Одержимая...

В машине играла легкая и приятная музыка, от которой не стоит комок в горле. После школы за мной заехала мама и мы едем к моему психиатру, который сдирает с нас не малую сумму денег, никак не помогая мне.

Проблема в том, что мне не помогают его методы. Я и вовсе не слушаю его, а он мне все твердит, что я должна меньше думать о плохом. Я перепробовала все, что только можно было, но все возвращалось к суициду. Умирать в столь ранний возраст, мне конечно же не хочется и я решила для себя, что буду бороться за жизнь, чего бы мне это не стоило.

- Одри, я прошу тебя, милая, слушай его, - Карен просит каждый раз, когда мы приезжает к психологу.

- Мам, да, я знаю, - кивая головой, я тяжело вздыхаю, обещая маме то, чего конечно же никогда не выполняю.

- Удачи, - кричит мне мама в след, когда я направляюсь к двери здания.

Войдя в здание, первое, на что я посмотрела - лифт, который отдавал золотистый оттенок. Красная дорожка была направлена прямо к лифту, а по бокам были удобные диванчики, на которых можно было расположиться и дождаться своей очереди. Стены первого этажа были окрашены в персиковый цвет и больше ничего. Неподалеку от лифта была расположена закругленная лестница, которая вела на второй этаж, а там и на остальные два этажа. Самое здание представляло из себя «коттедж», в котором были поселены люди с некими отклонениями, вроде как у меня. Мой третий по счету лечащий врач находился на втором этаже, где находились и палаты этих бедняг. Когда я приезжаю в это место, то постоянно слышу визги и крики одной из пациентки.

В бланках, которые висели на передней стороне двери, я узнала, что эта женщина одна из политиков, которые сражаются со всем, что им только попадается в руки. Заумными словами я объяснять никогда не умела, да и запомнить их деятельность, для меня - это тоже самое, что мартышке объяснить о том, что люди тоже едят бананы. Интересное то, что ее лечением никто не занимается и кажется, его забросят оставив ее одну. Однажды, когда я приехала на очередное занятие, то встретилась с ней лицом к лицу, и могу сказать точно, что видок у нее из лучших: потрепанные длинные волосы, на которых уже были колтуны как у животных, ее тело покрылось какими-то пятнами и стало бледнее, нежели тогда, на фотографиях. Тело политика - ужасно. Оно было ужасно худощавым, и кажется, что в этом месте, ее не кормят и не следят ха распорядком дня. Появились мешки под глазами, которые полностью выдавали ее новый имидж. Она пристально смотрела в одну точку, когда я встретила ее. Я, была всегда убеждена, что политики - это люди, совершенно из другой планеты, которых интересует только одно - политика. Она что-то говорила, и говорила далеко не про политики. Ее язык заплетался и говорила она довольно-таки не внятно. Понять ее - это огромный труд, но когда она подошла ближе, то стало все намного понятнее. То ли я, такая же, как и она, то ли это совпадение.

- Можно? - постучав и немного приоткрыв дверь, спросила я.

- Да, - мужчина повернулся ко мне на своем кожаном кресло.

Пройдя внутрь кабинета, я постоянно чувствовала в нем какую-то опасность, которая грозит всем.

- Вот, я пришла, - произношу я, и присаживаюсь напротив мистера Элитсона.

Его кабинет был в светлых тонах, среди которых было столько злобы и страха. Нежно-зеленые стены, считались с белыми шторами, которые чаще всего были снаружи, так как окна в кабинете постоянно были открыты. На полу был постелен ковер, по которому постоянно ходили в грязной обуви. Кажется, ему далеко все равно, что ковер пачкается. Возле окна стоял рабочий стол из дерева, на котором, было все то, что есть обычно на столах: лампа, какие-то пачки с документами, ноутбук, множество ручек и карандашей, также возле лампы стояла семейная фотография, где он со своей женой и детьми. Так же, в этом кабинете, был шкаф, а возле шкафа комод с рыбками, на которых я чаще всего обращала внимание, а не на своего доктора.

- Чувствуешь что-нибудь? - док задает странный вопрос, наблюдая за тем, как я в который раз разглядываю кабинет.

- А должна? - я поднимаю брови и смотрю на мистера Элитсона. Это что, вопрос с подвохом или мне показалось?

- Ну, я подумал, может у тебя есть какие-то определенные способности, которые влияют на тебя, немного иначе, как на других людей, - мужчина пожимает плечами и вычеркивает из блокнота то, что написал до моего прихода. - Хотя, и этот вариант нельзя отрицать, - он обвел в овал то, что зачеркнул секунду назад.

