Глава 7.
Утро в квартире парней началось с глухого стука. Что-то с грохотом упало, и вслед за шумом послышался протяжный, страдальческий стон.
Приоткрыв один глаз, Сэйдж изучил потолок над ним. Тот оставался всё таким же, как и вечером: белым, с мелкими трещинами в углу. Шторы в комнате были чуть приоткрыты, пропуская тусклые рассветные лучи, которые растекались по стене, задевая спинку кровати у ног. Из приоткрытого окна залетал свежий воздух.
Сэйдж снова закрыл глаза, сильно зажмурившись, а затем вновь распахнул их, переведя взгляд на соседнюю койку. Кайл сидел на кровати, потирая колено.
Конечно же он уже не спал. Этот парень, кажется, просыпался за десять минут до рассвета и готов был спасти мир. Наверняка уже пробежал пять километров, сделал зарядку, выпил свой обязательный протеиновый коктейль и почистил ботинки. Чистюля, организованный и пунктуальный до скрежета на зубах.
— Что с тобой? — спросил Сэйдж, голос которого еще был сиплым от сна.
— Да так, — Кайл махнул рукой и поднялся. — Запнулся обо что-то.
— О воздух? Твои колени выше кровати на сантиметров тридцать.
— Возможно, — хмыкнул Кайл и зевнул. — Ты рано встал.
— Не по своей воле, — пробормотал Рейли.
Небрежным движением отбросив одеяло, он сел на кровати, потирая лицо ладонями. Голова гудела. Плечи ломило после вчерашней тренировки. Потянувшись, он хрустнул позвоночником и лениво поплёлся в ванную.
В отражении Сэйдж увидел сонное лицо. Иногда он застывал у зеркала на несколько минут, вглядываясь в черты своего лица. Сэйдж всегда был похож на мать. Отец постоянно твердил ему об этом: «Ты просто ее копия. Посмотри, посмотри, щенок. У твоей матери были такие же губы». Он и правда унаследовал ее черты. Джулиана Рейли всегда была очень красивой женщиной: русые волосы, которые она долгие годы красила в блонд, в меру полные губы и острые ярко выраженные скулы. Айзек Рейли постоянно твердил, что влюбился в её глаза - голубые, как разбавленное молоком небо. Но Джулианы больше не было, однако она всё ещё смотрела на него. Через сына. И это сводило Айзека с ума.
Натянув футболку после быстрого душа, Рейли направился обратно в комнату. По пути он оглядел гостиную, которую до этого не успел даже толком рассмотреть. Всё выглядело... уютно. Ужасно уютно. Для места, где живут парни, тут было подозрительно чисто: подушки на диване, лежавшие в хаотичном порядке, не портили атмосферу, на столе стояла миска с какими-то снеками, а у телевизора ровной стопкой лежала коллекция игр для приставки. Возле окна, на подоконнике, сушилась форма, а рядом с диваном на полу валялась пара кроссовок, явно принадлежавших Рио.
Вообще-то, в «Тар-Хилл» у них тоже всегда был порядок. Холодный и стерильный. Тренер любил дисциплину не только на площадке, но и за её пределами. Любое излишнее проявление индивидуальности несло за собой наказание. Зейден и Сэйдж были исключениями. Им всегда спускалось всё с рук, покуда они делают свою работу и могу мотивировать команду. Никого никогда не интересовало, какими путями достигалась эта самая пресловутая мотивация. Скольких Зейден перемолол, пытаясь выбить из игроков преданность, за которой скрывался на деле один лишь страх? Сколько раз он сам принимал в этом участие? И был ли его собственный страх причиной, почему он закрывал на все это глаза?
«Громовые волки» же существовали в какой-то своей хаотичной и сумасшедшей вселенной, правил которой Сэйдж все еще не мог разгадать. Всё вокруг было пронизано этой живой, обжитой, но почему-то не раздражающей, энергией.
За кухонным островом стояли две кружки. Кайл взял свою и сделав глоток, посмотрел на Рейли поверх края.
— Кофе будешь? Чёрный? С молоком?
Сэйдж взял кружку и сделал глоток, поморщившись.
— Чёрный. Но не этот.
— Даже тут придирается, — глаза Кайла заулыбались первыми. И вдруг его смех — чистый, заливистый, солнечный — разлился по комнате.
— Если он похож на отработанное машинное масло — да.
— Ладно, — заканчивая посмеиваться, заключил Таунсенд. — В следующий раз постараюсь варить его чуть хуже, чтобы соответствовать твоему изысканному вкусу.
