3 глава
Дни проносились нескончаемой чередой, приближая зимнюю пору. Первый снег погрузил городок в сон: улицы, крыши домов, верхушки деревьев - все замерло.
Однако соловьи в своем гнездышке уверенно заводили свою песню, грезя о поре, когда мир оживает и все вокруг охватывает бурное цветение.
Мишель, будучи верной своим словам, приступила к тренировкам со всем усердием. В первые разы у нее не получалось сыграться с остальными учениками, отчего все испытывали неловкость и даже некоторое сожаление.
— Учитель, сможем ли мы успеть? Все же Мишель только приступила к занятиям. — спросила Асоль после первой репетиции.
Тогда они так и не смогли достигнуть слаженности. Включение в состав еще одной скрипачки не только добавило, но и вскрыло давние проблемы. Их уровень и манера игры сильно отличались друг от друга, составить из таких разрозненных деталей цельную картину казалось недостижимым.
— Ты не хочешь играть с ней на конкурсе? - мягко поинтересовался учитель.
— Это не так, - твердо заявила девочка.— Вы всегда учили нас ценить сам момент выступления, а не возможные награды. Дело не в этом. Я боюсь, что для нее это может быть слишком. Мишель очень расстроилась после репетиции. Если мы покажем плохой результат, она может начать винить в этом себя. Николя ведь тоже...
— Я понимаю, о чем ты говоришь, но тебе не стоит переживать. Ты сама замечаешь их схожесть, поэтому должна понимать, что трудности только подстегнут их работать усерднее. Мое дело - направлять их и не дать слишком сильно себя измотать.
— Раз вы так говорите, то я вам доверюсь. Мы тоже хотим ей помочь.
— Это отлично. Старшим свойственно стыдиться, когда они не так хороши, как их младшие товарищи, не дайте ей обмануться.
***
Как Рэйн и представлял, юная скрипачка безостановочно занималась, в попытках достичь желаемого звучания. Застав ее в кабинете с пол часа раньше, чем было оговорено, он не был удивлен:
— Совсем не щадишь ни себя, не скрипку. Хоть домой после школы заходила? - сказал мужчина, обращая внимание девушки на себя.
Та, прекратив играть, возмутилась.
— Вы же сами утверждали, что мне нужно тренироваться усерднее, если я хочу успеть.
Учитель с досадой вздохнул и забрал из рук ошарашенной скрипачки ее инструмент, игнорируя протесты.
— Если ты восприняла это как «пахать, как проклятая, пока не упаду без сил», то вынужден тебя огорчить, я имел ввиду совсем не это, — укоризненно пояснил Рэйн. — В чем смысл раз за разом повторять одни и те же ошибки, надеясь на изменение? Это больше похоже на безумие.
— Тогда что мне делать? Я не знаю, как мне играть по-другому, - угрюмо спросила девушка.
Учитель позвал ее за собой, пройдя в коридор. Тогда Мишель заметила в его руках небольшой бумажный пакет. Проследовав до окна, возле которого располагалась знакомая зона отдыха, он предложил ей присесть и занял место напротив. На поверхность стола Рэйн поставил пакет, принявшись выкладывать содержимое.
— Что это? - недоумевающе спросила девушка.
— Одно из средств, помогающих стать профессиональным скрипачом, - ответил учитель, загадочно улыбнувшись.
Мишель с любопытством наблюдала за ним, пока на ее сторону стола не опустился... контейнер. С едой. На безмолвный вопрос девушки Рэйн невозмутимо ответил:
— Я не издеваюсь над тобой. Это твой перекус. Домашнего приготовления, между прочим.
— Благодарю, но я лучше еще раз отработаю свою партию, - скрипачка стояла на своем.
— Можешь на вставать, я закрыл дверь, - продолжал учитель, открывая свою порцию.
— Если не буду заниматься, то я не успею до конкурса!