- Вы слишком много думаете, мистер Элитсон, - я усмехнулась и убрала прядь волос за ухо. - Я с ума схожу, а не способности отталкиваю.

- Ты в этом уверена? - он поднимает брови и поправляет очки, которые были у него на носу.

- А вы? - я повторяю те же действия с бровями, что и он.

- Я не исключаю вариант со способностями, - мужчина делает которую паузу. - Ведь, возможно, у тебя и правда есть определенные способности, Одри.

- А если их нет? - я затеваю игру, которая, как я уже знаю, заходит в тупик. - Это ведь далеко не способности. Хорошо, допустим, это и есть способности, но почему они отражаются на мне таким образом?

- Ну, я... - мужчина делает глубокий вдох, проведя платком по лбу. - Я не знаю.

- Мистер Элитсон, вы мне не помогаете, - выпаливаю то, что держала около месяца в себе. - Я скорее, повешусь, чем дождусь какого-либо результата. Мистер Элитсон, если я умру, то знайте лишь одно: я от вас не отстану.

В его взгляде читался испуг. Своими словами, я напугала бедного мистера Элитсона, который даже и не знал, куда уже деваться.

Наше молчание прервал крик, который доносился из конца коридора. Переглянувшись с мистером Элитсоном, мы встаем со своих мест и выбегаем из кабинета, глядя в ту сторону, откуда доносился этот ужасный крик. Вокруг пациента столпилось множество санитаров, которые пытались вколоть успокоительное.
- Почему вы ему не помогаете? - перепугано спрашиваю я, находившись неподалеку от мужчины.

- Он обречен, Одри, - спокойно говорит мужчина, не сделав ни шагу ближе к своему пациенту.

- Как вы можете так говорить? - переходя на крик, я задаю вопрос мужчине, которому все равно, на судьбу своих пациентов. - У него ведь есть шанс!

- У него нет ни малейшего шанса, Одри! - мистер Элитсон перевод взгляд на меня, отвечая спокойным голосом. - В скором времени, он умрет, и я не могу ему помочь.

- Вы... - слезы подступали в самый неподходящий момент. Показывать свою слабость при нем, когда с ним, меня ждет тоже самое - смерть. - Вы ничтожество, мистер Элитсон. Как вы можете так говорить, если человек еще жив и он хочет жить? - запустив руку в волосы, я сжимая их, нервно дыша. - Вы его уже хороните, даже не зная, может ему удастся выжить! Может он сможет!

- Одри, я повторюсь последний раз: он не выживет. У него нет шансов! - уже на крик переходит и мой лечащий врач.

- Вы мерзкий и до жути жалкий! Если бы это случилось с вашими детьми, вы бы нашли способ их спасти! У него тоже есть дети, есть внуки, - я уже не соображала, что говорю. Возможно, он и прав, что шансов у него и вовсе нет, но каждый будет бороться за свою жизнь и не думаю, что кто-нибудь, захочет расстаться с жизнью. - Вы слабый... - последнее, что говорю я, глядя в лицо своему доктору.

Он растерян и не ожидал услышать этого. Не каждый из его пациентов, выскажет все прямо в лицо, не задумавшись о последствиях. Чаще всего, пациенты молчат и соглашаются с каждым его словом, но находились такие люди, которые говорили, что думали. Я - одна из немногих людей, которые именно так и делали.

Заскочив в кабинет, я забираю свой рюкзак и, повесив его на правое лицо, быстро выбегаю из кабинета, направляясь к лестнице. За этот месяц, мы с мистером Элитсоном довольно-таки ссорились, говорили друг другу неприятные слова, но он все равно продолжал «помогать» мне. Уже завтра я приеду к нему, мы любезно побеседуем и он попросит рассказать о том, что со мной снова приключилось.

Сбежав по лестнице на первый этаж, я огляделась по сторонам, вытерев рукавом слезы, которые я так и сумела сдержать.

Молодая девушка в белом халате стояла за стойкой регистрации, и что-то писала в одной из карточек. На черных, кожаных диванчиках, сидели только что прибывшие пациенты, или же те, кто просто вышли прогуляться. Из этой лечебницы еще никто не выходил здоровым. Наоборот, люди здесь только и делали, что все больше и больше сходили с ума.