Сэйдж закатил глаза, но всё же улыбнулся в ответ. Смех Кайла был слишком заразительным, чтобы не попасть под его влияние хотя бы на несколько секунд.
Квартира наполнялась утренними звуками. Кто-то двигался в соседней комнате, послышались смешки и шептание. Допив свой кофе, Кайл вернулся обратно в комнату, оставив Рейли на едине со своими мыслями.
Пока он осматривался в коридоре, по другую сторону входной двери раздался тихий голос, и его внимание переключилось на троих девушек, стоявших в общем коридоре.
Приоткрыв дверь, он увидел Рину, сидевшую на подоконнике и обхватившую руками колени. Джин и Миккаэла расположились по бокам от нее. Микка что-то тихо говорила, поглаживая Рейру по спине. А Джин, нахмурившись, пристально смотрела на Рину, явно ожидая ответа.
— Я в порядке, — процедила Рейра, но голос её дрогнул.
— Ты знаешь, что «в порядке» — это не ответ, — мягко сказала Джиневра, но в её голосе слышалась твёрдость. Она не давила, но и не собиралась оставлять это просто так.
— Правда, — добавила Микка, наклонив голову и поджав губы. — Но, если не хочешь говорить, мы можем просто посидеть с тобой.
Рина выдохнула, закрывая глаза. Несколько секунд никто не говорил.
— Опять родители? — спросила Джин, нарушая тишину.
Та кивнула в ответ, натянув рукава кофты так сильно, что они скрыли под собой ее тонкие и длинные пальцы.
— Им всё равно. Они никогда не слушают. Никогда, — в голосе Рейры отчётливо слышалась горечь.
— Это их проблема, а не твоя, — почти шёпотом произнесла Микка, мягко опустив свою ладонь на плечо подруги. Рина вздрогнула. Но через пару секунд её плечи слегка опустились.
Рина чуть заметно пожала плечами, отвернувшись. А Сэйдж невольно задержался в дверном проёме.
— Послушай, чтобы они не сказали, это не должно внушать тебе сомнения. Ты в «Громовых волках». Ты с нами, — спокойно сказала Джин. — И если тебе сейчас снова дерьмово, но ты скажешь, что «всё в порядке», я засуну тебя в машину и отвезу к Мэй.
Рина снова подняла голову и чуть улыбнулась.
— Мы договорились, помнишь?
— Да, Кэп, я помню. В случае прихода дёргаю стоп-кран и бегу к тебе.
— Я серьёзно.
— Я знаю. Микка за мной присмотрит, — нервно теребя край кофты, Рейра закатила глаза.
— Всегда, — Микаэла легонько сжала ее пальцы.
Сэйдж понимал, что только что стал свидетелем нечто важного. Чего-то, что он не мог пока назвать словами. Он никогда не видел ничего подобного. В «Тар-Хилл» никто никого не поддерживал. Там ты либо справлялся сам, либо тебя вышвыривали как расходный материал.
— Эй, Подкидыш, ты чего там застыл? — вдруг послышалось за спиной Рейли.
Обернувшись, Сэйдж обнаружил Рио, вышедшего из комнаты, которую они делили вместе с Закари. Когда он повернулся обратно, чтобы закрыть входную дверь, через которую подглядывал, то поймал на себе взгляд Роллинс.
— Просто хотел узнать, не хочет ли кто-то еще отвратительного кофе, сваренного по специальному рецепту от Кайла, — усмехнулся он, опираясь на дверной косяк.
— Как трогательно, — протянула Рина. — Тебе бы записаться на курс по эмпатии.
— Подожди, ты хочешь сказать, что я не идеален? — Разыгранное потрясение отразилось на лице Сэйджа. — Боже, как я буду с этим жить?
Рейра приподняв брови, покачала головой, но на губах все равно отразилась кривая ухмылочка. Сэйдж бросил последний взгляд на девушек. Плечи Рины больше не были такими напряжёнными. И он понимал, что это заслуга Джин и Микки.
Оставшаяся часть выходного прошла вполне себе сносно. Рио по очереди затягивал Кайла и Сэйдж в очередную игру на приставке. Если кто-то из них косячил, то Доминик вскакивал с дивана, причитая, что они загубят ему весь рейтинг.
Когда Сэйдж не был занят игрой, он украдкой наблюдал за парнями. Казалось, что Хортон поставил перед собой цель – собрать в команде совершенно не похожих друг на друга людей.
