Часть 12. Тень прошлого.
После чая мы перешли в мою комнату. Отец ушёл в кабинет, оставив нас наедине. Квик устроился у моих ног, уже окончательно приняв Майка в наш маленький мир.
Майк огляделся, его взгляд снова упал на мой письменный стол, где лежали стопки рукописей.
- Ты сегодня писала?
Я кивнула.
- Немного.
- Можно?
Я немного колебалась, но кивнула.
Он взял несколько страниц, начал читать. В комнате стало тихо, только тиканье часов наполняло воздух.
Я смотрела на него, ловя каждое движение - как он слегка хмурит брови, когда вдумывается, как уголки его губ подрагивают при особенно удачной фразе.
- Это... это правда хорошо, Мэрилин, - сказал он, наконец поднимая глаза.
Я почувствовала тепло внутри.
- Ты так говоришь, потому что мы поцеловались.
Он покачал головой.
- Нет. Это правда. Ты пишешь так, что я вижу это перед глазами.
Я улыбнулась.
- Спасибо.
- Думаешь, когда-нибудь покажешь это кому-то ещё?
Я задумалась.
- Возможно. Но пока мне нравится, что ты - первый, кто читает.
Он улыбнулся.
- Тогда я официально твой первый читатель.
- И критик?
- Только если ты попросишь.
Я засмеялась.
В этот момент я поняла, что страхи, которые преследовали меня раньше, уже не так сильны. Майк не просто вошёл в мою жизнь - он вошёл в неё так, будто всегда здесь был. И мне это нравилось.
Сидя на краю моей кровати, Майк листал страницы моей рукописи, иногда задерживаясь на отдельных абзацах, а я просто смотрела на него, чувствуя себя удивительно спокойно и тишина между нами была комфортной, словно мягкий плед, укутывающий нас двоих.
- В твоих историях часто встречаются матери, - вдруг заметил он, не поднимая глаз от листов.
Я замерла.
- Ты это подметил?
Он кивнул, пробежав пальцами по краю страницы.
- Да. Они разные, но всегда важны. Они влияют на героев, даже если их нет рядом.
Я не знала, куда идёт этот разговор, но внутри уже начало нарастать напряжение.
- Это интересно, - продолжил он, наконец взглянув на меня. - Просто я ни разу не слышал, чтобы ты говорила о своей маме.
Воздух в комнате стал немного тяжелее. Не для него - он всё ещё не понимал. Для меня.
- Где она? - мягко спросил он.
Я опустила глаза.
- Она умерла, - сказала я тихо.
Майк замер.
- Прости, я не знал...
- Всё нормально. Ты ведь не мог знать.
Он внимательно посмотрел на меня, словно пытался понять, сколько боли скрыто за моими словами.
- Это случилось давно?
- В день, когда я родилась, - ответила я, улыбаясь каким-то странным, отстранённым образом.
В его глазах промелькнула боль, но он не сказал ни слова.
- Я никогда её не знала. Только по рассказам отца.
Майк медленно кивнул, но я видела, что он подбирает слова, чтобы сказать что-то важное.
- Он говорит о ней?
Я задумалась.
- Да. Иногда. Не так часто, но... когда говорит, его голос меняется. Будто он уходит в то время, когда она ещё была здесь.
Я на секунду замолчала, а потом добавила:
- Он любит её даже сейчас.
Майк протянул руку, осторожно накрывая мою.
- Это... наверное, тяжело.
Я пожала плечами.
- Я не знаю, как это - терять кого-то, кого ты знал. Я родилась уже без неё, и мне всегда казалось, что её отсутствие - это просто часть меня. Как цвет глаз или форма рук.
Он не отпускал мою руку, но и не давил. Просто был рядом.
- Она бы гордилась тобой, - наконец сказал он.
Я улыбнулась.
- Ты говоришь так, будто знал её.
- Нет, - он улыбнулся в ответ. - Но я знаю тебя.
Мне стало тепло. Не из-за его слов, а из-за того, как он их сказал.
Некоторые люди боятся разговоров о прошлом, но Майк не испугался. Он просто был рядом. И, кажется, мне этого было достаточно.
В комнате было тихо. Только редкие звуки с улицы прорывались через приоткрытое окно: чей-то смех, шум далёкой машины, лай собаки. Майк всё ещё держал мою руку, не говоря ни слова. Он не отводил взгляда, но в его глазах не было жалости - только тепло и понимание.
- Я рад, что спросил, - наконец произнёс он.
Я удивлённо посмотрела на него.
- Правда? Многие стараются обходить эту тему.
- Наверное, потому что боятся сделать больно.
Я кивнула.
- Или боятся услышать что-то, с чем не смогут справиться.
Он задумался.
- Может быть. Но я не хочу делать вид, что прошлого не существует. Оно же часть тебя, верно?
Я улыбнулась.
- Да. И знаешь... Мне не так часто выпадает возможность говорить об этом.
- Тогда я буду рад слушать.
Я смотрела на него, и в груди разливалось странное, но приятное чувство. Тепло от того, что кто-то хочет понять. Не из вежливости, не ради интереса, а потому что ему действительно важно.
Квик, всё это время дремавший рядом, вдруг поднял голову и лениво потянулся, будто прочувствовав настроение комнаты. Он посмотрел на Майка, потом на меня и, сделав важное выражение морды, улёгся обратно, словно окончательно признал гостя в своём доме.
Майк усмехнулся.
- Кажется, я наконец завоевал доверие самого строгого судьи.
- Квик просто устал держать оборону, - фыркнула я.
- Или понял, что у нас с тобой серьёзно.
Я подняла бровь.
- У нас?
- Да, - он чуть наклонился ко мне ближе. - Ты же сама сказала: "Давай попробуем".
Я чувствовала его близость, но не спешила отступать.
- А если я передумала?
- Передумала? - Майк притворился, что обдумывает мои слова. - Ну, тогда мне придётся очаровывать тебя заново.
Я рассмеялась, качая головой.
- Ты слишком самоуверен.
- Просто уверен.
Я посмотрела на него, и мой смех сменился лёгкой улыбкой.
- Ты мне нравишься, Майк.
Он медленно улыбнулся в ответ.
- Я знаю.
Я легонько хлопнула его по плечу, а он засмеялся, ловя мою руку. В этот момент я поняла: рядом с ним всё становится проще. Даже то, что раньше казалось слишком сложным.
Мы сидели так ещё какое-то время, не спеша разрывать эту тишину. Где-то в глубине души я знала: это начало чего-то важного. Чего-то, что будет только нашим.