Я выбегаю из здания, вытирая ладонью слезы, стекавшие по щекам. В красном автомобиле сидела мама, с журналом в руке. Делая глубокие вдохи, я поворачиваюсь спиной к машине и стараюсь как можно быстрее успокоиться. Крики так и были слышны. Ну, по крайней мере, их слышала я. Все те, кто находился на первом этаже, изредка поглядывали в сторону лестнице и нервно смеялись. Не Дай Бог оказаться на их месте, и попасть в эту же лечебницу.

- Одри, - слышу голос матери, которая вышла из машины. - Ты чего не у доктора?

- А? - я задаю встречный вопрос и, обняв себя двумя руками, оборачиваюсь к маме. - Он отпустил меня. Сказал, что на сегодня хватит, а еще у него много дел, - пожимая плечами, я улыбаюсь уголками губ.

- Странно, - мама хмурит взгляд и открывает дверь машины. - Садись, заедем сначала в магазин за продуктами, а потом домой, - женщина как всегда мне мило улыбается и садится обратно в машины, закрывая за собой дверь.

Я молча сажусь в теплый салон и снимаю с плеча рюкзак, положив его себе на колени. Мама заводит машину и мы едем в ближайший магазин, который находится возле дома. Всю дорогу в магазин, я смотрела в окно.

- Подождешь меня в машине или пойдешь со мной? - мама припарковалась на одном из мест на парковке и взяла с задних мест свою сумку.

- Я подожду тебя в машине, - произнеся эти слова, я зеваю и съежившись, прикрыла глаза.

- Я быстро, - нежным голосом говорит мама и вышла из машины, оставив меня одну.

Приоткрыв сначала один глаз, а после уже и второй, вижу, что нахожусь в своей комнате. За окном уже темнеет, и фонари, которые стояли возле каждого дома, зажглись освещая проезжую часть. Я протерла глаза и в который раз зевнув, встала с кровати и вышла из комнаты. В комнате Оливера горел яркий свет и были слышны звуки приставки, которую подарили ему родители на праздник. Из кухни доносился голос мамы и изредка был слышен голос папу. Несколько раз прозвучало мое имя, а значит они разговаривают обо мне. Знаю, что подслушивать не хорошо, но когда такое дело, то можно сделать исключение. Я осторожно спускаюсь по лестнице в гостиную комнату и встав рядом с аркой ведущей на кухню, прижалась к стене, внимательно прислушиваясь к их разговору.

-- Карен, что он сказал? - взволнованным голосом спрашивает папа.

- Он сказал, что Одри ему угрожала, - устало говорит мама. - Джон, это был четвертый психиатр за год.

- Карен, ты же знаешь характер Одри. Вдруг она и правда выразилась немного неправильно?

- Джон, я знаю нашу дочь лучше тебя и знаю ее характер. Да, она может наговорить лишнего, не смотря на то, кто перед ней стоит, но и этот доктор тоже хорош, - уверено отвечает мама, положив мобильный на стол.

Опустив голову, я заправила прядь волос за ухо и бесшумно вздохнула, в который раз убеждаясь, что я не смогу стать нормальным человеком. Для меня это нереально. Я поднялась в свою и осторожно закрыв дверь, села возле нее. Много мыслей сейчас в голове и только о том, как родителям со мной сложно. Я считала себя ужасной дочкой, раз со мной такое случилось и им приходится водиться со мной как с маленькой, вечно договариваться с какими-то людьми и платить им не маленькую сумму денег, лишь бы спасти свою единственную дочь.

Я поднялась с пола и подойдя к кровати, взяла свой мобильный и набрала Кейси. Кейси - одна из немногих, кто остался со мной в этой трудной ситуации и не бросила меня. Мы договорились с ней пройти по Бурбон - стрит (фр. Rue Bourbon - центральная и одна из самых известных улиц квартала). Нам нравилось прогуливаться вечерами по Новому Орлеану. Много народа и вечный запах алкоголя в заведениях. Если быть точнее, то нам нравилось гулять по французскому кварталу, как его называют - квартал ведьм. Как только мы заходили в квартал, то сразу же вспоминались истории и множества сериалов, связанные с Новым Орлеаном.

Достав из шкафа футболку серого цвета, джинсы светло-синего цвета и кеды, я расправилась с одеждой, захватив с собой кардиган. Главное - это пробраться мимо родителей, чтобы они не заметили моего исчезновения. Хотя, на улице не так уж и поздно, чтобы волноваться за меня.

- Может позовем еще кого-нибудь? - предложила Кейси, поправив лямки рюкзака, который висел у нее на плечах.