Зак был тихим и предпочитал оставаться наблюдателем. Его тёмные кудри, находились в беспорядке и падали на лоб мягкими прядями. Тёмные карие глаза отливали на солнце янтарём и всегда казались чуть более расслабленными, когда в его поле зрения появлялся Рио. Но особенно сильно выделялась его кожа с медовым загаром. Сэйдж мог предположить, что он родом с Ближнего Востока или же его родители были мигрантами.
Рио был совсем другим. В его внешности угадывались сразу несколько черт, но понять, откуда именно его корни, Сэйдж так и не смог. В конце концов, сдавшись, он решил спросить напрямую.
— Так вот, о чём ты думаешь, приятель, когда заглядываешься на меня, — хохотнул Доминик, быстро нажимая клавиши на джойстике. — Моя мать китаянка, а отец родом из Бразилии.
— Поэтому Рио?
— Обожаю твои дедуктивные способности. Можно я буду твоим Ватсоном?
Сэйдж покосился на Зака, который перевел на них свой взгляд, хотя последние полчаса не отрывался от монитора ноутбука.
— Думаю, у тебя уже есть свой Шерлок.
Рейли снова посмотрел на Рио: высокий, но не выше него самого; тёмные каштановые волосы в лёгком беспорядке; цепкие карие глаза, в которых постоянно проскальзывал лукавый огонёк. Теперь, зная о его родителях, он отчётливо различал в нём азиатские и южные черты. Доминик был смуглым, но его кожа была чуть светлее, чем у Зака.
— Как думаешь, у нас есть шанс взять сезон? — Быстро нажимая на кнопки, обратился Кайл к Сэйджу.
— Есть. Но надрывать зад придётся похлеще, чем в прошлый сезон, — в разговор влез Рио, не дав ответить Рейли.
— Это мне и нравится, — Сэйдж улыбнулся. — Никаких лёгких побед.
За игрой и спорами никто не заметил, как комнату залило закатным солнцем. Вечер тянулся неспешно, растворяясь в шуме и смехе. Чуть позже к ним присоединилась Микаэла и, вернувшаяся из поездки Натали. Обе девушки устроились на диване, потеснив парней.
— Да чтоб тебя! — воскликнул Сэйдж, когда его машина в очередной раз вылетела за пределы трассы.
Доминик довольно засмеялся, не отрываясь от экрана.
— Ты просто не умеешь признавать поражение.
— К твоему счастью, мы не на реальном треке, — проворчал Сэйдж, запуская следующую гонку.
Но ни одна из новых попыток не помогла ему сравняться с Рио. Со временем азарт начал угасать, уступая место приятной усталости. Кто-то зевнул, а Натали вообще заснула, свернувшись калачиком рядом с Кайлом.
— Всё, с меня хватит, — объявил Сэйдж, откидываясь на спинку дивана.
Рио бросил геймпад и потянулся, разминая затёкшие руки.
— Чёрт, давайте валить спать. Зак меня завтра от кровати отдирать будет.
Все присутствующие разбрелись по своим комнатам. Дом тут же накрыла сонная тишина.
Утро выдалось серым, низкие облака висели над городом, оставляя улицы в полумраке. Сэйдж проснулся от запаха свежесваренного кофе, пробирающегося сквозь сон.
Перевернувшись на бок, он лениво разлепил веки. Кайл уже был на ногах. В серых спортивных штанах и зеленой футболке, готовый выдвигаться на тренировку.
Тихий шорох одежды смешивался с приглушёнными скрипами пола. Рейли моргнул, цепляясь за остатки сна, но реальность потянула его обратно.
— Вставай, нам пора, — присаживаясь на кровать, чтобы завязать кроссовки, позвал его Кайл.
Сэйдж провёл ладонями по лицу, прогоняя сонливость, и нехотя выбрался из постели.
Город еще дремал, словно как и все ушёл на летние каникулы и совсем не готов был просыпаться вместе со спортсменами в шесть утра. Машины лениво проползали по улицам, воздух пах влажным асфальтом и первой утренней выпечкой из закусочных. Фонари ещё не потухли, но их жёлтый свет уже бессмысленно терялся в наползающем дне.
Пятнадцать минут — и они уже были у тренировочного центра.
Перед входом собрались игроки. Зак стоял неподвижно, руки в карманах, лицо — сонное и безмятежное. Рио, напротив, сочился энергией, словно его разбудили выстрелом адреналина прямиком в лоб. Он то и дело балансировал на носках, перекатываясь с пятки на носок, будто не мог устоять на месте.
— Ты чертовски бодр для такого раннего утра, — подметил Сэйдж, когда они с Кайлом подошли ко входу.
— Я чертовски бодр всегда, — ухмыльнулся Рио, делая пару быстрых движений плечами, словно он боксёр на ринге.
