Дотянуться до звёзд

Работа над будущим команды оказалась тяжелой и кропотливой. Она забирала последние силы, лишала свободного времени, и мысли, крутящиеся в голове и днём, и ночью, были сосредоточены лишь на баскетболе.

Нейтан никогда не мог подумать, что составление плана на тренировку — увлекательный процесс, но до безумия тяжелый. Задача тренера невероятно сложная: нужно знать каждого игрока на все сто процентов, знать его статистику, держать в голове каждую деталь, связанную со здоровьем, учитывать количество нагрузки для каждого.

В недалёком прошлом капитан «Тигров» никогда даже не задумывался, как тяжело бывает Бруку. Через что он проходит, когда мальчишки дурачатся на площадке вместо того, чтобы усердно работать. Сколько сил тратит тренер Джо для того, чтобы подготовиться к обычной тренировке, и сколько нервов уходит во время игры.

Раньше Нейтан считал, что тяжело только команде, ведь именно на них возлагают большую ответственность — от них ждут победу, но от Брука требовали не меньше, и ему тяжелее воспитанников в несколько раз.

Столкнувшись с работой тренера, Нейт осознал, через какой ад проходил Джо каждый день, и сколько работёнки ему подкидывали «Тигры», когда вели себя, как настоящие дети.

Оба тренера — один опытный, второй совсем новичок, составили списки игроков, с которыми необходимо попрощаться, и вписали фамилии тех, кого необходимо вернуть. Джо твердил, что Вильям никогда не вернётся в команду, что за прошедший год он стал ещё более закрытым и отстранённым, но Нейтан не терял надежду. Он собирался вернуть младшего товарища в семью, чего бы ему это не стоило.

Состав «Тигров» не менялся с тех пор, как прошёл отбор в восьмом классе. Мальчишки, которым было по пятнадцать лет, а двоим, самым младшим, вообще четырнадцать, боролись в полную силу с другими командами, где игроки были гораздо старше их. И они никогда не сдавались. Но после ухода Нейтана и остальных ребят, игроков катастрофически не хватало, тренеру Бруку пришлось нарушить собственное правило и взять в команду новичков, но их навыки были настолько ужасны, что Джо хотелось плакать.

Они не пытались научиться новому, регулярно прогуливали тренировки, совершенно не любили баскетбол, а оставались в команде потому, что спортсменам прилагались некоторые поблажки. Тренер терпел их поведение, потому что не мог найти замену. Теперь, когда замена сама пришла в его кабинет с вопросом: «на каких условиях вы меня возьмёте обратно», Джо чувствовал облегчение. Потому что вместе с Брауном в команду вернётся старый дух «Тигров», и этот мальчишка сделает всё, чтобы вернуть в семью выбывших игроков. Брук без сомнений мог доверить Нейтану судьбу команды, потому что знал, что этот клуб значит для него даже больше, чем для самого Джо.

Тот, для кого команда ничего не значила, был директор школы. Изначально он планировал создать секцию по баскетболу всего на год, чтобы начальство от него отстало, но всё пошло не по плану мистера Кларка. Мальчишки, чьи амбиции били через край, добились головокружительного успеха. «Тигров» полюбила вся школа, в свой первый год они выиграли юношеский чемпионат, побеждая соперников, которые были старше на два года, и что важнее — опытнее. Директору пришлось смириться с тем, что «Тигры» не вымрут, а будут лишь расти и развиваться, но год, ставший для команды трагичным, оказался удачным для Кларка.

Он урезал финансирование, перестал как-либо поддерживать спортсменов из-за чего тренеру пришлось сократить количество тренировок, перестать учить своих парней новому, отправляя их на мастер-классы. Уровень «Тигров» медленно падал, потому что они стояли на месте, никак не развивались. Таланта мало, чтобы кем-то стать. Его нужно расширять, над ним нужно работать. И Бруку стало тяжело вести своих парней к успеху, когда на его пути встало начальство.

Поднять команду на прежний уровень — задача номер один Нейтана Брауна и Джо Брука. Сначала им необходимо вернуть «Тиграм» их дух, пробудить в них животные инстинкты, после чего можно переходить ко второй задаче — повышать уровень и становиться только лучше.

Браун предложил для начала проводить четыре тренировки в неделю, и попросил тренера снова достать абонемент в фитнес-клуб, чтобы парни могли качаться. Физическая форма некоторых ребят оставляла желать лучшего. Тела многих спортсменов ушли от идеала, потому что Джо перестал их контролировать. Даже Скотт, который раньше чертовски гордился своей накаченной задницей, забросил походы в зал. Отсутствие хорошей физической подготовки мешает работе на площадке, поэтому второй тренер с особым настроем углубился в эту тему.

В первый день работы Нейтан вернулся домой глубокой ночью. Они с Бруком разошлись в одиннадцатом часу. И если бы не охранник, который пришёл в кабинет и попросил покинуть здание, ведь ему нужно закрывать школу, тренеры не покинули бы рабочее место так рано.

— Ты молодец, сынок, — перед тем, как разойтись, произнёс Джо, похлопывая первый номер по спине. — Постарайся выспаться, хорошо? Нас ждёт тяжёлый день.

