Глава вторая
Город, который дышит туманом
Поезд замедлил ход. Сквозь мутное стекло окна показались серые крыши и фонари, еле пробивавшиеся сквозь утренний туман. На табличке, полустёртой временем, проступали буквы: Тарнхельм.
Аделина крепче прижала к себе дорожную сумку. Сердце стучало быстрее обычного — будто внутри неё боролись две силы: осторожность и странное, тянущее чувство ожидания.
"Что я вообще здесь делаю? — мелькнула мысль. — Еду в чужой город по просьбе незнакомца. Даже имени не знаю. Всё это звучит как начало дешёвого романа, где героиня пропадает без вести… Но я же не героиня книги. Я человек. Рациональный. Я справлюсь."
Выйдя из вагона, она вдохнула влажный воздух. Здесь пахло сыростью, камнем и чуть заметным ароматом хвои. Туман клубился над землёй так густо, что казалось, город скрывает свои очертания, не позволяя сразу рассмотреть его.
Вокзал был старый, с потемневшими от времени стенами и часами, стрелки которых тикали громче, чем следовало. На платформе почти никого не было — только пара пожилых людей и мужчина в длинном плаще, державший в руках табличку с её именем.
Аделина нерешительно шагнула к нему.
— Госпожа Морозова? — его голос был низкий, вежливый, но без лишней теплот.
Она кивнула.
— Рад приветствовать вас в Тарнхельме. Дом уже готов принять вас.
Слово "дом" прозвучало особенно. Слишком тяжело, будто за ним скрывалось что-то большее, чем просто стены и крыша.
Пока они шли к ожидавшей у вокзала чёрной карете — удивительно старомодной для современности, — Аделина украдкой смотрела по сторонам. Улицы были узкие, мостовые — выложенные камнем. Дома стояли близко друг к другу, окна — высокие и узкие, словно зоркие глаза. Казалось, весь город подглядывает за каждым шагом.
"Здесь время словно застыло," — подумала она. — Или, может быть, просто прячется."
Она снова вспомнила письмо. Ни имени, ни объяснений, только указания. И теперь этот город, этот проводник, этот дом… Всё складывалось в головоломку, где она пока не нашла ни одного угла, чтобы собрать картину.
"Я должна быть осторожной. Но я должна узнать."
Карета остановилась у подножия холма. Вверх вёл путь, обрамлённый мрачными деревьями. Их ветви, обнажённые и узловатые, тянулись в небо, словно руки. На вершине холма темнел силуэт особняка.
И впервые Аделине показалось, что этот дом действительно смотрит на неё.