На улице моросил дождь. Не сильный, но противный — вязкий, такой, от которого воздух казался тяжелым. Он барабанил по крышам машин, стекал струями по асфальту, смешиваясь с бензиновыми разливами.
В помещении их встретил тёплый и сухой воздух, запах моющих средств и напольного покрытия. Зал был огромным, с высокими окнами, через которые пробивался рассеянный, приглушённый свет. Из-за пасмурной погоды казалось, что здесь всегда полумрак, но прожекторы под потолком заливали площадку ярким белым светом, от которого впервые секунды хотелось поморщится.
Белые линии разметки выделялись на фоне тёмного напольного покрытия, как шрамы, прорезающие поверхность. Кольцо было закреплено на стойке с одного конца площадки. Чуть меньше баскетбольного, с плотной белой сеткой на уровне трёх метров от пола.
Зал легко наполнялся эхом. Любой звук — удар мяча, скрип кроссовок, болтовня игроков — отражался от стен.
Джин стояла у края площадки, перекидывая мяч из ладони в ладонь. Взгляд внимательный, но погруженный в какие-то свои мысли.
— Хортон сегодня занят. Так что развлекать вас буду я.
Рио присвистнул, опускаясь на трибуны и раскидывая руки по спинке.
— Ну, значит, можно расслабиться, — ухмыльнулся он.
Джин склонила голову, глядя на него с нарочитой ласковостью.
— Конечно, — её голос был обманчиво мягким, — после того как пробежишь два дополнительных круга.
Рио демонстративно положил руку на сердце:
— Такая жестокость, Капитан.
Но, судя по тому, как он тут же скинул толстовку и начал разминать плечи, расслабляться явно не собирался.
Джиневра окликнула команду, привлекая их внимание.
— У нас нововведение. Два раза в неделю один из игроков включает свою музыку на тренировке.
— Вот это я понимаю классная тема, — воодушевился Доминик и тут же полез в карман за своим телефоном.
— Сегодня слушаем плейлист нашего новичка, — сообщила Джин, даже не взглянув на него.
— Если там медляки, я уйду, — предупредил Рио.
— Что не сможешь дриблинговать[1] под грустные баллады? — Посмеивалась над ним Рина.
Не понимая, в чём смысл затеи, Рейли поплёлся к колонке, чтобы подключить свой телефон. Музыка заполнила зал — тяжёлые удары басов, низкий ритм, пробирающийся под кожу. Глухая вибрация отдавала в рёбра.
Рио бросил на Сэйджа долгий взгляд.
— Слушай, Подкидыш, под такую музыку обычно убивают в кино, — констатировал он. Но все же взглянул на дисплей его мобильного, успев прочитать имя исполнителя и название песни «Grinspoon – More than you are».
Джин хлопнула в ладони, бросив через всю площадку:
— Ладно, начнём с разминки!
Музыка глухо ударяла в стены, наполняя поле низкими частотами и задавая темп игрокам. Ритм, тяжёлый и вибрирующий, был похож на сердцебиение, расползающиеся под кожей.
Рейли поймал мяч. Шероховатая поверхность скользнула по ладони, пальцы сжались инстинктивно. Пробежка, финт — и он уже уходит от Зака, легко, без усилий. Тело само двигалось под музыку, подстраиваясь и следуя её ритму. Резко, быстро.
Рывок вперёд.
Джин выскочила перед ним, перекрывая путь.
— Ну, что посмотрим, чему вас там учат в элитных командах, Подкидыш, — бросила она, прищуриваясь.
Он усмехнулся.
Пас вправо — Кайлу. Джин дёрнулась следом, но было поздно. Кайл, не теряя времени, перекинул мяч Рине, которая рванула ближе к кольцу.
— Твою же... Да это же Saint Chaos, — крикнула на ходу Рейра, когда с ней поравнялся Сэйдж.
— Ага, «Make my day».
— Я была... — на мгновение Ри осеклась, но тут же добавила, — на их концерте вместе с братом. Они крутые.
Кивнув в знак согласия, Рейли снова поймал мяч, в пару движений оттолкнувшись от пола, и, прежде чем кто-то успел среагировать, отправил его в кольцо.
Два очка.
Музыка разрывала воздух.
Он чувствовал, как напряжение уходит из его тела, как движения становятся более естественными. Не было этой излишней сосредоточенности, скованности в плечах. Просто игра. Именно то, что он всегда так любил. Почти как тогда, когда он оставался один в зале.