Выспаться капитану не удалось. Волнение не позволяло Нейтану долго и крепко спать, поэтому в четыре утра он уже был на ногах. Начал своё утро с пробежки, которую давно забросил, сделал зарядку на заднем дворе и в шесть часов уже был в школе.

Охранник, увидев его в коридоре, подумал, что его часы сбились. До начала занятий оставалось два с половиной часа, а один сумасшедший парнишка уже гулял по коридорам. Зевнув, охранник вернулся в своё кресло, надеясь подремать ещё часик.

Тренера на рабочем месте не оказалось, но Джо никогда не закрывал свой кабинет, к нему никто, кроме игроков, не заходил, а этим мальчишкам он доверял больше, чем себе. Нейтан решил воспользоваться свободным временем и, устроившись в кресле Брука, начал расписывать состав пятёрок на матч, чертил схемы, по которым они могли бы играть. К приходу тренера Нейт спрятал листок под остальными бумагами, заваливающие стол. Он боялся показать Джо свои мысли и предположения, поэтому решил оставить не озвученные планы в своей голове.

— Ты поспал? — спросил тренер, расхаживая по кабинету. В ящике он нашёл вторую кружку, вымыл её и заварил им с Нейтаном по чашке кофе. — По глазам вижу, что нет.

— У меня полно сил, и я готов работать весь день, — сообщил капитан. — Во сколько начинается тренировка?

— Как обычно, в семь. Но эти сонные мухи приходят в зал в семь тридцать. Исправь это к следующему разу, договорились?

Нейтан кивнул.

Тренировка по пятницам проходила утром. Многие ребята возражали, кто-то даже пытался саботировать, но Брук оставался непреклонным, потому что после уроков команда отказывалась работать в полную силу, передвигались по площадке так, словно среди них одни инвалиды. В другие дни тренировки проходили после занятий.

Многие считали пятницу не важным учебным днём. Взрослые парни, любящие отдых и веселье, чувствовали свободу и вкус выходных, поэтому отказывались работать. И Джо пришлось заставить их тренироваться перед уроками, чтобы в конце дня не тратить свои нервы, собирая воспитанников по всей школе, и не терять последние волосы на голове из-за переживаний.

Когда Нейтан взглянул на время, его затрясло. Стрелки на часах показывали семь двадцать пять. Команда уже должна переодеваться, самые пунктуальные же находились в зале. Капитан не был уверен, что готов к встрече со своими друзьями. Он не знал, как его примут. И не знание пугало так сильно, что коленки старшеклассника тряслись, прямо как перед первой игрой.

Больше всего Браун боялся, что скажут его лучшие друзья — Лукас и Скотт, а ещё Вильям, который приглашён на тренировку. Позволят ли они ему снова стать частью их жизни, примут ли в семью. Страшнее всего взглянуть им в глаза после всего, что произошло. После того, как он оттолкнул их, а потом игнорировал весь год.

Джо видел состояние второго тренера, поэтому перед тем, как покинуть кабинет, он остановился рядом с ним напротив выхода.

— Как бы они тебя не встретили — ты на своём месте, — сжимая плечо подростка, говорил учитель. — Это твоя команда, Нейтан. Вы с Ноем одни из первых в неё попали, поэтому считай себя основателем «Тигров».

— Каждый из игроков на своём месте. И это не моя команда, я просто капитан и защитник.

— Моё мнение ты услышал, а дальше — думай, что хочешь. Пойдём, пора расшевелить этих сонных задниц.

Брук сложил стопку листов в трубочку, ударяя подростка в грудь.

— Мне уже не терпится совершить переворот!

Довольный тон тренера и его боевой настрой вселил немного веры в Брауна. Старшеклассник сделал последний глубокий вдох перед тем, как покинуть кабинет. Уже ничего не исправить, обратного пути нет. Он принял решение. Пришёл к тренеру, согласился вернуться. Нельзя снова взять и сбежать. Осталось дождаться реакции остальных, чтобы узнать, готовы ли они позволить Нейтану вернуться в их стаю или нет.

Перед тем, как покинуть тренерский кабинет, Нейтан опустил голову, взглянул на свои новенькие кроссовки, которые хранились в коробке под кроватью два месяца. Он влюбился в эту обувь, как только увидел в магазине. Мечтал обуть их, чтобы попробовать в игре. И теперь он в новых кроссовках, в своей старой форме, на спине его майки большими буквами напечатана фамилия — Браун и под ней цифра один. Он повернул голову в сторону шкафа, где хранились награды и фотографии, посмотрел на снимок, на котором изображён улыбающийся младший брат, и кивнул ему.

Всё хорошо.

Они справятся.

Капитан покинул кабинет, по безлюдному коридору прошёл в спортивный зал. До начала первого урока оставался час, поэтому школа все ещё пустовала. Проходя мимо раздевалки, он остановился возле двери, чтобы убедиться, что там никого не осталось. Тишина. Нейтан открыл дверь, окинул помещение быстрым взглядом, и со спокойной душой закрыл дверь на ключ.

Когда парень зашёл в зал, команда сидела на полу. Кто-то лежал, подложив себе под голову мяч. Кто-то разговаривал. Но никто не играл, не бросал мяч в кольцо и не разминался.

Раньше такого не было. В прежние времена никто не бездельничал.