— Успокойся, Мишель, - холодно осадил ее мужчина. — За пол часа мир не рухнет. Но вот ты вполне можешь в один момент упасть без сил, если продолжишь в том же духе. На концерте тебя никто не похвалит за обморок во время выступления.
Девушка растерялась под строгим взглядом преподавателя и не решилась продолжать спор. Внезапная перемена в его тоне удивила скрипачку. Большую часть времени он относился к ученикам снисходительно, с теплотой, спуская с рук мелкие шалости, поэтому она не ожидала увидеть Рэйна с подобной стороны. Как-никак, он был учителем, и об этом не стоило забывать.
— Ты боишься, что подведешь ребят, верно? - продолжил тот, смягчившись. Девушка кивнула. — Однако они беспокоятся за тебя сейчас, видя, как ты себя истязаешь. Если не будешь отдыхать, выгоришь раньше, чем наступит день, когда сможешь играть на большой сцене. На отдохнувшую голову и думается легче.
Мишель открыла еще теплый контейнер, к котором, вместо ожидаемых бутербродов, обнаружился полноценный такой обед: в одном углу ютились несколько яичных рулетиков, в другом отсеке источали приятный аромат мясные котлеты, с подложенным к ним гарниром из облитого сочной подливой риса.
— Вы сами это приготовили? - недоверчиво переспросила девушка.
— Что за взгляд? Сомневаешься во мне? - Рэйн не сдержал смеха. — Ешь уже, пока не остыло окончательно.
***
После небольшого отдыха учитель и его подопечная проследовали в кабинет к условленному времени. Для начала тот попросил сыграть небольшой отрывок.
— Достаточно, - мужчина прервал скрипачку негромким хлопком. — Ты стала играть чище, однако звуки по прежнему выходят резкими и отрывистыми.
Он обошел девушку со спины, положив руки ей на плечи.
— Ты слишком напряжена. Расслабься здесь, так тебе будет легче, - Мишель опустила плечи, следуя за руками учителя. — Вот так. Давай для начала попробуем сыграть одну ноту.
Отпустив ученицу, он взял скрипку и сыграл долгую ми. Следуя его примеру, девушка начала повторять за ним.
— Ты сильно уводишь указательный палец, а смычок уходит за спину. Скрипачи играют не на прямой руке, согни кисть. Будто смотришь на часы, — он повторил показанное раннее.
И в таком темпе продолжалось занятие, в ходе которого они выявили большинство недочетов в технике игры Мишель. Та выглядела крайне раздосадованной, когда вместо своей партии Рэйн поручил ей отточить самые базовые упражнения.
— Переучиваться намного сложнее, чем обучаться новому. Ты должна отказаться от привычек, все это безусловно займет некоторое время. Однако, если пропустить этот шаг, дальше будет еще сложнее, — учитель взял в руки инструмент, заняв позицию, сходную позиции Мишель. Когда он начал играть простейшую мелодию, в глаза сразу бросились все те ошибки, которые они обсуждали ранее. Одна и та же нота, сыгранная в разных местах, звучала иначе, резала звук своим несоответствием. — Положение рук, пальцев, смычка на струне — все это неизбежно отражается на звучании. Те ноты, что ты сейчас услышала в упражнении, так же будут звучать и во время выступления. Поэтому мы не будем приступать к самой композиции, пока не исправим твое звучание.
Так и было положено начало долгим и упорным попыткам Мишель обуздать собственное тело. Каждый раз, когда оно неосознанно возвращалось к прежним ошибкам, скрипачке приходилось переломить собственные привычки. Днем она занималась вместе с другими учениками или только с Рэйном, получая как похвалу, так и замечания, которые вечером она отрабатывала перед зеркалом по его же советам, то заставляя смычок прыгать по струне «словно балерина на одной ножке», то издавать нежно-свистящую трель.
— Отличие сотийе в том, что он живет на струне, тогда как спиккато живет в воздухе и будто бы капает на струну. В первом случае мелодия получается более плавная, ровная, - говорил учитель, на своем примере показывая разницу в приемах. Мишель семимильными шагами осваивала то, что видела перед собой, поэтому вскоре достигла уровня, позволяющего ей вписаться в их своеобразный квартет.
