я был счастлив, потому что отец не выбросил мою книгу. Но если я ее возьму, он узнает, что я трогал вещи в его комнате, и рассердится. И еще, я ведь дал слово ничего не трогать в его комнате.
А потом я услышал, как около дома остановился фургон, и, значит, нужно было думать скорее и действовать разумно. Так что я решил оставить книгу там, где она была, поскольку я рассудил, что отец не собирается ее выбрасывать, раз положил в ящик для рубашек. И я мог перенести записи в другую книгу и держать ее в секрете ото всех. А потом позже отец, возможно, передумает и отдаст мне первую книгу, тогда я смогу скопировать новую книгу туда. А если он ее никогда не отдаст - все равно, я помню большую часть того, что написал, и могу переписать все это во вторую тайную книгу. И если я захочу что-нибудь уточнить, я смогу прийти в комнату отца, когда его не будет дома, и проверить, верно ли я все запомнил.
Тут я услышал, как отец захлопнул дверь фургона.
И тогда я увидел конверт.
Это было письмо, адресованное мне. Оно лежало под моей книгой в ящике для рубашек. Я посмотрел. Конверт был не распечатан, и на нем было написано:
Кристофер Бун
36 Рэндольф-стрит
Суиндон Уилтшир
Потом я заметил, что там еще много других конвертов - и все они адресованы мне. И это было интересно и одновременно странно.
А потом я увидел, как были написаны слова «Кристофер» и «Суиндон».
Я знаю только трех человек, которые ставят маленькие кружочки вместо точек над буквой i. Один из них - мистер Локсли, который преподает в нашей школе, еще - Шивон, а третья была мать.
И тут я услышал, что отец открывает наружную дверь, так что я взял один конверт из-под книги, опустил крышку рубашечного ящика, поставил сверху ящик для инструментов и очень аккуратно закрыл дверь шкафа.
Потом отец позвал:
- Кристофер?
Я ничего не сказал, потому что иначе он мог понять, где я нахожусь. Я встал, обошел кровать и пошел к двери, держа конверт и стараясь производить как можно меньше шума.
Отец стоял внизу, у лестницы. Я подумал, что он может увидеть меня, но он просматривал почту, которая пришла утром, и голова его была опущена. Потом он отошел от лестницы и направился в кухню, а я очень тихо закрыл дверь его комнаты и зашел к себе.
Я хотел посмотреть на письмо, но нельзя было сердить отца. Поэтому я сунул конверт под матрац, спустился вниз и сказал отцу:
- Привет.
И он спросил:
- Ну, что поделывал сегодня, молодой человек?
А я ответил:
- Сегодня мы занимались социальными навыками с миссис Грэй: использование денег и общественный транспорт. А за ланчем я съел томатный суп и три яблока. Днем я немного занимался математикой, а потом мы ходили в парк с миссис Питере и собирали листья, чтобы делать коллажи.
И отец сказал:
- Отлично, отлично. Как ты смотришь, если мы приготовим на ужин чоу?
Чоу-это такая еда.
Я ответил, что хочу бобов и брокколи.
А отец сказал:
- Да легко.
Потом я сел на диван и немного почитал книгу Джеймса Глейка, которая называлась «Хаос».
Потом я пошел на кухню и поел бобов и брокколи, а отец ел сосиски и яйца с поджаренным хлебом и пил чай.
А потом отец сказал:
- Я хочу повесить в гостиной эти полки, если ты не возражаешь. Боюсь, будет немного шумновато, так что, если ты хочешь посмотреть телевизор, придется отнести его наверх.
Я ответил:
- Я пойду к себе в комнату.
Отец сказал:
- Молодец.
А я сказал:
- Спасибо за ужин. - Потому что это значит быть вежливым. Отец ответил:
- Не за что, малыш.
И я пошел в свою комнату.
Войдя, я плотно закрыл дверь и достал из-под матраца конверт. Я посмотрел письмо на свет, чтобы определить, что в конверте, но бумага была слишком плотной. Я задумался, можно ли мне открыть конверт - ведь я взял его из комнаты отца. Но я решил, что, раз письмо адресовано мне, значит, оно мое и я имею право его открыть.
