Глава 10
***
Again and again
I can't stand it anymore
***
Не передать словами, что я чувствовала, когда мы промчались мимо вывески: «Добро пожаловать Штат Северная Дакота». Тут целый коктейль: ложка тревожности, долька паранойи, щепотка надежды и серый ящик страха.
Я узнаю людей, кровь которых течёт во мне.
Если бы можно было, я бы открыла дверь несущейся крутой колымаги Коулда, чтобы побежать в противоположном направлении. Хотя не уверенна, что после удара об бетон мои ноги будут способны подняться. Сотрясение мозга и пара ушибом были бы все равно лучше, чем испытывать такое страх перед неизвестностью. Физическое мучение помогло бы заглушить моральные сомнения. Не думаю, что только мазохисты выбрали подобное. Многие бы выбрали. Просто те, кто на словах захотел бы почувствовать боль моральную, наверное, едва ли когда-нибудь её ощущали. А я ощущала. И никогда больше бы не хотела ощущать.
Порезанная плоть заживет куда быстрее, чем израненное сердце. И не факт, что сердце вообще способно излечатся, даже несмотря на изъеденную фразу: «Время лечит».
Наверное, мне плохой тайм-доктор достался, потому что моя душа до сих пор ноет.
Жандель..
- Очень знакомый адрес. Не думаю, что это дом твоих родителей, - говорит Коулд, опуская солнцезащитный козырек, но не отводя взгляд с дороги, - Должно быть, это офис или что-то подобное.
Не знаю, ждёт ли он от меня ответа, но, чтобы не показаться грубой, отвечаю: - Да, наверное. Главное не пропустить улицу.
Он кивает. Тоже из вежливости, может.
Будь у меня очки на глазах, я бы сняла их, как в фильме, протёрла и снова надела, потому что это здание не может быть настоящим. Даже если бы у меня хватило терпения или нервов, чтобы посчитать количество этажей этого «офиса», я бы скорее себе шею свернула, в попытке задрать голову так высоко. Мое общежитие в сравнении с этой будто стеклянной вышкой - горка пепла.
Смотрю на Коулда, который, не взглянув на эту блестящую мини-Эйфелеву башню - хотя у меня язык бы не повернулся назвать эту громадину мини - начал подниматься по ступенькам. Ноль реакции, ни капли удивления.
Невероятно.
А может, обычно.
А может только для меня это кажется таким удивительным и необычным. Вполне естественно, Золушка же тоже, скорее всего, таращилась, когда пришла на бал. Просто, должно быть, наша небольшая квартирка с мамой, в которой я прожила около десяти лет, оставила на мне свой отпечаток.
Грязные стены. Низкие потолки. Тараканы.
Мотаю головой, тем самым останавливая поток насекомых, которые уже начинает вырисовывать мое сознание и начинаю двигать ногами в сторону входа.
Не могу перестать играться с подолом юбки в надежде найти спокойствие. Хорошо, что в рюкзаке мне все-таки удалось найти хоть эту фиолетовую струящуюся юбку до колен, иначе мой модный костюм на сегодня были мокрые джинсы и майка.
Когда вчера мы с Коулдом вылезли из «соленого джакузи», волны которого вряд ли когда-либо смогут сравняться с пузырьками обычного, то сразу ощутили добродушный вечерний ветер пригорода Айовы. Особенной проблемой для меня оказалось найти какие-нибудь кусты, чтобы переодеться подальше от чувака, которому бы точно не понравилось моё далеко не ангельское тело, которым, наверное, обладают все, которым удостаивалась честь провести у него в постели. Конечно, Коулд повидал много тел с обложки, таких как у Мэриам, поэтому не хотелось усугублять мою неуверенность в себе страхом за то, что он может ляпнуть что-то неприятное.
После Дэйви я не выдержу «мимолетных» и совсем-не-обидных, сказанных «случайно» насмешек или комментариев относительно моего тела. Для меня всегда было легче просто отступить. Ужасно бороться с самой собой.
Ужасно признать то, что твоё тело неидеальное, а личико имеет изъяны.