— Отлично, с штрихами мы разобрались, теперь посмотрим на 2 часть. Николя, Асоль, начинайте после триолей.
Первые скрипки заиграли, вторые подхватили мелодию, подстраиваясь под их быстрый темп. Не успели они еще доиграть до паузы, как Рэйн остановил их.
— Вторая скрипка не попадает в такт. Еще раз, с самого начала.
И вновь заиграли первые скрипки, вслушиваясь в четкое «та та та» учителя, вторые заиграли с новой силой, следуя дальше. Пауза. Нежное соло, предназначаемое Николя шло гладко, словно тихий ручей. Мишель мельком заметила, как взгляд мальчишки то и дело мечется к первой скрипке. Резкая смена темы, ожидаемо, прошла мимо юного скрипача, осекшегося на переходе из первой позиции в третью. Девушка наклонила голову набок, скрывая невольную улыбку.
С момента окончания урока Николя был задумчив, но быстр, поспешно покидая стены школы. Мишель пересеклась с ним в коридоре.
— Почему не подойдешь к ней? - спросила она с самым незаинтересованным выражением лица, которое только могла изобразить. Девушка не считала нужным уточнять «её», да и сам мальчишка не стал играть дурака.
— Сейчас я недостаточно хорош для нее.
— Вот как. И когда же ты будешь готов?
— Когда стану лучшим скрипачом, - упрямо ответил Николя, вздернув нос. Девушка хихикнула, закрыв лицо рукавом, отчего мальчик покраснел от стыда. - Не смейся!
Мишель выставила перед собой руки в примирительном жесте.
— Всё-всё, не смеюсь! Похвальное стремление, конечно, но зачем так долго ждать?
Мальчик замялся. Опустив взгляд в пол, он очень долго молчал, прежде чем пролепетать себе под нос.
— Потому что я ей не понравлюсь, - угрюмо ответил Николя.
Мишель удивилась подобному заявлению.
— Неужели она так тебе и сказала?
— Нет, - мальчик еще больше смутился, — Я не говорил ей ничего.
— Николя, ты такой трусишка! - рассмеялась девушка, потрепав Николя по голове до того, как он начал возмущаться. — Давно бы уже всё рассказал! Не заставляй её так долго ждать, иначе потом поздно будет, а научиться играть всегда можно.
Позади раздались шаги. Обернувшись, Мишель увидела учителя, стоявшего на другом конце коридора. Махнув на прощание младшему, она направилась к нему. Мужчина молчаливо ожидал, скрестив руки на груди.
— Вы довольно быстро сдружились, - отметил он, улыбнувшись.
— Ребята очень добрые и усердные, с чего бы нам не ладить? Музыка свела нас вместе.
Незаметно между ними завязалась беседа. Они говорили многом: успев обсудить стремительно растущие навыки Мишель и те трудности, через которые ей предстоит еще пройти, они вернулись к юным скрипачам и их неловких и невинных чувствах.
— Когда Асоль стала учиться у меня, некоторое время нашу школу стали посещать другие мальчишки. Они учились с большой неохотой, однако перед ней старались изо всех сил, правда быстро бросали. Николя очень злился из-за их отношения к инструменту, да и музыке в целом. Думаю, он боится, что в глазах Асоль он будет похож на тех мальчиков, поэтому и боится ей что-то сказать.
Мишель слушала с неподдельным интересом его размышления, изредка озвучивая свои мысли по тому или иному поводу.
— Могу понять его недовольство. Когда к твоему любимому делу относятся с пренебрежением, сложно остаться равнодушным, - она на секунду замолчала, пройдясь глазами по поверхности стола впереди нее, обивке кресла, чехлу инструмента, лежащего рядом. На ее лице появилась невольная улыбка. Проведя ладонью по крышке, она продолжила, — Все-таки я слишком сильно люблю скрипку.