Так что я распечатал конверт.
Внутри лежало письмо.
И вот что там было написано:
451с Чептер-роуд
Уиллзден
Лондон NW2 5NG
0208 887 8907
Дорогой Кристофер!
Извини, что так долго не писала тебе. Я была очень занята. Я получила новую работу - место секретаря на фабрике, где делают всякие вещи из стали. Тебе бы там понравилось. На фабрике полно огромных машин, которые делают сталь, и режут ее, и складывают в любые формы, какие нужно. На этой неделе на фабрике делали крышу для кафе в торговом центре в Бирмингеме. Это будет крыша в виде огромного цветка, а над ней растянут огромный тент.
Еще мы переехали в новую квартиру, как ты видишь из адреса. Она не такая милая, как старая, и я не очень люблю Уиллзден, но Роджеру отсюда удобнее ездить на работу. Кроме того, эту квартиру он купил, а прежнюю просто снимал. Так что здесь мы можем поставить нашу собственную мебель и раскрасить стены так. как нам захочется.
Вот потому-то и прошло так много времени с тех пор, как я писала тебе в последний раз. Сначала нам пришлось долго упаковывать вещи, потом - долго их распаковывать. А потом я устраивалась на новую работу.
Я сегодня очень устала и хочу пойти спать, так что сейчас я заканчиваю письмо и завтра утром опущу его в ящик. Но очень-очень скоро я опять тебе напишу.
Ты до сих пор мне не ответил, и потому я догадываюсь, что ты до сих пор злишься на меня. Но я люблю тебя и надеюсь, что ты не будешь сердиться вечно. И я бы хотела, чтобы ты написал мне письмо (но не забудь, что у меня теперь новый адрес).
Думаю о тебе постоянно.
С любовью,
мама.
И я очень сильно растерялся, потому что мать никогда не работала секретарем на фабрике, где делают вещи из стали. Она работала секретарем в автосервисе, в центре города. И мать никогда не жила в Лондоне. Мать всегда жила с нами. И никогда раньше она не писала мне писем.
В письме не было даты, так что я не мог выяснить, когда оно написано, и я задумался: может, это кто-то другой написал письмо и притворяется матерью?
И потом я посмотрел на конверт и увидел почтовый штемпель. А на штемпеле стояла дата. Разобрать ее было непросто, но там было написано:
Это значит, что письмо отправлено 16 октября 1997 года, то есть через 18 месяцев после того, как мать умерла.
А потом дверь моей комнаты открылась, и отец спросил:
- Что поделываешь?
Я ответил:
- Читаю письмо.
А он сказал:
- Я закончил сверлить. Там по телевизору идет передача о природе Дэвида Аттенборо, если тебе интересно.
Я ответил:
- Хорошо.
И отец ушел вниз.
Я посмотрел на письмо и глубоко задумался. Это была тайна, и я не мог ее разгадать. Может, письмо оказалось не в том конверте и было написано до того, как мать умерла? Но почему она писала из Лондона? Самый долгий срок, на который она уезжала от нас, - это неделя. Тогда мать ездила навестить свою кузину Руфь, у которой был рак. Но Руфь жила в Манчестере.
Потом я подумал, что это письмо не от моей матери. Может, оно от матери другого человека по имени Кристофер и адресовано этому Кристоферу, а не мне.
Меня охватило возбуждение. Когда я начал писать свою книгу, была только одна тайна, которую следовало разгадать, а теперь их оказалось две.
Я решил, что я больше не буду думать об этом сегодня вечером, поскольку у меня недостаточно информации и я могу сделать неверные выводы, как мистер Этелни Джонс из Скотленд-Ярда.[11] А это опасная вещь, и, прежде чем приступать к расследованию, нужно увериться, что ты располагаешь всеми доступными уликами. И чем их меньше, тем проще совершить ошибку.
Я сложил письмо и спрятал его под матрацем, чтобы отец не нашел его и не рассердился. А потом спустился вниз и стал смотреть телевизор.
151
Существует множество таинственных вещей. Но это не значит, что у них нет объяснения. Это значит лишь, что ученые пока не нашли им объяснения.