- Кейс, это утомительно долго, - отвечаю на ее вопрос, делаю глубокие вдохи свежего ветерка. - У меня теперь масса свободного времени, поэтому завтра мы можем погулять все вместе, - я осторожно пожимаю плечами и посмотрев на свою подругу, улыбаюсь уголками губ.

- А как же твой психотерапевт? - вопросительным взглядом, подруга посмотрела на меня и подняла брови.

- Он от меня отказался, - судорожно вздыхая, отвожу взгляд в сторону.

- Как отказался? Твои же родители платили достаточно большие деньги, а он просто взял и отказался?

- Нет, Кейс, это произошло из-за того, что я высказала ему свое мнение. Знаешь, правда все же правильно говорят, что правда глаза колит.

- Что ты ему наговорила? - она усмехнулась.

- Поверь, я сказала только правду, а он перевернул все так, что я осталась виноватой и в добавок угрожала ему, - закатывая глаза, я издаю недолгий смешок. - Такое ощущение, что напугала его пистолетом, или же ножом.

- Думаешь преувеличивает? - подруга сверлит меня взглядом, ожидая ответа.

- Не думаю, а знаю, - кивком и словами, я подтверждаю ее слова.

На улице играла громкая музыка и танцевали люди, что было вполне нормально для Нового Орлеана. Переглянувшись с Кейси, мы начали делать тоже самое, что делали и остальные. Возле нас было достаточно много людей и каждого из них, доносился резкий или же противный аромат, от которых хотелось спрятаться далеко и надолго. К примеру, мужчина, танцующий со мной рядом, переборщил с одеколоном и теперь он бьет прямо в мозги. Слева от меня стояла девушка, от некоторой исходил аромат сигарет. Хотя, это не такой уж и противный аромат, нежели резкий запах одеколона.

- Одри, смотри! - подруга хватает меня за руку, привлекая к себе внимание. - Пошли? - она указывает на дверь, где располагалась гадалка, или же, как ее называют - ведьма.

- Зачем? - хмурю взгляд, прожигаю взглядом дверь. Мне эта идея совсем не понравилась.

- Как зачем? Узнать что-нибудь про тебя, а потом и про меня, - не обращая внимания на то, что я вырывалась, подруга тащила меня за собой к двери. - Только, сначала, спросим про меня, хорошо? Это будет недолго, не то что с тобой, - усмехнулась та, дотащив меня до двери.

Я поправила свой кардиган и подняла злобный взгляд на подругу, которая уже стояла с щенячими глазками.

- Ладно, - через несколько минут я уже сдалась и согласилась пойти с подругой. Мне и самой хочется узнать, что со мной не так и буду ли я вообще нормальным человеком.

Зайдя в помещение, по телу сразу же пробежали мурашки по коже, которые добавляли все больше и больше страха. Тусклый свет ламп освещал узкий, длинный коридор, ведущий в комнате к гадалке. Стены были выкрашены в черный цвет и в некоторых местах, кажется, висели шторы бордового цвета. Я, конечно, не знаю, зачем тут шторы. Может быть комнаты, а может быть что-то такое, чего нам знать не нужно.

Подходя ближе к комнате, мы услышали то, из-за чего внутри все остановилось:

- Я вас ждала, - голос гадалки был слышан из той самой комнаты.

Кейси сжала мою руку и уже, собралась уходить назад, как вдруг я ее остановила.

- Кейси, мы должны, - шепотом говорила я, сжав ладонь подруги в своей. - Ты же так хотела...

-- Теперь не хочу, - быстро говорила подруга, глядя в черный проем. - Тут жутко...

- Не бойся, - я попыталась как можно спокойнее произнести эти слова, хотя у самой внутри все переворачивалось.

Сначала, в комнату к гадалке, зашла я, а потом уже и Кейси, все время оглядываясь назад. Я обняла себя и смотрела на странную гадалку, которая одним своим взглядом, добавляла больше жути в атмосферу.

- Садись, - глядя на меня, она рукой указала на место напротив нее.

Я послушалась гадалку и села на против нее, вглядываясь ей в глаза.

- Протяни ладонь, - командовала женщина и я слушалась ее, выполняя все требования, которые она мне говорила. - От судьбы не убежишь, - выдает гадалка, проведя пальцами по моей ладони.
- Что? - расширив глаза, я наблюдала за действиями гадалки. - Что вы имеете в виду? О чем вы? - я медленно подняла голову на женщину, которая так внимательно рассматривала мою ладонь.