Ной, которому никогда не удавалось сидеть без дела, всех поднимал и заставлял разминаться, даже если до начала тренировки осталось двадцать или тридцать минут. Брат находил множество вариантов, как им провести время. Они бегали по залу, как дети, смеялись и играли.

Раньше всё было иначе. Даже настроение в зале изменилось. Атмосфера между товарищами по команде напряжённая, чувствовался дух соперничества, и ни намёка на старую дружбу.

Брука не было видно, он спрятался в небольшой каморке. Джо тоже нервничал, и ему требовалось немного времени в тишине, поэтому он спрятался среди инвентаря в пыльной комнате.

Ребята из команды, когда увидели вошедшего Нейтана, переполошились. Скотт, лежащий на полу и беззаботно болтающий о чём-то с Люком, резко поднялся на ноги. Его примеру последовали остальные. Эмоции на лицах парней прочитать невозможно. И Нейтан снова почувствовал, проходя по залу, как трясутся его коленки под внимательными взглядами парней. Хотелось позвать на помощь тренера. Или лучший вариант — убежать, но Браун продолжал идти. Он остановился напротив собравшейся в кучку команды, и за его спиной оказалось окно, — отступать теперь точно некуда.

«Тигры» не задавали вопросы, но они ждали, когда им кто-нибудь объяснит, что происходит. Особенно недовольным казался Кен Тонкс, у которого забрали шапку капитана. Нейтан не жалел одноклассника, потому что считал, что парню нужно больше работать над собой. Физическая подготовка у него неплохая, но игра в команде — отстой, как сказала бы Лили. Тонкс не видел товарищей на площадке, считал себя лучше остальных и бросал всегда сам, чаще всего — мимо.

Из кладовой вышел Джо, заставляя прибывшего второго тренера с облегчением выдохнуть. Все же ему было спокойнее рядом с тренером, его присутствие успокаивало. Оставаться наедине с «Тиграми» — задача не из простых. Учитель выглядел довольным и расслабленным, он подошёл к Нейтану и встал рядом с ним — плечом к плечу, показывая ему, что он рядом, и что он всегда его поддержит.

— Рад встретиться с вами, — наконец-то заговорил Нейтан, рассматривая до боли родные лица товарищей. Скотт и Лукас всё ещё выглядели так, словно их сейчас стошнит. И Браун не понимал — хорошая это реакция или ему стоит всё-таки бежать. — Безумно рад.

— Радость свою выразишь в раздевалке после тренировки, — недовольно проворчал Брук, похлопывая своего помощника по плечу. Нейтан кивнул головой, продолжать разговор с командой не стал. Он позволил сообщить тренеру все новости. — Итак, как вы уже поняли, у нас пополнение. Нейтан Браун согласился вернуться в команду, и он снова займёт позицию капитана.

— Тренер, шутите? — первым заговорил Скотт. — Я, кажется, не выспался, объясняйте всё доступнее.

— Ты идиот, Скотт, — закатил глаза тренер.

Нейтан улыбнулся. Джо успевал быть самым добрым и в то же время самым ворчливым человеком на планете. Он всем сердцем обожал свою команду, но никогда не упускал возможности посмеяться над ними или отругать. И отношения между командой и тренером всегда оставались тёплыми, сколько бы грубости между ними не проскакивало.

Браун скучал по этой атмосфере.

— Куда ещё доступнее? Этого парня рядом со мной видишь? — Брук указал на Нейта. — Если ты пропил свои последние мозги, напоминаю, что вот он когда-то играл за «Тигров». По семейным обстоятельствам Нейтан покинул нас, вчера мы встретились, и я предложил ему снова стать частью нашей спортивной семьи. Браун согласился.

— Он шутит? — спросил Люк, обращаясь к Нейтану.

Капитан покачал головой.

Лукас и Скотт переглянулись и в ту же секунду сорвались с места, набросились на Брауна с дикими воплями, начиная его душить в своих объятиях. Нейтан впервые за долгое время чувствовал себя счастливым. Внутри него зашевелились все возможные чувства, которые, как подростку казалось, умерли в день, когда не стало брата. Тёплые объятия лучших друзей, показывающие своей реакцией, что готовы взять потерянного капитана обратно в стаю, лучшее болеутоляющее для Брауна.

— Не задушите мне второго тренера, дьяволы, — с хитрой улыбкой на лице говорил Брук, пытаясь при этом даже ворчать.

Он не смог упустить прекрасную возможность, чтобы сообщить команде вторую новость — Нейтан Браун также второй тренер.

— Да вы должно быть шутите, — возмутился Кен, от злости бросая мяч на другую половину площадки. — Он пропал на год, а сейчас вернулся на всё готовое, занял место капитана и стал вторым тренером? За какие заслуги?

— На всё готовое? — удивился Нейтан. Он оставил друзей и сделал шаг вперёд, закрывая собой тренера. — Хочешь сказать, ты привёл команду к развитию? Под твоим присмотром парни добились успехов? Назови мне хотя бы две игры из всех вами сыгранных, которую нельзя назвать позорной. А лучше — назови мне хотя бы один матч, когда ты выкладывался больше, чем на сто процентов, и пытался вырвать победу из лап соперников. Я слушаю, Тонкс, — капитан встал напротив тридцать шестого номера, уверенно смотря в его глаза. — Ты отличный защитник, быстрый и хитрый, но до безумия ленивый.