Например, некоторые верят в призраки людей, которые возвращаются после смерти. И дядя Терри говорит, что он видел призрака в обувном магазине торгового центра в Нортемптоне. Он спускался в подвальное помещение и вдруг увидел, что внизу лестницы стоит кто-то в сером. Но когда дядя Терри спустился, подвал оказался пуст, а дверей там не было.
Потом он рассказал об этом леди в кассе наверху, и она объяснила, что привидение зовут Тук и это призрак францисканского монаха, жившего в монастыре, который стоял на этом месте сотни лет назад. Потому-то торговый центр и называется «Серый монах». Все уже привыкли к нему и совсем его не боятся.
Наверняка рано или поздно ученые откроют что-нибудь, что объясняет существование призраков, так же как они открыли электричество, которое объясняет молнии. Возможно, это что-то в человеческом мозгу, или нечто связанное с магнитными полями земли, или же какая-то принципиально новая разновидность энергии. И тогда призраки перестанут быть таинственными. Они станут как электричество, и радуги, и непригорающие сковородки.
Но иногда тайна - это не тайна. И вот пример тайны, которая не тайна.
У нас в школе есть пруд, где живут лягушки, и там мы учимся, как относиться к животным с добротой и уважением. Это потому, что некоторые дети в нашей школе ужасно относятся к животным: они думают, что давить червяков или кидаться камнями в кошек - это очень весело.
И в некоторые годы в пруду много лягушек, а в некоторые - совсем мало. И если нарисовать график количества лягушек в пруду, он будет выглядеть вот так (хотя этот график следует называть гипотетическим. Это означает, что эти цифры - не настоящие данные, а просто иллюстрация):
И если посмотреть на график, то можно подумать, что в 1987, и в 1988, и в 1989 и в 1997 году были очень холодные зимы. Или что у нас была цапля, которая съела очень много лягушек (иногда цапля и правда прилетает и пытается есть лягушек, но у нас над прудом натянута сетка, и цапля не может их достать).
Но иногда количество лягушек не связано с холодными зимами, или кошками, или цаплями. Иногда это просто математика.
Вот формула популяции животных:
Nновый=Nстарый(1-Nстарый).
И в этой формуле N - размер популяции. Когда N = 1, популяция является самой большой из возможных. И когда N = 0 - это значит, что популяция вымерла.Nновый - это популяция за один год, а Nстарый - это популяция предыдущего года. А - это то, что называется константой.
Когда меньше 1, популяция уменьшается и уменьшается и в конце концов вымирает. А когда находится между 1 и 3, популяция увеличивается и потом остается стабильной, вот так (эти графики тоже гипотетические):
А когда находится между 3 и 3,57, популяции развиваются циклами, вот так:
Но когда больше, чем 3,57, популяция развивается хаотически, как показано на первом графике.
Это открытие Роберта Мэя, Джорджа Остера и Джима Йорка. И это значит, что иногда вещи так сложны, что невозможно предсказать, что будет дальше. Но на самом деле они всего лишь подчиняются простым правилам.
И это значит, что иногда вся популяция лягушек, или червей, или людей может вымереть - все равно, по какой причине. Просто потому, что так работают цифры.
157
Прошло шесть дней, прежде чем у меня опять появилась возможность войти в комнату отца и заглянуть в ящик для рубашек.
В первый день, это была среда, Джозеф Флеминг снял штаны и сходил в туалет прямо на пол, а потом начал это есть, но мистер Дэвис его остановил.
Джозеф ест все. Однажды он съел голубой дезинфектант, который вешают внутри туалетов. А еще он съел купюру в пятьдесят фунтов из кошелька своей мамы. Он ест нитки и ластики, ткань и писчую бумагу, краски и пластиковые вилки. И он постоянно ударяется подбородком и часто плачет.
Тирон сказал, что в какашках были лошадь и свинья, и я ответил ему, что он глупый, но Шивон сказала: нет. Это были маленькие пластмассовые звери, которые стояли в библиотеке. А Джозеф их съел.
