7
Я лежала в тихой, охваченной полумраком комнате, и не могла поверить в то, что моя жизнь меняется. Наконец-то меняется. И эти изменения делают её лучше.
Конечно, я всё ещё помню больницу. Впрочем, мне никогда не казалось, что я её забуду. Да и как забыть то, что является во снах каждую ночь? Как забыть то, отголоски чего ты видишь буквально в каждой вещи вокруг?..
Но сейчас я всё же могла забыть о ней, пусть даже всего на несколько минут. Я могла забыть о ней, когда вспоминала Лес. А Лес теперь был неотрывно связан со Светланой.
Мы каждый день навещали его. И каждый день Лес радовался всё больше, и больше. И каждый день он плясал, пел, встречал нас радостными возгласами и шумел ветвистыми кронами. Лес рассказывал нам сказки, когда мы встречали сумерки, сидя на мшистом поваленном стволе, и пел звонкие бодрые песни, когда мы приходили к нему с первым лучом солнца. Лес, кажется, никогда ещё не был так счастлив. И я никогда не была так... счастлива?
Если бы я знала, что такое счастье, я бы могла с уверенностью сказать, была я таковой или нет, но я всё ещё не могу дать описание этому чувству.
Когда я сидела на шершавом берегу ручья, заплетая длинные волосы Светланы в косы, я спросила её:
- Что такое счастье?
Она помолчала с минуту, затем ответила:
- Это чувство, когда ты будто бы летишь, когда тебе так хорошо, что ты забываешь обо всём и совсем не тревожишься и не волнуешься. Это сродни искреннему объятию самого близкого человека, когда ты ощущаешь безопасность и защищённость, когда ничего вокруг не может помешать тебе чувствовать себя хорошо.
- А ты счастлива?
- Счастье - это мгновение. Секунда или минута, но никак не больше. Я не могу быть счастливой всегда.
Я задумалась. Её слова всё ещё звучали в моей голове, долетая до самых отдалённых стен сознания.
- Но ты вовсе не должна думать так же! - Поспешно воскликнула Светлана. - Мои слова - это всего лишь то, как я думаю. Но, поверь, каждый человек считает по-своему и для каждого человека счастье в чём-то своём. Тебе может показаться, что это мелочь, бред, абсурд, что этому невозможно радоваться, но для кого-то это смысл жизни. Поэтому говорят, что о своём счастье стоит молчать.
Мне безумно захотелось узнать, что же для Светланы счастье, но задать такой вопрос было бы невероятно глупо.
Я подложила руки под голову и вдохнула полной грудью. В моей голове возникло яркое воспоминание.
Три дня назад мы со Светланой лежали на согретой мягким солнцем поляне и слушали мелодии леса. Было немного душно, и я до сих пор помню, как приходилось каждый раз делать глубокий вдох, чтобы наполнить лёгкие кислородом. Это был такой прекрасный день, один из тех, что цепляют своей беспечностью и простотой. Тогда не произошло что-то необычное, тогда не случилось что-то поразительное, загадочное, иное. Мы просто лежали так, глядя на молочные облака и жужжащих трудяшек-пчёл.
И ничего не менялось из минуты в минуту, только облака плыли то быстрее, то медленнее и пчёлы напевали то громче, то тише. Мы как будто сливались с Лесом. Мы не были чужими, мы не были чем-то иным в нём. Мы были его частью, его чувствами и его мыслями, и ничто другое не могло бы так развеселить или огорчить нас. Да, именно нас.
Каким-то необъяснимым образом я и Светлана стали нами. Я перестала делить нас, и это было чем-то новым, это было тем, что я никогда раньше не испытывала.
В тот же самый день, лёжа на той же самой поляне, я спросила у Светланы, что это.
Её ответом была улыбка и всего лишь одно слово:
- Дружба.
Я закрыла глаза и беззвучно рассмеялась. Это воспоминание казалось мне выдумкой, сном или чем-то таким давним, что уже сомневаешься, было ли это в самом деле. Но это было, и было не давеча, как каких-то три дня назад, в ясный день, проведённый в Лесу, на освещённой мягким солнцем поляне.
В моей голове зазвучал голос Светланы. Он говорил о счастье и переносил меня на шершавый берег ручья.
- Счастье - это мгновение. - Повторила я её слова и резко открыла глаза.
Я была счастлива. Счастлива как никогда прежде.