— О своих косяках сказать не хочешь? — бросил вызов Кен. — О зависимостях? Чем ты занимался весь год, капитан? Напивался до беспамятства и громил школу? Такой лидер нам нужен?

— Свои ошибки я давно признал и исправил.

— А ты закрой рот, — вступился за Нейтана тренер, указывая пальцем на непутевого школьника. — Я принял решение, если тебя не устраивают мои методы, если ты не доверяешь моему опыту, тебя никто здесь не держит.

Новости, обрушившиеся на команду, оказались по душе далеко не всем. Те, кто играл с Нейтаном с восьмого класса, поддержали нового второго тренера, участвовали в коллективных объятиях, радуясь воссоединению. А ребята, с которыми Брауну не удалось встретиться на площадке, оставались в стороне с хмурыми лицами — особенно взбешённым выглядел Тонкс.

Браун не собирался винить незнакомых ему парней, потому что он понимал их чувства. Ему самому непросто видеть чужие лица в составе команды, хоть с некоторыми учениками и встречался в школе, даже знал имена, но они по-прежнему оставались не родными. Нейтан не радовался им, а они не радовались ему. И капитан с благодарностью смотрел на ребят, отмечая, что не заметил фальшивой радости, никакого лицемерия — за это он уважал их.

Крики не прекращались. Тренеру пришлось разогнать шумных Тигров, заставить их снова встать в круг напротив, чтобы объявить оставшиеся изменения. У них оставалось немного времени перед тем, как в зал придут ушедшие в прошлом году игроки.

— У нас будут некоторые изменения, — продолжил Брук, раскрывая папку, в которую он поместил листок с фамилиями игроков, с которыми они собирались расстаться. — Олсон, Перри, Курт и Динкинс — все, чьи фамилии я назвал, выйдите вперёд.

Парни выполнили просьбу тренера, сделали шаг вперёд, не понимая, что происходит. Они переглядывались, словно могли найти ответы в глазах друг друга.

— Парни, мне жаль, но мы вынуждены с вами попрощаться, — говорил Джо.

За спинами названных игроков, оставшиеся ребятами начали возмущаться, особенно Кен, которому идея с возвращением Брауна не нравилась намного больше, чем остальным.

— Тихо! — рявкнул тренер, заставляя заткнуться всех за секунду. — Все, кто не доволен нашим решением, могут смело убираться отсюда. А перед тем, как принять решение — уходить или нет, выслушайте меня.

Команда без пререканий выполняла приказы тренера. Люк и Скотт бросали на Нейтана любопытные взгляды, но друг пожимал плечами на их безмолвные вопросы. Они поговорят. Обсудят всё, что их волнует, но после собрания команды и тренировки.

Браун не собирался избегать лучших друзей. Он больше не собирался бежать от своей жизни, прячась за холодной маской безразличия и равнодушия.

— Директор чётко дал понять, что «Тигров» в следующем году не станет, если мы не выберемся с последнего места таблицы и не завоюем новые кубки, — рассказывал новости Брук, не собираясь скрывать от своих воспитанников правду. — Я лишусь должности тренера, а вы своего места в команде. И да, вы уже выпускники, следующий год не имеет для вас никакого значения, но я хочу, чтобы вы подумали о подрастающем поколении. Многие мальчишки, смотря на вас, хотят заниматься баскетболом. Вы пример для многих. Вы первая школьная команда, первый состав «Тигров» — вы уже легенды школы. Поэтому нам нужно хорошенько постараться, чтобы сохранить команду для будущего поколения.

— «Тигры» — наша семья, — Нейтан решил дополнить речь тренера. — Многие из нас играют со средней школы, и я сегодня здесь, потому что не хочу, чтобы моя семья так просто развалилась. В следующем году нас уже не будет в школе, нас ждёт новая, взрослая жизнь, но тренер прав, подумайте о подрастающем поколении, именно они займут наше место. Директор не имеет права рушить то, что мы с вами так долго строили. Мне чертовски тяжело находиться в этом зале, в этой форме и смотреть на вас. Я не буду говорить, что счастлив вернуться, потому что все знают, почему мне пришлось уйти. Но я снова здесь, даже если некоторым это не нравится, чтобы спасти «Тигров» от вымирания, — капитан бросил на Тонкса равнодушный взгляд. — И давайте поможем тренеру сохранить команду для будущих тигрят.

— А он говорит как второй тренер или как наш кэп? — заулыбался Скотт.

— Два в одном, — ответил тренер. — Ребята, которых я назвал, мне жаль, что нам приходится с вами расставаться. Но вы пока не дотягиваете до уровня, на который мы собираемся поднять команду.

Парни без лишних звуков покинули зал. Они не выглядели расстроенными, слегка удивляя Нейтана своей реакцией. Теперь он понимал, о чём говорил тренер, когда рассказывал, что для этих четверых парней команда не имела никакого значения. Им нужны лишь привелегии, которые иногда получали спортсмены. И популярность в школе. Браун понял, что они с тренером приняли правильное решение, когда убрали из кошачьей семьи самозванцев.

Стоило исключенным игрокам покинуть площадку, в зале стало пусто. И Нейтан почувствовал, как к нему возвращается страх. Однако появление Вильяма отогнало нависающие над головой капитана тучи. Его губы растянулись в счастливой улыбке, когда Вильям и трое других игроков — Уилт, Стив и Оскар, специально приглашённые к восьми утра, шагали по направлению к команде.