Джин, кажется, подметила это даже раньше него самого. Как и советовала ей Мэй - она наблюдала за ним, изучала. Видела, как он улыбался едва заметно, когда мяч ложился в руку так, будто всегда принадлежал ему. Как исчезла та скрытая скованность, которая была с момента его прихода в «Громовые волки».
Он стал собой.
Сэйдж рванул снова. Теперь он двигался быстрее. В «Тар-Хилл» Рейли привык к жёсткому стилю игры, но здесь всё было иначе. Не драка за мяч, не борьба на истощение, а живой, быстрый поток. Он ускорился, обойдя Рио. Сделал передачу.
Джин тут же оказалась рядом. Они столкнулись взглядами. Сэйдж дёрнулся вправо, обманный манёвр — капитан не повелась.
Бросок. Натали попыталась блокировать его. Но мяч ударился о край кольца, заплясал, а затем провалился внутрь.
Четыре очка.
Ему нравилось это чувство.
— Клянусь, у меня уже голова гудит от этого шума из колонок. Не хватает только звуков бензопилы, — бросил Рио, вытирая пот со лба. — Тоже самое испытываю от твоей музыки, Кэп.
Джин тоже двигалась иначе. Она была молниеносной. Её манёвры стали точными, филигранными. Она не просто играла — она предугадывала каждый шаг, будто заранее знала, как поведёт себя соперник. На какой-то миг Рейли даже поймал себя на мысли о том, что наблюдает за ней с долей восхищение. Встряхнув головой, он отбросил это мимолётное помешательство.
Вымотавшись, игроки один за другим разбредались по раздевалкам. В зале становилось тише, но воздух по-прежнему был горячим от напряжения, наполненный эхом недавней тренировки.
Сэйдж бросил взгляд на площадку, заметив, что Джин задержалась.
Она стояла у линии штрафного броска, ссутулив плечи, перекатывая мяч в руках. Волосы, влажные от пота, прилипли к вискам, но её лицо оставалось сосредоточенным. Тень улыбки, которая мелькала у неё в начале тренировки, исчезла.
Прислонившись к дверному косяку, Сэйдж наблюдал, как она сделала несколько бросков. Мяч безукоризненно попадал в кольцо. И всё же что-то в её движениях было не так. Появилась эта едва заметная задержка перед каждым броском.
Прикусив большой палец руки, Рейли продолжил наблюдать. Солнечный блик, налетевший неожиданно, быстро мазнул по Джин, подсветив ее волосы с лёгкой рыжинкой. И в этот момент он поймал себя на мысли: чёрт возьми, она красивая. Не в том очевидном, приторном смысле, когда смотришь на человека и понимаешь — да, привлекательная. Она была не той, на кого оборачиваются в толпе. Красоту таких людей замечаешь только если остаёшься рядом достаточно долго. И тогда, слой за слоем, она начинает проступать.
Густые ресницы, слегка нахмуренные брови, выразительные губы. Её кожа, усеянная россыпью веснушек, казалась чуть более бледной после нагрузки.
Скорее всего, Джин действительно решила, что осталась одна. Сделав небольшую пробежку и ведя за собой мяч, она подпрыгнула, чтобы забросить его в кольцо. Приземлившись, ее рука неосознанно скользнула по бедру, впиваясь в него пальцами. Движение короткое, почти незаметное. Не выдало бы ничего... если бы Сэйдж не смотрел так внимательно.
И в этот момент — из-за этого незначительного, почти микроскопического жеста, — в нём что-то щёлкнуло. Он видел её в игре. Видел, как срабатывали её рефлексы, как она двигалась — резко, безошибочно. Но теперь, находясь вне команды и взгляда тренера, — он заметил то, чего никто больше не заметил бы. Мимолётную слабость. Бросив последний взгляд на капитана, Рейли шагнул прочь, оставив её наедине с пустым залом и своей усталостью.
Джин шагала в сторону женской раздевалки мимо кабинета тренера. Боль отдавала в ногу, заставляя ее слегка хромать. Почти незаметно, но для внимательного взгляда – очевидно.
Сэйдж задержался в дверях раздевалки, наблюдая.
— Всё нормально? — Голос Хортона заставил Джин замереть.
Тренер стоял в дверях своего кабинета, нахмурившись, как делал всегда, когда его что-то настораживало.
— Да, просто слегка ударилась во время игры, — небрежно отмахнулась Джин.
Ложь.
— Валите отдыхать и осторожней на дороге. Погода портится.
Джин коротко кивнула и пошла дальше.
Холодный душ всегда помогал. Все что ей нужно - просто дать мышцам немного отдохнуть. Вернётся домой, выспится и завтра снова будет на ногах. В конце концов, а какой еще у нее был вариант?