И я сказал, что не пойду в туалет, потому что там на полу лежат какашки, и мне было неприятно об этом думать - даже после того, как пришел мистер Эннисон и все убрал. Так что я намочил штаны, и мне пришлось надеть запасные, которые хранились в шкафу с запасной одеждой в комнате миссис Гаскойн. И потом Шивон сказала, что я два дня могу пользоваться туалетом персонала. Но только два дня, а потом я опять должен ходить в детский туалет. Так мы договорились.
На второй, третий и четвертый день, которые были четвергом, пятницей и субботой, ничего интересного не случилось.
На пятый день, когда было воскресенье, шел сильный дождь. Мне нравится, когда идет сильный дождь. Он звучит как белый шум, который как бы тишина, но не пустота.
Я поднялся наверх, сел в своей комнате у окна и смотрел, как вода падает на дорогу. Она так сильно ударялась о мостовую, что отскакивала, и это было похоже на белые искры (это тоже образное сравнение, а не метафора). И вокруг никого не было, потому что все сидели по домам. И я думал о том, как взаимосвязана вся вода в мире. Эта вода испарилась с поверхности океана где-то посередине Мексиканского залива или Баффинова залива, а теперь она падает перед нашим домом. Потом она уйдет в водосточные желоба и утечет в канализацию, на станцию, где ее очистят. И потечет в реки, и вернется в океан.
А вечером в понедельник отцу позвонила леди, у которой протекла раковина, и он должен был срочно пойти и починить ее.
Когда бывает только один срочный вызов, то туда идет Родри, потому что его жена и дети живут в Сомерсете, и это значит, что ему не нужно ничего делать по вечерам, кроме как играть в бильярд, или пить, или смотреть телевизор. И Родри соглашается тратить дополнительное время, чтобы заработать побольше денег и послать их жене, потому что он помогает ей заботиться о детях. А отцу нужно присматривать за мной.
Но в этот вечер было сразу два срочных вызова, так что отец велел мне хорошо себя вести и звонить ему по мобильному телефону, если возникнут проблемы. А потом сел в свой фургон и уехал.
Так что я пошел в его спальню, открыл шкаф, снял ящик с инструментами с ящика для рубашек и открыл ящик для рубашек.
Я пересчитал письма. Их было 43. Они все были адресованы мне и написаны тем же почерком.
Я вынул один из конвертов и вскрыл его.
Внутри было письмо.
3 мая
451с Чептер-роуд
Лондон NW2 5NG
0208 887 8907
Дорогой Кристофер!
Мы наконец-то купили новый холодильник и плиту! В выходные мы с Роджером съездили на свалку и выбросили старые. Свалка - это место, куда люди выбрасывают разные вещи. Там стоят огромные контейнеры трех разных цветов: для бутылок, картона, технического масла, органических отходов, домашнего мусора и более габаритных предметов (вот туда-то мы и выкинули холодильник и плиту).
Потом мы поехали в магазин подержанных вещей и купили новую плиту и новый холодильник. И теперь наш дом немного больше напоминает дом.
Вчера вечером я просматривала старые фотографии, и мне сделалось грустно. Но потом я нашла фото, где ты играешь с поездом, который мы тебе купили на Рождество. И тогда мне стало хорошо, потому что это был один из тех по-настоящему счастливых дней, когда мы все были вместе.
Помнишь, как ты возился с ним целый день и вечером отказался ложиться спать, потому что тебе хотелось продолжать играть? Помнишь, как мы тебе рассказывали про расписание поездов - и тогда ты взял часы, чтобы твои поезда уходили вовремя? И там еще была маленькая деревянная станция, и мы показывали тебе, как люди, которые хотят сесть на поезд, приходят и покупают билеты, а потом заходят в вагон. А потом мы достали карту и показали тебе маленькие линии, которые обозначали, как поезда ходят между всеми станциями. И потом ты играл с ним много недель подряд, и мы купили тебе еще несколько поездов, и ты знал, куда все они ходили.
Я очень люблю все это вспоминать.
Сейчас мне пора идти, потому что уже половина четвертого. Я знаю, ты любишь точно знать, сколько времени. Мне нужно сходить в магазин и купить ветчины, чтобы Роджеру было с чем выпить чаю. Я брошу это письмо в ящик по дороге в магазин.