— Чёрт, дерите меня семеро! — закричал Скотт. Он с трудом сдерживал себя на месте, чтобы не наброситься на самого младшего — Вильяма, и не задушить его в своих крепких объятиях. — А они что здесь делают?

Вошедшие ребята одеты в повседневную одежду, на фоне команды они сильно выделялись. Нейтану тяжело было на них смотреть, он прятал глаза, пытаясь не казаться перед остальными расстроенным и отстранённым.

Вильям подошёл к Люку и Скотту, задавая им вопросы. Ему необходимо узнать, что Нейтан делал на площадке в своей форме, а главное — зачем позвали его самого.

— Последняя на сегодня новость, — решил оповестить всех Нейтан. Он взглянул на тренера, спрашивая разрешения. Джо кивнул, махнул рукой и сделал шаг назад, позволяя капитану быть в центре внимания. — Мы с тренером... Нет, лично я хотел бы попросить ребят, ушедших со мной в один год, вернуться в команду.

Сердце Брауна упало в ноги, когда он взглянул на Вильяма. Глаза младшего расширились, и в них плескался страх. Именно этого капитан боялся — того, что Брук не согласится снова связать свою жизнь с баскетбол.

— Команда не справится без Вильяма, Уилта, Стива и Оскара, — Нейт осмотрел ребят, которых назвал. — Ваши навыки, мозги и ваш талант — то, чего нам будет не хватать. Мы вместе пришли в команду, вместе поднимали её с самых низов, мы первый состав «Тигров», и раз этот год для нас последний в школе, давайте вместе его закончим — красиво и громко.

Внутри Нейтана всё перевернулось во второй раз, когда вместо страха в глазах младшего из них, он увидел слабую улыбку Вильяма.

— У меня будет ещё год, — произнёс Вильям, напоминая товарищам, что он всё ещё оставался в десятом классе. — Это вы старики.

— Спасибо, сынок, — усмехнулся тренер. — Если эти парни для тебя старые, боюсь представить, какого мнения ты обо мне.

— Тебе вечно семнадцать, пап.

Нейтан ждал реакцию остальных. Оскар и Стив сообщили, что готовы приступить к тренировке, а в глазах Уилта капитан видел сомнения. Как и у Вильяма.

— Ребят, я бы очень хотел снова играть с вами, — снова заговорил Браун, пытаясь уговорить Вильяма и Уилта. — Со всеми вами. И если вы согласны вернуться, ваша форма уже висит в шкафчиках.

— А ты накроешь нам поляну в честь возвращения? — чересчур довольным голосом спросил Уилт.

Нейтан опустил голову и улыбнулся — всё в порядке. Команда будет в полном порядке.

— Я сам накрою вам поляну, если вы победите в первом матче, который нас ждёт уже совсем скоро, — сообщил Брук. — Но если проиграете, взамен получите наказание.

— Скучно, тренер, — закатил глаза Скотти. — У нас тут момент радости и воссоединения, а вы опять про наказания.

— Четыре дополнительных круга, Скотт, — указывая на девяносто шестой номер пальцем, произнёс Брук. — Кто-нибудь ещё хочет?

Ребята молчали.

— Отлично, раз с приветствием закончили, и мы с вами обо всем договорились, приступайте к разминке. Пять кругов для разогрева, потом зарядка. Боуи, тебе на четыре круга больше. Нейт, проконтролируй этих задниц, мне нужно вернуться в кабинет за свистком.

Джо вышел из зала. И команда вместо того, чтобы начать тренироваться, снова с криками накинулась на Нейтана, крепко его обнимая. В этот раз участвовали все — кроме Тонкса, разумеется, потому что сейчас команда была в том составе, который его привыкли видеть год назад. Не хватало только Ноя — Малого, как его прозвали.

— Ты с нами? — спросил Нейтан, вставая напротив Вильяма. Часть команды уже разошлась, начиная разминку.

— Если ты смог, я тоже попробую, — сообщил младший товарищ.

Нейтан похлопал парнишку по плечу и улыбнулся. Скотти со спины снова набросился на капитана, повиснув на нём. Они смеялись, пока Браун не вспомнил о своих обязанностях — он оставался серьёзным и требовательным, поэтому, отогнав от себя друзей, отправил тех, кто был в школьной форме, переодеваться в раздевалку, вручив заветный ключ, а остальные продолжили разминку.

Когда тренер вернулся, он не мог перестать улыбаться. Его парни снова были вместе. Команда снова имела будущее. И Брук уверенно смотрел на них, понимая, что начинается новая эра для «Тигров».

* * *

Убежать от тяжёлого разговора с друзьями, а главное — от их расспросов, Нейтану не удалось. И в определённый миг он осознал, что больше не хотел бегать от людей, которые заменяли ему семью многие годы. Браун чувствовал, что потратил достаточно времени на поиск ответов, прошёл через долгий путь, пытаясь разобраться в себе. И раз ему удалось вновь стать частью кошачьей семьи, он знал, что у него получится вернуть связь с друзьями, стоит только перестать избегать их и делать вид, словно они чужие люди.