Поторапливаясь, Джиневра покинула раздевалку, направившись к выходу из тренировочного центра, где ее обычно ждала Микки.
— Знаешь, ты паршиво врёшь, Роллинс.
Джин замерла, медленно развернувшись на голос.
— Что?
— Всё это "слегка ударилась во время игры". — Сэйдж хмыкнул, скрестив руки на груди. — Давай, расскажи мне, как ты просто споткнулась. Или какую еще чушь ты вешаешь Хортону на уши?
Джин закатила глаза и попыталась обойти его. Но он шагнул в сторону, преграждая путь.
— Отвали, Рейли.
— Я видел, как ты двигаешься, — Сэйдж говорил спокойно, но в голосе сквозило упрямство. — Пытаешься скрыть травму. Думаешь, никто не заметит? Ну, вот тебе первый жизненный урок: если следишь за кем-то, будь готова к тому, что за тобой тоже будут следить.
Джин шумно выдохнула, устало прикрыв глаза.
— У меня всё под контролем.
— Разумеется. Именно поэтому ты хромаешь после тренировки, да?
Её челюсть напряглась.
— Слушай, Рейли...
— Я помогу тебе.
Она моргнула.
— Что?
— Я помогу тебе составить программу тренировок. Так, чтобы ты не загубила себя перед сезоном.
— О, какой ты благородный, — Джин усмехнулась, но в её голосе не было сарказма, то ли из-за усталости, то ли от того, что она прекрасно понимала, что в словах Рейли была истина.
— Ну, не мне потом тащить тебя на руках в больницу, — пожал плечами Сэйдж.
— Я могу справиться сама.
— Конечно можешь, — он склонил голову набок, внимательно глядя на неё. — Но не справляешься.
Джин прикусила внутреннюю сторону щеки. Молчание затянулось почти на несколько минут.
Затем она выдохнула.
— Ладно.
— Ладно?
— Ладно, Рейли. Сделаем, по-твоему.
— Отличный выбор, Роллинс. Начинаю верить в то, что в твоей голове есть дельные мысли.
Она раздражённо фыркнула. А в глазах, как будто случайно, — мелькнуло что-то. Не сарказм. Не раздражение. Что-то тёплое, едва заметное, которое она тут же попыталась спрятать, как будто это было уязвимостью.
Он заметил. Конечно, заметил.
— Ладно, игроки уже уехали, — сказал Сэйдж, отходя в сторону. — Я поговорю с Хортоном и подброшу тебя до жилого комплекса.
— Я могу вызвать такси.
— В такую погоду? Просто, дождись меня тут, — выдохнул он, бросив на ходу что-то вроде «как же с тобой сложно».
Постучав в дверь кабинета и не дожидаясь ответа, Рейли рывком распахнул ее, скрывшись внутри комнаты. Джин сглотнула, лишь догадываясь, чем ей обернется то, что она скрыла от Хортона свою травму.
— У неё проблемы с ногой, — сказал Сэйдж, присаживаясь напротив тренера.
Хортон молча оторвал взгляд от каких-то бумагах.
— Ну, конечно же она врала, — Фредерик выругался, отпихнув рукой стопку бумаг.
— Я разберусь с этим, — продолжил Сэйдж. — Помогу ей с тренировками. К сезону восстановится.
Тренер медленно кивнул.
— Хорошо. Но следи, чтобы она восстановилась полностью. Она должна была пройти полный курс физиотерапии еще весной. А я был так занят всеми этими бумагами и разборками с администрацией университета, что не уследил...
— Я прослежу.
Хортон посмотрел на него долгим взглядом.
— Ты уверен, что готов взять на себя такую ответственность, учитывая, что вы друг друга не выносите? Потому что я вас обоих ко всем чертям погоню с команды, если вы...
Сэйдж ухмыльнулся.
— Почему бы и нет?
Тренер кивнул, бросив напоследок «присмотри за ней».
Джин ждала Рейли, прислонившись к дверце машины и скрестив руки на груди.
— Я же просил подождать в холле.
— А я разве собиралась делать так, как ты просил? — Вскинув бровь, она открыла дверь машины. — Так что сказал Хортон? — поинтересовалась Джиневра, занимая пассажирское место.
— Сказал, что мы будем в заднице, если ты не восстановишься.
Джин хмыкнула.
— Ладно, Роллинс. Поехали записывать тебя на физиотерапию.