С любовью,
мама.
Затем я открыл еще один конверт. И внутри было письмо.
Квартира 1,312 Лаусанн-роуд
Лондон N8 5ВV
0208 756 4321
Дорогой Кристофер!
Я писала, что, когда у меня будет побольше времени, я постараюсь объяснить, почему я ушла. Теперь у меня есть много времени. Я сижу на диване с этим письмом, бормочет радио, и сейчас я попытаюсь все тебе объяснить.
Я была не очень-то хорошей матерью, Кристофер. Может быть, если бы события развивались по-другому, если бы ты был другим, все было бы иначе. Но, к сожалению, все вышло так, как вышло.
Я совсем не такая, как твой отец. Он гораздо более спокойный человек, нежели я. Он смотрит на вещи проще, и, если что-то его огорчает, он этого не показывает. Но я совсем не такая, и ничего нельзя поделать, чтобы это изменить.
Ты помнишь, как однажды мы вместе поехали за покупками? Мы вошли в магазин, и там было полно народу, а нам нужно было купить рождественский подарок для бабушки. И ты испугался всех этих людей. Это было во время рождественских распродаж, когда все делали покупки. И я разговаривала с мистером Лэндом, который работает в отделе кухонных предметов (мы с ним вместе учились в школе). А ты скорчился на полу, закрыл уши руками и мешал людям ходить. Я рассердилась. Я люблю ходить по магазинам перед Рождеством, и я велела тебе вести себя прилично. Я попыталась поднять тебя и увести. Но ты кричал и свалил с полки миксеры, и они разбились. А мистер Лэнд был очень любезен, но на полу валялись все эти коробки и осколки. И все смотрели на нас. Я заметила, что ты обмочился, и ужасно рассердилась. Я хотела вытащить тебя из магазина, но ты не позволял к себе прикоснуться, просто лежал на полу, и кричал, и молотил руками и ногами. Потом пришел менеджер и пожелал узнать, в чем проблема. А я уже дошла до ручки, мне пришлось заплатить за два разбитых миксера, и мы просто стояли и ждали, когда ты перестанешь кричать. И потом мне пришлось идти с тобой пешком всю дорогу до дома, поскольку я знала, что ты откажешься войти в автобус.
И я помню, в тот вечер я все плакала, и плакала, и плакала, а твой отец сперва был очень мил: приготовил тебе ужин, уложил в постель и сказал, что всякое случается и все будет в порядке. Но я ответила, что не могу больше этого вынести, и, очевидно, он рассердился. Он сказал мне, что я дура, и велел взять себя в руки. И я его ударила, и это было очень нехорошо с моей стороны, но я была так жутко расстроена.
Мы часто спорили по таким вот поводам, поскольку мне казалось, что я не в силах больше это выносить. Твой отец действительно очень и очень терпимый человек, но я - нет. Я начинаю сердиться, даже если сама этого не хочу. И в конце концов мы перестали разговаривать друг с другом, поскольку знали, что это непременно закончится ссорой и ни к чему не приведет. И я чувствовала себя очень одиноко.
И тогда я стала встречаться с Роджером. Я хочу сказать, мы часто проводили время с Роджером и Эйлин, но я начала видеться именно с Роджером, потому что я могла с ним поговорить. На самом деле он был единственным человеком, с которым я могла поговорить. И когда он был рядом со мной, я уже не чувствовала себя одиноко.
Я знаю, что ты, может быть, не поймешь многое из того, что здесь написано, но мне бы очень хотелось постараться объяснить так, чтобы тебе было понятно. И даже если ты не понимаешь сейчас, ты можешь сохранить это письмо и перечитать его позже, и тогда, может быть, ты поймешь больше.
Роджер сказал мне, что они с Эйлин давно уже не любят друг друга, а это значило, что он тоже очень одинок. Так что у нас было много общего. И мы поняли, что мы любим друг друга. И Роджер предположил, что мне лучше оставить твоего отца и жить вместе с ним. Но я ответила, что не могу бросить тебя, и Рождеру было грустно, но он понимал, что ты действительно очень много для меня значишь.