За обедом Лукас, Скотт, Вильям и Нейтан заняли один большой стол в центре столовой. Они всегда выбирали его, когда обедали всей командой, а это случалось каждый день с момента основания клуба. Каждый обед, всё свободное время парни из команды проводили вместе. И им не надоедало общество друг друга. Они им наслаждались.

До воссоединения команды — долгий путь, но Нейтан радовался тому, какие большие и уверенные шаги они уже сделали. За столом «Тигров» собрались четверо — это неплохая победа. И Нейт верил, что скоро атмосфера внутри команды снова наладится, и они будут снова сидеть за обедом всем составом, а потом рвать соперников на матчах, потому что вернут непобедимый дух «Тигров».

Соседний стул рядом с Нейтаном пустовал. Люк и Скотт сидели напротив, а справа от капитана расположился со своими обедом Вильям. Слева всегда сидел Ной, но сейчас его место оставалось свободным. Ребята некоторое время смотрели на пустой стул слева от Нейта, каждый из них вспоминал Малого, который создавал хаос из нечего в любом месте. Даже в столовой.

— Кэп, когда у нас первая игра? — поинтересовался Скотт, приступая к своему обеду. Он открыл свою баночку с соком, Люк рядом замычал, он сидел с набитым ртом и просил друга открыть его сок тоже. Закатив глаза, девяносто шестой номер выполнил просьбу.

Нейтан чувствовал, как в груди расползается тепло от давно забытого «кэп». Скотти начал его так называть в восьмом классе, когда тренер распределял позиции игроков, а Нейтану позволили вести команду за собой, стать лидером. Команда поддержала кандидатуру Брауна. Никто не пытался занять его место, потому что «кэп» у них был всегда один.

— Тренер ведь понимает, что первый матч нам не вывезти? — продолжил Скотт, набивая рот листьями салата.

— Понимает, — признался Нейтан. — Но это не значит, что мы должны сдаться до того, как начнётся бой. Мы должны побороться. А игра через две недели, нам придётся сильно попотеть. Готовы?

— Мы всегда готовы, — фыркнул Лукас.

Атмосфера за столом не поменялась. Они не общались своей большой компанией целый год. Они выросли, некоторые черты характера поменялись, но даже спустя такой большой промежуток времени друзья оставались близкими людьми.

На несколько минут повисло молчание, Лукас собирался что-то сказать, но по взгляду все замечали, что он не решался. Нейтан понимал, что своим поведением, недавней истерикой на глазах всей школы в день годовщины смерти брата, он заставляет окружающих волноваться о своём состоянии.

Но он в порядке. По крайней мере, будет, когда придёт время играть перед зрителями.

— А ты сам как? — не мигая смотря на капитана, всё же задал интересующий вопрос Сомерс. — Уверен, что готов вернуться? Панические атаки прекратились?

Вильям уставился на Нейтана, он больше остальных желал услышать ответ, потому что он сам не был уверен в себе. И он не понимал, как Браун может верить в себя. Думать и знать, что справишься — разные вещи. И если Нейтан лишь думал об успехе в преодолении трудностей, думал о борьбе со своими страхами, то младший товарищ уже заранее знал, что справиться с болью, оправиться от потери — невозможно. И вернуться к любимому делу, где не будет родного и близкого человека, тяжелее, чем кажется.

Сам Брук согласился вернуться в команду только потому, что доверял своему капитану — старшему товарищу, который в каком-то смысле стал для Вильяма наставником и учителем, старшим братом. Вили доверял Нейтану свою жизнь. И сейчас ему тоже хотелось почувствовать в капитане того самого защитника, каким он был для команды раньше.

— Я не могу вам врать, — опустив взгляд, произнёс Нейтан. Его голос дрогнул, и младшенький из друзей кивнул, сжав губы в тонкую линию.

Глупо надеяться, что Браун готов вернуться в спорт, в команду, которая каждый день будет напоминать ему о брате, без боли в груди.

— Я не готов. Мне тяжело. И одна мысль об игре вызывает дрожь — об игре, где не будет брата. Но я должен попробовать. Судьба «Тигров» слишком сильно меня волнует. Я попал в команду благодаря наглости Ноя, и я должен сохранить её ради него.

— Мы поможем, кэп, — пережёвывая свой салат, со слабой улыбкой на лице говорил Скотт. — Правда, малыш Вили?

— Я не хочу в основной состав, — неожиданно для всех произнёс Вильям, заставляя Скотта подавиться обедом. Несмотря на юный возраст и на неопределённое положение в команде, Брук был вторым хорошим игроком.

Отец — тренер команды — практически с пелёнок учил Вильяма играть, все его детские игрушки — это мячи, игрушечное поле для баскетбола, даже вместо кукол или машинок у него были фигурки знаменитых баскетболистов. И всю свою жизнь Вильям ненавидел спорт. Но продолжал учиться, развиваться — сначала из-за отца, а потом ради Ноя.

Браун не удивился просьбе Вильяма. Он знал, что тяжелые времена проживал не только он, но и младший друг. Знал, насколько крепкая дружба связывала брата с Вильямом, поэтому капитану осталось только одно — согласиться с условием Брука. Нейтан вернулся не только для того, чтобы сохранить жизнь «Тиграм», он хотел помочь друзьям. И Вильям оказался тем, кому помощь требовалась в первую очередь.