Несмотря на протесты парня, я всё-таки не села в его машину, пока не переоделась в каморке для переодевания на пляжу, которая находилась в двухсот метрах от БМВ Коулда. Когда я вернулась на нем уже были новая пара чёрных джинс и темно-зелёная футболка. Не знаю, откуда у него сухой комплект одежды, учитывая то, что никакой сумки на заднем сидении я не видела. Однако на тот момент я была такой измотанной, что, передав мокрую кожаную куртку Коулда с глупой улыбкой, которая возникала всегда, когда я чувствовала себя виноватой, уселась на переднее сидение и уснула.
Громкий дзынь свидетельствует о том, что супер-быстрая-капсула-лифт доставила нас на нужный этаж. Плохо помню, чтобы девушка в фойе на первом этаже сказала нам цифру двадцать три, однако все равно следую за Коулдом, когда тот выходит из лифта. Не верится, что здесь почти, как мне показалось из-за высоты, в космосе - работают мои родители.
Утром, когда Лариса звонила, чтобы узнать, где мы, я уточнила адрес. Теперь до меня доходит, что цифра двадцать три была не ошибкой собеседницы, а указание этажа.
Невероятно.
За плечами Коулда мне плохо видно хоть что-либо, однако мне удаётся вовремя остановится, чтобы не натолкнуться на его спину, когда он тормозит у стола секретарши.
- Добрый день, компания «Горнела» чем я могу вам помочь?
- Мы пришли к Фьюго, - как только я ровняюсь с ним, Коулд бросает быстрый взгляд на меня, - К Церону и Норвелле Фьюго.
Девушка словно замирает, не переставая переводить взгляд от меня к парню.
- Это какая-то ошибка, - произносит девушка, хмурясь.
Я подхожу вперёд Коулда, пытаясь заслонить его физиономию, чтобы девушка обратила внимание на более дружелюбную меня.
- Это не ошибка, - опускаю взгляд на её синий костюм в клетку, на пиджаке которого просто приколот бейджик, - Прагна, - подмечаю её имя, - Нам очень нужно поговорить с ними. Пожалуйста помогите.
Прагна терёт заднюю поверхность шеи, словно раздумывая не вышвырнуть ли нас, но потом тыкает на экран планшета зелёными ногтями, подстать футболке Коулда, и говорит: - Кабинет семьсот тринадцать. Но..
Мне не требуется большей информации, поэтому разворачиваюсь на своих босоножках и иду в сторону семисот второго кабинета, который я заметила при выходе из лифта. Остаётся найти их в этом лабиринте.
И я найду.
Коулд идёт прямо за мной не отставая, когда я сворачиваю один угол на другим натыкаясь на семьсот тринадцатый кабинет или шестьсот девяносто девятый, но не тот, который нужен мне. Чем дольше я ищу, тем больше трясутся ноги и больше времени моим мыслям снова придти в хаус и начать уничтожать мои нервные клетки.
Ещё один поворот, завернув за которой чуть не сношу белоснежного клерка, несущего папки разных цветов радугу. Хорошо, что адреналин заглушает любые звуки, потому что я бы точно услышала его жалобы. Пройдя мимо, как ни в чем не бывало, я, наконец вижу тот самый номер.
713.
Но, когда я пытаюсь сделать шаг в направлении нужного кабинета, мои ноги словно наливаются свинцом. Необузданные они стоят и не двигаются. Я не двигаюсь.
Страх накатывает с новой силой.
А что я им скажу? А что, если их там нет? А если есть, но целая команда: аудиторы, менеджеры, бухгалтеры?
- Только не говори мне, что ты боишься, - видимо невосприимчивость в звукам исчезла сразу же, когда адреналин «переключил» своё внимание на ноги.
Я не отвечаю, продолжая смотреть на кабинет, войти в который можно только преодолев ещё пару метров и бордовую, как вино, дверь.
- Ева, - Коулд берёт меня за руку, переплетая наши пальцы, заставляя меня перевести взгляд на него, - Ты должна с ними встретится.
Когда он понимает, что его слова мало чем помогают, то поднимает наши переплетенные руки и целует тельную сторону моей, бледный цвет которой очень резко контрастирует с его оливковой.
- Ну, же Ева. Они должны знать, какая ты удивительная и неповторимая. Прошу тебя открой эту чёртову дверь.
Мои ноги перестают притягиваться к полу, а он опускает наши руки, но не разъединяет.
Я делаю два шага и дергаю за ручку.
Сейчас или никогда.