— Как ты пришла к тому, что решила связать свою жизнь именно с ней? - неожиданно спросил учитель.
Мимолетная улыбка исчезла с лица девушки, придав ее лицу печальный вид. Мишель медлила, прежде чем нерешительно спросить:
— Эта история скучная и невеселая. Всё еще хотите послушать?
— Я понимаю это, поэтому не буду заставлять. Однако, тебе может стать легче после того, как ты выговоришься.
— На самом деле, скрипку я полюбила очень давно, но возможности играть у меня не было. Родители уделяли все внимание моей младшей сестре. Она с детства была слабым ребенком и часто болела, отчего родители стали уделять все внимание ей. Стоило ей захотеть научиться играть, как родители и скрипку купили, и репетитора наняли. Мне же лишь оставалось наблюдать за тем, как она учится и тайком сбегать со скрипкой в опустевшее здание неподалеку от нашего дома, пока сестра с родителями ходила по врачам.
Когда сестре стало хуже, родители стали всё чаще прибегать к более простому способу забыть о проблемах. Когда это происходило, я закрывалась в комнате и включала наушники, чтобы не слышать их. Хотя это не слишком помогало. Тогда из-за своей бурной фантазии я ещё долго боялась зайти на кухню после этих криков, оскорблений. Иногда... мать вдруг приходила ко мне и становилась неожиданно ласковой. Каждый раз я чувствовала ужас, когда она пыталась меня обнять или поцеловать в щеку. Сразу чувствовался этот запах... Говорила, что я лучшее, что есть у нее, ее гордость, но разве я могла забыть все? Разве могла простить все те слова? Отвратительное ощущение. Я даже не могла попросить ее прекратить - знала, что она разозлится и будет долго кричать. В дрожь бросает только при мысли об этом.
Бабушка смогла забрать меня к себе. Обучение также оплачивает она. Другие дети поддерживают ее материально, но она человек бережливый, так и не потратила ничего толком, вот и решила помочь мне. А скрипка... родителям уже давно было не до неё, вот я и забрала с собой, — сказала девушка, сжимая в руках напряженные плечи.
Мишель словно наяву почувствовала резкий запах алкоголя, и сразу стало так мерзко и грязно. К горлу подобралась тошнота, она отвернулась, словно отмахиваясь от этого запаха.
— Я знаю, что сестра и родители не виноваты, но просто... просто очень жаль, что в моей жизни случается всё так поздно.
— Ты имеешь право злиться, Мишель. Но теперь ведь всё изменилось. Ты можешь приходишь в школу, играть на любимом инструменте. Всё еще впереди.
***
После того разговора никто не поднимал эту тему. Николя по прежнему избегал Асоль, только теперь к этому прибавилось неловкое молчание всякий раз, стоило ему попытаться начать разговор, который он сам и прерывал. Учитель смотрел на это со снисходительностью, вздыхая с улыбкой. Одна лишь Люси непонимающе хлопала глазами, когда ее сестра прикрывала руками пылающие щеки.
— Асоль, ты заболела?
— Нет-нет, просто здесь жарковато, - отмахивалась от нее девочка.
Словом, дни проходили обычно и без происшествий, сменяя один другого столь стремительно, что никто и заметить не успел, как наступил решающий день.
Мишель несколько раз перед выходом перепроверяла, не могла ли она что-то забыть. Для большей уверенности захватив запасной смычок, а затем и запасной для запасного, она двинулась в путь. У входа ее уже ждали остальные ребята во главе с учителем.
Во время всего пути девушка не могла унять волнение. Она начала тихо отстукивать мелодию пальцами по сидению, шепотом пропевая ноты. Сидевшая рядом Люси, услышав знакомую мелодию, начала повторять следом, потянув с собой Николя и Асоль. Таким образом на задних рядах организовался спонтанный оркестр, не прекращавший своё «выступление» до тех пор, пока пассажиры, сидевшие впереди не начали сверлить их взглядом, а учитель произнес строгое и лаконичное «про себя».