— Я согласен вернуться в команду и помогать вам на тренировках, но я не хочу выходить на площадку во время матчей, — пытаясь как-то оправдать себя перед друзьями, говорил Вильям. — Вам нужно найти кого-то, кто заменит меня.

— Вильям, тебя невозможно заменить! — возмутился Люк, ударяя слабо сжатым кулаком по столу. Баночка перевернулась, сок залил стол и тарелки друзей. Скотти зашипел, когда несколько капель попали ему на брюки. — Перестань нести чушь.

— Ты не будешь играть, пока сам не захочешь, — прерывая возмущения друзей, ответил Нейтан. Лукас горел от возмущения. — Я не собираюсь заставлять тебя выходить на площадку через силу. Спасибо, что ты вернулся, мне этого достаточно. Ваше присутствие и поддержка — мне этого хватит, чтобы вытащить «Тигров» из задницы.

Вильям кивнул, мысленно благодаря друга за понимание.

— Малой врезал бы тебе подносом по голове прямо сейчас, — выразил недовольство Скотти, не отрываясь от своего дела — он вытирал салфетками стол.

Имя Ноя Брауна часто упоминалось среди друзей. Они постоянно вспоминали о нём. И Нейтан понимал, что он никогда не сможет убежать от этого. Брат всегда будет присутствовать в их общении, и Браун пока не понял — радует его это или злит.

— Нет, правда, почему ты не хочешь? — давил Боуи.

— Скотт, — холодным тоном произнёс Нейтан. Он бросил на девяносто шестой номер такой же ледяной, как голос, взгляд, заставляя друга тут же отступить. Вопросы Вильяму больше не задавали. И он снова взглядом благодарил капитана за помощь.

Эти парни, находясь в разлуке, совсем забыли, какое сильное влияние имели друг на друга. Они были лучшими друзьями, понимали друг друга с полуслова, и они потеряли слишком много времени, проживая свои жизни по отдельности. Но теперь всё налаживалось. Каждый из них двигался к своему исцелению, а другие им в этом помогали.

Вечером, когда Нейтан вернулся домой, его удивлению не было предела. Натали, пропадающая на работе сутками напролёт, приехала со смены пораньше. И она готовила ужин в компании младшей дочери, обсуждая с ней её школьные дела.

Когда Лили увидела брата, наблюдающего за ними из коридора, она побежала к нему, крепко обнимая за ноги. Ростом девочка была в маму, как и Ной, поэтому она могла обнимать только коленки Нейта, пока он сам не опускался рядом с ней или не брал на руки, чтобы она могла положить руки на плечи.

— А мамочка готовит торт! — радостно говорила Лилибет. — А ещё мы собираемся жарить стейки, а в духовке уже запекается картофель с овощами. Это я маме рассказала, что ты возвращаешься в команду, я молодец, братик?

Нейтан снова перестал успевать за потоком речи сестры. Но он успел понять, что мама в курсе его возвращения в спорт и, кажется, по такому случаю она готовила праздничный ужин. Будь Нейтан таким же эмоциональным, как и Лили, он бы уронил на челюсть пол от шока, однако на его лице сохранялось спокойствие и равнодушие.

— Детка, иди в комнату, выключи телевизор, — попросила дочку Натали. Лили тут же разогналась и побежала в зал выполнять просьбу мамы. — Ты вернулся в баскетбольный клуб? — задала вопрос Натали, смотря на сына. Она знала ответ, прослушала о возвращения Нейта в спорт целый час от Лили, но сейчас она хотела получить ответ лично от сына.

— Ты против? — задал встречный вопрос Нейтан.

Старшеклассник прошёл по кухне, встал рядом с окном, прислоняясь к подоконнику. Его руки сложены на груди, мышцы на лице напряжены. Нейт ждал от матери бурной реакции, негативной, какая, была у Агнес, однако настрой Натали не казался ему враждебным.

— Не думаю, что моё мнение изменит твоё решение, — отворачиваясь от сына и возвращаясь к украшению торта ягодами, говорила мама. — Но если тебе интересно, я не против. Мне просто неспокойно.

— Я в порядке.

— Хочу тебе верить.

— Ноя убил не баскетбол, мама, — произнёс Нейтан.

Из рук Натали выпало несколько ягод. Она снова делала это — раздражалась после каждого упоминания о сыне.

— И я хочу заново полюбить его.

— Будь осторожен по вечерам, — попросила заместитель шерифа, решая игнорировать тему, которую они обсуждали. — В городе сейчас неспокойно.

— Поэтому ты пропадаешь на работе чаще, чем дома?

— У меня много работы.

— Ты всё ещё пытаешься найти того, кто убил Ноя? — спросил Нейт.

Натали перестала украшать торт. Она опустила голову, её плечи дрожали. Сейчас она выглядела так же, как и в то утро, когда ей позвонили из участка. В тот день, когда все узнали о смерти Ноя. И мама снова плакала, не показывая влажное от слез лицо сыну.

— Думаешь, что найдя убийцу, тебе станет легче? — продолжал Нейтан. — Что сможешь потом вернуться домой, словно ничего и не было? А не думала о том, что ты будешь не нужна своим детям после того, как ты отомстишь за Ноя?

— Перестань.