А потом у нас с тобой случилась та ссора. Ты помнишь? В тот раз, когда я приготовила тебе что-то на ужин, но ты не стал есть. А до того ты не ел несколько дней и стал таким худеньким! И ты начал кричать, а я рассердилась и кинула эту еду через всю кухню. Я знаю, что не должна была этого делать. А ты схватил доску для рубки мяса, ударил меня по ноге и сломал мне пальцы. После этого мне пришлось поехать в больницу, и мне на ногу наложили гипс. А потом, дома, у нас с твоим отцом произошел жуткий скандал. Он обвинял меня в том, что я рассердилась на тебя. И он сказал, что я просто должна была дать тебе то, чего ты хотел, даже если это была бы всего-навсего тарелка салата или клубничный коктейль. А я объясняла, что должна была накормить тебя чем-то питательным. А твой отец сказал, что ты все равно не стал бы есть. И я ответила, ладно, я ничего не могла поделать и вышла из себя. А твой отец сказал, что если он может держать себя в руках, то почему, черт возьми, я не могу. И так далее, и все такое.
И потом целый месяц я не могла нормально ходить, а твой отец присматривал за тобой. Помню, как я смотрела на вас двоих вместе и думала, что рядом с ним ты совершенно иной. Гораздо более спокойный. И вы никогда не кричали друг на друга. От этого мне стало очень-очень грустно, потому что мне казалось, что я вовсе вам не нужна. И это было даже хуже, чем ссориться, потому что я будто бы сделалась невидимкой.
И вот тогда я решила, что тебе и твоему отцу будет лучше без меня. В этом случае он стал бы единственным человеком, который воспитывал бы тебя, - вместо двух.
А потом Роджер сказал, что он попросил банк о переводе. Это значит, что он спросил, не могут ли они перевести его на работу в Лондон. И он сказал, что уезжает, и спросил, не хочу ли я поехать с ним. Я очень долго думала об этом, Кристофер, честно. У меня разрывалось сердце, но в конце концов я решила, что, если я уеду, это будет лучше для всех нас. И я согласилась.
Я хотела с тобой попрощаться. Я собиралась зайти домой и собрать кое-какую одежду, когда ты вернешься из школы. И я намеревалась объяснить, что я делаю и почему. Я хотела сказать, что я буду приезжать и видеться с тобой как можно чаще и ты сможешь время от времени навещать меня в Лондоне и жить с нами. Но когда я позвонила твоему отцу, он не позволил мне прийти. Он был очень, очень зол. Он сказал, что запрещает мне с тобой разговаривать. Я не знала, что мне делать. Он сказал, что я эгоистка и что ноги моей больше не будет в этом доме. Вот почему я не приезжаю. Но вместо этого я пишу тебе письма.
Хотелось бы мне знать, сумеешь ли ты все это понять. Я знаю, это будет очень трудно. Но я надеюсь, что ты сумеешь понять хоть чуть-чуть.
Кристофер, я никогда не хотела причинить тебе боль. Я думала, что поступаю так, как будет лучше для всех. И я надеюсь, что не ошиблась. И я хочу, чтобы ты знал, что ты ни в чем не виноват.
Я надеюсь, что все будет хорошо. Помнишь, ты говорил, что хочешь стать космонавтом? Ну, вот, а я мечтала о том, как ты сделаешься космонавтом и тебя покажут по телевизору, а я буду смотреть на тебя и думать: «Вот какой у меня сын!» Интересно, чего ты хочешь теперь. Изменилось ли что-нибудь? Ты все еще занимаешься математикой? Надеюсь, что да.
Пожалуйста, Кристофер, напиши мне как-нибудь или позвони по телефону. Номера вверху письма.
Целую и люблю,
твоя мама.
Затем я открыл следующий конверт. Внутри было письмо.
18 сентября
Квартира 1,312 Лаусанн-роуд
Лондон N8 5ВV
0208 756 4321
Дорогой Кристофер!
Я обещала писать каждую неделю и выполняю обещание. По факту это уже второе письмо на неделе, так что я делаю даже лучше, чем сказала.