Раз за разом прокручивая в голове свою партию, Мишель чувствовала всё большее беспокойство. Каждая ошибка, сделанная ей в прошлом, отчетливо всплывала в памяти, не давая сосредоточиться. Партитура, которая до этого ясно и четко всплывала в памяти, словно покрылась темной завесой.
Оставшийся путь, вход в здание и регистрация прошли как в тумане. Опомниться Мишель смогла уже тогда, когда их группе удалось найти свободный уголок, чтобы разыграться перед началом. Настроив скрипку по камертону, она сыграла на пробу пару длинных нот. Чистая и ясная «ля» действовала безотказно, очищая разум от лишних мыслей. После короткого кивка учителя заиграл Николя, остальные подхватили. Всё шло как обычно, ритм, паузы, ноты... Стоило им окончить первую часть, в дверь громко постучали.
— Следующие участники, прошу пройти за кулисы, - сухо оповестили их о том, что время вышло.
На сцене кто-то из участников подводил свое выступление к кульминации. Мишель чувствовала, как у нее начинают подрагивать руки. Она не слышала ни единой ошибки в игре. Сомнения начали одолевать ее, а из головы будто напрочь стирались все ноты с каждым повтором. Перед ней остался лишь белый лист.
— Мишель, - голос учителя, окликнувшего девушку, заставил ее вздрогнуть, — Ты вся побледнела. Слышишь меня? С тобой всё хорошо?
Девушка робко кивнула. Она и сама не могла понять что с ней происходит. Никогда прежде она не испытывала такое волнение, как сейчас. Однако учитель смог понять ее без слов.
— Сольное выступление отличается от игры в ансамбле, поэтому так тяжело сейчас. Мишель, о чем ты волнуешься сейчас? Вы столько репетировали вместе, разве этого недостаточно?
— Если я снова ошибусь...
Мужчина улыбнулся и поманил рукой остальных.
— Знаешь, я всегда перед тем, как ребята шли выступать, говорил им несколько слов... Самое прекрасное выступление - не то, что сыграно правильно, а то, в которое исполнитель вложил свою душу. Не бойся ошибиться, никто из нас не осудит тебя за это.
— Мы одна большая семья, а выступление - награда за усердную работу! - бодро поддержала Люси, вспоминая слова учителя.
В груди у девушки заскребло трепетное и нежное чувство благодарности. Она лишь успела улыбнуться в ответ, прежде чем ведущий объявил их выход.
Яркий свет прожекторов ослеплял. Зрительный зал было почти не разглядеть за лучами света, жюри казались лишь безликими фигурами вдалеке. Лишь шорох бумаги напоминал, что за их выступлением будут наблюдать. Искоса оглянув остальных, Мишель перехватила скрипку поудобнее. В голове ни единой мысли. Ноты покинули её в самый ответственный момент. Николя занес смычок, усмехнувшись, словно он бросал вызов Мишель. И она поддалась. И торжественно, бодро, ярко зазвучала музыка. «Это настоящее безумие», - пронеслось в голове у девушки. Ни помня ничего, лишь доверяя своим рукам, она играла и играла, нота за нотой, и трель соловьиную, и бегущий ручей, и раскаты весенней грозы. Каждая нота была выточена, словно камень под мощным потоком, словно ее собственная душа, которая преобразовалась после нескончаемых часов практики.
Вторая часть... так безмятежна и спокойна, словно колыбельная. Раньше Мишель представляла себе далекое и прекрасное место, где непременно звучала бы эта часть. Лишь теперь она могла почувствовать, как сон становится явью, как тихий шелест листвы наполняет это благодатное место. И незаметно в памяти всплыли стены, увешанные инструментами, рояль в углу, сложенные в стопку нотные листы... Благодаря этому месту... Благодаря скрипке...
