Глава 6
Я вошла в кабинет, чувствуя, как переступила невидимую черту. Двери за моей спиной тихо закрылись, оставляя меня наедине с Арсением Высоцким. Воздух здесь был тяжёлым, пропитанным запахом дорогой кожи, старых книг и какой-то неуловимой властности. Он сидел за массивным столом, его руки лежали на документах, но взгляд был прикован ко мне.
- Что ты хотела, Аня? - Его голос был ровным, без тени раздражения или любопытства. Просто ожидание.
Я сделала шаг вперёд, потом ещё один, останавливаясь на почтительном расстоянии от его стола. Слова застряли в горле. Я пришла сюда, движимая внезапным импульсом, но теперь, стоя перед ним, я чувствовала себя невероятно маленькой и нелепой.
- Я... я просто... хотела понять, - наконец выдавила я.
Его брови едва заметно приподнялись. Это был единственный признак того, что он вообще проявляет какую-либо эмоцию.
- Понять что?
- Всё это, - я махнула рукой, обводя пространство кабинета. - Почему? Почему вы это делаете? Я... я не знаю вас. Вы... вы просто подобрали меня на улице.
Он отложил ручку, его взгляд стал ещё более пристальным. В нём не было осуждения, лишь глубокая, изучающая сосредоточенность.
- Я спас тебя, Аня. Ты была на улице, без средств, без защиты. - Он смотрел прямо на меня, его глаза были холодны, но в их глубине я видела нечто, что заставило меня напрячься. Это было нечто очень глубокое, очень личное, что он тщательно скрывал. Что-то, что было только обо мне. - Ты нужна мне здесь. Этого достаточно.
Я не стала говорить о страхе. Мои губы сжались. Он был прям, да. И его прямота была не менее пугающей, чем если бы он пытался что-то скрыть. Он просто утверждал. И в его словах было нечто, что заставляло меня верить, что это действительно "достаточно". Достаточно для него. А значит, достаточно и для меня.
Я опустила взгляд.
- Что... что мне делать теперь?
Арсений медленно откинулся в кресле, скрестив пальцы на груди.
- Все твои потребности будут удовлетворены. У тебя будет всё, что пожелаешь, в этом доме. Ты будешь в безопасности. И ты будешь здесь. Со мной.
В его последних словах не было приказа, но они прозвучали как нерушимое обещание. Я посмотрела на него. В его глазах не было сумасшествия, но была одержимость. Тихая, всепоглощающая, скрытая за маской абсолютного спокойствия и уверенности. Я была не просто гостем в его доме. Я была его целью. Его единственной и неоспоримой целью.