- Ты уже знаешь свою судьбу, выговаривала она не отрываясь от ладони. - Эта тень, тебя убьет, - женщина поднимает свой безумный взгляд на меня и начинает улыбаться. В этот момент, мне становится куда более страшнее, и я начинаю вырываться, уйти подальше от гадалки, но та сжала ладонь сильнее. - Знай, тень сильнее тебя и тебе ее не победить, - она начинает истерически смеяться, от чего я пугаюсь еще больше.

- Замолчите! - резко крикнула я, как вдруг все стекла, чтобы были в этой комнате, разбиваются.

Женщина наконец-то отпускает мою руку и я, схватившись за голову, быстро выбежала из душного помещения. На улице было хоть и шумно, прохладновато, но зато я ощущала себя куда более спокойнее и лучше.
- Ты как? - послышался голос подруги, которая через несколько секунд вышла ко мне.

- В порядке, - делая судорожный вздох и выдох, я приложила ладонь ко лбу.

- Точно? - она встает на против меня и кладет руки мне на плечи.

- Ну, - я поднимаю взгляд на подругу, у которой акссесуарные очки остались без стекол. - Ты лешилась стекол в очках, - я кивком указываю на ее очки, которые были на лицо.

- Знаешь, я почему-то так и подумала, - Кейси пытается меня подбодрить, но у нее это плохо получается. Девушка снимает очки и смотрит в то место, где должны были быть стекла.

- Я куплю тебе новые.

- Нет, не нужно, - она наотрез отказывается от моего предложения. - Ты дороже, чем какие-то там очки. Я могу купить новые, труда не составит.

- Хорошо, - кивая головой, я слабо улыбаюсь, чтобы доказать то, что настроение у меня нормальное.

- Идем, - подруга осторожно берет меня под руку и ведет в ту сторону, где все танцевали.

Громкая музыка долбила в уши, и я, с каждым разом убеждалась в том, что спасения мне не найти. Психиаторы помочь не могут, самая сильная гадалка в квартале истерически смеется и говорит, что долго я не протяну.

Открыв дверь дома, я захожу в теплое помещение и закрыв дверь, снимаю кеды. Из гостинной появляются мама и папа, которые, держа в руках телефоны, подбежали ко мне и стали внимательно разглядывать.

- Одри, ты где была? - спрашивает мама, снимая с меня кардиган.

- Гуляла, - все, что отвечаю ей и поднимаю по лестнице в комнату.

- Уже ведь поздно и темно, - теперь был слышен голос папу.

- Я уже взрослая, ничего со мной не случится, - поднявшись на второй этаж, я хлопнула дверью и плюхнулась на кровать, закрыв ладонями лицо.

Я совсем не то хотела услышать. Я надеялась, что есть хоть какая-то зацепка, даже не глядя на то, что я смирилась со своей смертью и принимаю это. Обидно, что все так получилось и теперь, я точно знаю, что все так, как я и говорила миссис Лерман.

- Можно? - мама постучалась ко мне в комнату и заглянула внутрь.

- Да, - я встала с кресла, поправив длинную футболку, в которой спала.

- Ты как? - зайдя в комнату, она закрыла за собой дверь и прошла немного ближе к кровати.

- Мам, я знаю, что мистер Элистон отказался от меня, - я отвожу взгляд в сторону, и снова начинаю кусать губы.

- Откуда? - она удивляется и осторожно поправляет свои волосы.

- Я подслушала ваш с папой разговор, - откинув одеяло в сторону, я приняла сидячее положение и укрыла свои ноги одеялом.

- Одри, послушай, - мама села рядом со мной и взяла за руку. - Ты мой дочь и я все равно буду делать все, чтобы только с тобой было все хорошо и эти приступы оставили тебя в покое, - она крепче сжала мою руку и улыбнулась. - Ты наша дочь и мы с твоим отцом волнуемся, вдруг может что-то случится с тобой.

- Мам, - я перебиваю ее, посмотрев на нее. - Со мной все было хорошо, я была с Кейси.

- Да? И как она?

- С ней все в порядке, живет.

- Ну и хорошо, - кивает женщина, поправив мое одеяло. - Мы любим тебя Одри, помни об этом.

- И я вас, мам, - я улеглась поудобнее и смотрела на маму, улыбаясь ей.

Карен еще немного посидела и, поднявшись с места, поцеловала меня в щеку, а после вышла из комнаты, выключив за собой свет. Прикрыв глаза, я обнимаю теплое одеяло и с улыбкой на губах, медленно погружаясь в царство Морфея.

Мой крик снова разносится по всему дому, который будит родителей и заставляет бежать ко мне в комнату...