Дождь за окном стал чуть сильнее. Стекло покрылось тонкой сетью капель. Сэйдж включил зажигание, прокручивая в голове мысль о том, что это поездка обещала быть весьма и весьма интересной.
Рейли вел машину, ритмично постукивая пальцами по рулю в такт музыке, которая негромко играла в салоне. Джин, закутавшись в толстовку, смотрела в окно, за которым мелькали неоновые вывески и размазанные из-за капель дождя фонари. Дождь усиливался, превращая дорогу в блестящее полотно. А напряженная тишина между ним и Джин заполняла пространство.
— Что случилось с твоей ногой? — спросил он тихо, не отрывая взгляда от дороги.
Джиневра чуть сместилась на сиденье. Её ногти царапнули внутреннюю сторону ладони. Несильно, но достаточно, чтобы сосредоточиться. Она вздохнула, медленно, будто втягивала в лёгкие не воздух, а необходимость говорить.
— Во время одной игры. Три месяца назад, — коротко ответила она.
Сэйдж ждал продолжения и, поняв, что он не отстанет от неё, Джин продолжила:
— Игрок другой команды влетел в меня сбоку, — произнесла она чуть тише. — Ударил прямо в бедро. Я не успела сгруппироваться. Так что падение получилось... неправильным.
Она опустила взгляд на свои руки, медленно разжимая кулаки. На каждой из ладоней отпечатались бледные полумесяцы.
— Сначала думала, просто ушиб. Ну, ты знаешь, — угол её губ чуть дёрнулись в попытке выдать это за ерунду. — Спазмы, синяк... стандарт. Но боль не проходила. Позже узнала, что это надрыв связок.
Рейли на секунду сжал пальцы на руле, но ничего не сказал. Он повернул голову, только мельком — но этого было достаточно. Взгляд скользнул по её профилю, зацепился за напряжённую линию подбородка, за этот чуть дрожащий вдох, которым она выдавала куда больше, чем хотела.
Когда они подъехали к больнице, небо окончательно обрушилось на крышу машины. Потоки воды стекали по стеклу плотными полосами, размазывая уличные огни в мигающие силуэты. Сэйдж выключил зажигание, и на пару секунд в салоне повисла тишина, нарушаемая только бешеным барабаном дождя.
Они переглянулись. Джин молча натянула капюшон и первой открыла дверь. Ливень хлестнул по ней, будто окатив из ведра, моментально пропитывая ткань толстовки. Рейли вышел следом. Асфальт под ногами блестел от воды. Кроссовки слипались с мокрой поверхностью, оставляя чёткие, стремительно исчезающие следы.
Они почти одновременно добежали до стеклянного навеса у входа. Джин первой влетела внутрь, сдёрнув с себя капюшон и стряхивая капли со щёк и ресниц. Вода стекала по шее, заползая под ворот толстовки, оставляя за собой холодный след. Сэйдж остановился рядом, морщась от промокшей почти насквозь худи. Волосы на лбу прилипли к коже.
— Господи всемогущий, — пробурчала Джиневра, заскользив по плитке. — Я думала, ты хочешь помочь мне восстановиться, а не прикончить воспалением лёгких.
— Господи всемогущий? — переспросил Рейли, выдавив смешок. — Тебе точно не сорок, Роллинс?
— Вот пообщаешься с Миккой — и сам начнёшь так говорить, — отмахнулась она, рассматривая указатели.
Внутри пахло антисептиком и чем-то мучительно чистым — запахом, который всегда сопровождает больницы. Свет здесь был тусклый, приглушённый, с легкой флуоресцентной дрожью. Холл казался слишком пустым — редкие пациенты, женщины с бумажками в руках, звуки шагов, отражающиеся от кафельного пола.
Регистрация заняла меньше времени, чем они ожидали. Девушка за стойкой, явно уже уставшая от смены, даже не пыталась задавать лишних вопросов. Джин спокойно, с почти автоматической вежливостью проговорила симптомы и просьбу. Сэйдж слушал рядом, но не вмешивался.
Когда администраторка озвучила, что ближайшие окна свободны уже завтра, Джин облегчённо выдохнула. Им повезло, что сейчас было лето и большинство студентов разъехались по домам, что явно разгрузило местный медперсонал.
Они прошли к лифту, чтобы подтвердить вторичную консультацию у специалиста. Коридоры были длинные, с выцветшими стрелками на стенах.
— Ну, ты не умерла, наконец-то решившись на этот шаг, — сказал он, скользнув взглядом по её мокрым волосам. — Успех.
— Спасибо за глубокий медицинский анализ, доктор Рейли.
— Всегда пожалуйста.