Я получила работу! Я работаю в Камдене, в фирме «Перкин и Рашид», которая занимается оценкой недвижимости. Это значит, что люди из этой фирмы ходят и смотрят на дома и выясняют, сколько они могут стоить, и какую работу в них еще нужно сделать, и сколько будет стоить эта работа. И еще они определяют, сколько будет стоить построить новый дом, или офис, или фабрику.
Это очень милая фирма. Здесь есть еще одна секретарша, ее зовут Энджи. У нее на столе сидят маленькие медвежата и мягкие игрушки и стоят фотографии ее детей (так что я тоже поставила у себя на столе твою фотографию в рамке). Энджи очень милая, и мы вместе ходим на ланч.
Правда, я пока не знаю, останусь ли здесь надолго. Мне приходится много считать, когда мы готовим информацию для клиентов, а я не очень-то хорошо умею это делать (ты бы справился лучше, чем я).
Компанией управляют два человека, которых зовут мистер Перкин и мистер Рашид. Мистер Рашид приехал из Пакистана. Он очень строгий и все время требует, чтобы мы работали быстрее. А мистер Перкин немного странный (Энджи зовет его Педик-Перкин). Когда он приходит, становится рядом и задает мне вопрос, он всегда кладет руку мне на плечо и наклоняется так близко, что его лицо оказывается рядом с моим и я чувствую запах его зубной пасты. Мне неприятно, когда он так делает. Да и оплата здесь не очень высокая. Так что я буду искать что-нибудь получше, как только появится такая возможность.
Недавно я ходила во Дворец Александры. Это такой большой парк недалеко от нашего дома - прямо за углом. Этот парк представляет собой огромный холм, а на вершине у него - конференц-центр. И когда я была там, я подумала о тебе, потому что, если бы ты приехал ко мне, мы могли бы пойти в этот парк и запускать змеев или смотреть на самолеты, которые летят в аэропорт Хитроу. Я знаю, что ты это любишь.
Сейчас мне пора идти. Я пишу это письмо за ланчем (Энджи слегла с гриппом, поэтому я одна). Пожалуйста, пиши мне время от времени и рассказывай, как ты поживаешь и что делаешь в школе.
Надеюсь, ты получил подарок, который я тебе послала. Ты уже собрал его? Мы с Роджером увидели его в магазине в Камдене, а я ведь помню, что ты всегда любил головоломки. Роджер попытался ее собрать, прежде чем нам ее завернули, но у него ничего не вышло. Он сказал, что если тебе удастся это сделать, то ты гений.
Люблю тебя,
мама.
А вот какое было четвертое письмо:
23 августа
Квартира 1
312 Лаусанн-роуд
Лондон № 8
Дорогой Кристофер!
Прости, что не написала на прошлой неделе. Мне пришлось сходить к дантисту, и он вырвал мне два зуба. Ты, наверное, не помнишь, как мы водили тебя к дантисту. Ты не позволил бы никому засунуть руки тебе в рот, поэтому нам пришлось тебя усыпить, чтобы врач мог вырвать тебе зуб. Ну, меня они не усыпляли, а просто сделали укол, который называется местная анестезия. Это значит, что ты ничего не чувствуешь у себя во рту, и это очень хорошо, поскольку для того, чтобы вытащить зуб, нужно распилить кость. И мне было совсем не больно. На самом деле я смеялась, потому что дантист тащил и тянул с таким напряжением, что мне сделалось смешно. Но когда я вернулась домой, боль начала возвращаться, и мне пришлось два дня пролежать на диване и принять много болеутоляющих таблеток...
Потом я перестал читать письмо, потому что ощутил тошноту.
Моя мать не умерла от сердечного приступа. Мать не умерла. Мать была жива все это время. А отец обманывал меня.
Я задумался, нет ли какого-нибудь другого объяснения, но мне ничего не приходило в голову. А потом я уже вообще не мог думать, потому что мозги не работали так, как надо.
Я ощутил головокружение. Это было так, словно комната качалась из стороны в сторону, как если бы она располагалась на самом верху очень-очень высокого здания и здание качалось взад-вперед от сильного ветра (это тоже образное сравнение). Но я знал, что комната не может качаться, так что это, должно быть, происходило у меня в голове.