— Ты живёшь в своём участке, бегаешь за призраком, которого возможно и в городе уже давно нет. У тебя нет ни улик, ни зацепок, ни подозреваемых, так почему ты не можешь отпустить эту глупую затею?

Парень не замечал, как его голос становился громче, он переходил на крик.

— Ты недостаточно умна, мама, чтобы найти того, кто убил Ноя! А когда ты это поймёшь и вернёшься к нам, будет уже слишком поздно. Потому что в погоне за убийцей ты потеряешь нас. Он убил не только Ноя. Одержимость им убьет для тебя нас.

— Хватит, Нейтан.

— Ты просто дура, — бросил слова Нейтан, ни капли о них не жалея. От злости подросток ударил кулаком по подоконнику. Натали задрожала ещё больше. — Лили растёт без тебя, она нуждается в материнской любви, а ты даже ночевать забываешь приходить. Почему я должен волноваться из-за взросления Агнес, а не ты? Ты вообще помнишь, что у тебя есть две девочки? Они нуждаются в тебе!

— Мне тяжело!

— Никому в этом доме не легко, чёрт возьми. Мой брат умер, мама! И я пытаюсь справляться с этим, потому что у меня есть сёстры, которые не должны видеть во мне ещё одного мёртвого родственника. Когда ты расскажешь им, что вы с папой разводитесь?

— Откуда ты знаешь? — растерянно спросила мать.

— Брось, мне не пять лет, — скривив лицо из-за глупости матери, ответил Нейтан. — Хватит хранить секреты, расскажи Агнес и Лили, что папа не в командировке, что он просто бросил тебя, потому что с тобой невозможно жить! Ты должна оставаться нашей матерью, однако у меня такое ощущение, будто мы стали сиротами.

Натали перевернула тарелку, на которую она переложила коржи. Бисквит развалился, тарелка разбилась. Ягоды посыпались на пол, разлетаясь в стороны.

На звук прибежала Лили. Её глаза наполнились слезами, когда она увидела разрушенные заготовки для торта. Натали тяжело дышала, она выглядела злой, готовой наброситься на любого, кто скажет ей ещё хоть слово. И Нейтан видел в ней себя — ту версию Нейтана, с которой он боролся каждый день. И он понял, что мать боролась со своими демонами. Но она проигрывала в отличие от сына. Потому что он находил причины жить дальше, потому что он видел свет, а Натали не видела абсолютно ничего — чистейшая темнота, ею двигала только месть, которая тянула её на самое тёмное дно.

— Пойдём, кроха.

Нейтан взял сестру на руки, пытаясь увести её подальше от матери. Они остановились в коридоре, брат помог Лилибет надеть её красивые кроссовки, накинул на её плечи куртку, снова взял на руки, и они вдвоём вышли из дома.

Лили, прижавшись к плечу брата, тихо плакала.

— Куда мы идём? — спросила она.

— В наше кафе, я собираюсь угостить тебя самым вкусным куском торта. Отпразднуем моё возвращение в команду? — пытаясь выдавить улыбку, чтобы не расстраивать младшую сестру ещё больше, говорил Браун.

— Только вдвоём?

— Только ты поддерживаешь моё решение, Лили. Поэтому сегодняшний праздник только для нас двоих. Мы напишем Агнес, если она захочет — придёт, а если нет, то мы не будем её заставлять. Нашей сестре нужно больше свободы, поэтому мы не будем нарушать её границы.

— Мама и папа правда разводятся? — всё же спросила Лилибет.

Она всё слышала. Нейтан не мог надеяться, что сестры ничего не узнают.

Лилибет умеет подслушивать. Если Агнес сама могла предположить о разрыве родителей, сопоставив события. То Лили могла узнать, только подслушав разговор на эту тему, а сегодня диалог между старшим сыном и вечно уставшей мамой был чересчур громким.

— Мне жаль, мелкая. Но им так будет лучше. И нам тоже. Тебе ведь надоели их ссоры, когда папа был дома, правда? — сестра кивнула головой. — И мне тоже. Но развод родителей не значит, что мы больше не увидим папу. Скоро всё наладится, мы будем часто видеться. Не расстраивайся, Лили.

— Как прошла первая тренировка?

— Вполне... — начал Нейтан и замолчал. Он не знал, какими словами можно описать первую тренировку, потому что она была ужасной.

Ребята из команды не видели друг друга на площадке, играли каждый сам за себя. К концу тренер даже покинул зал, потому что не мог смотреть на своих калек.

На тренировку у парней было всего тридцать минут. И этого оказалось достаточно, чтобы Нейтан собственными глазами увидел, в каком ужасном положении пребывает команда.

— Сносно, — продолжил брат, пытаясь врать как можно уверенее. Он не хотел расстраивать младшенькую Браун сегодня ещё больше. — В следующий раз она пройдёт лучше.

— Я верю тебе, — Лили снова положила голову на плечо брата. Она уже достаточно взрослая, но сила Нейтана и его рост позволяли ему иногда носить сестрёнку на руках или катать на спине, поэтому сейчас Лилибет наслаждалась моментом. — Я жду куртку победителя, — напомнила она.

И Нейтан засмеялся — искренне, громко. Только младшая сестра вызывала у него настоящие эмоции.

— И ты её получишь. Я выиграю ради тебя, мелкая.