Джин молча вошла в лифт, когда двери перед ним разъехались в разные стороны. Глянув мельком в отражение лифтовой двери, она заметила, как её волосы намокли и завились у лица.
На обратном пути до жилого комплекса на дорогах уже образовались пробки. Даже в таком небольшом городке, непогода повергала всё в хаос.
Джин украдкой посмотрела на профиль Сэйджа. У него были резкие черты лица, но очень подходящие ему, словно кто-то специально выточил его из камня, опираясь на описание характера. Влажные русые пряди упали ему на лоб, серьга в ухе поблескивала в тусклом свете фар от машин, проезжающих на встречу. В нём было что-то опасное и в то же время чертовски притягательное.
Сэйдж, словно почувствовав её взгляд, мельком обернулся на неё, а затем снова на дорогу.
Чтобы не разглядывать Рейли, Джиневра постаралась сосредоточится на музыке, заполняющей салон автомобиля.
— Классная песня, — вдруг сказала Джин.
— Там мой плейлист подключен. Если так интересно, можешь посмотреть название.
Между ними воцарилась тишина, нарушаемая лишь звуками песен и дождём, стучащим по корпусу автомобиля.
Джин получила несколько сообщений от Микки, интересующейся, куда она пропала после тренировки. К счастью, Мауси никогда не допытывалась, принимая любое сообщение, даже состоящее из трёх слов «у меня дела».
— ...Оповещаем о надвигающемся шторме. Ветер усилится в течение следующего часа. Просим водителей соблюдать осторожность на дорогах. Возможны подтопления... — донеслось из динамиков радио.
Рейли тихо выругался.
— Надо где-то переждать. И заодно поесть.
Кивнув, Джин сама не ожидая, произнесла:
— Хорошая идея.
Сэйдж остановился на светофоре и с удивлением перевёл на неё взгляд, говорящий что-то вроде «ты что правда только, что согласилась со мной?».
Они снова тронулись с места. Тишина в салоне стала другой — не неловкой, но наполненной чем-то, что заставляло их украдкой наблюдать друг за другом.
Джин смотрела в боковое стекло, наблюдая, как капли дождя скатываются вниз, оставляя тонкие водяные дорожки. Но её взгляд невольно смещался на Рейли, продолжая изучать его. До этого они еще никогда не находились так близко, да еще и один на один.
Сэйдж тем временем украдкой изучал свою попутчицу. Волосы Джин растрепались от дождя, завиваясь ещё сильнее. Веснушки на её скулах казались ярче в приглушённом свете. А ещё эти глаза... Они снова искрились, как в тот вечер, когда они смотрели кино всей командой.
Сэйдж стиснул челюсть. Какого чёрта он вообще разглядывает её? Почему она ему кажется красивой? Это было раздражающе. Неприятно. И всё же... взгляд снова задержался на ее слегка взъерошенных волосах, тёплом отблеске света на коже. Это сбивало с толку.
«Держи дистанцию. Ты здесь, только чтобы помочь ей восстановиться к сезону. И точка.» — приказал себе Сэйдж, пытаясь вернуть мысли в порядок.
— Всё нормально? — поинтересовалась Джин, прервав его размышления.
Кивнув, Сэйдж быстро отвёл взгляд обратно на дорогу, но губ сами собой дрогнули в лёгкой улыбке, когда он вновь уловил, как Джин повернула голову в его сторону.
Роллинс слушала дождь, слушала музыку, слушала собственные мысли, которые звучали слишком громко. Что же такого она должна была увидеть в нём? О чём говорила Мэй? Какая его черта должна была сработать, чтобы Джиневра позволила ему быть... другом? И самое главное: с чего вдруг это нужно было самому Рейли?
Руль скрипнул под пальцами Рейли, когда он медленно, почти на автомате, выруливал на парковку у кафе. Асфальт под колёсами блестел, как масляное полотно, и дождь всё ещё не думал стихать — он хлестал по лобовому стеклу, пытаясь смыть город снаружи.
Сэйдж не сразу выключил двигатель. Ритм дворников заглушался шумом воды, стекающей с крыши, а внутри машины было странно душно — не от жары, а от того, что копилось внутри его собственной головы. Он краем глаза снова глянул на Джин, в отражение стекла. И тут же пожалел. Внутри него было это неприятное, липкое ощущение — что он попал в зону турбулентности. И Сэйдж понятия не имел, как из нее выбраться.
[1] Дриблинг (от англ. dribbling) — техника передвижения игрока с мячом, при которой он регулярно отбивает мяч об пол одной рукой, не допуская его захвата или потери.