Я упал на кровать и свернулся клубочком.
У меня болел живот.
Не знаю, что случилось потом, потому что в памяти был провал, будто кто-то вырезал кусок записи. Но я знаю, что прошло много времени, потому что когда я открыл глаза, то я увидел, что за окном темно. И еще меня вырвало, потому что рвота испачкала всю кровать, и мои руки, и лицо.
Но еще раньше я услышал, что отец вошел в дом и зовет меня по имени, - и это была еще одна причина, по которой я знал, что прошло много времени.
Я чувствовал себя очень странно, потому что отец звал: «Кристофер! Кристофер!..» И когда он произносил мое имя, я видел его, будто оно было написано буквами. Я часто вижу слова, которые кто-то произносит, как бы написанными на экране компьютера. Особенно если тот, кто их говорит, находится в другой комнате. Но на этот раз это не был компьютерный экран. Я видел свое имя, написанное большими буквами, как реклама на стенке автобуса. И это был почерк матери, вот так:
И потом я услышал, что отец поднялся по лестнице и вошел в комнату.
Он сказал:
- Кристофер, какого дьявола ты здесь делаешь?
И я знал, что он в комнате, но его голос звучал будто бы издалека, как звучат людские голоса, когда я стенаю и не хочу, чтобы эти люди находились рядом со мной.
Отец сказал:
- Какого хрена ты?... Это мой шкаф, Кристофер. Это же... О, черт... Черт, черт, черт, черт, черт.
Затем некоторое время он ничего не говорил.
Потом он положил руку мне на плечо, повернул меня на бок и сказал:
- О Господи!
Но когда он ко мне прикоснулся, мне это не помешало - как будто я смотрел фильм о том, что происходило в комнате, и одновременно ощущал его руку. Это было похоже на ветер, который дул мне навстречу.
И потом отец опять помолчал некоторое время.
Потом он сказал:
- Прости меня, Кристофер. Прости.
Вот тогда я заметил, что меня вырвало, потому что почувствовал на себе что-то влажное, а пахло так, как пахнет, когда кого-нибудь вырвет у нас в школе.
Отец сказал:
- Ты читал письма.
И потом я слышал, что он плачет, потому что его дыхание было клокочущим и влажным, как это бывает, когда человек простужается и у него забит нос.
Отец сказал:
- Я это сделал ради твоего блага, Кристофер. Клянусь. Я не хотел тебе лгать. Я просто думал... Я просто думал, будет лучше, если ты не узнаешь... что... что... Я не хотел... Я собирался показать тебе их, когда ты станешь постарше.
Потом он опять молчал.
Потом он сказал:
- Я не нарочно.
Потом он опять молчал.
Потом он сказал:
- Я не знал, что мне делать... Я был в таком дерьме... Она оставила записку и... Потом она позвонила, и... Я сказал, что она в больнице, потому что... потому что я не знал, как объяснить. Это было слишком сложно. Слишком тяжело. И я... я сказал, что она в больнице. Да, это была неправда. Но я уже сказал это... Я не мог... я не мог ничего изменить. Ты понимаешь, Кристофер? Кристофер... Это просто... Я растерялся, и я хотел...
Потом он молчал очень-очень долго.
Потом он опять тронул меня за плечо и сказал:
- Кристофер, тебя надо помыть. Ладно?
Он немного потряс меня, но я не двигался.
И отец сказал:
- Кристофер, я пойду приготовлю тебе горячую ванну. Потом я вернусь и отведу тебя туда, ладно? А потом положу белье в стиральную машину.
И я услышал, как он пошел в ванную и открыл краны. И услышал, как вода полилась в ванну. Некоторое время он не возвращался. Потом пришел, опять тронул меня за плечо и сказал:
- Давай-ка осторожненько, Кристофер. Давай посадим тебя, и снимем одежду, и отведем в ванную, ладно? Мне придется к тебе прикоснуться, но все будет в порядке.
И он усадил меня на край кровати, снял с меня свитер и рубашку, поднял на ноги и повел в ванную. И я не кричал. Я не сопротивлялся. Я его не ударил.