Проскочил резкий звук. Сначала один, затем фальшивая ми, ля... Остальные были в недоумении. Мишель же показалось, словно ее инструмент потяжелел за миг. Та, кто может здесь стоять, та, кому принадлежит эта скрипка... точно ли сама Мишель? Сможет ли она и дальше занимать это место?
Паника охватила скрипачку, весь контроль, который она держала над мелодией, исчез. В зале зашумели жюри, с недовольством отмечая что-то с своих бланках.
— «Ну давай же, вернись, молю тебя» - отчаянно взывала девушка. Если всё пойдет так и дальше...»
Звук второй скрипки, в котором девушка с удивлением узнала Асоль, внезапно зазвучал с новой силой. Никогда раньше ее звучание не было столь пронзительным, ноты не были настолько четкими, словно намеренно преувеличены...
В тот миг, когда осознание пришло к Мишель, она подстроилась под внезапно раскрывшую себя Асоль, преображая звучание до неузнаваемости. Этот причудливый танец завлекал к себе остальных. Словно наяву, перед глазами возникла картина: весенние нимфы танцевали на сцене, распускались первые цветы, чаруя буйным ароматом.
Последние ноты, словно капли росы, осели в зале, просачиваясь в сердца людей. Вслед за ними раздались бодрые аплодисменты, провожающие взбудораженных конкурсантов.
***
Мишель не сказала ни слова после выступления. Когда учитель позвал её, девушка не сразу отреагировала, продолжая рассматривать вывешенные в коридоре фотографии.
— Учитель, не нужно меня успокаивать. Я правда очень зла и расстроена сейчас, но это ничего... Из-за моей ошибки наше выступление не пройдёт отбор, однако я не жалею, что пришла сегодня. Последняя часть, которую мы сыграли на сцене мне очень понравилась, но без остальных она бы не зазвучала так никогда. Увидев настоящий мир музыки, я начинаю понимать, насколько далека сейчас моя цель, но я не хочу останавливаться, - девушка наконец повернулась, явив остальным улыбку, полную решимости и задора, — Так что потерпите меня ещё немного?
— Похоже, неудача только подстегнула тебя продолжать. Я рад этому. Обещаю, не пройдет много времени, прежде чем ты вернёшься в этот зал за реваншем.
— Ловлю вас на слове! Асоль смогла объединить нас. Это было очень смело и неожиданно с ее стороны.
— Не могу согласиться с тобой. Мы слишком зациклены на конечном результате, будь то оценка жюри или обычных слушателей. Асоль же не стремится к высотам, поэтому может беззаветно наслаждаться самой игрой. Для нее важнее всего было исправить этот момент, даже если мы не добьемся высоких оценок.
— Думаю, вы правы. Мне стоит взять с нее пример. Кстати, после нашего выступления Асоль с Николя нигде не видать. Я думала, что они пошли с вами, как и Люси, но похоже, что она была с вами одна.
— Хочешь найти их?
Задумавшись на мгновение, Мишель вдруг весело улыбнулась.
— Раз уж они вдвоем сейчас, нам лучше их не тревожить.
***
— Асоль, послушай... Благодаря тебе сегодня мы смогли закончить выступление и... Это было так здорово! Я хотел сказать... прости за то, что избегал тебя... Просто я, как бы тебе сказать... Я не знал, как к тебе подойти. Сразу такое чувство странное... Ну, я, нет, ты... — Николя весь зарделся, подбирая слова, помолчал, краснея ещё больше, а затем неожиданно сделал шаг вперёд, ткнувшись губами в лоб ошарашенной девчушки. Та глупо хлопнула глазами, прикрыв ладонью лоб, и, покраснев, ответила со смущением и некоторым недовольством, повергая Николя в шок:
— Я знаю, — глядя на выражение лица мальчика, Асоль лишь вздохнула, — Дурак ты, Николя. Идём уже, учитель нас давно ждёт.
Мальчик одеревенел, когда Асоль повела его, схватив за руку, и лишь безропотно кивнул.
— Если ты знала, то почему не сказала...
— В последний раз ты убежал.
— ...